мНе больно

— Арс, у нас вызов, — сказал Сергей, зайдя в буфет, где сидел его партнер и хороший друг. Мужчина сразу же среагировал на слова Матвиенко и быстрым шагом пошел за ним. — Кто там? — по дороге в машину спросил тот. Идя, Сергей захватил их чемоданчик с медицинскими приборами. — Подросток. 16 лет. Потерял сознание на улице, — на лице мужчины сразу появилось волнение и он ускорился. Наконец, дойдя до машины, они в нее сели и поехали на место вызова. Ехали они немного медленно, ведь хоть и Воронеж, но пробки все равно есть. — Арс, все ок? — спросил его друг, видя, как тот очень подозрительно выглядит. — А? Да, — немного придя в себя, ответил он. — Просто, не люблю, когда подросткам плохо. Такое чувство, будто мне тоже плохо, — искренно ответил тот. — Это все из-за той истории? — задал вопрос Матвиенко, на что получил легкий кивок. Арсений, помоги. В груди мужчины что-то екнуло, он снова вспомнил то время. Сережа смотрел на своего друга и не знал, что же ему сказать, как поддержать. Прошу… Доехав до места вызова, Арсений, взяв чемодан с медицинскими приборами, сразу начал быстрым шагом выходить из машины. Сережа направился с такой же скоростью, чтобы догнать своего коллегу. Они дошли до того места, где уже сидел Шастун, рядом на корточках был Позов, который следил за состоянием друга. — Что у нас тут? — спросил Матвиенко, видя как его партнер вновь впал в ступор, увидев состояние подростка. Этот вопрос хорошо дал Арсению прийти в себя. — Он сегодня в школе терял сознание, его отпустили домой и вот сейчас опять, — рассказал хронологию событий Дима. Антон выглядел уже лучше, чем тогда, но все равно было видно, что ему не очень то и полегчало, пока врачи ехали. Арс кивнул другу, говоря, что он все понял и стал осматривать парня. Тот насторожился и занервничал, ведь не хотел, чтоб чьи-то руки, помимо Диминых, его трогали. Врач заметил изменения в состоянии мальчика и решил немного успокоить его. — Сейчас мы пойдем в машину, ладно? — спросил он, чего парень явно не ожидал. Не ожидал, что ВРАЧ будет спрашивать его мнение. Он быстро, но настороженно кивнул. Парню помогли залезть в машину и усадить его на кушетку, ведь голова еще немного кружилась и они не стали рисковать, отпуская парня одного, чтоб он сам смог дойти до машины. Сидя на месте, он стал осматривать «кабинет». Руки его немного потряхивало, ибо давно он не был в таких машинах. Попов вышел из машины и стал разговаривать с Димой, ему нужно было понять, как общаться с Антоном. Ятрофобия там точно была, нужно было узнать насколько сильная она была. Как разговаривать с парнем и, чего делать не стоит. — Как тебя зовут? — задал первый вопрос врач. Матвиенко стоял рядом, но не слушал, ведь Арс попросил отойти. — Дима, — парень не совсем понимал, чего хочет от него врач, когда в их машине сидит его друг, которому нужно помочь. — Дима, твой друг боится врачей? — сразу к делу перешел он, понимая, что не время мяться. — С чего вы взяли? — Позов не понимал нужно ли кому-то, кроме него это знать. Вдруг Шаст рассказал ему это по секрету и никому не нужно больше знать. — Я понимаю, что тебе не хочется говорить о том, что он чего-то боится, но поверь, так будет лучше, — Арсений смотрел добрыми глазами и выглядит так, будто ему можно доверять. — Его в детстве напугали врачи. Очень, — после, он рассказал как именно они его напугали. Арсений стоял немного пошатываясь, ведь воспоминания вновь терзали мысли. — Я понял. Сейчас я буду его осматривать ОДИН, — сделал акцент на последнее слова врач, посмотрев на своего фельдшера. Он вернулся в машину, подросток сидел на кушетке и, заметив врача, вновь насторожился, хоть и до этого момента волнение его не покидало. — Как дела? — спросил доктор, прервав тишину, от чего подросток внутренне вздрогнул. — Нормально, — банально ответил он, ведь не понял, что именно имел ввиду мужчина. Арсений надел перчатки и достал стетоскоп. — Я тебя сейчас послушаю, ладно? — подросток вновь растерялся и просто коротко кивнул. — Приподними кофточку, — нежно попросил доктор, и Антон выполнил указания. Парень оголил торс и врач прикоснулся холодной и неприятной штукой. — Вдох, — Шаст сделал глубокий вдох. Арсений слушал, водя головкой по груди мальчика, надеясь, что он услышит першение и, тогда он скажет — это обычная простуда, а не какое недомогание, как им сказали при вызове. — Выдох. — А как Вас зовут? — на выдохе не с того, ни с сего спросил мальчик. — Арсений, — мужчина улыбнулся, понимая, что Антону стало плюс минус комфортней. Он убрал прибор. — Всё, можешь опускать. Хоть Арсению и казалось, что парню стало легче общаться, но вот Антону так не казалось. Он просто чувствовал себя неудобно, ведь мужчина начал с ним общаться, а он молчит. Да и знаете, неловко было сидеть перед мужчиной с оголенным телом. — Малыш, сейчас открой ротик, — он взял деревянную палочку и, дождавшись, пока Антон откроет рот, приложил ее к языку парня. Подростку стало немного плохо от того, что что-то лежит у него на языке и его начало тошнить. — Тш-ш, все, убираю, — он вытащил палочку. — Воды дать? — с сожалением спросил он, увидав, что у парня даже появились слезы в уголках глаз из-за неприятности. Антон отказался, пытаясь прийти в себя. — У меня рвотный рефлекс сильный, не обращайте внимание, — Арсений вздохнул, а Антон через силу улыбнулся. — Горло не красное, першения нет. Антош, а ты как кушаешь? — сменил тему Арсений. Начинается… — Я? Да нормально…наверное, — Арсений молча смотрел на парня, ожидая, пока тот осмелится рассказать, хотя и сам понимал, что здесь есть недомогание в еде. — Я не могу есть. Меня начинает тошнить от еды, — Антон понял, что тот не отстанет от него. — Давно это началось? — он смотрел на парня, который во время своего рассказа крутил кольца на своих пальцах и не смотрел на собеседника. Арсению они показались очень красивыми, эстетичными. — Да. Где-то полгода назад. Тогда я похудеть хотел и мало ел, потом, когда уже добился нужного результата, стал есть каждый день, как раньше, но меня начало тошнить. — Сколько на диете сидел? — врач внимательно слушал пациента, не отрывая от него взгляд, попутно определяя диагноз, который подходит под описание. — Около двух месяцев, я не считал, как только похудел до того сколько нужно, перестал сидеть на диете, — честно ответил он, только Шастун не совсем понял, с чего это вдруг он решил открыться первому встречному. Арсений тоже был приятно удивлен, он облегченно выдохнул, понимая, что парень может адекватно мыслить, даже при той обстановке, которая ему не нравится, даже при своем страхе. — Я понял тебя, — на выдохе произнес врач. — Антош, сейчас мы поедем в больницу. Ты не против? — Антон задумался, он против, но понимает, что толку от этого ноль. — Даже если я отвечу, что против, мы все равно поедим, так ведь? — Арсений кивнул, поняв, что парень прав. — Ну вот, — Антон опустил взгляд на кольца. — Антон, тебе не причинят там вреда, я об этом позабочусь, — Арсений положил свою руку на руку подростка, который сразу, после прикосновения посмотрел на врача. Антон вздохнул, не понимая, можно ли верить этому врачу или нет. Он врач, а это уже страшно для него. Не привык парень доверять незнакомцем, особенно врачам. Он врач скорой помощи, которому насрать, он сейчас отвезет меня в больницу и уедет. Ему насрать. Он сдаст его в это здание, где однажды сделали больно маленькому ребенку. Ему главное сейчас отмотать смену без происшествий, а, что уже потом будет с парнем, ему насрать. Ему же насрать? Да? Да, - Ответил сам себе Антон. — Антон, ты мне веришь? — спросил Арсений, когда заметил, что Шастун уж сильно ушел в себя. Его рука по-прежнему была на руке Антона. Подросток не верил, но не хотел так отвечать, ведь посчитал, что это будет сильно грубо, но и врать ему не хотелось. Как же быть? — Верю, — все-таки ответил подросток, сам того не ожидав. Арсений посмотрел в глаза, которые очень метались, в которых был ярко выражен страх и растерянность. Врач помотал головой и убрал руки с рук подростка, выпрямляя спину. — Нет, Антон, ты не веришь, — дал ответ Арсений, на что подросток удивился, подняв глаза на мужчину, ведь тот был прав. — Антош, поверь мне, пожалуйста, — Антон с некой агрессией опустил взгляд в пол. — Почему я должен вам верить? — немного грубо спросил он, резко посмотрев на врача уверенными глазами, где была даже видна небольшая злость. — Извините, — добавил он, уже снова с растерянными глазами, поняв, что это звучало очень некрасиво. Арсений немного удивился такой моментальной сменой эмоций. — Ничего. Ты прав, — Арсений понял, что спросил у парня глупость. С чего вдруг он будет ему верить? Тем более, если он ятрофоб. — Я согласен поехать, — ответил подросток, после того, как хорошенько подумал. В голове он прокручивал разные варианты. Первый: Арсений врач, которому действительно не наплевать на своих пациентов и он обращается с ними очень хорошо, который действительно сделает так, чтоб парню не причинили вреда. Второй: Арсений просто пытается войти в доверие, чтоб тот поехал с ними в больницу. Он не хочет проблем и лишний суматохи. Он хочет побыстрее отработать и поехать домой, где, возможно его ждет жена, ведь он уже не молод или девушка, ведь он еще не стар. Арсений улыбнулся и открыл дверь машины. Там стояли Дима и Сережа, которые, кажется, нашли общий язык. — Серег, поехали, — крикнул мужчина, высунувшись из машины. Сережа сразу среагировал, как и Дима, и они одновременно подбежали к машине. — А я? — задал вопрос Дима, которого не ожидал услышать Арсений. А, что ты? Иди домой, уроки делай. Такая мысль на секунду пришла в голову врача. Фельдшер уже сидел в машине и ждал указания врача. — А можно он с нами поедет? Мне так легче будет, — последнее предложение он произнес немного тише, что его услышал, кажется, только Арсений. Он посмотрел на подростка и на его друга, вздохнул и ответил. — Поехали, — и они поехали.

***

— Угу, я понял, — читая документы, ответил Арсений. Шастун сидел на кушетке, где его немного трясло. — А я могу взять его лечение на себя? — подросток посмотрел сначала на Арсения, который нисколечко не смутился своим предложением, а затем на врача, который был немного в шоке от вопроса мужчины, что даже приоткрыл рот. — Ну я не знаю. Зачем тебе это? — спросил он, растерявшись. Антон был бы не против, чтоб его лечил Арсений, ведь почему-то ему он доверять начал. Арсений посмотрел на того немного строгим взглядом. — Ладно, забирай, но только по старой дружбе, — Арсений улыбнулся, Антон улыбнулся. — Спасибо, — мужчины пожали руки. — Пойдем, Антош, — Антон встал с кушетки. — Смотри, Антон, залечит он тебя до смерти, — улыбнулся врач, парень посмотрел испуганными глазами на Арсения, ища объяснения этой фразы. Арсений на это лишь закатил глаза. — Что ты несешь? Не слушай его, — врач засмеялся, подросток тоже улыбнулся, ведь до него дошло. — Ладно, я шучу, — они вышли из кабинета. — До свидания, — попрощался мальчик, на что врач скорой помощи улыбнулся. Ему ответили взаимным ответом. — Я же обещал, что тебе не причинят вреда? — прикоснулся он кончиком пальца до носика Антона. Парень шмыргнул, а Арсений ухмыльнулся. — Меня теперь в больницу положат? — наконец задал вопрос подросток, который мучал его еще с приезда скорой помощи. Арсений замялся, не зная, как сказать парню. — Скажите, как есть, пожалуйста, я не собираюсь тут падать, убиваясь в слезах, — серьезно говорил Антон, поняв, что тот молчит, боясь испугать его. Ты вряд ли меня испугаешь, дядь, я столько терпел. Произнес в уме парень и тяжело выдохнул, Арсений заметил состояние подростка, которое ему не особо понравилось. Он видит, что тот просто строит из себя сильного, на самом деле ему очень страшно. Это видно. По его глазкам, по его красивым, зеленым глазкам, которые очень изящно переливаются на свету. Это не значит, что Антон выпендривается, говоря, что ему не страшно. Он старается быть сильным — это неплохо, но и не хорошо. В Ваших глазах хочется утонуть… Не то, что мои…зеленая муть. Ваши глаза у меня улыбку вызывают И из-за них все волнения замолкают. Готов в них тонуть, меня не спасайте. Тише, мне посмотреть в них спокойно дайте. Именно такие строчки захотел написать на бумагу парень, смотря в эти глаза. В эти голубые, будто океаны глаза…такие чистые…такие глубокие…такие нежные. Антон не скрывал того, что засмотрелся в глаза врача. Арсений заметил это уже давно, но не стал говорить ничего. Я напишу Вам поэму. Подумал Антон. — Да, Антон, тебя положат в больницу на обследование, — все же ответил Арсений, как бы ему не нравилось то, как подросток увлеченно рассматривает глаза старшего. — Чтобы точно можно было сказать, что с тобой делать, — Антон наконец пришел в себя, вздрогнув внутри, когда до него дошло, что Арсений не всегда будет рядом, что иногда, а это будет чаще всего, с ним будут совершенно незнакомые лица. — Я понял, — только и смог Антон выдавить из себя. Арсений вздохнул и взял подростка за руку. — Успокойся. Я же буду рядом. Запомни, я никогда не причиню тебе вреда, — и Антон верит, сам не понимая почему. Арсений пообещал себе, что сделает все, чтобы Антон верил ему, доверял ему, не боялся его, а главное выздоровел. Арсению хочется верить. Как Вы, Арсений, смогли добиться моего доверия? — Можно Вас обнять? — подросток сам вздрогнул от того, что не ожидал от себя такого. Арсений сначала немного опешил, а потом улыбнулся и кивнул. Антон нежно прикоснулся к Арсению своим телом, на что мужчина ответил взаимностью. Мы знакомы пару часов! Что со мной? Вот и гадайте теперь, у кого такие мысли были.

***

— Димка, — улыбался парень, лежа на больничной койке, когда увидел, что в проеме двери стоит ни какая-нибудь медсестра, которая решила спросить, как Антон себя чувствует, а Дима…его любимый Дима. — Боже, Димка, я думал, что умру в этих стенах, — он поднялся с кровати и пошел к другу, то закрыл дверь и они обнялись. — Ну, не надо преувеличивать. Я был только вчера, — в объятиях сказал Поз. — Тут, что настолько плохо? — они наконец, расцепились, а точнее расцепился Дима, ведь он подумал, что его дружок его точно задушит. А, когда Антон обнимает — это, конечно, очень мило, но это и очень опасно для здоровья. — Дим, здесь вроде норм. Но меня это и пугает, — Антон сел на постель, а Дима сел на стул, который стоял неподалеку от кровати. — Если раньше я знал, что меня ждет, то сейчас я вообще ничего не понимаю. Меня еще ни разу не лечили. То есть, ни разу не пытались что-то вколоть, какие-то таблетки, капельницы. Конечно, я рад, что этого нет, но с другой стороны, зачем я здесь? Отдыхать? Я так не думаю, — Дима послушал парня и задумался, ведь действительно, все уж очень подозрительно выглядит. — Антон, а вот тот мужчина, он…? — начал спрашивать Поз, но его перебил Шаст. — Арсений? Он взял мое лечение под собственный контроль, — немного размахивая руками, сказал он. К Диме пришло осознание. — А, теперь понятно. Антон, тебя собираются лечить, но только это будет делать именно этот врач. Понимаешь, видимо он не ровно дышит, в хорошем смысле, к подросткам, у которых такая проблема, как у тебя, — до Антона не совсем дошло. Нет, конечно, он понял, что его будет лечить именно Арсений, но он не понял, про какую проблему говорит его друг. — Ты про эти голодовки? — еще вчера вечером Дима узнал, почему Антон не ел. Он взялся тогда аж за голову, ведь подросток и так немного весил, даже мало, а тут он решил еще похудеть. — Нет, и ты зря мне про них напомнил. Ты мало вчера выслушал? — скорее всего, Антона аж передернуло. — Нет, Дим, больше не надо, пожалуйста, — как-то испуганно попросил Шастун. Он вчера услышал все. От того, что он и так дохлый, куда еще сильней. До, а вот ты же мог переусердствовать… Ты же мог не остановиться, тебе бы могло понравится чувство голода и ты такой «Хочу еще». Ты же мог тогда пойти один домой, ты же упал, тогда на дорогу…я еле оттащил тебя оттуда, тебя ведь могла сбить машина. Много чего услышал Шастун, но знаете, чем весь их разговор закончился? А тем, что Шастун сказал «Ну этого же не случилось». Дима не стал спорить с ним, ведь тот совершенно прав. — Антон, я про твою боязнь, неприязнь к врачам, — аааа, какой я тупой все-таки… Дима не знал, как правильно это назвать. Это не боязнь, это неприязнь, неприятие, нелюбовь к врачам. — Аа, какой же я тупой все-таки, — и вслух произнес парень. Тут кто-то постучал в дверь палаты, оба парня, сначала синхронно посмотрели на дверь, а затем переглянулись. Антон пожал плечами, показывая, что он не знает кто там, да и не желает. Да и Дима, что скрывать, без понятия, кто там. Дверь открылась. На пороге стоял Эд с улыбкой до ушей. Антон выдохнул, как и собственно Дима. — Антон, мы можем с тобой поговорить? — он зашел в комнату, закрыв дверь. Антон махнул головой, мол, да. — Наедине. — Он посмотрел в сторону Димы. — Я пойду покурю, — Шаст покачал головой, жестом говоря Позу «хорошо». Дима вышел из палаты, когда на него пристально смотрели Антон, у которого ум немного взрывался, ведь он вообще не понимает, что всем от него нужно и Эд, который просто так не приходит, хоть они и встречаются. Дождавшись, когда Позов закроет дверь, Эд стал подходить к парню, который сидел с недоумением на кровати. — Антон, — Антон махнул головой, а его парень наклонился к лицу парня, на что Антон немного округлил глаза. — Слушаю, — сказал Антон, а Эдуард видимо совершено не выдержал такого вида парня. Кудрявые волосы, которые красиво переливались на свету, блистающего из окна, губы, немного пухлые, розовые, так и хочется прикоснуться к ним, не отпуская их не на секунду, эти руки, его тонкие пальцы, на который прекрасно смотрелись эти серебренные кольца. Он повалил парня на кровать, припав к его губам. Антон ответил на поцелуй, но, когда руки парня полезли под кофту Шаста, тот запаниковал и стал отстраняться. — Эд, не надо, — почти проскулил парень, он не хотел этого, считал, что еще слишком рано. — Эд, не надо, — повторил парень, поняв, что с первого раза тот не понял. Он пытался его руки убрать от себя, но старший, будто игнорировал его. — Я хочу тебя здесь и сейчас, пожалуйста. Ты же знаешь, что я не сделаю тебе больно, — он поднялся на руках, тем самым нависши над парнем, Антон смотрел испуганными глазами, он не боялся парня, он знал, что, если тот не захочет, то Эд ничего не сделает, но он боялся самого процесса. — Доверься мне, пожалуйста, — он проскулил, но Антона этим, видимо, не возьмёшь, он замотал головой из стороны в сторону. — Нет, пожалуйста, — Выграновский кивнул и поднялся с кровати. — Прости, — прошептал парень, а старший улыбнулся. — Все нормально. Я же не виню тебя, — он наклонился к парню и поцеловал его в нос. Антон наконец-то показал свою шикарную улыбку. — Фильм посмотрим? — Антон кивнул.

***

— Арсений? Здравствуйте. — Антон немного опешил, ибо уже и не ожидал он увидеть Арсения, после 3-х дневного исчезновения. Подросток выключил телефон, где он листал соцсеть VK, рассматривая разные идиотские посты. Например такие, как: хочешь сдать экзамен? Жми лайк, тогда все будет супер. Антон не верил в такое, но все равно ставил лайк, мало ли что. И поднялся с подушки, сев в позу лотоса. — Привет, Антош. Ты как? — Он зашел в палату, задав вопрос и закрыв дверь. — Я хорошо, а Вы? — Вопрос произнес парень тише, не зная нужен ли этот вопрос. Арсений дошел до кровати и сел на стул, который уже по традиции стоит там. — Антош, я замечательно. Ты мне лучше расскажи, как у тебя здоровье? Животик болит? Головка кружиться? Кушаешь как? — Антону так приятно слышать все эти вопросы в уменьшительно-ласкательной интонации, что Антону стало немного лучше себя чувствовать и он, вроде, как спокойно выдохнул. — Здоровье не знаю, как. Живот не болит. Голова не кружится. Ем, вроде нормально. — Ответил Шастун, смотря на то, как Арсений смотрит на него. — Что значит «вроде нормально»? — Спросил Арсений по-прежнему смотря на Антона. Подросток пожал плечами, ответив, что не знает, ибо никто из медсестр не жаловался, что он мало ест. — Антош, ты сейчас главное не паникуй. — Шастуна эти слова уже насторожили, но он только внутри сжался полностью, каждая его косточка вздрогнула от этого. — Тош, я же вижу, что ты нервничаешь. — С чего Вы взяли? — Пытался серьезно спросить подросток, но его голос на последнем слове предательски обломился, создавая какой-то писк таракана, которого чем-то испугали. — Хорошо. — Сделал вид Арсений, что поверил в слова Антона, что тому не страшно и он не паникует. — Мне нужно поставить тебе капельницу. — У Антона, кажется, голова закружилась. Парень, если до этого пытался показать свою сильную сторону, то сейчас ему стало максимально поебать и он испуганно, будто протестуя, замотал головой из стороны в сторону. — Не надо, я не смогу выдержать это. — Арсений видит, как тот с ума сходит от страха, видит, как тот сейчас уже сломает себе пальцы, крутя на них кольца. Арсений сел к подростку на кровать, взял руки Антона и немного зажал их в своих ладонях. — Сможешь. Я буду рядом. — Он поглаживал большим пальцем тыльную сторону руки мальчика, который очень сильно дрожал. И дрожал до такой степени, что его дрожь была уже похожа на судороги. — Я не могу Вам поверить, не могу Вам довериться, что бы Вы не сказали. — Антон не вытянул руки из рук врача, да и не пытался. Ему было абсолютно сейчас плевать на то, как аккуратно гладит Арсений его руки, как нежно смотрит в глаза, не переставая волноваться, ему абсолютно все равно. Ему будут ставить капельницу. Да лучше бы меня ножом пырнули. — Я понимаю, Антош, понимаю, но с этим ничего нельзя сделать, понимаешь? Ты запустил свое здоровье. Ты зачем-то худел, хоть и твой друг говорит, что ты до диеты был не особо пухлым. Ты запустил здоровье, не думая о последствиях. Теперь тебе нужно потерпеть. Я не причиню тебе ни капли боли. — Антон смотрел в никуда, иногда мотая головой из стороны в сторону. Арсению так не нравилось это состояние. Он прекрасно видит, что у Антона паника, что тот сейчас готов с крыши спрыгнуть, лишь бы не это. — Мы должны будем ее сделать через пол часа. — Антона, будто еще раз 10 ударило током. Мозг настолько давит бедную головушку Антона, что тот скрючился от боли, выдернув руки из рук Арсения, прижав их к вискам. — Антон? Что случилось? Голова. — Да. — Проскулил парень, не убирая руки. Арсений взял подростка за плечи и положил на кровать. — Ляг, я сейчас принесу таблетки, тебе легче будет. — Для Шастуна все было в тумане, он не задумывался, что там трещит Арсений, ему больно, ему страшно. Больно не только от висков, которые, кажется, уже совсем скоро стянут голову мальчика, но и больно внутри. Он не хочет вспоминать все, что тогда было. — Пожалуйста, нет. — Тихо произнес парень и у него потекли слезы. Не покапали, не появились, а именно потекли, я бы даже сказала, полились. Антон так и не смог ответеть из-за чего. Из-за головы, которая невыносимо болит или из-за страха, благодаря которому Антона очень сильно трясет. Арсений вернулся с таблеткой и бутылкой воды. Он забежал в палату, из-за чего ветер развевал его белый халат, надетый поверх черной футболки, где еще были видны черные джинсы. — Вставай, давай. — Он помог парню приподняться, ибо того силы полностью покинули. — Вот таблеточка. — Арсений придерживал парня под спину, не давая лечь обратно. Антон, не раздумывая, проглотил ее, запив водой. — Умница, ложись обратно. — Он уложил его и укрыл одеялом. Увидев слезы парня, у Арсения что-то сжалось внутри. Нет-нет-нет, только не слезы, я не смогу так работать. Вот мы выставили Арсения таким храбрецом, но это ведь не так. Он очень боится слез. Не своих, слез детей, которым очень сделали однажды больно и они теперь должны с этой болью, с этим страхом жить. Он сидит на этом стуле и смотрит на это создание, которое немного сопит, дергая носиком, словно котенок. Он умиляется с этой картины и передумывает ставить капельницу Антону сегодня. Завтра, все завтра, переносить я больше не буду точно, но и сегодня я его не смогу мучить. — Сладких снов. — Он наклонился к парню и чмокнул в макушку. Поцеловав, он направился к выходу комнаты. Уже в проходе он смотрит на Антона и думает — Я не сделаю тебе больно. Спи спокойно. Антон немного улыбается, словно услышал, что только что сказал мужчина. Арсений вновь улыбается и выходит из палаты.