Странствующий бессмертный

Знаешь, на меня часы обиделись Я убивал их время тридцать долгих лет И все бы ладно, но меня увидели В ориентировках на стекле

             Шень Цинцю поморщился, внутренне сгорая от стыда, а человек напротив словно так оно и надо невозмутимо перебирал свой небогатый походный скарб. Этого заклинателя мастер Сюя не знал, что довольно необычно, ведь именно он руководил информационной сетью Цанцюн и знал всех выдающихся заклинателей и подающих надежды учеников цзянху. Особенно в тот период особой осторожности, после первой ужасной смерти.       Незнакомый мастер, словно ожидал, когда он придёт в себя и начал с закономерного вопроса: — Как твоё имя?       Шень Цзю фыркнул и послал взгляд «Так тебе и сказал, как же». Тут бы он и съязвил в стиле пика Цинцзин, но его рана дала о себе знать крайне невовремя. Его глаза невольно закатились и он упал на мягкую лежанку совершенно без сил. На краю сознания вспоминались пыльные свитки о смертельных ранениях и дивных исцелениях.       К нему тут же кинулся бродячий заклинатель, на ходу засунув мешочки цянькунь в рукава, и простёр ухоженную ладонь над его впалым животом, так професионально, что Шень Цинцю вспомнил Му Цинфана. Как это было давно… И отключился.       В следующий раз заклинатель проснулся полным сил и без травматичных напоминаний о его слабости. Грудь больше не отдавала болью.       Нахмурившись, Шень Цинцю начал вспоминать причину и следствие своего самоубийственного взаимодействия с У Янцзы и не находил. Стало тревожно. По его подсчётам безрассудные поступки должны появиться позже, а в идеале никогда. Что ж, этот мастер сходит с ума намного раньше.       В сборнике Линьсы было упоминание, что после тридцать третьего цикла, происходит духовное освобождение и душа может отправиться на покой, в его случае на экстренное освобождение. В идеале. По факту имеем пониженный самоконтроль этого мастера и пятидесятый круг Диюя скромно именуемый циклом. Трреньк! Система приветствует хоста Шень Цинцю! Хорошие вещи должны случаться даже в юбилей! Было активировано достижение! Спасение злодеем Шен Цзечао, владыки Аньшань, меча Минъюэ! Очки злодея +150, очки расположения Шен Цзечао +50. Продолжайте в том же духе!       Вот и злой дух к нему присоединился. Открой сообщение демон Сис Те Ма. Внимание Хост! На данный момент вы прошли долгосрочную миссию «Освобождение злодея». Очки прохождения +5 900, очки злодея +4 000.       Мастер Сюя выразительно замолчал. Иначе он бы выразил все свои мысли исключительно не изящно и не так доходчиво как хотелось бы прежде. Жаль. (*О*)/ Хост был очень выразителен, Система приносит искренние извинения! Пока вы усердно проходили предначертанные испытания, эта Система повышала профпригодность в Основном пространстве и теперь может сделать намного больше!       Шень Цинцю молча вознес молитву Небожителям, в весьма дежурном стиле, с поправкой на выражение крайнего бешенства своей участью. Теперь, когда этот прилипчивый дух вернулся, этому мастеру стоит пересмотреть свои планы.       Ещё в начале, когда он лежал в горячке после тяжёлого искажения ци, пережитым как обычно в его хижине, этот дух прицепился к нему будто репей и всё требовал изменить неведомый сюжет заведомо дерьмового романа. Сис Те Ма всё норовила звать его хостом Пропастью и требовала поведения чуть ли не мягкого риса!       Прошло много лет и этот мастер уловил значение своей роли в этом мире — быть учителем этого звереныша. Кто бы его ни взял в ученики, какие бы пути ни приводили его на вершины Цанцюн Шань — неизменно, что Меч Сюя его учитель.       Сейчас же его меридианы проверял неизвестный заклинатель, с похожей судьбой, но какого-то гуя забывший здесь остановиться. Этот мастер очень хотел бы знать. Сам бы он покинул пределы этой вселенной не оглядываясь, была бы возможность...       Ладонь заклинателя хранила скрытую мощь, лениво скрывающуюся при посторонних, в битве атакуя с грацией хищника и голодом змеи. Шень Цинцю совсем не удивлен. Такая мощь когда-то была у него, у главы школы, у варвара с Байчжань и, неожиданно, у Шан Цинхуа. Его ци была скрытой змеёй укрытой безобидной шкурой травоядного в спячке. Само собой, он казался ему тем человеком, с которым нельзя показывать пренебрежения. Сегодня он хомяк, а завтра убийца с швейной лентой в руках. Поэтому он не удивлялся неожиданным неудачам Бога войны, скрытым сюрпризам в поставках у его шиди и полное экономическое унижение противников Цанцюн с головной болью главы Цанцюншань.       В двадцать девятом цикле он исчез из Цанцюншань, отправившись по своим следам из прошлого. Тогда в Цзиньлане судили Шан Цинхуа… Ох, как же долго тогда смеялся Шень Цзю, так долго, что словил грудью меч праведного заклинателя. Шень Цинцю отказывается признать, что сам умело подставился под меч юного заклинателя из Хуаньхуа. Тогда он решил породить новых драконов в еще мутной воде.       Заклинатели ещё не были вежливо представлены друг другу, так что этот мастер представился первым.       Лекарь удивлён не был. Он лишь приподнял левую бровь, едва заметно впрочем и представился в ответ: — Ци Наньань, бессмертный мастер с горы Сяньду.       Шень Цинцю уважительно кивнул. О заклинателях с этой горы ходило много слухов и ещё больше правды было увековечено в Великой Библиотеке Цинцзина, которую терпеливо пополняла вся Цанцюн. Треньк! Открыты ветки заданий «Дуэт злодеев» и «От цветка луной росы до носорогопитона». Принять? Отказать?       О? Его вынужденный спаситель только успел представиться, а она уже предлагает ему нечто крайне сомнительное. Да и ещё и с тем, кто не пожелал представиться собственным именем! И нет, этот мастер не будет говорить свое официальное имя, ни за какие баллы, Системы!       Бессмертный мастер ещё раз проверил его рану и дал знакомый отвар восполнения сил, что Шень Цинцю пил прежде на Цяньцао, когда вообще туда ходил. Когда главой пика Цинцзин был Тан Аньвей. На миг стало теплее и защищеннее, в чем этот мастер никогда не признается.       Затем он сказал крайне глупую вещь: — Я направляюсь в Цзиньлан. Если тебе со мной по пути, то отправляемся с восходом. Глаза Шень Цзю скосились в сторону окошка Системы.

:-P