Часть 1
3 сентября 2022 г., 16:40
— Сириус, уймись! Не надо этого делать! Ты выбьешь нам все стёкла! Питер, какого чёрта ты туда полез?! Там мои запасы на зиму! — орал направо и налево озабоченный праздником Альбус. — Что вы вообще забыли в этом маггловском пабе? Не могли до ночи подождать? И ладно, вы бы просто немного выпили, так нет же: выхлебали два литра абсента в два лица!
— Профес-с-сор, — заплетаясь и посвистывая выдавил Петтигрю, оседлавший ближайший кожаный диванчик, — мы отдавали дань, ик, уважения традициям зельеварения. Абсент — это же полынь, а полынь — это наше всё. Мы не могли просто стоять и равнодушно стоять и смотреть, как…
Дальнейшие объяснения резко прервались и это заставило гостей обратить свои встревоженные взгляды на Питера. А в это время он так усиленно надувал щёки на своём лице как будто планировал их лопнуть под бой курантов. Неожиданно сорвавшаяся глухая и продолжительная отрыжка заставила всех и облегчённо вздохнуть, и сконфузиться одновременно.
— Питер, спокойствие! Я дорасскажу, — заявил о себе успокоившийся Сириус. — Мой друг хотел сказать, что мы не могли стоять и равнодушно смотреть, как в этом чудеснейшем храме разливают этот ароматный настой и без нашего участия.
— Ну мы дождёмся сегодня выпивки? У них-то уже, — Гарри показал на Блэка и Петтигрю, — полное веселье, а у нас скукота, как в обществе трезвенников! — простонал Гарри.
— Мальчик мой, так ты уже взрослый! — ещё больше оживился Сириус. — Ты выпить хочешь! Дядя всё найдёт. После этого Блэк начал хлопать себя по карманам в поисках спиртного, но ничего не найдя, сказал Поттеру: — Видимо не судьба… Хотя нет! Идея! Будет тебе сейчас алкоголь. После этих слов Сириус начал совать два пальца в рот, но находившийся рядом Северус перехватил руку и не дал дяде «поделиться» алкоголем с Гарри.
— А ну, не тронь, брюнетка! — начал вырываться Блэк, увидев перед собой Снейпа. — Мы, между прочим, уже часть истории, так что руки!
— Истории? Я даже знаю название этой истории — «Бухали два товарища» называется. И как вы только умудрились выжить в войне? — непринуждённо спросил Северус.
— Сев, не начинай, — мягко промурлыкал Люциус. — Испортишь весь праздник.
— Да я ещё не начал, а эти, похоже, уже закончили, — заключил Северус.
Внезапно уютно убранная комната дома директора Хогвартса огласилась криками.
— Дубины! Мои дольки! Нет-нет, только не за ёлку! — продолжал кричать Альбус на Питера и Сириуса. — Изверги! Просто достаньте вон тот пузырь!
— Директор, предоставьте это мне, — выпалил Северус, доставая палочку и направляя на пьянчуг. — Остол…
— Профессор, есть идея получше, — громко перебил заклинание Снейпа Поттер. — Дадим им зелье трезвости и к вечеру они будут как огурчики. Оно же есть у вас?
Убрав палочку в карман, Снейп с разочарованием сказал: — Поттер, ты только что обломал мне новогоднее желание.
Под такие несдержанные аккомпанементы начиналась предновогодняя ночь в доме Альбуса Дамблдора в Годриковой впадине. Лучшие друзья и некогда их бывшие враги собрались воедино впервые после того, как «отгремели» заклинания магической войны. Сама война расставила для каждого свои приоритеты, и нередко они заставляли человека изменить свою жизнь.
Так, например, Люциус Малфой более не считал Гарри Поттера заносчивым и взбалмошным мальчишкой, коим он казался на первых годах обучения. Теперь он смотрел на него как на равного себе волшебника и старался полностью отторгнуть от себя теорию о чистокровности, которой так кичился и упоминал при любом удобном случае.
Ни Драко, ни его отец, ни большинство из бывших Пожирателей Смерти, ни директор Хогвартса — никто больше не считал Гарри Поттера обыкновенным «куском мяса», как говорила Минерва Макгонагалл, которого постоянно судьба забрасывала в приключения, как в пасть огромной акулы. Лишь Ремус и Сириус продолжали по обыкновению дарить ласку и любовь Гарри и нисколько не изменили своего отношения к нему. Он был для них каким-то очень родным, поистине настоящим и живым, словно Поттер был их самым любимым сыном.
Но сейчас, в рождественскую ночь, в поистине доброе мирное время, никто из собравшихся не желал вспоминать прошлые обиды. Все жаждали встретить и принять то самое светлое будущее, о котором так красноречиво вещал молодой министр магии по волшебному радио. До наступления Рождества оставалось буквально несколько минут.
Однако непрекращающаяся суета и обозначившийся разгром дома директора потихоньку становились частью постпраздничного настроения. Особенно тогда, когда все бутылки были опустошены и валялись без дела повсюду, а в салатах виднелись чьи-то вихрастые затылки, припорошённые «снегом» из конфетти и фейерверков. Очередной звон расколотого стекла и неуклюжие пошатывания Петтигрю, стоявшего одной ногой на прогнувшейся полке с соленьями Альбуса, а другой — на плече у Сириуса, заставили в конец разгневанного директора пойти на крайние меры.
— Господа! — мирно начал Дамблдор, скрещивая руки у себя за спиной. — Спешу сообщить вам радостную новость: зелье роста для животных готово к использованию. И миссис Норрис согласилась поучаствовать в данном эксперименте. Вот только у меня два вопроса: как быстро она сможет адаптироваться в новых для себя условиях и сможет ли она мгновенно запустить в пасть нерадивых волшебников?
— Бродяга… я, по-моему, падаю… — еле слышно прошептал Петтигрю.
— Спокойно, я тебя поймаю, — также тихо ответил Сириус, — ты только не держись за полки. Падай на меня и…
В этот момент прямо посередине домашней комнаты наблюдалась следующая картина: поваленная ёлка с рождественскими игрушками и огоньками-шишками, разбитые одна за другой полки со всевозможными предметами директора и два весело ржущих тела в обнимку с несколькими пузырями выпивки.
Образовавшаяся кисельная масса от разбитых банок стремительным потоком направилась в сторону мирно сидящего Люциуса, к его до блеска начищенным туфлям и дорого сшитым брюкам. Снейп же начал судорожно подбирать свою летучую мантию и нашёптывать различные заклинания, чтобы хоть как-то остановить эту солёно-сладкую волну. Единственный, кто не удивился безумию взрослых волшебников, это Гарри.
— Как дети, ей-Богу, — рассмеялся Поттер и непринуждённо, словно стёр пыль с комода, взмахнул палочкой в сторону «праздничного» хлама. — Профессор, не злитесь на них. Это же бесполезно. Вспомните, как прошла наша последняя битва. У нас же весь план сорвался из-за Хвоста. Кстати, некоторые ведь ему поверили и даже прыгнули со скалы, да, Сириус? Безбашенность у нас в крови!
— Как и алкоголь. Главное, что он сейчас на месте! — не удержался Питер и, скользя по ещё не убранному до конца полу, протянул Поттеру уцелевшие бутылки.
Альбус, возможно, был бы рад что-то добавить, но ограничился осуждающим взглядом из-под очков. Он подумал, что хватит с него криков. Просто-напросто волшебникам стало не до разборок по поводу того, кто свалил ёлку, кто дёрнул за мишуру, а кто поставил ноги на хлипкие полки директора. По волшебному радио волшебники и волшебницы со всего мира подводили к концу свои последние поздравления с наступающим Рождеством. На заднем фоне были слышны стук бокалов и взрывы фейерверков в тех районах магического мира, где новый день начинался намного раньше.
— Ну что, по первому бокальчику за уходящий год? — предложил Снейп, откупоривая бутылку игристого вина.
— Отличная идея, — согласился Дамблдор. — Предлагаю тост за верных, преданных друзей, хоть и криворуких временами! Да и кривоногих тоже! И пусть мне придётся делать капитальный ремонт в доме после праздников, но да ладно! Мы же празднуем Рождество, а в праздники сбываются любые желания. Поэтому надеюсь, в следующем году кто-то станет более увереннее, более смелее, а кто-то более трезвее и аккуратнее!
— А я хочу пожелать побольше разума и поменьше старческого полоумия! — переорал Альбуса Сириус.
— Я никогда ничего не желал, потому что все мои мечты о людях оборачивались крахом, — начал Снейп, — но на этот раз хотелось бы пожелать просто быть самими собой. Хотя про разум мне польстило, Сириус.
— Хочу, чтобы в это Рождество случилось поистине новогоднее чудо, которое воодушевило бы нас на новые приключения! — неожиданно выдал Малфой-старший.
— Не переживай, светлячок! Через несколько фужеров ты сам будешь приключением, — давясь от смеха, сострил ещё не протрезвевший Питер.
Гарри поочерёдно наблюдал за волшебниками и внимательно слушал всё, что те говорили. Пока его состояние позволяло ему внимательно слушать. Больше всего его обрадовало и неожиданно заставило удивиться пожелание Люциуса, которому якобы в прилично взрослом состоянии ещё тянуло на приключения. Поначалу Поттер просто воспринял слова, не придавая особого смысла сказанному. В данный момент ему просто хотелось расслабиться, вспомнить моменты из прошлого, обсмеять их, а потом пойти пускать петарды в воздух и строить снежную бабу во дворе школы, как это было несколько лет назад.
— Гарри, а ты…
— Т-с-с-с, я уже опоздал. Теперь поздравление министра, — вполголоса ответил Поттер, перебивая старческий голос директора.
— Дорогие друзья! Как вы видите, наши зачарованные часы почти готовы отсчитать двенадцать ударов и открыть нам всевозможные пути для совершения новых достижений. Времени осталось совсем мало, поэтому хочу пожелать всем то, что у вас было отнято на протяжении долгой войны со злом, — семейного счастья, чистой любви и верных друзей, всегда приходящих вам на помощь! С Рождеством, любимые волшебники! С новым 1999 годом!
— Господа, загадываем самые сокровенные желания! Бокалы! — радостно воскликнул Дамблдор. — С Рождеством!
И зазвучал национальный гимн Магической Британии, оповещая всех собравшихся за столом и о рождении Христа, и о вступлении в новую мирную эпоху нового года.
— А всё-таки как-то не по-человечески получилось, — взгрустнул Гарри, допивая очередной бокал огневиски.
— Ты это про что? — попытался серьёзным голосом произнести Питер, но вышло у него слегка развязно.
— Я про Тома… Тома Реддла, — спокойно ответил Поттер, словно вёл светскую беседу.
За столом воцарилось молчание, частично нарушаемое икотой Сириуса и радостными криками за стенами школы. Все присутствовавшие выпали в осадок. Сам Сириус вместе с Питером на несколько мгновений настолько удивились, что теперь в их взглядах читалась только трезвость, и как будто не было недавнего разгрома комнаты.
— Дементор задери тебя! Какого соплохвоста ты несёшь после третьего стакана, Гарри? — совсем не аристократично вопрошал Люциус. — Значит так, ребята, ему крепче кефира больше ничего не наливать.
— Мистер Малфой, вы вроде бы говорили в пожелании, что вам скучно? Я что-то от вас нормальных предложений не слышу. Тогда я предлагаю следующее. Мы прямо сейчас отправимся в приключение, — ответил Поттер. В его глазах заплясали маленькие чертята, готовые разжечь огонь в любую минуту. — Мы наведаемся к моему собрату по магии и сделаем всё, чтобы тот вновь обрёл душу среди живых.
— Какого дьявола, Поттер? Всё-таки не смирился со званием героя войны и поехала крыша? У меня есть несколько препаратов на такой случай, — сказал Снейп, ошалевшими глазами изучая задумчивое лицо «Золотого» волшебника.
Северус и Люциус уже приготовились к перепалке против своего выпившего брата по оружию и надеялись, что сейчас к ним придёт поддержка от самой взрослой части их компании. Но следующие слова, прорезавшие воздух, вогнали компанию в ещё больший ступор.
— И как же ты намереваешься это сделать? — поддержал Поттера Альбус.
Медленно, но верно, лица участников празднества вытягивались всё больше и больше. Они могли допустить, что Гарри может сказать что-то бредовое по молодости. Но чтобы директор, которому без преувеличения почти двести лет, решил ввязаться в новую авантюру только потому, что снова что-то замыслил? Такое никак не могло уложиться в голове празднующих. Выглядело всё так, словно Гарри — главный заводила, а Дамблдор, как всегда, на подпевках, эдакий «серый кардинал». Пока остальные в изумлении молчали, переваривая услышанное, Гарри продолжил.
— Очень просто. Благодаря моему древу я являюсь обладателем всех трёх предметов Владычицы Смерти, то есть я — Повелитель Смерти, и могу пройти даже через сами ворота Ада, и та меня не заметит. С помощью этих же предметов мы перенесёмся в царство мёртвых и вызволим нашего собрата. Что скажете?
— Здесь нужен поистине грандиозный план… — немного приуныл директор. — Да, нехорошо получилось с Томом. Да, в принципе, как и с тобой, Гарри. Но о чём ты с ним хочешь поговорить? И для чего тебе он понадобился?
— Сириус, можешь возвращать своё желание обратно. Не сбылось…
Данная фраза была последней, сказанной Северусом спокойно. После этого он взорвался.
— Нет, я, конечно, всё понимаю, больше нет тем для разговоров, но это уже слишком! Поттер, я ещё могу понять этого старого маразматика, у него уже омут вместо головы. Хотя и ты тоже никогда не блистал мозгами, но откуда у тебя проснулась ещё большая глупость? Повелитель Смерти… А я тогда буду Великим Бабуином, предсказывающим судьбу!
— Ааа, я всё понял! Это розыгрыш, да? Наш юный алкогольный друг решил всё подстроить. Так ведь, Гарри? — продолжал строить догадки Малфой-старший. — То-то ты такой молчаливый, много пьёшь и нас заодно втягиваешь в свою авантюру.
— Да не хочу я никого втягивать. И не розыгрыш это. Просто поздравлю бывшего врага с Рождеством и вернусь. Я скоро, — улыбнулся Гарри и уже было отправился на выход из комнаты, как его руку перехватил Дамблдор.
— Нет, Гарри, никуда ты не пойдёшь… без нас. А действительно, передадим привет и снова вернёмся к праздничному столу, — похлопал в ладоши Альбус.
— Парни, вы что стоите-то как парализованные?! Их двоих нельзя оставлять, — встрепенулся Сириус, подтягиваясь к Северусу и Люциусу. — Что думаете, господа? Питер?
— Ну, если ты идёшь, то мне тут одному делать нечего. Я с тобой, — отрезал Хвост.
— Если других вариантов нет, то такое приключение тоже сойдёт, — зевнув, сказал Люциус.
— Да ну вас на хрен, — возмутился Снейп. — Вы даже не представляете, куда идёте, да ещё во главе с Мистером Деменция и Мальчиком-который-только-с-горшка-слез! Это Рождество тогда будет для нас последним. Не пущу никуда!
— Сев, не заводись, — начал уговаривать своего друга Люциус. — С другой стороны, а что нам ещё осталось! Доживать свою жизнь, кто кем? Лично мне должность главы Попечительского совета никуда не упёрлась! Думаю, ты тоже хотел бы разбавить свою работу чем-то необычным. В конце концов, мы с тобой если куда-то и вляпывались, так только вместе. Заканчивай ворчать и пошли вместе. Потом будем сами над собой смеяться!
— Если выживем… — подытожил Северус. Это было его согласие.
