Поворот не туда

      Весьма самонадеянно было со стороны Тэхёна хлестать коньяк, как травяной успокаивающий чай. И не то что бы это помогало, но последствия его не особо волновали на тот момент.       Он много пил в попытке перебить горький осадок, ожидая, что всё это смоется и будет как-то легче, и почти ничего не ел. Он не ощущал голода, только пустоту и тошноту, которые изо всех сил игнорировал. А напиток, выбранный им в качестве лекарства, гордый и выдержанный, и такого неуважительного отношения к себе не прощает. Его нужно смаковать, медленно и неторопливо, чтобы вкус раскрылся, чтобы прочувствовать все его богатые терпкие ноты, насладиться им, а Тэхён решил обойтись без церемоний. Ошибка, большая ошибка. Очередная, если быть точным.       Он вливал в себя коньяк без разбору, не оценивая пропорции и количество принятых миллилитров на килограмм веса. С каждым глотком после первых трёх подходов ему казалось всё таким ясным и понятным. Очевидным и простым.       В тот день, точнее тогда, когда тот злополучный день плавно перетёк в вечер, Тэхён последовательно сделал для себя несколько важных выводов и принял несколько серьёзных решений. Его озарённое коньячными мотивами сознание было настроено очень решительно и категорично.       Пошёл этот Ким Намджун нахуй! Первый из выводов, который Тэхён зафиксировал у себя в голове, обвёл красным и жирный восклицательный знак поставил, а затем шлифанул поверх коньяком, чтоб светилось ярче. Этот вывод казался ему очень-очень важным. Хосоку не было смысла врать, а в их случае именно положительный ответ должен был сделать ещё больнее, задеть остатки самолюбия и гордости или полностью уничтожить, но Хосок не солгал, он сказал «нет». Он с ним не спит и не встречается, только бизнес. Ах, если бы! Тэхён успел Намджуну в глаза заглянуть, они взглядами столкнулись дважды. И там столько всего разного понаписано было, прочесть Тэхён тоже успел. Ким Намджун представлял из себя реальную угрозу и опасность, потому как явно заинтересован и не просто так он играл роль благородного рыцаря и защитника, не просто так он Тэхёна подвинул со своего пути вполне буквально. Он соперник из супертяжёлой весовой категории. Титан. И как с ним сражаться? Как устранить? Как не позволить очаровать любимого Хосоки?       Тэхён подумал, что нужно выпить ещё, чтобы приблизиться к истине и ответу.       Второй вывод имел общий посыл с первым. Нахуй сделку, компанию и отца! Родитель, кстати, к тому часу уже звонил несколько раз и был бессовестно Тэхёном проигнорирован. Ему некогда. Он тут просвещался, напивался, горе своё заливал и злился на всё и всех. Слушать отцовский ор, возмущения и упрёки? Нет, сэр, это в ближайшие планы Тэхёна не входило.       Под конец вечера, когда менеджер ресторана, в котором Тэхён очутился для запития своих одиночества и никчёмности, отказался принести ему ещё бутылку, а вместо этого порекомендовал за руль не садиться и вызвать такси, в голову пришло ещё два открытия.       Хосоку тоже надо на хуй, причём, весьма определённый и конкретный, и чем быстрее, тем лучше. Только для этого его необходимо сначала вернуть, отвоевать, завоевать, покорить, убедить в своём раскаянии и чувствах, не дать этому Намджуну начать действовать, опередить громилу, а потом уж Хосоки можно и на хуй. Там уже и неважно будет кто кого и как. Тэхён его так вылюбит, что ни о каких Намджунах думать у Хосока не получится, не захочется и не сможется. Следом пришла мысль, что если подключить Чонгука, наверное, вдвоём они могли бы с Намджуном справиться, ну то есть физически устранить противника, а потом закопать тело очень глубоко где-нибудь в лесу. Тэхёну в тот момент виделось, что это было бы решением всех его проблем.       Немного здравого смысла в нём всё-таки ещё осталось, поэтому он вызвал такси, но домой не поехал. Он отправился собирать войска, чтобы первым напасть и разобраться с главной на данный момент причиной всех его бед, а виноват во всём был, безусловно, Намджун. Ну а кто же ещё?       План атаки Тэхён составлял всю поездку, лениво развалившись на заднем сидении. Вполне возможно, что он задремал и многое ему приснилось. Очень уж натурально ему представилась расправа над Намджуном. И тогда Хоби будет снова смотреть только на него, ведь никто не будет мешать и крутиться рядом.       Подъезжая к месту назначения, Тэхён поинтересовался у водителя, не одолжит ли он ему торцовый ключ и нет ли у него случайно лишней пары перчаток. Получив хмурый взгляд и вежливый отказ, Тэхён немного расстроился. Ведь гениальная же была идея, никто бы не догадался, не свёл бы концы с концами. Ну ничего, тупых тяжёлых предметов и на улице много валяется, что-нибудь да подвернётся под руку.       Покинув салон, Тэхён не стал прощаться, обида на жадного водителя, нарушившего планы, выбила из головы все хорошие манеры.       А на улице зябко, пришлось посильнее закутаться в пальто. Тэхён попытался сфокусироваться и задать своим ногам точный маршрут. Коньяк, который внутри плескался, отчего-то не грел. Странно. И этот дурацкий, пронизывающий до костей восточный ветер слишком сильно разбушевался, дул в лицо. Бодряще холодно, освежающе, но этого оказалось мало, чтобы протрезветь окончательно. Тэхён просто мёрз снаружи и внутри, ему никак не согреться. Слёзы из глаз потекли, но это от резких порывов, а не от отчаяния и горя.       Тяжело. Всё это очень тяжело, неподъёмно.       В том числе Тэхёну очень тяжело давались шаги по прямой. Его сильно покачивало на коньячных волнах. В глазах слегка мутилось, всё почему-то виделось в чёрно-белых цветах, как в старом немом кино.       Показалось. Цвета добавились, когда Тэхён ступил на освещённую более яркими фонарями территорию жилого комплекса, где жила силовая поддержка, на которую он рассчитывал по давней старой дружбе. Чонгук ему не откажет и обязательно поможет. Наверное, нужно было позвонить, предупредить, а то мало ли, чем там молодая семья вечерами занимается, но свой телефон Тэхён выключил, чтобы никто грустить и думать не мешал. С отцом особенно не хотелось говорить, сил на это нет никаких. Зато нашлись, чтобы мешать личной жизни лучшего друга.       В зеркальном лифте эти маленькие сенсорные кнопочки, о, боже, какие же они тупые и неудобные! Они убегали, носились перед глазами туда-сюда, менялись местами, путали, чем основательно Тэхёна взбесили, он промахнулся и нажал пару лишних. До нужного этажа пришлось ехать с остановками. Как-то уж это слишком долго, а это не очень хорошо. Алкогольные волны устроили какой-то бунт в желудке. Видимо, коньяк был французским и затеял революцию, подступая к горлу, требовал выпустить его наружу.       Тэхён собрался с чем-то, с мыслями или духом, и очень чётко вышел в разъехавшиеся в стороны стальные створки, взяв прямо и по диагонали, а потом налево.       Винни-Пух считал, что в гости оптимально ходить по утрам, так больше угощений можно получить и больше съесть. Возможно, сегодня Тэхён получит знатных пиздюлей, если госпожа Чон не в духе, а может, братец-кролик заступится.       Динь-дон.       Руку с кнопки звонка Тэхён не убирал, чтобы она тоже никуда не убежала, и зубасто улыбался в камеру. Пожалуй, это должно выглядеть весьма зловеще. И, как ему казалось, именно с таким оскалом и нужно затевать коварные планы.       Дверь открыла Хёрин. Она явно удивлена. Из-за угла в прихожую выглядывала настороженная собачья морда. Любопытный Бам гостю совсем не обрадовался. Ну, конечно, Тэхёна не звали, а он припёрся. Вусмерть пьяный в будний вечер. И не вовремя скорее всего. Но у Тэхёна важное дело, которое нужно обсудить с другом и будущим подельником, чтобы уже начать двигаться по списку и всех отправить по нужным местам. Особенно ему хотелось приступить к той части, где фигурировал Хосок. — Одолжи мужа на час, — заявил он ей с порога. — Допустим. А что ты… — и тут Тэхён ощутил, что сдерживать коньячную революцию он больше не способен.       Зажав рот ладонью, он рванул в сторону ванной, каким-то чудом не сбив Хёрин с ног. Бам предусмотрительно ретировался в неизвестном направлении.       Успел, ни капли мимо. Победа. Ну надо же, удача наконец-то на его стороне. Глядишь, такими темпами Тэхён снова волну оседлает.       Стоило ему уединиться и избавиться от того, что так просилось вырваться, из коридора послышался ехидный комментарий. — Тебе волосы подержать?       Она над ним издевалась! Чонгук был наивен и слеп, когда женился на ней. Ему казалось, что он взял в жёны ангела, но Хёрин была дочерью Сатаны, демонесса высшего ранга. — Вот же сучка, — шепнул он себе под нос, тяжело дыша.       Ох, кажется, вторая волна на подходе. Как же отвратительно, и как же на душе погано. Комбо. Про покорение волн это он, кажется, поспешил. Тэхён всё ещё в чёрно-белом спектре, и застрял он на чёрной полосе. — Как и ты, — тут же прилетело в ответ. — Если промахнулся или не донёс, убирать будешь сам, — грозная какая, командирша.       Всё повторилось буквально в следующую секунду, Тэхёна почти вывернуло наизнанку. И ему почти не стыдно, что Хёрин всё это слышала, она наблюдала и куда более жалкие его состояния за последние девять месяцев. Хотя, кто знает, может быть, Тэхён сегодня побьёт рекорд и пробьёт дно. — Я пойду, сварю кофе, а ты продолжай. Как закончишь, приползай на кухню.       О, это случится не скоро, революция утихать пока не собиралась. — Где твой муж? — крикнул ей Тэхён вдогонку, наблюдая, как содержимое его желудка смыло водой. — В зале. У него тренировка, — супер, значит, Чонгук как раз разомнётся.       Тэхён всё ещё крепко держался за идею жестокого избавления от Намджуна.       Забавно, про девять месяцев получается. За это время ребёнок может родиться, то есть два человека могут заделать ещё одного, только маленького. Чоны, наверное, именно этим по вечерам и занимались. А что успел сделать Тэхён? Ничего. Абсолютное и полное ничего.       А, нет, погодите-ка, он, наконец, смог понять себя, свои чувства и желания. И что дальше с этим знанием делать, он так и не понял. Всё жалел себя и упущенное, но так ничего с этим и не сделал, не старался достаточно, думал, что будет легче, что стоит им вновь встретиться, поговорить, то всё наладится. Он объяснится, извинится, признается и всё будет хорошо. Тоже слишком самонадеянно.       Хосок же и слова о любви сказать не позволил, оборвал, не дал договорить. Красиво и грациозно ушёл. Возможно, то были слуховые галлюцинации, но Тэхён слышал, как под его подошвами хрустело стекло. Осколки. Получается, Хосоку это, действительно, не нужно? Так бывает? То есть… почему так бывает? Тэхён не привык к отказам. Не привык к невзаимности. Его капризам всегда потакали, его желания всегда исполняли, он получал то, что хотел. А здесь… Как ему исправить минус на плюс? Как изменить полярность?       Встреча с Хосоком выбила почву из-под ног. Тэхён опять чувствовал себя потерянным и одиноким, как и тогда в центре Сеула среди шумной толпы, спешащей куда-то по своим делам. Они обходили мешающую им помеху, им было всё равно, что у Тэхёна сердце в тот момент трещинами пошло.       Только сейчас он сидел на кафельном полу с подогревом около белого унитаза в ванной комнате в доме своих друзей в пальто и грязных ботинках… чёрт, Хёрин точно заставит мыть полы. Он подпирал голову рукой, слушал лёгкое гудение, как вода тихо текла по трубам, наполняя сливной бачок.       Тихий щелчок, до краёв. А Тэхён? Он пустой.       С сердцем всё ещё хуже, чем тогда, что-то в нём сломалось и отвалилось. И эти ощущения ему не нравились, потому что ему плохо. А когда ему плохо — это ужасно. А нужно, чтобы было хорошо!       Ему так плохо, что хотелось просто исчезнуть. Его столько чувств за раз посещало, что хотелось одновременно расплакаться и рассмеяться. И проблеваться, чем Тэхён уже, наверное, полчаса занимался. Да сколько можно-то?! Когда всё это закончится уже, наконец?!       В перерывах он неосознанно пялился в одну точку, размышляя над очередной пришедшей к нему мыслью.       А можно ли избавиться от любви за девять месяцев? Тэхёна в ресторане окатило волной холодного безразличия. Уж лучше бы на него обрушилась ненависть или злость, гнев, презрение, да что угодно другое, ведь это чувства. С этим было бы легче работать.       Хосок говорил с ним, как с посторонним, ну, может быть, и не посторонним, а просто знакомым, на которого плевать. Его интересовали рабочие вопросы, а не оправдания бывшего и его признания в любви. Может быть, всё случилось гораздо раньше?       Четыре года были подытожены одним лишь хосоковым «хорошо». Ни криков, ни скандалов, ни слёз, ни мольбы, ни просьб остаться. Ничего. Зеро. А Тэхён бы на месте Хосока сам себе бы вмазал со всей силы, чтобы больно было, чтобы до крови, чтобы тот мудак, которым Тэхён всё то время и являлся, мучился и страдал. Так может быть Хосок уже тогда перестал чувствовать, разлюбил и просто ждал, когда их связь оборвётся сама по себе. Сам отчего-то не решался и просто плыл по течению. Может быть, он ещё до разрыва потерял надежду на взаимность? Или что-то да осталось, просто он понимал, к чему всё шло. Их связь оборвать решил Тэхён, резко и безжалостно, поставил точку, обрушил все мосты. О будущем задумался, о репутации, о том, что могут подумать и сказать другие.       Все четыре года, проведённых вместе, Тэхён перечеркнул в момент, уничтожил… хотя, «вместе» — очень громко сказано. По-настоящему их не было. Это до абсурда смешно и очень печально, они ведь несколько месяцев жили вместе, но у Тэхёна даже нет фотографий Хосока в телефоне, то есть теперь есть, но они из интернета скачаны уже месяцы спустя, из инстаграма, который год не обновлялся. Никаких реальных и осязаемых следов присутствия Хосока не осталось. Ничего нет, даже какой-нибудь смазанной чудовищной селфи. Ни памятных мест, у них не было «их места». Ни домашней мягкой футболки, ни термостойкого пузатого стакана, из которого Хосок любил пить американо со льдом или ромашковый чай, ни спрятавшегося под кроватью носка, ведь это Тэхён ушёл. И ничего с собой на память он не прихватил. Тогда ему ничего не нужно было.       О них знал только Чонгук, а многим позже и его жена, причём, Тэхён не планировал никого в это посвящать, тем более знакомить. Хосок должен был остаться экспериментом, ход которого Тэхён уже не контролировал, но который обязательно должен рано или поздно завершиться. Хосок был исключением, секретом, о котором никто не должен знать. Он был почти тем, чьё имя нельзя называть.       После той случайной оплошности Тэхён очень сильно боялся, что потеряет друга навсегда, потому что все эти гейские штучки, ну это как-то не по-мужски, не круто и не нормально, но Чонгук попрекать не стал. Только в самом начале, потому что он проникся симпатией к Хосоку, и если бы Тэхён не был уверен в его ориентации на сто процентов, если бы у Чонгука не было Хёрин, если бы сам Тэхён осознавал в полной мере, что происходило между ним и Хосоком, он бы жутко ревновал, как сейчас к этому тупому Ким Намджуну. Он и тогда ревновал, просто выражалось это всё в очень некрасивые сцены и грубые срывы, упрёки за каждый чих или вздох. А Чонгук с самого начала был не на стороне своего друга, он выносил Тэхёну мозг капитально. Иногда, ладно, очень часто этим бесил. Хёрин, как хорошая жена, мужа своего поддерживала, так что доставалось по полной программе. Правильно они делали, только к ним Тэхён тогда не прислушивался, а теперь вот… печальный итог, ужас, стыд и позор.       Любому терпению приходит конец, его, наверное, скоро в этот дом пускать перестанут.       А вообще, не всё так плохо было у них с Хосоком, временами… иногда, да, были моменты, мелочи, которые в памяти навсегда отложились. Был не только секс и плотские утехи, хотя, именно это и являлось основой их отношений. Тэхён так очень долго думал, но была и ленивая нежность, мягкая ласка в те дни, когда они просыпались вместе по утрам, было уютное молчание и взгляды в редкие тихие вечера, был комфорт, было что-то… большее? Что-то родное, что тянуло, заставляло раз за разом возвращаться. Временами было просто хорошо, когда Тэхён ни о чём не думал, забывался, расслаблялся, отпускал себя и ситуацию, когда постепенно влюблялся.       Те моменты, они такие тёплые и светлые, они про то, что всё могло бы быть иначе. Они могли бы быть друг у друга, могло быть, как у Хёрин и Чонгука, они бы тоже могли завести собаку, но их нет, потому что Тэхён привык, когда просто, когда не нужно стараться и усилия прилагать, не привык интересоваться не только собой. Он не привык думать и заботиться о ком-то другом, кто не он сам. Тэхёну было слишком сложно, ему слишком сложно оказалось разобраться в себе.       Ну, теперь-то разобрался, а Хосок сказал, что это лишнее. Очень вежливо так сообщил, улыбаясь. А Тэхёна от той улыбки в дрожь бросило, и как тем восточным ветром до костей пробрало, до самых трещин на сердце. Несправедливо. Почему Хосок не захотел его просто выслушать и дать возможность, ещё один шанс для них? Разве это так сложно? Девяти месяцев хватило на полное уничтожение любви? Тэхён понимал, что облажался, понимал, что виноват, понимал, что сделал Хосоку очень больно, но всего минута или пять, может быть, десять… Тэхёну бы, наверное, хватило.       Чёртов Ким Намджун! Откуда он вообще взялся такой идеальный?! Весь такой из себя… высокий, с этими крепкими бёдрами и длинными ногами, они реально казались бесконечными. А плечи? Сколько времени он тратил на тренировки в зале? Тэхён очень редко там появлялся, может быть, раз в год за компанию с Чонгуком. Ну что поделать, такой спорт не для него, он предпочитал несколько иные виды нагрузок и активностей. Хороший и качественный секс — это вообще-то искусство, так что Тэхён считал себя незаурядным творческим человеком, но… Грудь?! Господи боже, у Тэхёна такой большой не было! Он даже прикинул, отвлёкшись на минутку от своего коньячного извержения, пощупал, нет, маловата. Намджун был очень большим везде. Вероятно, сегодня Тэхён ещё и парочкой комплексов обзавёлся. Нет, он прекрасно был осведомлён насчёт своей красоты и привлекательности, ими он регулярно пользовался уже очень много лет. Сбоев и осечек не было, это всегда работало. Только что-то вдруг раздуло искорку неуверенности в нём на фоне Ким Намджуна. Сука, он ещё и богат до задницы! Денег дохуя, а одежду по размеру он подобрать не в состоянии! Показушник и выпендрёжник!       Через какое-то время Тэхён почувствовал себя немного лучше, то есть революция утихла, возможно, лишь на время, но перестало всё крутить и давить внутри, неприятные позывы не беспокоили, пока не мутило. И почти сразу его посетило весьма странное желание. Дикое, пожалуй. Хотелось тут же прилечь на пол, подремать, а если опять тошнота навалится, то и идти совсем недалеко.       А Тэхён же всегда получал то, что хотел. Он отрубился за секунду, даже не осознавая этого, просто глаза закрылись, а тело обмякло и растянулось на полу. И скорее всего вот за это потом ему будет стыдно.       Свою меткость Тэхён тоже переоценил. Ожидания с реальностью у него разошлись.       После было стыдно, да, ну совсем чуть-чуть, а убираться не пришлось.       Вернувшийся Чонгук что-то бурчал ворчливо, когда поднимал его с пола, что-то очень похожее на «дебил, ты бы ещё у Бама на лежанке вздремнул или в его переноску забрался». А Тэхён ему про план сразу же всё выложил, про то, что им в крестовый поход во имя любви нужно срочно отправляться, чтобы Хосоки не увели. Чонгук отчего-то не торопился в поход, зато активно расталкивать принялся, буквально встряхнул, заставил умыться, почти литр воды выпить и какие-то таблетки проглотить, а затем он его куда-то идти заставил. Хорошо, что там совсем недалеко было, но не в поход на Намджуна, куда-то в другое место, у Тэхёна перед глазами всё плыло, поэтому он не очень разобрался.       И, видимо, убирал все следы дружеского вторжения тоже Чонгук. Из него получился бы надёжный соавтор преступления, ответственно заметающий следы, но он отказался Намджуна вырубать, связывать и закапывать в лесу.       Ожидаемо, утро не задалось.       Проснувшись не на полу, а в гостевой спальне, окончательно протрезвев после нескольких чашек кофе, сваренных Хёрин, Тэхён растерял боевой пыл и кровожадность. От завтрака он отказался и решил, что пока не стоит прибегать к столь радикальным мерам, да и гостеприимством своих, пожалуй, единственных друзей злоупотреблять тоже не стоит.       У Тэхёна по-прежнему ничего нет, что могло бы помочь как-то наладить связь с Хосоком. Ни номера телефона, ни домашнего адреса, но благодаря несостоявшимся переговорам с президентом холдинга «RM», у Тэхёна появилась зацепка. Ему не составило труда загуглить адрес головного офиса по пути к тому месту, где он вчера машину оставил. С этого и нужно начинать, им с Хосоком нужно поговорить, Тэхён хотел этот разговор, он ему очень нужен. Это крайне важно.       До машины его подкинул Чонгук и, конечно же, он спрашивал обо всём. Тэхён, нехотя, пересказывал обстоятельства той встречи. От этого тоже паршиво, потому что не хотелось постоянно быть лузером и неудачником в его глазах. Тэхён ненавидел чувствовать себя таким жалким.       Чонгук, видимо, уже устал наблюдать эту девятимесячную драму, которая никак не могла разродиться. Он предложил нечто очень обидное, оскорбительное, что снова задело за живое. — Почему бы тебе не оставить всё, как есть? Почему бы не оставить Хосока? Без обид, Тэ, но ты… ты непостоянный, эгоистичный, самовлюблённый. Сейчас тебе позарез хочется его вернуть, у тебя цель, азарт в её достижении, особенно после отказа, тебя это подстёгивает и раззадоривает. И твои пьяные планы, которые совсем чуть-чуть отдают безумием, но… допустим, хорошо, а что дальше? Если у тебя получится, что дальше? На сколько тебя хватит, чтобы в любовь с ним играть? Месяц? Полгода? Твоё эго будет удовлетворено и почёсано, а потом опять надоест, станет скучно? Слишком сложно? И я напомню, Хосок по-прежнему остаётся взрослым мужчиной. А мы по-прежнему в Корее, где чтят традиции. Легко не будет ни через месяц, ни через пять лет. — Я это понимаю.       Конечно, Тэхён понимал, и это его до сих пор пугало. Ему по-прежнему страшно. Безумно, но отступать перед этими страхами он не будет. В этом вопросе он решимость не потерял, он должен попытаться всё исправить.       Обидно слышать такое от лучшего друга, но Чонгук его знал уже много лет, с детства, поэтому и напоминал, предостерегал. Обидно и то, что один из самых близких людей в него не верил. Не верил, что Тэхён может не играть в любовь, а действительно любить. Обидно, но ожидаемо. И честно.       Тэхён, правда, не знал, как быть дальше, да он и не знал, как вообще к Хосоку подступиться после всего сказанного в день их расставания и всего услышанного вчера. Он чувствовал, что должен объясниться, он искренне этого хотел… а какие именно слова сказать, кроме «Я люблю тебя. Пожалуйста, прости меня. Прости, что всё испортил. Прости, что так сильно обидел, что причинил столько боли. Прости, что ничего не замечал, что не хотел ничего замечать. Давай попробуем ещё раз. Пожалуйста? С самого начала. Обещаю, я не подведу, не разочарую тебя. Пожалуйста. Я буду лучше. Давай попробуем. Меня зовут Тэхён. Можно пригласить тебя на ужин?», тоже не представлял. Этих слов должно хватить? Они убедительны? Тэхён надеялся, что да, ведь это чистая правда. — Да неужели? — Хёрин научила Чонгука плохому, он стал дерзить. — Хватит меня принимать за капризного и несмышлёного ребёнка! Я тебя на два года старше! — Вообще не аргумент, после того, как ты спал на полу возле унитаза, — ну всё, этот факт теперь будет ещё долго использоваться при каждом удобном случае. Тэхён демонстративно отвернулся, а Чонгук ещё не всё сказал. — Слушай, я… — его выдох столь тяжёлый, что сразу стало ясно, ничего приятного и весёлого ждать не стоит, — я просто хочу, чтобы ты всё хорошо обдумал. Не как обычно, а основательно и серьёзно. У тебя раньше никогда не было длительных и серьёзных отношений, даже с девушками. И тебя всё устраивало, не уверен, что и их тоже, но это всё на твоей совести, я не осуждаю, да и не о том речь. И ты знаешь, что твоя внезапная бисексуальность меня не напрягает. Я ничего не имею против и не отговариваю, мне, правда, нравится Хосок, и он, действительно, заслуживает нечто крепкое и настоящее, большее и лучшее, чем… ты с ним повёл себя ужасно… Сейчас ты уверен, что сможешь дать ему это? Хочет ли он этого с тобой? Если он отпустил, то, может, и тебе стоит?       Как Тэхён мог отпустить то, что только совсем недавно в сердце у себя нашёл, настоящее, яркое, тёплое и красивое, завораживающее, от чего дух захватывало, как он мог? Он захлёбывался этими чувствами, потому что их слишком много оказалось, и ему нужно, жизненно необходимо ими поделиться с Хосоком, отдать минимум половину, лучшее, что есть. И в ответ он рассчитывал получить хотя бы капельку взаимности, крохотный лучик надежды на то, что всё ещё поправимо, не потеряно безвозвратно. Может быть, ему бы это подсказали нежный взгляд, тёплая улыбка, от которой бы стало светлее. И это помогло бы выплыть, а потом бы пламя разгорелось ярче, всепоглощающее, вечное. — Держать всё в тайне вечно не получится, даже если Хосок снова согласится быть твоим грязным секретом. Рано или поздно пойдут слухи, и не о том, какой ты жеребец и мачо, не о твоих перспективах и амбициях. Никто не будет встречать вас и улыбаться, говоря: «какая чудесная пара, вы так хорошо смотритесь вместе». В лицо и за спиной будут шептаться или даже кричать в след «педики!». Ты к этому готов? Готов к тому, что отец лишит тебя наследства? Ты привык жить на широкую ногу, ни в чём себе не отказывать. Ты не привык считать деньги, экономить каждую вону, планировать и что-то откладывать, твой бюджет никогда не был ограничен. Ну, Хосок не беден, он сможет вас обеспечить, а ты готов пробиваться и строить карьеру с нуля, без поддержки, без связей? Или станешь его содержанкой? Готов к тому, что половина твоих приятелей отвернётся от тебя, когда ты перестанешь соответствовать их уровню и их ожиданиям? В двадцать всё можно было бы списать на эксцентричность и молодость, ну с кем не бывает, а тебе уже не двадцать. Не простят и не забудут. И ты заявляешь, что Хосок — это тот, кто тебе нужен, кого ты не просто хочешь трахнуть и поставить галочку в каком-то списке, это не только похоть и дурманящая неудержимая страсть, что у тебя всё серьёзно, что это любовь, что ты хочешь быть с ним, стать частью его жизни, и хочешь сделать его неотъемлемой частью своей. Ты уверен, что готов к последствиям своих желаний? А если у вас ничего не выйдет, готов к тому, что обратно всё вернуть не получится?       Готов? Это опять сложно. Чонгук давил, несмотря на то, что Тэхён был не в самой лучшей форме, как физической, так и эмоциональной. Помятый, потрёпанный, с похмелья и совершенно не готовый вот к таким разговорам с утра пораньше.       Хотелось бы уверенно и твёрдо ответить «да!», но он не может. Тэхён понимал, с какими именно сложностями и проблемами ему придётся столкнуться, но он не знал, как их преодолеть и решить. Он рассчитывал, что будет не один и тогда… они бы вместе как-нибудь справились, разобрались? Да, таков был его неидеальный непродуманный план.

***

      Хосок сдержал своё обещание и всё уладил. Тэхён и не сомневался, только результат этих переговоров и заключение контракта волновали его в последнюю очередь. Для него это была очередная зацепка, возможность увидеть снова и поговорить.       Отец достаточно быстро сменил гнев на милость, потому что Хосок и здесь всё смягчил и исправил. Вину за срыв встречи взяла на себя другая сторона, и ни слова о том, что Тэхён каким-то образом причастен, что всё из-за него пошло наперекосяк и Ким Намджун психанул, ничего из разряда «господин Ким, ваш сын — кобель и наполовину гей».       Дата и время обозначены, место выбрано. В этот раз ресторан японский. Отец будет присутствовать, так как доверия к сыну поисчерпалось. Фигово, потому что Тэхён вообще не представлял, как будет выкручиваться.       Это будет очень… напряжённо.       Неделя. Семь дней. Долго.       Тэхён ждал с нетерпением и ужасным волнением. Через семь дней он снова его увидит. Ведь увидит? Хосок должен появиться на встрече в качестве консультанта, а возможно, и главного представителя, ведь это его работа, он сам так сказал, а Чон Хосок был высококлассным специалистом, профессионалом. Тэхён в этом лично убедился тем несчастным днём.       Хосок не поддался эмоциям, чётко и грамотно расставил приоритеты. Личное не наложилось на рабочее, даже лёгкой тени не было заметно. Дело превыше всего. А ведь Хосок мог отыграться, мог воспользоваться своим положением и связями, реакцией Намджуна и похоронить все надежды на сотрудничество. Если взять в расчёт то, какое влияние «RM» могли оказать на компанию отца, то в скором времени Тэхёну бы пришлось учиться жить по весьма ограниченным средствам и искать работу, любую, лишь бы взяли и платили деньги. Да, банкротство, разорение и прочий сопутствующий ущерб. И это ещё без сведений о лазурном пристрастии Тэхёна. Хосок этой возможностью не воспользовался, а Тэхён бы на его месте шанс не упустил. Вот такие они разные.       Чонгук прав, чёрт, ну конечно, он прав. Хосок достоин большего и лучшего, а Тэхён не самый хороший и светлый человек. Он сволочной и сучный. Объективно. А в последнее время так ещё и полный неудачник. И как точно заметил Чонгук, Тэхён эгоист, поэтому он хотел навязать свою не самую лучшую кандидатуру Хосоку, чтобы выбрал он не самый правильный для себя вариант, а недалёкого идиота, который от любви сходил с ума, потому что не знал, что с ней одному делать, ведь также нельзя, ей нужно делиться с объектом, которые эти чувства вызывал, они ведь все для него. Они его переполняли, они уже вырывались. Тэхёну тяжело от них, один он уже не справлялся, не вывозил.       Санта таким мальчикам, как Ким Тэхён, подарки не приносит. Из года в год Тэхён вёл себя плохо и был завален вниманием, он всегда был в центре шумной тусовки. Он не только с Хосоком низко и подло поступил, о, разумеется, нет, Хосок исключением был только в одном правиле, в остальном, как и с другими, а других было много. Блядь, как же много. Тэхён очень сильно подпортил себе карму. Он обидел и насолил очень многим. Кому-то сердце разбил. У кого-то девушку увёл. Лучших подруг или сестёр рассорил, влюбив в себя обеих. Кого-то лишил работы. Кого-то просто унизил и оскорбил, потому что вот такой он мудак и ему так захотелось, и прочее, и прочее. Всё и не упомнить.       Раньше он просто этому значения не придавал, ему было всё равно, пока его же действия не привели к весьма неприятным последствиям для него самого.       Так заслуживал ли он такого доброго человека, как Хосок? Разумеется, нет. У Тэхёна было время подумать, ночами в большинстве своём он только этим и занимался. Он пытался ставить себя на место Хоби и… воображение подводило, в смысле, ему даже в своих собственных фантазиях не везло. На его месте он себя бы не простил и никаких шансов бы не дал, нахуй бы послал или ещё дальше.       Список косяков за всю жизнь у Тэхёна накопился обширный. В Санту он уже давно не верил, но на это Рождество всё же ему хотелось получить один единственный подарок, желательно заранее и уже сейчас. Прощение и шанс. О большем Тэхён не просил.       Он вполне серьёзно рассматривал реальное существование кармы, которая начала активно работать против него. Возможно, ему стоило бы начать её как-то очищать. Добрые и самоотверженные поступки совершать, например. Сложные и не до конца понятные слова, не умел он такого. Зачатки этих качеств в нём ещё только зарождались, и пока настроены были только на Хосока, ну и возможно, самую малость на родителей, Чонгука и Хёрин. А ещё Тэхён в принципе извиняться не умел. Да, ещё один пункт к его характеристике. Он наглый и бессовестный, и обычно все его выходки легко сходили ему с рук, но не в этот раз.       Просто так сидеть, сложа руки, ждать подачки от судьбы Тэхён больше не собирался. У него был адрес, и он решил воспользоваться этой возможностью и ускорить ход времени.       На самом деле, Тэхён не очень-то рассчитывал на то, что ему повезёт, и он застанет Хосока, выходящим из здания «RM», но он каждый день приезжал, как к себе в офис, и караулил, ждал той самой подачки от судьбы, очередной случайности, благополучного стечения обстоятельств, только, увы, ему всё ещё не везло. Хосока он так и не встретил. К счастью, Намджуна тоже.       Чтобы как-то придать себе уверенности и решимости, рассматривая из окна автомобиля стеклянную башню, уходящую высоко в небо, Тэхён пришёл к выводу, что у Намджуна маленький член, поэтому и здание его компании такое высокое, и машина у него большая, он просто компенсирует. И вообще он посредственный любовник, ленивый и неповоротливый, так что ничего ему с Хосоком не светит. Утешение, на самом деле, слабое, но Тэхёну нужно как-то поднять свой боевой дух. Унижение и высмеивание своего соперника представлялось ему неплохим занятием.       В этот раз Тэхён уделил достаточно времени на изучение информации о будущих возможных партнёрах по бизнесу, он готовился.       «RM» на вершине айсберга, непотопляемый флагман, под командованием которого выступали не менее известные и солидные дочерние компании, входящие в состав холдинга. Братья Ким оказались достойными продолжателями наследия своих предков. Удачные вложения, точные прогнозы, рост прибыли и оборотов, расширение, поглощение, новые технологии и креативные подходы к решению нестандартных задач. Стабильность и процветание. Их имя являлось гарантом качества и надёжности. И то, что они обратили своё внимание на компанию, которую, возможно, когда-нибудь унаследует Тэхён, большая честь и удача, шанс неплохо заработать, подняться на ступень выше, выйти на новый уровень.       Старший из братьев, Сокджин или, как сказал Хосок, тот, что менее эмоционален и, видимо, более расчётлив, уже как несколько лет женат. Он жил в Лондоне со своей семьёй, которая включала в себя ещё трёхлетнюю дочь и кошку. В Сеуле Джин бывал крайне редко, судя по постам в соцсетях. А вот Намджун такими достижениями похвастаться не мог. Ни жены, ни ребёнка. Ни кошки. Ни постоянного места жительства. Он почти всегда в движении. Он в свободном полёте и оседать не собирался. Намёков на нетрадиционность его ориентации нигде не замечено, но и никакой спутницы, случайных связей и громких скандалов, сенсационных обличающих заявлений от обиженных несостоявшихся невест и жён. Подозрительно. А ещё эти его паршивые посты с кучей фотографий из разных музеев и картинных галерей со всего света… эстетика. Философские изречения личного сочинения в твиттер. Слишком много пафоса! Качок, который пытается в искусство и глубину? А если он в этом реально разбирается и понимает? Что-то спокойнее от этих сведений Тэхёну не становилось, оставалось только злорадствовать и убеждать себя, что у Намджуна был один очень большой недостаток — маленький член.       Немногим позже мозг решил ухудшить ситуацию, подкинув мысль, что, возможно, у Намджуна был длинный язык, поэтому никто и не жаловался, поэтому и никаких скандалов. Вот же зараза!       За всеми этими тайными засадами и не очень весёлыми мыслями о длине различных частей тела президента Ким Намджуна, его состоятельности, как любовника и бойфренда, размышлениях о Хосоке и фантазиях о признании и примирении, Тэхён очнулся и пришёл в себя в тот момент, когда они с отцом ехали на ту самую встречу, где всё должно решиться. Безусловно, отец думал, что решаться будет будущее их компании, поэтому без умолку повторял, как нужно себя вести, о чём говорить и ещё очень много всего. Тэхён не слушал. Он был в ужасе. Ладони потели, внутри всё скручивалось от нервного напряжения.       В одном отец был прав, нельзя упустить эту возможность. И только бы не облажаться снова, не сотворить что-нибудь не то, не ляпнуть про маленький член, например.       Как бы Тэхён ни настраивал себя, как бы ни готовился, как бы ни старался дышать, а всё равно подавился воздухом, когда увидел его. Хосок пришёл. И сопровождал он другого брата Ким. Хосок и здесь не ошибся, Намджун принципиален и эмоционален настолько, что старшему из братьев пришлось покинуть Лондон.       О хороших манерах Тэхён вновь позабыл. Все мысли из головы выбило, он лишился дара речи. Тело не слушалось и не могло пошевелиться. Он смотрел и не мог глаз отвести от Хосока, собранного и такого красивого, который и бровью не повёл в сторону своего бывшего, виду не подал, что они знакомы. Как у него это получалось? Как?! Как он справился с этим? Почему не смотрел так, как раньше? Тэхён бы всё отдал за тот взгляд, чтобы он вернулся. Тэхён не хотел больше мёрзнуть.       Фиаско. Тэхён был уверен, что уже провалился, не справился с собой, что все странности его поведения, неуверенные и рваные движения, кашель, который вдруг навалился — всё это было настолько очевидно, что все всё сразу поняли. Он сглотнул и, кажется, язык проглотил. Хосок сделал шаг, приближаясь, а Тэхён немного умер. К жизни его вернул болезненный тычок отца, его испепеляющий взгляд и шёпот «соберись, чёрт возьми!».       Он попытался.       Череда формальностей, представлений, кивков, приветствий и полупоклонов. Прошло тридцать секунд и Тэхён пока ничего не испортил.       Всё стало хуже, гораздо хуже, когда дело дошло до приветственных рукопожатий. Возможно, он ожидал, что руку-то ему никто и не пожмёт, но после Сокджина пришла очередь Хосока. И Тэхён замер, хлопая глазами, ожидая, когда случится их контакт, прямое прикосновение, когда он сможет почувствовать тепло его тела, гладкость кожи, твёрдость и силу, уверенность. Он предвкушал это, ждал и в итоге жутко затупил, вгоняя в ступор всех присутствующих.       Рука. Он протянул её не так, чтобы на полпути встретить чужую, крепко и быстро сжать её, несколько раз тряхнуть и отпустить. Тэхён перепутал место, время и обстоятельства. Он держал руку так, ожидая, что в неё вложат другую. Это как приглашение на танец, когда кавалеры приглашают дам, в надежде на их благосклонность и внимание. Тэхён сплоховал.       Ситуацию спас Хосок, быстро избавляясь от неловкого оцепенения. Он буквально вытянул Тэхёна со дна, несильно сжимая его ладонь, изменил положение их рук на корректное. И это можно считать хорошим знаком? По крайней мере, Хосок не побрезговал. И, да, они здесь, чтобы дела обсуждать, а не… нужно дождаться завершения, пережить эту пытку в несколько часов, а уже потом они смогут поговорить наедине. Тэхён рассчитывал, что сегодня у него всё обязательно получится.       Он с трепетом смотрел на небольшой прямоугольник из матовой плотной бумаги с заветными цифрами и именем. Теперь у него есть его номер телефона. Да, рабочий, но всё же. Их связь потихоньку выстраивалась. Хосок больше не исчезнет бесследно, Тэхён его не упустит, не потеряет.       Впереди ещё очень долгая прелюдия перед основной темой встречи, и Тэхён не уверен, что сможет справиться с собой, точнее у него просто мозги отключились.       Все заняли свои места, Сокджин, кажется, пошутил, потому что отец громко рассмеялся, что-то ему отвечая, а Тэхён всё смотрел и смотрел на свою ладонь, в которой совсем недавно была другая. Мужская, но такая изящная, такая изумительная, такая красивая, такая тёплая. А сейчас в ней визитка, которую он бережно убрал во внутренний карман пиджака. Поближе к сердцу.       Чёрт, это будет очень нелегко. Тэхён очень соскучился, он не мог насмотреться. Он заметил, что серебряных прядей стало больше, и как же это горячо. Хосок безупречен во всём. Его стиль, его манеры, его ровная спина и королевская осанка, он великолепен. А под глазами залегли едва заметные тени, усталость. Тэхён ещё тогда увидел, как он сильно похудел. Скулы заострились. Он хотел бы прикоснусь ещё раз, ласково погладить, он не боялся порезаться, но Хосок на части его препарировал своим спокойствием и безразличием. Он никак их не выдал, никаких намёков или неуместных жестов. Как и Сокджин, который сюда пришёл, видимо, только чтобы пошутить, выпить и поесть.       На деле, Тэхён моргнул лишь пару раз и всё закончилось. Сокджину ни перед кем оправдываться не придётся за своё легкомысленное поведение и полное безучастие, а вот Тэхён… мало приятного его будет ждать впереди. Отец будет зол и не доволен. Единственное, чем Тэхён занимался всё это время, он пялился, почти не принимая участия в обсуждении, что-то отвечая на автомате. Он был так увлечён. Очарован повторно и совсем по-другому. Он впервые наблюдал Хосока в деле, как ловко он использовал слова, как играл ими, как же легко у него получалось. И как он держался, уверенно, ни теми сомнения или волнения. Тэхён был очень занят и поглощён, наблюдая за ним. Он слушал его голос, наслаждался его мягким тембром, но ни единого слова не понял и не запомнил.       И когда настала пора прощаний, Тэхён слабо представлял себе результат этих переговоров. Он потихоньку приходил в себя, заново собирался, потому что его впереди ждал очень важный разговор, который ещё как-то выпросить нужно.       И вроде бы всё прошло не так плохо. Следующий этап, который ожидал компанию, финансовый аудит, проверка отчётных документов на наличие фальсификаций и прочих махинаций. Значит, удалось ничего не испортить. Ну, хотя бы здесь не облажался, но отец всё равно явно чем-то озабочен.       Тэхён исправил свою оплошность и облажался несколько минут спустя.       Он почти упустил Хосока. Тот перекидывался с Сокджином тихими фразами на пути к выходу. Они шли первыми, Тэхён висел у них на хвосте, совершенно не слушая то, о чём ему негромко вещал отец. Предчувствие, что нужно ускориться и поспешить, его не покидало. Сейчас или очень нескоро. Когда ещё такой счастливый случай представится? Опять недели или месяцы могут пройти, пока все эти проверки завершатся. Да, у Тэхёна есть рабочий номер, по которому можно позвонить, только что-то подсказывало, что этой возможностью он сможет воспользоваться всего один раз, а потом его оправят в чёрный список.       От отца никак не получалось отвязаться, а Хосок, проводив Сокджина до ожидающего его автомобиля с личным водителем, уже сел в свою машину и готовился выезжать с парковки.       Так быстро Тэхён вообще никогда в своей жизни не бегал. Растерянный отец остался позади, и с ним тоже вскоре придётся объясняться. А если Тэхёну ещё и повезёт, то придётся быть очень откровенным, возможно, это приведёт к грандиозному скандалу и лишению наследства. А есть вероятность, что выбором своего сына отец будет доволен, это, конечно, не точно, но, кое-что на это намекнуло. Именно эту часть фразы ему удалось услышать и понять. Отца восхитил подход и хватка, с которой Хосок провёл эту встречу, и он уже рассуждал, что неплохо было бы иметь такого сотрудника, и как бы его переманить. Тэхён примерно аналогичными вопросами, только в другой плоскости, уже несколько месяцев задавался, и сегодня он намеревался узнать ответ наверняка.       В погонях и преследованиях он тоже раньше не принимал участия, но вот он, Ким Тэхён, преследовал чёрный городской кроссовер, стараясь не упустить его из вида. Он не чувствовал себя крутым шпионом или каким-нибудь суперсекретным агентом, он чувствовал себя немного глупо, а ещё он нервничал, кусал губы и пальцами барабанил по рулю. Интересно, Хосок понял? Вычислил уже? И куда он вообще направлялся? Это точно не штаб-квартира «RM», она находилась в противоположной стороне.       В голове очень мало содержательных и ёмких слов, нет красивых и поэтичных фраз. Тэхёну казалось, что он тупел с каждым прожитым днём. Он уже бросил это бесполезное занятие, заранее что-то придумать и подготовить, ему всё равно казалось, что этого недостаточно и неубедительно.       Но как иначе выразить желание извиниться? Тут только «прости меня» подходило.       А своё раскаяние и сожаление? Мне так жаль, что я был идиотом? Что до сих пор им являюсь, но хочу стать лучше?       А как выразить те ошеломляющие чувства, что грудь разрывали? Я люблю тебя? Я с ума схожу без тебя? Я хочу быть сильным и смелым для тебя, помоги мне стать таким, научи? Прости меня, забери меня к себе, пусти погреться под ясные лучи от твоей улыбки, разреши остаться, не прогоняй…       Тэхён не знал, что именно он скажет. До сих пор не знал. И он не представлял, что будет делать, если не сможет убедить Хосока вернуться и дать шанс.       Волнение и мандраж настолько завладели им, что он не понял, как запарковался. Все действия, как на автопилоте. Хосок сделал это чуть раньше, поэтому пришлось проехать вперёд в поисках свободного места. Удалось встать недалеко, всего через одну машину от него.       И что дальше? Пока-то ничего не происходило. Тэхён побаивался выходить, хотя именно это ему и нужно сделать. Он поглядывал в зеркала, оценивая обстановку позади.       Хосок какое-то время провёл в машине, никуда не торопясь, а Тэхён осмотрелся и загуглил адрес текущей геопозиции. И это немного… странно?       Колледж искусств.       Нет, безусловно, вокруг были и другие объекты, но совершенно не того уровня. Они не соответствовали Хосоку, впрочем, как и захудалый третьесортный безымянный колледж. Что могло привести его сюда?       Перед глазами тут же промелькнули воспоминания их первой встречи. Кампус самого престижного и элитного университета страны, похмелье, головная боль, скука и невероятно привлекательный мужчина с американо, который с первого взгляда показался очень интересным. Сейчас ощущения совсем другие, Тэхён опьянён, но не алкоголем. Желания и чувства дурманили ему голову, с ним такого раньше не было, чтобы вот так сильно.       Пока он вспоминал, Хосок внезапно оказался на улице. Он стоял на тротуаре с пассажирской стороны. Похоже, что он кого-то ждал.       С какого ракурса ни посмотри, а он шикарен. Высокий, стройный, элегантный, утончённый, в тёмном утеплённом пальто с мехом. Это правильно, что он тепло одет, на улице холодало с каждым днём. Хосок поглядывал на часы. Тэхён повторил за ним этот жест. Стрелки остановились на половине пятого.       Он уже собирался выйти и снова проявить свою бестактность, навязать своё общество, даже дверь открыл, но замер, наблюдая нечто удивительное и сказочное. Невероятное зрелище в конце осени.       Он видел весеннюю лесную нимфу, которая лучась своей улыбкой, буквально порхая над асфальтом, проплыла мимо, настолько плавными были её движения. У нимфы нежно-розовые волосы, лёгкая походка, а на ней объёмный белый вязаный свитер и тёмные, слишком узкие брюки, слишком облегающие выдающиеся и соблазнительные формы. Ни куртки, ни пальто. Ни шарфа. И маленькая кожаная сумочка на серебряной цепочке. Всё слишком, чёрт возьми, нежное и воздушное.       Тэхёну чудилось, что он вдохнул сладкий цветочный аромат, будто воздух пропитан этим флёром, что тянулся шлейфом за нимфой.       Каблуки по асфальту цок-цок-цок.       Значит, всё же она ходила по земле, а не летала. Тэхён почувствовал, что этот стук забивал гвозди в его голову.       Нимфа, достигнув своей цели, остановилась напротив и слишком близко, улыбаясь ещё ярче. Сердце в груди у Тэхёна, сделав болезненный кульбит, надломилось. Это эфемерное существо потянулось к Хосоку и было моментально заключено в объятия, ему подарили кроткий поцелуй в губы, его притянули ещё ближе, укрыли полами пальто, чтобы согреть это хрупкое и нежное создание, спрятали от восточных ветров. Они стояли, чуть покачиваясь, и…       Блядь, что?! Да какого хуя?       Тэхён сбросил внезапно навалившиеся на него чары наваждения, проморгался, но картинка позади так и не рассеялась. Это какой-то мираж, а не чёрно-белый мир Тэхёна. Розоволосая макушка никуда не исчезла и прятала своё лицо на груди у Хосока, а тот ей что-то говорил негромко.       Нимфа на самом-то деле была ненастоящей, подделкой, умело маскирующейся под оригинал, потому что парень, да, очень молодой, милый, ласковый, нежный, воздушный, блядь, как клубничный зефир, но без сомнений невысокий и атлетичный парень. Ну, сука, нет.       Почему он и сейчас? Тэхён отказывался верить своим глазам. Он ожидал угрозы со стороны Намджуна, что-то подсказывало, что вот его стоило опасаться, поэтому Тэхён и представлял разное, включая тот ужасный план с похищением и поездкой в лес, но вот такого, нет, никогда такое ему в голову не приходило. Он готовился сражаться и отвоёвывать свою любовь у достойного противника, сильного, добиваться взаимности, но это… это вообще Хосоку никак не соответствовало и не подходило.       И тут же люди! То есть не толпы, конечно, но всё же, а они напротив колледжа посреди улицы обнимались. Бестыжая фантастическая тварь вцепилась в Хосока мёртвой хваткой. Тэхён не мог на это смотреть и терпеть, его переполняли злость и раздражение, что-то внутри яростно клокотало, вырываясь на поверхность. Как же он взбесился!       Совершенно не думая, он покинул салон, со всей силы захлопнув дверь. Нимфа вздрогнула. Хосок обернулся и удивлённо уставился на Тэхёна, пылающего яростью.       И вспыхнет пламя!       О, да, теперь Хосок смотрел на него, смотрел, не отворачиваясь, и уже не безразлично. Его взгляд потяжелел, выражая недовольство и что-то близкое к тому, что испытывал Тэхён. Злость, возмущение тем, что помешали, а ещё… отвращение или усталость?       Не так Тэхён всё планировал, но сейчас здесь определённо будет сцена. Ревности или, возможно, смертоубийства, избиения младенца, как пойдёт, потому что нимфу хотелось грубо и жёстко оттащить от Хосока, а потом несколько раз головой об асфальт приложить, чтобы оттенок с розового на бордовый изменился, и зубы все выбить, чтобы больше никаких улыбок. И никаких тёплых объятий и нежных поцелуев, потому что… потому что этого всего от Хосока хотел Тэхён. Ему больно смотреть на то, как это доставалось другому. Чем он это заслужил? Чем заслужил внимание, ласку и заботу? Почему он?! Почему вот так? Тэхён не готов, он отказывался принимать реальность, отказывался верить в то, что видели его глаза, только от его отрицания ничего не менялось.       Каждый шаг, как шаг над пропастью, Тэхён в своих силах уже не уверен, ему всё труднее и труднее давались эти несчастные метры до слипшейся сладкой парочки. Ему казалось, что расстояние не сокращалось, а всё действие происходило в замедленном режиме. Кто-то будто бы специально над ним издевался, не позволяя вмешаться и расставить всё по правильным, на взгляд Тэхёна, местам. Он остановился перед капотом, продолжая свирепо жечь и испепелять.       Эти воздушные без пяти минут взбитые сливки ещё и замурлыкали! — Хоби? — нимфа обладала звонким ангельским певучим голоском, противным и мерзким, обеспокоенным и настороженным в настоящее время.       Правильно, тварь почувствовала угрозу. И Тэхён очень близок к черте, чтобы её переступить. — Всё в порядке, Чимин, — Хосок сдвинулся, высвобождая одну руку, открыл пассажирскую дверь и мягко подтолкнул бело-розовый зефир в её направлении, он звучал так ласково и спокойно. — Садись в машину. Я быстро, это по работе.       По работе?! Нет, Тэхён тут не по работе! Он тут по любви!       Перед тем, как послушаться, Чимин прошёлся весьма подозрительным и оценочным взглядом по Тэхёну, остро и колко. И он торжествовал, этот блеск в его глазах иначе истолковать было невозможно. Его кривая улыбка была не ласковой и яркой, как для Хосока, нет. Она выражала превосходство и ехидство. Он насмехался глазами и каждым микровыражением на лице. Разбить бы его и выбить зубы, кровь пустить… Пришлось крепче сжать кулаки, держаться, не потакать сиюминутным порывам и не вестись на провокации мелкой дряни, но…       Дверь осторожно закрылась. — Да ты, должно быть, шутишь! — прошипел Хосок почти на ухо, грубо цепляя Тэхёна за локоть, разворачивая и толкая вперёд, он отвёл их на пару метров от машины. — Что тебе здесь нужно?       Наверное, именно этого Тэхён и добивался. Неравнодушия. Успех достигнут, Хосок взбешён. А Тэхёну спокойнее стало, прям полегчало, когда они только вдвоём и так близко оказались. И никакой приторной ненастоящей тяжёлой сладости, лишь морская свежесть, тёплый океанский бриз. Этот парфюм так подходил ему, и Тэхён так скучал, так давно не ощущал его рядом с собой и на себе. — Нам нужно поговорить, — провал с первых слов, но, да, это основное, первостепенное.       И это далеко не всё, у Тэхёна появилось очень много вопросов в дополнение к тому списку, которым он себя мучил последние месяцы. В особенности о бело-розовой фигне, которая с них глаз не сводила. — Нам? Нам?! — Хосок держал приветливую улыбку и орал полушёпотом, несмотря на то, что звукоизоляция его автомобиля должна отлично справляться со своей задачей. — Мне ничего с тобой не нужно. Чего ты ещё хочешь от меня, Тэхён? Выбить условия получше? Послабления в проверке? Или слепое заключение долгосрочного контракта? Предупреждаю, ничего из этого не будет.       Обидно, потому что все эти предположения ошибочны и неверны. — Это здесь вообще ни при чём. — Нет? Тогда и говорить нам не о чем, — категорично и твёрдо, неторопливо отступая спиной.       Так просто его отпускать нельзя. — Хосоки, я буду говорить и прошу тебя послушать. Пожалуйста. Ты злишься, да, я понимаю… — Нет, не понимаешь. И не поймёшь никогда. Хватит, Тэхён, просто хватит. Мне пора, у меня планы.       Категоричность Хосока и разрушение тех ожиданий, которые сейчас на глазах осыпались невидимой пылью на асфальт, опять вывели Тэхёна из себя. — Твоим планам хоть девятнадцать-то есть? — Можешь не переживать, — его усмешка ядовита, от неё что-то стало в глазах щипать. — Уже можно. Ему можно всё. — Почему ты… с ним? Он же…       Тебе не подходит, он не я, он же почти школьник. На языке так и крутилось «Почему не я? Я должен быть на его месте! Ведь я люблю тебя!». — А разве не этим и должны заниматься мерзкие и жалкие педики? Соблазнять наивных невинных студентов, сбивать их с правильного пути? Ты уж извини, я до стадии полного одиночества и ненужности ещё не дошёл. Прощай, Тэхён, меня ждут.       Каждое слово удар по больному, по тому, за что Тэхён хотел бы себе рот зашить или язык вырвать. Эти ужасные, грубые оскорбления — это почти цитата. Малая доля из всего сказанного в тот день, когда Тэхён всё сломал. Хосок его цитировал. Он помнил, он ничего не забыл и не отпустил, но нашёл себе… розовые планы, которые смотрели на него с обожанием, которые насмехались над Тэхёном.       Чёрный кроссовер уже давно скрылся из вида, а он всё стоял, насквозь продуваемый восточным ветром. — Это я тебя соблазнил, — чуть слышно произнёс он вслед Хосоку, но его никто уже не услышал.       Никому не нужны признания постфактум, от этого прошлое не изменится, а шрамы не залечатся.