Девушка из прошлого

Никогда, никогда не позволяйте никому говорить вам, что вы можете и чего не можете. Докажите, что циники ошибаются. Это их проблема, что у них нет воображения. Единственный предел — это небо. Ваше небо. Ваш предел.

Том Хиддлстон.

Тихая поступь, едва заметные выпады, смазанные движения, но при этом чёткая и ясная тактика. Девушка перебежками продвигалась по коридору. Пытаясь остаться незамеченной, она лавировала от одной стены к другой, на ощупь находя себе путь. Темнота. Везде. Но почему? Она одна? Нет охраны? Почему её пустили? Столько вопросов, ответы на которые найти ей не суждено… Пока что. Легонько толкнув дубовую межкомнатную дверь, девушка заглянула в помещение — огромный зал, оформленный, как подобает Тому-Самому-Тони-Старку. Несмотря на то, что только лунный свет озарял комнату, в глаза сразу бросалась эта… Роскошь. Хотя глупо было предполагать, что гений-миллиардер-плей-бой-филантроп будет в чём-то отказывать себе любимому для того, чтобы пожертвовать лишние деньги в детский приют. Как глупо… В комнате никого. Во всяком случае она никого не заметила. Больше приоткрыть дверь и тихонько прокрасться внутрь. Отлично. Полдела уже сделано. Хоть незнакомка и не могла увидеть в темноте все детали обстановки, но цель заприметила сразу же. В специальной ложе в стене аккуратно закрытый верхней затворкой находился сейф, явно очень дорогой и хорошо охраняемый. Девушка легонько сжала маленькое устройство через ткань кармана. Это было сделано вовсе не намерено, на подсознательном уровне. Оттолкнувшись от стены, она направилась прямиком к этому сейфу, неслышно ступая по ворсистому ковру. Но внезапно её взгляд наткнулся на нечто блестящее. Этот предмет находился на тумбе возле окна. Серебристый лунный свет отбивался от круглой стеклянной поверхности, мягко отражаясь в воде декоративного водопада. Он вовсе не резал глаза, наоборот — привлекал внимание. На полпути к цели, завидев этот отблеск, Наша Таинственная Незнакомка резко остановилась. Размышляя, она украдкой огляделась по сторонам, и изменила своё направление. Несколько спешных шагов, и девушка уже возле темного силуэта огромной тумбы. Она берёт в руки непонятный доселе предмет, и всё сразу обретает ясность. Форма, цвет, материал — как же она раньше не догадалась! — на тумбе стоит снежный шар. Девушка улыбается уголками губ и обхватывает овальную подставку шара, на которой изображена рельефная надпись «Добро пожаловать в Нью-Йорк!», и легонько встряхивает игрушку. Снежные комья спокойно опускаются на крыши миниатюрных зданий, поблёскивая и переливаясь в лунном свете. Поневоле в памяти девушки всплывают дорогие сердцу минуты из прошлой, давно забытой жизни.

***

- Что это, Клинт? — маленькая девочка с чёрными, как смоль, волосами завороженно рассматривала белые пушистые хлопья снега. Там, откуда она родом, снегопады последние года не сопровождали зиму своим внезапным появлением. Штат Флорида в этот период времени был чуть ли не самым жарким из всем американских штатов, что и подтверждали погодные сводки метеорологов за последние десять с лишним лет, шесть из которых и застала эта маленькая особа. Взгляд малышки искрился задорным огоньком, а её радостная улыбка удивляла своё искренностью. Она посмотрела на свои красные шерстяные варежки, на которых аккуратным узором лежали ещё не растаивщие снежинки. Согласитесь, прекрасное зрелище! Они удивляют своей неповторимостью, завораживают всем разнообразием форм и обрамлений. Они, снежинки — это то самое творение изобретательной природы, которое поражает нас, заставляет почувствовать присутствие праздника, как бы глупо это не звучало. Возможно, это всего лишь давно сложившиеся традиционные стереотипы, которые и внушают нам это приятное чувство лёгкости. Но так хочется верить, что это не что иное, как настоящее… — Это ведь чудо? Правда, Клинт? — она немного поворачивает голову назад, пытаясь разглядеть парня, к которому обращается. Мальчик двенадцати лет стоит, скрестив руки на груди, и улыбается, наблюдая за действиями этой малышки. — Единственное чудо здесь — это ты, сестрёнка, — он резко срывается с места, подбегает к девочке и подхватывает её на руки, начиная кружить в воздухе. Звонкий детский смех разносится по всей округе. Парень ставит сестру на землю, наклоняется и щёлкает её по носу, из-за чего девочка наигранно недовольно жмурится и снова начинает улыбаться. Эта идиллия длиться ровно до того момента, как чей-то грубый голос окликает их, призывая подойти к машине. Клинт поворачивается на звук, а девочка, увидев человека, который зовёт их, нервно всхлипывает и хватает брата за руку, ища поддержки, защиты. Парень беспомощно вздыхает, не смея перечить мужчине, и только сильнее сжимает маленькую ладошку в своей руке.

***

Мгновение — и девушка опять здесь, с нами, пытается совладать со сбившимся дыханием и унять волнами накатывающую дрожь, которая заставляет ноги подкоситься. Она хватается за край тумбы, облокачиваясь на неё, в надежде найти опору. Снова закрывает глаза, делая глубокий вдох, и ставит снежный шар, который всё это время держала в руках, на своё законное место. Разворачивается к тумбе спиной, всё ещё держась за угол и тяжело дыша. Закусывает губу, пытаясь заглушить этот временный приступ боли, которая раскалённым свинцом разливается где-то в области груди, не давая возможность сердцу нормально функционировать. Чёртовы воспоминания! Почему все её слабости связаны именно с ними? Почему её мозг просто не может выбросить из головы того мальчишку, который снится ей каждую ночь, которого она когда-то давно любила больше жизни? Почему это происходит с ней? За что? Резкий щёлчок. Девушка распахивает глаза и сразу же зарывает их, ослеплённая ярким светом. Быстро моргает, силясь привыкнуть к новой обстановке. Снова открывает глаза и осматривается. Свет, везде горит свет. Как по сигналу он зажёгся во всем доме. «А вот и обещанная подстава…» — весьма точно подмечает девушка, увидев, что дверь в комнату распахивается резким толчком. Секунда. И девушка уже спряталась за спинкой дивана, лихорадочно соображая, что же делать дальше. Тихонько выглянув из своего убежища, она оценивает ситуацию. Трое мужчин в форме, хорошо вооружены. Странно… Разве такой должна быть обычная охрана? Она вновь слышит приближающиеся к входу в помещение шаги — звонкий стук каблуков по кафелю. Интересно. Минута молчания. И женский голос начинает отдавать весьма логичные и правильные приказы. Девушка тем временем недовольно кривится, ловя себя на мысли, что прекрасно знает, кому принадлежит этот голос. А после делает огромную ошибку — она резко выглядывает из-за дивана, в надежде рассмотреть источник звука и убедиться в своей правоте. Но как только она это делает, то понимает, что она действительно была права и что этот самый источник с огненными растрепанными волосами сейчас смотрит прямо на неё. «Вот это полная хрень…» — удачная фраза, учитывая то, что сейчас девушка лицом к лицу встретилась с Чёрной Вдовой — специальным агентом Щ.И.Т. - а. Другими словами — с представителем той организации, которая уже два с лишним года ведёт на неё беспрерывную охоту. — Забудьте всё, что я говорила до этого, — самодовольно улыбаясь, говорит рыжая бестия, направляясь к тому самому дивану. - Ну, здравствуй, Лия. Долго ты собираешься прятаться? Девушка выдыхает, резко вскакивает с места и снова оказывается прижата спиной к огромной дубовой тумбе, оформленной под стать деревянной двери. — Привет, Наташа, — как-то совсем без энтузиазма отвечает девушка. — Давно не виделись. — Да уж, давно… — Романова лишь ухмыляется, наблюдая за тщетными попытками этой особы придумать, как выйти сухой из воды. — А ты не изменилась, Лия… Всё такая же дурочка. — Ну, может быть и дурочка, — презрительный оскал, —, но я хотя бы не вкалываю на правительство, пытаясь замести следы своего жалкого прошлого. Наташа хмурится, силясь нацепить маску безразличия и показать, что фраза её никак не задела. В этом минус встреч со старыми знакомыми, которые успели стать врагами — они о тебе много чего знают, что ты, в свою очередь, пытаешься забыть. — Но меня не преследуют, да и я не бегаю от собственных родственников, как от огня, — прямо по больному. Лихо. — Ты посмотри на всё это с моей стороны, забудь о том, что ты — жертва, — Наташа довольно усмехается. — Прямо охота на ведьм.* — Тоже мне, святая инквизиция,** — до глупости идиотское сравнение. И Лия это прекрасно понимает. — А ты и не Жанна д’Арк,*** — злостная ухмылка. — О, и на том спасибо. Не хочу, чтобы меня сожгли заживо на костре… За то, что спасла множество жизней. Не за что, фактически, — победоносная улыбка. Лия явно выиграла это словесное сражение. — Ладно, хватит болтать. — Рявкает Романова. Её раздражает вся эта ситуация. И Лие это определённо нравится. Наташа в несколько секунд преодолевает расстояние между ними, впечатывая девушку ещё больше в тумбу. Замахивается для удара, но та ставит блок, попутно уворачиваясь от атаки другой рукой. Тут и думать не нужно, лишь доверится инстинктам. Так её учили, так она делает. Снова удар, Лия ставит блок — весьма успешно — и теперь не ждёт, пока Романова уберёт руку, а с силой толкает её от себя, чтобы немного освободиться и дать самой себе возможность уйти. Но Чёрная Вдова на то и опытный спец-агент, что не медлит, и в бою ей равных нет. Она отступает на шаг назад, но сразу делает выпад ногой, намереваясь нанести удар. Лия наклоняется, пытаясь увернуться. И у неё получается, но как только она возвращается в исходную позицию, получает хороший удар в челюсть. В глазах на мгновение темнеет, мысли путаются, а во рту появляется противный солоноватый привкус крови, который отдает железом. И только тумба, в которую девушка вбивается спиной, помогает ей удержаться на ногах. Всего на миг восприятие искажается… Всего на миг. А в следующую секунду Лия вновь уворачивается от удара, резко уклоняясь в сторону, теряет равновесие и уже летит на пол, но тут же группируется, из-за чего столкновение с полом не кажется таким жестким. Ещё мгновение и девушка вскакивает на ноги, и бегом несётся к противоположной двери, в конце зала, не совсем понимая, почему за ней никто не гонится. Пару раз чуть не упав, но всё-таки добравшись до спасительного выхода, она тянет на себя ручку двери, настежь распахивая её. И тут же замирает на месте… Сердце пропускает пару ударов, а она будто находится в вакууме. На неё смотрят такие до боли, до дрожи в коленках родные, но уже давно забытые зелёные глаза. Смотрят с сожалением, осуждением и долей жалости. Смотрят так, как это было в день проливного дождя, более пяти лет назад, когда они выделись последний раз. Почему-то по её щеке катится слеза, такая горячая, что она невольно вытирает её подушечками пальцев. — Лия… — Его голос возвращает девушку в реальность. Хватит страдать и плакать. Ты не знаешь этого человека. Он никто тебе! Он больше не твой брат… Она резко налегает всем телом, толкая мужчину. Бартон, обескураженный таким поворотом событий, повинуется и отступает. Девушка же пользуется моментом, продолжая со всех ног бежать по длинному коридору. В конце ещё одна арка, которая ведёт в новое помещение. Она влетает внутрь, не забыв при этом с глухим стуком удариться о косяк. На минуту останавливается, чтобы перевести дыхание и осмотреться. Просторная спальня. На удивление, аккуратная и вовсе не вычурна, как другие комнаты. Приятные постельные цвета не режут глаз, создают уют. Минимум мебели, но достаточно дорогой, чтобы этим гордиться. Дверей нет. Некуда бежать. Тупик, глухой угол. Попалась! Лия слышит приближающей шум в коридоре и в тот же момент замечает, что длинные легкие шторы из прозрачного белого шёлка слегка колышутся от сквозняка. Реакция немного заторможена (хорошо её Наташа приложила) , но она мгновенно соображает и сопоставляет, что к чему. Она пулей вылетает на просторную веранду. Но недопустимая заминка уже стоила ей свободы, если только… На балкон вваливается Романова, следом Лучник и ещё пару ребят из личного списка Лии под названием «Таких злить не стоит». Девушка впечатывается спиной в невысокий бортик, понимая, что путь к свободе отрезала сама себе. — Ну, вот и всё, милая, — теперь уже Наташа улыбается победно. — Тебе некуда бежать. Лия же нервно выдыхает, косясь за спину, оценивая ситуацию. А обстановка явно не в её пользу. Но она никогда не сдаётся… На то она и Бартон. Это у них семейное, к сожалению. Девушка смотрит вниз. А там обрыв. Скалы, вода и, видимо, смерть. А ещё липкий страх. Она ведь дико боится высоты. — Брось, — проследив за взглядом воровки, Романова кривится. — Предпочтёшь смерть? Так что ли? Лия размышляет. А страх тем временем наступает, обволакивая её с ног до головы. Лоб покрывается испариной, а тело бьёт мелкая дрожь. Что же ей делать? — Лия, не делай глупостей, — Сокол делает шаг навстречу, насторожено глядя на сестру. Что бы их ни разлучило, что бы ни преследовало, оно того не стоит. Сейчас нужно забыть взаимные обиды и разочарования. Он не хочет, чтобы девушка пострадала. — У тебя духу не хватит, — ухмылка Романовой становится последней каплей. Девушка рвано вздыхает. Пора начинать бороться с собственными фобиями. - Идите к чёрту! Разворачивается, переклоняется через бортик, отталкивается от пола и летит вниз. И знаете, ложь всё это… Не проносится жизнь перед глазами. Хотя, может, ей просто нечего вспоминать. И страха сейчас нет. Нет чувства скорой кончины, обещанной легкости, ты не ощущаешь ничего. Совсем. Пустота… Внутри лишь пустота. И до умопомрачения сильное желание закрыть глаза, абстрагироваться. Забыть об этом грешном мире хоть на долю секунды, каковой и является полёт. А потом… А потом кто-то хватает тебя за плечи железной хваткой, в прямом смысле этого слова. Лия открывает глаза, всё рябит. Слишком много красного и золотого. Вычурно как-то. Неужели это… — Ну что ты, красавица, — маска Железного Человека откидывается назад, и девушка может разглядеть до одури довольное собой лицо Того-Самого-Супергероя-Тони-Старка, — зачем же предпринимать такие радикальные меры? Мужчина игриво подмигивает ей и крепче сжимает её плечи, прислоняя к себе спиной, чтобы было удобно. Лия лишь обреченно закатывает глаза и кривится. Вырываться нет смысла, всё равно не выйдет. — Заткнись, — недовольно рычит девушка в ответ. — Ох, какие мы грозные. Мне прямо страшно стало. — Смеётся Тони, пытаясь отшутиться. Лия скрипит зубами, но ничего не говорит. Подумать только! Минуту назад её спас человек, которого она ненавидит всем своим естеством, которому под угрозой смерти никогда бы не сказала доброго слова… Вот уж Судьба… Во истину, шутница. Примечания автора: * — Охота на ведьм — преследование людей, подозреваемых в колдовстве. Уголовное преследование ведьм и колдунов известно с древности, но особого размаха достигло в Западной Европе конца XV — середины XVII веков. ** — В католических странах дела о колдовстве, как правило, рассматривались церковным судом — инквизицией. Наказания за колдовство варьировались от штрафа до смертной казни, в зависимости от тяжести обвинений и степени раскаяния подсудимого. Приговорённых к смерти обычно сжигали на костре, заживо или предварительно умертвляя, а также топили. *** — Жанна д’Арк — национальная героиня Франции, одна из командующих французскими войсками в Столетней войне. Попав в плен к бургундцам, была передана англичанам, осуждена как еретичка и сожжена на костре. Впоследствии была реабилитирована и канонизирована — причислена Католической церковью к лику святых.