Оберегаемый небесами

Юнги встаёт по будильнику. Он нащупывает кнопку выключения и нажимает на неё своими пальчиками. Омега поднялся с кровати, потянулся и по привычному уже маршруту отправился в душ. Пороги в квартире омег отсутствовали для безопасного передвижения младшего. Мебель, с момента их переезда никогда не передвигалась, поэтому омега уже наизусть помнит расположение комнат, мебели и даже предметов в квартире. У Юнги очень развит слух и обоняние. Именно второе заставило его поскорее встать с постели, вызвав голодное урчание в животе. Он принимает душ и отправляется на кухню, где папа уже приготовил вкусный омлет с беконом и лёгкий фруктовый салат. – Доброе утро, Юнги. – папа целует омегу в макушку и подаёт завтрак. – Доброе, па. – Юнги опускается на стул и нащупав палочки, принимается завтракать. Погода на улице пасмурная. Кажется, что вот вот небо уронит слёзы на землю. Так и происходит. После завтрака Юнги отправляется в спальню и слышит мелодию дождя по стеклу и подоконнику. Омега открывает окно и наслаждается свежим майским воздухом с запахом дождя. Юнги наспех одевает джинсовые шорты и черную футболку и просит папу пойти погулять во дворе. Сухён улыбается и идёт переодеваться. Он берёт зонтик и омеги выходят во двор. Юнги как всегда в своём репертуаре. Он кружится под дождем, задрав голову и раскинув руки по сторонам. Тёплые капли ласкают милое омежье лицо. Он широко улыбается, он счастлив, кажется, как никогда. На самом же деле это его привычная реакция на плохую погоду. Хосок наблюдает эту картину из-за угла. Его будто током ударяет. Отвести взгляд от парня невозможно. Хосок так и стоит с открытым ртом. Он с места двинуться не может. То ли аура у омеги такая сильная, то ли его, и правда, невиданные силы охраняют. Хосок всё-таки переборол себя. Он медленно подходит к омегам. Сухён так и стоит с зонтом, завороженно наблюдая за сыном. Раздается глухой выстрел. Старший омега падает замертво. Юнги прекрасно слышал и выстрел, и то, как падал Сухён. – Папа? – тихо зовёт он... В ответ тишина. – Папа!!! – громче. Он замер. Не двигается. Минуту так стоит. Хосок стоит напротив него. Тоже замер. Омега обернулся, хотел было двинуться в сторону, где Сухён стоял, но кто-то взял его за руку. Юнги чует его. Чует запах крепкого коньяка. Чувствует крепкую руку, сжавшую его запястье. Она горячая... Обжигает холодную кожу парня. Юнги истерить начинает. Он резко выхватывает свою руку из чужой и что есть силы бьёт убийцу папы. Он попадает Хосоку по груди, плечам, скулам. Альфа устал. Он влепил пощёчину истерящему омеге и снова схватил его за руку. Тот драться перестал. Он упал на колени и протяжно завыл. Ливень сильный. Из-за него никто не услышал, наверное, крики и плач омеги. Хосок молча поднимает парня, закидывает его на плечо и тащит к авто за углом. Омега брыкался всю дорогу, бил убийцу по спине, но тщетно. Альфа мёртвой хваткой в него вцепился. Вокруг, как на зло, ни души. Хосок сажает парня на переднее сиденье. Омега не перестаёт слёзы лить. Он папу потерял. Он чувствует утрату. Она внутри сидит, все органы сжимает, дыхание затрудняет. Альфа всё так же молча заводит мотор и трогается в отель. Он онлайн заказывает два билета на завтра в Корею и набирает Чонгука. – Да, Хосок. – отвечает тот. – Я привезу младшего. Старшего убрал. – Хорошо... Но зачем ты его везёшь? Не понимаю . – Чонгук. Я тоже не смог. – Хосок сбрасывает. Он всю дорогу поглядывает на омегу. От него приятно пахнет. Природный запах парня - жасмин. Он смешался со свежестью дождя. Сногсшибательная смесь. Хосок не смог. Стоял напротив, держал дуло, направленным в лоб парня. Но не смог. Как можно обидеть Божие дитя, что слеп от рождения, чья улыбка бесценна.. Она лучезарная, чистая, яркая, как само солнце. Хосок решил просто отвести его к Чонгуку. Пусть тот сам убивает его, если конечно сможет. А он то, как думает альфа, сможет. Хосок подъезжает к отелю. Альфа глушит мотор и выходит, захлопнув дверь. Он так же открывает дверь омеге, берёт его за руку и помогает подняться, подаёт охраннику ключи и входит в здание с еле передвигающим ноги парнем. На ресепшене сидит приветливый омега. Он мило улыбается альфе и подаёт ему ключ от номера, что расположен на десятом этаже. Хосок с Юнги в лифт входят. Друг напротив друга стоят. Юнги открывает рот, что-то сказать хочет, или спросить... Да, скорее спросить... Но не может. Хосок всё так же держит его руку. Не отпускает. На запястье омеги наверное синяки будут... – Спрашивай. – еле слышно просит альфа. Юнги вздрогнул. – Кто вы? Почему... Почему вы папу убили? За что? – дрожащими губами спрашивает омега. Хосок думает, что лучше бы промолчал. Голос омеги тоже неземной. Словно ангельское пение. Правда альфа не знает, как ангелы поют. Но теперь уверен, что именно такие голоса у них. Он с лица парня глаз не сводит. А именно с его губ. – Это политика. Больше мне нечего сказать. – Из-за дедушки? – теперь хрипло произносит парень. – Да. Лифт остановился секунд десять назад. Но Хосок стоял на месте. Он этот голос с хрипотцой готов слушать и днём и ночью, вместо будильника, вместо музыки, вместо стонов разных омег. Хосок выводит Юнги из лифта и ведёт в номер. – Сегодня переночуем здесь. А завтра полетим в Сеул. Спать на кровати будешь. Я в кресле посплю. В душ надо? – альфа с самого порога монолог ведёт. Он тащит омегу к кровати и сажает на неё. На вопрос о душе Юнги головой отрицательно машет. Он так и сидит. Молчит. Своим пустым взглядом в пол кажется уставился. Хосок сидит в кресле. С парня глаз не сводит. Он встаёт и идёт в душ. Доводит себя рукой до оргазма под струями тёплой воды и в одном полотенце выходит в спальню. – Ты ведь заболеть можешь. – альфа начинает беспокоиться. Омега ведь промок под дождем. – Мне нечего надеть. – бесцветным голосом отвечает Юнги, так и оставшись в исходном положении на кровати. – В ванной халат есть. Пойдём, я помогу тебе. – альфа подошёл ближе к омеге. – Я сам. Просто проводите меня до душа. Альфа берёт его за руку, заводит в ванную и включает душ. – Будь аккуратен, прошу. – Хосок оставляет парня и выходит, прикрыв за собой дверь. Юнги кое-как раздевается и аккуратно встаёт под душ. Теплая вода согревает. Омега ополаскивает тело, нащупывает кран, закрывает воду и снова шарит руками в поисках халата. Он находит его и полотенце рядом. Парень сушит тело, вешает полотенце и надевает халат, подвязывая поясом. Он подходит к двери, толкает её и выходит из ванной. Альфа подходит к нему, берёт под локоть, ведёт и снова сажает на кровать. – Ты не голоден? – спрашивает омегу. – Нет. – тот нащупывает подушку и ложится, накрывшись одеялом. – Ну хорошо. Отдыхай. Я постираю наши вещи. – альфа идёт в ванную и занимается стиркой. Юнги засыпает. Во сне он слышит голос папы. Тот просит прощение, за то, что оставил его одного. Юнги просыпается и горько плачет. – Эй.. Ты чего? Ты же Юнги, верно? – обеспокоенно спрашивает проснувшийся на кресле от плача альфа. – Юнги. – всхлипывает омега. – Не плач, не могу видеть твои слёзы... Прекращай. – альфа подходит и садится на корточки на полу, рядом с изголовьем кровати. Он берёт руку парня, нежно сжимает её. – Вы не люди... – плачет Юнги. Он не знает, что его ждёт, но надеется, что его жизнь тоже заберут. Как он теперь без папы будет жить... Что будет дальше... Вся его жизнь итак сплошная тьма... Дедушка с ума сойдёт, когда узнает о том, что случилось. Он, наверняка, уже звонил на папин телефон... Вскоре и прилетит наверное... – Знаю. – вздыхает альфа. Да, они не люди. Они чудовища, что отнимают чужие жизни. Но жизнь этого омеги альфа готов сохранить ценой собственной. Хосок так и засыпает рядом с вновь уснувшим омегой, сидя на полу и положив голову на кровать, рядом с головой Юнги.

***

Чонгук в ярости. Ему уже и вправду самому хочется этому омеге кишки вспороть. Что там за парень то, что даже Хосок не смог забрать его жизнь. Чонгук президенту весточку отсылает о смерти сына и внука. Да. Внука тоже. Потому что альфа не оставит его в живых.