мНе больно

В школе очень весело, не правда ли? Не правда. Так бы ответил Антон, если бы ему задали такой вопрос. Особенно весело, когда зима, еще темно, а тебе нужно просыпаться в 6:30 в эту чертову школу. Да-да, еще веселья добавляют учителя, которые орут на класс весь урок, доказывая, что они все такие тупые и никто из них не сдаст ОГЭ! 9-й класс — это вам не шухры-мухры! Бр-р, уже 9-й класс, капеееец, я старею… У Антона есть очень хороший друг. Его зовут Дима. Дружат они уже 8 лет. Антон всегда говорил всем, что с ним нельзя поссориться. Позов отличник, но это не мешает ему получать 2 за поведение. Он курит, всегда за любой движ, предостаточно матерится. Антон же немного, но отличается от своего друга, у него плохая успеваемость (на самом деле, учителя просто придираются, так ответил сам Шастун). Не очень хорошие отношения с родителями, они тоже…придираются. На самом деле, в их доме очень плохая атмосфера. Мама вечно пьет, приводит домой кого не попадя. Отец. Кто это? Он их бросил и для него он умер. У Антона есть вредные привычки. Он курит. Попробовал в 7 классе и все как-то затянулось по сей день. А еще у Антона есть парень. Ну как сказать есть, они начали встречаться совершенно недавно. Друзья все знают, что Антон гей. Он это и не скрывает. Эд — так зовут его парня. Ему 21 год, он не учится, сидит на шее у родителей, а они у него не бедные, поэтому сидеть очень удобно. Сначала все говорили, что Шаст с ним встречается только из-за богатых родителей, но ведь и Эд не очень хороший в слухах. Ходят слухи, что он встречается только, чтоб оприходовать Антона, то есть трахнуть. А…слухи ли это вообще…или…нет?

***

— Мам, что по еде? — Спросил Антон, заходя на кухню и видя, как мать снова сидит и пьет, на что парень лишь хмыкает. — Повод? — Поинтересовался подросток, открывая холодильник в поисках еды. — Ты че при-ик-шел? Есть? Вот и -ик- ешь, — грубо ответила она сыну. Антон посмотрел на нее взглядом сожаления. В холодильнике он ничего не нашел, поэтому он направился в другую сторону. Шкафчик. Там он нашел доширак. Господи, спасибо! Теперь не придется в магаз идти. Он поставил завариваться чайник и продолжил смотреть, как мать пьет рюмку за рюмкой не закусывая совсем. Дождавшись, пока заварится чайник, он залил кипятком лапшу быстрого приготовления и ушел в свою комнату. Его комната не похожа на остальные комнаты. У него чисто, приятно пахнет энергетиками, ну и немного сигаретами. У окна стоит красивый, большой стол на котором стоял ноутбук и лежали учебники, тетради и другие канцтовары и около стола стояло кресло на колесиках. В углу комнаты стоит большая заправленная кровать с множеством подушек. На пледе, которым была покрыта кровать, были изображены какие-то милые совы. По середине стены стоял стеллаж, на котором находились книги, картинки, светильники и много-много чего еще. В следующем углу стоял комод, в котором лежали все вещи Антона: худи, джинсы, рубашки, штаны, брюки, носки, трусы, майки, футболки, свитшоты, пиджаки и много-много чего еще. В общем, комнату свою парень держал в порядке. Он сел за стол, включил фильм «Пираты Карибского моря» и стал есть доширак. — Наконец-то меня не тошнит, — проговорил вслух парень. Как вдруг его телефон начал вибрировать. Кто может звонить мне, когда ем?! — Проворчал парень, беря телефон. ДМИТРИЙ поз. — Да, — дожёвывая, ответил парень. — Антон, дуй быстро ко мне, тут твой парень тебя ищет, — Антон чуть чаем не подавился, которым запивал лапшу. — Кто? — проглотив чай, спросил он. Эд никогда не искал его, где живет Антон он знал, поэтому с херали он делает у Димы и ищет его. — Ты глухой? Твой парень — Эдик приперся ко мне в дом, надеясь здесь найти тебя, — подросток был, мягко говоря, в ахуе. — Я иду, — он сбросил трубку, вздохнул и начал быстро собираться. Он надел белое худи и черные джинсы, а самое главное — миллион колец и браслетов.

***

— Что случилось?! — вскрикнул запыхавшийся парень. Он бежал к Диме очень быстро, при этом пешком, подумав, что на автобусе будет долго, а такси тоже долго ждать, да и дорого. Он посмотрел на Эда, который смотрел на сидящего на диване Диму, опирающего на спинку. Выграновский был просто какой-то сам не свой, и Шастун встал в ступор. — Умер кто? — на секунду Антону стало жалко своего парня, он не видел его еще никогда в таком непонятном состоянии. Он был словно потерянный. — Ты сейчас умрешь, — ответил Эд, подходя к парню, который стоял в проходе комнаты. Дима резко встал. Антон начал неосознанно отходить назад. Наверное, если надо, то Дима встанет к Антону, закрыв его своей спиной. Дима готов пострадать за своего друга. Антон готов пострадать за своего друга. — Ты же сам понимаешь, что это не он, — начал что-то доказывать Дима Эду. Антон смотрел на это и был явно в полном недоумении. — Что случилось? — резко, но с нотками страха спросил он. — Пошли поговорим, — сказал Эд и стал выходить из комнаты. Антон, до этого смотревший на своего парня, посмотрел на Диму, который выглядел уже злым. — Только прикоснись к нему, — сквозь зубы сказал Дима. Антон послушался своего парня и последовал за ним. — Эд, что я сделал такого, что ты можешь ко мне прикоснуться? — спросил подросток, который стоял уже за входной дверью друга. — Сегодня ночью кто-то убил мою маму. Посмотрели камеры, там был парень уж очень похожий на тебя, — наконец у Антона сложилась картинка, он понял, что от него хотят. — Эд, ты больной? — смотря в глаза парню, спросил он. — Ты думаешь, что это я ее убил? — он смотрел на Выграновского, который явно не торопился отвечать. — Окей, даже если и так. То какой мотив мне ее убивать? Против наших отношений она не была. Мне че, от нее наследство перейдет? Мы хоть и в отношениях, но мы НИКОГДА не поженимся, так что ее наследство мне никак не заполучить. Дальше, работа. Я вообще еще школьник, мне ее работа нахуй не нужна, — Антона уже выносило, он был в ярости, ведь как так, его парень смог так «хорошо» он нем подумать. Антон посмотрел несколько секунду и вздохнул. Он собирался уходить, как чья-то рука схватила его запястье. — Подожди, — Смотря в пол, произнес парень. — Извини. Я просто…не могу смириться с тем, что мамы больше нет. Конечно, я в адекватном состоянии так явно не думаю, что ты мог это сделать. Не знаю, что на меня нашло, — Антон слушал это все, не смотря на Эда. — Посмотри же на меня, — нежно попросил Эд, поднимая лицо мальчика за подбородок. — Прости меня, пожалуйста, — Антон посмотрел на парня, в уголках глаз которого виднелись слезы. Шастун не смог и прижался к своему парню, на что Эд сначала немного шокировался, а потом обнял подростка в ответ.

***

После этой ситуации прошла неделя. Все восстановилось, Дима помирился с Эдом, Антон перестал дуться на Эда, ведь нашли того, кто убил маму. Это был мужчина, который знал об отношениях Эда и Антона, и решил таким образом подставить Шаста, чтоб он подумал на него. Этот человек раньше работал в компании с мамой, но та его уволила, таким образом он решил ей отомстить. Ведь, когда та его уволила, его характеристика сильно испортилась, его нигде не хотели брать на работу. Как бы не просил. Он был полный банкрот, а у него было 2-е детей, его жена работала одна. Вскоре, они развелись из-за этого. — Ты же понимаешь, что тебе это все не сойдет с рук? — спросила женщина, сидящая привязанная на стуле. — Мне уже все равно. Я потерял все. И это все из-за тебя, — он улыбался, ему нравилось смотреть на эту беззащитную женщину. — Хочешь, я возьму тебя на работу? — спросила она. — Твои последние слова? — спросил убийца, проигнорировав вопрос и держа пистолет над лбом женщины. Та не плакала, а просто была напугана. Смысл слезы пускать? Она прекрасно понимала, что он ее убьет. — Ты, урод, все равно, долго не проживешь! Запомни мои слова… — он не стал дослушивать ее, а просто, закрыв глаза, выстрелил. Страшная месть, не правда ли?

***

— Школа, ты ужасна, — проговорил себе под нос Шаст, сидя на уроке физики, делая контрольную. На уроке было скучно, нудно и напряжённо. После урока Шастун пошел в буфет, съесть чего-то вкусного, точнее, попытаться съесть. Там он встретил своего старого знакомого — Леху. Он реально старый, ведь учился в 11 классе. — О, Тоха! Здорова! — они пожали друг другу руки и сели за один столик. — Ну, что, мелкий, рассказывай, как ты? — он начал есть пиццу. — Лех, что за хуйня, когда тебя тошнит и из-за этого ты не можешь есть? — спросил внезапно он, смотря на друга, который уже дожевывал эту маленькую пиццу. — Не понял, — проглотив, отреагировал он. — Ты хочешь сказать, что не можешь нормально есть? — спросил Леша, на что получил легкий кивок. — Ох, друг мой, это хуево. Я не знаю, как это называется, но у женщин это, когда они беременны. О, точно, токсикоз! — засмеялся его приятель, на что подросток закатил глаза. — А, если серьезно, то, Тох, тут я тебе не советчик. Обратись-ка лучше к врачу. У тебя же вроде друг, который на врача учиться собирается. — Он на стоматолога собирается. Я не знаю, эта хрень меня настолько убивает, что мне уже плохо. Башка иногда кружится, живот болит. — Разница какая? Что, стоматологи не врачи? Ну, не хочешь к нему, обратись к обычному врачу, — после этих слов Антон перевел тему, не захотелось ему больше поднимать разговор о том, что его тревожит. Зазвенел звонок, а это значит, что пора снова на урок. Антон и его собеседник начали подниматься, но что-то пошло не так и Шастун упал. — Тох, ты чего?! — испугался за него его друг. К ним сразу подбежал Дима, который сидел, считай, за соседним столиком. Сидел один не потому что поссорились или еще что-то, а потому что повторял биологию, которая, кстати, и должна была сейчас начаться. — Антон, — Дима стал бить его по лицу, но не сильно, он его не лупил, а хлопал. — Тоша, очнись, — ласково просил его друг. — Блять, позовите врача уже кто-нибудь! — заорал Позов, когда ему надоело видеть то, как люди просто смотрят на это все и нихуя не делают. Первый очнулся Леха и сразу побежал в медпункт. К ним через несколько минут подбежала врач. Она достала ватку, нанесла на нее нашатырный спирт и поднесла к носу подростка. Тот зашевелил головой, отворачиваясь от запаха. — Так. Молодец. Поднимаемся, — она потихоньку начала подталкивать его. Он стал медленно подниматься. — Что случилось? — спросил Антон, когда его усадили на стул. — Антон, это не из-за того, что ты ничего нормально не ешь? — вмешался Леха. Дима, который стоял до этого со взглядом некого испуга, сейчас смотрел на Антона зло и строго. — Антон, ты ничего не ешь?! — зло спросил Позов. Его переполняла ярость. Почему какой-то левый чел знает о его проблеме, а он нет? Ладно, сейчас дела не в этом. Почему он не ест?.. — Я не сам. Я не могу. Меня тошнит. Из-за этого я не могу есть. Смысл есть, если потом меня будет тошнить, — объяснялся Антон, кажется, только ради Димы, ведь он глаз с него не спускал. — Понятно, — подытожила врач. — У тебя, дружок, недомогание в еде. Тебе нужно срочно провериться. У тебя нарушен пищевой процесс. — У меня все нормально. — Выплюнул парень и, встав, пошел в туалет. Его друг — Дима, быстрым шагом пошел за ним. — Антон, что происходит? Ты нормально можешь объяснить? — Уже в туалете спросил он, когда тот, открыв кран, навис над раковиной. — Что происходит? Почему у тебя нарушен пищевой процесс? Почему я не знаю об этом? Почему ты никому не жаловался о своих проблемах? — Дима, я не хочу. Я не хочу жаловаться, понимаешь? Я не буду жаловаться. Леха узнал об этом, только потому что я хотел узнать, что можно сделать, чтоб так не тошнило. Тебе не сказал, потому что ты бы начал меня лечить. Таскать по врачам, а я…боюсь, — Дима прислушивался к каждому слову. Он понял. — Но почему я ничего не знал? — Позов был в шоке, его друг, который не боится ничего, сейчас рассказывает это. — Зачем? — спросил подросток, искренне не понимая, зачем его другу нужно знать эту фигню. — Антон, ты же знаешь, что я бы поддержал тебя, — немного отчитал его друг. — Мне не нужна поддержка, — выплюнул Шастун, а Поз лишь вздохнул, понимая, как же все запущено. — Сейчас я могу узнать почему ты боишься? — начал осторожно расспрашивать Дима. Не хочет он заставлять друга, но и узнать тоже нужно. — Я не знаю. Наверное, это началось, в первом классе. У меня была высокая температура и мне вызвали скорую. Меня забрали в больницу, там укол этот поставили, — Антона передернуло, он не хотел это вспоминать, но Дима исключение. Ради него можно. Антону было стыдно это рассказывать. Только, потому что он всегда себе доказывал, что о его проблемах не нужно знать никому. Он сильный. Он справится и без поддержки. — Антон, успокойся, — сказал Дима, взяв друга за руку. Антон спустился вниз по стене, скользя спиной. Дима сел на колени рядом с другом. — Самое страшное, наверное то, что родителей не было рядом. — Где они были? — Отец на работе, а мама дома, — Дима кивнул, давая понять, что он понял. — Потом я еще лежал один в одной палате, а мне страшно. Я не привык так. Наверное, поэтому, — закончил свой рассказ Антон. — Родителям потом рассказывал? — он отрицательно покачал головой. — Смысл? — почти перебивая, спросил Антон. — Они бы с врачами поговорили, нет? Антон, у тебя хоть и сейчас так все в семье, раньше то было нормально, — да не было нормально, Дима знает, но было чуть лучше, чем сейчас. — Что бы они сделали? Поругались с врачами? Смысл? Кто бы мне поверил. Я маленький ребенок, который много фантазирует, — Позов слушал и пытался понять, почему друг об этом не рассказывал. — Почему ты молчал? Не говорил мне? — Не было повода. Как ты себе это представляешь? «О, кстати, Дима, я до усрачки боюсь врачей». Так?! — на повышенных тонах ответил Шастун, но потом спокойно произнес — Я, наверное, домой пойду, — Дима согласился, понимая, что парню сейчас лучше отдохнуть. — Может, вместе пойдет? Я провожу тебя. Все равно последний урок, — Антон не стал отказываться, ведь и в правду, пусть друг побудет рядом. На всякий пожарный.

***

Выйдя из школы, они болтали, болтали обо всем. Обо всем хорошем. Эту ситуацию никто не вспоминал. Дима вспомнил, как в третьем классе забыл взять рюкзак, а в школе говорил, что его украли. А Антон вспомнил, как год назад к нему подкатывала «тяночка». На ней была короткая черная клетчатая юбка. На ногах были черные в белую полоску чулки. Да, именно чулки, не гольфы, а чулки. На верхней части тела у нее была белая недлинная худи. Антон был тогда в таком ахуе. Сначала, ему она показалась нормальной. Ну одета странно, ну ладно. Но, когда она начала разговаривать милым голосом, при этом меля чухню, Шаст не смог…и его вырвало. Он честно против них ничего не имеет, внешность в принципе обманчива, но, когда вот разговаривают, для того, чтоб казаться милыми, это простите очень ужасно выглядит. Антона вырвало даже не из-за контекста, а из-за произношения. Они шли, радовались. Все было хорошо. Но тут резко Антон остановился. Его голова закружилась, в глазах потемнело, а под ногами перестал ощущаться асфальт. — Антон! — закричал Дима, когда парень уже упал на этот грязный асфальт.