Огненный рейв.

Казалось, погода ликовала от завоевания кубка — с наступлением июня дни стали жаркие и безоблачные, природа словно приглашала прогуляться по лугам или поваляться в траве, прихватив с собой пару литров ледяного тыквенного сока, сыграть партию–другую в плюй–камни или хотя бы просто наблюдать, как гигантский кальмар лениво рассекает гладь озера. Но никто и помыслить не мог ни о чем подобном — надвигались экзамены, и, вместо того чтобы прохлаждаться в окрестностях, гриффиндорцы безвылазно сидели в замке, отчаянно пытаясь сосредоточиться на учебе и стараясь не обращать внимание на манящие порывы летнего ветерка, залетающего в окна. Даже Фреду и Джорджу Уизли пришлось унизиться до зубрежки — им предстояло сдавать экзамены по Суперотменному Волшебству. Я долго их убеждала, что экзамены близко и пора начать готовиться, но сначала близнецы припирались со мной, а потом всё же начали учить материал. У Перси задача была куда серьезнее — он готовился к сдаче ЖАБА (Жутко Академической Блестящей Аттестации). Это была самая высокая степень, получаемая в Хогвартсе. Перси собирался поступать на службу в Министерство магии, и ему требовались высшие оценки. Он становился все раздражительней и строго наказывал тех, кто по вечерам нарушал тишину в Общей гостиной. С началом экзаменационной сессии на замок опустилась удивительная, почти неестественная тишина. В понедельник, ближе к обеду бледные и замученные третьекурсники выходили с экзамена по трансфигурации, обсуждая результаты и горько жалуясь на трудность заданий — требовалось, например, превратить фарфоровый чайник в черепаху. Сетования Гермионы из–за того, что ее черепаха получилась уж очень похожей на морскую вместо обычной, вызывали только всеобщее раздражение; остальным подобные проблемы казались откровенно смехотворными. Я сдала все экзамены на отлично, благодаря близнецам, которые старательно сначала помогали мне, а потом сами учили свои уроки. Я бы, наверно, не сдала бы без их помощи. — У моей носик от чайника так и остался вместо хвоста, вот кошмар–то… — Кто-нибудь слышал: могут черепахи дышать паром? — Смотрю, а на панцире синий узор от чайника. Думаете, снизят за это баллы? Затем торопливый обед и снова, без передышки, наверх, на экзамен по заклинаниям. Гермиона оказалась права: профессор Флитвик и в самом деле решил вынести на экзамен Веселящие чары. Гарри, разволновавшись, слегка переборщил и довел Рона, на котором демонстрировал свое искусство, до припадков истерического хохота, так что беднягу на целый час пришлось поместить для успокоения в отдельную комнату, прежде чем он сам смог взяться за выполнение задания. После ужина я и остальные студенты поспешили в Общую гостиную, но не отдыхать, а готовиться к следующим экзаменам — по уходу за магическими существами, зельям и астрономии. Утром первым был уход за магическими существами. Лесничий пребывал в полном расстройстве чувств, его мысли были явно где–то далеко. Он принес в класс объемистый чан с флоббер–червями и объявил, что экзамен сдаст тот, чьи черви будут все еще живы к концу часа. А поскольку эти малосимпатичные существа для своего благоденствия нуждались лишь в том, чтобы их не трогали, то экзамен получился самый легкий из всех. Я хотела подойти к Хагриду, но не стала. Вместо меня это сделали Гарри, Рон и Гермиона. Я знала, что сегодня Клювокрыла казнят, но не могла что-либо сделать. Это было не в моих силах. Да, я сдалась, но эта троица не отпускала руки, чему я была очень сильна рада. В тот же день их ожидал и экзамен по зельям, который обернулся для меня полной удачей, потому что я справилась на сто баллов. Я смогла сгустить Морочащую закваску, и Снегг, наблюдавший за мной с кривым недовольством, нацарапал в своих записях нечто, подозрительно похожее на «Превосходно». Затем была астрономия — темной ночью, на площадке самой высокой из башен. За ней в среду история магии. Мы писали сочинение, где я спешно припоминала всё, что слышала на уроках о средневековой охоте на ведьм. После обеда в среду сдавали травологию — экзамен проходил в оранжереях, на солнечном пекле, и у многих обгорели шеи. И, вернувшись в Общую гостиную, все только и мечтали о блаженном часе завтрашнего дня, когда все будет позади. Я упала на ковёр, распластавшись в разные стороны свои конечности. Я так устала от экзаменов, что уснула прямо на полу. Меня разбудили друзья, которые столпились около моего спящего тела. Я открыла глаза и несколько пар глаз смотрели в мои. Фред помог подняться, нервно улыбаясь, а Гермиона, Гарри и Рон сели рядом на диван. — Зубрила, ты чего тут спишь? Холодно же на полу. — Всё в порядке, просто я так устала, что мне было лень подниматься по лестнице, — выдохнула я. Фредерик, как обычно, закинул меня на плечо и понёс в свою комнату. Да, я уже пол учебного года жила у него в комнате, изредка появляясь в своей. Мне было так спокойнее, но думаю, что со следующего года вернусь в свою. Предпоследним экзаменом — в четверг утром — была защита от темных искусств. Ремус устроил самое диковинное испытание, какое только можно вообразить, — полосу препятствий на пересеченной местности. Надо было перейти вброд глубокую заводь — в ней засел гриндилоу; преодолеть цепочку канав, полных красных колпаков; прошлепать по участку болотной топи, не поддаваясь на сбивающие с пути хитрости фонарника. И в конце концов, забравшись в дупло старого дуба, сразиться с очередным боггартом. — Превосходно, Рокси, — негромко заметил Люпин, когда я, радостно улыбаясь, показалась из дупла. Ремус подмигнул мне в знак поддержки и я вылезла из дыры. — Высший балл. Я была переполнена ощущением успеха У Рона и Гарри все шло прекрасно, пока Рон не добрался до фонарника, который умудрился–таки заманить его в трясину, куда Рон и провалился по пояс. Гермиона все делала безупречно до самого дупла с боггартом. Побыв там минуту, она с визгом вылетела наружу, Гарри же справился со всем, как и я. — Гермиона! — поднял брови Люпин. — Что случилось? — Там п–п–профессор МакГонагалл, — едва дыша, вымолвила та, указывая на дупло. — Она сказала, что я завалила все экзамены! Мы начали смеяться, но когда грозный взгляд Грейнджер прошёлся по нам, то мы все сразу успокоились. Друзья ушли, а я осталась ждать, когда у крёстного закончится экзамен. Я ждала минут десять-пятнадцать и вот последний ученик прошёл экзамен и покинул кабинет. Я села на парту, вытягивая ноги от усталости. Ремус встал рядом. — Ты молодец, принцесса, ты сдала все экзамены? — Обижаешь, везде «Превосходно», — горделиво произнесла я. Ремус потрепал меня по голове и засмеялся. — Молодец, обещаю тебе подарок за хорошую учёбу, — сказал крёстный. Я отрицательно покачала головой. — Что? Ты не хочешь? — Нет, я хочу учиться сама. По своему желанию. Мы поговорили с Ремусом и я вышла из кабинета, где меня ждал Фред. Парень разговаривал с Симусом Финиганом и как только заметил меня, то попрощался с ним. Я подошла к рыжему. — Поздравь меня, у меня «Превосходно», это был последний экзамен, — улыбнулась я. Фредерик обнял меня и мы направились в башню. — Я тебя поздравляю, зубрила, ты лучшая, — хихикал Фредерик. Мы назвали пароль, зашли в гостиную и сели на кресло. Я медленным движением перебирала волосы парня и смотрела в окно. — Ты помнишь, что я просил тебя перед игрой? — Да, а что? — Хочу, чтобы ты была со мной всё лето. Только со мной. — Фредерик полез в карман и начал что-то там искать. — Слушай, Рокси, я знаю, что бываю иногда несносным, но… — Что случилось, Фредди? — Это его выражение лица, заставило волноваться меня, потому что я никогда не видела его таким красным, как сейчас. Уж слишком он был смущён. Уизли достал небольшую коробочку из кармана. Моё дыхание сбилось. Я не знала, как на это реагировать. Я люблю его, но мы лишь школьники и встречаемся лишь полгода. Фред открыл коробочку, где лежало красивое серебряное кольцо с розовым камнем в виде сердца. — Фред… — Послушай, я очень сильно тебя люблю, может даже слишком, но я не могу молчать. Рокси, ты завладела моим сердцем ещё на первом курсе, когда мы были детьми, а теперь мы старшекурсники. Так вот, Мисс Блэк, я хочу, чтобы вы дали обещание мне, мистеру Уизли, что станете в будущем Миссис Уизли, шептал быстро Фред. Я перестала и вовсе дышать. Этот поступок заставил меня пустить слёзы, которые редко появлялись на моём лице. — Ты плачешь от радости или от горя, что в будущем придётся жить с таким, как я? — шутил Уизли, но я-то знала, что он волнуется. — Ну ты и дурак, — засмеялась сквозь слёзы я. Я провела рукой по глазам и вытерла все оставшиеся слёзы. — Дурак! — ударила я парня. — Конечно, я хочу стать в будущем Миссис Уизли. — Зубрила, я так рад! — вскрикнул Фред, крепко цепляясь за меня. — Боже, как же я боялся, что ты откажешься! — Потому что ты дурак! — кричала я на него и била кулаком в грудь. Этот жест заставил его рассмеяться.