Проклятие русалки

Могут минуть недели, месяцы, года. Но, обдумывая все произошедшее, Пришло лишь одно понимание, Что несмотря ни на что, Так сильно, как тебя Я полюбить больше не смогу никогда.

      Тео       В своей, еще такой недолгой, жизни я много чего уже сделал неправильного. Но еще никогда за это время, мне не было настолько мерзко от себя. Учитывая, что мой отец Пожиратель смерти, а я сам, порой, был на побегушках и делал то, от чего меня выворачивало наизнанку, было очень странно почувствовать вину из-за девчонки. А я чувствовал ее, всеми фибрами души и дико сожалел. Ведь, еще никогда на меня не смотрели с таким презрением и разочарованием. Но не это стало моим катализатором. Причина, по которой я почувствовал себя последней мразью, были ее глаза. Глаза, в которых лишь на мгновение отразилась вся боль моего предательства. Да, я поспорил на нее. И да, я примерно понимал, что это все может закончиться провалом. Однако я никак не ожидал, что та девушка, из книжного магазина, которая выглядела так, будто в совятне сутки проспала, засядет в моих мыслях настолько глубоко, что скажется на моем сердце. Я влюбился, как мальчишка. И совершенно обалдел, когда она оказалась в том вагоне, в котором ехал Слизерин.       Видит Мерлин, я хотел закончить все это и нормально с ней общаться. Ведь Влада оказалась на редкость интересной особой, со своими тараканами голове, от которых порой волосы дыбом на затылке вставали (да и не только волосы, если вы понимаете, о чем я…). Но обет на то и обет, что хрена с два ты от него так просто избавишься. Либо делай то, на что подписался, либо сдохни в муках. Жить я люблю, так что выбор был очевиден.       Первые несколько месяцев я старался произвести на нее хорошее впечатление. И да, у меня получилось, вот только Драко периодически все портил. Я замечал, что Влада заглядывается на Малфоя и меня это бесило. Ведь этот черт даже усилий никаких не прикладывал к тому, чтобы понравится ей. Понаблюдав еще какое-то время, я решил оставить эту затею и прекратить пыжиться. Нет, так нет. Подохну, ну и ладно. К тому же, у меня были свидания. Во сне, правда, но кого это волнует.       Я сразу ее узнал. По фигуре и манере речи. Она была как открытая книга, что очень воодушевляло. Поэтому, в моей душе зародилась мнимая надежда на то, что в реальности она тоже обратит на меня внимание. И что самое интересное, обратила. И я… потерял голову.       Она меня изучала, не подпускала к себе близко. А я не спешил. Наши взаимоотношения развивались постепенно, отчего Влада привыкала ко мне все больше и больше. После нового года, когда я понял, что она анимаг, мне стало понятно то, что если она и влюбится в меня, то уже никогда не отпустит. Это особенность всех тех, кто принимает форму животных. Ведь их чувства немного другие, не такие, как у обычных волшебников. Они всё ощущают по-другому, острее, что ли... В этом был свой огромный плюс и… такой же огромный минус.       Ближе к концу года, когда я понял, что Влада влюблена в меня, да и я сам втрескался по уши, пришло понимание того, что я редкостный долбоёб. Срок почти закончился, а духу все рассказать у меня не было. Как-то раз Блейз сказал мне то, отчего я нервно усмехнулся, поскольку он был абсолютно прав: «Когда Влада узнает, что ты все это время развлекался с ней и спасал свою шкуру, не удивляйся тому, если она тебе врежет по роже или проклянет. На ее месте, я бы вообще от тебя мокрого места не оставил…»       И вот сейчас, глядя на то, как она молча покидает тот закуток, в который Малфой притащил меня, чтобы вставить мозги на место, я искренне хотел, чтобы она прокляла меня или ударила. Это было бы вне всякого сомнения лучше, когда в глазах той, в которых ты раньше видел целый мир, теперь была лишь болезненная пустота…       - Доигрался?       Сложив руки на груди и буравя меня недовольным взглядом, Драко всем своим видом показывал, что он был крайне недоволен. Вот только чем? Тем, что Влада ушла или же тем, что Гермиона все это слышала и сейчас стояла за его спиной с крайне задумчивым выражением лица?       Взъерошив волнистые волосы, и тяжело вздохнув, я нехотя произнес, смотря прямо на друга:       - А сам?       Вскинув бровь, Драко немного резко ответил вопросом на вопрос:       - А что я?       Указав подбородком за его спину, я безэмоционально произнес:       - А ты обернись.       Поджав губы и послушавшись моего «совета», Драко, обернувшись, вздрогнул и протяжно выдохнул:       - Герми…       Закусив ноготь большого пальца, гриффиндорка печально покосилась на меня, а после моментально изменившись в лице, отрешенно вопросила, смотря теперь при этом на Малфоя, как бы спрашивая больше его, чем себя:       - И правда, почему я такая?       Я никогда не видел ее такой разбитой. Хоть она и старалась держать себя в руках, мгновениями я замечал, как ее маска отчужденности трескается под натиском собственных эмоций. В глазах мелькала грусть и сожаление. По кому-то или по чему-то? Вопрос, на который я может и получу ответ, но явно не сейчас…       - Послушаешь ее? – Драко такая перспектива удручала, по нему это было видно. Всегда собранный и надменный, он теперь, как и я, превратился в простого мальчишку, у которого с отношениями не клеилось. Вот и попались мы оба в одну и ту же ловушку. Иронично…       Убрав ладонь от лица, и сложив руки на груди, Гермиона, пожав плечами, отстраненно заметила, к неудовольствию Драко:       - А почему нет? Она была права, я много лет была слепа…       - И что теперь? Что-то изменилось?       Драко испытующе смотрел на Гермиону, одергивая себя, чтобы не броситься к ней. Со стороны, для стороннего наблюдателя, этого не было заметно, однако я, прекрасно зная своего друга, подметил этот факт. Он нервничал, пусть и пытался это скрыть. А вот Грейнджер решила не распыляться на полный ответ. Тяжело вздохнув и повернувшись в сторону выхода, она, немного помедлив, после ответила, словно нехотя:       - Думаю, мне надо подумать. Не хочу тебя пока видеть. – и больше ничего не говоря, покинула нашу темную каморку, в которой мы остались одни. Примерно с минуту мы молчали, обдумывая каждый что-то свое, а вот уже после, Драко не выдержал. Подскочив ко мне и схватив за грудки, он, тряхнув меня от души, прошипел едва слышно:       - Ну что, ты доволен!?       Сбросив его руки со своего костюма, я, отряхнувшись и скривившись, пробурчал, делая шаг от него:       - Чтобы не думал, я не злорадствую.       «Я тебя идиота, просто не понимаю. Но в тоже время и сочувствую…»       Окинув меня недоверчивым взглядом, Драко, сложив руки на груди, утробно усмехнулся и выдал:       - Ага, а-то как же…       Я на его реплику только глаза закатить успел, поскольку именно в этот самый момент, дверь комнатушки скрипнула, и к нам вошел крайне взбешенный Блейз, который, посмотрев на нас, зло прорычал:       - Вы, два кретина, что вы устроили!?       Цокнув языком, Драко, поморщившись, проворчал, не убирая рук от груди:       - И ты туда же…       Я же не так спокойно отнесся к появлению Забини. Подойдя к нему достаточно быстро, я, не давая ему и шанса возмутиться, выпалил:       - Ты ее видел!? Где она!?       Покачав головой и как-то странно покосившись на меня, Блейз безапелляционно заявил:       - Нотт, даже близко не подходи к ней!       - Заступник? – Драко решил съязвить, отчего я неприятно поморщился, а Блейз сверкнул злым взглядом, из-за чего Малфой оскалился еще больше.       - Не посмотрю, что ты мой друг, между глаз получишь!       Блейз произнес это с угрожающими нотками в голосе, а Драко, фыркнув, протянул, отчего я устало покачал головой:       - Мерлин, я в дурдоме…       Недовольно проворчав себе под нос, Блейз, повернувшись ко мне и сжав переносицу пальцами, ответил на мой ранее озвученный вопрос:       - Она ушла. Куда, не знаю.       - Мне надо ее найти и объяснить все!       Я рванул было к выходу, надеясь, что было еще и не поздно и я успею перехватить Владу где-нибудь, но, неожиданно споткнулся на ровном месте, поскольку Блейз, схватив меня за шкирку (словно котенка!) и потянув на себя, прорычал недовольно:       - Да куда ты! – однако заметив, каким взглядом я его наградил, хмыкнул и отпустив ткань, добавил неохотно: - Не ищи ее, дай ей прийти в себя. Успокоится, сама найдет. Если захочет.       Мне бы разразиться гневной тирадой на тему того, что он не имеет никакого права решать за нас двоих, но, мои мысли сбились, когда в и без того маленькую каморку, заглянула взволнованная Пэнси. Окинув нас троих удивленным взглядом, она, остановившись в дверном проеме, задала вполне логичный вопрос:       - Ребят, вы чего тут? – мы ей не ответили и посмотрели с каким-то укором, отчего ее глаз дернулся, а сама Пэнси решила сдать финт ушами, обрушив на нас следующие вопросы: - А вы не знаете, где Влада? И почему Грейнджер ушла от вас расстроенная?       Что один вопрос хреновый, что второй. Подруга это поняла, когда Драко, злобно усмехнувшись, отсалютовал нам и, направившись к выходу, бросил, едва не врезавшись в шокированную Пэнси:       - Не важно. Я пошел. – стоило ему скрыться с наших глаз, Паркинсон, придя в себя, с непониманием во взгляде покосилась на нас и растерянно спросила:       - А что, собственно, происходит?       Первым тишину решил нарушить Блейз. Устало вздохнув и показав подбородком в мою сторону, он не слишком дружелюбно бросил:       - Спроси вот у этого деятеля.       Вскинув бровь и, заметив, как я поморщился, Пэнси все также растерянно протянула:       - Не поняла…       Покачав головой, Блейз, повернувшись ко мне, сложил руки на груди и, нахмурившись, спросил:       - И чего молчишь?       Пожав плечами, я безэмоционально произнес, смотря прямо на друга:       - Мне обязательно объясняться?       - Ты еще обижаться удумал? Совсем башкой поехал?       Я не успел ответить на его выпад, потому как не выдержав, Пэнси встряла между нами и, посмотрев на каждого из нас, рявкнула от души:       - Объясните оба, наконец, что происходит? – повернувшись, Пэнси одарив меня возмущенным взглядом, поинтересовалась: - Тео, почему ты такой подавленный? С Владой поссорился?       Услышав глухой смешок от Блейза, Пэнси, отвернулась от меня, а я, посмотрев на друга, услышал в ее адрес «комплимент»:       - Браво, проницательная ты наша.       - Что ты имеешь в виду? – я не видел лица подруги, но по интонации, с которой она задала вопрос, понял, что она прищурилась. Все еще не отводя глаз от лица Забини, я услышал его голос, который был наполнен нетерпением:       - Ну? Сам скажешь или мне это сделать?       - Вы странные, в курсе? – посмотрев на нас поочередно, Пэнси после остановила взгляд на мне, как бы намекая, что ей хочется узнать правду. А я, понимая, что отвертеться все равно не смогу, уже было хотел послать Блейза куда подальше и свалить по быстрому, но он, видимо прочитав на моем лице всю гамму эмоций, усмехнулся и ответил Пэнси, прежде чем обратиться ко мне:       - Не страннее всех остальных, дорогая Пэнси. Ну так что, Тео, скажешь ей?       Вздохнув и потерев глаза, я, глухо усмехнувшись, произнес, не смотря на друга:       - Не отвалишь, верно?       - Сам, как думаешь? За Владу ты свое еще получишь, так что…       - Что с Владой? – коснувшись моего плеча, Пэнси негромко позвала меня: - Тео?       Убрав пальцы от лица, и посмотрев на подругу, я, столкнувшись с ее многозначительным взглядом, произнес:       - Убежала она.       - Куда? И почему?       - Не знаю. – плечи мои непроизвольно опустились, и я, сам того не заметив, прошептал, повернув при этом голову в сторону: - Сам бы хотел узнать…       Я не хотел говорить правду, потому что было очень… стыдно? Перед собой, перед Владой и перед друзьями. Мерлин, сколько же проблем я себе создал…       Я не заметил, когда ко мне подошел Блейз, но после того, как он отвесил оплеуху, я, вскинув голову и вперив в него обескураженный взгляд, услышал, как друг объясняет Пэнси причину моего странного поведения:       - Эта бестолочь поспорила на Владу в самом начале года. Заключил Непреложный обет и творил всякую дичь. Как думаешь, почему он начал к ней клинья подбивать. А, Пэнс? Взмахнув ресницами пару раз, Пэнси, негромко кашлянув, слегка неуверенно поинтересовалась, периодически косясь на меня:       - Эм… Я считала, что она ему нравится… Разве нет?       Криво улыбнувшись, Блейз решил окончательно огорошить нашу подругу, заявив:       - Он делал это исключительно для того, чтобы не подохнуть в конце года. А уже после думал о ней самой.       Сказал, как отрезал. И что самое поганое, в его словах была доля правды. Влада мне реально нравилась, но я все это делал исключительно для того, чтобы не умереть. По крайней мере до недавнего времени…       Пэнс выслушала Блейза и сделала то, чего от нее, конкретно, я никак не ожидал. Она зарядила мне вторую оплеуху, прорычав при этом:       - Теодор Нотт, ты свинья!       Шарахнувшись от нее в сторону и приложив ладонь к пострадавшему месту, я, скривившись, произнес со всем недовольством в голосе:       - А сама-то не лучше. Ты ведь её не переваривала долгое время, а сейчас яростно защищаешь. Что же случилось такого? Вы ведь не лучшие подруги, чтобы ты глотку рвала из-за нее.       - Не переводи стрелки! Не я совершила ошибку, а ты. Так что да, на правах друга я имею право называть тебя свиньей! Нельзя так! – замолчав на минуту, Пэнси после добавила, все еще сверкая глазами от злости: - Что же касается наших взаимоотношений, то да, не всё сразу приходит. Недоразумения бывают у всех…       - Вот именно Пэнси, недоразумения бывают у всех… - я устало привалился к стене и запрокинул голову назад, посмотрев при этом на темный потолок. Ребята молчали, дав мне немного времени на переваривание своих мыслей (вот за это огромное спасибо!), однако, не прошло и пяти минут, как Блейз, со свойственной ему насмешкой, поинтересовался у меня:       - Что, даже ругаться не будешь на счет того, я все рассказал Пэнси?       - А ты бы смолчал? – голос подруги подрагивал то ли от волнения, то ли от негодования, но я, не акцентируя на этом внимания, вернул голову в прежнее положение и, бросив на друга хмурый взгляд, произнес, проигнорировав вопрос от Пэнси (который был даже не мне и задан):       - А смысл злиться на тебя? – заметив, как Забини скривил губы, я продолжил: - Блейз, она все равно бы узнала. И скорее всего, от тебя же. Так что не вижу в этом ничего такого…       Мы вновь замолчали. И тишина эта удручала меня все больше и больше. Хотелось, во-первых, найти Владу и спокойно поговорить с ней. Постараться объясниться, чтобы она хотя бы выслушала меня и уже после делала выводы. И во-вторых, я морально устал. Хотелось завалиться в комнату, рухнуть на кровать и провалиться в глубокий сон. А проснувшись понять, что все произошедшее было простым кошмаром. Но, все это лишь мои мечты, к великому сожалению… Забини меня больше не поддевал, а Пэнси наоборот, разглядывала меня с ног до головы. И, когда я уже было хотел одернуть ее, она печально проговорила, смотря прямо на меня:       - Тео… у тебя глаза потухли. – замявшись и проследив, что я сомкнул губы от недовольства, все равно продолжила говорить: - Она ведь узнала, я права? Поэтому и ушла.       - Да, – я кивнул, потому что уж слишком тихо получилось, а затем и дополнил ответ: - именно поэтому.       Покосившись на не слишком довольного Блейза, Пэнси, глубоко вздохнув, приблизилась ко мне и, заключив в объятия, проговорила негромко:       - Я сочувствую. И тебе и ей. Ей, как девушке, которая искреннее к тебе привязалась. Я ведь замечала за ней, как она поглядывает на тебя. Ты ей нравишься, это понятно было всем, кроме тебя. А тебе, потому что головой своей не думаешь, прежде чем что-то делать… Вы оба так глубоко увязли в недомолвках, что теперь разгребать это придется не один день…       Я принял ее поддержку, обняв в ответ и приблизив ее к себе, но комментировать реплику не стал. Надоело оправдываться, в самом деле… Зато Забини молчать не стал. Подойдя к нам и привалившись плечом к стене, друг, как-то по-новому посмотрев на Пэнси, заявил, безрадостно усмехнувшись:       - Ты когда такой чуткой стала? Страшно даже…       Все еще не выпуская меня из кольца рук, Паркинсон ответила, также безрадостно:       - Поведешься с нужным человеком, тоже таким станешь. – после повернув голову в мою сторону и расслабив хватку, она обратилась ко мне: - Ладно, Тео, пойдем в гостиную. Не надо тут стоять. Может Влада уже в комнате, а мы тут стоим…       Сил уже ни на что не было, поэтому я не возмущался, когда они оба потащили меня на выход. Вот только, когда мы оказались в гостиной и поняли, что Влада так и не вернулась, я, вместо того, чтобы пойти в свою спальню, прямым ходом направился в ее комнату, проигнорировав негодования всех тех, кто находился в помещении. А когда моя голова коснулась подушки, которая источала ее запах, я, больше не сопротивляясь, погрузился в долгожданный сон, сквозь который, время от времени, до меня доносились приглушенные голоса друзей. ***       Я не знаю, сколько прошло времени с того момента, как Влада убежала, но, судя по разговорам ребят, которые долетали до моего слуха из-за закрытой двери спальни, ее нет уже как несколько дней…       - Я волнуюсь за него и за Владу… - Пэнси частенько срывалась на фальцет, что выдавало крайнюю степень нервозности, однако ее быстро останавливали. Вот, как сейчас, например, Блейз, пришикнув на нее, проговорил негромко, словно они прятались от кого-то:       - Я тоже. Прошло уже несколько дней, но ее так и нет. Да и Тео почти ничего не ест. Лежит на кровати Влады и не реагирует ни на что… Такими темпами он совсем закиснет.       Что правда, то правда. Мне было абсолютно до сиреневой звезды, что со мной происходило. Как Блейз и сказал, я стал закисать, но это меня вообще не тревожило…       - И что ты предлагаешь? – волнения в голосе Драко я не услышал, но он же у нас мастер прятать эмоции. Кто знает, на самом деле, что он чувствует в этот самый момент?       - Для начала, нужно найти Владу и заставить Тео поесть. Он скоро совсем прозрачным станет… - я всегда умел различать шаги Блейза, так что не особо удивился, когда уловил то, как он быстро перемещается по гостиной и проговаривает свои мысли вслух. Однако усмехнулся, когда в разговор вновь включилась Пэнси:       - Я попробую поговорить с Уизлеттой. Может она ее видела, ведь они общались…       - А к ее друзьям не хочешь обратиться? – даже не видя лица Малфоя, я прекрасно представил, как он поморщился. Пусть он и терпел, когда Влада общалась с гриффиндорцами, сам он был далеко не лучшего мнения о них. Даже с учетом того, что его любимая девушка – их местная ходячая энциклопедия.       - Не хочу. – категоричность ответа от Пэнси меня знатно позабавила. О да, как бы и она не закрывала глаза на то, что ее новообретенная подруга общается со студентами с львиного факультета, сама она могла переносить только одного человека – Джинни Уизли. Поскольку та не вызывала у Паркинсон рвотного позыва.       - Почему? – наигранную любезность со стороны Драко, Пэнси благополучно пропустила мимо ушей и ответила на его вопрос вполне честно:       - Потому что я им не доверяю.       - А рыжей доверяешь значит? – усмешка от Драко стала еще одним фактором того, чтобы Пэнси вновь произнесла правду не задумываясь:       - По крайней мере я выбрала меньшее зло. К тому же это зло хоть свое – родное, не-то что эти…       Я был согласен с ней. Ярославу я все также не доверял, хотя моментами ловил себя на мысли, что он относится к Владе, как к младшей сестре и не желает ей зла. Вот только все это перечеркнулось в момент, когда его подруга – Забава, постоянно задирала и обвиняла Владу, а он ничего и не делал для того, чтобы ее заткнуть. И вот как после этого к нему относится и доверится?       - Я тоже думаю, что стоит спросить у Джинни. Не доверяю я «друзьям» Влады, да и потом, если они что-то и знают, то знает и рыжеволосая. – Блейз будто мои мысли прочитал. Сказал ровно то, что я бы и сам озвучил, а значит, не одного меня весь напрягала эта ситуация. Поделившись своими умозаключениями, Забини после обратился к Пэнси, как бы давая добро на ее дело (буду теперь звать тебя, мистер кэп, Блейз Забини и только попробуй дать мне в нос!): - Хорошо, Пэнс, ты ловишь гриффиндорку, а я попробую накормить и встряхнуть Тео.       «А вот это делать от души не советую!»       Но кто меня послушает, верно?       Пэнси тем временем уже успела покинуть нашу гостиную. Я это понял по тому, что проход в подземелье закрылся буквально после того, как стихли ее шаги. Блейз и Драко пока оставались в помещении, отчего последний решил прояснить для себя один малоприятный для него момент:       - А мне какую роль ты отвел, кэп? – и все-таки голос у Драко дрогнул. Но там были не нотки беспокойства, а злости. Интересно, что же его так разозлило? Что именно Пэнси отправится на поиски Джинни, или же что они решили обратиться именно к рыженькой, а не к его девушке? Или же что его самого оставляют не у дел? Забавно…       - А твоя роль на ближайшее время – просить прощения у Грейнджер. – Блейз говорил спокойно, и, даже слегка отстранённо, однако уловив недовольный рык Драко, только лишь усмехнулся, добавив: - Конечно, если ты и дальше считаешь ее своей девушкой.       - Вот ты паскуда. – Драко уже был на ногах и очень быстро двигался по гостиной. Так и хотелось съязвить: «не ходи слишком быстро, а не то взлетишь». Шутку, я, конечно, оставил при себе, а вот Блейз, отмалчиваться не стал. Направившись к выходу, он, остановившись на мгновение, произнес перед тем, как окончательно покинуть помещение:       - Не паскуднее тебя, Драк.       И после этого наступила тишина, которую то и дело нарушал недовольный Малфой. Однако вскоре и он, наконец, заткнувшись, покинул гостиную. Я и очень надеялся на то, что хотя бы у этого идиота будет все хорошо. ***       Прошло еще несколько дней. А след Влады мы так и не могли найти. Ребята (вот уж не знаю, к счастью ли) вытащили меня из кровати и заставили прийти в себя. Весьма неординарным способом, а именно пинками. Да, я получил от всех, но мстить не стал, так как своим умишком понимал, что и так уже превратился в не пойми кого. А что бы отыскать сокурсницу, нужно было включить голову и взять себя в руки, с чем, собственно, мне и помогли друзья. Однако, у нас все равно ничего не получалось. Чтобы мы не делали. И да, не у одних нас…       - Тео, где Влада? – вот так, в один из дней, ко мне уверенно подошел Ярослав и, без приветствий, задал вопрос, на который я и сам был бы рад получить ответ.       Покосившись на недовольную Пэнси, которая моментально остановилась в паре метров от нас двоих, я, качнув головой, взглядом попросил ее не вмешиваться. Подруга недовольно поджала губы, но сделала так, как я попросил. После того, как она скрылась с нашего поле зрения, я, повернувшись обратно к гриффиндорцу, ответил вопросом на вопрос:       - Ты тоже не знаешь?       Сложив руки на груди и одарив меня укоризненным взглядом, Ярослав произнес язвительно:       - Ну, логично же, что не знаю. Иначе не подошел бы.       Как же сложно с ними разговор вести. И вроде, казалось бы, они втроем с одной страны и школы, но такое ощущение, что будто они приехали вообще не с одного места. Вот насколько они трое различались между собой. Понятно, что люди в принципе все разные, но общие черты все равно же должны проскальзывать. А тут даже и самой малости нет…       Пожав плечами, при этом предусмотрительно придерживая ремень сумки, чтобы тот не съехал, я сухо ответил на его издевку:       - Мы ее ищем.       - И как давно?       - Примерно дня четыре. – так и хотелось нагрубить, но я просто сказал первое, что пришло в голову, особо не заморачиваясь над контекстом: - А вы чем занимались все это время?       От последнего вопроса Ярослав болезненно поморщился. Выходит, я задел больное место. То ли они искали и, также как и мы не нашли ее, то ли они и не пытались ее найти. Интересно, что же из этого правда?       - Что у вас произошло на встрече Слизней? Почему она ушла? – проигнорировав мой выпад, Ярослав стал заваливать меня вопросами, на которые я отвечать не горел желанием. Заметив это, Ярослав недовольно поморщился, но все же продолжил: - Просто я не успел ее догнать и расспросить. Она… довольно быстрая.       - Это был пустяк. Не сошлись во мнениях и она взбрыкнула. – я не собирался говорить ему правду, поэтому пришлось придумать отмазку, которую Ярослав, разумеется, не проглотил. Умен, права была Влада. Так что, я нисколько не удивился, когда он с претензией в голосе начал высказывать мне:       - Пустяк? Из-за пустяка, как фурия не убегают из-за зала. Она не так воспитана. Поверь мне.       - Я верю, но…       Я не успел закончить свою мысль, так как мы оба услышали довольно быстрый шаг. Закрыв рот и повернувшись туда, откуда доносился звук, я прямо остолбенел, поскольку в этот момент мне показалось, будто я увидел Владу. А было примерно так: к нам с Ярославом очень быстро приближался молодой парень. Немногим старше нас. Навскидку ему можно было дать лет девятнадцать-двадцать. Ростом он был, примерно как я и Ярослав. Темные волосы, забранные в невысокий хвост; зеленые, словно изумруд, глаза, которые метали молнии и темная форма, состоящая из штанов, высоких сапогов и удлинённой куртки. В общем и целом, если бы рядом с нами стояла Влада, можно было бы сказать, что они безумно похожи друг на друга. Но ведь, у Влады же нет брата? Или…       - Ярослав!? – парень подошел к нам и, мазнув по мне равнодушным взглядом, чуть ли не вцепился в гриффиндорца. А тот, видимо обалдев от этой встречи, выдал первое, что ему пришло в голову. Вот только, похоже, он проговорил на русском, потому что я ни черта не понял:       - Стас? Ты что тут делаешь?       - Ищу сестру.       Из их мини-диалога я смог уловить только одно знакомое слово «сестра». Влада как-то раз пыталась научить меня парочке русских слов, но быстро забросила это дело, но я машинально запомнил его. И видимо, в своих ранних умозаключениях я оказался прав. Этот парень оказался старшим братом Влады. Интересно, что он тут делает? И кто ему сообщил о произошедшем, если Ярослав с таким же недоумением, что и у меня, смотрит на родственника своей подруги?       - С-сестру? – не хотелось бы мне заикаться, но получилось как-то само собой.       Услышав мой вопрос, парень повернулся ко мне и, протянув руку для рукопожатия, произнес на чистейшем английском:       - Привет, я Стас, брат Влады. А ты?       Не успел я и рта открыть, чтобы представиться, как за меня это сделал Ярослав. Показав подбородком на меня, он выдал:       - Это Тео. Сокурсник Влады.       «А еще друг и возможный парень. Сгинь!»       Нахмурившись, я, прежде чем высказаться Ярославу, пожал протянутую мне Стасом руку, а после, повернувшись к гриффиндорцу, с недовольством проговорил:       - Спасибо, конечно, но я и сам бы мог ответить.       Я заметил, как его уши слегка покраснели, отчего захотелось прыснуть от смеха. Стас же, как интеллигентный волшебник, сделал вид, что ничего не видел, а вот Ярослав решил сгладить неловкую ситуацию:       - Извини, правда. Это на автомате уже. Просто всегда представлял своих подруг новым людям, тут также получилось.       - Это был… тонкий намек.       - Слушайте, парни, не хочется вас прерывать, но вы можете на мой вопрос ответить? Вы знаете где Влада? – Стас хоть и не встревал, ему очевидно все же было тяжело наблюдать за тем, как мы пререкаемся. Его можно было понять, у него младшая сестра пропала, а он тут слушает, как два студента отношения выясняют. Поэтому затолкав все свое недовольство к Ярославу вглубь себя, я, посмотрев на русского волшебника, ответил:       - Нет, не знаем. Но мы ищем ее.       Тяжело вздохнув и растерев лицо ладонями, Стас затем посмотрев на нас двоих, вновь спросил:       - И как давно?       И снова ответ давал я:       - Примерно несколько дней.       - Черт! – я видел, как Стас еле сдерживает себя, чтобы ни на ком не сорваться. И хотел бы я помочь ему, но не мог. Ярослав думал примерно так же, потому как, подойдя к брату Влады, он, опустив на его плечо ладонь, спокойно произнес:       - Постарайся успокоиться. Мы ее найдем. – покосившись на меня и одобрительно кивнув, Ярослав после вновь повернувшись к Стасу, поинтересовался: - Слушай, ты один приехал?       Задумавшись о чем-то своем, Стас начал говорить, особо не задумываясь:       - Нет, с от… - однако резко замолчав и посмотрев на нас каким-то странным взглядом, он все-таки закончил предложение: - …с Белозаром.       Ярослав, видимо, так же, как и я, заметил оговорку Стаса. Но лезть к нему мы оба не стали. Я, потому что не имел права, так как был ему посторонним человеком, а Ярослав из-за того, что это было не его дело. Но это только мои догадки, так как их обоих я знать не знаю. Да и потом оно мне надо?       Я не собирался и дальше стоять, словно истукан. Во-первых, поход в библиотеку никто не отменял. Мне нужно было взять одну книгу, пока нас по домам никто не отправил. А во-вторых, необходимо было и дальше искать мою любимую зазнобу. Так что, кашлянув кулак, я сделал шаг от ребят и произнес на прощание:       - Стас, приятно было познакомиться. Но, мне нужно по делам. Если будет нужна моя помощь… - моя речь оборвалась, поскольку я почувствовал резкую роль в области груди. Сделав рваный вдох и приложив раскрытую ладонь к одежде, я, посмотрев на двоих парней довольно мутным взглядом, стал заваливаться куда-то набок. Однако, удара о каменный пол не последовало, поскольку меня успел поймать Стас. Прислонив меня к стене, он, сев передо мной на корточки и щелкнув пальцами перед носом, обеспокоенно спросил:       - Тео? Все в порядке?       «Ну да, конечно, я тут при смерти нахожусь, а мне такие глупые вопросы задают…»       Сглотнув вязкую и немного горькую слюну, я, покачав головой, неуверенно ответил:       - Не.. не знаю.       А вот от следующих слов Ярослава я совсем растерялся…       - Это же кровь! Нужно позвать мадам Помфри! Тео, только не отключайся!       Усилием воли я заставил себя поднять руку к лицу и коснуться носа. И да, Ярослав был прав, у меня шла кровь. Подумаешь, невелика беда… Но вместо этого я смог произнести только:       - Мне холодно…       Коснувшись тыльной стороной ладони моего лба, Стас, выругавшись, поинтересовался:       - Тео, что именно у тебя болит?       Язык словно онемел, поэтому ответить мне удалось только с третьей попытки и то, я весь взмок, пока произносил всего лишь одного слово:       - С-сердце.       - Тео, не смей падать в обморок! – взволнованный голос Ярослава доносился до моего слуха словно из-под толщи воды. Разум постепенно отключался, а на место коридора Хогвартса приходили стены какой-то пещеры. Я уже ничего не соображал и не слышал, но все же перед тем, как окончательно впасть в беспамятство, уловил тихий шепот, который сказал мне:       - Не сопротивляйся, я и приведу тебя к ней… ***       Сначала я находился словно в тумане. Холодном, сыром и плотном. Он обволакивал меня, не давая и шанса на то, чтобы что-нибудь рассмотреть даже на расстоянии вытянутой руки. Мне не было страшно, было просто беспокойно. Я озирался по сторонам, надеясь увидеть хоть что-то. Но, к сожалению, все было бесполезно.       Я бродил среди этого странного нечто, пока моего слуха не коснулся мелодичный голос, который был полон радости и предвкушения:       - Я знала, что ты не устоишь. Следуй за зеленой звездой и ты сам все увидишь.       Было очень странно слышать тут что-то еще, кроме тишины, так что я, ведомый любопытством, заприметил эту самую зеленую звезду и направился в том направлении, куда она плавно плыла. Сначала ничего не менялось, но с течением времени, впереди стали угадываться очертания силуэтов. Сначала слабые, но чем ближе я подходил, тем сильнее они проявлялись. И вот, сам того не заметив, я оказался в огромной пещере, рядом с темноволосой девушкой и… Владой.       Она находилась возле волшебницы и по ее лицу стекал то ли пот, то ли слезы. Она очень часто дышала и вообще, создавалось ощущение, что она буквально недавно пережила какой-то шок, а сейчас постепенно от него отходит…       «В чем-то ты прав, милый Тео. Она, действительно, приходит в себя… из-за твоей смерти…»       Вот теперь уже я впал в состояние подобное шоку. Посмотрев на невозмутимую волшебницу, которая хищно улыбалась, я, проследив за ее взглядом, наткнулся на… самого себя.       Видимо мало мне было того, что я узнал, что Влада отходила от моей смерти, так еще я себя вижу. И, судя по всему, я был ранен. Просто, как еще объяснить то, что я был очень бледным, тоже часто дышал и периодически заваливался набок?       Вот и волшебница подтвердила мои мысли, когда передавала Владу моему.. двойнику? Я вообще уже ничего не понимал, но, мне любезно разъяснили, когда объекты моих наблюдений скрылись прочь.       Вздохнув и повернувшись ко мне, волшебница, подойдя чуть ближе, осмотрела меня с ног до головы, а после минутного молчания, начала говорить:       - Меня зовут Василиса. И я та, кто проклял Владиславу. – я уже было хотел спросить ее, за что она так с ней поступила, но Василиса, вскинув руку и покачав головой, продолжила: - Не старайся задать вопрос. Ты не можешь говорить, поскольку ты всего лишь иллюзия. Как и весь этот мир. Я скажу тебе о том, что Влада намеренно позабыла. Хотя, распинаться перед тобой будет глупостью с моей стороны, поскольку ты все равно ничего не вспомнишь. Но, есть и плюс, старший братик Влады пойдет где ты был, так что, не все так плохо. – обойдя меня по кругу и вновь остановившись напротив, Василиса произнесла:       - Начну с того, что Владе примерно четыреста шестнадцать лет. Ну ладно, чуточку больше... И не смотри на меня, как на припадочную, я не шутки шучу. Из-за того, что ее отец бросил меня ради ее матери, я, не придумав ничего лучше, прокляла их дочь. Само проклятие состояло в том, чтобы Влада, в определенный период времени встретила свою судьбу, полюбила и… сделала правильный выбор. А заключался он в том, чтобы из двух друзей, сердце выбрало верно, иначе, твою красавицу ждала бы мучительная смерть. Признаюсь, я очень долго наблюдала за ней. Но вот, все никак не получалось ее поймать. Судьба ведь родилась всего шестнадцать лет назад. – усмехнувшись от каких-то своих мыслей, Василиса добавила: - Этот момент я упустила, каюсь. Но, так даже интереснее вышло. Ох, как же маленькая волшебница металась между вами двумя. Прямо загляденье. Я уж было подумала, что она пошла в мать и отобьет парнишку у той брюнетки. Но нет, мозгами получилась все-таки в отца, потому как выбрала тебя и разумом и сердцем. Радуйся и только попробуй упустить ее! Одну оплошность ты уже совершил, так что не вздумай повторять нечто похожее!       «Ты и за мной следила?»       Улыбнувшись, отчего кончики клыков выглянули из-под верхней губы, Василиса, на мое удивление, ответила:       - А как еще я могла бы узнать, чем вся эта каша закончилась? Прежде чем ее сюда забрать, я прекрасно знала, кого она выбрала. Вот только, сама Влада металась, словно мотылек в банке. Я просто подтолкнула ее к окончательному выбору. Не более того. Да, жестоко, не гуманно, но, я по-другому не умею. Ведь пережив страх, боль и отчаяние, можно найти ответ на свой вопрос: «А кто же именно?». Она его получила, как и я. – покосившись в сторону выхода, Василиса, невесело усмехнувшись, прошептала, перед тем, как отойти от меня: - Пойдем, нужно уже закончить то, что я начала когда-то из-за ненависти…       Я плавно двигался за Василисой, а она, в тоже время, не торопясь, подходила к Владе, которая находясь на земле, тихо плакала и негромко шептала. Я не разбирал, что именно она говорила, поскольку Влада постоянно перескакивала то на один язык, то на другой (лично для меня никакой разницы в них не было, просто по звучанию и смог это определить). Да и к тому же, я настолько сильно погрузился в то, чтобы разобрать хоть что-то, что совершенно не заметил того, почему она это делала. А когда обратил внимание… беззвучно выругался. Хотелось бы и вслух, но тут уж без вариантов. А все потому что мой бледный, со спутанными, грязными волосами и все лицо в крови.       «Да уж, такой себе вид у меня…»       Словно в ответ моим мыслям, Василиса покосилась на меня и усмехнувшись… промолчала. Ну хоть тут комментировать не стала, и на том спасибо…       Поскольку мое нахождение было скрыто от всех, кроме Василисы, мне ничего не оставалось делать, кроме как наблюдать истерику Влады по поводу всего и вся. Я был согласен с каждой ее претензией. Как и темноволосая волшебница, чем незамедлительно и поделилась. Влада от такого поворота даже дара речи лишилась, а Василиса, подмигнув мне, произнесла перед тем, как исчезнуть:       - Теперь, ты знаешь обо всем. Не потеряй ее…       И вот именно в тот самый момент, когда ее «наставление» было произнесено, я…проснулся. ***       Пробуждение было малоприятным, хотя бы потому, что у меня все болело. Начиная с головы и заканчивая пятками…       «Меня что, отпинали?»       Первым что я увидел, когда мучительно тяжело приоткрыл глаза, это обеспокоенное лицо Блейза.       - Мистер Нотт? – голос мадам Помфри дошел до моего слуха с небольшим опозданием.       Сглотнув застоявшуюся слюну, я, окончательно очнувшись, прохрипел:       - Что за…       - О, очухался! – заметив от меня реакцию, довольный Блейз сделал шаг назад и посмотрев куда-то в сторону, добавил: - Ребят, Тео в себя пришел.       Первой ко мне, не считая самого Забини, подскочила Пэнси и, аккуратно присев на край кровати, с облегчением произнесла:       - Тео, слава Мерлину…       - Придурок, ты напугал нас! – Драко находился от меня с другой стороны и сложив руки на груди, пристально рассматривал. Правда, я успел отметить, как непроизвольно дергается его глаз, отчего мысленно усмехнулся. Волновался, черт проклятый…       Поморщившись, но все же приняв более удобную позу для обзора всех собравшихся, я, кашлянув, поинтересовался:       - Что произошло?       Ни к кому конкретному я не обращался, так что ответ ждал от любого находящегося в помещении, но, меня проигнорировали. Все молчали, словно воды в рот набравшие, за исключением, разве что, мадам Помфри, которая подошла ко мне и проведя беглый осмотр, обратилась ко всем собравшимся:       - Так, а ну вышли все! Ему покой нужен!       Как я и подозревал, никто и с места не сдвинулся. Подождав еще пару минут и посмотрев на мою реакцию, целительница недовольно хмыкнула и пробурчала, прежде чем уйти к себе в комнату:       - Упрямые детишки!       Никто не стал ей перечить, чем немало ошарашили. На мое удивление, сокурсники так и продолжали молчать, отчего у меня закрались некоторые беспокойные мысли, но, я не успел о чем-либо спросить, поскольку к моей кровати неожиданно подошел Стас и, приветливо махнув рукой, спросил:       - Как себя чувствуешь? – когда я неопределённо пожал плечами, он нахмурился и снова задал вопрос: - Ты что-нибудь помнишь?       - Нет.       - Но ощущения остались. Верно? – при этом Стас так пристально посмотрел на меня, что захотелось куда-нибудь спрятаться (я не из пугливых, но вот такой тяжелый, пристальный взгляд, видимо, их семейная фишка, потому как Влада тоже частенько так делает…). Я недовольно пождал губы и упрямо уставился на брата Влады, а тот в свою очередь не отводил глаз от моего лица. В итоге, эту странную игру прервал Драко. Не слишком вежливо пихнув Стаса в плечо, он с ощутимой угрозой в голосе произнес:       - Эй, что ты к нему пристал? Он только очнулся.       Окинув моего друга абсолютно равнодушным взглядом, Стас, вновь посмотрев на меня, задумчиво проговорил:       - Есть у меня догадки, почему именно он отключился. И это что-то связано с моей сестрой…       - В каком смысле? – Блейз покосился на Стаса, а тот, не долго думая, решил ответить:       - Я могу ошибаться, но мне, кажется, тут поработала одна наша старая знакомая. Раз Влада пропала, значит она все-таки добралась до нее.       Я почувствовал, как Пэнси нервно заерзала на кровати, а после нескольких минут молчания, выпалила возмущенно:       - А при чем тут Тео?       Стас не торопился рассказывать то, о чем знал и догадывался только он один, но, под нашими напряженными взглядами, сдался и нехотя заговорил:       - Вероятно, он связан с моей сестрой, отсюда и такая реакция на одно, почти неизвестное, заклинание. – заметив, как мы на него недоуменно и недоверчиво таращимся, Стас, вздохнув, пояснил: - Есть такой тип заклинаний, при которых волшебника связывают с его бестелесной формой. Проще говоря, человек будет испытывать все тоже, что и его проекция. Видимо, эта стерва вытянула Тео к себе и вынудила его увидеть то, отчего память услужливо решила избавиться. – сочувственно посмотрев на меня, Стас добил, произнеся: - Повезло, что ты вообще проснулся…       «Нормально так…»       Хорошее у меня было приключение походу, ничего не скажешь… Окинув пришибленных друзей любопытным взглядом, я, чуть было не подпрыгнул от неожиданности, когда голос Пэнси сорвался на фальцет:       - То есть, Тео мог проснуться идиотом!?       «Ну чего ты так кричишь? Я же нормальный... Периодами.»       - Пэнси! – пришикнув и метнув в подругу предупреждающий взгляд, Драко, повернувшись к Стасу, всем своим видом дал понять, чтобы тот объяснил все более доступно. Но, старший брат Влады пошел другим путем. Проигнорировав недовольное выражение лица Драко, Стас, подошел ко мне и усмехнувшись, произнес:       - Раз ты нормально разговариваешь, думаешь и всех узнаешь, значит все закончилось более-менее сносно.       Из всего сказанного, я зацепился только за слово «думаешь». Так и хотелось спросить у него: «ты что, мысли читать умеешь?». Но, обдумав все еще раз и придя к выводу, что это бред, я отмел эту затею...       «Очень жаль, что ты промолчал, это было бы довольно интересно…»       Услышав в голове насмешливый голос Стаса, меня чуть буквально не прорвало на ругательства. Только вышколенная годами сила воли не дала мне сорваться. Я просто сделал вид, что ничего не произошло, отчего Стас, улыбнувшись глазами, молча отошел от меня в дальний угол комнаты.       Вот только не прошло и пяти минут, как его место заняла мадам Помфри. Отодвинув от меня Пэнси, Блейза и Драко, она нахмурившись еще сильнее, уперла руки в бока и недовольно произнесла, смотря прямо на меня:       - Вам повезло, молодой человек. Вы пролежали без сознания всего пару часов, но ещё минута, и вас бы уже было не спасти!       Невольно поперхнувшись от такого громкого заявления, я, сипло проговорил, покосившись на расслабленного Стаса:       - Но, это же только догадки…       Тяжело вздохнув и сделав шаг вперед, Стас, сложив руки на груди и покачав головой, спокойно пояснил:       - Это не совсем так работает. Когда насильно вытягивают проекцию, может произойти все что угодно. От потери памяти, вплоть до смертельного исхода. Есть еще и такая вероятность, при которой человек просто может потерять часть души или тронуться умом. Однако это все не точно, поскольку вообще никак не изучено. Мой отец и моя мать пытались разобраться в этом… фонеме, но у них ничего не вышло. – мельком посмотрев на притихших друзей, Стас, хмыкнув, добавил (хотя этого можно было и не делать, на мой взгляд): -Вам вообще-то повезло, что ваш друг ничего и никого не забыл. Кстати, - вновь вернув на меня свое внимание, он продолжил: - Тео, а было ли, что-то странное в твоем поведении, скажем, пару-тройку дней назад?       Я задумался, но так ничего и не мог вспомнить. Так что, пожав плечами, я ответил то, что считал правильным:       - Да нет, все как всегда…       - То есть, получается, где-то есть твоя проекция, которая находится на грани жизни и смерти и поэтому, ты в опасности!? – Пэнси хоть и стояла в отдалении, но ее голос, который был близок к ультразвуку, буквально прошелся ножом по моему, все еще чувствительному, слуху. Скривившись от не слишком приятного ощущения, я, потерев глаза, проворчал:       - Уже нет. И вообще, я не уверен, что это все было взаправду…       - Это еще почему? – Драко хоть и делал вид, что ему на все глубоко насрать все до сиреневой звезды, но, я понимал, что он лишь притворяется. Хотелось бы мне дать развернутый ответ на его вопрос, вот только я и не знал, что именно сказать. А потому, произнес нейтральное:       - Я это чувствую.       - Но…       - Пэнс, я не знаю! – посмотрев на ошарашенную подругу усталым взглядом, я, вздохнув, продолжил чуть спокойнее: - Могу сказать только одно: то, что было, никак на мне не отразилось. Я жив и мне ничего не угрожает.       - Она специально все это устроила… - пока все были заняты своими мыслями, Стас, что-то пробубнил себе под нос. Услышать, что именно, я все равно бы не смог, но, судя по реакции Блейза, который находился совсем рядом с ним, я понял, что это было нечто странное. Поймав взгляд друга и беззвучно спросив, что именно старший брат Влады сказал, Забини, пожав плечами, также беззвучно ответил: «Он прошептал что-то на русском. Поэтому я ничего не понял».             «Понятно теперь…»       Как-то резко разговор сошел на нет, так что, мадам Помфри вновь стала осматривать меня и ворчать, что возле моей кровати слишком много народа. Я не возникал, потому как мне дали какую-то горькую настойку, от которой я моментально провалился в сон. Слава Мерлину, без сновидений. Однако, когда я проснулся спустя пару часов, рядом со мной находилась Пэнси. Заметив, что я снова в сознании, она, поманив к себе Драко и Блейза, произнесла не слишком громко:       - Тео, что делать с Владой?       - А что Влада? – Драко уселся на тумбочку, что находилась возле моей кровати и положив ногу на ногу, стал ждать ответ на свой вопрос. Ну Пэнси и ответила, в свойственной ей манере:       - Она именно из-за вас двоих пропала! – щелкнув меня по носу, подруга, горько усмехнувшись, продолжила: - Тео уже получил свое, теперь твой черёд, Драко Малфой!       - Постойте, в смысле именно из-за вас пропала моя сестра!? – голос Стаса прозвучал настолько неожиданно, что Пэнси, не ожидав такого поворота, взвизгнула от испуга и оступившись, свалилась прямо на Блейза. Выругавшись, Забини поймал ее и закрыв рот ладонью, шикнул ей что-то на ухо. Драко слегка побледнел, а я, смутившись под пристальным взглядом Стаса, уже было хотел постараться все объяснить, как внезапно в больничное крыло влетел запыхавшийся Ярослав.       Добежав до моей кровати в считанные секунды, он, тяжело дыша, посмотрел на Стаса, а тот поинтересовался у него, с проскользнувшим волнением в голосе:       - Ярослав? Что случилось?       Наконец отдышавшись, Ярослав, выпрямившись, выпалил… на русском! (машинально, видимо):       - Владу нашли!       Из всего сказанного мы уловили знакомое имя. С Владой что-то случилось?!       И видимо не одного меня настиг этот вопрос, Блейз оказался проворнее всех остальных, потому как самый первый уточнил:       - Влада!? Что случилось?!       - Владу нашли. – Стас ответил вполне спокойно, и только внимательный человек заметил бы, что у него подрагивают пальцы на руках. Он жутко нервничал все это время, но вида не подал никакого…       - Где её нашли!? – я чуть не свалился с кровати, когда резко попытался встать. Успев подхватить меня, чтобы мое лицо не поздоровалось с каменным полом, Ярослав, сдунув выбившуюся прядь волос со своего лба, быстро проговорил:       - Её нашли у Черного озера. Без сознания. Хагрид уже несет ее сюда.       - А ты не мог патронус послать? Так ведь быстрее… - из уст Блейза этот вопрос прозвучал очень странно. Не всякий волшебник умеет вызывать Патронус… Именно поэтому я совсем не удивился, когда, наконец, отпустив меня и выпрямившись, Ярослав, сомкнув губы в тонкую линию, благоразумно промолчал, на что Забини, натурально удивившись, поинтересовался:       - Ты не умеешь?       «Как будто-ты можешь его вызвать? Сдурел совсем?»       Пока я поправлял вещи и пытался поймать нужное мне положение в пространстве, Ярослав, довольно сухо ответил на укол Блейза:       - Что-то не довелось, как-то…       Однако, дальше препирания не пошли, поскольку встав между ними двумя, Стас, покачав головой, повернулся к гриффиндорцу и опустив ладонь ему на плечо, вопросил:       - Ярик, кто ее нашел?       Поймав мой вопросительный взгляд, Ярослав, вздохнув, ответил сразу всем:       - Девчонки. Джинни, Гермиона и… Забава.       Влада Холодно. Безумно холодно. Но не моему телу, а душе. Внутри меня была такая тьма, что можно было бы спрятать там полмира. Жить не хотелось от слова «совсем». Но и уйти я не могла, кто-то упорно не давал мне этого сделать. Тянул, звал, плакал, а мне было все равно. Пустая оболочка без каких-либо чувств и эмоций.       «Дайте мне умереть, в конце концов!»       Хотелось закричать, чтобы тот, кто держал меня, испугался и отпустил. Но, когда я открыла рот, не смогла произнести ни звука. Знакомое ощущение, от которого по телу прошёл озноб. Опять Василиса забавляется? Так вроде она отпустила меня. Или нет?       - Ты серьезно помирать собралась? – женский голос донесся до меня откуда-то издалека. Открыв глаза и осмотревшись по сторонам, я, поморщившись, не слишком дружелюбно ответила вопросом на вопрос:       - А по мне не видно?       - Ой, Влада, - уловив усмешку в голосе неизвестной собеседницы, я закатила глаза, а она продолжила: - актриса ты погорелого театра! А ну взяла себя в руки и проснулась!       Сложив руки на груди и недобро уставившись туда, откуда, на мой взгляд, говорила женщина, я, вновь спросила:       - А не то что? Снова мучать начнешь?       - Ты о чем? – произнесено это было с таким неподдельным удивлением, что я, немного напрягшись, уточнила наугад:       - Оля?       Не успела я и глазом моргнуть, как передо мной появилась темноволосая девушка, с карими, до ужаса печальными глазами. Она держалась в стороне от меня, поскольку не знала, какой может быть моя реакция на нее. И ведь, будь на моем месте сейчас Влада, годичной давности, вцепилась бы Ольге в волосы не задумываясь. Я же, окинув названную сестру задумчивым взглядом, услышала от нее неуверенное:       - Привет, сестричка.       Сделав шаг к ней навстречу и натянуто улыбнувшись, я, посмотрев прямо на нее, произнесла:       - Привет, Оль. – а затем уже последовал вопрос: - Что тут делаешь?       Пожав плечами и скользнув по мне изучающим, слегка неодобрительным взглядом, Ольга, сложив руки на груди, ответила:       - Да вот к тебе пришла. Чтобы ты не окочурилась раньше времени. Иначе мне твоя семейка жизни спокойной не даст.       - В смысле?       Нет, то что Стас пообещал с нее три шкуры спустить, если она хотя бы близко подойдет ко мне, я помню. Но что еще было такого, за что Ольга до сих пор расплачивается? Ведь причина была явно в чем-то еще. Или нет?       Словно прочитав мои мысли, Ольга, усмехнувшись, вопросила:       - Не поняла еще? – заметив то, как я на нее смотрела, она, вздохнув, добавила: - Действительно, ты же не помнишь… Я всегда присматривала за тобой, поскольку это было моим наказ… моей работой.       Хмыкнув и переступив с ноги на ногу, я спокойно произнесла:       - Называй вещи своими именами. Я была твоим наказанием. За что хоть? И, почему ты ушла от нас на самом деле?       Я видела, как сильно она не хотела говорить на эту тему. Но, молчать дальше уже не было никакого смысла. Раз она появилась передо мной и пытается удержать, значит ее мотивы очень сильны и мне было просто жизненно необходимо их услышать. Но Оля вновь попыталась увильнуть:       - Да так, был косяк…. Не нужно тебе знать об этом.       «И вот почему я должна из нее все клещами тянуть?!»       Прикрыв глаза и глубоко вздохнув, я решила еще раз попытаться ее разговорить:       - Василиса намекнула о том, что ты вину чувствуешь. – резко распахнув ресницы, отчего сестрица невольно дернулась, я, уперев в нее колкий взгляд, сказала сухо, надеясь, что мой блеф она не заметит: - Оль, давай на частоту - я догадываюсь о твоих мотивах, но мне хотелось бы услышать ответ именно от тебя. Расскажешь?       Посмотрев на меня затравленно, из-за чего я на мгновение почувствовала себя настоящей мразью (да, я наврала ей, каюсь…), Ольга, закусив губу, нехотя начала говорить:       - Я жила у твоей матери еще задолго до того, как она познакомилась с твоим отцом. Ясмина… - секундное молчание: - …спасла меня от смерти.       И вот тут я испытала настоящее удивление.       - Мама? Спасла? А что было?       Облизнув губы, Оля, обреченно вздохнув, сдалась. Подойдя ко мне, она села в позу лотоса и устремив взгляд в пустоту, заговорила:       - Мне уже очень много лет. Я лесной дух, который принимает облик кошки. Вира – это моя частичка, которая присматривает за тобой. В былые времена, когда д<i>ухи еще населяли этот мир, а люди поклонялись языческим богам, я жила вместе с сестрами и следила за состоянием леса. Однако, в какой-то момент, все изменилось. Люди будто с ума сошли. Вырубали леса, убивали нимф, изгоняли духов. И да, до меня очередь тоже дошла, но Ясмина отбила меня у них. Я поклялась, что буду служить ей и ее детям. И я служила, но…       История Ольги поразила меня. Мама ведь никогда не говорила, кем на самом деле являлась наша названная сестра… Интересно, а Стас в курсе того, чем на самом деле является Ольга? Сдается мне, что да, знает…       Устроившись рядом с ней и вытянув ноги вперед, чтобы не затекали, я, сгорая от любопытства, уточнила:       - Но?       - Я ушла от Ясмины к… Василисе.       - Почему? – я искренне удивилась. Поскольку не могла взять в толк, зачем этой умной девушке, нужно было уйти именно к Василисе. Та уже была мертва и стала той, кто последние годы изматывал меня и мою душу.       - Не знаю. – это прозвучало настолько тихо, что я еле услышала ее. Зато после, Ольга, придя в себя, добавила увереннее: - Эту часть своей жизни я практически не помню. Знаю только, что этим поступком я потеряла твое доверие и доверие Стаса. – на этом месте ее ресницы стали предательски подрагивать. - Когда я убежала, защита, которая у вас была, уничтожилась. Стас, узнав о том, что я бросила вас, нашел меня и заточил в темнице под горой Ясмины. Однако с помощью Василисы мне удалось выбраться оттуда. А твой брат… - смахнув соленую дорожку со щеки, Ольга, рвано вздохнув, продолжила: - …он поклялся убить меня, если я попадусь ему на глаза или приближусь к тебе. Что, собственно, ты и помнишь…       - Но ты не послушала его. Ты пришла ко мне, перед тем как я уехала.       Положительно кивнув на мои слова, Ольга, все также не смотря в мою сторону, проговорила:       - Да. Я так и не смогла простить себя. Но я вернула твой кулон, который ты мне подарила, когда-то. И да, он был твоим оберегом от Василисы, а ты сняла его…       Она замолчала, а я смутилась. Я не помнила, почему подарила этот кулон Оле, но одно я знала точно: я должна была его снять и неважно какие на то были причины…       - Так нужно было… - я проворчала себе под нос, на что Оля, усмехнувшись, решила уколоть меня, сказав:       - Неверно. Ведь заколку того парня ты оставила, а вот кулон… - махнув рукой, она добавила отстранённо: - Да чего уж теперь.       Я была с ней согласна. Уже не было никакого смысла искать причину того, почему я сделала то, что сделала. Все уже произошло и время вспять не вернуть, как бы не хотелось.       Мы сидели в тишине и наблюдали за тем, как медленно, но верно, темнота подкрадывается к нам все ближе, и ближе. С каждой минутой становилось все холоднее, отчего создавалось ощущение, что времени у нас осталось не слишком много. Отчего, вспомнив нечто, что до этого спало внутри меня, я, вздрогнув, произнесла:       - Оль?       - Что?       Облизнув пересохшие губы, я осторожно поинтересовалась:       - Я же намекнула, что догадываюсь о твоих мотивах (в тот момент я блефовала, но не теперь!)?       Кисло улыбнувшись, она ответила, правда вопросом на вопрос:       - Да, и что?       Заломив пальцы, я протараторила:       - Хочешь верь, хочешь нет, но я помню, почему ты ушла от нас.       - Ч-что? – заикнувшись, Оля повернула голову в мою сторону и вскинув бровь, всем своими видом дала понять, что ждет от меня объяснений. Ну и я объяснила…       - Из-за любви к брату. Ты не смогла с ней жить зная, что она была невзаимная, ведь любила его вопреки всему. Насколько я помню, духи не знают, что это за чувство такое, а ты, прожив с сами очень много лет, ощутила ее на себе. Тебе было больно, когда ты наблюдала за тем, как Стас гулял с девушками, целовал их, обнимал. И что самое печальное, он никогда не расценивал тебя с их позиции. Просто еще одна сестра. А ты все ждала. Это было долго и…впустую. Именно из-за этого ты и ушла к Василисе. Больше не смогла жить с нами, зная и понимая, что Стас никогда не рассмотрит тебя, как девушку. Только как в качестве старшей сестры. Русалка тебя поняла, потому что у вас была одна боль на двоих. Она страдала от любви к моему отцу, а ты от любви к моему брату…       Это было… сложно. Словно во мне стоял какой-то блок, который мешал нормально соображать. Из-за этого я не смогла полностью описать то, что всплыло в моей памяти. Не сказала, что именно Стас заметил ее пропажу. Что именно он сам, старался ее найти, а когда нашел, не узнал. Она изменилась, вела себя иначе, думала не так, как прежде. И оказалось, что Василиса заворожила Олю, а брату, ничего не оставалось делать, как запереть ее под горой мамы, чтобы дать ей прийти в себя. Но, после того, как Ольга во второй раз смылась вместе с Василисой, Стас посчитал это личным предательством. Потому то он и злится на нее по сей день – потому что любит, но так и не может простить…       Да, у него было много девушек, но ни одна из них никогда не задерживалась рядом с ним больше, чем на месяц. Он искал ту самую, которая была бы похожа на Олю. Вот только, она была такой одна. Поэтому, злясь на себя и на нее, Стас решил перебросить свое внимание на меня, в тем более, мы как раз на тот момент остались одни. Вот так вот…       Сестра же, съежившись от моих слов, прикусила губу до крови, а когда я машинально стерла капли с ее подбородка, отмерла и сдавленно пробормотала:       - Я не… Ты… Все не так… - всхлипнув, она добавила: - Ты так просто сказала об этом…       Вытерев большими пальцами соленые дорожки с ее щек, я, печально улыбнувшись, спокойно отреагировала на ее слова:       - А зачем усложнять? Правду ведь никто кроме нас с тобой не знает.       «Ну да, конечно, рассказывай ей сказки и дальше!»       И совесть проснулась весьма некстати. Я не могу сказать ей правду, иначе она себя с потрохами съест! А следом за ней, уже я сама себя изведу!       Поэтому прикусив язык, чтобы не сболтнуть, я, понаблюдав за ее метаниями, услышала тихое:       - Но Стас, он же…       Вскинув ладошку, тем самым оборвав ее на полуслове, я, подавив в себе возмущающуюся совесть, проговорила, пока не передумала:       - Он, конечно, мальчик далеко не глупый, давно понял, что-то было с тобой не так. Но не думаю, что он докопался именно до этой проблемы…       «Стыдоба! Как ты можешь так нагло лгать ей в лицо!? Ну ты и дрянь!»       У вас бывало такое, что вы хотели избить саму себя? Нет? А я вот именно сейчас это и хочу сделать! Только остатки здравого смысла не дают мне такой возможности. Р-р-р!       Оля молчала, а корила себя на чем свет стоит. Я не знала, где она была сейчас и от этого было еще непонятнее. А если она уже исчезла из нашего мира, а я ей скажу правду, как это отразится на ней? Или может сначала прощупать почву у Стаса? Что он думает об этом…       Видимо, я очень сильно задумалась, поскольку так и не поняла, какой черт дернул меня ляпнуть:       - Оль, пойми, он любит тебя…       Вздрогнув и отсев от меня немного в сторону, Оля, согнула ноги и опустив подбородок на колени, грустно отметила:       - Но, исключительно, в качестве сестры…       Прописав себе мысленную оплеуху, я попыталась исправить ситуацию:       - Прости, я не знаю, что у него в голове.       «Очередная твоя ложь. Как ты вообще живешь с этим? И да, лучше бы ты молчала…»       Если на первые два замечания мне так и хотелось ответить: «Не поверишь, легко и просто!», то вот с третьим я была согласна полностью. Вот уж и правда, лучше бы я молчала, потому как Оля совсем сникла и почти растаяла. Однако, как я и думала, это было оттого, что наше пребывание вместе подходит к концу, о чем моя сестра незамедлительно сообщила:       - Влада, тебе пора.       Отрицательно покачав головой и поднявшись на ноги, я, посмотрев на нее сверху-вниз, произнесла:       - Не хочу. Что мне там делать?       Отмахнувшись от меня, словно от надоедливой мухи, Ольга, встав следом за мной и моментально изменив выражение лица с грустного на недовольный, театрально закатила глаза, а после и рыкнула:       - Ой, вот только не начинай! Твой отец и брат прибьют любого, кто виноват в том, что ты валяешься в бессознательном состоянии. Давай, топай!       Оля подтолкнула меня в спину, направляя тем самым непонятно куда, отчего я, взбрыкнувшись, проворчала:       - Оль, я, правда, не могу. Точнее – не хочу.       Отвесив мне звонкую оплеуху, Ольга грозно рявкнула мне на ухо:       - Прекращай! – но после того, как я посмотрела на ее шокированным взглядом, смягчилась и добавила более спокойно: - Глаза откроешь и увидишь, что все нормально.       - Тебе-то откуда это знать? – потерев ушибленное место, и надув губы, словно маленький ребенок, я тут же услышала ответ, в котором проскользнуло нечто похожее на тепло:       - Поверь, я знаю, о чем говорю. Пошли.       - Куда? – я нехотя поплелась следом за сестрой, хотя все мое нутро сопротивлялось этому. Меня тянуло в другую сторону, отчего Ольга, цокнув, подхватила меня под локоть и негромко проворчала под нос:       - Ну, уж точно не на ту сторону, куда ты так отчаянно стремишься!       Высвободив локоть из ее хватки, я, пробормотав ругательства, воскликнула с досадой:       - Хорош издеваться!       Поджав губы, Ольга покосилась на меня и мотнув головой в нужном ей направлении, ответила:       - Я еще даже не начинала. Все, прекращай возникать, пошли.       Ну а я, сделав вид, что обиделась, молча последовала за ней. Не знаю, сколько продолжалась наша «прогулка», но, в какой-то момент, Ольга резко остановилась и повернувшись ко мне лицом, начала быстро говорить:       - Мы на месте. У нас с тобой осталось не больше пары минут, поэтому слушай… - сграбастав меня в объятия, она продолжила: - Когда проснешься, о нашем разговоре помнить не будешь. И первое время будешь находиться в прострации, потому как Василиса из тебя неплохо так сил выкачала. С памятью тоже будут небольшие проблемы…       Обхватив ее талию и ответив на объятия, я, прошептала:       - Все настолько серьезно?       Покачав головой и уткнувшись носом мне куда-то в шею, Ольга, секунду помедлив, после отпустила меня и сделав шаг назад, ответила:       - Да я бы не сказала. Вполне, возможно, я и ошиблась. – посмотрев куда-то сквозь меня, она прошептала: - Лучше бы ошиблась. – а затем будто очнувшись от сна, сфокусировала взгляд на мне и поинтересовалась: - Готова?       И хотелось мне ответить, что нет, но вместо этого, я сказала только:       - Если ты готова, то и я тоже.       Подмигнув и улыбнувшись мне той самой нежной улыбкой, от которой я в детстве всегда испытывала прилив любви к этой своеобразной девушке, Ольга, не медля, произнесла на болгарском:       - Добре дошъл у дома.*       И как только она договорила последнее слово, на меня со всех сторон опустилась мягкая тьма, которая позволила раствориться в ней без остатка.</i> ***       Первые несколько минут после пробуждения, я лежала на спине и, смотря на высокий потолок, ни черта не соображала. Вокруг меня кто-то шумел, ругался и звал меня по имени. А я… я не реагировала. Просто лежала и слушала. Слушала…       - Как вы могли с ней так поступить?! – голос моего брата прозвучал как гром среди ясного неба. Я и не припомню, чтобы он хоть на кого-то повышал голос… Всегда спокойный, рассудительный. Да, были моменты, когда его гнев выходил наружу, но это было-то когда… Быльем все поросло уже, сколько времени назад это было…       - В самом деле, ничего страшного не произошло! – а вот Драко и не старался сдержать себя. По донёсшимся звукам возни и предположила, что Блейз удерживал этого дурака от того, чтобы тот не попытался врезать моему брату.       «Это было бы большой ошибкой с его стороны…»       - Ничего страшного!? Вот это ты называешь ничего страшного!? Она лежит без сознания уже несколько дней! И до этого еще примерно неделю! Так что молите богов своих, чтобы она очнулась! – Стас уже просто кипел от злости, настолько сильно его выбила из колеи данная ситуация. А как поняла, что он на грани? Все просто – следом за братом, я услышала спокойный голос нашего директора:       - Стас, успокойся. – все в Колдовстворце знали одно: если Белозар успокаивает моего брата, это означает, что Стас уже находится возле своей личной точке кипения. Еще немного и всем придет кирдык… Так что, на месте ребят, я бы уже дала дёру, но, тут как говорится, каждый сам решает.       - Пап, я не могу! Она же твоя дочь, как ты можешь быть таким спокойным!? –нервы у моего брата окончательно сдали, когда Белозар не ответил на его возмущение. Громко выругавшись, Стас быстрым шагом направился на выход из больничного крыла, а для картинности – хлопнул дверью.       «Братик, ну что ты так психуешь?»       Естественно он мне не ответил, телепатия же блокируется в стенах Хогвартса…       «А вот и нет. Сейчас я нахожусь в школе и вновь могу с тобой общаться. А по поводу того, что я психую… Ты бы посмотрела на себя со стороны и тоже бы не стала молча наблюдать за всем этим цирком! Блин, Влада!»       Секундное затишье, а после снова голос брата в голове:       «Постарайся не спалиться. Я сразу понял, что ты проснулась. Так что, как только все уйдут от тебя, найти меня, я хочу с тобой поговорить.»       «Хорошо, как только я приду в себя, сразу тебя найду.»       «Вот и умница, отдыхай!»       На этом голос Стаса исчез из моей головы, а я же, вновь навострив ушки, услышала, как Пэнси неуверенно начала:       - Папа? Я думала, что у Влады нет па… - однако быстро осеклась, видимо сообразив, что сморозила лютую глупость…       Я же, мысленно усмехнувшись, дала ей пять баллов за скорость реакции. Потому что, если бы она закончила свою мысль, я бы не рискнула предположить, чем бы это все закончилось. А так… и овцы целы и волки сыты.       - И где тот молодой человек, из-за которого все это произошло? – Белозар вновь говорил вполне спокойно, однако даже у меня волосы на коже встали дыбом. Просто все те, кто плохо знает нашего директора, непременно не заметят подвоха, но я-то знала, что он сейчас дико взбешен и только годами вышколенная выдержка не позволяла ему сорвать злость на ком-то из присутствующих. Да уж, не завидую я им…       - Эм, вообще, мы оба виноваты. Не только Тео… - Драко впервые за весь этот год попытался защитить своего друга. Вот уж неожиданность, обычно все наоборот…       - А ты кто будешь? – вполне логичный вопрос от родителя, но Драко слегка стрессанул. Помолчав с минуту, он после все же ответил довольно нехотя:       - Драко Малфой, сэр.       - А тебя как звать? – видимо Белозар обратился к Блейзу, но, к моему удивлению, я услышала до боли знакомый голос, а затем и имя:       - Теодор Нотт, сэр.       «Тео?»       Именно это побудило меня повернуть голову на бок и чуть не вскрикнуть. Первые секунды мозг отчаянно боролся с картинкой, которую видел. Не желал принимать, но, все было более чем реально. Вот Тео, стоит рядом с Драко и всем своим видом показывает, как сильно ему жаль. Поникший, с темными кругами под глазами. Бледный, волосы взлохмачены и дышит… через раз. Сердце защемило, сознание моментально вернулось в нормальное состояние и я, вскинув руку, потянулась к парню. А так как он все-таки находился далековато, я, понимая, что меня никто не видит, приоткрыв сухие губы и выдохнула едва слышно:       - Тео…       Что самое забавное во всей этой ситуации, это то, что Забава и Ярослав отреагировали быстрее всех. Ну, конечно, у одной слух зверя, который позволял улавливать даже малейшие колебания, а у второго зрение сокола, который даже с максимально дальнего расстояния может заметить движение. Молниеносно повернувшись в мою сторону и встретившись со мной взглядом, Забава, пискнув, рванула ко мне со слезами на глазах.       - Влада!       Похоже этого не ожидал никто, потому что, даже после того, как эта дурная свалилась на меня и сдавила в объятиях, стараясь задушить, ни один из присутствующих не сдвинулся с места. Только спустя минуту, ко мне сначала подошли слизеринцы, а после и Белозар. Поймав мой взгляд, отец, подмигнув мне, развернулся и направился прочь, сказав при этом мысленно:       «Парня слишком не гоняй, он и так чуть не окочурился. – не дав мне и слово вставить, Белозар добавил: - Жду тебя у Дамблдора в кабинете. Как и твой брат, я хочу с тобой поговорить.»       «Все хотят со мной поговорить… Мне только мамы не хватает для полного счастья…»       Я отвлеклась на разговор с отцом и не заметила, как возле меня оказался Тео. Только после того, как его ладонь коснулась моей, я, вздрогнув, машинально переплела наши пальцы между собой, а затем заметив лукавые взгляды друзей, пробормотала, мучительно сильно покраснев:       - Сколько я тут валяюсь?       Уловив смешок от Славы, я, скосив на него вопросительный взгляд, услышала ответ:       - Примерно дня два. – а после того, как он склонился к моему уху, скривилась от ехидного замечания: - И ты сама прекрасно знаешь об этом, твой слух прекрасно тебе это позволяет.       И хотела бы я ему отвесить леща, но нет, обидится. Так что, щелкнув его по носу и проигнорировав смешки со всех сторон, я, хмыкнув, заявила:       - Я только что пришла в себя. Ничего не помню, ничего не знаю. – затем уставившись на слизеринцев (кроме Тео), нагло уточнила: - А поесть дадут?       Прекрасно поняв, что я хочу их спровадить, Блейз, подмигнув мне, повернулся к Драко и Пэнси и взяв каждого под локоть, потащил к выходу, со словами, которые духи знают, к кому были обращены:       - И вкусного захватим и алкашку мы прихватим. Будем днем и ночью пить, что бы точно задушить…       - Редкого болвана, что петь абсолютно не умеет. – это было последнее высказывание Пэнси перед тем, как они окончательно покинули больничное крыло.       Забава же, оценив мой финт ушами, залилась краской еще почище меня и, с мольбой в глазах посмотрев на Ярослава, получила «великолепный» ответ:       - Извини, у меня нет на примете знакомой ведьмы, чтобы ты также, как и Влада слегла, почти на неделю. – заметив, как на него ошалело смотрит не только Забава, но я и Тео, Слава, пораскинув мозгами, хлопнул себя по лбу и подхватив мою, все еще шокированную подругу, на руки, молча удалился восвояси.       Как только двери за ними двумя закрылись, мы с Тео переглянулись, а затем, не выдержав, рассмеялись во весь голос. Однако после того, как мадам Помфри пригрозила тем, что выгонит одного неугомонного слизеринца вон, мы, заткнувшись, улеглись на мою кровать и устроившись поудобнее, провалились в безмятежный сон, который был нужен как мне, так и Тео. ***       Прошло еще несколько дней после моего пробуждения. Тео старался быть рядом, но из-за того, что у него тоже были небольшие проблемы со здоровьем, мадам Помфри частенько его забирала с собой. Драко, Блейз и Пэнси тоже пару раз навещали меня, но сильно долго глаза не мозолили. Ярослав также посетил меня, часами разговаривая обо всякой мелочи, но вот Забава… так и не пришла.       Не то чтобы я обиделась на нее. Да нет, к ее закидонам, за столько лет общения, я привыкла. Не хочет, не надо. Никто не заставляет, как говорится.       Тео все эти дни просил прощения. Пытался объяснить свои мотивы и я, выслушав его, простила. Вот только глубоко внутри меня, все еще находился маленький червячок сомнения, который то и дело подкидывал мне то одну мысль, то другую. И гнать бы его в шею, но… не хотелось. Я хоть верила в то, что Тео реально сожалеет о том, что натворил, но вот так просто забыть об этом довольно…сложно. Он молчал целый год…       Я, конечно, сказала себе, что попробую проработать этот волнующий вопрос, однако сдаётся, что вся эта ситуация отпустит меня еще очень не скоро…       После того, как мадам Помфри дала добро на выход в свет, я, не забыв о том, о чем меня просил Стас, направилась прямо в его временное жилище, а именно в нашу школьную карету.       - Ну ты и забрался. Чего вам в школе не живется?       Оказавшись внутри теплого помещения (которое и помещением назвать сложно), я, заметив брата за маленьким круглым столом, подошла к нему и рухнув на один из стульев, услышала ровное:       - Чем богаты, тем и рады. Чего тебя не устраивает?       Усмехнувшись и взяв с поверхности стола его кружку с чаем, я, сделав глоток, ответила:       - Меня все устраивает. Кроме…       Оценив мою заминку, Стас, оторвавшись от созерцания учебника по Драконоведению, вопросительно вскинув бровь и уточнил:       - Кроме?       Сделав еще один глоток чая, я произнесла на одном дыхании:       - Кроме ответов на мои вопросы.       Хмыкнув и отложив книгу в сторону, брат, отобрав у меня кружку, залпом выпил все содержимое и съев дольку лимона, проговорил:       - Что ты вообще помнишь?       Пожав плечами, я, не совсем понимая, что он имеет в виду, произнесла:       - Конкретно до сегодняшнего дня? – не получив от Стаса никакого подтверждения, я продолжила: - Порой у меня проскакивают какие-то обрывки воспоминаний, которые больше похожи на сон. То одно, то другое. Не так давно я вспомнила, как у меня появилась Вира. – снова брат никак не отреагировал. – Стас, я все знаю.       - Что именно?       - То, что Белозар мой отец и что мне…четыреста шестнадцать лет.       Брат все также молчал, отчего я стала нервничать. Однако, не успела моя нервозность выйти на новый уровень, как Стас, устало выдохнув и растерев лицо ладонями, произнес то, что в принципе я уже знала, но все равно было жутко:       - Так и есть. Однако, должен сказать, что тебе больше, чем четыреста шестнадцать лет…       Секунда на переваривание, а после:       - Как это вообще возможно? Даже Дамблдор не настолько стар, как мы… И, - сглотнув вязкую слюну, я все же решила уточнить: - сколько мне лет на самом деле?       Отрицательно покачав головой, Стас категорически заявил:       - Мне жаль, сестренка, но я не скажу. Поверь, для тебя цифра в четыреста шестнадцать ударом стала, а если я реальную назову, совсем обалдеешь… - заметив, что я смотрю на него волком, брат, ухмыльнувшись, добавил: - Однако все что рассказала тебе Василиса – правда.       Покивав головой, я пробурчала:       - За исключением, разве что, моего возраста. – потерев заднюю часть шеи, я, с недоверием в голосе возразила: - Стас, ну это же бред! Люди столько не живут…       - Уверена? Ты явный тому пример. – и посмотрел так, словно он кот обожравшийся сметаны. Бесит!       Раздраженно выдохнув, я произнесла, вполне очевидное:       - Я не об этом. Как так вышло? Мы не меняемся внешне. Мы ведь не принимаем никакие эликсиры, как, например, тот же Николас Фламель…       Я оборвала себя на мысли, поскольку устало покачав головой, Стас проговорил:       - Влада… Я же говорил тебе не раз, но ты упорно меня не слышишь. Мы не обычные волшебники. Семья у нас с тобой до неприличия странная. Мама – хозяйка медной горы, а отец… Даже не знаю, как тебе и объяснить…       «А еще наш возраст совершенно не укладывается в голову!»       Усмехнувшись от своих же мыслей, за что получила вопросительный взгляд от брата, я, прекрасно понимая, что он мне не ответит, произнесла:       - Да уж как есть. Делать-то нечего.       Как я и думала, задумавшись на несколько минут, Стас решил сделать финт ушами и резко изменить тему. Ну, допустим, давай поиграем. Правду я все равно узнаю, не от тебя так… от самого отца.       Решив поддержать его, я без особого энтузиазма вопросила:       - Что делать с воспоминаниями? Я ведь их лишалась из-за Василисы?       Поднявшись со стула и подойдя к чайнику, что стоял немного поодаль от нас, Стас, разлив чай по двум кружкам, после вернулся и поставив передо мной напиток, неторопливо заговорил:       - Я не знаю Влад, правда... Мама мне ничего толком не рассказала, а ты тогда не захотела. После того, как она ушла, ты вообще притихла. Даже с отцом прекратила общаться.       Подперев одной рукой подбородок, я, принявшись размешивать сахар в чае, недоуменно пробормотала себе под нос:       - Подумать только, Белозар – наш отец. – оставив ложку в покое и устремив взгляд на брата, я продолжила изливать свои сомнения: - Это ведь… Белозар… директор. Ну, как так-то?       Никак поначалу не отреагировав на мои слова, Стас, отпив часть чая, после все же решил ответил:       - Как есть… - секундная заминка. - Он был помолвлен с Василисой, но когда увидел нашу маму… В общем, отец влюбился и сбежал из того места, где жил ранее. Василиса узнала, из-за кого он ее бросил и жутко разгневалась. Но, никто не знал, что и она была ведьмой, как и мама. Да и папа скрывал ото всех, что и сам был не простым ремесленник. – сделав очередной глоток и тяжело вздохнув, брат произнес в заключение: - Как бы там ни было, все привело к тому, что маме пришлось превратить Васю в русалку, а та в свою очередь, прокляла маму. Точнее хотела ее, а вышло, что тебя. Ну а что там в проклятье было, я ума не приложу...       Если посмотреть на всю эту ситуацию с третьей стороны, то выходила какая-то бесовщина. Какие-то древние, нестареющие люди, проклятия и гонения всех и вся. Девушка с расстроенной психикой и её брат с проблемным гневом. Директор, который уйму лет скрывал, что его дети – это его дети, ведь для всех, они были простыми студентами. И мать, которая бросила своих детей и уехала, к черту на кулички. Ляпота!       - Дурдом какой-то. – я все же высказала свое мнение на всю эту ситуацию в целом, на что Стас, рассмеявшись, заявил:       - Это уж точно. Дурдом, да еще какой. – однако спустя минуту, изменился в лице и задумчиво осмотрев меня, предложил: - Слушай, если хочешь, можешь посмотреть все воспоминания.       Округлив глаза от такой неожиданности, я, пару раз взмахнув ресницами, слишком бурно отреагировала:       - За чертову тучу времени? Надеюсь, ты пошутил?       Посмотрев на меня, как на дуру, Стас, почесав за ухом, невозмутимо ответил:       - Ничуть. Но, я не предлагаю тебе смотреть все, только определённые моменты…       Всплеснув руками, я воскликнула:       - Где я их возьму? – и добавила, но уже менее эмоционально: - Только если ты с собой сумку с ними не таскае… - застыв в глупым выражением лица, словно что-то поняв, я, задала такой же глупый со своей сути вопрос: - Ты что, серьезно?       Отхватив предательский румянец на смуглом лице и взъерошив собственные волосы, брат только и смог, что усмехнуться:       - Ну вообще, да.       - Стас… - приложив ладонь к глазам, я, хрюкнув от смеха, после отняла руку от лица и наткнувшись на веселый взгляд брата, услышала:       - Я всегда знал, что они тебе понадобятся. Носил на всякий случай. Никогда не знаешь, когда все произойдет.       После того, как он передал мне небольшую сумку, размером не больше книги, я, отметив, что она довольно легкая на подъём (заклинание невидимого расширения, привет!), протянула:       - Как это… мило. Спасибо, братишка.       Ну должна же была немного съехидничать, куда без этого. На что Стас немедленно и указал мне:       - Ах, моя сестра и ее сарказм с ехидством. Я скучал по тебе, ехидна ты моя.       Убрав свое новообретённое сокровище в ученическую сумку, я, посмотрев на брата, с любопытством в голосе поинтересовалась:       - По мне или моему сарказму с ехидством?       Подойдя ко мне и потрепав меня по волосам, Стас, усмехнувшись, произнёс:       - По тебе с твоим встроенным сарказмом и ехидством.       Недовольно пробурчав себе под нос, я, поправив гнездо на голове, которое появилось благодаря одному великовозрастному ребенку, решила подколоть:       - О, это что-то новое. Я тоже скучала по твоему брюзжанию, мой дорогой братик.       Театрально закатив глаза и позволив мне выйти из-за столика, Стас, проводив меня взглядом до выхода из кареты, обратился, когда я уже почти оказалась на улице:       - Когда закончишь свои дела, найди меня в Большом зале. Я буду ждать тебя там.       - Хорошо. – махнув ему рукой, я, поправив ремень сумки, направилась обратно в школу, поскольку, мне еще на сегодня предстоял, как минимум, один разговор. Вот только с кем? С мамой или … с папой? ***       Я не стала искать встречи ни с одним родителем. Во-первых, я еще от разговора с братом не отошла. А во-вторых… не хочу. Посчитала, что если нужна буду, сами найдут. И да, нашли…       Я находилась во внутреннем дворе школы и читала письма, которые получила от своих сокурсников, оставшихся в России. Ная притащила мне все разом, поскольку Стас хранил их у себя и только сейчас решил отдать. Перестраховщик… Так что, я изрядно удивилась, когда почувствовала родную, слегка подчиняющую волю, магию. Передернув плечами, будто по мне холодок пробежал, я, кашлянув и быстро убрав в сумку всю корреспонденцию, произнесла с ощутимым холодком в голосе:       - Я знаю, что это ты. Так что, можешь снять чары и вернуть свое истинное лицо.       Заслышав смешок справа от себя, я, резко повернула голову в том направлении и сразу же наткнулась на изумрудного цвета глаза. Не став рассматривать меня, мама, присев рядом со мной, проговорила также прохладно, как и я до этого:       - От тебя ничего не утаить. Так держать.       Мы замолчали, однако, оно затянулось. И если рядом с тем же Ярославом можно было молчать уютно и непринуждённо, то рядом с мамой я ощущала себя, как на пороховой бочке. Кто из нас первый рванет: я или она? Так что, отбросив все мысли, я, обхватив себя руками в попытке согреться, вопросила:       - Зачем ты здесь?       - Влада…       Видимо, вопрос она не поняла. Ну вообще, его реально можно было двояко интерпретировать. «Зачем ты здесь?» - имеется в виду сейчас, рядом со мной. И «Зачем ты здесь?» - в смысле, по какой причине ты приехала в школу. Так что да, я вновь задала тот же самый вопрос, только с другой интонацией, вложив в неё всё своё недовольство:       - Зачем ты здесь? Объясни.       - Поддержать тебя.       Лаконичный ответ. А чего я ожидала? Что она скажет, что решила вернуться в семью и именно поэтому приехала? Хрена лысого…       - И только-то? – я прям вся сквозила разочарованием, его только слепой бы не увидел. Вот и мама, слегка растерявшись, попыталась объяснить:       - Милая моя…       Но она осеклась, когда я, рыкнув, довольно резко произнесла, поскольку знатно так накипело:       - Я сразу тебя узнала. Ещё в тот день, когда ты прибыла в Хогвартс и стоя рядом с Дамблдором, представляла себя. И тогда на уроке…Внешность, внешностью, но магия… её не изменить. Ты поступила очень некрасиво, когда решила залезть в мою голову!       Поджав губы и отведя взгляд в сторону, мама, вздохнув, произнесла с сожалением:       - Да, я видела, как тебе стало плохо…       Цокнув и переместив руки на грудь, я, сложив их, подытожила:       - Все решили, что я отравилась. Но, знаешь, так даже лучше, меньше вопросов задавали.       После того, как я закончила, мама, что-то решив у себя в голове, вновь повернулась ко мне и попытавшись взять меня за руку, проговорила:       - Влада, я хочу поговорить с тобой.       Шарахнувшись от нее немного в сторону, я, нахмурившись, отчеканила:       - Нам не о чем разговаривать. – и, когда я уже было хотела уйти в замок, мама, словно утопающий, прошептала, прекрасная зная, я её услышу:       - Прости меня, доченька.       «Отличный ход, мамуля!»       Развернувшись к ней вполоборота, я, многозначительно посмотрев на нее, поинтересовалась с наигранным удивлением:       - За что?       То ли она поняла то, что я издеваюсь над ней, то ли она и правда приняла мой вопрос за чистую монету, но, как бы там ни было, мама ответила не особо задумываясь (чем, собственно, меня жутко удивила):       - Я бросила вас. Тебя и брата. Уехала, и не сказала куда. Ваш отец, он взял с меня обещание, что я вернусь, но…       Я заметила, как нервно она теребит ткань костюма. И потому, вместо того чтобы наплевать на все и уйти, я, подошла к ней и присев рядом, дополнила ее предложение:       - …но прошло очень много времени, чтобы все было как раньше. Я поняла.       Отрицательно покачав головой, мама возразила:       - Нет… все не так.       - А как? – мне стало реально интересно. Вот уж чего я от себя не ожидала, так это того, что буду ждать каких-то оправданий. Духи, какой же мерзкой я стала… А мама тем временем смахнув выступившую испарину на лбу, заговорила:       - Я не собиралась возвращаться, мне не хватало смелости… Но, после того как ты затащила меня в свой сон, я вдруг ощутила, что нужна тебе. – я мысленно усмехнулась, но промолчала. - Я собрала вещи, написала Альбусу и приехала так быстро, насколько могла. Я увидела тебя, рядом с людьми, которые ненавидели тебя, за исключением некоторых… Ты была, словно птица в клетке. Птица, которой дали мнимую видимость свободы. Я была рядом. Насколько могла. Ты чувствовала меня, но упорно игнорировала. Но, когда ты исчезла, пропала часть меня. Я вызвала отца с братом, но, ничего. Только когда тебя принесли на руках обратно в школу, я почувствовала облегчение. Она тебя не тронула. И это было удивительно.       Слова мамы, безусловно, тронули моё сердце, но не настолько сильно, чтобы прямо сразу поверить ей. Так что, меня хватило только на то, чтобы фыркнуть, отчего мама, нахохлившись, недовольно отметила:       - Влада, Василиса поступила по-своему, но не навредила тебе. Хочешь знать причину, по которой она этого не сделала?       Причины, причины – причём тут я!? История с самого начала была не моя, по почему-то, именно мне выпал «шанс» разгребать всё это древнее г…..       Истерически засмеявшись, от чего мамино недоумение ещё больше подстегнуло меня, я, успокоившись спустя несколько минут, едко протянула:       - О, я догадываюсь…       Моя манера речи её совершенно сбила с толку. Словно я больной зверек, она осторожно коснулась моего плеча и потянув на себя, предложила:       - Хочешь, я расскажу тебе свою версию?       - Попробуй. – моя голова уже оказалась на ее плече, когда я, вспомнив об одной вещи, резко произнесла: - Хотя, подожди.       - Что?       Я почувствовала, как она вздрогнула. Было две причины, почему так вышло: первая – она реально испугалась того, что я так внезапно рванула к сумке; вторая – она просто меня боится. Если вторая причина превалирует, то это максимально странно… Хотя бы потому, что я, по сути, ребенок, а она взрослая женщина с нехилым багажом знаний за спиной… И да, на секундочку, я всё ещё её дочь…       Решив обдумать эти вопросы когда-нибудь позже, я, вытащив из сумки слегка потрепанный пергамент, передала его маме со словами:       - Мне это отдал какой-то мужчина в книжной лавке, сказав, что я похожа на прописанную там героиню.       Приняв у меня из рук чтиво, мама, лишь мельком взглянув на содержимое, улыбнулась и ответила на мой вопросительный взгляд:       - Ты знаешь, а он прав.       - Почему?       - Тут дело обстоит так: не я похожа на героиню, а героиня похожа на меня. Потому что, эта легенда написана обо мне. А ты похожа на меня, потому что моя дочь. Соответственно, похожа и на героиню. Всё запутано и не слишком понятно.       - Но…       У меня мозг сломался на первых порах. Только прогнав в голове ее ответ, примерно раз пять, я смогла уловить хоть какую-то логику. Заметив мои умственные потуги, мама, сложив пергамент не самым лучшим образом, заговорила:       - Хорошо что ты показала мне этот свиток, так даже проще будет. Все началось с того, что я действительно родилась в семье ведьмы и знахаря. Они оба были волшебниками, но по тем или иным причинам отец скрывал это, а вот мама... Не знаю, что было в ее голове.       В то время, я была простым ребенком, у которого не было никаких выдающихся способностей, но, некоторые люди считали иначе. Когда мне было пять, на меня напали и, полоснув ножом по груди, оставили умирать. Как сейчас помню, это была весна, но холодно было, как поздней осенью. Меня нашел отец, спустя несколько дней и целый месяц лечил меня. Я поправилась, но на этом беды не закончились. Спустя несколько лет, мои родители умерли от оспы и хваленая магия им никак не помогла. Я осталась совсем одна. Так как на мою защиту никто не встал, люди выгнали меня. Я жила, где придется. То хлев, то заброшенные дома, но, это все было не то. Магия к тому времени уже дала о себе знать, но я отчаянно её подавляла в себе, потому как ненавидела, всей душой. Так, я проскиталась примерно год, пока однажды меня не заметил мужчина и, забрав с собой, стал обучать всему, что он знал. Вначале я жестко сопротивлялась, но он был непреклонен и по итогу, я сдалась. Так как магия во мне уже бурлила вовсю, процесс обучения прошел, как по маслу. – на этом моменте, мама скривилась, но быстро взяв себя в руки, продолжила:       - А то, что по легенде я влюбилась в какого-то парня, который меня решил обчистить, это полное вранье. Единственный мужчина, которого я всегда любила – это ваш отец. А вот на счет него, я сейчас и расскажу. – вновь прислонив мою голову к себе, мама, проведя ладонью по моим волосам, озвучила:       - Белозар пришел ко мне в самый плохой период жизни. Я в тот момент была полностью поглощена злобой и ничего перед собой не видела. Ему же, нужен был малахит, которого в горе, которая была моим домом, было видимо-невидимо. Однако, он остался… А что касается Василисы… - тягостный вздох. - …мне пришлось ее утопить. Как бы это не звучало, но она была сильнее меня. Поэтому, пришлось хитрить. Так или иначе, она превратилась в русалку и, в один из дней, нашла меня. У нас уже был твой брат и мы думали над тем, чтобы родить второго, но…       Василиса пришла ночью. Встала рядом с кроваткой Стаса и, посмотрев на меня, когда я в ужасе проснулась, прошептала замогильным голосом:       «Как только девочка придёт, всё станет только хуже. И от того, кто именно пленит её, решится участь. Ты не сможешь помешать, останься в стороне. Мне лишь нужен выбор той, что обречена на смерть».       После этого, я категорически отказалась от идеи второго ребенка. Время шло, а мы не старели. Я привыкла к этому, потому что и до этого у меня был такой дар (спасибо моему опекуну), который я передала твоему брату. И вот, когда Стасу было примерно девятнадцать лет, я узнала, что у нас будет девочка. Совершенно случайно. Это было так неожиданно, что я ничего не успела придумать. Родилась ты и всё то, что сказала Василиса, начало сбываться…       - Погоди, то есть, получается, Стас старше меня на девятнадцать лет!?       Не сказать, что я обалдела, значит просто промолчать! Да я челюсть с земли уже думала собирать, когда мама, совершенно невозмутимо ответила:       - Ну да, а что, твой брат тебе не рассказал разве, сколько вам на самом деле лет?       - Ты смерти моей хочешь!? – я с таким возмущением покосилась на маму, что она, поперхнувшись воздухом, решила перевести тему не в такое опасное русло:       - Влада, могу тебе сказать - если бы ты приняла парнишку из семьи Малфой, а не из семьи Нотт, Василиса бы тебя никогда уже не отпустила и убила бы того блондина. Ты жива, только потому что этот темноволосый мальчишка смог завоевать твое сердце. В конце концов, именно поэтому ты и стала избавляться от памяти…       - Что?       Я уже было решила, что мои удивления на сегодня закончились. А нет, получите, распишитесь! Ну что там опять с памятью моей!? Я одно, сплошное, ходячее недоразумение! Ну серьёзно, уже даже не смешно!       Протяжно проскулив маме куда-то в шею, я тут же услышала её мягкий голос:       - Да, ты пришла ко мне во сне однажды и стала рассказывать, что тебе снятся два мальчика. Изначально ты не могла их рассмотреть, но со временем, они тебе открылись. Один был с темными глазами и волосами, а другой с белыми волосами и глазами, цвета серебра. Говорили они на незнакомом тебе языке, но мысленно вы смогли пообщаться. Ты сказала, что они представились тебе, как Тео и Драко. Ты очень обрадовалась им, но появилась Василиса и поведала тебе о том, что один из них станет причиной твоей смерти. Ты очень сильно испугалась. Настолько, что когда ты запаниковала, я еле вытащила тебя из этого сна, а потом несколько часов к ряду укачивала и успокаивала, поя всякими отварами. После этого, ты попросила меня избавить тебя от этого странного и пугающего сна. Я помогла, однако ты все чаще обращалась ко мне, и непроизвольно, помимо снов, стала захватывая еще и воспоминания, поскольку каждый из них стал приходить к тебе довольно часто, врываясь в твою жизнь.       - Очуметь… Мам, я хочу увидеть этот сон.       Отрицательно покачав головой, мама грустно проговорила:       - Милая, не надо. Он ужасен, даже я, которая видела достаточно в своей жизни, не хочу повторно это пережить. И тебе не советую.       - Но мам…       - Нет! – ее категоричное заявление нисколько не остудило мой пыл, но, зная, что она все равно не позволит, я мысленно выругавшись, поинтересовалась:       - Сколько лет назад это было?       - Сколько лет это все продолжалось?       Я кивнула. Вздохнув, мама, как-то вмиг постарев, ответила очень неохотно:       - Я не могу точно сказать тебе. Мальчишкам по шестнадцать лет. Чисто логически, девять-десять лет назад. У Василисы была одна особенность, которая позволяла ей насылать на выбранных людей видения о тех, кто встретится им в жизни. К тебе парни пришли детьми и ты «росла» вместе с ними. – закусив нижнюю губу, мама, поразмыслив немного, решила добавить: - Не зря Василису считали одной из сильнейших ведьм в нашей истории. Их и всего-то было две… Я и она… - вновь задумавшись о чем-то своем, мама после продолжила, уже более громко: - Я специально приврала твоему брату и отцу, чтобы они не так сильно беспокоились. Белозару рассказала только об одном из мальчиков, которого звали Тео, а Стасу вообще рассказала небылиц разных. – усмехнувшись, мама брякнула: - Да, Василиса нашла довольно изощренный способ тебя достать – послать видение твоей пары. Причем ты сама должна была понять, кто именно из них двоих ею являлся. Но, ты поступила умнее... Рассудок сохранился, правда небольшие изменения все же произошли. Но, Василиса оказалась хитрее. Пошла другим путем…       Фыркнув и заломив пальцы от болезненных воспоминаний, я пробурчала:       - Да, мы уже знаем, каким…       Мама на мою реплику только что-то бессвязное протянула. Однако, у меня еще оставался один вопрос, на который я хотела получить ответ. Поэтому, вывернувшись из ее теплых объятий и сев напротив, я позвала ее:       - Мам?       - М-м? – она окинула меня довольно усталым взглядом, отчего я, мысленно прописав себе пинок под зад, вопросила:       - А папа?       - А что папа? – мама не показала какого-то большого удивления, поэтому я, воодушевившись, спросила прямо:       - Почему я его забыла, а тебя и брата – нет?       Пожав плечами и бросив взгляд куда-то в сторону замка, мама, не смотря на меня, ответила:       - Лучше пусть он тебе сам все расскажет. Так будет более правильно.