Поворот не туда

      Ладони жгло. Кожа на них содрана об асфальт. Боль, острая, резкая, обжигающая. На мгновение это отвлекло от того, что творилось с сердцем. Его хруст, треск и скрежет заглушили звуки шумного мегаполиса. Наверное, прохожие на него смотрели, с интересом или отвращением, непониманием или презрением, они куда-то спешили, а он мешал им пройти. Это неважно. Тэхёну всё равно. Тот, чей взгляд он бы хотел почувствовать на себе, на него не смотрел. И, наверное, больше никогда не посмотрит.       Может быть, пошёл дождь, а может быть, это слёзы из глаз потекли. Слёзы отчаяния и обиды, злости, но не на него, на себя. Хосок исчез, как мираж в палящем мареве раскалённой пустыни, а Тэхён так и продолжил сидеть посреди улицы на асфальте. Его обходили, кто-то даже предложил помочь, кажется. А встать не получалось, тело не слушалось, сил нет. Шансов и надежды нет. Та развилка, на которой Тэхён свернул, а не пошёл прямо, привела его сюда, в никуда. Вернуться назад, обратно, уже не получится. Тэхён ошибся и опоздал. И потерял он не время и не деньги. Нечто гораздо более ценное, точнее бесценное, свою любовь.       Говорят, что перед смертью у человека за мгновения вся жизнь перед глазами пролетает. Видимо, Тэхён к ней сейчас очень близко, всего шаг, ещё секунда и его сердце больше не будет мучиться и биться. Сколько времени он так провёл, переживая и вспоминая всё, не представлялось возможным определить. Может быть, это те самые последние мгновения, а может быть, прошли часы или дни. Стемнело от того, что солнце село или от того, что какой-то незнакомец увёз Хосока? Холодно от того, что всё-таки прошли месяцы, и зима наступила или от того, что Хосок больше не грел своей тёплой и мягкой улыбкой? И что ему дальше делать, Тэхён не представлял.       Он всё же встал, пошатываясь и совершенно ничего не видя, пошёл куда-то из этого никуда. Кулаки сжимал крепче, чтобы боль ярче ощущать, чувствовать и напоминать себе, что сам во всём виноват. Ссадины бы нужно обработать, чтобы никакой инфекции не занести, только какая теперь разница? Уж лучше смерть, чем жить вот так, со знанием, что всё разрушил, сломал, разбил любящее его сердце, не понимал и не осознавал ценности того, кого ему посчастливилось встретить на своём пути. А теперь… теперь Тэхён на себе всё это прочувствовал. Это мука, пытка, это так невыносимо, что физическая боль уже даже отвлечь не могла. Судьба вернула бумерангом за всё сполна.       Телефон разрывался непрерывными звонками. И тут Тэхён опоздал. Звонил Чонгук. Они договорились встретиться после работы и вместе поужинать. Тэхён собирался жаловаться на то, что ничего у него не получается, ныть, а потом в очередной раз слушать, какой он идиот. Лучший друг, называется, но Чонгук уже давно очень чётко обозначил свою позицию, и чью сторону он принял, не жалел, а вслух говорил о том, о чём Тэхён и сам прекрасно знал. Хорошо, что ещё не избил, когда Тэхён ему вывалил всю правду в первый раз. А может быть, лучше бы избил? Чтобы мозги на место быстрее встали, тогда бы, может быть, всё сложилось иначе.       С Чонгуком они тогда очень сильно поругались, казалось, что дружбе пришёл конец. Тэхён обиделся и не понимал такой реакции. Не понимал, почему его ругают, обзывают, велят одуматься, пока не поздно. Ничего из этого Тэхён не понимал или не хотел понимать. Он пришёл к другу поделиться, ему не нужны были советы, он ничего слышать не хотел и не слышал. Он устал, ему скучно. С Хосоком стало слишком скучно и спокойно, пресно, без огонька, а с ней… с ней всё по-другому. Ярко, страстно, ново, остро, свежо. Полгода ему потребовалось, чтобы понять, что у неё на сердце и душе. Полгода ушло на то, чтобы прийти в ужас от того, что он наделал, на кого променял Хосока. Полгода Тэхён не думал и не вспоминал о нём, и полгода он не говорил и не виделся с лучшим другом. Из-за неё. Только и она не виновата, Тэхён сам разрушил свою жизнь. Она оставила свой номер, а Тэхён ей позвонил.       Если с Чонгуком всё же удалось помириться, то Хосок попросту исчез. Переехал, сменил номер. Из общих знакомых у них только бывший университетский преподаватель, профессор Мин Юнги. Лучший друг Хосока. К нему, пожалуй, не стоило обращаться за помощью, но Тэхён был в таком отчаянии, ему было безумно страшно, он хотел всё исправить, поэтому благоразумие и голос разума не услышал, пошёл, да только вопрос даже не успел задать. Сотни студентов наблюдали, как всегда сдержанный и спокойный профессор, доктор экономических наук, вежливый и воспитанный человек, не церемонясь и не размениваясь на приветствия и лишние слова, своим тяжёлым кулаком выбил из Тэхёна дух. Дурь-то из него уже раньше вышла, когда глаза открылись, когда озарение снизошло. Юнги с ним даже разговаривать не стал и помогать явно не настроен. И это была единственная зацепка, больше никого из окружения Хосока Тэхён не знал. Никогда не интересовался, не спрашивал, не слушал и не вникал. Он совершил очень много ошибок.       Сегодня именно к Чонгуку на встречу Тэхён шёл и случайно наткнулся на Хосока. После всех безуспешных попыток разыскать, выйти с ним на связь, поговорить, извиниться, на колени упасть и вымаливать прощение, Тэхён посчитал эту случайность счастливой, подумал, что судьба ему благоволит, улыбается, помогает, возвращает утраченное.       Эта встреча была очень похожа на мираж, что-то нереальное и невозможное, как райский оазис среди сыпучих раскалённых песков. Тэхён своим глазам не поверил, когда увидел его. Такой красивый. Манящий, притягательный. Почти и не изменился, похудел, правда, сильно, но он выглядел просто потрясающе, безупречно, впрочем, как и всегда. Он стоял у края тротуара, всматривался в плотный движущийся транспортный поток. Наверное, у него была встреча с кем-то в одном из ресторанов поблизости, и он ждал такси. У Тэхёна пропал дар речи, он не смог рта раскрыть, окликнуть, произнести нежное любимое «Хосоки», и коснуться его он тоже не успел. Ждал Хосок не такси, а своего нового бойфренда, который по всем фронтам лучше, красивее, выше, умнее и сильнее глупого и недалёкого Ким Тэхёна.       А чего ожидал сам Тэхён? Что стоит показаться ему на глаза, и всё сразу будет как раньше? Что по нему тосковали и скучали? Что его ждали? Что его простят? Возможно. И это лишний раз доказывало, насколько Тэхён умом обделён. Хосок — золото, сокровище, он чудесный добрый и отзывчивый человек, конечно, он не будет один, конечно, нашёлся тот, кто его утешить и осчастливить возжелал, кто от мудака-бывшего его собрался защищать, кто запретил прикасаться к нему, кто увёл и увёз его с собой на очень дорогой машине. Тэхён неудачник, он всё потерял, сам себя обокрал.       Очень часто за последние месяцы он задавал себе достаточно сложный вопрос. Почему он такой идиот? В кого он такой уродился? Ответ никак не приходил на ум, а сделанного уже не вернёшь. Тэхён ошибся. Свернул не туда. Оступился. И, пожалуй, если бы та ошибка была допущена на выпускном экзамене, в дипломной работе или в еженедельном отчёте перед руководством в офисе, ему бы не было так больно сейчас. И винить в своей собственной тупости и глупости некого. Тэхён сам во всём виноват.       Оглядываясь назад и задавая себе другой вопрос, Тэхён не понимал, чего же ему не хватало. Что заставило променять доброго и любящего его человека на пустышку? Помутнение какое-то, не иначе. Скучная жизнь? Бытовуха? Фейерверков не хватало? Чушь! Тэхёну не хватало мозгов!       Возможно, дело всё в том, что Тэхён эгоист. Или мудак по жизни. Возможно, всё вместе.       Единственный ребёнок в обеспеченной семье, ему никогда и ни в чём не отказывали, баловали, любили. Возможно, даже перелюбили, отсюда и итог. У него была лёгкая и беззаботная жизнь. Он без помех и проблем получал всё, чего хотел. Всегда.       В школе учился средненько, хотя, мог и лучше, он не глуп, просто ему было скучно этим заниматься, не интересно. А вот когда пришла пора гормональных взрывов, Тэхёну очень понравилось флиртовать и соблазнять девушек. Азарт, предвкушение и наслаждение от очередной победы и трофея. В старшей школе было особенно весело. Ему. Объектам же его внимания нет. Много разбитых девичьих сердец. Родители забыли рассказать и объяснить, что такое моногамия и традиционный формат отношений, и что, встречаясь с несколькими девушками сразу, ни одна, в большинстве случаев, спокойно подобное не воспримет. Может быть, и рассказывали, да Тэхён, как и обычно, не услышал, проигнорировал, потому что не интересно, и тут же всё позабыл. Он получал то, что ему хотелось, а его жертвы, они надеялись на что-то большее, мечтали о вечной любви, той самой, что с первого взгляда и на всю жизнь, возможно, и свадьбу планировали, а Тэхён… ему нравились поцелуи, минеты и секс. От этого он получал удовольствие, ради этого он мог побыть внимательным и чутким бойфрендом, идеально отыграть свою роль, на свидание сводить, цветочки и конфетки подарить, заставить смущаться и краснеть, томно шепча комплименты на ушко. Ему даже стараться особо не требовалось. Он был красив, отлично знал это и пользовался.       Взрослея, красота его тоже менялась. Смазливая мордашка приобрела мужественные черты. Острый тяжёлый взгляд, который никто не выдерживал, все отводили и прятали глаза. А Тэхён любил смотреть на людей, присматриваться, оценивать, выбирать. Он знал, что и на него смотрели, украдкой, чтобы он не заметил, не узнал, как им любовались. Тэхён знал. Внимание тешило самолюбие и эго, ему это нравилось. И не было скучно, а это главное, разнообразие и обилие приятных ощущений. Он снисходил до зажатых, робких серых мышек или уверенных с виду гордых и неприступных красавиц, одаривал их своей хищной улыбкой, заставлял их забыть родной язык. Покорял, вселял надежду и любовь в их сердца, а потом уходил, разбивая то, что нужно ценить и беречь. Но Тэхёну было всё равно, он ничего им не обещал, они сами что-то себе придумывали, а потом страдали. Не его вина, что они влюблялись.       До двадцати двух лет он как-то даже не задумывался, что на него по-особенному смотрели не только девушки. И это открытие было очень интересным, интригующим. Что-то новенькое и определённо не скучное. В тот день на Тэхёна впервые посмотрел Хосок.       Наверное, это была любовь с первого взгляда. Хоби влюбился и увяз, а Тэхён решил поэкспериментировать. Ну а почему бы и нет?       Тогда он убивал время в одной из студенческих кофеен на кампусе. Вообще он прогуливал. Вчерашняя вечеринка удалась на славу, а по утру Тэхёна поприветствовало тяжёлое похмелье. Такси его вместе с похмельем доставило до главного входа в универ, а уже ноги повели их на запах кофе, а не на занятия в аудиторию. Пожалуй, именно тогда он свернул не туда. Если бы он отправился на семинар по экономике, как добропорядочный студент, не случилась бы их с Хосоком встреча, да только поздно уже что-то менять или думать о том, а как бы оно могло быть.       Первый час дня, зал кофейни активно заполнялся, стало шумно и многолюдно. И ни одного знакомого лица. Скучно. Даже лучший друг послал его очень далеко и отказался затусить. Чонгук тот ещё ботаник и заучка, хотя, с виду и не скажешь. Определение «тупой качок» ему подходило гораздо больше, чем «неглупый человек с тонкой душевной организацией», но это так, поверхностно, если не знать подробностей и деталей, судить только по внешности. И почему они вообще дружили? Чёрт его знает. Так получилось. Они знакомы с детства, семьи их близко общались, отцы — деловые партнёры, ну и вот, тогда ещё совсем маленькие Тэхёни и Чонгуки наблюдали за их еженедельными играми в гольф. Скучнейшее занятие, отстой, приходилось общаться между собой, у взрослых ведь разговоры и темы тоже скучные. Они уже тогда были совершенно не похожи. Тэхён на месте и минуты спокойно усидеть не мог, а Чонгук был слишком робок и застенчив, пуглив, ещё и младше на два года. Время шло, дружба их крепла, несмотря ни на что, только Чонгук вырос и повзрослел, поумнел, осмелел, женился на любимой девушке, а Тэхён так и не изменился.       И тогда Чонгук прилежно учился, занятия не пропускал, хотя, ему ещё полтора года до выпуска, можно и расслабиться, но нет. А у Тэхёна последний курс, жутко раскалывающаяся голова, шум вокруг и скука, которую неожиданно разбавил приятный мужской голос. — Извините, можно присесть к вам? Все столики заняты и…       Тогда Тэхён впервые его увидел и не отказал. Фраза не была тупым подкатом или чем-то таким, мест свободных, действительно, не было. Тогда ещё незнакомец поблагодарил и присоединился со своим кофе за столик к Тэхёну. Он не навязывался, не пытался продолжить знакомство и диалог, пил кофе, делал какие-то заметки в телефоне. Тэхён его рассматривал от нечего делать, оценивал, отмечал детали, замечал мимолётные взгляды из-под ресниц. Интересно.       Мужчина старше и явно не студент, хорошо и дорого одет, ухожен, внимательно следил за своим внешним видом. Одежда не мятая, без складок. Косметики и макияжа на лице не видно, но кожа идеально гладкая, чистая, тон ровный. Медовый. Укладка, волосок к волоску, лоб открыт. Чёрная смоль, и одна серебряная прядь у виска. Погоня за модой и стилем или возрастное? Не столь важно, ему шло. Красивый мужчина. Взрослый. Не бедный. Вежливый. Массивные часы на изящной руке, они делали запястье слишком хрупким. Пальцы, тонкие и длинные, быстро порхали над дисплеем телефона. И эти взгляды… нет, не томные, но явно заинтересованные, взволнованные. Знакомо и приятно.       Хмыкнув про себя, Тэхён с ним заговорил, поинтересовался, что будет вести новый преподаватель. Ошибся с выводами, но наживку Хосок заглотил, попался на крючок, стал участником нескучного эксперимента, который затеял Тэхён.       Чон Хосок мог бы преподавать, образование и опыт позволяли, но в университете тогда он оказался не за этим. Приехал навестить своего друга, того самого профессора, семинар которого Тэхён прогуливал. И это тоже была ошибка, Мин Юнги никому поблажек и снисхождений не делал, договориться с ним не представлялось возможным. Посещать свои лекции и семинары он никого не заставлял, его интересовал итог, знание его предмета. В последствии только благодаря Хосоку Тэхён смог сдать непреклонному и принципиальному профессору Мин экзамен. Учиться и подтягивать знания тоже может быть интересно, особенно, когда это воплощается в форме пикантной ролевой игры. Вознаграждение стоило многочасовой зубрёжки. Внимание Хосока стоило гораздо больше, чем Тэхён ему платил за него.       Эксперимент, который затеял Тэхён, почему-то внезапно затянулся на четыре года. За это время он выпустился, полноценно приступил к работе в компании отца и не на должности топ-менеджера или управленца, ему предстояло пройти весь путь по карьерной лестнице с самой первой ступени, впахивать, как все рядовые сотрудники, никаких поблажек наследнику, скорее ещё больше требований. Хосок вписался в плотный график, стал тихим и спокойным местом, где можно отрешиться и забыться, отдохнуть, расслабиться, сбросить напряжение. Он и сам был достаточно занятым человеком. Его специализация — финансовый консалтинг. Он часто разъезжал по миру, помогал богатым людям зарабатывать ещё больше денег. И за это его щедро благодарили. Пожалуй, только это Тэхён о нём и знал. Нет, Хосок не скрывал своё прошлое или что-то совсем личное, просто Тэхён не слушал и не запоминал. Они редко говорили. Тэхёну не нужны были разговоры.       Безусловно, секс с мужчиной — это всё тот же секс, цель и конечный результат такой же, как и с женщиной, но он другой. Точнее Тэхён его так воспринимал, неправильно, это он понял далеко не сразу, слишком поздно. С Хосоком нужно было заниматься любовью, а не трахать, не самоутверждаться, демонстрируя своё превосходство, напрочь забывая, что если что-то берёшь, то нужно и отдавать, чтобы равноценно, чтобы оба наслаждались, получали удовольствие и не только физическое. Хосок довольствовался тем малым, мизерным, скупыми крохами внимания, которые получал, терпел, молчал, не упрекал, потому что любил. А Тэхён приходил, когда вздумается, когда есть настроение или наоборот, когда его нет, получал свою подзарядку, оставлял Хосока пустым, забирал жизненные силы. И верность не хранил, а для чего? Это же всё несерьёзно.       Почему он не закончил свой эксперимент раньше? Наверное, потому что так было удобно или потому, что сердцем прикипел, да только осознать ещё не успел. Он очень долго шёл к этому выводу. Тэхён влюбился не сразу, не в день их первой встречи, да и не через месяц или год скорее всего. Он точно не знал, когда именно это случилось. И то, что они всё-таки съехались на четвёртом году этих несерьёзных недоотношений, должно было быть как раз ярким сигналом и подсказкой к тому, что всё это не просто так. Тэхён ведь тоже отчего-то за Хосока держался. Это были самые продолжительные и стабильные в его жизни отношения. Да, они не проводили сутки напролёт вместе, могли не видеться месяцами, когда Хосок улетал из страны по своим рабочим обязанностям, но Тэхён к нему всегда приходил, возвращался и его ждали, принимали. Что-то тянуло, не позволяло уйти и забыть, как это случалось обычно, как со всеми теми, которых было так много, что и не сосчитать. Хосок был особенным, первым и единственным мужчиной в коллекции Ким Тэхёна. Первым и единственным, кого Тэхён неосознанно любил. Никак это не показывал, снисходил, позволял и брал, брал, брал.       А потом появилась она. Яркая, дерзкая, такая же, как и сам Тэхён. Она хотела всего и сразу, целеустремлённая, она добивалась всего, чего хотела. Что-то в ней его зацепило, и он позвонил, хотя, изначально и не собирался. Тогда они с Хосоком поссорились из-за какой-то мелочи, Тэхён вспылил, ушёл, громко хлопнув дверью, и позвонил. Домой к Хосоку он той ночью не вернулся. Думал, что ограничится одной встречей, но она глаза ему открыла, будущее показала, которого у Тэхёна с Хосоком не будет.       Пока родители не лезли в его жизнь, жениться не заставляли, как и внуков не требовали. Пока нет, но будут. Именно такое будущее Тэхёна и ждёт. Когда-нибудь в обозримой перспективе он примет управление компанией на себя, а это статус, это обязанности и ответственность. Это стабильность, которую нужно показать. Жена и дети обязательно к этому прилагались, без них никак не обойтись. Тэхён никогда не сможет представить родителям и своим будущим деловым партнёрам Хосока, как свою вторую половину или невесту, точнее жениха и мужа. Они ожидают увидеть хрупкую девушку года на три или четыре младше их сына, а не мужчину, который старше почти на десять лет, который точно никогда не забеременеет и не родит. Нет никаких перспектив и шансов.       Всё чаще Тэхён стал задумываться о смысле, о проведённом вместе времени, приятном, безусловно, но они не пара, не могут ей быть в силу многих обстоятельств, неплохо провели время, да, но пора с этим всем заканчивать. Ему уже двадцать шесть, пора за ум браться, как Чонгук. Семьёй обзаводиться, становиться взрослым и солидным.       Тэхён не хотел себе в этом признаваться до последнего, но ему тогда было страшно, не хотелось решать сложные вопросы, бороться, отстаивать своё право на свободу выбора. Слишком это трудно и утомительно. Именно поэтому воспринимать всё серьёзно Тэхён не хотел, уйти было проще. Можно было бы всё сделать аккуратно, мягче, как-то, что ли, осторожно, подумать не только о себе, но и о чужом сердце, о его чувствах, только Тэхён ещё этому не научился, и Хосока он не пожалел. Сцен никаких ему закатывать Хосок не стал, спокойно выслушал всё неприятное и горькое, принял все упрёки и обвинения, правду, которая разбила сердце, молча. В тот вечер Тэхён от него услышал всего одно слово. — Хорошо.       Ничего хорошо не было. Дошло это до Тэхёна только через полгода, когда Хосок затерялся где-то в Сеуле, а может быть, и вовсе в какой-то европейской стране или в Штатах.       Ещё сегодня с утра Тэхён был готов бороться, ему больше не страшно, он готов был столкнуться со всеми проблемами, с непринятием от родителей, с осуждением от своего окружения и общества. Он был готов ко всему, кроме того, что Хосок уже не один. Его желание исполнилось, они встретились, наконец, Тэхён его увидел, обрадовался на недолгие мгновения, сердце запело, потянулось к нему, вырываясь из груди, а потом Тэхёна приземлили с небес на землю, указали на его место, разъяснили его права и обязанности. Нельзя, ничего ему больше нельзя. Как всё исправить? Что делать? Как ему найти выход?       Настырный Чонгук продолжал названивать, и Тэхён всё же ответил. — Где тебя носит? Сколько мне ещё ждать?       Хороший такой вопрос. Тэхён без понятия, что на него ответить. — Я не знаю. — Что-то случилось? — интонация поменялась на другую, не требовательную, голос Чонгука звучал обеспокоенно.       Определённо да, худшее из того, что могло. — Я увидел его сегодня, случайно, на улице, — кого именно, уточнять не стал, Чонгук осведомлён весьма подробно обо всём. — И? Вы поговорили? Что он сказал?       Ничего! Ни единого слова, даже не смотрел дольше пары секунд, отвернулся сразу. — Он… он теперь не один.       И глупый Тэхён ему больше не нужен и не интересен.       Чонгук что-то ещё спрашивал, вопросы какие-то задавал, а Тэхён ему всё одно в ответ: «не знаю». Ничего он не знал, никакого плана, как всё исправить. — Геолокацию мне отправь, придурок! И с места не двигайся! Я скоро приеду.       Дождя в тот день точно не было, да и на улице тепло, конец лета всё-таки, но после своих безуспешных походов в никуда Тэхён заболел. Несколько дней провалялся с лихорадкой, его бросало то в жар, то в холод, он бредил, видел ужасные сны, просил Хосока, которого рядом не было, не уходить, вернуться, а того мужика огромного прогонял. Если бы Тэхён был один со своей болезнью, наверное, загнулся бы он и сдох, но Чонгук его к себе забрал, они с женой за ним по очереди присматривали и заботились, не бросили.       В бреду, на самом-то деле, было очень даже неплохо. Иногда к Тэхёну приходил Хосок, тепло улыбался, присаживался на край кровати, ласково проводил ладонью по щеке, гладил по голове, убирал со лба слипшиеся пряди, ничего не говорил, но смотрел, взгляд не прятал и не отводил. В реальности ничего из этого не случилось. Хосок не придёт и не улыбнётся, он просыпается и засыпает с тем перекаченным громилой, и получает всё то, чего Тэхён его раньше лишал. Хосок его уже разлюбил и забыл, выкинул из головы глупого эгоистичного идиота, который спохватился слишком поздно.       Переоценка ценностей и восприятия мира, своих истинных желаний тяжело проходили у Тэхёна, болезненно. Раньше он был на гребне волны, ему фартило, сейчас же его накрыло и потянуло камнем к холодному и тёмному дну. Справедливо ли это? Наверное, если рассуждать непредвзято, то да, только Тэхёну от этого не легче.       Случай свёл их с Хосоком вновь, во второй раз и совершенно неожиданно. Отец отправил Тэхёна на встречу с потенциальным крупным заказчиком вместо себя. Никакого желания туда ехать, но пришлось. Переговоры должны были пройти на нейтральной территории за обедом в элитном итальянском ресторане. В голове у Тэхёна крутились не графики поставок и сроки, цифры прибыли и затрат, там у него плотно засело одно имя и образ. Он уже подозревал, что и эта сделка обернётся полным фиаско, ещё и отец взбесится, но… какая ирония. Жизнь решила над ним от души поиздеваться, подразнить и отвесить хлёсткую пощёчину.       Тэхён не опоздал, прибыл к назначенному времени, даже немного раньше. Ждал, бездумно перебирая страницы подготовленного контракта для холдинга «RM». Никакой стратегии, никакого плана, даже все советы отца напрочь куда-то вылетели. Единственное, что Тэхён знал, так это то, что фамилии у них с президентом правления совпадали, он тоже Ким. Имя, возраст, семейное положение, вкусы и увлечения? Нет, а эти сведения крайне важны. Зря отец поручил ему ведение этой сделки, которая могла открыть им путь на западные рынки.       Что-то вдруг заставило оторваться от разглядывания совершенно не информативных бумажек, какой-то щелчок внутри. Это Тэхён зря сделал. В сопровождении управляющего ресторана к его столику приближались двое. Хосок и его новый бойфренд. С каждым шагом эмоции на их лицах менялись с расслабленно благодушных на мрачное и хмурое у здорового мужика, а Хоби… ничего, он равнодушен, нейтрален. Сердце Тэхёна замерло и осыпалось куда-то вниз мелкой крошкой. Что ж, ирония заключалась в том, что у него и президента Ким совпадали не только фамилии, но и вкусы.       Могло случиться очередное кровопролитие, Тэхён даже уже как-то привык к тому, что получает по голове в последнее время, но не случилось, обошлось. Хосок что-то тихо проговорил, махнул головой в сторону окна, придерживая своего сопровождающего за локоть, не позволяя ему пересечь черту и грани приличий, хотя, тот явно уже собирался вышвырнуть Тэхёна из-за стола в то самое окно. Идеальный и послушный бойфренд не стал возражать, кивнул и покинул зал, вышел на улицу, как его и просили. Тэхён даже не моргал, следил за каждым движением. В этот раз Хосок не стал спрашивать разрешения, как в день их первой встречи, и просто занял свободное место напротив. — Никогда бы не поверил в такие совпадения, но, что ж, ещё меньше мне верится в то, что ты меня преследуешь.       О, Тэхён преследовал, искал, да только ищейка из него никудышная, ничего он не смог сделать сам. — Хосоки, мне так жаль. Прости меня… — Это лишнее.       Ровный тон, никакой искорки в глазах, никакого блеска. Всё упущено, у Хосока прошло и зажило, а у Тэхёна всё кровоточит. — Нет, я должен… я хочу всё объяснить. Пожалуйста. Я тебя л…. — Тэхён, не надо. Это тоже ни к чему. Всё хорошо, — и улыбка в подтверждение, дежурная, профессиональная, деловая, за которой стояло равнодушие и безразличие. — Переговоры придётся перенести. Намджун не станет с тобой обсуждать условия, но не волнуйся, я всё улажу. Его брат менее эмоционален. Джин не будет столь категоричен. Эта сделка нам интересна. Дату и время согласуем через ассистентов.       Тэхёна интересовало совсем другое. К чёрту сделки, к чёрту вообще всё, кроме одного. Всего один шанс, разве о многом он просит? — Ты с ним… вместе? — Я работаю на него. — И спишь? — слишком прямолинейно и бестактно, но ничего с собой он не мог поделать. — Тебя это не касается, но нет.       Между строк читался и слышался подтекст, дополнение, не упрёк, скорее факт и предупреждение: не равняй меня по себе. Тэхён очень во многом грешен и во многом перед Хосоком виноват. Сейчас ни о чём, кроме него, Тэхён думать не мог, хотел задержать, уговорить остаться, наконец, сказать всё, что должен был уже очень давно, но... Хосок попрощался, встал из-за стола, развернулся и своей уверенной походкой ушёл, оставив Тэхёна позади. Не в одиночестве, гости этого ресторана никуда не делись, наслаждались своими ланчем и обедами, но одного, наедине с воспоминаниями и чувствами.