Огненный рейв.

На следующее утро близнецы с миссис Уизли и Перси уехали в магазин, а мистер Уизли ушёл. Мы с Джинни остались одни. Я лежала на ковре в гостиной, а Джинни улеглась на диван. Мы наелись вкусностей, что были у близнецов и отдыхали. Мне было хорошо с ней рядом. — Так вы с Фредом встречаетесь? — улыбнувшись, спросила маленькая Уизли. Я кивнула головой и нас разразил хохот. — Я так рада, что ты в будущем станешь миссис Уизли. — Подожди, Джинни, может он передумает на мой счёт. — Я задумалась. А ведь мы можем в будущем расстаться и больше не вспоминать друг друга. Мы столько раз ссорились, но снова мирились. Я не хотела заглядывать в будущее. — Ой, он говорит о тебе после того, как закончился твой первый курс. Я думаю, что он полюбил тебя раньше… — и Джинни резко замолчала. Я поняла, что она сболтнула лишнего. Я не стала ругаться на неё или смеяться. Лишь предложила: — Научишь меня кататься на метле? — Конечно! Пойдём! — вскрикнула радостная подруга. Мы надели тёплые куртки Фреда и Джорджа и вышли с их мётлами на улицу. Я давно должна была научиться кататься, но Фред тянул с этим и я не знала причины, хотя он обещал. Я села на метлу, как и Джинни. Только девушка поднялась вверх, а я испугалась. — Давай, взлетай! И я взлетела. Сначала я старалась лететь аккуратно, а потом увеличивала скорость, пролетая ветки деревьев. Холодный воздух распустил мои волосы и они изредка попадали мне в глаза и рот. Я летала за Джинни, а потом она за мной. Мы, как бы, играли в пятнашки. Я уже не боялась летать и уверенно держалась на метле. Я начала догонять подругу, но крики снизу заставили меня оглянуться. — Слезайте, пока не убились! — кричал Фредерик. Я смотрела на него и летела вперёд за Джинни. И это было моей ошибкой. — Рокси, дерево! Я снова посмотрела вперёд и не успела спикировать в сторону. Я врезалась в дерево, упав с метлы. Кончики дерева цепляли меня, я всё падала, но ниразу не закричала и не пискнула. Казалось дерево было очень высоким. Через несколько секунд я оказалась лежащей в сугробе. Острые ветки оцарапали лицо, а рука начала больно ныть. Я попыталась подвинуть ей, но боль усилилась. Сев на пятую точку, я осмотрелась. Метла Фреда лежала рядом, а её хозяин бежал ко мне со всех ног вместе с братом. Джинни приземлилась недалеко от меня. Старший близнец упал рядом на колени, помогая мне стряхнуть снег с головы. — Идиотка! Ты же летать не умеешь! Со всем с ума сошла?! — кричал на меня Фред. Его горячие пальцы дотронулись до моего лба, а когда рука попала в моё поле зрения. я увидела тёмную жидкость. Парень поднял меня на руки и понёс в дом. — Скажи что-нибудь! Что-нибудь болит?! — Я сломала руку, — прошептала я, утыкаясь носом в жгучую кожу на шее. — Дура, — лишь сказал мне Фредерик, когда мы вошли в дом. Он мягко посадил меня на диван, а сам ушёл по лестнице. Парень ударил кулаком по стене, заставляя нас с его сестрой дёрнуться. Джинни села рядом и стала обрабатывать моё лицо от порезов. На ней лица не было. Я чувствовала, что она винит себя и остановила её руку. — Джинни, всё в порядке. Я в порядке. Он подуется и успокоится. — Прости меня, — всхлипнула девушка, уткнувшись мне носом в шею. Я засмеялась и стала гладить её успокаивающе по спине. Я думала, что разозлила Фреда своим поступком, заставила волноваться. Так ещё и руку сломала. Хорошо, что пришла миссис Уизли и наложила мне гипс. Теперь я должна так ходить несколько недель. Надо было дождаться парня и научиться с ним кататься, но также я не могла бросить Джинни одну. Все уже ушли спать. Я поднялась в комнату близнецов и тихо приоткрыла дверь, заглядывая внутрь. Я убедилась, что братья уже спали и юркнула в комнату, а затем легла рядом с Фредом. Парень мирно сопел в подушку. Хоть комнату освещал только лунный свет, я видела на сколько он был красив даже сейчас: помятые волосы, небольшие фиолетовые круги под глазами. Он был таким спокойным. Я убрала волосы с его глаз и провела ладонью по щеке, но рука была перехвачена резким захватом. — Что ты тут делаешь? Почему не спишь? — спросил Фредерик, поднявшись с подушки. Я медленно дотронулась до его губ своими, заставляя замолчать. Я хотела, чтобы мы сейчас помолчали. — Зубрила, что такое? — Я просто не хочу, чтобы ты ругался на нас с Джинни. А ещё я соскучилась, — шепнула я, приблизившись к нему. Фред накрыл меня своим одеялом и крепко обнял. — Прости, я должна была дождаться тебя. — Всё хорошо, если ты в порядке, — улыбнулся мне рыжий. Я сжалась в его тёплых объятиях, которые согревали меня. Фредерик гладил меня по голове, шепча нежные слова. Мне так приятно находиться рядом с ним и я не знала, что такое может наступить. Я могла только мечтать о таком парне, как Фред. Почему же мне так повезло. Фредерик спать явно не собирался, лишь развлекал меня разговорами. Я иногда зевала, но слушала всё, что он рассказывал. Шутки, о которых я не знала. Планы открыть в будущем свой магазин приколов. В этом все близнецы. Я не думала, что они когда-нибудь станут моими лучшими друзьями. Они веселились, а я училась. Мы такие разные, но такие близкие люди. Две недели каникул прошли замечательно. Фред и Джордж катали нас на санках. Мы лепили снеговика. Играли в квиддич, в который мой парень обещал меня обязательно научить играть в хорошую погоду. Я радовалась рядом с ним, как маленький ребёнок. Я начала забывать про всякие невзгоды, благодаря ему. Даже не вспоминала про отца и Гарри, что до этого крутились у меня в мыслях. Мы снова вернулись в Хогвартс, попрощаясь с семьёй Уизли до весенних каникул. Миссис Уизли взяла с меня обещание следить за учёбой братьев, но я улыбнулась хитрой улыбкой и не могла ничего пообещать. Она даже сняла мне гипс перед поездкой, за что я была ей благодарна. На следующий день начались занятия, первый был урок Хагрида. Мне так не хотелось дрожать под открытым небом два часа в холодное январское утро. Но урок оказался на удивление веселым. Хагрид–таки придумал, чем развлечь класс, принес целую кучу саламандр и разжег костер. Ребята весь урок подбрасывали в пламя сухие ветки и листья, а огнелюбивые ящерицы, извиваясь, сновали среди раскалившихся добела поленьев. После уроков я побежала к Ремусу, отдать обещанный подарок на Рождество, но совсем про него забыла до каникул. Все мысли теперь крутились вокруг Фреда. Я должна обязательно рассказать крёстному об этом. Не стучась, я влетела в кабинет, упала и поднялась под удивлённый взгляд Ремуса. Он стал выглядеть хуже: лицо помятое, усишки выросли ещё больше, а под глазами уже ожили мешки. Но я не перестала его любить. Разлука сделала мою любовь только сильнее. — Ремус! — кричала я, бросаясь в руки дяде. Он с удовольствием поднял меня, крепко обнимая. — Я так соскучилась по тебе. Мне столько надо тебе рассказать. — Мы сели за кресла и стали пить обещанный чай. Я рассказала как провела свои каникулы и отдала мармелад, что купила в Сладком королевстве. Также я не утаила, что начала встречаться с Фредом Уизли, который нравился мне с начала второго курса. — Представляешь! У нас был спор и я победила! Он первый влюбился! — Ух ты, принцесса, да как в тебя не влюбиться? Ты же вылитая мама, а она была просто бомбой, — смеялся Ремус, а я подхватывала его ободряющий смех. После нескольких часов у Ремуса, мужчина всё-таки выгнал меня, заставляя делать домашнюю работу. Ведь школу никто не отменял. Я пришла в гостиную, где сидела золотая троица и села делать доклады по зельвеварению. В помещение вбежали близнецы, которые явно старались спрятаться от кого-то. Фред и Джордж держали картину с другой стороны, стараясь не впускать неизвестного. Я недоумённым взглядом посмотрела на них и продолжила писать домашнюю работу. Неизвестным оказалась Джинни, у которой на лице нарисованы усы в точь-точь, как у Ремуса. — Вы придурки! — вскрикнула Джинни и убежала в комнату. Это заставило меня улыбнуться. Близнецы обошли золотое трио и встали рядом. Джордж сел напротив на стул, а Фред беспринципно поднял меня за руки, сел на моё место и посадил к себе на колени. Некоторые ученики шокировано посмотрели на нас. Так Рон вообще начал мастерски кашлять. Руки старшего близнеца легли на мою талию, а глаза бегали по пергаменту. — Тебе помочь с домашней работой, Зубрила? — Да, мы хоть и глупые, но помочь можем, — хихикнул Джордж. Я отрицательно покачала головой и посмотрела на друзей. — Чего уставились? — Когда вы начали встречаться? — спросил Рон. — На каникулах. Фред сам признался, — отвечал за нас Джордж. — А я им помог. — Поздравляю, Рокси, — улыбнулась лишь Гермиона, а Гарри с Роном кивнули головой и продолжили говорить на свою тему. Январь незаметно сменился февралем, а холода все еще держались. Матч Гриффиндора с Когтевраном приближался, Гарри так и ходил без метлы. Я решила выловить его и отдать свою, потому что я ей не пользуюсь, а если кататься то на пару раз. Когда все готовились к завтраку в выходные, я первая вылезла из кровати и спустилась в общую гостиную, где оставила свою метлу на столе и подписала записку Гарри: «От Р. Э. Б» Я надеюсь, что после этого он простит и меня, и поверит наконец-то, что ни я, ни отец ни в чем невиноваты. Я села в угол комнаты и стала наблюдать как все спускались со спальней. Я увидела Фреда и затащила его в угол, указывая пальцем на Гарри, что только что спустился. — Наблюдай. — Сказала я и мы смотрели вместе на Поттера и Рона, что осматривали «Чистомёт-11», что подарил мне отец. Да, я пообещала ему и самой себе, что научусь кататься, но у меня не вышло. Лицо Гарри менялся ежесекундно, а когда он прочитал записку, то повернулся в нашу сторону и улыбнулся, кивнул головой. Я повторила жест. Надеюсь, мы снова с ним сблизимся. Фред фыркнул на то, что я отдала замечательную метлу не ему, а Гарри и ушёл сидеть на диван, общаясь с Джорджем, что только что проснулся. Я села между ними. — Не смей дуться, Фредерик, если бы не я, то Гарри вообще бы не играл. — Она права, — встал на мою защиту Джордж, указывая пальцем в мою сторону. — Она отдала то, что ей подарил родной человек, а ты обижаешься. — Ладно, вы правы, прости, зубрила. — Фредерик крепко обнял меня и мы улыбнулись друг другу. — Ты пойдёшь на матч? — Нет, я хочу отдохнуть. Я слишком стремительно занялась учёбой, что у меня болит голова, — я чмокнула своего парня в губы и встала. — Я желаю вам победы, мальчики, не подведите меня. — Иди ложись в мою комнату. — Заявил Фредерик. Мы с Джорджем переглянулись. — Что? Лестницу я уже заколдовал. Ты можешь спокойно поспать, пока никого нет, а после игры я разбужу тебя. — Хорошо, спасибо. Я и правда направилась в комнату мальчиков. Сняв форму, я натянула растянутую футболку старшего близнецы и прыгнула в его кровать. Всё также пахло карамелью и освежающей мятой. Этот запах никогда не сможет мне надоесть. Я уткнулась носом в подушку, глубоко вдыхая аромат моего человека. Да, Фред мой человек и я его не отпущу. Пусть я упрямая и слишком горда, но я не позволю нам ссориться из-за пустяков, как они ссорились с Анджелиной. Я буду стараться над нашими отношениями и хочу, чтобы он тоже старался. Мы — две половинки целого. Это наши отношения. Наша жизнь. Наша любовь. Я проснулась от громких криков. Потирая глаза, я спустилась вниз и даже не удосужилась одеться. Все праздновали явно победу. Фред сидел довольный в кресле, наблюдая за компанией по квиддичу. Счастливый Джордж стал разбрасывать «мятных лягушек» как конфетти, а остальные общались между друг другом и ели всякие вкусности и пили сливочное пиво. Я попыталась пройти сквозь толпу и села к Фредерику на колено. — Поздравляю с победой, — зевнула я, а затем поцеловала парня в губы. Я хотела просто дотронуться, но Фред углубил поцелуй, не отпуская меня. Жар прилил к лицу, заставляя распустить волосы. Я боялась целоваться у всех на виду, но его это явно не смущало. Я легонько отодвинула его. — Эй, милашка, давай не здесь? — Это что моя футболка? — указал рыжий на моё одеяние. Я кивнула и тот усмехнулся гордой улыбкой. Я сидела вместе со всеми в зале, но меня смущал взгляд Анджелины. Она без злобы улыбалась мне, а один раз даже подмигнула. Я ответно послала ей улыбку. Джонсон не злилась и у меня как-будто груз упал с плеч. Да, она явно знала, что мы будем вместе. Праздник закончился в час ночи. Пришла профессор МакГонагалл, одетая в домашний халат из шотландки и с сеточкой на волосах, и велела всем идти спать. Я и близнецы всю дорогу в спальню не переставали обсуждать матч. Фредерик затащил меня в свою комнату, укладывая в свою кровать. Мы удобно устроились в обнимку, но не перестали разговаривать с Джорджем, а потом и с Ли, что зашёл в комнату. Надо было видеть его лицо, когда бедный парень услышал мой голос и увидел меня в постели Фреда. Мы начали смеяться, когда Джордан начал заикаться, а когда он махнул рукой, залились смехом пуще прежнего. Стоило нам закрыть глаза, как раздался крик из другой комнаты. Мы все выбежали в гостиную. Общая гостиная была освещена дотлевающими в камине углями, пол усеян мусором, оставшимся после праздника. В гостиной — никогого, кроме Гарри и Рона. — Кто кричал? — спросили мы в унисон с близнецами. — Рон. Он думал, что его хотел убить… твой отец, Рокси, — запнулся Поттер. Я закатила глаза и села на диван. — Ты уверен, что тебе не приснилось? В гостиную спустились девочки, зевая и поплотнее запахивая халаты. Прибывало и мальчиков. — Прекрасно! Значит, продолжим праздновать! — провозгласил неунывающий Фред Уизли. — Все марш наверх! — скомандовал ворвавшийся в гостиную Перси, прикалывая к пижаме значок старосты школы. — Перси, здесь Сириус Блэк. Он был у нас в спальне. С ножом. Разбудил меня. В гостиной стало тихо–тихо. — Глупости! — сказал Перси, но было видно, что он потрясен. — Ты переел, и тебе приснился кошмар… — Говорю тебе… — Ладно, замолчи. Хватит! В гостиную вернулась профессор МакГонагалл. Захлопнула за собой портрет с сэром Кэдоганом и обрушила на гостиную гневную тираду: — Я, разумеется, счастлива, что Гриффиндор выиграл. Но всему есть предел! Перси, я от вас такого не ожидала! — Я здесь ни при чем, профессор. Я только что приказал всем вернуться в спальни. Моему брату Рону приснился кошмар… — Неправда, это был не кошмар! — обиделся Рон. — Я проснулся, профессор, а Сириус Блэк стоит надо мной с ножом в руке! — МакГонагалл повернулась к Рону. — Не неси чушь, Рональд! — вскрикнула я, хватая за грудки друга. Рука Гарри остановила меня за милисекунду. — Это смешно, — сказала она. — Как он мог пройти в гостиную мимо нашего стража? — А вы у него спросите. — сказала я и указала пальцем на изнанку портрета сэра Кэдогана. — Спросите, не видел ли он… Глянув на Рона с подозрением, МакГонагалл толкнула портрет и вышла. Вся гостиная затаила дыхание. — Сэр Кэдоган, вы вот только что никого не впускали в башню? — Как же, добрая леди, впустил. — Вы… впустили? А… а пароль?! — А у него они были! — гордо сказал сэр Кэдоган. — На всю неделю, миледи. Целый список на кусочке пергамента. Он их мне прочитал! — Профессор МакГонагалл вернулась сквозь узкий проем в гостиную. Гриффиндорцы оторопело молчали, профессор была бледна как мел. — Какой, — дрожащим голосом начала она, — какой неописуемый глупец написал на клочке пергамента все пароли недели и потом потерял его? Гробовое молчание в гриффиндорской гостиной было нарушено слабым, испуганным всхлипом. Невилл Долгопупс, дрожа от макушки до носков пушистых комнатных тапочек, медленно поднял руку. — Невилл, Невилл… Фред сел рядом, прижимая к себе. Он, как-будто, — почувствовал моё настроение и сжал меня. Я не могла даже подумать, для чего папе нужен Рон. Он явно не собирался его убивать. Ведь он здоровый и умный человек. Ему ничего не сделал Уизли. Да быть такого не может. Это чистый бред. Я не верила в это и не собираюсь. Я знаю, что мой отец чист, как лист пергамента. Я не поменяю своего мнения о нём, потому что моя любовь к нему сильнее.