Хороший мальчик

      Удар. Снова. Санзу беспощадно бьёт скрутившегося в клубок парня ногами. На лице бьющего оскал, розовые волосы растрепались в разные стороны.       — Кто право тебе давал распоряжаться наркотиками босса, скотина? — вырывается с губ Харучиё и на какое-то время он перестаёт бить парня и вытирает лоб. А потом снова бьёт его ногой в грудь. После тот кряхтит и перестаёт двигаться и лишь пытается хрипло дышать. — Кто разрешил тебе продать весь порошок?       — Я, — сказал только что вошедший в кабинет Ран, когда Санзу на него обернулся. — Ты испачкался тут..       — Не трогай меня своими грязными руками, Хайтани, — злобно прошипел Харучиё и посмотрел на парня снизу вверх. — Нахрена ты это сделал, при..?       Розоволосый замолчал, когда почувствовал чужие руки на своей талии. Тот развернулся и хмуро посмотрел на Риндо.       — Ну, мы подумали что тебе пора бы бросать эту вредную привычку и начинать заниматься своим здоровьем, — чуть ли не мурлыкнул младший Хайтани и слабо куснул парня за шею, на которой уже было порядком двадцати отметин.       — Подумали они, блять.. — сказал тот отходя от них. — Сука, как же вы меня бесите уже. Не лезьте в мою жизнь, уроды, — тот показал им средний палец и пошёл прочь.       Хайтани переглянулись. Тут же дикий хохот пронзил кабинет.       — Риндо, слышал че? Не влезать в его жизнь, — хихикнул Ран и подошёл к парню, который всё ещё лежал на земле и взяв его за руку поднял на ноги. Тот еле стоял и всё время шатался, поэтому Ран усадил его на рядом стоящий диван.       — Майки на собрание зовёт, — проверив свой телефон сказал Риндо брату. Оба нахмурились. С хорошими новостями тот мог позвать их лично. Кажется, это что-то действительно серьёзное.

***

      Вечерний Токио — самое шумное и многолюдное место. Миллионы людей спешат по своим домам, после учёбы или работы, уставшие, но определённо счастливые.       Санзу вздыхает. Хотелось бы ему быть кем-то из них. Ему хотелось бы куда-то постоянно возвращаться и называть это своим домом. Но из-за своей "работы" он вынужден вечно шляться по отелям и гостевым домам. В каких только условиях он не спал..       Сейчас же он сидит за круглым столом вместе со всеми остальными и смотрит в окно, выслушивая план действий Манджиро. Кто-то опять ограбил их грузовик с белым какао, как называл наркотики Майки. Хотя, в данной ситуации, злиться должен был Харучиё. На двух Хайтани, по указке которых незащищённый товар помахал ручкой и возможно уже поехал в порт, готовясь к поездке через океан. Розоволосый нашёл глазами их обоих и хотел было нахмуриться и говорить взглядом, что как бы это они виноваты, но увидел, что те всё это время смотрели на него, ухмыляясь. Тот сглотнул и отвернулся. Во взглядах читалось зверинное желание.       Руки Санзу медленно начинают трястись. У него ломка. Несколько дней назад у него закончилась доза, а времени посетить дилера у него не было из-за "супер важных" дел, которые ему поручил Сано. Коробка кокоина была последним вариантом, которые Хайтани успешно просрали. Харучиё начала пробирать злость. Он стиснул зубы, чтобы в порыве не закричать на этих двух мудаков. Сейчас есть проблемы поважнее разборок.       Когда Манджиро объявил о конце совещания, Санзу пулей вылетел вон, уже названивая на знакомый номер.       — Яку, у тебя есть хоть что-нибудь? — розоволосый кусал губы и нервно ходил из стороны в сторону.       — Вот те раз. Не здрасьте, не как дела. К чему спешка, малыш Санзу? — раздалось из телефона.       — Я не могу ждать столько, мне нужна доза и чем быстрее тем лучше.       — Понял, я посмотрю что и как.       За что Санзу любил этого парня, так это за то, что он всегда мог понять и прикинуть что и как. Даже на крестик вдоль давал, когда Хару был намели.       — Максимум что могу доставить, так это через два дня.       — Что?! Почему так долго? — завопил розоволосый и нахмурился. По его телу уже бегали мурашки. Глаза не находили себе место и быстро меняли объект наблюдения.       — Прости, но сегодня реально ничего нет.       — Так достань! — Санзу выругался и положил трубку.       Он ходил вокруг и заламывал пальцы. В животе появилось неприятное чувство. Голод. Но не едой его уталять надо. Он в отчаянии. Что же делать? Сможет ли он пережить эти два дня? Может самому украсть у кого партию? А если словят..       — Саанзуу, — сладко протянул мужчина и ухмыльнувшись посмотрел ему в глаза. — Кажется, у тебя неприятности?       — Отъебись, Ран, сейчас вообще не до тебя, — ответил тот и собирался уходить, куда глаза гледят, но дорогу ему преградил Риндо.       — У нас есть деловое предложение. Мы тебе наркоту, а ты..       Хару замолчал. Он прекрасно знает, в чём суть. Ведь не первый раз они делают подобное "предложение". Розоволосый колеблется. Он не хочет снова унижаться. Но ему слишком хуёво..       — Я согласен. Едем прямо сейчас.       — Какой шустрый мальчик, вы посмотрите.. даже заставлять не пришлось, — оба Хайтани переглянулись и ухмыльнулись. Кажется, кто-то не сможет встать завтра днём.

***

      Вечерняя тишина. В комнате темно и только свет от фонарей немного освещает помещение. На кровати на коленях стоит обнажённый Ран. По его груди прозрачными каплями стекает пот, сам он дышит через раз. Глаза устремлены вниз.       — Хмпф, — откашливается Санзу, когда старший делает особенно глубокий толчок в его глотку, за что получает звонкий шлепок по заднице от Риндо.       Риндо не растягивает удовольствие, как это делает его брат. Он любит брать от ситуации всё. Посильнее сжимая бёдра Санзу до синяков и подтягивая его рубашку до талии, Риндо начинает буквально вбиваться в тело голубоглазого, от чего второй протяжно стонет, доставляя удовольствие второму Хайтани. Риндо вновь шлёпает его по заднице. Санзу должен быть тише.       Харучиё тихо хнычет и посильнее заглатывает член парня, принимая второй сзади. Они трахаются уже на протяжении нескольких часов. Как только они вошли в квартиру Хайтани уже стали раздевать его и тащить в свою комнату. Они несколько раз меняли позу и места, изматывая голубоглазого. Харучиё пытается посильнее свести ноги, по которым уже струёй капает чужая сперма.       — Так унизительно, да? — говорит Ран и берёт его за щёки. — Ты так не хотел, чтобы это повторилось снова, но посмотри на себя сейчас. Грязный, потный, с удовольствием принимающий члены, подобно дешёвой шлюхе.. — Хайтани улыбается. Он знает на что давить. От чего колени Санзу начинают подрагивать каждый раз, когда он слышит новое оскорбление в свою сторону. — Как думаешь, чтобы сказал Майки, если бы увидел тебя таким?       Риндо почти останавливается, начиная поглаживать спину розоволосого. Холодные пальцы его рук забираются под рубашку голубоглазого и ведут по линии позвоночника. Второй лишь прогибается в спине от таких махинаций. Риндо поднимает взгляд на брата и вздыхает. Ран всегда был собственником, иногда это касалось и Риндо, что младшего просто жутко раздражало.       Вдруг парни будто по щелчку начинают сильнее толкаться с обоих сторон. Если бы Харучиё не держали бы сильные руки парней, он определённо бы упал. Всё тело пробило мелкая дрожь, сам он хныкал и скулил, по мере того как удавалось вздохнуть. Вставший член то и дело тёрся о матрас, доставляя неприятное чувство внутри живота.       — Сучка по имени Санзу, — расстягивая говорил Риндо, будто пробуя слова на вкус. Вдруг его слова прозвучали совсем близко с ухом парня, — что же бы сказали твои подчинённые, узнай они об этом, что думаешь? Как сразу бы каждый захотел тебя поиметь? Сколько бы они могли заплатить тебе за это, а, Санзик?       — Но ты же знаешь, кому принадлежишь, верно, милый? — Ран хватает светлую копну волос и оттягивает назад, заставляя посмотреть ему в глаза. Холодный взгляд пронзает Харучиё насквозь. Он ждёт ответ. Но какого..?       — Даа.. я.. я только ваш, — выдыхает Санзу и затуманеным взглядом смотрит на парня, получая глубокий толчок от Риндо.       Санзу закатил глаза и застыл в одном положении. Он излился на кровать, сжимая Риндо. Ран кончил ему на лицо, лишь от его вида. Харучиё без сил упал на кровать, чувствуя тоненькую струйку, стекающую по внутренней части его бедра.       Ран лёг сзади от Санзу, а Риндо спереди. Вдруг розоволосый вновь почувствовал чужие руки на своём животе.       — Не трогай меня, блять, — возмущался Санзу, запинаясь в своих словах по мере того, как близко становился Ран к его паху.       — Не трогать? А твой дружок, истекающий смазкой, просит совершенно об обратном, — он проводит рукой по эрегированному члену вверх-вниз, срывая вместе с тем чужие стоны.       Губы Риндо начинают расцеловывать шею розоволосого, пока тот дёргается от стимуляции рук Рана. Младший ведёт дорожку из поцелуев от кадыка и до подбородка, не забывая оставлять свои засосы и укусы. Старший пальцами делает своеобразный массаж, а после растирает смазку по всему органу. Перед глазами Хару звёздочки. От удовольствия он поджимает пальцы на ногах и, не то стонет, не то пищит..       Когда Ран особенно грубо проводит рукой по головке его члена, тот хватает ртом воздух и откидывается на подушку. Больше нет сил даже просто держать голову. Он прикрывает глаза, провалилась в полутранс. Риндо устраивается в изгибе его шеи, посильнее прижимаясь к парню. Ран же утыкается в розовую макушку, покрепче обнимая его обеими руками.       — Хороший мальчик, — шепчет он на ухо засыпающему Санзу, наблюдая за появляющейся на лице парня улыбке. Да, он сегодня хорошо постарался..