хэппи энд (18+)

акула - озёра  Позвонив в дверь третий раз, Даша решила не звонить четвёртый, а попробовать найти ключи от квартиры Кашина в сумке. Их она как собиралась вернуть, а вещи, оставшиеся у Дани во время её крайнего переезда — забрать. В соцсетях Кашин никому особо не отвечал последнее время, а если и отвечал, то делал это очень нехотя, поэтому Даша и решила, что дома его сейчас нет, но, зайдя в квартиру, убедилась в обратном. Дверь в комнату была открыта, и с коридора было видно, что Даня лежит на кровати, практически полностью накрывшись одеялом. Понять, что он там, можно было только по свисавшей вниз руке. Пройдя внутрь комнаты, Даша постучала по двери, но никакой реакции на это не последовало. Затем девушка несколько раз позвала Даню, но и на это тот не отозвался. Нахмурившись, Даша подошла ближе и присела на корточки возле чужой кровати. Дотронувшись до запястья Кашина, она приготовилась нащупывать его пульс, но тот резко подскочил на месте, а затем вылез из-под одеяла. — Блять, — выдохнул парень скорее с облегчением, чем с агрессией, и сразу потянулся к ушам.  — Я в дверь звонила, — начала Даша, не переставая хмуриться.  — У меня наушники были, — пожал плечами сонный Кашин, убирая наушники в кейс. — Несколько раз, Дань, звонила. — Они с шумоподавлением.  Глядя на растерянного друга, Даша шумно вздохнула, повернула голову в сторону и вдруг увидела, какой вокруг был беспорядок. На полу валялись вещи абсолютной разных категорий и состояний: от несвежей одежды до недавно приготовленного бутерброда, и от банковских карт до исписанных тетрадей.  — Дань, — начала девушка, пока Кашин, на котором были надеты только боксёры, кутался обратно в светло-серое одеяло, — ты вообще… Как?  — Я? — Зачем-то переспросил парень, переходя в сидячее положение, — лучше всех. Чай будешь? — Буду, — ответила Даша, выпрямляя ноги. Пока Даня пытается подняться, не запутавшись в одеяле, она заметила на подоконнике пустую бутылку из-под воды с прожженной дыркой у донышка, но решила пока никак это не комментировать.  Кашин, сопя носом, поплёлся на кухню, Даша пошла за ним. Оказавшись у плиты, парень включил чайник и открыл верхний шкафчик.  — Чай, да? — Подал голос Даня, находя в коробке единственный оставшийся пакетик, — есть только чёрный.  Кашин обернулся на гостью, придерживая одеяло свободной рукой. Та только отстранённо кивнула. Даня полез за чашками.  — Ты не думал к специалисту обратиться? — Снова начала Даша, облокачиваясь спиной о стену.  — В смысле? Я у психиатра был, мне, вон, таблеточки прописали, я их пью. — Это понятно, но я говорю о психологе. Таблетками долго всё глушить в любом случае не получится. — И что мне скажет психолог? — Улыбнулся парень, разливая кипяток по кружкам.  — Может, совет какой даст. — Забей, Даш, — Даня отдал подруге чашку с чайным пакетиком и развернулся обратно к чайнику, — это только со стороны кажется, что всё так плохо, но я справляюсь. — А что будет, если ты перестанешь справляться? — Тогда запишусь к психологу, — пожал плечами Кашин присаживаясь за стол. Даша же подошла к раковине и поставила возле неё кружку чая. Достав из неё пакетик, Каплан открыла нижнюю дверцу и выкинула его в мусорку. Собираясь закрыть дверцу обратно, девушка вдруг замерла, явно разглядывая содержимое ведра.  — Ты чего? — Прохрипел Даня, после чего Даша наклонилась вперёд, шарясь рукой в мусоре.  — Это ты так справляешься? — Выпрямилась девушка, демонстрируя Кашину найденную бутылку из-под газировки с прожженной дыркой возле дна. Пока Даня тянул сиплое «ну-у», Даша выкинула бутылку обратно. — Ой, вот только не надо, — хмурился парень. — Насколько я знаю, я не один такой в нашем с тобой окружении. Тот же Руслан, например, тоже курит. Или он бросил?  — Я не знаю, что там у Руслана, — выдохнула Даша, отряхивая руки, — я с ним со дня рождения не общаюсь. Меня сейчас интересует, что конкретно с тобой происходит.  — Ничего со мной не происходит, — пожал плечами Даня, почти сразу меняясь в лице. — Подожди, со дня рождения? То есть около недели? Даша замерла, глядя на Кашина. Позади неё весел настенный календарь с фотографиями котов.  — Три, Дань. Три недели.   — Погоди, сегодня какое? — Хмурясь, Даня смотрел то на собеседницу, то на календарь.  Заметив это, Даша повернулась к стене и, недолго думая, оторвала лист с надписью «АПРЕЛЬ» и фотографией черного мейн-куна, оголяя календарь до страницы с надписью «МАЙ» и снимком сиамской кошки.  — Третье.  — Может, это тебе надо к психологу? — Начал Кашин, пока Даша пыталась впихнуть скомканный лист календаря в скопившуюся под раковиной гору мусора. — У тебя ярко выраженный синдром спасателя. То за Русланом бегала, сопли ему подтирала, теперь вот мне… помогаешь. — Я хожу к психологу, — недовольно отозвалась Даша, стараясь не касаться руками одежды.  — Серьёзно? — Да, у меня есть хороший специалист. Она, кстати, за первый сеанс вдвое меньше берёт, — договорив, Каплан вновь повернулась к раковине, но та была забита грязной посудой, поэтому Даша направилась в сторону ванной комнаты. Кашин ещё какое-то время тупил взглядом в пол и только в последний момент сообразил, что его подруге не стоит заходить в ванную.  — Даш, подожди, — парень подорвался с места и рванул вперёд по коридору, придерживая рукой одеяло, в которое он по-прежнему был укутан. Но было уже поздно: Даша успела включить свет и зайти внутрь, теперь она уже разглядывала своё искажённое отражение. От центра разбитого зеркала до его краёв, словно паутина, тянулись трещины, а в центре можно было разглядеть едва заметные следы высохнувшей крови.  — Даш, — зачем-то снова повторил Даня, стоя рядом с подругой. — Если ты не запишешься сам, я тебя к ней силком потащу, — спокойно проговорила Даша и только после этого принялась мыть руки. Кашин продолжил разглядывать своё отражение, кусая щёку изнутри.  В следующий раз Каплан подала голос, когда Даня чистил зубы, оперевшись на ванну.  — Мне Лиза писала недавно, — начала Даша, облокачиваясь на закрытую дверь. — Она думала, ты помер. — Это потому что я на заочку перевёлся пару месяцев назад, а ей так и не сказал, — буркнул Кашин, не вынимая щётки изо рта.  — Ну ты даёшь. — Надо будет ей написать, давно не виделись.  — Ты к экзаменам-то готовишься вообще?  — Даш, я уже достаточно взрослая и сформированная личность. Само собой я не готовлюсь. А смысл?  — Ну как… — Пока Каплан думала, что сказать, Даня успел сплюнуть зубную пасту и прополоскать рот.  — Поступать я всё равно никуда не собираюсь. Не в этом году точно. Работа у меня есть, что ещё нужно? — Дисциплина.  — Ага, — рассмеялся Кашин, сбрасывая одеяло в ванну. Затем Даня подошёл к сушилке, на которой висела давно постиранная одежда, снял с неё джинсы и первую попавшийся белую футболку, после чего принялся натягивать вещи на себя. — Собираешься выйти из дома? — Удивилась Даша. — Вроде того, — фыркнул Кашин, путаясь в штанине. — Холодильник пустой, да и в целом всякого прикупить нужно. — Договорив, он обернулся к опешившей подруге. — Ты позитивно на меня влияешь, заходи чаще.  — Буду заходить, — улыбнулась Даша, — если будешь мне на сообщения отвечать. — М-м, — протянул Кашин, пытаясь найти на сушилке пару одинаковых носков, — постараюсь.  — Дань, я пойду тогда, — вздохнула девушка, подходя ближе и обнимая Даню. — Ага. — Не пропадай только. — Не буду. Твои вещи в коробке в коридоре. — Да, я видела.  Когда Даша уже была готова выйти за пределы чужой квартиры, её окликнули со спины. — Ты мне когда павербанк мой отдашь?  — С собой у меня его нет, — пожала плечами Каплан, держа в руках коробку. — Но я завтра у Давида вечером буду, приходи, заберешь как раз. Ну, если силы будут. — Приду, — кивнул Кашин, прежде чем закрыть за подругой дверь.  Открыть подъездную дверь, держа в руках коробку, забитую вещами, для Даши было непросто. Она, однако, быстро забыла про всё это, увидев в нескольких метрах от себя знакомый силуэт. Тот находился недостаточно близко, чтобы Даша смогла разглядеть лицо, но достаточно неподвижно, для того, чтобы она узнала Руслана по одежде. Тушенцов копался в телефоне и так увлёкся этим делом, что не понял, как Даша оказалась рядом с ним. Не дождавшись, пока её заметят, она подала голос, от чего Руслан едва ли не подпрыгнул на месте.  — Только не говори, что ты к Дане пришёл.  — А что? Он сегодня не принимает? — Улыбнулся Руслан, убирая телефон в карман. Солнечный свет отражался в чёрных линзах его очков, от чего Даша морщилась, пока отвечала. — Я тебя к нему не пущу. — Неужели? Почему?  — Потому что ему пока противопоказано видеться с долбоёбами.  — Даш, за что? — Снова улыбнулся Руслан, выгибая брови.  — Да хотя бы за то, что испортил мой день рождения и даже не извинился. — Сказав это, Даша почувствовала, что груз, давивший на её душу последние несколько недель исчез, как и исчезла натянутая ухмылка с лица Руслана. Больше отыгрывать персонажа он не мог. — Я не извинился? — Хмурился Тушенцов, приподняв очки.  — Ой, вот только не надо придуриваться. — Громче предыдущего отозвалась Даша и, не заметив на чужом лице изменений, продолжила. — Блять, как же вы меня заебали со своими провалами в памяти!  — Прости, Даш, — тараторил Руслан, — я бы не стал себя так вести, если бы не…  — Если бы не что?! — Я не могу всего тебе рассказать.  — Не можешь? Мне?  — Пойми, тебя это не касается. И будет лучше, если тебя это и дальше не будет касаться.   — Зачем ты сюда пришёл? — Спросила Даша, сбавляя тон.  — Нам с ним надо поговорить, — выдохнул Руслан. — Это важно.   Шатен обходит подругу со стороны и подходит ближе к нужному подъезду, но замирает, как только слышит голос Даши со спины, что становился ближе с каждым новым словом. — Нет, это тебе нужно с ним поговорить, а Дане нужно реабилитироваться после твоего мерзкого поступка и счастливо пойти дальше. Я уверена, что никакие разговоры с тобой ему сейчас не нужны.  — Он в порядке? — Спросил Тушенцов вполголоса у вновь стоявшей перед ним Дашей.  — Нет. Нет, Руслан, он не в порядке. Ему хуево, так же хуево, как было тебе, когда Настя тебе изменила.  Повисла тишина. Руслан приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыл его обратно, продолжая хмуриться, чего не было видно из-за солнцезащитных очков.  — Тебе Кашин это рассказал? — Выдавил из себя шатен со второй попытки. — Рассказал, — кивает Даша. — Но его я понять могу, а тебя, Руслан, нет. — Ты не всё знаешь, Даш, — Тушенцов снова пытается обойти подругу со стороны, но та преграждает ему путь.  — Так поделись со мной. Если не захочешь, я Дане не расскажу. Шатен начал было говорить, но стоило ему начать с протяжного «я-я», как подъездная дверь открылась, и Руслан завис взглядом на ней — а точнее, на том, кто выходил. Заметив это, Даша обернулась, чтобы тоже увидеть Кашина — тот, сделав пару шагов от двери, вдруг остановился. Даня замер, с рукой возле правого уха, из которого тянулся белый провод наушников, ведущий к телефону, который Кашин держал другой рукой. Переведя взгляд с Руслана на Дашу, парень нахмурился и, вставив другой наушник в левое ухо, быстрым шагом спустился по лестнице направился в противоположном друзьям направлении.  — Руслан? Расскажешь? — Спросила Даша, повернувшись обратно к шатену. — Да, только не здесь.  Когда Кашин сидел на диване в кабинете психолога полторы недели спустя, он толком не знал, с чего ему лучше начать. Возрастная женщина в кресле напротив предложила начать с того, что беспокоит Даню больше всего, и тот замолчал, размышляя, что же его беспокоит.  — У меня нет сил практически ни на что, — начал Кашин, разглядывая паркет. — Я перестал видеть смысл почти во всём, что раньше казалось важным. Но больше всего меня раздражает, что я практически перестал спать. — Бессонница это не причина, а следствие, — вздохнула женщина напротив, записывая что-то в блокнот, а затем подняла глаза на Даню, встречаясь с ним взглядом. — Как давно уже вы не спите? — Где-то полторы недели, — пожал плечами парень. — А что случилось полторы недели назад?  — Есть один… Одна девушка, — задумавшись, Даня снова начал разглядывать пол. — Мы с ней снова пересеклись, и… — Как её зовут? — Кого? — Нахмурился Кашин.  — Девушку. Я не настаиваю, просто обычно клиентам проще, если они используют имена. — Её зовут Настя, — вздохнув, ответил Даня. — Она была дома у нашего общего друга. Я не собирался приходить туда, я просто поехал вернуть кое-что подруге.  север - озёра  — Твой павербанк, — Кашин протягивает Даше её вещь, стоя подъезда. — Спасибо, — улыбается подруга, — не зайдёшь? Давид будет рад тебя видеть.  — Да нет, — морщится, — настроение неподходящее. — Ну ладно. К тому же там, ну… — По глазам Кашина, стало ясно, что намёка он не понял. — Там Настя, так что…  — Да, тогда тем более. — Тогда до встречи? — Пожала плечами Каплан. — Даш. — М? — Ключи, — улыбается Даня. — Блять, — выдыхает, — я их в сумке забыла. — Ничего, в следующий раз отдашь. — Да нет, сумка наверху, в квартире, — Даша указала рукой на дом. — Можем подняться, заберёшь как раз. Кашин завис, рассматривая окна квартиры на последнем этаже, откуда еле слышно доносилась музыка. — Пойдём, Дань, — снова начала Даша, — не факт, что вы с ней вообще пересечётесь, там много народу.  Недолго думая, Кашин согласился. Сначала договорились, что он подождёт Дашу на лестничном пролете, но та слишком долго искала свою сумку, поэтому Даня, не выдержав ожидания, зашёл внутрь. В коридоре не оказалось ни одного человека, что одновременно обрадовало и озадачило парня. Вместо людей возле двери была гора из их уличной обуви, куда вскоре добавились кеды Кашина. Проходя мимо комнат, Даня мог слышать крики и смех вперемешку с музыкой. Уперевшись в дверь туалета, парень подёргал ручку, но та оказалась зарыта изнутри. Поджав губы, Кашин повернул голову в сторону кухни, откуда, на удивление, никаких звуков слышно не было. Увидев знакомый силуэт, Даня замер, на мгновение забыв, как дышать. Дело было даже не столько в том, что перед ним снова оказалась Настя, сколько в том, в каком положении её застал Кашин. Шпагина сидела на окне, свесив одну ногу на улицу, а другую протянув вдоль оконной рамы. Она смотрела на закат, окрасивший небо в розовый, полузакрытыми глазами и совсем не замечала на себе взгляда Дани. Кашин же долго колебался, решаясь подойти. Сомневаясь в своих действиях всё сильнее с каждой секундой, он все-таки приблизился к девушке на пару шагов и наконец заметил, что та вырубается на месте и вот-вот заснёт в таком положении. Даже когда Даня подошёл вплотную к Насте, та по-прежнему не обращала на него никакого внимания. Кашин пару секунд разглядывал её отрешенное лицо. Опустив глаза вниз, Даня аккуратно накрыл её ладонь своею, мгновенно ощущая холод чужого тела. Настя отреагировала не сразу, сначала медленно опустила голову вниз и только потом посмотрела на Кашина своим осоловелым взглядом.  — Даня? — Только и смогла выговорить Шпагина, после чего уткнулась в чужое плечо. Прислушиваясь к тяжёлым вздохам возле уха, Кашин аккуратно взял девушку на руки, обвивая одной её талию, а другой держа ноги Шпагиной под коленями. Даня посмотрел на диван, стоявший у соседней стены, думая уложить Настю туда, но тот показался ему слишком загаженным, поэтому Кашин развернулся на месте, решая найти какое-то другое место, и вдруг наткнулся на Дашу, держащую в руке свою сумку. — Дань, я нашла… — Каплан замерла, широко раскрыв глаза, и уронила сумку на стол. — Что с ним? В смысле, с ней?  — Выпила лишнего, — пожал плечами Кашин, переводя взгляд с бледного лица Насти на пустую бутылку водки, стоявшую на подоконнике. — Есть свободная кровать где-нибудь? Даша только кивнула, прежде чем выйти в коридор. Даня пошёл вслед за ней. Пока подруга выгоняла незнакомых Кашину людей из комнаты сестры Давида, Настя на чужих руках начала понемногу приходить в себя, но глаз по-прежнему не открывала. Даня продолжал рассматривать черты лица Шпагиной, хотя и так помнил их наизусть, пока его не окликнула Даша. Настю уложили на кровать, устроив её голову на несколько розовых подушек разной формы. На фоне разных оттенков розового Шпагина, одетая в чёрную футболку и серые джинсы, смотрелась немного странно.  — Присмотришь за ней? — Спросил Даня, чувствуя дрожь в руках. — А ты куда?  — Я попозже вернусь, — отвечал Кашин уже выходя за дверь.  На кухне Даня рыскал в поисках алкоголя, но там были только пустые банки и стаканы. В итоге, отчаявшись, Кашин подошёл к окну, с которого он не так давно снял Настю. Солнце успело практически полностью сесть, и на улице уже было достаточно темно. Даня перевёл взгляд на бутылку водки, по-прежнему стоявшую на подоконнике, и вдруг выяснил, что та не была пустой — в ней ещё оставалась пара глотков. Кашин выпил их залпом, морщась от гадкого вкуса. Стоило ему вернуть бутылку на место, как на кухню вдруг залетело несколько парней, из которых Даня узнал разве что Серафима, и то, его имя он вспомнил только после того, как тот предложил ему выпить пару шотов. Кашин отказался и направился в соседнюю — родительскую комнату. Там было тихо. Наверное, слишком тихо для квартиры с пьяными подростками. С порога спальни виднелся силуэт Давида, курящего на балконе. Даня пошёл на запах табака и вскоре оказался рядом с Деймуром.  — Ого, — выдохнул тот при виде нового гостя, — какими судьбами? — Долгая история, — пьяно улыбался Кашин.  — Будешь? — Давид кивнул на пакет табака и бумагу для самокруток, что валялись на подоконнике.  — Давай. Ты всем крутишь? — Нет, только своим.  — Можно спросить кое-о-ком? — Выдохнул Даня, наблюдая за тем, как в чужих руках быстро появляется самодельная сигарета.  — О ком? Кашин нахмурился, задумавшись о своём вопросе и, когда почувствовал, что пауза слишком затянулась, выдохнул: — Да нет, ни о ком, забей. — Как скажешь, — улыбнулся Давид, потягивая Кашину готовую сигарету. Пока Даня закуривал, тот выглянул из-за шторы и вышел из балкона, крича, кажется, тем, кто был на кухне. — Ребят, вазу поставьте на место!  Кашин курил, оставшись на балконе один. Он разглядывал улицу, шоссе, на которое выходили окна с этой стороны дома, несущиеся по нему машины, их мелькающие в темноте фары, но перед глазами стояла только Настя с её этими растрепанными волосами и искусанными губами. Только она. Не выкурив и половины сигареты, Кашин выкинул её в окно, не найдя рядом пепельницы.  В комнате, где он оставил Настю и Дашу, Даня не обнаружил последней, вместо неё над Шпагиной навис какой-то кудрявый парень. Пока Настя была не в силах даже открыть глаза, незнакомец кусал её губы, сжимая в руках чужую талию. Услышав скрип открывшейся двери, кудрявый отпрянул от полусонного тела под ним. Задержав взгляд на Кашине, парень поднялся с кровати и вышел в коридор, не проронив и слова. Даня проводил его глазами, а затем повернулся обратно к Насте — та выглядела трезвее, чем когда-либо. Она приподнялась, опираясь на руки, и улыбалась, глядя на Кашина.  — И… что это было?  От её улыбки и от сверкающих в полумраке карих глаз Даня слегка растерялся. Закрыв за собой дверь, он спокойно ответил:  — На утро спасибо мне скажешь, Руслан.  — Кто такой Руслан? — Голос психолога заставил Кашина выйти из своих воспоминаний и вернуться обратно к ней, в кабинет.  — М? — Нахмурился Даня. — Вы говорили про Анастасию, — размышляла вслух женщина, проводя обратной стороной ручки по краю страницы своего блокнота. — А затем резко переключились на него. Руслан — кто это? Даня молчал и бегал взглядом по комнате, оставив рот чуть приоткрытым.  — Вы чего-то не договорили? — Я просто не знаю, могу ли договаривать, — потерянно пожал плечами Кашин.  — Ваш рассказ останется строго между нами, — улыбнулась женщина, снова делая какие-то пометки в блокноте. — Врачебная тайна.  — Значит, — начал Даня после непродолжительной паузы, — надо уточнить, что никакой Насти не было. — Вообще? — Нет, ну, то есть, она, конечно, существует, — замямлил Кашин, — но там её в тот вечер не было.  — Тогда… — Выгнула брови психолог, — кого вы сняли с окна?  — Руслана, — отвечает Даня, чувствуя, как пересохло во рту.  — Вы с ним были близки? — Да, — кивает, — моментами даже слишком. — Так, — выдохнула женщина, зачёркивая сразу несколько исписанных строк, — как всё было на самом деле? Даня задумался. Психолог напоминала ему первую школьную учительницу, которая вела у него первые два года в школе, чем вызывала у Кашина приятные ассоциации. Да и в целом, женщине в кресле по неизвестным причинам хотелось доверять, поэтому Даня, спустя несколько секунд раздумий, решил говорить, как есть.  На самом деле на оставшейся водке Кашин не остановился, и, когда Серафим предложил ему шотов, Даня с радостью согласился, выпив в итоге даже больше, чем сам он мог от себя ожидать. Ввалившись на балкон, он обнаружил там Давида, крутящего косяк.  — Будешь? — Улыбнулся тот. — Давай. Ты всем крутишь? — Нет, только своим. — Ответил Деймур, после чего у него в руках в два счёта появился готовый косяк, который он вручил Кашину. — Поделишься с Тушенцовым — руки оторву, — добавил парень, не переставая улыбаться.  — Можно спросить кое-что? — Спросил Даня после первой затяжки.  — Если про Руслана, то нет. — Почему? — Он мне обещал, что поговорит с тобой сам. Я уже достаточно вмешался. — А ты не думал, что можешь помочь? — Хмурился Кашин, стряхивая пепел.  — Дань, я и так тебе помог, — вздохнул Давид, готовясь уйти, но вдруг почувствовал на плече чужую руку.  — Слушай, у меня будет к тебе одна просьба.  — Какая? — Если Руслан спросит, ты меня сегодня не видел. — Почему? — Тем ему спокойнее. — Ты в этом уверен? — Уверен, — кивнул Кашин. Давид закусил губу.  — Я подумаю.  Докурив, Даня решил проведать Руслана — а заодно и Дашу. Последней он, однако, в спальне не обнаружил, зато вместо неё была девушка, которую Кашин прежде не встречал. Хотя, даже если бы он и видел её до этого, он бы точно не узнал её с затылка, ведь застал Даня незнакомку нависнувшей над Тушенцовым. Сначала Кашину показалось, что тот в отрубе, однако он вскоре заметил, что Руслан едва заметно шевелит ногой, пока кудрявая девушка вылизывает его рот. Даня наблюдал за этим, не отводя взгляд, пока жжение в груди не стало невыносимым.  — Тебя там зовут, слышишь? — Громко произнёс Кашин, толкая незнакомку в плечо. Та обернулась на Даню, едва держа глаза открытыми.  — Зовут? Кто?  — Давай, говорю, срочно, — перешёл на крик Кашин, подгоняя девушку.  Незнакомка поднялась с места и, пошатываясь, дошла до коридора, после чего Кашин поспешил закрыть за ней дверь. Вздохнув, он медленно обернулся к Руслану. Тот уже сидел на кровати, смотрел на Даню, улыбаясь, и выглядел при этом трезвее чем когда-либо.  — И… что это было? — Скалился Тушенцов.  — Утром спасибо мне скажешь, — Даня сделал пару шагов вперёд и, оказавшись рядом с кроватью, сел возле Руслана. — Да неужели.  — Ага, — игнорируя чужое довольное выражение лица, Даня повернул голову в сторону окна, разглядывая соседнюю улицу.  — От скуки с ума уже сходишь, а, Кашин? — Не унимался Руслан. Только находясь вблизи, Даня почувствовал, что тот всё-таки до сих пор очень пьяный, хотя и неплохо держится.  — Я думал, ты мне приснился… — Уже более сонно продолжает Руслан, и Даня вдруг чувствует, как тот начинает аккуратно наматывать рыжую прядь волос на свой указательный палец. — Опять. А, может, и сейчас тоже снишься.  — «Опять?» — Кашин встречается взглядом с шатеном.  Тот молча дёргает губой, а затем слегка пододвигается вперёд и кладёт голову на чужое плечо, аккуратно обвивая Кашина вокруг пояса, едва касаясь его. Даня не против, но в ответ, однако, никаких действий не совершает, а только поворачивает голову в сторону окна. Несмотря на состояние Руслана, алкоголем от него практически не пахнет, слышен только сладкий запах женских духов. Тяжёлое дыхание где-то над ухом звучит громче музыки за стеной и гула машин с улицы. Громче чужого дыхания для Кашина только стук его собственного сердца, которое он перестал слышать, как только шатен снова подал голос.  — Дань, — тихий хрип перебивает все остальные звуки, — я могу тебе кое-что рассказать? Только это между нами. — Да, конечно, — вздыхает Кашин, после чего опускает взгляд и начинает теребить край покрывала.  — Я не знаю, на сколько меня ещё хватит.  — В каком смысле? — Хмурится Даня, окончательно отвлекаясь от всех лишних мыслей.  — Здесь… — Кашин чувствует, как на грудь начинает давить чужой кулак, опускает голову вниз, а затем переводит взгляд на Руслана. — С каждым днём всё тяжелее. Я понимаю… То есть, я знаю, что так правильно, но тогда почему мне так тяжело? — Погоди, что ты… — Мямлит Даня, плавясь от карих глаз напротив.  — Я тебя ещё не отпустил. — Выдаёт Тушенцов, после чего ненадолго замолкает, мечась взглядом по веснушчатому лицу. — Я делаю вид, что мне плевать, но это не так. Дань…  На последнем слове Руслан сначала завис, а затем непроизвольно закатил глаза. Когда тик прошёл, шатен почувствовал, что его тянут за плечо вперёд, и снова уткнулся в чужое плечо, шумно сопя.  — Хочешь, я тоже свой секрет расскажу? — Шепчет Кашин, получая в ответ тихое «мгм».  Даня медленно обвивает руками талию Тушенцова, кладёт голову на его плечо, прикрывает глаза, но не успевает заснуть — его будит тихий голос шатена. — Расскажешь? — М? — Мычит Кашин. — Да, я это… Выбираю просто.  Руслан прыскает смехом в чужой худак, отстраняется и, блаженно улыбаясь, смотрит на Кашина. Тот рассматривает смуглое лицо напротив наполовину закрытыми глазами.  — Знаешь… Я виню себя, за то, что произошло. За тот твой поступок. — Даня наблюдает за тем, как чужая улыбка становится слабее, а брови съезжаются к переносице. — Ты… — Я знаю, да… — Пожимает плечами, — но иногда я думаю, что ты бы мне не изменил, если бы у нас с тобой всё было. — У нас с тобой и так всё было.  Кашин поднимает глаза на Руслана — тот хмурится, смотрит в ответ.  — Тогда почему мы не можем всё вернуть? — Шепчет Даня. — Чего?  — Чтобы было как раньше.  Шатен замирает, только бегает взглядом и моргает одним глазом.  — Ты простил меня? — Едва слышно спрашивает Тушенцов, затаив дыхание. Тело его было натянуто словно струна, а всё внимание сконцентрировалось только на чужих губах в ожидании ответа. Однако после звонкого «нет», Руслан шумно выдохнул и начал улыбаться вполсилы, полностью расслабляясь. — То есть пока нет, — продолжал Кашин, — но мы же всё равно можем сойтись.  — Нет, Дань, — смеётся шатен. — Почему?  — Я тебя не люблю.  — Но… — Хрипит Кашин, не в силах оторвать взгляд от чужих глаз.  — Я сказал, что не могу тебя отпустить. И да, я тоскую по прошлому. Но я тебя не люблю.  — Ага, — выдыхает Даня после недолгой паузы. — Окей.  Кашин, пытаясь игнорировать звон в ушах и невыносимую тяжесть в груди, поднялся с кровати и быстро вышел в коридор, не обронив ни слова.  — Ты куда? — Слышится растерянный голос Руслана из-за спины, — Даня!  сложнее всего начать - овсянкин  Кашин и сам не понимал, куда шёл, но сидеть на месте, тем более возле Руслана, было просто невыносимо, поэтому Даня сначала вышел в коридор, а затем на лестничный пролёт. Лифта Кашин в любом случае не дождался бы, поэтому спустился на первый этаж пешком. Оказавшись на улице, Даня жадно глотал свежий воздух — то ли из-за того, что запыхался, пока бежал по лестнице, то ли ещё из-за чего.  Поначалу Кашину показалось, что ему стало легче, но стоило отдышаться, как на грудь вновь начало давить так, что тяжело было даже держаться на ногах. Оглянувшись, Даня заметил неподалёку знакомое лицо — Даша сидела на лавочке с сигаретой в руке, рядом с ней сидела та самая незнакомка, с которой Кашин застал Руслана. Возле девочек стояло несколько парней, и лица их вроде как были Дане знакомыми, но их имён он никак не мог вспомнить — они вертелись у него на языке, пока Кашин шарил по карманов штанов в поисках налички. Денег в них, увы, не оказалось, поэтому Даня принял решение попробовать договориться так.  — Э, слышишь, — обратился Кашин к одному из парней — тому, что стоял с краю, —  втащи мне.  — Чего? — Улыбнулся парень.  — Даня! — Крикнула Даша.  — Ударь просто, — не унимался Кашин, показывая руками на свое лицо.  — Да не буду я тебя бить, — уже агрессивнее сказал парень, пожимая плечами.  — Ты где так нажрался? — Снова подала голос Даша, увидев, как шатает Даню.  — У тебя мать шлюха, — неожиданно для всех, включая самого себя, выдал Кашин, глядя в глаза парня. — Чего?! — Взбесился тот.  — Прошмандень, — решил добить Даня, после чего его всё-таки ударили в нёс, причём так сильно, что он, по ощущениям, даже отлетел на полметра назад, прежде чем упасть на спину. Во время самого удара послышалось громкое Дашино «не надо», но было уже поздно.  Когда Кашин смог открыть глаза, он не понимал, что болит больше: нос или затылок. Поблизости были слышны чужие голоса, один из которых сильно выделялся на фоне остальных. Он говорил «да он сам виноват», затем замолкал, а потом выдал «давайте я скорую вызову». Не было слышно Даши — она молча нависла над другом и рассматривала его лицо, хмурясь. — Ты как? — Спросила она, пока Кашин вытирал кровь с носа рукой — Этого мало, — только и выдохнул он, прежде чем подняться на ноги — не без помощи ребят.  — Чего? — Снова отозвалась Даша — в этот раз уже где-то позади Дани, который решил пойти к дороге, как только услышал что где-то рядом проезжает машина. Подойти ближе ему, однако, не дали, оттаскивая за предплечья назад. Кашин не до конца понял, как именно всё произошло, но стоило ему оказаться перед Дашей в очередной раз, как та, без лишних слов, но с особой злобой отвесила ему пощёчину. Не успел он прийти в себя, как тот же парень, что бил его в нос, ударил Даню снова — теперь удар пришёлся на подбородок, снизу. В этот раз Кашин не устоял на ногах и снова свалился на асфальт. В этот раз было больнее, чем в предыдущие. В этот раз Даня всё-таки почувствовал облегчение.  — Успокоился? — Процедила Даша, пока Кашин повернул голову в бок, сплёвывая кровь.  — Отлегло, — прохрипел Даня и слабо улыбнулся, глядя на подругу. Затылок сильно жгло, как и нижнюю губу, сильно болела челюсть — не сильнее носа, но на грудь больше ничего не давило, а это самое главное. Обратно в квартиру поднимались молча. Даша придерживала Кашина, пока они ехали в лифте, потом довела его до ванной и уже там, смачивая очередной кусок ваты перекисью, подала голос. — Ты извини, что он тебя так, — вздохнула девушка, проходя ватой по разбитой губе Кашина. Тот сидел на краю ванны, скрестив ноги.  — Да он всё правильно сделал, я бы иначе в себя не пришёл, — морщась, ответил Даня.  — Ты из-за чего всё это устроил? — Неважно. — Руслан что-то сделал? — Сказал. — Ясно. Сильно болит? — кивнула Даша в сторону носа Кашина, из ноздрей которого торчала вата.  — Не очень, — пожал плечами парень, — зуб только шатается. — Открой рот, — нахмурилась Даша, — какой?  Даня что-то промычал с открытым ртом, показывая палец на больной зуб. Даша аккуратно тронула его пальцем, после чего Кашин снова замычал, отводя голову в сторону.  — Вроде крепко сидит, — констатировала девушка, — но ты к врачу сходи обязательно. — Схожу, — кивнул Даня, прижав ладонь к щеке.  — Дай я затылок твой посмотрю.  Кашин встал и развернулся к подруге спиной. Затем он почувствовал, как она разбирает его волосы.  — Вроде цел, — выдохнула Даша, — возьми из морозилки что-нибудь, надо к носу приложить. Даня послушно пошёл на кухню. Там на удивление не оказалось никого из гостей. Присев на корточки напротив холодильника, парень начал копаться в морозилке в поисках чего-то подходящего. Среди пельменей и замороженных овощей Кашин отыскал подмерзшую бутылку водки.  — О, Даня, вот ты где, — послышался со спины голос Давида. Кашин поднялся, прижимая бутылку к носу, и повернулся в сторону друга, чуть запрокинув голову назад.  — Оу, — чужие брови подпрыгнули, стоило Давиду увидеть разбитый Данин нос, — подрался с кем? — Вроде того, — пожал плечами Кашин. — Ты что-то хотел?  — Хотел, — кивок. — Надо будет передать Славе вот это, — Давид взял свободную руку Дани и, сделав вид, что пожимает её, незаметно передал зип-пакет. Кашин при этом не поменялся в лице, а только аккуратно переложил пакет в карман штанов. — Я завтра уезжаю на время, в городе меня не будет, а ты с ним вроде близко общаешься. Выручишь?  — Да без проблем. — Вот спасибо, — улыбка, нормальное рукопожатие. — Ты останешься на ночь? — Сам пока не знаю.  — Оставайся, если что, — Давид не переставал улыбаться и уже готов был выйти в коридор, но вдруг остановился, — и это… Руслану не давай курить, ему противопоказано. — Сам знаю, — кивнул Кашин.  — Ну вот и хорошо, — ещё шире улыбнулся Давид. — С тобой приятно иметь дело.  Деймур вышел в коридор, а сразу после него на кухню зашла Даша — кажется, ещё более встревоженная, чем была до этого.  — Ты как? — Получше, — пожал плечами Кашин. — Садись, я посмотрю, — девушка кивнула на ближайший к ней стул. Даня послушно сел и поставил бутылку водки на стол, хотя и не понимал, на что ещё там можно смотреть.  — О чем вы разговаривали? — Спросил парень вполголоса, пока Даша рассматривала его нос.  — С кем? — С Русланом. Сегодня. У моего подъезда.   — Он пришёл поговорить, — ответила девушка. Дане почему-то казалось, что она делает всё, лишь бы не смотреть ему в глаза — сам он взглядом не отрывался от её лица.  — С тобой? — Нет, Дань, не со мной, — спокойно ответила Даша.  — Что он сказал тебе? — Ничего толком не сказал, — вздохнула Даша, присаживаясь на соседний стул. — Я только знаю, что он приходил поговорить с тобой, я попросила его дать тебе время.   — Понятно, — кивнул Даня, опуская глаза. После паузы длиной в пару секунд он резко поднялся на ноги и хотел было выйти с кухни, но Даша успела схватить его за руку. — Ты куда? — К Руслану. — Ты блять издеваешься? — Я с ним просто поговорю. — Ты с ним уже поговорил, — процедила Даша, рисуя в воздухе круг указательным пальцем вокруг своего лица. Кашин после её слов, однако, ничего не ответил. Даша отпустила его руку, продолжая говорить в несколько раз спокойнее. — Хотя, знаешь, делай, что хочешь.  Стоило девушке договорить эту фразу, как Даня рванул с места вперёд, оставляя Дашу одну. Затем Кашин быстрым шагом вернулся на кухню, подошёл к раковине и сплюнул туда кровь, прежде чем снова выйти в коридор.  В соседней комнате шумели девушки, среди которых Даня мельком узнал Арину, но та его не видела, ведь была слишком увлечена съемкой своих подруг на телефон. Кашин прошмыгнул в спальню сестры Давида, тихо закрывая за собой дверь. С порога он сразу увидел, что Руслан спит лицом к окну. Даню это не остановило: он аккуратно прошёл вперёд, сел на край кровати и опустил руку на чужое бедро. Разглядывая шатена, Кашин заметил, что у того на ногтях остались следы от чёрного лака — тот успел сильно облезть, да и сами ногти достаточно отрасли с их последней встречи. Погрузившись в свои мысли, Даня дотронулся тыльной стороной ладони до руки Руслана, после чего тот шумно вдохнул. Разлепив глаза, шатен резко поднялся, садясь напротив Кашина. — Что с носом? — Сонно выдохнул Тушенцов. Даня молча смотрел в ответ, бегая глазами по чужому лицу. Остановившись взглядом на губах, Кашин поддался вперёд, вовлекая Руслана в поцелуй — тот не сопротивлялся, но и отвечал недолго, вскоре отстранившись.  — Из-за чего подрался? — Продолжил шатен с той же интонацией, будто между этой и предыдущей его фразами ничего не произошло. — Я и не дрался, — ответил Кашин вполголоса. — А что тогда? — Выгибает брови Руслан, едва ощутимо касаясь веснушчатых щёк кончиками пальцев. — Опять попросил кого-то? Как в тот раз, да? — Ну можно и так сказать, — слабая улыбка.  Шатен, хмурясь, начал шарить по кровати в поисках телефона, а когда нашёл его, включил фонарик и направил его на Даню. — Зачем ты это делаешь?  — Что именно? — Ответил Кашин, щурясь, пока Руслан рассматривал его нос.  — Просишь себя избить. — Не уверен, что ты поймёшь. — Ну а ты попробуй объяснить, — Тушенцов отложил телефон на подоконник, экраном вниз, оставляя фонарик включенным.  — Я где-то услышал, давно ещё, что моральную боль можно перенести на физическую, — Даня поднял глаза и теперь смотрел на Руслана исподлобья. — Я иногда так делаю, когда совсем невыносимо. Мне так проще.  — Это тебе так больно было? — Тушенцов звучит испуганно.  — Вроде того, — пожимает плечами.  Шатен опускает взгляд и не сразу замечает, что Кашин снова приближается, но даже заметив, никак не реагирует, а только ждёт, пока тот начнёт действовать. Долго ждать не приходится — Даня вновь накрывает чужие губы своими, переводит вес тела вперёд, но и в этот раз его быстро останавливают.  — Подожди, а вдруг перелом, — Руслан упирается рукой в грудь Кашину.  — Да похуй.  — Нет, не похуй, Дань, — нахмурился шатен. — Запрокинь голову.  Кашин послушно сделал то, что ему сказали. Руслан пару секунд поразглядывал разбитый нос, прежде чем достать одну ватку. — Ай, — поморщился Даня после первой, — ай, — повторил он после второй.  Шатен отложил кровавую вату на подоконник, к телефону, после чего продолжил рассматривать побитое Данино лицо.  — Руслан, — выдохнул Кашин, — я люблю тебя. Тушенцов ничего не ответил, только продолжал хмуро смотреть на Даню.  — И мне так нравится, когда ты забываешься и случайно называешь меня по имени, — улыбаясь продолжил Кашин, не опуская головы.   Брови Руслана после чужих слов подскочили, прежде чем он снова нахмурился, в этот сильнее предыдущего. Тушенцов не растерялся и в порыве злости надавил двумя пальцами на нос Кашину так, что тот вскрикнул от боли, отстраняясь и закрывая нос рукой. — Прости. Перелома нет, — констатировал Руслан, прежде чем собрать с окна вату и подняться на ноги.  Он молча вышел из комнаты, оставляя Кашина одного на пару минут. Когда шатен вернулся, Даня сидел на кровати, оперевшись спиной на стену и прикрыв глаза. Руслан подошёл к кровати и сел рядом с Кашиным. Затем он обвил чужую шею и притянул Даню ближе — так, что теперь тот упирался ему головой в плечо, шумно вздыхая. Тушенцов прошёлся рукой по рыжим прядям, наклоняясь к чужому уху. — Станет легче. Сейчас тяжело, но пройдёт время, и станет легче. — И тебе тоже? — Гудит Кашин. — И мне тоже, — Руслан хотел было снова дотронуться до рыжих волос, но Даня поднял голову и теперь пристально смотрел на шатена.  — Ты сам в это веришь? — Верю, — ответил Тушенцов после небольшой паузы. Услышав это, Кашин вернул голову на чужое плечо и сразу почувствовал руку Руслана на своем затылке.  — То, что ты чувствуешь, — снова начал шатен, уже шёпотом, — это не любовь, а привязанность, причём болезненная. Я тоже это чувствую. И если мы не избавимся от этого чувства, оно разъест нас обоих.  — Я люблю тебя, Руслан, — едва слышно выдохнул Кашин в чужую грудь.  — Нет, — тихо рассмеялся шатен, мотая головой. — Нет.  Оба замолчали ненадолго. За это время Тушенцов успел убрать руку с чужих волос и немного поразглядывать вид из окна, пока Даня крепко сжимал край одеяла в руке, чего Руслан видеть не мог. Подуспокоившись, Кашин разжал ладонь и внезапно обнаружил, что он абсолютно трезв, но на смену опьянению пришла ужасная головная боль, из-за которой хотелось скорее заснуть. Даня выпрямился и теперь снова смотрел на Руслана. — Мне уйти? — Можешь остаться, — пожал плечами шатен. — Только чур без рук.  — Окей, — кивок. — И без губ. — Понял, — улыбка.  — Ты тогда ложись пока, а я скоро вернусь. Тушенцов поднялся на ноги, забрал телефон с подоконника и, выключив на нём фонарик, вышел из комнаты. Даня последовал совету Руслана и растянулся на кровати возле окна. Стоило ему принять горизонтальное положение, как он практически сразу отключился и в следующий раз пришёл в себя только тогда, когда вернулся Тушенцов. Даня не подал виду, что проснулся, и просто наблюдал за тем, как Руслан печатал сообщения и курил электронку, сидя на краю кровати. Спустя примерно минуту, когда Кашин закрыл глаза и почувствовал, что снова засыпает, Тушенцов шумно выдохнул и, выключив телефон, лёг рядом, спиной к Дане. Пролежав так несколько секунд, Руслан повернулся на другой бок.  — Кашин, — послышался его шёпот в полной тишине. Даня хоть и слышал его, но никак не отреагировал. — Кашин, — повторил шатен уже громче. Снова без ответа. — Даня, — тише всего предыдущего произнёс Руслан. Даня не знал, чего тот от него хочет, но из-за мигрени не было даже сил открыть глаза, поэтому Кашин так и не отреагировал.  Оставшись без ответа, Тушенцов только вздохнул, невесомо прошёлся во рыжим прядям рукой, а затем повернулся обратно, спиной к Кашину. Сразу после этого Даня вновь уснул, на этот раз куда крепче предыдущего.  Когда Руслан проснулся, он не сразу открыл глаза, но даже наощупь всё ощущалось каким-то другим. Подушка была тверже той, на которой Тушенцов засыпал, вместо простыни под ним была искусственная кожа, а где-то позади шумела вода. Стоило шатену открыть глаза, как он сразу понял, что лежал на диване в углу кухни. Немного прийдя в себя, он повернулся на звук — Даша мыла посуду в раковине. Почувствовав на себе чужой взгляд, она обернулась к Руслану. — Проснулся? — Ага, — промычал парень, протирая глаза, — Даш?  — М? — Даня уже уехал?  — Какой Даня? — Нахмурилась Даша, натирая тарелку губкой. — Наш Даня, — хрипло уточнил Руслан. — Кашин. — Откуда он должен был уехать? — Бля, не надо мне с утра мозги делать, — уже громче отозвался шатен, стараясь перекричать шум воды. — Он вчера ночью был здесь, давно он уехал? — Дани здесь вчера не было, — Даша выключила кран и снова повернулась на Руслана.  — Чего блять? — Ну, лично я с ним вчера не пересеклась, — пожимает плечами. — Попробуй спросить кого-то ещё. Пока шатен хмурился, пытаясь вспомнить больше событий прошлой ночи, на кухню вошёл хозяин квартиры. При его виде Руслан даже немного обрадовался. — О, Давид, — он поднялся на ноги. — Доброе утро. — Ага. Слушай, ты не знаешь, Кашин давно домой уехал? — Я его вчера не видел, — буркнул Давид, осматривая обеденный стол. — А ты не видел мой паспорт? — С этими словами он обошёл Тушенцова, подходя ближе к подоконнику. — Вы блять на приколе или чё? Нихуя не смешно сейчас.  — Руслан, поспокойнее, — вздохнул Давид, не найдя на подоконнике своего паспорта.  — Арина! — Вскрикнул Руслан, увидев подругу в проходе, — ты вчера видела здесь Кашина? — Слушай, не помню, — задумалась та, — могу у девочек спросить, если надо.  — Да это хуйня какая-то, — только и вздохнул в ответ шатен, проходя мимо Арины.  Оказавшись в той спальне в которой, как сам Руслан помнил, он заснул несколько часов назад, он не обнаружил ни одной зацепки — в комнате было прибрано, а на кровати и подоконнике не было никаких лишних вещей. Чуть потупив взглядом в окно, шатен вдруг вспомнил, что выбрасывал кровавые ватки, оставшиеся после Дани. Не медля ни секунды, Руслан вернулся на кухню и сразу полез под раковину — копаться в мусоре.  — Руслан, ты вчера много выпил? — Встревоженно спросила Даша откуда-то из-за спины. — Я не сумасшедший, — хмурился шатен, осознавая, что ничего, кроме пустых бутылок и грязных салфеток в ведре нет. — Он вчера здесь был. — Тебе, может, такси вызвать? — Снова послышался голос подруги. Руслан глубоко вдохнул и шумно выдохнул, опуская руки.  — Может и вызвать, — ответил он вполголоса, рассматривая тыльные стороны своих ладоней. Затем он выпрямился, забрал с подоконника телефон и электронку и по дороге в коридор решил зайти в ванную — помыть руки после мусора. Зайдя, Руслан удивился тому, что по всей комнате было разбросано содержимое аптечки. Тушенцов, однако, так сильно погрузился в свои мысли, что не предал этому особого значения. На выходе из ванной его перехватила Даша. Она же помогла Руслану быстрее собрать по квартире остальные его вещи, прежде чем проводить до машины — Тушенцов выглядел настолько потерянным, что отпускать его одного было просто страшно, но Даша понадеялась на то, что до приезда домой Руслан успеет прийти в себя.  Серый вид из окна надоел шатену ещё за первые пару минут поездки, поэтому он быстро переключился на телефон. Просматривая чаты с непрочитанными сообщениями, думал он вовсе не о них — Руслан только пытался понять, как он умудрился переместиться с кровати на диван в соседней комнате и совершенно об этом забыть. А об истории с Даней он старался не думать вообще. Делать это стало проще, когда шатен переключился с чатов на непросмотренные истории. Первые несколько штук были от совершенно левых людей, затем сторис Славы — хоть вне Дани они особо не общались, Руслан без задней мысли лайкнул его мем и перелистнул дальше. Затем шло видео Арины, снятое этой ночью, а точнее липстинг с её подружками под какую-то весёлую песню. Всё бы ничего, но где-то во второй половине видео Руслан заметил то, что заставило его пересмотреть его сначала снова, а затем ещё один раз. Поставив на паузу в нужный момент, он присмотрелся — нет, ему не показалось. Позади девичьих голов на пару секунд мелькал Кашин с ватой, торчащей из носа, который шёл с кухни в сторону спален. Зависнув над телефоном, шатен резко приободрился и вдруг обратился к таксисту. — Извините, а вы можете меня привезти обратно, откуда забрали? — Точку поменяете — отвезу, — сухо ответил водитель.  Руслан сразу опустил голову, утыкаясь в телефон, но не сразу убрал палец с экрана, как будто опасаясь, что когда он будет снова пересматривать это видео в следующий раз, Кашина там уже не окажется. Набрав воздуха в грудь Руслан всё же перешёл во вкладку с приложением такси и сменил точку.  По дороге обратно он больше не включал телефон, а только крепко держал его в руке, периодически дёргая ногой.  Тушенцов совершенно не помнит дорогу от машины до двери нужной квартиры, но зато помнит, что чувствовал в тот момент, а именно тягучую, ноющую боль в груди. Руслан совсем немного пришёл в себя к тому моменту, когда несколько раз прожал кнопку дверного звонка. Открыла шатену удивлённая Арина — ни чуть не менее сонная. Руслан быстро прошёл мимо неё, проходя в глубь квартиры. — Даша!  Дашу Тушенцов обнаружил на кухне — она курила, сидя на диване, пока Давид копался в одном из настенных шкафчиков. Услышав крик Руслана, Даша подскочила на месте. — Это чё за хуйня? — выдал Руслан с такой отдышкой, будто он бежал на последний этаж дома по лестнице, а не поднялся на лифте. Тушенцов протянул вперёд телефон с нужным скриншотом на экране. — Что это за хуйня? — Чётче проговорил шатен оцепеневшей подруге.  — Ты чё орёшь-то? — Хмурился Давид. — Да ничё, блять, — также громко продолжил Руслан, обращаясь уже к Деймуру, — я же тебя спрашивал про Кашина. Или ты не видел как он вчера с разбитым ебалом тут бегал? А если видел, то хули не сказал?  Давид тоже замолчал, глядя то на Дашу, то на Руслана. Первая смотрела в пол, а руками вжалась в обивку дивана. — Это чё за шоу Трумана-то, друзья? — Не успокаивался Тушенцов. — С ума меня свести хотели, да? Ну так у вас почти получилось, — Руслан развёл руками, — я уже практически закодировался. Чё вы молчите-то, а? Не, Даш, я понимаю, почему Даня это делает — он мне мстит. Но ты… Почему, блять, Даш, почему?  — Никто не пытается тебе мстить, ебанутый, — хмуро отозвался Давид. — Мы все хотели как лучше.  — Хотели, молодцы, — кивает Руслан, — а получилось как всегда.  Тушенцов шумно выдохнул, опуская руки, а затем подошёл ближе к Даше и немного наклонился вперёд. — Я тебе доверял, дура, — прошипел Руслан, прежде чем выйти сначала с кухни, а затем и из квартиры. Снова оказавшись на улице, шатен остановился недалеко от подъезда, сделал глубокий вдох и медленный выдох, после чего закурил и достал телефон из кармана. Первым делом он удалил переписку с Дашей и открепил чат с ней, а уже потом вызвал такси до дома — ещё раз.  Пока рядом мельтешил Давид, Даша решила написать Кашину. Дарья 11:38 Дань привет Руслан всё знает Кашин быстро прочитал, но ничего не ответил, а просто позвонил Даше. — Даша, привет, — послышалось с другого конца провода, — я нихуя не понял. Что случилось? — Руслан на каком-то видосе со вчера тебя увидел, — выдохнула девушка — Пизда. — Ага. Он сразу всё понял, я вообще хуй знает, что теперь делать.  Даша шумно вздохнула, замолкая на несколько секунд, а когда она снова заговорила, Даня мог слышать её тихие всхлипы. — Он переписку со мной удалил. — Заблокировал? — Выдал Кашин, не придумав, что сказать. — Нет. — Ну, тогда наверное не всё потерянно.  — Наверное, — прошептала Даша. — Дань, может приедешь?  — Не, — нахмурился Кашин, — сейчас неудобно. — А ты где вообще?  санни - soda luv Кашин стоял напротив дома Ильи, держа в руке бутылку водки. Пить её чистоганом тяжело, но вот, половины бутылки уже нет, а стоять на ногах ровно становится с каждой минутой всё тяжелее.  — Да по делам отъехал, а отсюда сразу домой.  — Может у тебя тогда встретимся? — Не знаю, Даш. Посмотрим.  Попрощавшись с подругой, Кашин сбросил вызов и убрал телефон в карман штанов, поднимая глаза на чужой дом, и сделал очередной глоток водки, морщась.  — Вы пришли к другу за советом? — Перебила Даню психолог, поглядывая на часы на своей руке.  — Не то чтобы… Точнее совсем нет.  — Тогда зачем? — Мне всё время кажется, что я упускаю нечто очень важное, а Илюха что-то такое сказал Руслану, что тот очень резко вышел из себя. Ну я и решил узнать, что именно Илья тогда сказал, поэтому пришёл. — И что было потом?  А потом Кашин попал во двор вместе с мужчиной, выгуливавшим собаку, затем зашёл в нужный подъезд и поднялся на этаж. Оказавшись перед до боли знакомой дверью квартиры, Даня словил флешбэк с того утра, когда он приехал сюда, не зная точно, предали его или нет. Он точно так же стоял, колеблясь, заставляя себя нажать на дверной звонок. В тот раз было проще — Кашин хотел узнать правду, какой бы та ни была. Сейчас же всё немного иначе, ведь, как бы ему ни хотелось понять, что на самом деле произошло, Даня не уверен, вынесет ли он правду.  Отступать, однако, уже некуда, поэтому Кашин звонит в дверь и делает шаг назад, опуская глаза. Сначала было тихо, потом по ту сторону двери послышался шорох, и уже затем на пороге появился Илья.  — Привет, — удивлённо отозвался парень, рассматривая гостя, прежде чем откуда-то из квартиры послышался голос мамы. — Кто там пришёл?  — Дверью ошиблись, — крикнул в ответ Илья, глядя в глаза Кашину. — Сейчас я дорогу подскажу и вернусь. После этих слов он вышел вперёд и закрыл за собой дверь. Оба понимали, что если бы Илья сказал правду, то его мама обязательно вышла бы поздороваться с Кашиным, а объяснить ей, почему тот я утра набухан было бы проблематично. Илья ничего не спрашивал, только смотрел на друга с вопросом в глазах, сложив руки на груди, и ждал, пока тот заговорит сам.  — Я хочу знать, что тебе сказал Руслан на дне рождении Даши, — выдал Даня на одном дыхании.  — Зачем? — Нахмурился Илья. — Я чувствую, что что-то упускаю. Хочу знать, и всё. Я имею на это право. — Поверь, Дань, — улыбка, — тебя это несильно касается. Слушай, я не знаю, чего там наговорил тебе Руслан. — Ты говори, а я сверю ваши показания.  — Ну, знаешь, — вздохнул Илья, сначала опуская глаза, а потом вновь поднимая их на Кашина, — Руслан так-то грозился, что скажет тебе, мол, я в него влюблен.  Даня замер, выгнув брови. Илья произнёс это так спокойно и отстранённо, что всё, вроде как, стало понятно, но Кашин всё-таки решил уточнить.  — А это разве не так? — Дань, ну ты чего? — Улыбка. — Столько лет знакомы, и ты думаешь я пид… Я по парням? Нет, я не такой, — Илья сделал паузу, шумно вздохнул и продолжил говорить. — Я сказал ему то, о чем все думают, но просто молчат. Он отравляет твою жизнь. Или как минимум отравлял.  — Да хули ты пиздишь блять? — Повысил голос Кашин, едва ли не замахиваясь на собеседника, но моментально вспомнил про его маму за дверью.  — Посмотри, в кого ты превратился, — снова спокойно начал Илья. — Веришь какому-то торчу, а не другу детства. Может, потому что сам тоже заторчал.  — Рот закрой свой. — Я-то закрою, Дань, только что от этого поменяется?  — Я тебе не верю, — выдохнул Кашин, мотая головой. — Тогда уходи.  — И чем всё закончилось? — Психолог смотрела на Даню, неизвестно почему замолчавшего на несколько секунд. Тот ещё какое-то время тупил взглядом в пол, прежде чем ответить.  — Да ничем, собственно. Он дверь закрыл, а я домой поехал.  — Вы считаете этот разговор полезным? — Скорее да, — Кашин пожимает плечами. — Но только проблема в том, что на самом деле я верю Илье. — Почему? — Хмурится женщина.  — Потому что он прав. — Тогда почему это проблема? — Я не хочу ему верить. Но если так посмотреть… — Кашин теребит ткань спортивок. — Он прав, да. И, в отличие от Руслана, он мне никогда не врал.  — И что было потом, когда вы оказались дома? — Я лёг спать. Ну, если быть точнее, я выпил таблетку, какое-то снотворное, и уснул.  Даня завалился домой настолько пьяным, что едва ли держался на ногах. Однако идти было тяжело не только из-за выпитой водки, но и потому, что по дороге Кашин умудрился сильно подвернуть ногу. Несмотря на своё состояние, он смог зайти в ванную и достать с полки аптечку. В пустой пачке из-под обезболивающего лежало две таблетки, которые Кашину дала Виолетта. Одну он как-то выпил на ночь и проспал ни много ни мало девять часов. За это время он ни разу не проснулся и даже не увидел ни одного сна. Держа в руке две эти таблетки, Даня какое-то время разглядывал их, размышляя над тем, сколько бы он хотел проспать. Девяти часов явно было бы мало, да и восемнадцати вряд ли хватило бы, но других вариантов нет, поэтому Кашин закинул в рот обе и запил водой из-под крана, прежде чем проковылять в спальню. Раздеваться не было сил, а пачкать постель не было желания, поэтому Даня сел возле кровати, откинул голову назад и моментально заснул.  Когда он снова открыл глаза, Кашин сразу почувствовал резкую, давящую головную боль в области лба. Поднимать глаза было тяжело из-за мигрени, а нормально думать не давала подступающая тошнота. Как только у Дани получилось сфокусировать взгляд, он понял, что на его бёдрах кто-то сидит. Узнать человека по джинсам он не мог, а вот по ладоням, лежавшим на этих джинсах — вполне.  — Рус, — мычит Кашин, запрокидывая голову назад, и смотрит на Тушенцова полузакрытыми глазами, — ты как здесь? Откуда? — Ты дверь не закрыл. Я пришёл с тобой поговорить, — шатен звучит спокойно.  — Что? Руслан… — Кашин хмурится, но не может связать и двух слов. — Даня, — ласково протянул шатен с блаженной улыбкой на лице, — я так тебя люблю. — Чего? — Выдыхает Кашин, уворачиваясь от чужой руки, которая тянулась к его щеке. — Правда?  — Люблю, конечно люблю. Мне с тобой так хорошо.  Пока Руслан неестественно нежно протягивает каждое слово, Даня переводит взгляд на его руку, зависнувшую в воздухе. Присмотревшись, Кашин заметил, что у шатена чистые ногти. То есть, совсем чистые, и остатков чёрного лака, которые были ещё вчера ночью, теперь не осталось. — Ты чего? — Выгнул брови Тушенцов, заметив, что Даня залип, держа чужое запястье. — Я всё ещё сплю, да? — Хмурится Кашин, снова запрокидывает голову назад и смотрит на растерянного шатена. Тот молчит, чем только сильнее пугает Даню. — Я умер? — Руслан так ничего и не говорит в ответ, лишь напуганно смотрит на Кашина. Или это Кашин представляет, как напуганный Руслан смотрит на него. — Я в раю? — Продолжает спрашивать Даня, мечась глазами по чужому лицу. Брови Руслана выгибаются, а нижняя губа то и дело дёргается. — Ответь. — Я не знаю, — выдаёт шатен, заметно дрожа всем телом.  Кашин недолго смотрел на шатена, прежде чем подняться на ноги. Подвёрнутая лодыжка на удивление больше не болела, поэтому парень быстрым шагом дошёл до ванной, чувствуя как участилось его сердцебиение. Оказавшись напротив раковины, Даня умылся холодной водой, старался тщательно промывать глаза, хотя и совсем не чувствовал на них влаги. Выключив кран, Кашин выпрямился и посмотрел на себя в разбитое зеркало. По веснушчатым щекам стекали капли воды, падали вниз и мочили ворот толстовки. Затем Даня повернулся в сторону коридора — в паре шагов от входа в ванную мялся Руслан. Кашин сразу увидел, что на том была другая футболка, не та, что пару минут назад. Подойдя ближе, он понял, что пирсинг у шатена был не на том крыле, и стоило Дане это заметить, как кольцо моментально переместилось на правильное место. Стоя вплотную к Тушенцову, Кашин нахмурился.  — Надо как-то проснуться, — шепчет он, наклоняясь ближе. Руслан в ответ кивает. — Но как? Даня, тяжело дыша, разглядывал карие глаза напротив, путаясь в собственных мыслях. Тушенцов смотрел в ответ, слегка нахмурив брови. Их обоих отрезвил резкий звук со стороны кухни — услышав его, Руслан сразу обернулся на шум. На балконе, за закрытой дверью стояла Даша.  — Кажется, это тебя, Дань, — спокойно произнёс шатен, наблюдая за тем, как подруга долбит кулаками о дверь и зовёт Кашина. Стоило Руслану повернуться обратно к Дане, как он сразу встретился с чужим пристальным взглядом — Кашину как будто было абсолютно плевать на происходящее. — Иди давай, — напирает шатен, пока Даша истошно кричит и бьет кулаками по стеклу. — Ну ты чего? — Ты бы делал это, если бы всё было по-настоящему? — Что? — Растерялся Руслан, видя всю серьезность вопроса на чужом лице.  — Ты бы пытался меня спасти?  — Что за тупой вопрос, Кашин? — Злится шатен, хотя и понимает, что не ответить ему не дадут. — Я не знаю. Дань, тебе реально пора, — Руслан тянет его за плечо, но Кашин не трогается с места.  — Ответь на вопрос, — Думать тяжело из-за криков Даши на фоне. Даня понимает, что, по сути, спрашивает у самого себя. Но у кого ещё спросить? А Тушенцов так похож на самого себя, что удержаться просто невозможно.  — Да не знаю я! — У Руслана сдают нервы, пока он смотрит то в сторону балкона, то на Даню. — Кашин, блять, иди уже.  — Ты бы сказал, что любишь меня? Шатен замирает, держа Даню за предплечья. Темные брови то подскакивают, то выгибаются, пока Руслан пытается подобрать слова. Кашин дрожит так сильно, что кажется, будто его кто-то трясёт.  — Я не… — Начинает Тушенцов, но замолкает, как только слышит звон стекла со стороны балкона. Сначала Руслан повернул голову в сторону Даши, а потом уже и Даня. Девушка застыла после того, как всё-таки выбила дыру в окне. Один её окровавленный кулак виднелся по эту сторону стекла, пока тот она, дрожа, держала возле себя.  Затем всё покраснело: и Даша, и стены, и пол с потолком, и даже Руслан. А потом, Даня мог бы поклясться, что он услышал сирену, такую громкую, что голова его разболелась ещё сильнее. Всё это продолжалось недолго, и красный свет мигал всего несколько секунд, и сирена звучала буквально пару мгновений, прежде чем Кашин наконец проснулся. Когда он пришёл в себя, Даша трясла его за плечи и кричала что-то, пока не увидела, что Даня открыл глаза. Помимо ужасной головной боли, он чувствовал влагу на своём лице. На полу, возле Дани лежал разбитый стакан воды, из которого, судя по всему, его окатила Даша. Со стороны окна было слышно сигнализацию чьей-то машины. — Твою мать! Неужели, — громко сказала девушка, прежде чем взять Кашина под руку и встать вместе с ним — тот, оказавшись на ногах, от бессилия перевёл практически весь свой вес на подругу, снова чувствуя боль в лодыжке. Кое-как они доплелись до туалета, а оказавшись напротив него, Даша уронила Даню так, что тот упал на колени. — Два пальца в рот, — резко выдохнула девушка, оперевшись руками о колени.  — Нахуя? — Ты что пил? Водку? — Тяжело дыша, спросила Даша. — Снотворное ещё. — Тогда тем более надо желудок освободить.  Пока подруга пыталась восстановить дыхание, Даня безрезультатно старался вызвать у себя рвоту.  — Ты когда эту хуйню выпил? — Снова подала голос Даша, когда поняла, что Кашин как-то очень долго кряхтит над унитазом.  — Хуй знает. А который час? — Три часа дня, — ответила девушка, сверяясь с телефоном. — Бля, в душе не ебу, — хрипит парень, вытирая слюну с пальцев о штаны. — Ну видимо давно. — Тогда давай на кухню иди, надо воды выпить.  Когда Даня дошёл до кухни, он увидел там Дашу, размешивающую воду в стакане чайной ложкой.  — Даш, я правда входную дверь не закрыл? — Хмурится парень, принимая из чужих стакан.  — В смысле? Дань, ты, если помнишь, у меня ключи так и не забрал.  — Точняк, — кивает Кашин и делает пару глотков. — Может быть и хорошо, что у меня они есть, — пожимает плечами Даша, размышляя вслух, пока Даня на фоне давится и выплёвывает воду в раковину. — Что там? — Морщится Кашин, прокашливаясь. — Сода. Ты пей-пей, быстрее вся дрянь из тебя выйдет.   Кашин нехотя допивает, а затем наливает себе ещё воды, на этот раз уже чистой.  — Ты зачем так нажрался-то вообще? Ещё и снотворным заел, — Даша подходит ближе. Звучит она уже гораздо спокойнее, чем несколько минут назад, и дышит ровнее.  — Я хотел заснуть. — Отлично, — вздыхает. — Дань, у меня сейчас в жизни тоже не всё радужно, но я не пытаюсь на себя руки наложить. — А кто сказал, что я пытался? — Ну если ты не пытался, тогда ты просто ведёшь себя как еблан. И не ты один, да. Вы с Русланом уже оба меня заебали в край своим бесконечным враньём и абсолютно дебильным поведением. Знаешь что? — Даша замолкает на полуслове, пару секунд формулирует мысль и уже потом, немного изменившись в лице, продолжает. — Попробуй сказать Руслану, что прощаешь его.  — Но я же не…  — А это и неважно. Просто попробуй сказать ему так и посмотри, что будет. — Это типа какой-то тренинг? — Нет, просто совет. И хватит заливаться водкой по поводу и без, печень скоро отвалится. Тоже совет.  Даня допивает воду, наблюдая за тем, как подруга выходит в коридор и идёт к входной двери. Кашин догоняет её спустя несколько секунд, подаёт ей куртку, ждёт пока она зашнурует кеды. — Даш, как думаешь, он меня любит? — Вдруг вздыхает парень, опираясь плечом на стену. — Да чёрт его знает, — пожимает плечами. — Знаешь, иногда мне кажется, что если бы он любил тебя меньше, он бы проще об этом говорил. Но не факт, — Даша делает паузу, пока Даня открывает ей дверь. — Ладно, давай, не раскисай.  Договорив, девушка выходит из квартиры и подходит к лифту, Кашин же смотрит ей вслед.  — А ты чего приходила-то вообще? — хмурится парень. — Да забей, — выдыхает Даша, прежде чем зайти в лифт.  Даня, сидя в кабинете психолога, чувствовал, как пересохло всё во рту после его долгого монолога, и периодически посматривал на стоящий в углу кулер. Женщина в кресле напротив сделала пару новых пометок в блокноте, прежде чем посмотреть сначала на часы, а затем на Кашина. — Наше время постепенно подходит к концу. В следующий раз вы сможете дополнить свой рассказ, а пока я настоятельно рекомендую вам на время отказаться от алкоголя и снотворного, постараться побольше времени проводить на улице, попробовать медитации в особо тревожные моменты вместо таблеток. — Медитации? — Неуверенно переспросил Кашин.  — Если не подойдёт, то пересиливать себя не надо, но попробовать стоит.  — А я вообще… болен? То есть, вы можете сказать, что со мной? Я нормальный? — Вы, безусловно, нормальный, — улыбка. — Но я бы не стала сейчас делать какие-либо окончательные выводы, для этого ещё слишком рано. — Это значит, вы не знаете, что со мной? — Знаю. Но даже если я озвучу свои предположения, легче вам не станет, поверьте.  — И что мне делать? — Хмурится Кашин.  — Ну, вести дневник чувств я не предлагаю, вы этим всё равно заниматься не станете — психотип не тот. Постарайтесь не заглушать свои чувства алкоголем, да и вообще чем-либо. В следующий раз попробуйте прожить свои эмоции, даже если они неприятные, спустя время вы научитесь ими управлять и не придётся так часто выпивать. Могу ещё посоветовать вам слушать аффирмации. — Слушать что? — Поищите в интернете записи разных жизнеутверждающих фраз, попробуйте повторить их. В вашем случае позитивное мышление может быть полезно.  — Попробую, — кивнул Даня.  Оставив на журнальном столике купюру, Кашин попрощался с женщиной, а затем подошёл к двери, снял с вешалки куртку и надел её, выходя из комнаты. Уже оказавшись на улице, Даня закурил, морщась от мерзкого моросящего дождя. Кашин вдруг понял, что забыл выпить воды из того самого кулера, и во рту у него было по-прежнему сухо. Парень мысленно материл самого себя, когда в кармане штанов у него завибрировал телефон. Вячеслав Карелин 12:38 Даня сможешь вечером подъехать? Адрес попозже скину