Оберегаемый небесами

"Ваш сын слеп от рождения..." – эхом отдавалось в ушах альфы. "Что могло стать причиной такой патологии? За что мне это наказание? Ну не мог у совершенно здоровой пары родиться слепой ребёнок!!" – думал Джиху. Мин Сухён - омега девятнадцати лет. Он сын высокопоставленного чиновника страны, Ли Сонбина. Омегу выдали замуж без согласия, по велению отца. Сухён смирился со своей участью. Он уважал мужа, Мин Джиху, не смотря ни на что. Он терпел всё. Измены, побои, оскорбления. Но узнав о травме малыша, омега глаза себе раскрыл. Он тогда в кабинете врача сидел, с шестимесячным Юнги на руках. Муж опаздывал на приём. И доктор, воспользовавшись моментом, решил сперва новость такую омеге сообщить. Он знал, что в этой семье не рождалось никого с данным заболеванием. А значит, оно приобретённое. Доктор назвал омеге причины, которые могли вызвать сильное поражение глаз. И омега тут всё понял. Всему виной - его муж, осмелившийся руку на беременного поднять. Малыш ещё внутри папы травму получил. Бедненький. Как он жить будет? Такой крохотный и такой беззащитный омежка... Сразу по приезду домой, Сухён вручает малыша нянькам и набирает отца. Он просит Сонбина о встрече. Вечно занятый альфа всё же находит пять минут для единственного сына. Омега приезжает прямо к нему в офис и рассказывает всё. Слёзы ручьём по щекам стекают. Отец ошарашенно на сына смотрит, рукой лоб подпирает. – Господи.. Сынок... Как же так.. Что я натворил.. Как я мог не слушать тебя!! – Альфа смотрит блестящими от слёз глазами. – Я упрячу эту мразь за решетку!!! Ещё распоряжусь, чтоб ему там, сука, глаза вырвали!!! Сегодня же подаём на развод! – Чиновник по столу кулаком бьёт. Альфа угрозу свою выполняет. Он за внука небо на весь мир обрушить готов. Чиновник очень боится за будущее Юнги. В такое тяжёлое время слепому омеге трудно придётся. Он решает сына с внуком спрятать от врагов, что наверняка уже прознали о несчастье в семье Мин и Ли. Стервятникам только повод дай - надавят, свергнуть попытаются! Юнги вот уже год с папой в Америке живёт. У них своя квартирка в адекватном округе Вашингтона. Дедушка и здесь всех врачей поднял на уши. Он готов любые деньги заплатить, чтобы малыш видеть мог. Но не всё решают деньги. У ребенка атрофия зрительного нерва. Это не лечится. Омежка, не смотря ни на что, растёт счастливым и радостным малышом. Сухён об асфальт расшибётся, но сыну никогда в жизни грустить не даст. – Пап, а это что такое? – мальчик уселся на лошадку и держит её за уши. – Это лошадка, сынок. А в руках у тебя её ушки! – смеётся омега. Юнги уже четыре годика. Он очень умный, любознательный ребенок. Он любит пение птиц по утрам, журчание ручейков, любит ненавязчивую спокойную музыку, смех папы и его голос. Все соседи обожают Юнги. Маленький омежка всегда приветливо улыбается, от чистого сердца. Его улыбку ни с чем не сравнить. Он ею самые огромные глыбы льда в сердцах людей топит. Он очень, очень красив. Его волосы от рождения белые-белые. Выразительные розовые губы, подобны невиданному экзотическому фрукту. Красные, сочные, вечно облизанные, так и манят. Или это блеск такой. Его кожа нежна, как лепестки только раскрывшегося бутона белой розы. И примерно такого же цвета. Юнги уже семнадцать лет. Вроде бы и взрослый, но такой же ребёнок. К любимым звукам омеги прибавился шум грозы и ливня. Это природное явление манит парня своей бушуюещей красотой звуков. Раскат грома, завывание ветра, бит ливня по поверхностям, всё это заставляет омегу выскочить на улицу и с высоко поднятой головой наслаждаться частыми каплями проливного дождя. Папа не ругается на сына. Он со слезами на глазах наблюдал за счастливым парнем под дождем. Потом с нежностью раздевал его, купал и кутал в теплую пижаму и плед. Всё прекрасно у омег. Да вот только они не подозревали даже, что каждый день находятся под прицелом снайпера. И каждую неделю они разные. И каждый раз никто из них не может выстрелить в неземного омегу.

***

Чон Чонгуку двадцать пять лет, и он - глава самой опасной, и, с недавних пор, единственной в столице и округе, преступной группировки. Чон хочет сломать новоиспечённого президента, лишив его самого дорогого. Альфу ни подкупить, ни убить, ни запугать не получается. Омегу Сонбин уже потерял, однако на кресло президента всё же сел. Но сына и внука спрятал. Успел. И Чон нашёл их. И закончит начатое. Ему нужен свой человек "у руля". – Ну хоть ты порадуешь меня? – спрашивает Чонгук своего человека. – Простите, господин Чон.. Я тоже не смог. Он сука, словно ангел... Рука не поднимается. Глухой выстрел раздался в кабинете. Вот уже пятого хорошего снайпера сражает пуля в лоб. – Что же там за омега то такой!!! Сука! – Чон убирает пистолет и вызывает людей убрать кабинет. Альфа решает позвать свою последнюю надежду. – Хосок, зайди ко мне. – он позвонил своей правой руке. Своему лучшему головорезу двадцати семи лет, чья рука ни разу не дрогнула, даже на собственного папу, который сбежал в Японию с другим альфой, предавая тем самым память умершего отца Хосока. Альфа входит через пару минут. – Хос, займись теми омегами. Этот щенок тоже не смог их пристрелить. – Хорошо, босс. Завтра же вылетаю.