хэппи энд (18+)

ничего лишнего - megawombat  Солнце давно село, но пруд по-прежнему освещали огни деревенских домов, и, пускай делали они это слабо, на воде можно было разглядеть водомерок, быстро скользящих туда-сюда. Даня сидит в кресле напротив, зависнув взглядом на точке перед собой. Из мыслей его вытащил звук шагов позади.  — Не замерз? — Слышен голос Руслана. Даня оборачивается на него, слегка улыбаясь. — Немного, — отвечает Кашин, пока шатен садится на соседнее плетёное кресло. Теперь они оба смотрят на воду. В носу стоит запах костра, волосы обдувает холодный ветер.  — Здесь здорово, да? — Спрашивает Даня спустя пару минут тишины, нащупывая рукой чужое запястье.  — Да, — кивает Руслан, сжимая ладонь Кашина в ответ, — было бы здорово, если бы всё так сложилось.  Даня хмурится, но не успевает ничего спросить, прежде чем почувствовать влагу на чужой руке. Подняв запястье Руслана и подставив его под тусклый свет, Кашин увидел на нём кровь — причём никаких ран на коже не было, но кровь продолжала сочится из чужой руки. Но больше всего пугало даже не это, а абсолютное спокойствие на лице Руслана — умиротворение, переходящее в полное безразличие к происходящему. Когда Даня всё-таки решил что-то сказать, он понял, что не может вдохнуть. Задыхаясь, он очнулся в ванной в своей квартире. Заснув, Кашин не заметил, как задремал и опустил голову под воду. Первым, что услышал Даня после пробуждения, был его вибрирующий телефон. Даже не взглянув на экран, Кашин догадался, что звонит Слава — он ждал его весь день. Первым, что Даня почувствовал, был запах гари, идущий с кухни. Кашин быстро вылез из воды, повязал полотенце на поясе и ответил на звонок.  — Я у двери, — послышалось на том конце провода.  Ничего не ответив, Даня сразу направился в прихожую, чтобы открыть Славе — тот, однако, увидев Кашина, даже не поздоровался, а только нахмурил брови.  — Чем так пахнет? — Спросил гость, шмыгая носом. В ответ Даня только буркнул тихое «блядь», и рванул на кухню. Когда Слава догнал его на кухне, Кашин шипел и морщился, сжимая правую ладонь в кулак. Плита уже была выключена, а кастрюля переставлена на холодную конфорку. Сильно пахло горелым. Карелин осмотрелся вокруг себя и остановился взглядом на Дане.  — Дружище, — начал он, — ты как себя чувствуешь?  — Нормально, а что? — Отозвался парень, тряся правой рукой в воздухе.  — Да так, — пожал плечами Слава, снова осматривая кухню. Даня никогда не отличался особой чистоплотностью, но такого бардака, как в этот раз, Карелин у него не наблюдал ни разу. — Ты не думал прибраться?  — М? Похуй, потом. — Дань, я скажу прямо. Ты выглядишь очень плохо. Особенно в этом антураже.  — А что не так с антуражем?  — Серьёзно? То есть тебе правда кажется, что твоя квартира сейчас в адекватном состоянии находится? — Слава махнул рукой в сторону стола, на котором стояло несколько открытых банок энергетика и валялась пластиковая бутылка с прожжённым сигаретой отверстием. Рядом с ней стояло несколько грязных тарелок, в одной из них лежало несколько вилок.  — Ну главное ведь, чтобы в адекватном состоянии находился я, правильно?  — Да, кстати, насчёт этого. Тебе бы спортом заняться, помогает людям с депрессией.  — Чего? — Нахмурился парень. — Какая ещё нахуй депрессия? — Твоя депрессия, Дань.  — То есть мы теперь просто разбрасываемся диагнозами, да?  — Нет, просто твой на лицо.  — Это уже просто какой-то бред. — Улыбнулся Кашин, снова переводя внимание на кастрюлю, но вдруг изменился в лице и снова посмотрел на Славу. — Подожди, кто ещё думает, что у меня депрессия?  — Я лично не спрашивал, но что-то мне подсказывает, что так уже думают вообще все, кто тебя знает. Все в курсе, что у тебя постоянная апатия и проблемы с алкоголем.  — Проблемы с алкоголем… Никаких проблем с алкоголем, — улыбка, — алкоголя вон… полно. А это значит, что я не так уж и часто пью.  — Чем ты вообще занят?  — Хочешь знать, как проходит мой день? — Шмыгнул носом Даня направляясь в сторону ванной. — Хочу, — Слава направился вслед за ним.  — Я просыпаюсь, пью кофе, — Кашин подошёл к ванной и достал пробку из слива, а затем обернулся обратно к другу, — дрочу, принимаю душ, потом обычно весь день либо смотрю какой-нибудь сериал, либо играю в кс, иногда совмещаю, потом ем что-нибудь и ложусь спать. Перед сном ещё иногда заливаюсь, но только если не получается заснуть.  — И так последний месяц? — Нахмурился Слава в попытке перевести взгляд с разбитого зеркала на Даню. — Два. — Тебе нужно отвлечься.  — От чего? — От рутины. У тебя крыша не едет ещё? — Ничего у меня не едет, окей?  — Ты не думал ещё раз к психологу сходить? — Нет, не думал, — морщится Кашин. — Надо будет — схожу.  — А разве не надо? — Спрашивает Слава, но встретившись глазами с чужим прожигающим взглядом, поднимает руки, как бы сдаваясь. — Ладно, понял. Я чего пришёл-то вообще… Хочу в люди тебя вывести. На следующей неделе у моего хорошего друга день рождения, будет легендарный бухич, предлагаю пойти со мной.  — Очередная вписка?  — Вроде того. — А хорошего друга не будет смущать, что у него дома будут находиться незнакомые люди?  — Ну во-первых это другого рода вечеринка, а во-вторых, домой он к себе никого не приглашает. Приглашает он нас в лофт. — Ещё нелегче, — вздыхает Кашин, пока выходит в коридор.  — Хватит уже нудеть как старый дед, — говорит ему в спину Слава. — Тебе полезно будет развеяться. — Последние несколько раз когда я пробовал развеяться, всё заканчивалось очень плохо, если ты забыл, — Даня достаёт из-под раковины полупустое мусорное ведро.  — В этот раз всё будет иначе. Там как минимум не будет Руслана, а как максимум — вообще никого из твоих друзей. Отличный шанс завести новые знакомства или, может, даже вторую половинку.  — Да какая нахуй вторая половинка, мне бы с первой разобраться, — бормочет Кашин, собирая мусор со стола. — Просто скажи мне, что ты подумаешь.  — Я подумаю, — многозначительно кивает Даня, закидывая очередную банку в пакет. — Может пока каточку в мортал комбат? — Почему нет, — пожимает плечами.  4 raws - esdeekid  Кашин понял, что забыл взять наушники, когда уже сел в такси. Повезло, что Слава предложил ему один из своих сразу после приветствия. Так они и ехали, одним ухом слушая тихий шансон, играющий в машине, другим — демки самого Славы. Где-то на пятой записи фристайла Карелина, Даня вдруг обратил внимание на вид из окна: вдалеке виднелись здания бывшего завода, из большого окна лился фиолетовый свет, плавно перетекающий в розовый, а под окном, на улице курили подростки.  — Только не туда, — вырвалось у Дани. Он перевёл взгляд на Славу, но тот в ответ только хитро улыбался, кивая в такт своей демке. — Нет, — замотал головой Кашин, пока водитель делал разворот, приближаясь к нужной точке.  — Да ладно тебе, — продолжает лыбиться Слава. — Чё ты ссышь? — Я не ссу, — хмурится, — у меня просто плохое предчувствие.  — Предчувствуешь, что там уже кто-то наблевал? — Хуже. Кто, говоришь, именинник? — Спросил Кашин, заметив, что людей на улице больше, чем ему показалось изначально. — Угарный чел, — Слава несильно ударил Даню в плечо, — тебе он понравится.  — Не сомневаюсь.  Когда машина остановилась, Даня сразу же вышел и успел пройти несколько шагов вперёд, прежде чем его окликнули.  — Дань! — Кашин обернулся на голос Славы и обнаружил, что тот ещё рассчитывается с водителем. — Дань, у тебя есть полтинник?  Кашин в ответ только мотает головой. Пока таксист отдавал Славе сдачу, Даня оглянулся вокруг — поблизости действительно совсем не было знакомых лиц. Шумела музыка, возле входа в лофт кричали какие-то девочки.  — Всё, можем идти, — вновь подал голос Карелин, но на этот раз уже рядом с Даней.  — А че ты переводом не оплатил? — Да мне карту заблокали, — объяснил парень, на ходу закидывая монеты в кошелёк.  — Реально? — Хмурится. — За что? — Да хуй их знает. Я там… О! — Слава остановился и начал махать кому-то. Через пару секунд Кашин разглядел в толпе Серафима, хоть и имя его он вспомнил не сразу. Тот сначала подошёл к Славе — они пожали руки и перекинулись парой слов, пока Даня залип в телефон. Затем Серафим протянул руку и Кашину. Отвлёкшись от экрана, парень поздоровался в ответ.  — Дань, пойдём с нами, — тут же позвал Слава, махнув рукой в сторону входа. В дверях он что-то шепнул одному из охранников, прежде чем им поставили печати на запястья в виде даты этого дня и запустили внутрь. Серафим показал уже имеющуюся печать и прошмыгнул вслед за друзьями.  — Давайте нажрёмся, — крикнул он, практически сравниваясь с громкостью музыки, стоило им дойти до барной стойки. Кашин потянулся за одним из бокалов с чем-то белым внутри, но не успел отпить, как его одёрнули за руку.  — Погоди, Дань, ты разве не на таблетках? — Спросил Слава, наклоняясь к чужому уху.  — Уже нет. — Тебе точно можно?  — Точно, — кивнул Кашин, улыбаясь, после чего сделал глоток и тут же поморщился. — Чё мы пьём вообще?  — Это коктейль, — ответила девушка из-за барной стойки. До этого Даня даже не заметил её. Светлые волосы барменши были заплетены в косичку, на шее повязан галстук-бабочка. На её белой рубашке уже было несколько пятен из-под напитков, но внимание с них на себя перетягивала белоснежная улыбка. — Называется «ФБР». Ну как тебе? — На вкус как будто водку в милкшейк из мака налили, — продолжал морщится Даня, наклоняясь вперёд. — Есть что-то менее бабское? — Он поставил бокал обратно.  — Не «бабский». — Продолжала улыбаться блондинка.  — А какой он тогда?  — Девчачий. — Игриво ответила девушка, на что Даня в ответ поднял руки вверх, как бы сдаваясь. — Могу виски-кола сделать.  — А можешь водку в редбулл мне налить?  — Есть только Адреналин, — пожимает плечами.  — Давай его, — махнул рукой Кашин, немного подумав.  — Хорошо, — снова улыбнулась девушка, и уже спустя несколько секунд она отдала Дане чёрный бумажный стакан.  — Спасибо, — кивнул Кашин, но блондинка уже принимала следующий заказ. Даня оглянулся, но ни Славы, ни Серафима поблизости не оказалось. Следующей его мыслью было написать одному из них, но связи внутри лофта не было, поэтому Кашин вышел на улицу. Однако и там никого из знакомых не оказалось, зато возле стены здания стояло несколько деревянных стульев и столиков, сделанных из поддонов. Над ними висела разноцветная гирлянда с большими лампочками. Людей рядом практически не было, поэтому Кашин плюхнулся в один из стульев и, попивая свой напиток, принялся писать Славе. Минута, две — Карелин не то что не отвечает, он вообще не заходит в мессенджер. Даня нервно дёргал ногой, уже собираясь звонить другу, как вдруг до него дошло — внутри нет связи. Кашин прикрыл глаза и шумно выдохнул, откидываясь на спинку стула. Даня медленно пил из бумажного стакана, глядя на дорогу перед собой. Впереди иногда быстро проезжали машины, и Кашин даже успел насчитать две скорые помощи, пока его внимание не переключилось на шумный разговор проходящих мимо подростков.  — Он точно гей, он точно гей! — Чуть ли не кричала девушка с растрепанными тёмными волосами ниже плеч.  — Да с чего вы это взяли? — Отозвался блондинистый парень, присаживаясь на стул в нескольких шагах от Дани.  — Ну ты видел, как он одевается? — Шатенка. — Так он так же как я одевается, — снова блондин.  — У нас и насчет тебя подозрения есть, — Подал голос бритый подросток в шипованой кожаной куртке, улыбаясь.  — Нет, ну серьёзно если. Вы как это поняли вообще? — Блондин.  — Есть в нём в что-то, — пожимает плечами девушка, поправляя прокол в носу.  — Чей-то хуй, — рассмеялся бритый, прежде чем отпить пиво из бутылки.  — Заткнись, — шатенка стукнула его по плечу, после чего села на корточки и продолжила говорить со светлым парнем. — По некоторым людям просто видно, по парням особенно — И особенно по Руслану, — улыбается бритый. — Особенно по нему, да, — смеется девушка.  Кашин дёргал ногой, скрипя зубами, слушая доносящийся со стороны смех.  — Че вы доебались до него? — Вдруг не выдержал Даня.  — А? — Отозвался бритый. Все трое резко обратили внимание на Кашина, которого, судя по всему, до этого вообще не замечали.  — Я спрашиваю, хули вы доебались до Руслана? — Более чётко и громко повторил Даня, размахивая в воздухе пустым стаканом.  — Ты знаком с Марфиным? — Выгнула проколотую бровь девушка.  — С кем? — Нахмурился Кашин, чуть наклоняясь вперёд.  — Ну, с Русиком, — хрипло уточнила шатенка. Даня в ответ только хлопал глазами, смотря то на неё, то на бритого парня. Неловкую тишину прерывал блондин, указывая пальцем Кашину за спину.  — Ебать, они поздравлять начинают!  Все трое моментально забыли про Даню и, недолго думая, направились ближе к парковке. Кашин проводил их взглядом. Недалеко от входа в лофт действительно начала собираться толпа. Даня перевёл взгляд на свой пустой стакан и прикинул, сколько примерно людей должно было остаться в лофте. Решив взять себе ещё выпивки и попробовать поискать Славу, Кашин поднялся с места и, стараясь не думать о произошедшем разговоре, пошёл в сторону входа.  Сначала он показал охраннику запястье, а затем уже оказался внутри. Музыка теперь играла в разы тише и людей было заметно меньше, горел приглушённый свет. В этот раз у Кашина получилось нормально осмотреться и он даже умудрился рассмотреть лестницу второй этаж, которую не заметил до этого.  По дороге до барной стойки Даня окончательно убедился в том, что он умудрился опьянеть с одного стакана. Он бы может и остановился на этом, но мысль о бесплатной выпивке не давала ему покоя. У бара, на удивление, никого не оказалось, но зато за баром стояли уже знакомая Дане барменша и какой-то парень. Кашин уже собирался позвать её и попросить на этот раз налить ему просто водки, но вовремя осёкся, заметив что-то странное. Блондинка была явно напугана напором незнакомого Дане парня — тот то и дело пытался взять её за руку, игнорируя отказы. Было ясно, что он гораздо пьянее Кашина, потому что ни на слова барменши, ни на оклики Дани он не реагировал. Когда пьяный решил обнять девушку, Кашин взбесился окончательно и сначала залез на стойку, а затем прыгнул с неё на бар, хватая незнакомца за плечо — благо тот оказался на полголовы ниже — и оттащил от блондинки.  — Ты руки-то свои убери от неё, — на одном дыхании произнёс Даня.  — Братан, — попятившись назад, картаво ответил парень, обдавая Даню резким запахом перегара, — бля буду, не знал, что она с тобой.  — Да, она со мной, — немного растерявшись, кивнул головой Кашин, не оборачиваясь на девушку.  — Она ничего не сказала, — пошатываясь, указывает на блондинку.  — А она чё, перед тобой отчитываться должна? Ты кто вообще? — Даня делает пару шагов вперёд. — Всё-всё, я ушёл, — незнакомец демонстративно поднял руки вверх, удаляясь. Кашин зачем-то наблюдал за тем, как тот уходил, пока позади не послышался тихий женский голос.  — Спасибо, — выдохнула девушка. Кашин повернулся в её сторону — она накручивала кончик косички на палец. Даня кивнул в ответ, опуская глаза в пол. Она подошла ближе и обняла Кашина, опустив голову ему на плечо.  — Не за что, — стушевался Даня, едва ощутимо приобняв блондинку за талию. Краем глаза Кашин заметил, что практически оставшиеся в помещении люди смотрели в их сторону. Должно быть, всё это звучало чересчур громко.  — Угостить тебя? — Улыбнулась девушка, откинув голову назад.  — Чем? — Выгнул бровь Даня, на что блондинка достала из кармана на груди рубашки самокрутку. Кашин улыбнулся в ответ.  — Давай. — Пойдём, — девушка взяла Даню за за запястье и потянула на себя, в противоположную от выхода сторону. — Но… — Мы через служебный. Меньше чем через минуту они оказались на улице. Возле выхода для персонала стоял маленький круглый столик, а сесть можно было только на одну из ступенек бетонной лестницы — так и сделали. Девушка дважды затянулась перед тем, как передать самокрутку Дане. За то время, что последний был внутри, небо успело сильно потемнеть, а ветер стал холоднее. Кашин кутался в свою тонкую бордовую зипку, делая первую тягу.  — Ничего, что ты так резко ушла? — Спросил Даня, выдыхая дым. — Да похуй, — выдохнула блондинка, принимая самокрутку обратно, — всё равно там никого сейчас нет.  — Ты получается одна за баром?  — Со мной ещё одна девочка должна быть, но она опаздывает, — договорив, затягивается.  — Ясно, — выдыхает Даня, забирая самокрутку обратно.  Докуривали молча. Кашин оставшееся время старался делать вид, что не замечает на себе чужого взгляда.  — Ты один? — Прохрипела блондинка, делая последнюю тягу.  — Я с друзьями вообще, но они съебались куда-то, я написал одному из них, но здесь же не работает нихуя… — Даня замолчал, когда заметил на чужом лице улыбку. — А, ты не про это.  — Не про это, — он бросила бычок на землю.  — Один, да.  — Ты поэтому такой грустный? — Я грустный? — Удивляется Даня, слабо улыбаясь.  — Ну или уставший. Тебе нужно немного повеселеть. А то ты такой несчастный с виду, хотя и красивый.  Девушка обвила рукой шею Кашина и надавила ладонью сзади, притягивая его к себе. Всё произошло настолько быстро, что Даня опомнился только тогда, когда почувствовал во рту чужой язык. Он не был против. С другой стороны, он и не был сильно «за». Ни язык проворный блондинки, ни касание её ладони, ни шумный почмокивания в поцелуй ничего в не вызывали в Кашине. Но останавливаться он, однако, не собирался — в основном из любопытства. Даня резко отстранился, когда почувствовал, что помимо языка и губ барменши он чувствует во рту что-то ещё. Сначала Кашин подумал, что это был зуб — он ли это, до конца понятно не было, зато было ясно, что по итогу остался он во рту Дани. Недолго думая, он плюнул в сторону — на землю вылетела белая таблетка.  — Ты хули делаешь? — Громче всего предыдущего и удивлённо произнесла девушка.  — Это чё было? — Хрипел Кашин в ответ, не сводя глаз с таблетки, валявшейся на асфальте. — Лекарство, — фыркнула девушка, поднимаясь на ноги и наклоняясь над таблеткой, — расслабин. — Она подняла голову на Даню, когда поняла, что поднимать её с пола не было лучшим вариантом. Из-за двери в здание послышался шум чужих голосов вперемешку со смехом. — Оп, мне пора, — кивнула блондинка, взбегая по лестнице к входу. — Зайди через главный вход, пожалуйста, — напоследок сказала она, прежде чем скрыться за дверью. Даня остался сидеть на приступке, рассматривая асфальт под собой ещё какое-то время.  танцы на снегу - хаски Вновь зайдя в лофт, Кашин твёрдо для себя решил, что найдёт Славу — или на крайний случай Серафима — и продолжит проводить время уже с ними, чтобы больше не попасть в какую-либо историю. Если же в ближайшие десять минут ни одного из знакомых лиц он не увидит, он просто молча уедет и, оказавшись дома, при хорошем настроении — возможно — отпишет Славе, что с ним всё в порядке.  «Бойся своих желаний», — подумал Даня, когда столкнулся с Дашей в толпе. Он не сразу узнал её — он просто быстро понял, что увидел крайне знакомое лицо, и уже потом, спустя пару секунд, до него дошло, чьё именно это было лицо.  — Даня! — Голос Даши каким-то образом немного отрезвил Кашина на время. Она окликнула его так звонко, что смогла перекричать долбящую по ушам музыку.  — Привет, — кивнул Даня оборачиваясь.  — Как ты? — Улыбалась подруга. — Мы не виделись сто лет!  — Полтора месяца, — снова кивнул Даня без каких-либо эмоций на лице. В глубине души он рад был её видеть, но в большей степени он не был рад видеть вообще никого.  — Ага, — продолжала улыбаться девушка с меньшим энтузиазмом. — Ты один здесь? — Я был со Славой и Серафимом, — нахмурился Кашин, показав хоть какую-то эмоцию впервые за всё время этого разговора. — Теперь пытаюсь их найти. — Я знаю, где они, — пожала плечами Даша.  Между этой её фразой и тем моментом, когда они пришли на место, где должен был быть Слава, прошло несколько минут. Однако из головы Кашина они моментально вылетели, и из-за блэкаута это резкое перемещение ощущалось как путешествие во времени. Когда Даша говорила, что знает местонахождение Славы, она имела в виду небольшую непроходную комнату на втором этаже. Это было небольшое помещение без окон, с несколькими пуфами и маленьким серым диваном. На полу стояло несколько подарочных пакетов. Каким-то неясным для Дани образом оно не пропускало звуки музыки и шумы извне. Внутри горел тёплый свет. На одном из пуфов сидел Серафим, уткнувшись в телефон. На диване сидел парень, с виду он был на год-два моложе Дани. Поначалу тот показался ему незнакомым, но с каждой новой секундой, вглядываясь в его лицо, Кашин только сильнее убеждался в том, что где-то он уже должен был его видеть. — Гога, — поднялся парень, протягивая Дане руку для рукопожатия. В голове Кашина сложился пазл. — С праздником, — кивнул он, пожимая руку имениннику. — Даня. — Ты друг Славы, да? — Друг, да, — снова кивнул Кашин. Самого Славы в комнате не было. — Приятно с тобой познакомиться, я про тебя много слышал, — продолжал лучезарно улыбаться Гога. Даня невольно нахмурился, чем немного сбил хорошее настроение парня напротив. Что мог Слава рассказывать этому пацану? Почему Слава никогда не упоминал Гогу при Дане до сегодняшнего дня? Где вообще сейчас Слава? Слишком много вопросов крутилось в голове Кашина, заставляя его нахмурится ещё сильнее. Поморщившись, Даня упал на диван, откидывая голову назад. Гога молча вышел куда-то, на что никто как будто даже не обратил внимание. Даша села рядом с Даней, отпивая немного из черного бумажного стакана.  — Она с тобой? — Вполголоса спросила вдруг девушка, смотря перед собой. — Кто? — Та блондинка, — Даша откинулась назад, переводя глаза на Даню. Тот ничего не ответил, а лишь поднял одну бровь. — Я видела, как к ней цеплялся какой-то тип. — Да, тот ещё урод. — Ну так? Давно это у вас?  — Прилично, — выдохнул Кашин, глядя в потолок. Он не до конца понимал, зачем решил соврать — это произошло скорее машинально, чем обдуманно. Однако Даня практически сразу нашёл для себя объяснение этому — если что-то знает Даша, то рано или поздно это дойдёт до Тушенцова. Даже если они всё ещё не общались, в чём Даня не был уверен.  — Познакомишь нас как-нибудь?  — Я… — Начал Кашин, не совсем понимая, как закончит свою следующую фразу. Его перебил щелчок двери — радостный Слава вошёл и собирался что-то сказать Дане. Последний вскочил на ноги и сделал пару шагов навстречу.  — Вы куда оба слиняли? — Злился Кашин. Он выражал куда больше эмоций, чем на самом деле испытывал, чтобы быть уверенным в том, что все поняли, насколько он обижен. — В смысле? — Опешил Карелин. — Пока мне наливали водку вы с Серафимом решили съебаться, — Даня махнул рукой в сторону Серафима, но тому было абсолютно плевать на чужую стычку.  — Мы на шаг от бара отошли, а когда вернулись, тебя там уже не было. Я тебе звонил.  — У меня здесь нет связи.  — Ты видел, сколько там народу? Рано или поздно мы бы потерялись в любом случае, — пожал плечами Слава, явно не собираясь развивать эту тему дальше.  — Да, но мы потерялись слишком рано.   — Ну, хорошо, что в итоге нашлись, правильно? — Натянул улыбку Карелин, прежде чем его позвал Серафим.  — Славян, — вполголоса выдохнул парень, не отрываясь от экрана телефона.  — М? — Я походу нашёл тот самый сайт, — Серафим поднял взгляд, — который с анекдотами. — Ебанутый который? — Увлёкся Слава, подходя ближе и падая на пуф рядом с другом.  Даня продолжал стоять в центре комнаты, повернув голову на Карелина, пока Даша не дёрнула его за кофту. — Дань, — она кивнула голову на свободную половину дивана. Кашин сел рядом, не сводя глаз с довольного Славы, который уже видимо забыл, о чём только что говорил с Даней. Судя по всему мысли Кашина можно было прочитать у него на лице, потому что спустя мгновение Даша уже протягивала ему свой стакан. — Будешь? — Да, — не медля ответил Даня, даже не думая спросить, что пила Даша. Судя по тому, как напиток обжёг горло, пила она что-то крепкое. Кашин снова откинул голову назад, продолжая потихоньку пить. От соседней стены то и дело доносились негромкие смешки. — «В театре», — читал с телефона Серафим,  — «Тихо, увертюра!», — подхватил Слава. — «От увертюры слышу!» И оба залились смехом. Кашин слабо нахмурился. — Бля, здесь же ещё категории есть, — снова голос Серафима. — Про армию, про богатырей, про Вовочку, — перечислял парень, — про свекровь, про татар, про женщин, про вампиров, про измены… Про измены. — Серафим остановился на последней озвученной теме и затем повторил её снова, как бы подтверждая свой выбор. На пару секунд все в комнате замолчали, пока Слава и Серафим вновь не начали читать анекдоты вслух. — «Дорогой, ты мне изменяешь?» — С театральным удивлением спросил Карелин. — «Дорогая, ну какие измены, ты мне просто завидуешь». — «Завидую чему?» — «Что у меня секс бывает чуточку чаще, чем у тебя!»  Снова смех. Пауза в несколько секунд.  — Давай вот этот, — Серафим показал пальцем на заинтересовавший его анекдот.   — «Маня, ты мне изменяешь!» — Моментально включился Слава. — «Неправда!» — «Изменяешь мне с итальянцем!» — «Ну это уже совсем неправда!» Смех. Кашин хмурился только сильнее с каждой новой прочитанной вслух шуткой, сам не понимая, почему.  — «Узнала, что мне изменяет муж», — продолжал читать Серафим. — «Хорошо когда есть любовник, который поддержит».  — «Вчера мне твой муж на остановке анекдот рассказывал», — подхватил Карелин, — «так я от смеха чуть с кровати не упал».  Каждая шутка сопровождалась тихими смешками со стороны ребят и отпечатывалась на лице Кашина сжатыми губами и нахмуренными бровями.  — Так, ну хватит, — подала голос Даша, судя по всему заметив дискомфорт Кашина. — Последний, — кивнул Слава. — «Жена обращается к мужу», — читал Серафим. — «Если я уйду к другому мужчине, ты будешь жалеть?» — «А что мне жалеть незнакомого человека?»  Смех.  — Хватит, — вполголоса протянула Даша, глядя на Славу.  Друзья замолчали. Из-за стены едва слышно доносился чей-то смех. Кашин смотрел в потолок полузакрытыми глазами, чувствуя, как к горлу подступает тошнота.  — Тебе, может, воды принести? — Обеспокоено спросила Даша. — А то ты бледный какой-то  — Не надо, — поморщился Даня. Когда тошнота стала невыносимой, он поставил стакан Даши на пол, сам поднялся на ноги и молча вышел вон.  Дорога от двери маленькой душной комнаты с тёплым светом внутри до ближайшего туалета была затуманена и ощущалась гораздо дольше, чем была на самом деле. Открыв дверь с табличкой «WC» на ней, Кашин очутился на пороге достаточно просторной уборной, по размеру не слишком отличающейся от комнаты, в которой он не так давно сидел вместе с друзьями. Внутри были раковина, туалет, окно с матовой плёнкой и по какой-то причине душевая кабина. Даня заметил всё это, но не сразу заметил, что напротив зеркала стояла девушка. Её нежно-розовая рубашка лежала в раковине, пока хозяйка поправляла бюстгальтер. Кашин замер и просто смотрел на неё, пока она не обратила на него внимание в ответ.  — Бля, — Даня отвернулся, когда они пересеклись взглядами, — сорри, я… — Как тесен мир, — улыбнулась незнакомка, когда Кашин уже практически закрыл перед собой дверь. — Что? — Он снова посмотрел на девушку перед собой. Та, судя по всему, ничуть не была смущена — она продолжала поправлять бюстгальтер, не пытаясь прикрыться.  — Зайди, Дань, не стесняйся, только дверь закрой изнутри, — улыбнулась девушка. Даня сделал, как она сказала, сам не понимая, почему. — Ты же Даня, да? Я не думала, что мы ещё увидимся. Прямо нет слов. «Обескуражена?» — Мы знакомы? — Кашин всё-таки нашёл в себе силы спросить, хмурясь.  — Ты серьёзно? — Ухмыльнулась незнакомка, повернувшись к Дане. По его недоумевающему взгляду было ясно, что он абсолютно точно не узнал её. — А если так? — Она приподняла свою чёлку ладонью, продолжая смотреть на Кашина.  — Настя? — Только сильнее нахмурился Даня, сам не до конца осознавая, что говорит это. Но перед ним действительно стояла Шпагина. Не было удивительно, почему Кашин не узнал её. В тот единственный раз, когда они виделись, её волосы были красного цвета, а в этот вечер — белого. Кроме того, у неё на лице появилась чёлка и очки, а вместо повседневных худи и джинс она была одета в явно недешёвые рубашку и юбку. Кроме того, на ней был яркий макияж, которого не было в предыдущую их встречу. А ещё она была практически одного роста с Даней из-за высоких каблуков. У Кашина не было никаких шансов узнать её в том числе и потому, что перед его глазами уже пару минут как всё расплывалось.  — И тебе привет. Ты чего зашёл? Умыться или…  — Умыться, — не думая кивнул Даня. Он зашёл, чтобы не обблеваться на виду у друзей.   — Не убегай только, — Настя отошла от раковины, достав оттуда свою рубашку, — давай поболтаем.  — О чём? — Спросил Кашин уже умывшись. У этому моменту Настя уже застегнула на себе розовую рубашку и принялась искать что-то в своей ещё более розовой сумке на пути к зеркалу. Кашин отошёл к унитазу, опрокинул крышку и сел, чтобы не упасть из-за начавшегося головокружения.  — Даже не знаю, как у вас дела с Тушенцовым? Даня не без труда поднял глаза на Настю — та обводила контур губ карандашом. Он не был уверен, насколько морально правильным решением будет рассказывать Шпагиной что-либо про Руслана. Но Кашин знал наверняка, что он всё ещё злиться на него. Хотя конкретно в тот момент он скорее злился на то, что даже на этом всратом празднике, на который он пришёл для того, чтобы отвлечься от мыслей о Руслане, он всё равно думал о Руслане.  — Уже никак, — пожал плечами Даня после непродолжительной паузы.  — Расстались? Серьёзно? А сколько нервотрепки было…  Кашин смотрел в пол и кивал головой, пока вдруг не замер.  — Погоди, ты знаешь? — Снова хмурился парень, наблюдая за тем, как Шпагина прокрашивает ресницы.  — О чём? Что Руслан тебя клеил от моего имени? — Улыбнулась Настя, глядя на Даню через зеркало. — Он сам мне ничего не говорил конечно, по нему просто видно было. Я конечно не знаю, как он на тебя вживую смотрел, но на вашу с ним переписку — глазами-сердечками, — Настя попыталась изобразить глаза-сердечки руками. — Тем более, раз уж он решил ко мне обратиться, к великой и ужасной, значит всё серьёзно. Ну, или было серьёзно. Или не было, но Руслан думал, что было. Кто из вас накосячил, если не секрет? — Я, — хрипло выдохнул Кашин, начиная чувствовать ком в горле. Он пытался прокручивать «враг моего врага мой друг» в голове, но ему это не помогало. Как бы он ни относился к Руслану, сплетничать с его бывшей ощущалось чем-то неправильным. Смотря на неё, Даня невольно вспоминал, что происходило с Русланом после малейших интеракций с ней, а иногда даже после упоминаний её имени. При взгляде на Настю перед глазами так и мелькало несчастное лицо Тушенцова.  — Значит, он, — многозначительно кивнула Шпагина, собирая свою косметику обратно в сумку. — Если бы ты сказал на него — я бы не поверила.  — Я наверное всё-таки пойду, — встал Кашин, почувствовав очередной позыв тошноты — то ли от отсутствия воздуха в помещении, то ли от их с Настей разговора. Алкоголь Кашин ни в чём не подозревал.  — Подожди, — Даня врезался в чужую ладонь на пути к выходу. — Не хочешь ему отомстить? — Каким образом? — Выгнул бровь Кашин, глядя на Настю сверху вниз. В таком положении он практически мог чувствовать её дыхание.  — Ну, например, таким, — Внезапно Шпагина надавила на шею Дани сзади, вовлекая того в поцелуй. В весьма глубокий для первого раза поцелуй. Кашин понял, что именно происходит, только спустя несколько секунд, когда в его лёгких уже не осталось воздуха. Примерно в это же время Настя отстранилась.— Тебе нравится? — Она облизала губы и, не дав Дане ответить, снова поцеловала его, держа Кашина за щёки. На этот раз поцелуй был короче и проще. Когда Настя снова отстранилась, она слегка откинула голову назад, вновь собираясь что-то сказать, но она не успела.  Кашин почувствовал обильный прилив слюны, но он не успел сделать и пары шагов в сторону, прежде чем его вырвало. После этого ему резко полегчало, зрение начало снова ловить фокус и Даня чётко увидел перед собой замершую Настю с обблёваным декольте. Только спустя пару мгновений, когда до неё тоже дошло, что случилось, она издала звук, похожий на стон и крик одновременно, при этом размахивая кистями рук.  Даня не помнит, как вышел из туалета и спустился на первый этаж. Пришёл в себя он уже на улице, когда свежий холодный воздух обжёг его лёгкие изнутри. В тот момент ему казалось, что он простоял бы так целую вечность — с пустым разумом, с недавно умытым лицом и ничем не обременённым сердцем. Даня стоял бы так, слушая, как вдали шумно проносились машины, позади громко долбил хип-хоп, где-то рядом пели песни под гитару. Общую картину портил только неприятный привкус во рту. Всласть надышавшись свежим воздухом, Кашин собрался вернуться и найти себе воды внутри. Однако стоило ему резко обернуться, как он врезался в уже знакомое ему лицо.  — Блять! — Вскрикнул именинник. Даня уже не помнил его имени.  Содержимое его стакана во время столкновения разлилось на футболку Кашина, образовав на груди розовое пятно. — Блять, — повторил парень, — прости. Даня, да? — Да. — Буркнул Кашин, глядя на свою одежду. Мысленно он молился, лишь бы его сегодня больше никто не узнал.  — Пойдём, я дам тебе свежую футболку.  Кашин кивнул и пошёл вслед за именинником.  Они вновь поднялись в душную комнату без окон — на этот раз в ней больше никого не было. Гога — Даня вспомнил его имя, прочитав одну из лежавших на диване открыток — начал копаться в подарочных пакетах. — Вот, держи, — он протянул ему аккуратно сложенную футболку в прозрачной упаковке.  — Это… подарок? — Выгнул бровь Кашин, забирая её из чужих рук.  — Забей, — махнул рукой Гога, лучезарно улыбаясь и пожимая плечами, — я виноват.  — Как скажешь, — Даня попытался улыбнуться как можно мягче в ответ, одновременно с этим снимая бордовую зипку — та тоже была испачкана напитком, но не так сильно. Гога стоял рядом, наблюдая за тем, как Кашин переодевал свою грязную белую футболку без принта на точно такую же белую футболку, но чистую и с каким-то дурацким принтом на груди.  — У тебя много друзей, — сказал Даня, лишь бы заполнить тишину.  — Ну да, — усмешка. — Я тут больше половины народу не знаю. Просто хотел собрать шумную компанию.  — Зачем? — В смысле? — Смешок. — Чтобы было весело.  — И тебе это весело? — Даня безэмоционально махнул в сторону двери.  — Ты чего? Естественно мне весело.  — Значит, это я старею, — вновь постарался улыбнуться Кашин. В этот раз получилось чуть хуже.  Поблагодарив Гогу, Даня решил всё-таки выпить воды, прежде чем ехать домой. Он спустился и подошёл ближе к бару. Людей возле него было заметно меньше. Людей в целом было меньше, а музыка играла тише. Кашин попросил девушку за баром налить ему воды. Это была не та блондинка, с которой он уже виделся, а рыжая, явно крашеная, девушка внешне чуть старше Дани. Была одета она так же — белая рубашка, черная галстук-бабочка на шее, такого же цвета штаны. Заглянув за стойку — чисто из любопытства — Кашин как раз-таки обнаружил ту самую барменшу-блондинку спящей на полу. Её аккуратная косичка сильно растрепалась, а макияж заметно смазался.  — Ваша вода, — хрипло отозвалась рыжая, поставив перед Даней черный бумажный стакан.  Вновь оказавшись на улице, Кашин сделал первый глоток, прополоскал рот и выплюнул воду в мусорку, стоявшую вроде входа. Рядом ещё было слышно, как компания людей пела под гитару. Даня разглядел среди них Серафима и Славу, последний из них играл на гитаре. Пели «я помню белые обои, чёрная посуда». Даня поднял глаза на тёмное небо и попытался вспомнить название этой песни. Нет, ничего. Кашин решил не подходить к поющим ближе — вряд ли Слава дал бы ему уехать раньше, чем он сам. Даня достал телефон и одной рукой начал проверять цены на такси, пока второй держал стакан, из которого допивал воду. Доехать до дома стоило слишком дорого, чтобы ехать одному и Кашин уже начал думать, что дождаться Серафима и Славу, чтобы поехать вместе — не такая уж и плохая идея. От этой мысли его отвлёк голос, доносящийся с противоположной стороны от звука гитары.  — Что ты… Ты можешь внятно мне ответить?! — Это была Даша. Она говорила по телефону в нескольких метрах от Кашина. Даня не был уверен, радовался ли он когда-то её присутствию так же сильно. Мысль о том, как они сейчас поедут по домам вместе, как спокойно будут болтать или, что ещё лучше, молчать всю дорогу и как Даня отдаст за такси минимум в два раза меньше не могла не поднять ему настроение. Кашин выбросил пустой стакан и уже готов был подойти к подруге ближе, когда телефон начал вибрировать у него в руке. Ему пришло сразу несколько уведомлений, которые не могли дойти, пока он был в помещении. Первым в глаза бросилось сообщение мамы, но Кашин сразу решил, что ответит позже. Потом был пропущенный от Славы и от неизвестного номера. Затем шло несколько рекламных сообщений, но ничего из этого не привлекло внимания Дани больше, чем два последних уведомления — оба от контакта «Руслан». Кашин замотал головой, повторяя про себя «нет-нет-нет» так, как будто это заставило бы оба сообщения исчезнуть. Даня не сразу поверил в то, что перед ним было именно то, что он видел. Он протёр глаза и ещё раз вгляделся — на этот раз в аватарку. Да, это точно был Руслан — тот самый, который во время последнего их разговора заблокировал Даню везде, где мог. Кашин усмехнулся — скорее грустно, чем радостно. Он не собирался читать эти сообщения. Не собирался, но в итоге перешёл по уведомлениям.  Первым сообщением был скриншот перевода денег. -2.500 рублей на Н-Банк ушло получателю с именем Данила Владимирович К. Даня быстро проверил — да, деньги действительно поступили. Затем он вернулся обратно в чат с Русланом и прочитал второе сообщение.  Руслан 23:57 привет, Даня. это за футболку  Либо Кашин был слишком уставшим и пьяным, либо во всём этом не было логики. Он перечитал второе сообщение ещё раз, пытаясь найти во всём этом хоть какой-то смысл, но его не было. Его не могло быть. Даже если Руслан и хотел этим жестом показать, что отрекается от Кашина насовсем, то тогда неясно, почему деньги он вернул только за одну футболку, судя по тексту. Даня даже навскидку мог назвать минимум три своих футболки, которые отдал Руслану за то время, пока они ещё встречались. Более того, у самого Кашина дома остался минимум один лонгслив Тушенцова. И это только из одежды. С чего Руслан решил, что он должен вернуть Дане деньги, если Кашин никогда даже близко ни на что подобное не намекал? Почему для этого нужно было разблокировать Даню? Почему он назвал Кашина по имени?  На последней мысли Даня замер. Он перечитал текстовое сообщение ещё раз. Да, Руслан назвал его по имени. Странно. Имя было написано с большой буквы. Ещё страннее. Кашин шумно вздохнул, затем ещё раз перечитал сообщение, затем ещё раз вздохнул. Он не собирался ничего на это отвечать. Оба сообщения были отправлены около десяти минут назад, и Руслана уже какое-то время не было в сети. Какое именно — неясно, вверху просто висело «был(а) в сети недавно». Кашин на это только закатил глаза. Потом снова посмотрел на открытую переписку и начал печатать.  «За какую нахуй ф» Даня остановился на слове «футболку», задумался, стёр, начал печатать заново.  «Пошёл ты блять на» Снова остановившись на полуслове, Даня всё удалил и начал писать уже другое.  «Руслан ты просто ёбанный фрик который продолжает портить мне жизнь»  Кашин практически нажал «отправить», прежде чем в который раз всё стереть. От злости он стиснул зубы и крепко сжал телефон в руке.  «Я тебе верну блять всё до копейки и иди ты нахуй»  Даня набрал воздуха в грудь и резко выдохнул, удаляя написанное и выходя из чата. Он жалел, что прочитал эти сообщения. Он вообще о многом жалел в тот момент, включая знакомство с Русланом. В голове и правда вертелась мысль о том, чтобы вернуть деньги. С другой стороны, если Руслан так хотел чувствовать себя святым, то флаг ему в руки. Даня назло ему купит на эти деньги что-нибудь приятное — например, возьмет себе пару граммов травы, или купит себе игру в стиме, или оплатит на них такси. Блять, такси.  Кашин оторвался от телефона, поднял голову и попытался найти Дашу. Та всё ещё была в нескольких метрах от Дани, только теперь она тихо сидела на бордюре. Кашин убрал мобильный в карман и направился в её сторону.  when it’s cold i’d like to die - moby   — Бросаю пить, — выдохнул Даня, присаживаясь рядом с Дашей. Та не сразу обратила на него внимание. Первое время она смотрела на дорогу перед собой, а затем медленно повернула голову в сторону Кашина и окинула его взглядом.  — Клёвый прикид у тебя, — сипло сказала Даша, после чего снова перевела взгляд на дорогу. Взгляд у неё был стеклянный.  — Да, симпатичный, — кивнул Кашин, мягко улыбаясь. — Охуенный праздник, да? Меня облили какой-то хуйней, я сосался с барменшей, от которой отбил какого-то ёбика, потом меня поцеловала бывшая моего бывшего, а потом меня на неё вырвало, — из Дани вырывался нервный смешок, он опустил голову. — Ну и вечер. А у тебя как… Даша? — Когда Кашин снова посмотрел на подругу, он заметил, что у той блестят глаза. Она хмурилась, смотря на экран телефона.  — Да, извини, я слушаю, — кивнула она, по очереди протирая глаза ладонью.  — Ты такси ждёшь?  — Да, — кивок. — Домой? — Нет. Не к себе.  — Что-то случилось? Поехать с тобой? — Даня пытался посмотреть подруге в глаза, но та только прятала взгляд.  — Дань, я не… — Голос Даши дрожал. Договорить она не успела, потому что отвлеклась на подъехавшую машину. Сверив номер с тем, что был написан в телефоне, она поднялась на ноги. — Это моё. Если хочешь — поехали вместе, только решить надо быстро, — твёрдо сказала Даша, глядя на растерянного Кашина. Тот в ответ только хлопал глазами. — Короче, — махнула рукой девушка, направляясь к машине. Даня тут же поднялся и попытался её догнать.  — Даш, подожди, — выдохнул он, уже садясь в машину. — Мы куда едем-то вообще? — Тише, — шикнула Каплан, отмахнувшись от чужого вопроса. Сильно хмурясь, она ответила на телефон. Краем глаза Кашин заметил, что звонок был с неизвестного номера. — Ало, да, вы когда примерно там будете? — Голос Даши снова дрожал. — Ну я тоже, да, хорошо.  Машина тронулась с места. Следующую минуту Даша молча кивала, иногда тихо отвечая «да», «нет», «хорошо» и иногда «не знаю». Кашин отвернулся в окно, упираясь лбом в стекло. Каплан закончила разговор и приняла похожую позу. Никто из них не говорил ни слова, в салоне не играла музыка, все окна были закрыты. Ехали в полной тишине. Даня понял, что что-то случилось, но не могу выдавить из себя и слова, чтобы спросить у Даши хоть что-то. Он не был силён в такого рода разговорах. Если бы Даша заговорила с первой, он бы поддержал её, с этим проблем было поменьше. Но начинать этот разговор самим Кашин не хотел, да и не видел в этого смысла — по Даше было ясно, что говорить она ни с кем не хотела. Даня настолько не хотел ничего говорить, что даже не спросил, куда они вообще едут. Спустя минут десять дороги Даня заглянул в навигатор водителя и увидел, что ехать осталось примерно столько же. Район, по которому они ехали, Кашин не узнавал. Он снова заглянул в телефон.  Руслан 23:57 привет, Даня. это за футболку Перечитывая это сообщение раз за разом, Даня только сильнее злился. Руслан наверняка хорошо объебался, прежде чем написать это. Или, что реалистичнее, проспорил. Выключив экран, Кашин заметил, что от стресса начал нервно дёргать ногой. Он постарался успокоиться и выровнять дыхание, но это на деле было сложнее, чем могло показаться со стороны. Сердце Кашина бешено колотилось, и он не мог понять, почему.  Когда машина остановилась, Даша молча вышла и Кашин, немного затормозив, вышел за ней. Только оказавшись на улице, Даня понял, куда они приехали. Таксист довёз их до дома Руслана, вышли они в нескольких метрах от его подъезда — к нему и пошла Даша. Даня только убедился в том, что она восстановила общение с Тушенцовым, но не был уверен, когда и почему. Таксисту, который привёз их, пришлось сдавать задом, потому что единственную полосу во дворе занимала карета скорой помощи, которая заехала с другой стороны дома практически одновременно с машиной такси. Кашин нахмурился, наблюдая за тем, как Даша открыла подъездную дверь двум врачам в синей форме. Даня шумно выдохнул и развернулся, решая дойти до ближайшей автобусной остановки и уже оттуда вызвать такси к себе. Сделав пару шагов вперёд, он остановился. На мгновение его мозг связал все странные события вечера воедино, но он почти сразу потерял эту связь. Даня обернулся на уже закрытую дверь подъезда и пару секунд смотрел на неё, не моргая. Что-то щёлкнуло у него в голове, и этот щелчок заставил подойти к ней ближе. Уже стоя напротив, Кашин запрокинул голову, глядя в окно квартиры Руслана — внутри горел тусклый свет.  — Знаете домофон? — Спросил басистый голос из-за спины. Даня обернулся на него и проводил взглядом очередного врача скорой до двери.  — Знаю, — кивнул Кашин, прежде чем подойти ближе и набрать нужный номер. Он открыл дверь, запуская мужчину внутрь, и проследовал за ним, сам не понимая, зачем. Наверное, он хотел поговорить с Русланом. Он, конечно, не стал бы писать ему первым и не наведывался бы к нему в дом, если бы это не начал Тушенцов. Наверное, он хотел снова поругаться с Русланом, если повезёт, даже сильнее предыдущего раза. Наверное, он хотел злиться на Руслана больше, чтобы скучать по нему меньше. Наверное, он просто хотел его увидеть.  — Вам какой? — Хрипло спросил Даня, когда они оба зашли в лифт.  — Седьмой.  Даня кивнул и нажал на кнопку с цифрой семь, после чего вдруг замер. Пока они ехали, Кашин молча смотрел на кнопку, вокруг которой горел красный свет. Совпадение, конечно, интересное, но Руслан бы и под угрозой смерти не стал бы писать Дане, не то что больным. Да и скорую он никогда бы сам себе не вызвал, это Кашин про него знал наверняка.  Когда они доехали до седьмого этажа, Даня пропустил водителя скорой вперёд, а сам пошёл за ним к нужной двери.  У нужной Дане двери был выломан замок, рядом, облокотившись на стену, стояла заплаканная Даша. Соседние квартиры были закрыты. Каплан встретилась своими испуганными глазами с ещё болен испуганным взглядом Дани. Кашин перешёл порог квартиры, чувствуя, как его пытаются схватить за предплечье.  — Дань, не заходи, — подруга тянула его назад, но Кашин, словно под гипнозом, шёл вперед. — Даня, стой! — На последнем слове Даша споткнулась и упала на колени, переставая оттягивать Даню.  Тот быстрым шагом дошёл до кухни, где и столпились врачи. Одного беглого взгляда хватило, чтобы увидеть Руслана — он полулежал на полу, спиной облокотившись на гарнитур. Одна его рука лежала на животе, а другая была вытянута вдоль тела. Вокруг той, другой руки, на полу была небольшая лужица крови, а смуглая кожа была изрезана от запястья до середины предплечья. Увидев это, Кашин моментально перевёл глаза на потолок и сделал пару шагов назад. К этому моменту его успела догнать Даша. Она потянула Дань за плечо, так, чтобы он повернулся к ней.  — Не смотри туда, — Каплан обхватила щёки Кашина холодными ладонями. — Не смотри, — она мотала головой, — смотри на меня.  Но Даня не мог не смотреть на Руслана. Он вновь повернул к нему голову и в этот раз заметил, что тот ещё был в сознании — Тушенцов переводил взгляд с одного из врачей на свою изрезанную руку и обратно. Кашин аккуратно — настолько, насколько мог — убрал чужие ладони со своего лица и сделал несколько шагов в сторону Руслана. Даня не думал ни о чём конкретном, он просто хотел увидеть его еще раз, пока была такая возможность.  Подойдя ближе, Кашин смог разглядеть Тушенцова. Лицо последнего было совершенно спокойное, выглядел он уставшим. Когда Даня уже практически навис над ним, Руслан приподнял голову и посмотрел на него в ответ. Взгляд карих глаз был отстранённым, будто он смотрел не на Даню, а сквозь. Кашин уже смирился с тем, что Руслан его не узнал, как вдруг смуглое лицо расплылось в улыбке.  — Котик, — едва слышно выдохнул Руслан, всё ещё улыбаясь. После этого он откинул голову назад, глаза его медленно закрылись. — Не засыпаем! — Послышался женский голос врача. — Отойдите, — сказала она, судя по всему, обращаясь к Дане, и тот вдруг почувствовал, как его оттягивают назад.  Больше возможности подойти к Руслану ближе у Кашина не появилось. Тушенцова окружили врачи, и Даня не был уверен, что именно они делают. Он не мог ничего нормально увидеть из-за того, что всё вокруг вдруг стало мутным. Он не слышал, что врачи говорили Даше из-за звона в ушах. Он не видел, открыл ли Руслан глаза.  — Он в порядке? — Смог выдавить Кашин вслед одному из врачей, когда Руслана выносили из квартиры, но никто не ответил.  Когда дверь захлопнулась с внешней стороны, Даша практически сразу вышла на балкон, чтобы позвонить. Кому именно она звонила, Даня не знал, он и не задумывался об этом. Он мог только смотреть на закрытую входную дверь, чувствуя, животный страх при мысли, что рано или поздно ему придётся обернуться и снова увидеть ту лужицу крови на кухне, что осталась от Руслана.  — Она попросила меня остаться, — вздохнула Даша, заходя внутрь.  — Что? — Даня почти полностью прослушал, что она сказала.  — Мама Руслана попросила меня остаться и посмотреть за квартирой, дверь-то сломали, — повторила Даша чуть громче.   — Ты ей звонила? — Ну да.  — Когда она вернётся?  — Завтра вечером самое раннее, — пожала плечами девушка. Затем оба замолчали. Даша оглянулась по сторонам и нахмурилась, прежде чем снова заговорить с Даней. — Можешь со мной остаться? Мне одной страшно. — Конечно, — уверенно кивнул Кашин. Меньше всего на свете в тот момент он хотел остаться в этой квартире. Он не представлял, как протянет в ней следующие десять минут, не говоря уже о том, как он доживёт в ней до следующего вечера.  — Надо пол помыть каким-то образом, — Даша озвучила вслух то, что было на уме у обоих. Легче им от этого не стало.  — Отдохни, Даш, я сам всё сделаю, — сказал Даня, ни капли не веря своим же словам. Подруга подняла взгляд на него, затем посмотрела Кашину за спину, а потом снова в глаза.  — Нет уж, уберём вместе.  Вблизи лужа крови оказалась больше, чем казалась на расстоянии. Даня внимательно рассматривал её, пока подруга ходила за тряпками и ведром. Оторваться от этого насыщенного тёмно-красного цвета было невозможно, но сделать это пришлось, когда где-то рядом снова заговорила Даша. — Давай, раньше начнём — раньше закончим, она поставила на пол ведро с мыльной водой, протянула Дане тряпку и одну хозяйственную перчатку, другую она надела сама и села на колени возле лужи. Кашин сел с противоположной от неё стороны.  Большую часть уборки Даша плакала: сначала бесшумно, практически незаметно, так что Даня даже думал, что ему это кажется, потом она начала редко шмыгать носом, то и дело вытирая слёзы с глаз рукой без перчатки и спустя время начала рыдать навзрыд. Даня несколько раз предложил ей отвлечься, предлагал выпить успокоительное, обещал, что всё доделает сам, но Даша каждый раз отказывалась. Кашин же вообще не показывал никаких эмоций, и сам не понимал, почему. То есть, ему, конечно, было грустно и страшно, и он по-прежнему испытывал шок, но между ним и осознанием случившегося будто бы был барьер, не дающий ему полностью погрузиться в происходящее.  Мытьё полов казалось бесконечно долгим — настолько, что Даня даже в какой-то момент решил, что Даша плакала уже не из-за Руслана, а из-за усталости. Но это, конечно, было не так. Кашину просто очень хотелось, чтобы Даша плакала не из-за Тушенцова. Кровь забивалась в рельеф тёмного паркета, откуда невозможно было вымыть её тряпками. Крови в этих мелких щёлках даже не было видно, но Даша не могла успокоиться — она знала, что кровь в них есть, поэтому продолжала тереть пол одной рукой, другой убирая светлые пряди за уши.  — Руслан таблеток каких-то наелся, — вдруг выдохнула она, хлюпая носом. — Я не знаю, каких именно. И не знаю, пил он их до или после… — Я понял, — кивнул Кашин. — Я успела с ним попрощаться, — снова выдохнула Даша после непродолжительной паузы. Всё это время она смотрела в пол. — Но я не знаю, узнал ли он меня. — Он тебе что-нибудь сказал?  — Да. — И что? Даша подняла взгляд на Кашина. — «Пока».  Сказав это, девушка прикрыла рот рукой и рвано вдохнула, вновь начиная плакать. Даня снял с руки перчатку и бросил её на пол вместе с тряпкой. Он подсел ближе к Даше и приобнял её. Пока она продолжала тихо плакать, Кашин разглядывал пол. — Мне кажется, мы здесь закончили. Когда Даша немного успокоилась, они собрали всё с пола и отнесли в ванную. Даня слил грязную воду в унитаз, а Даша принялась замачивать тряпки. Она стояла напротив раковины, а Кашин у неё за спиной облокотился на стену, наблюдая за руками подруги. Ему нужно было помыть свои — одну ладонь он умудрился испачкать в крови, поэтому Даня просто ждал, пока подруга закончит. Ждал и думал, рассказывать ли ей, что его Руслан точно узнал. Когда Каплан домывала последнюю тряпку, Даня решил всё-таки поделиться с ней этим.  — Он меня узнал. — Правда? — Нахмурилась Даша, выключая воду.  — Думаю, да, — пожал плечами Кашин, поджимая губы и глядя в пол. — Он сказал мне кое-что. — Что? — Он назвал меня… — Даня слегка улыбнулся и поднял взгляд на своё отражение в зеркале, после чего замер на несколько секунд. Только в тот момент, рассматривая себя, он вспомнил, что на груди той футболки, которая была на нём надета, был напечатан рисунок рыжего котёнка. Даня сжал место с принтом грязной рукой, перекрывая котика красным пятном.  — Как он тебя назвал? — Переспросила Даша, глядя на озадаченное лицо Кашина. — Никак, — покачал головой Даня, — наверное в бреду уже был.  — Ясно, — выдох, — не расстраивайся. — Стараюсь, — улыбнулся Кашин самой невесёлой улыбкой на свете.  Он вымыл руки и они с Дашей переместились в гостиную. Точнее, в гостиную переместился Даня, пока Даша заваривала им какое-то расслабляющий чай. Кашин сидел на диване, нервно покачивал ногой. У него было сильное желание выпить что-нибудь покрепче, но никаких вариантов у них не было — в это время уже нигде не продадут. А искать ларьки, где продадут, сил уже не осталось.  — Ты не голодный? — Спросила Даша, отдавая Кашину горячую кружку.  — Нет. А ты? — Я не ем после шести, — она пожала плечами, присаживаясь на диван рядом с Даней.  — Что конкретно тебе сказала мама Руслана? — В смысле? — Нахмурилась Даша, после чего сделала глоток чая.  — Ей не сказали, что с ним? — Как я поняла, пока что ничего конкретного не ясно, — объяснила девушка, рассматривая кружку в своих руках. — Мне тоже нихуя толком не сказали.  — Вы с ним помирились?  — В плане?  — Ну, вы общались последнее время? — Нет, — мотает головой. — Не помирились, не общались. — Странно тогда, что он тебе написал, — нахмурил брови Кашин, глядя на Дашу. — Он позвонил. — Тогда тем более странно. Он не назвал причину? — Нет. — А ты сама что думаешь? — Я вообще хуй знает, если честно, — вздохнула Даша.  — Он мне написал. Я так понимаю незадолго до… Или, может, даже после того, как… — Кашин зажмурился. По идее, со временем должно было становиться легче произносить это вслух, но становилось только тяжелее.  — Написал? Тебе? — Удивилась Каплан.  — Да, про футболку. Я сначала не понял, а сейчас наконец дошло, — кивает.  — Подожди, про какую футболку? — Совсем запуталась Даша.  — Ну, он был в моей футболке. Там ещё надпись красная на груди вышита, — Даня рукой показал на себе примерное расположение слов «не прижилось, зато цвело».  — Я надпись вообще не видела.  — Да, её не видно, она с кровью слилась, как он так только измазался?  — Может он специально клал руку на грудь, если это твоя футболка… — Даша задумалась. — То есть он подумал, что остальные вещи ты заберёшь, когда он… О боже, меня сейчас стошнит, — Даша взялась за переносицу, жмурясь.  Даня поджал губы, решив проигнорировать чужие слова. Вместо этого он свободной рукой достал телефон из кармана и открыл чат с Русланом, чтобы показать его Даше.  — Вот, он мне скинул за неё. Я когда увидел не понял ещё, почему именно за одну.  — Я ему тоже сегодня писала, — кивнула Даша, просмотрев чужую переписку.  — Да, о чём? — Я… — Даша слегка улыбнулась, поставила чашку на пол и потянулась за телефоном в карман, но вдруг замерла, и улыбка с её лица быстро исчезла. Даня узнал это состояние и немного напрягся. Даша молчала ещё пару секунд, а потом подняла взгляд на Кашина. Её глаза блестели. Даня задержал дыхание. — Это я виновата.  Кашин ничего не успел спросить, прежде чем Даша зажмурилась и закрыла лицо руками. Через пару секунд тишину прервал её всхлип. Она убрала руки от лица и посмотрела на Даню — тот слабо хмурился, видимо, совсем не понимая ходы чужих мыслей.  — Это из-за меня, — пояснила Даша дрожащим голосом. — Руслан из-за меня… — Она нарисовала ладонью в воздухе непонятную фигуру, пытаясь подобрать слово, но в итоге снова зажмурилась и прикрыла рукой рот.  — С чего ты это взяла?  — Я ему написала, — всхлипывая, объясняла Даша, — написала, что видела тебя с твоей этой… Как её? — Кого? — Нервничал Кашин. — Девушку твою как зовут? Даня замер на пару мгновений, не сводя взгляда с чужих глаз.  — Какую девушку? — Медленно и практически шёпотом произнёс Кашин. Даша потерянно смотрела на него в ответ. — Барменшу? Которую я сегодня первый и последний раз видел? Ты про неё спрашиваешь? — Ты же сказал, что это она. Ладно, тогда кто она? С кем ты сейчас? — Я… — мотал головой Кашин, опустив глаза. — Я ни с кем.  — То есть ты врал? — Голос Даши стал громче.  — Я не… Я не думал, что это так важно. Зачем ты вообще ему рассказала? Вы же в ссоре.  — Потому что я знаю, как Руслан переживал на этот счёт. — И ты решила добить, да? — Я не… — Даша замерла, глядя широко раскрытыми глазами на Кашина. Она постаралась немного снизить тон. — Это ты решил всех наебать, Даня. Если ты считал это чем-то неважным, тогда нахуя нужно было изначально в это влезать? Я написала Руслану, потому что я по нему скучала, но ни одна тема на свете не заставила бы его ответить мне, кроме как твоя личная жизнь.  — Почему его вообще ебёт моя личная жизнь?  — Взъелся Даня.   — Потому что он тебя любит, дурак.  Слова Даши продолжали звенеть эхом в ушах Кашина даже спустя минуту тишины. Он решил прервать эту самую тишину, когда понял, что не вынесет ещё одного разговора про Руслана.  — Походу пора ложиться спать. — Ты не хочешь выпить?  — А есть такой вариант? — Взбодрился Кашин.  По его лицу было видно, что он готов на всё, хотя не до конца понимает, что именно предлагает Даша.  — Мне мама Руслана сказала, что мы можем взять бутылку или две из её стратегического запаса, — объяснила Каплан. — Откуда?  Даша поднялась с места и направилась в сторону кухни, Кашин оставил кружку с чаем возле дивана и пошёл вслед за подругой. Та открыла один из нижних шкафов, который был заставлен бытовой химией. Даша вытащила и поставила на пол несколько белых банок. Позади них, как выяснилось, стояло несколько бутылок вина. Даша достала одну из них показала Дане. Пока она искала штопор, Кашин загуглил название с этикетки.  — Нихуя себе запас, — он повернул телефон экраном к Даше — на сайте винного магазина было написано, что одна такая бутылка стоит минимум двадцать тысяч рублей. В шкафу, откуда её достала Даша, осталось ещё четыре такие бутылки.  — Да похуй, лишь бы оно набухало. — За такие бабки оно не может не набухать, — ответил Даня, забирая штопор из чужих рук.  — Мама Руслана сказала, что это её «ядерный чемоданчик», — мягко улыбалась Даша, пока Кашин доставал пробку из бутылки. Даня улыбнулся в ответ. Он видел эту женщину всего один раз за всё их с Русланом общение, но она запомнилась ему очень приятным человеком. Хотя он и знал, что у Руслана с мамой непростые отношения, он всё равно питал к ней тёплые чувства. Пока Даша доставала две чистые кружки — бокалы они брать побоялись, прикинув, сколько они могут стоить — Даня задумался о том, какого сейчас матери Руслана: быть в другом городе, решать рабочие вопросы и вдруг посреди ночи узнать, что твой единственный сын попытался покончить с собой. От одной только мысли об этом Кашин почувствовал ком в горле.  Они сели за обеденный стол, Даша разлила вино по кружкам, и Даня моментально сделал несколько глотков, морщась. Он успел протрезветь за последний час, и ему это совершенно не нравилось.  — Просто придурок, — выдохнул Даня, пока Даша делала затяжку из одноразки. Каплан только молча нахмурилась в ответ. — Он придурок, если собрался лишать себя жизни из-за такой хуйни, — пояснил Даня. — Мог бы просто порадоваться за меня, или как это работает? «Даня, поздравляю с тем что пытаешься идти дальше, а, нет, давай я все таки напомню о себе худший способом из возможных».  — Я думаю, он немного не так размышлял, — ответила Даша, сделав очередную затяжку.  — А как? — Кашин протянул руку к подруге, та поделилась электронкой.  — Он же не мог знать, что ты узнаешь об этом. — Да неужели, — выдохнул пар Кашин, — он мне поэтому деньги за футболку скинул, да?  — Ты не думал, что он просто хотел тебе написать? — Пожала плечами Даша, принимая вейп обратно из чужих рук. — Почему тогда нельзя было нормальное что-то написать? — Например? — Например… — Даня откинул голову назад, задумавшись. — Например, мог бы извиниться.  — Боже, ты сейчас серьезно? — Грустно усмехнулась Даша. — Он думал, что умирает и написал тебе то, что смог выдумать его мозг под таблетками, и ты жалуешься, что это не совпало с твоими ожиданиями? — Выдала Даша на одном дыхании. Даня молчал несколько секунд, за это время Каплан успела сделать пару глотков вина.  — Если все так, как ты говоришь, — снова начал парень, в этот раз на тон ниже. — Если он всё ещё любит меня, почему он не написал об этом?  — Я не могу знать за него, Дань. Я просто говорю, что как мне кажется.  — И что тебе кажется насчёт этого? — Ещё тише спросил Кашин. Даша молча сделала несколько затяжек, прежде, чем ответить.  — Мне кажется, Руслан надеялся, что он не умрёт. Может, когда он позвонил мне, он думал, я по голосу не пойму, что что-то случилось, не смогу вытянуть из него правду и не узнаю, что с ним. Может, он думал, что я блефую насчёт скорой, — пауза. — Может быть он не написал тебе ничего личного, потому что он думает, что ты счастлив с кем-то другим, и он не захотел этому мешать.  С минуту молчали. Даша курила, Даня допил вино и налил себе ещё. Даша смотрела в окно, Даня смотрел то на Дашу, то на свою кружку. Комната наполнялась сладким запахом винограда.  — Я долбоёб, — хрипло выдохнул Кашин в полную тишину, стараясь не смотреть на подругу, чувствуя, что её взгляд теперь прикован к нему. — Я специально это сказал про ту блондинку. Я знал, что до Руслана это рано или поздно дойдет и сказал это. — Ты не мог знать, как именно он отреагирует, — пожала плечами Даша.  — Да, — кивок, — но я мог и не врать, и он был бы жив. — Он жив. — Сменила тон Даша.  — Ты не можешь этого знать, — спокойно продолжал Кашин.  — Как и ты.  Они сверлили друг друга взглядом несколько секунд, пока Даня не выдержал.  — Сорри, — он опустил глаза в пол, — не знаю, что со мной. Веду себя как мудак. — Ничего, — выдохнула Даша, — я тоже сама не своя из-за всего этого. — Да нет, со мной весь день какая-то хуйня происходит, — хмурился Кашин. — Я всё не могу перестать думать о том… О том, что пока Руслан тут лежал на холодном полу, истекая кровью, наверное очень напуганный, я лизался с его бывшей. Ну и кто из нас двоих еблан, Даш? — Кашин снова почувствовал , как в горле собирается ком. Глотать стало тяжелее, дышать было практически невозможно. Даня ещё пару секунд смотрел на свою полупустую кружку, пока подруга не прервала тишину.  — Подожди, с кем ты целовался? — Нахмурилась Даша. Кашин же, ничего ей не ответив, поднялся с места и быстрым шагом направился в сторону коридора. — Ты куда?  — Мне нужно пойти подышать.  — Ты надолго? — Крикнула Даша. — Не знаю, — так же громко ответил Даня, обуваясь.  Оказавшись на улице, Кашин оглянулся по сторонам, думая, в какую сторону ему стоит пойти. Конечной цели у него не было, хотелось просто идти, а куда — не так важно. В итоге Даня пошёл тем путём, который знал лучше всего. Он ускорял шаг всё сильнее, но не чувствовал облегчение. Хотелось не идти, хотелось бежать. В идеале бежать и кричать, но кричать Даня не осмелился, поэтому он побежал. В целом Кашин был достаточно выносливым человеком, он мог спокойно переносить разного рода физические нагрузки без особого труда. Но конкретно в тот момент, во время его пробежки, каждый шаг ощущался как выстрел в грудную клетку. Уже через несколько метров у него адски болел левый бог, но это не заставило Даню остановиться или хотя бы снизить темп. Улица была практически полностью пустая: за несколько минут бега Кашин единожды пробежал мимо компании подростков и мельком видел пару проезжающих рядом машин. Когда боль в боку стала невыносимой, а в глазах начало темнеть, Даня всё-таки остановился, оперевшись руками на колени. Он тяжело и шумно дышал. Вовремя распознав рвотные позывы, Кашин из последних сил сделал несколько шагов к ближайшим кустам и, постояв над ними меньше минуты, всё-таки блеванул прямо на их зелёную листву. Но даже этого было недостаточно. Дане хотелось снова попросить кого-то ударить его по лицу, но просить было некого: Даше, если она и согласится, не хватит силы, а компания подростков, которую видел на улице Кашин, куда-то бесследно растворилась. Был вариант удариться обо что-то самостоятельно — Даня прикидывал, сможет ли подъездной дверью разбить себе нос. Но этот вариант пришлось отложить, как минимум потому, что не хотелось ещё сильнее тревожить Дашу, как максимум потому, что Кашин не был уверен, дойдёт ли он хоть до какого-то подъезда. При этом Даня понимал, что, даже если он и сумеет нанести себе физическое увечье, ему будет мало. Он не сможет остановиться. Переносить боль с моральной на телесную таким образом было просто, когда боль моральная могла измеряться физической. В этот раз было иначе — наверное, соизмеримым было бы только самосожжение.  Немного отдышавшись, Даня сначала выпрямился, а затем выгнулся в спине, морщась. Болело всё тело, каждый сантиметр. В груди было тяжелее всего. Кашин развернулся и медленным шагом пошёл обратно к дому Руслана, но вдруг замер, зажав левый бок рукой. Перед глазами всё плыло. Даня спиной чувствовал чьё-то присутствие. Он знал, что там никого на самом деле нет, но пойти дальше, не оглянувшись назад, он заставить себя не смог.  Кашин обернулся и увидел Руслана, лежавшего на асфальте в нескольких метрах от него. Головой тот был отвёрнут от Дани, но последний точно его узнал. Вскрытую руку Кашину, однако, было видно отлично. Он зажмурился. Головой он понимал, что это не более, чем прикол его обессиленного мозга, но по телу всё равно прошла дрожь, и дышать стало ещё тяжелее, чем до этого. Даня протёр глаза, прежде чем снова взглянуть на дорогу — на этот раз там, конечно, никого уже не было. Кашин снова развернулся на сто восемьдесят градусов и вновь почувствовал чьё-то присутствие за спиной. Он знал, что Руслан, нарисованный его воображением, опять там, но в этот раз смог не оборачиваться. Он медленно пошёл обратно к нужному дому.  Когда Кашин открыл дверь с выломанным замком и снова оказался в чужой квартире, он с порога почувствовал запах еды. Разувшись, он пошёл на кухню, где встретил Дашу. Та в отсутствие Дани глушила вино в одиночку и успела пригубить практически всю бутылку. Рядом с её полупустой кружкой стояла тарелка, на ней лежал один бутерброд с колбасой и плавленым сыром, второй — то, что от него осталось — был у Даши в руке.  — Будешь? — С набитым ртом спросила девушка, кивая на стол. — Ты же не ешь после шести.  — Умеешь ты всё испортить, Кашин, — нахмурилась Даша, бросая откусанный бутерброд на тарелку. — Не называй меня так, — поморщился Даня. — Извини, — ответила подруга, прожевав, — ты нормально?  — Не особо, — признался Даня, присаживаясь на стул рядом. — Очень много мыслей, из-за этого голова квадратная. — Можешь высказаться, если хочешь, — пожала плечами Даша, — не обещаю, что станет легче, но попробовать стоит.  — А ты? Не хочешь типа… Сказать, что чувствуешь, — вполголоса произнёс Кашин, опустив взгляд. Он просто надеялся, что Даша начнёт, а он сможет как бы невзначай подхватить.  — Я всё уже высказала, — пожала плечами девушка. — Пока тебя не было я Виолетте позвонила и обо всём ей рассказала.  — Извини, что оставил тебя одну, — выдохнул Даня, разглядывая подругу. Теперь было ясно, почему её глаза стали розовее.  — Всё нормально, мне сильно легче стало. Что у тебя на уме, Дань? — Её голос звучал спокойно. Так спокойно, что Кашин сделал медленный выдох и опустил глаза в пол, приготовившись сделать то, что он делал крайне редко, а именно — поделиться своими мыслями.  — Я просто… — Даня протёр глаза, затем убрал руку и продолжил. — Всё то время, что мы были вместе, да даже дольше, я никогда не боялся потерять его. Я не боялся, что Руслан вдруг решит со мной расстаться — не потому, что считал это чем-то невозможным, а потому, что этого бессмысленно бояться: если он захочет от меня уйти, то он уйдёт, и я даже при большом желании не смогу его остановить — потому что я им не владею. Он не моя вещь, он отдельный человек. Я боялся обидеть его, боялся сделать больно — и морально, и физически — боялся навредить, боялся как-то уколоть. Потому что это было бы на мне, это моя ответственность. Я не боялся его потерять, — Кашин выдохнул, чувствуя, что это далеко не всё, что он хотел бы сказать. Он запрокинул голову назад, думая, что может заплакать, хотя слёзы никак не подступали. — Когда он меня кинул, в последнюю нашу с ним встречу, мне, конечно, было неприятно, — Даня поджал губы, зажмурившись. — Мне было больно. Но при этом я был относительно спокоен — я знал, что он в целом в порядке. Сейчас я понимаю, что я не могу его потерять. Только не так, — Даня уже мечтал о том, чтобы к его глазам подступили слёзы, он смог нормально проплакаться и заснуть. Так сильно плакать ему хотелось, наверное, впервые в жизни. Но не получалось. — Я знаю, что мне с ним уже ничего не светит, я просто не смогу… — Мотает головой, снова наклоняя её вниз. — Я не смогу его простить, и врать об этом я тоже не хочу — будет только хуже. Но мне нужно знать, что у него нормально. Мне нужно знать, что он жив, — веснушчатое лицо треснуло в кривой улыбке. — Сука, я впервые так сильно боюсь его потерять. Я бы многое отдал, чтобы узнать, что с ним сейчас. Чтобы увидеть его. Чтобы он снова на меня посмотрел, — с каждым новым словом голос Дани ставился тише, последние несколько фраз были едва слышны. Кашин почувствовал, что Даша взяла его за руку, но посмотреть в ее сторону он не мог.  — Это моя вина, — прохрипел Кашин, закрыв глаза. — Не твоя, нет. И не моя. Это просто одно большое последствие наших незначительных действий. Никто не виноват, и все виноваты одновременно.  — Ты не знаешь всего. — Знаю.  — А я, Даш? — Кашин пересилил себя и всё-таки взглянул на подругу. Правда, ненадолго.  — Что? — Я всё знаю?  Даша ничего не ответила, продолжая держать друга за руку. Тот смотрел в пол, тяжело дыша.  — Я сейчас так хочу заплакать, Даш, но нихуя не получается.  — Знаешь, — снова подала голос Каплан после небольшой паузы, — когда хватаешься за что-то горячее, то первое время не понимаешь, что произошло — тебе настолько больно, что ты этого не чувствуешь. С тобой сейчас происходит то же самое. На сознательном уровне ты понял, что произошло, но ещё не принял это. Тебе нужно отдохнуть. И мне, по хорошему, тоже.   Кашин кивнул, продолжая прятать взгляд.  Ночевать они решили в родительской спальне, а на утро просто перестелить бельё. Заходить в комнату Руслана, а тем более спать в ней, желания ни у кого не было.  Легли в кровать прямо в одежде и какое-то время молча смотрели в потолок в полной темноте. Недолго думая, Кашин достал из кармана штанов телефон и открыл галерею.  — Что ты…? Даня. — Даша попыталась выхватить телефон из чужих рук, когда поняла, что Даня искал фото с Русланом.  — Что?  — Не надо. Легче не станет. — А если станет?  — Ты блять прикалываешься? При каком условии тебе станет легче от этого?  Даня не был согласен, но всё равно молча погасил экран и убрал телефон обратно в карман. — Даже не вздумай, — зевая, протянула Даша, отворачиваясь к окну.  Кашин подождал ещё где-то минуту, прежде чем отвернуться спиной к подруге, накрывшись одеялом с головой. Он снова открыл галерею на телефоне и зашёл в папку «скрытое». О, да. Там было всё. Всё, что Даня не решался удалять и одновременно с этим всё то, на что он не мог смотреть. Фотографии, видео, скрины переписок и всё то, где не было Руслана, но оно было как-то с ним связано. Кашин, не думая, начал листать скриншоты. На него это никак не подействовало — возможно, из-за того, что он давно выучил их наизусть. Затем он начал пересматривать фотографии. Сердце неприятно ёкало на каждой из них, но на этом всё. Отключив звук, Даня открыл видео, причём абсолютно случайное. Он точно не понял, что там было, однако с первых же секунд вспомнил, когда и где оно снималось: это было начало декабря, в квартире Давида. Кашин точно не помнил, каким составом они собрались в тот раз, но это и не было важно. Видео было снято на фронтальную камеру, телефон держал Даня. Он снимал, лёжа вместе с Русланом на диване, головой чуть ниже плеча Тушенцова. Кашина практически не было видно, зато на весь экран растянулось лицо Руслана. Он показывал фак одной рукой в камеру, что-то при этом говоря. Судя по тому, как дрожало видео, Даня смеялся. Он честно не помнил, что они тогда обсуждали. Видео заканчивалось тем, что Руслан показал в камеру фак обеими руками и поджал губы, чуть морщась. Кашин решил прочитать по губам, что говорил Руслан, и запустил видео заново. Прочитать, правда, ничего не получилось, потому что видео вдруг стало мутным. В отличие от скриншотов и фото, тут Руслан двигался. Он улыбался, он что-то говорил и показывал. На видео Руслан был живым. Даня досмотрел второй раз и снова перемотал на начало, включая звук на минимальную громкость.  — В данном видеообращении я хочу передать Илье, чтобы он шёл нахуй, — послышался голос Руслана. Даня уже ничего не мог видеть из-за пелены слёз, поэтому он поднёс динамик к уху.  — Расскажи, за что, — сквозь смех Кашин на записи.  — За то что он меня в доте забанил, блять, — притворно злился Руслан.  — А за что он тебя забанил? — За то, что я его три раза подряд выебал, — Тушенцов давил в себе смех, пока Даня на фоне давился смехом. — Но я считаю, что причина не легитимная. Поэтому просто иди нахуй, Илюх. Разбань меня — я тебя ещё столько же раз отъебу. Иди в пизду, правда.  К концу записи Кашин, лежавший под одеялом, сжимал челюсть, закрыв зажмуренные глаза ладонью. Щёки его были мокрыми, в лёгких не осталось воздуха. Даня понимал, что ему вот-вот придётся вдохнуть, но сделать это беззвучно не получится.  Даша практически подскочила на месте, когда услышала рядом с собой громкий всхлип. Она повернулась к Дане — тот сидел, спрятав лицо в ладонях. Комнату освещал тусклый свет экрана телефона. «В данном видеообращении я хочу передать Илье, чтобы он шёл нахуй», — едва было слышно голос Руслана. — Даня, — испуганно выдохнула девушка, крепко обнимая друга. Тот сначала просто шумно дышал, а потом уткнулся лбом ей в плечо и буквально заскулил. Даша ласково гладила его по волосам, пока Кашин дрожал в её руках. Сначала Даня прокручивал в голове их последний с Русланом разговор, затем предпоследний. У Кашина в голове застряла одна единственная фраза Руслана: «Если бы ты знал, что я умру, ты бы меня спас?» Даня не мог перестать думать об этом вопросе. «Но я не знал», — мысленно отвечал Кашин, но от этого не становилось спокойнее. Даня не знал — если бы он знал, он бы сам вызвал скорую помощь, сам бы заказал такси. Если бы он знал, он бы бегом бежал от машины до нужной квартиры, он бы успел поговорить с Русланом, пока тот ещё был в сознании — или хотя бы успел просто побыть с ним подольше. Если бы Даня знал, к чему всё придёт, он бы не дал Руслану так быстро всё закончить. Если бы Даня знал, он бы целовал Руслана дольше и отчаяннее. Если бы он знал, он простил бы эту ёбанную измену.  Погрузившись в свои мысли, Кашин успокоился. Когда Даша решила, что он уснул прямо у неё на руках, Даня вдруг отстранился и быстро слез с кровати.  — Ты куда? — Сонно спросила Каплан. — Я за… Мне надо… — Невнятно ответил Даня, спотыкаясь на ровном месте. Удержав равновесие, он вышел в коридор. Дело было в том, что Кашин кое-что вспомнил и не мог не воспользоваться этой информацией. Даша направилась за ним с меньшим энтузиазмом. Она обнаружила Даню в комнате Руслана и потеряла дар речи — Кашин рылся в чужом шкафу одной рукой, пока другой держал телефон с включённым фонариком.  — Даня, блять, что ты…?  — Она должна быть где-то здесь, — сипло ответил парень, продолжая шариться по полкам. Через пару секунд со стороны шкафа послышался грохот. — Нашёл! — Даня развернулся к Даше, держа водку в одной руке и подсвечивая её фонариком. Девушка поморщилась из-за яркого света, но как только разглядела бутылку в чужих руках, заметно повеселела.  — Мы по одной, — по интонации не было понятно, утверждает Даша или спрашивает.  — Конечно, — на всякий случай ответил Даня, разливая водку по рюмкам. Первым выпил Даня, сразу делая несколько глотков из литровой бутылки колы, которую они с Дашей нашли в холодильнике. После водки они какое-то время молча сидели за столом.  — Может, ещё по одной? — Вдруг не выдержала Даша. Кашин улыбнулся в ответ, прежде чем снова разлить водку по рюмкам.  Они выпили в той же последовательности, что и в первый раз. После этого снова последовала тишина. Даша смотрела в окно полузакрытыми глазами. Даня достал телефон и положил его на стол.  «В данном видеообращении я хочу передать Илье, чтобы он шёл нахуй», — в очередной раз послышалось из динамика. Каплан перевела взгляд на друга — тот не отрывался от экрана телефона.  «Расскажи, за что».  «За то что он меня в доте забанил, блять».  Кашин закусил щёку изнутри.  Даша поднялась с места и подошла ближе, обнимая друга, прижимая его голову к груди. Свободной рукой она выключила чужой телефон.  — Дань, хватит над собой издеваться, — выдохнула девушка в рыжую макушку. — Давай ещё по одной, — промычал Даня в чужую толстовку.  waiting (1987 remix) - alice boman  Несколько дней пролетели незаметно — настолько незаметно, что Даня едва ли мог вспомнить, чем он занимался всё это время. Он смотрел прямо перед собой, разглядывая кроны деревьев. Зелёные листья красиво переливались на солнце.  — Примите наши соболезнования, — послышался женский голос откуда-то сзади.  Даня сделал глубокий вдох и шумный выдох, зажмурив глаза. Кашин вдруг понял, где он находится. Парень развернулся на голос — женщина, стоящая спиной к Дане, разговаривала с мамой Руслана. На последней был надет чёрный платок и такого же цвета платье. Она молча кивала, смотря в пол.   — Дань, ты как? — Послышался более знакомый голос рядом. Кашин перевёл взгляд на Дашу — на её голове тоже был чёрный платок. Она смотрела на Даню грустными, покрасневшими глазами, ожидая ответа. Даня не знал, что сказать. Даша молча уткнулась лбом ему в плечо.  — Я не верю. Не могу поверит, — хрипел Кашин. Подруга ничего не ответила на это. Она только выпрямилась и оглянулась на маму Руслана — та стояла возле входа в церковь. Кашин смотрел в ту же сторону. Это место было ему знакомо — здесь относительно недавно хоронили его бабушку. — Готов? — Спросила Даша вполголоса, не оборачиваясь на Даню. Даня не был готов.  Он зашёл в церковь, взяв Дашу под руку. Внутри было немного людей, все были одеты в чёрное. Их лиц Кашин не видел из-за пелены перед глазами. Он с трудом заставил себя взглянуть на…  — Почему гроб закрытый? — Шепнул Даня на ухо Даше, хмурясь. — Т-ш-ш, — шикнула Даша в ответ, приставляя указательный палец к губам.  Что-то было не так. Кашин оглянулся по сторонам. Даже проморгавшись он не мог рассмотреть людей рядом. Даня опустил взгляд вниз — на нём самом была белая футболка с принтом котёнка на груди. Блять.  Кашин проснулся на вдохе, широко раскрыв глаза. Пару секунд он смотрел в потолок, пока его зрение наконец не сфокусировалось. Следующие несколько минут он пытался восстановить дыхание. Никаких похорон — уже не плохо, но и никакой ясности при этом тоже не было. Немного придя в себя, Даня повернул голову в сторону Даши — та лежала рядом, спиной к Дане. Она почти полностью была накрыта одеялом, но даже так Кашин смог заметить, что на ней не было толстовки, зато был лифчик. Даня машинально отвернулся обратно к потолку и аккуратно дотронулся рукой до своего бедра под одеялом. На нём самом остались только боксеры. Кашин снова зажмурился, в этот раз пытаясь вспомнить, что вообще происходило ночью. Всё, что происходило после пятой рюмки, он помнил вспышками, никак не связанными друг с другом. Даня сел на краю кровати и сразу же схватился за голову. Перед глазами всё плыло так, как если бы он всё ещё был пьяный. Краем уха он слышал, что позади него начала ворочаться Даша. Оборачиваться на неё совершенно не хотелось.  — Доброе утро, — подруга звучала сонно. Она приподнялась на руках, пытаясь разлепить глаза. — Ты не голодный? — Даш, — едва слышно сказал Даня, повернувшись к подруге. Кашин был уверен, что в его глазах было видно, насколько он напуган. Он даже не знал, как это помягче спросить. — Мы вчера с тобой не…? — М? — Даша нахмурилась, пытаясь вглядеться в чужое лицо. Догадавшись, о чем переживает Даня, она хмыкнула и улыбнулась. — Нет, мы не трахались.  — Тогда почему… — Растерялся Кашин.  — А ты не помнишь? — Я помню, что сейчас наблюю.  — Ты издеваешься или реально не помнишь? — Даша говорила менее сонно и только сильнее хмурилась.  — Я клянусь я не помню. — Ты нажрался, — отрезала Каплан, глядя Дане в глаза. — Сильно. Сильнее, чем я. Потом ты облил нас обоих водкой. Я предложила не ложиться спать в мокрых вещах, а переодеться во что-нибудь из одежды Руслана. Ты начал истерить, типа мы не должны трогать его вещи без спроса, пока мы не знаем, что с ним.  — Странно, — хмурился Даня. — Водку-то я его пил. — Ты мне это рассказываешь?  Кашин опустил взгляд. Он не помнил ничего из этого, но ход своей мысли он отчасти мог понять. Даша тем временем сняла свой телефон с зарядки и начала просматривать уведомления  — Бля, — выдохнула она. — Мама Руслана ночью звонила. Надо перезвонить.  Даша подняла с пола свою толстовку из быстро надела её на себя. Схватив телефон она вышла в коридор. Даня последовал её примеру и нашёл на полу свои штаны. Натягивал он их на ходу, пока пытался нагнать подругу — ты уже стояла на балконе за закрытой дверью и активно кивала и жевала нижнюю губу, прислонив телефон к уху. Подойдя ближе, Кашин пытался вглядеться в её лицо, чтобы понять настроение того, что ей говорят. Заметив это, Даша только нахмурилась и отвернулась к окну, продолжая кивать. Даня успокаивал себя только тем, что будь там что-то ужасное, Даша бы уже отреагировала. Закончив звонок, она вышла к Дане — тот хмурился и пытался смотреть исключительно ей в глаза так, как будто в её глазах шла бегущая строка со всей нужной ему информацией.  — Хорошие новости есть, но мало. Первая — Руслан жив, — на одном дыхании выдала Даша.  Услышав это, Кашин резко выдохнул и опустился на корточки, закрывая лицо руками. Он шумно вздохнул и только потом поднял глаза на подругу.  — Теперь к плохим новостям, — продолжила та. — Сейчас Руслан в реанимации, он потерял много крови. Когда его оттуда выпустят — неизвестно, но не раньше, чем через неделю. Как только его окончательно выпишут мама Руслана планирует отправить его в рехаб. Сказала месяца на два точно, а дальше по ситуации.  — Рехаб? — Снова нахмурился Даня. — Он сказала, что ещё посоветуется с ним насчёт этого, — пожала плечами Даша. — То есть последнее слово за ним? — Вроде как да. С её слов, Руслан и сам понимает, что ему это нужно.  — Пиздец. Но он ведь не наркоман, — Даня выпрямился и снова смотрела на Дашу сверху вниз.  — А кто тогда? — Ну хуй знает, — повел плечом Кашин, уводя взгляд в сторону, — но рехаб?.. И что, она сделает так, как он скажет? — Я-то откуда знаю? Она сказала только, что посоветуется с Русом.  Ещё какое-то время они стояли молча друг напротив друга, глядя в пол. Никто не решался продолжить разговор. Первой сдалась Даша.  — Пойдем вторую бутылку откроем, — буркнула она. — Я на трезвую это не вывезу.  Даша пошла на кухню. Даня кивнул и пошёл вслед за ней.   Пока Кашин открывал очередную бутылку, он вдруг задумался о том, что Руслан и его мама, независимо друг от друга, оба прячут алкоголь на экстренный случай. От этой мысли Даня непроизвольно улыбнулся.  Вино разлили по тем же кружкам, из которых пили вечером. В этот раз на вкус оно казалось более мерзким, поэтому оба морщились, пока пили.  — Мама Руслана сказала, что приедет часов в пять, — вновь подала голос Даша после второго глотка. — До этого же времени должен дверной мастер приехать, возможно придётся его встретить.  — А сейчас сколько? — Нахмурился Даня. — Пол второго.  — Ебать, — выдох, — и чё нам только тут делать всё это время. — Вообще нам дохуя всего нужно сделать, — пожала плечами Даша. — Посуду помыть, поменять постельное, грязное в стирку закинуть. И я бы ещё раз пол тут помыла, — Даша кивнула на то место, которое они убирали вечером. Там остались разводы. — Да, уборка точно не повредит, — кивнул Кашин.  Когда в кружках ничего не осталось, Даня и Даша вернулись в родительскую спальню. Кашин надел футболку, Каплан — штаны. Начали уборку с того, что сняли постельное белье. Пока Даша доставала из шкафа чистое, Даня поставил грязное стираться. Когда постельное было заправлено, Даша предложила сделать перерыв. Они вернулись на кухню и сели за стол. Кашин снова разлил вино по кружкам и они продолжили пить. Через пару минут Даше позвонили. Оба задержали дыхание, пока девушка не достала телефон и не увидела вызов от незнакомого номера. Она нахмурилась, но на звонок ответила.  — Здравствуйте? — Даша смотрела на Кашина. Как только ей ответили с другого конца провода, девушка изменилась в лице. Она бесшумно произнесла «блять» так, чтобы Даня смог прочитать по губам. — А вы через сколько примерно будете? А попозже никак? Нет, я вас встречу, просто могу опоздать, — мямлила Даша, уткнувшись лбом в ладонь. Как только она сказала «Хорошо, до свидания», Даша тут же встала со стула. — Мне нужно съездить курьера встретить.  — Сейчас?  — Ну видимо да, — пожала плечами Даша. — Виолетта только вечером вернётся. Я быстро туда-обратно съезжу. Меня полчаса не будет от силы. — Окей, — кивнул Даня. — Я просто правда совсем про него забыла, так бы отменила. Прости. — Всё нормально, — улыбнулся Кашин, совершенно не представляя, что ему делать ближайшие полчаса, чтобы не сойти с ума. — Я тогда пойду. Увидимся. Даня снова кивнул в ответ, затем проводил Дашу взглядом. Когда входная дверь стукнула, Кашин повернулся обратно к своей кружке и, недолго думая, выпил её содержимое залпом.  Через полчаса Даша не приехала. И через час тоже. Дарья 15:57 Этот пидарас до сих пор не приехал Дарья 15:57 Ты там как? Данила 15:57 Нормально  Дарья 15:58 Мастер не приходил? Данила 15:58 Нет Дарья 15:58 Ясно Дарья 15:58 Держи меня в курсе Прочитав последние два сообщения от Даши, Даня пролайкал их и откинул голову назад, на спинку дивана, на котором он сидел. За прошедший час он успел сделать абсолютно все дела по дому, какие вообще мог придумать — всё, лишь бы оттянуть момент, когда ему снова нужно будет думать о чём-то более важном. Но теперь, когда квартира сияла, Кашин смотрел в потолок без единой мысли в его голове. Он так сильно устал, что на рефлексию банально не осталось сил.  Заскучав, Даня поменял вкладку на телефоне.  «В данном видеообращении я хочу передать Илье, чтобы он шёл нахуй…» — снова зазвучал знакомый голос из динамика. Кашин выключил это видео и решил пересмотреть что-нибудь более ранее. После недолгого поиска он нашёл видео, которое, судя по дате, было снято после их с Русланом первого поцелуя и до их первого нормального разговора о нём. Запись начиналась с того, что Даша снимала себя на фронтальную камеру, пока шла по улице уже после заката. Рядом с ней шёл Коля. Даша поправляла светлые пряди, свернув губы в трубочку. На фоне было слышно, как Даня и Руслан спорят о чём-то. Даша улыбнулась и подняла камеру над своей головой, теперь снимая их.  — Ты будку нахуй видел свою, Кашин? — Буркнул Руслан, пряча руки в карманы куртки. — Какие тебе Данки? — Так на вайбе же, — улыбался Даня. — Клянись, — шатен бросил взгляд на Кашина, а затем посмотрел в сторону Даши и, заметив, что та их снимает, подмигнул в камеру.  Даня вообще не помнил, о чём они тогда разговаривали с Русланом. Он даже не помнил, куда и зачем они шли таким составом. Недолго думая, Даня запустил видео с начала.  — Ты будку нахуй видел свою, Кашин? Какие тебе Данки? — Так на вайбе же.  — Клянись.  Даня ещё какое-то время листал папку «Скрытое». Большую её часть занимали скрины переписок и фотографии спящего Руслана. О существовании последнего типа снимков в галерее Кашина Руслан не имел понятия.  Отложив телефон, Даня снова откинул голову назад, прикрывая глаза. Он и сам не заметил как провалился в сон. Проснулся он от шума, доносящегося со стороны коридора. Должно быть, приехала Даша. Кашин быстро проверил телефон — время пол шестого вечера. От Даши несколько сообщений.  Дарья 17:12 Я уже не знаю приедет ли этот урод вообще Дарья 17:12 Ты там чё как Дань ?  Кашин протёр глаза, хмурясь. Он встал с дивана, чувствуя боль во всём теле, и направился к входной двери.  — О, привет, Дань, — кивнула мама Руслана, разуваясь. Рядом с ней в прихожей стоял маленький чёрный чемодан.  — Здравствуйте, — кивнул Кашин, вдруг осознав, что он не уверен насчёт её имени.  — А Даша где? — Она уехала, ей нужно было уехать, — мямлил Даня. Это была вторая его встреча с матерью Руслана, и Кашин уже не знал, какая из них более неловкая. Одно он знал точно — обе произошли максимально не вовремя. — Я сейчас тоже вещи соберу и поеду, — из вещей у Дани был только телефон и кофта, которая осталась висеть на спинке стула на кухне. Женщина кивнула ему в ответ. — Мастер не приходил, да?  — Не приходил. — Вот гад. Сейчас, значит, буду ему звонить.  Кашин пошёл на кухню, чтобы забрать свою зипку, и вдруг заметил, что возле плиты стояла недопитая водка. Даня замотал её в кофту и быстро прошмыгнул в комнату к Руслану, чтобы спрятать бутылку обратно в шкаф. Когда он снова вышел в коридор, мама Руслана спорила с кем-то по телефону. Даня всё пытался дождаться момента, чтобы попрощаться с ней, но та никак на него не оборачивалась. В итоге Кашин практически дошёл до прихожей, не сводя взгляда с женщины. Ему хотелось сказать ей что-нибудь насчёт её сына. Он не был уверен, насколько это было ей нужно, но Даня точно знал, что это было нужно ему самому.  — Вас когда в итоге ждать? Что значит не приедете? А мне об этом сообщать не нужно уже? — Мама Руслана повернулась в сторону Дани. При виде его она заметно подобрела и только молча улыбнулась, прежде чем снова переключиться на телефонный разговор. — Нет, это вы меня послушайте.  Кашин понял, что этого, видимо, хватит. Он обулся и вышел из квартиры. Оказавшись на улице он сразу же набрал Даше. — Я как раз собиралась тебе писать, — ответила та после первого гудка. — Мне мама Руслана написала, она… — Она приехала, да, — не дал договорить подруге Кашин. Та замолчала на пару секунд. — Как всё прошло? — Неплохо, — пожал плечами Даня. — Она выглядит спокойной. Достаточно спокойной для… Ну… — Ясно. Ты сейчас домой?  — Думаю, да. — Хорошо. Ты если что пиши. — Ты тоже.  В следующий раз Даша позвонила уже ближе к ночи. Кашин весь день провтыкал в компьютер, ничем особо не занимаясь.  — Привет, Дань, ну ты как? — Честно? Так себе, — выдохнул парень. — Я не помню вообще чтобы мне когда-то так тяжело было наедине с собой время проводить Я совсем не вывожу. — Приезжай в гости, — не раздумывая предложила Даша. — Можешь даже с ночёвкой. Ты же был в этой квартире да? — В которой? — Которая однушка с отдельной кухней. На кухне диван ещё стоит такой коричневый, — объяснила Даша, прежде чем назвать адрес. — Да, был, — поморщился Кашин. Та самая квартира, в которой ему разбили вазу о голову.  — Ну вот. Можешь на диване на этом переночевать. Виолетта тоже против не будет, он у нас всё равно не занят никогда.  — Я вам точно не помешаю? — Нахмурился Даня. — А ты чем думаешь мы тут занимаемся? — Рассмеялась Даша. — Все нормально, Дань, правда, приезжай. Можешь хоть на неделю остаться, я только рада буду. — Спасибо, — слабо улыбнулся Кашин, забыв, что ему нужно на само предложение.  — Приедешь? — Да.