С любовью, твоя Лолита

***

Вечер. Неаполь. 1 января.

      Дамиано не выходит из своей комнаты около двух дней. Еду ему приносил Якопо, все время пытаясь выпытать у брата причину его удрученного состояния, но, получав каждый раз в ответ фразу «Все нормально», уходил. Уходил с полным подносом еды. Это «Все нормально» уже не на шутку раздражало старшего. Дамиано 20, мать его, лет, а он по непонятной причине выпадает из мира и не хочет делиться своими переживаниями. Якопо считал это бредом, не иначе.       В очередной раз заходит с тарелкой пасты в руках. Дамиано продолжал лежать на постели, уставившись в телефон. Он все время был в сети в Инстаграм. Якопо никогда не думал, что в этой социальной сети можно настолько долго что-то делать. Ну, в том случае, если ты не инста-дива. Ставит тарелку на письменный стол парня и усаживается в рабочем кресле. Наблюдает за тем, как младший брат смотрит чьи-то сторис. Якопо выхватывает телефон из рук Дамиано и тот резко подскакивает, начиная вырывать обратно. — Отдай, Якопо. Якопо, не смешно, быстро верни! — Давид младший уподобился Чили, питомцу Виктории, которая также скачет при виде своей светловолосой хозяйки. Только баскетболист пытался отобрать у брата то, что его по праву. — Чего ты так разволновался? — Якопо смотрит на экран, где висела последняя история какой-то незнакомой ему блондинки. Лет шестнадцати, на вид, девочка, выложила коллаж из четырёх фото в бассейне под открытым небом, прикрепив к истории песню Ланы Дель Рей – “Lolita”. — Красивая. Кто она? — Отдашь телефон – скажу. — Якопо не был уверен в правдоподобности слов брата, а потому телефон не вернул. — Нет уж, ты молчал два дня, теперь поговори хотя бы со мной. Кто она? Почему ты смотришь ее профиль? — С лисьей ухмылкой спрашивал старший. — Это Виктория, младшая сестра Лоренцо. Я просто подписан на неё, так как подписан и на самого Лоренцо. Теперь отдай. — Дамиано протянул руку, чтобы получить свою вещь. На этот раз Якопо отдал. — Сколько ей, раз она младшая? — Почти шестнадцать. Не смей произносить что-либо по типу «влюбился?» — Влюбился, это очевидно. Тебя посадят, дорогой. Я тебе гарантирую, что свяжись ты с ней, сразу же угодишь за решетку. — Она мне не нравится, Якопо, хватит! Она просто знакомая! — Из-за этой просто знакомой ты не ешь два дня? Мило. Я тебя предупредил. — Якопо собрался уходить, но остановился в дверном проёме. — Хотя бы с родителями поговори, а то они уже забыли твой голос и как ты выглядишь.       Дамиано на это ничего не ответил. Боже, ну что за цирк устроил Якопо? Почему Дамиано должен как маленький школьник послушно отвечать на все вопросы? Почему Дамиано не имеет права и рта раскрыть, если дело касается самого Якопо и его невесты? Бред.       Давид усаживается за стол, начиная уплетать тёплую пасту, при этом все ещё не выпуская телефона из рук.       Он следил за каждым новым фото Виктории, или же за обновлением в stories. Как оказалось, отметив Рождество в Риме, семья отправилась на горнолыжный курорт Кортина Д’Ампеццо, недалеко от Милана, в итальянских Альпах.       Она успела опубликовать уже немало видео и фото, создав отдельную папку «актуальных», чтобы воспоминания об этом отдыхе сохранились на более длительный срок. Самый первый пост с начала их семейного путешествия она выставила в сети уже двадцать седьмого декабря с утра, стоя в миланском аэропорту со своим чемоданом. На этом фото она была одета максимально мило и по-домашнему. Серые спортивные штаны, ботинки и вязаный свитерок. Она счастливая, улыбается. И Дамиано также улыбается вместе с ней, разглядывая это фото. И с того момента ее профиль пополняется новым контентом чуть ли не каждые десять минут.       Новая история. Минутное видео, где Лоренцо подбрасывает ее в воздухе, а Виктория приземляется в бассейн с горячей водой. Вокруг них только тёмное небо и могущественные Альпы. Девочка выныривает и тут же подплывает к брату, чтобы крепко его обнять и чмокнуть в щёчку.       Она была неимоверно милой без макияжа, такой красивой с влажными волосами и очень привлекательной в этом нежно-синем раздельном купальнике. Маленькая, аккуратная грудь, тонкая талия, худые, костлявые ноги. Рядом с ней ее такой же шикарный брат, с влажными, кудрявыми волосами русого цвета, накачанным телом и ослепительной улыбкой. Если бы Дамиано не был в курсе, что они брат и сестра, то однозначно принял бы их за парня и девушку, которые выдают себя за «очень хороших друзей», скрывая настоящие чувства. Только вот единственным, от кого у Давида секреты, является именно Лоренцо. Дамиано боялся представить, что с ним сделает друг, как только узнает об их совместной ночи с Викторией. Как только узнает об их чувствах друг к другу.       Давид отдавал отчёт своим мыслям: он влюблён в Викторию. Это было однозначно понятно. Дамиано тяжело это осознавать, но любовь — великий дар, влекущий за собой бесконечные страдания.       Выключает мобильный, оставляя его на столе. Шумно выдыхает и опускает лицо в ладони, оперевшись локтями о деревянную поверхность. Тарелка была пуста, Дамиано и сам не заметил, как за столь короткий промежуток съел весь ужин. Кладёт телефон в карман, тарелку в руки и, наконец, выходит из комнаты. Спускается со второго этажа, чтобы отнести пустую тарелку на кухню, попутно проходя мимо раскрытой двери кабинета отца. Даниэль сидел за ноутбуком и заметил прошедшего мимо младшего сына. В гостиной было пусто. Якопо и его невеста либо ушли гулять, либо сидят в его спальне. Дамиано оставляет тарелку в раковине и, обернувшись, вздрагивает. Прямо перед ним стоял отец. — Ты напугал меня, папа. — Дамиано, это ты меня напугал. Я не знаю, что с тобой происходит. Ты два дня ничего не ел и не выходил из своей комнаты. Что случилось? Я не приму ответ «все нормально», меня от него перекорёживает. — Даниэль снял очки и потёр глаза. Он сидел за экраном ноутбука весь день и его глаза неимоверно устали. — Ничего не случилось… У меня все хорошо, я просто очень устал, находясь в Риме. Большой город, постоянная спешка, суета, это так напрягает. — Давид младший уселся за кухонный стол. — Я правда не понимал причины твоей неожиданной молчаливости. Я, спустя столько лет, исправил главную ошибку жизни и помирился с вашей мамой. Я начал думать, что причина была в этом и… — Нет, папа, ваши с мамой отношения тут вовсе не причём. Я рад за вас, искренне. На меня просто нашло что-то не то. — Будь Виктория сейчас рядом и услышав бы она эту фразу, которой Дамиано назвал их любовь, она бы обязательно обиделась на месяц, а то и два. — Хочешь, я подарю тебе подарок, который планировал подарить восьмого числа, сейчас? — Даниэль по-хитрому улыбнулся. Глаза баскетболиста засветились, словно маленькому ребёнку конфету предложили. — Хочу. — Дамиано широко улыбнулся. — Тогда пойдём. — Даниэль встал из-за стола, направляясь в прихожую. Давид младший следует за отцом, принимаясь натягивать на себя ботинки и пуховик. Они выходят на улицу и их лица тут же обдаёт прохладный ветерок. Снег так и не выпал в Неаполе перед Рождеством, и сейчас его также не наблюдалось. Отец и сын шли по направлению к гаражу старшего. — Папа, куда мы идём? — Дамиано примерно догадывался, но все же уточнить хотелось. — Мы уже пришли, сынок. — Даниэль открывает ворота гаража. Внутри стоят две машины: чёрный Mercedes и такого же цвета Fiat Tipo. — Восьмого января тебе исполнится двадцать один год. Ты уже достаточно взрослый для таких подарков, поэтому она твоя. — Даниэль протягивает ключи от Фиата сыну. — Я не пользуюсь ей уже около полугода, с момента покупки Мерседеса. Поэтому не жалея отдаю Фиат тебе. Ты сможешь уехать на нем в Рим. Всего три часа в пути и ты будешь в столице. — Дамиано широко улыбался, разглядывая чёрный автомобиль. В голове сразу представлялись картинки, как он ездит по Риму на своём авто. Как подвозит на нем Викторию до дома после их свиданий. Как они горячо целуются на задних сиденьях, спрятавшись от глаз людских где-то во дворах города. Если первый плод его же воображения ему был по душе, то вторые картинки он решил сразу же выбросить из мыслей. — Не хочешь сделать первую поездку по городу? — Даниэль словно намекает. — Хочу, папа, конечно хочу. — Дамиано берет из рук отца ключи и, разблокировав авто, усаживается на место водителя.       Придвигает кресло чуть ближе к рулю, настраивает зеркала: заднего вида, боковые. Вставляет ключ зажигания и, провернув его против часовой стрелки, трогается. Выезжает из гаража задом, медленно пересекая расстояние от помещения до резных ворот, которые ему уже открывал отец. Давид младший выезжает на проезжую часть, разворачивается и, посигналив отцу, мчится прочь от дома, в сторону центра города. Он подключает свой мобильный к системе AUX и включает самый популярный трек Нирваны — Smells Like Teen Spirit.       Подпевая любимым строчкам, записывает видео для истории в Инстаграм. Счастливый Дамиано теперь уже на своём личном автомобиле разъезжает по вечерним улицам Неаполя.       Пробок не было от слова совсем, поэтому баскетболист запросто пересекает весь город, направляясь в сторону смотровой площадки на окраине. Недалеко находился исторический памятник – руины города Помпеи. А далее, прямо перед его глазами, величественный Везувий. Его высота была около тысячи двухсот метров. Верхушка выделялась за счёт слоя снега. Вид восхитительный. Дамиано заглушает машину и выходит из неё, громко хлопая дверью. Становится у бортика смотровой площадки, разглядывая город, что был как на ладони. Восхитительное зрелище. Он делает новое видео — панорама города и вид на величественный Везувий, что спит вот уже семьдесят девятый год. Незамедлительно выкладывает видео в свои stories.       Дамиано глубоко дышит, наслаждаясь уединением с природой и самим собой. Все было так красиво и спокойно. Не хотелось ни о чем думать. Единственным желанием было прижать к себе маленькую блондинку и показывать ей родной город с этой смотровой площадки. Дамиано не знал, выпадет ли ему когда-то возможность познакомить Викторию со своей семьей и Неаполем. А может Виктория лишь временная влюблённость? Он отучится в Риме, займёт место в сборной и будет разъезжать по миру, одерживая первые места? А может уедет работать тренером в Штаты? Может Виктория останется лишь воспоминанием из студенческой жизни? Телефон вибрирует от нового уведомления.

Пользователь vicdeangelis хочет отправить Вам сообщение

      Дамиано открывает Инстаграм, заходя в переписку с девочкой. Нажимает на «Принять запрос» и любуется сообщением от неё. ответил(а) на Вашу историю: Поздравляю с приобретением!🤍

Спасибо большое.

ответил(а) на Вашу историю: Великолепный Везувий!

Не сравнится с величественными Альпами)

Дамиано… Когда ты приедешь обратно в Рим?

Скорее всего седьмого января.

А что?

Мне надо с тобой поговорить. Мы возвращаемся из Милана шестого января ночью. Седьмого числа, как только ты будешь в Риме, сразу напиши мне. Я приеду незамедлительно.

Я сам заеду за тобой, не волнуйся. Припаркуюсь где-то подальше от вашего дома, чтобы Лоренцо ничего не узнал.

Хорошо. Спасибо, я побежала, иначе Лоренцо меня сейчас убьёт. Пока!       Дамиано лишь оставляет реакцию в виде красного сердечка и выключает мобильный, оставаясь по-прежнему в полном одиночестве, но с глупой улыбкой на все лицо.

***

— С кем ты там общаешься? Я сейчас отберу у тебя телефон! — Пошутил Лоренцо, поправляя рукава белой рубашки, расположившись у зеркала. — Отвечаю своим подписчикам, которые восхищаются моими историями и моим братом. — Широко улыбается девочка, усаживаясь на постели. На ней было нежно-голубое платье из атласа на тонких лямках, а на ногах белые каблуки от Versace. Пшеничные локоны раскиданы на плечах. Семья собралась поужинать в красивом ресторане Милана, а потому и собиралась как на модный показ. — У тебя уже неимоверное количество поклонниц. Я ревную. — Отшучивалась девочка. Лоренцо посмеялся в ответ. — Не стоит. Защищать я готов только тебя и Нику. — Старший набрасывает на плечи пиджак, приобнимая сестру за плечо. Она отошла от брата, принимаясь надевать на себя шубу. Ту, в которой всегда ходит зимой. На голове шапка-ушанка и они выходят из номера, двигаясь по направлению к лифту. Отец и Ника уже ждали их в арендованном автомобиле. — Ты так говоришь только потому, что пока у тебя нет девушки, которая выест тебе все мозги и настроит против нас! — Вик ткнула пальчиком в грудь брата, скрытую под пиджаком и пальто. — Виктория, не смей так даже думать, иначе я на тебя обижусь. — Лоренцо открывает сестре заднюю дверь и та тут же усаживается около младшей. Сам баскетболист садится на переднее пассажирское. — Как же вы долго собираетесь, право слова. — Алессандро провернул ключ зажигания и машина тронулась. Они не спеша выезжали с территории отеля, направляясь все ближе к Милану. — Пап, зачем мы едем в ресторан аж в Милан? Разве нельзя было собраться в ресторане отеля? — Произносит Виктория, не отрывая взгляда от пейзажей за окном. — Такие вещи не обсуждают в ресторане отеля, Виктория.       Спустя двадцать минут семейство Де Анджелис все же прибыло к ресторану. Алессандро аккуратно припарковал автомобиль на стоянке. Лоренцо открыл двери сёстрам и помог им выйти из машины.       Красивое здание в коричнево-бордовых оттенках предстало перед их глазами. Девочки с восторгом рассматривали внешнюю отделку здания, оставляя в голове все свои восхищения. Отец пригласил всех во внутрь и через пять минут все семейство уселось за самым дальним столиком. Внутри было спокойно. Люди шептались каждый о своём, музыканты играли приятную мелодию на фортепиано, в воздухе пахло настоящей итальянской кухней. Этот запах вызывал гастрономический восторг. Виктория уже заказала себе болоньезу и тирамису. Лоренцо остановился на ризотто и салате с морепродуктами, а Ника выбрала классическую карбонару. Алессандро попросил официанта принести бутылочку красного полу-сладкого вина и четыре бокала. Молодой человек исполнил желание клиента и через пять минут на их столике красовалась бутылка дорогого итальянского вина, разлитая по четырём бокалам. — Вино? — В вопросе поднимает бровь Лоренцо. — Одного бокала вам хватит, я не настаиваю на большем. Я всего лишь учу вас решать серьезные дела. Все бизнес-партнеры начинают диалог исключительно с бокала вина. — И… Что нам предстоит решить сегодня? — Вик сначала посмотрела на брата, что, признаться, сидел с тем же недоумением на лице, что и сама девочка, а после вернула взгляд на отца. Берет бокал за ножку, нервно прокручивая его между пальцев. — В начале апреля у нас будет аукцион. За последний год я привёз бессчетное количество антиквариата из самых разных стран мира, за который итальянские богачи готовы заплатить немыслимые деньги. А так как De Angelis Viaggi это семейный бизнес, я бы хотел, чтобы вы трое присутствовали в качестве самых важных лиц компании на этом аукционе. — Троица переглянулась между собой. Отец никогда не посвящал их в свою работу, а теперь предлагает им стать ключевыми фигурами на аукционе. — А что нам надо будет делать? — Ника сделала первый глоток вина и ее лицо смешно искосилось от кислого привкуса. — Практически ничего. Всем буду заниматься я, а вы должны быть моими глазами. Будете наблюдать за присутствующими, я научу вас распознавать у кого из пришедших больше денег, и кто с наибольшей вероятностью уйдёт с аукциона с пустым кошельком. — Алессандро приподнял бокал с вином в воздухе и его дети прислонили свои бокалы к его. Легкий, ненавязчивый звон стекла донёсся до каждого присутствующего. Лоренцо и Виктория сделали по глотку, а Ника отказалась от алкоголя, продолжая уплетать пасту.

***

      Виктория, Лоренцо и Вероника сидели в своём номере. Отец спал в соседнем, решив, что детям надо больше пространства. Их номер действительно был больше в два раза, имел две жилых комнаты и роскошную ванную.       Вик вышла из ванной с задумчивым видом и сложенными на груди руками. Облокотилась на дверной косяк и пристально наблюдала за братом и сестрой, которые играли в приставку на телевизоре в номере. Ника сидела на роскошной двухместной кровати, одна половина которой принадлежала брюнетке, а вторая блондинке. Лоренцо расположился на полу около постели, активно ворочаясь туда-сюда во время игры. — Вам не кажется странным то, что отец столько времени не хотел, чтобы мы участвовали в делах семейного бизнеса, а тут резко позвал нас побыть с ним на аукционе, хотя до этого всегда справлялся сам? — Обращаясь к брату и сестре, спрашивает блондинка. — Я тоже это заметила. Папа в принципе ведет себя максимально странно. Даже идея с этим отдыхом, когда такое было? Мы все путешествия планировали чуть ли не за полгода до вылета, а тут поехали на следующий день после того как папе взбрело в голову покататься на лыжах. Такое ощущение, будто он старается с нами проводить максимально больше времени, потому что того, что будет во время его прилетов домой, будет не хватать. Может у него появилась новая женщина? — От этой сказанной Никой фразой из рук Виктории выпал тюбик с кремом для рук, а Лоренцо выронил джойстик для игры. — Нет, не может быть. Какая женщина? — Нервно расхохоталась Вик. — После смерти мамы прошло слишком мало времени, чтобы папа влюбился в кого-то ещё. — Отрезал Лоренцо. Бесспорно, этот вариант нельзя было отметать, но он казался таким чужим и нереальным, что все просто отказывались в него верить. — Даже представить не могу папу рядом с какой-то… Чужой женщиной. Да, я наверное просто скучаю по маме, но на мой взгляд это было бы предательством с его стороны. Он предаст свои чувства к маме! — Виктория уселась на постели около Ники. — Не будь эгоисткой, Вик. Папе тоже было тяжело, когда умерла мама, возможно ещё тяжелее чем нам. И у него есть полное право полюбить кого-то другого. Да, я тоже бы очень хотел, чтобы рядом с ним была мама, а не какая-то женщина, но у нас нет возможности что-либо исправить. Не надо винить себя в том, что нельзя изменить. Это мне говорил отец, так что послушай его слова. — Лоренцо выключил телевизор и убрал свой джойстик на тумбочку. Он двигался к себе в комнату, в которой располагался диван и шкаф, а также тёплый ковёр и пару картин на стенах. — Я знаю, что это его слова. Я слышала историю про… — Русый закрыл сестре рот ладонью, грозно глядя в ее глаза. — Молчи. — Баскетболист оставил шокированных сестёр наедине и ушёл к себе. Он забрался под одеяло, тяжело выдохнул и, наконец, закрыл глаза, чтобы этот сложный день быстрее закончился.

***

7 января. Неаполь. Полдень.

      Наконец над Неаполем собрались снеговые тучи. Легкие снежники медленно падали на землю. Наконец пришла зима. Дамиано укладывал оставшиеся вещи в чемодан, постоянно отвлекаясь на звук уведомлений. Виктория ему написывала с самого утра, все пытаясь разведать время, в которое он приедет в Рим. Дамиано, хватит меня игнорировать! Я же знаю, что ты читаешь! Дамиано! Я обижена на тебя!       Словно маленькая девочка, ей богу. Давид глупо улыбается и застегивает молнию на своём большом чёрном чемодане. Подходит к шкафу, выуживая оттуда чёрные брюки и серое худи. Хватает чемодан, рюкзак и выходит из комнаты, последний раз одаривая ее грустным взглядом.       Спускается по лестнице вниз. Колесики чемодана шумят, оповещая всех присутствующих о том, что владелец уже собрался уезжать. И Роза действительно выбежала из кухни, облачённая в красный фартук поверх ее домашних штанов и кофточки лилового цвета. На первом этаже уже чудно пахло лазаньей. — Дамиано, милый, ты уже уезжаешь что ли? — Брюнетка подбежала к сыну, попутно вытирая руки кухонным полотенцем. — Да, мам. Девятого в университет, завтра подготовлюсь: повторю материал, выстираю всю спортивную форму, дел хватит. — Дамиано широко улыбнулся. — Милый, завтра твой день рождения, только не говори, что ты решил забыть про этот день. — Я не забыл, мам, отец подарил мне свой Фиат, значит, подарка я не лишён. С утра созвонюсь с вами по видео, а ближе к обеду закажу пиццу и позову своего друга Лоренцо посмотреть со мной баскетбольные матчи в записи. Поверь, это будет отличным времяпровождением. — Роза вновь рассматривала сына. — Ты должен поесть, прежде чем ехать! Или хотя бы возьми с собой что-то. Я испекла сэндвичи с двумя видами начинок: индейкой, помидорами и сыром, и с ветчиной и сыром. И обязательно сделай себе кофе в дорогу. — Ма-а-ам! — Звонко протянул Давид младший. — Ты хочешь, чтобы я только за один день поправился на пять килограмм? — Я просто волнуюсь за тебя! Иди укладывай вещи в багажник, я все приготовлю тебе. — Дамиано улыбнулся и вышел во двор. Он уже выгнал машину из гаража, прогревая двигатель. Открывает багажник, укладывая туда чемодан, рюкзак и тёплый плед. Он взял его из своей комнаты, так как ночами в Риме ему очень холодно. Закрыл багажник, оставил телефон на магнитном держателе на панели приборов и вернулся в дом. Роза уже уложила в бумажные пакетики целых четыре сэндвича и сделала один кофе в бумажный стакан. — Держи. Дамиано, прошу тебя, будь максимально аккуратен на дороге. Это тебе не по Неаполю гонять с друзьями. Это дорога в другой город. — Роза, наш сын уже взрослый, справится. — Вмешался в диалог Даниэль, приобняв сына за плечо. — Иди сюда. — Женщина крепко обняла сына, оставляя лёгкий поцелуй на его скуле. — Счастливой дороги, милый. — Дамиано улыбнулся маме и вышел из дома. Отец скинул ему на карту новую крупную сумму, чтобы тот ни в чем не нуждался находясь в Риме. Теперь добавились траты на бензин, но Даниэль рассчитал и полный бак бензина на каждые три дня.       Дамиано садится в машину и, провернув ключ зажигания, выезжает со двора, направляясь прямиком в сторону трассы Неаполь-Рим.       С помощью Siri открывает переписку с Викторией и читает ее сообщения. Последним было что-то в роде «Я на тебя обижена!», но Давид точно знал, что писала она это с кокетливой улыбкой на все лицо. Представляя себе эту картину, широко улыбается, принимаясь одной рукой печатать ответ: «Я уже выехал. Тебе наверное понадобится много времени на сборы, поэтому советую начинать уже сейчас»       Выключает мобильный и продолжает наблюдать за дорогой.

***

      Виктория читала книгу, лёжа животом на постели, а рядом сопела Чили. Отец даже не возвращался в Рим после их незапланированного отдыха, сразу же улетел в Улан-Батор, разминувшись с детьми в аэропорту. Были ли они расстроены? Однозначно да. Вик настораживала мысль младшей сестры на счёт наличия у отца новой женщины. Это казалось ей таким далеким, что она и представить рядом с ним никого не могла. А то, как они целуются и уж тем более спят ночами… Довольно. С громким хлопком закрывает книгу, шумно выдыхая. Хватает электронную сигарету и телефон, удобнее устраиваясь на мягкой кровати. Заходит в Инстаграм, читая сообщение от Дамиано. Текст ей очень понравился. Она радостно похлопала в ладоши, словно малое дитя, решаясь оставить его в легком ожидании. Выбирает красивую позу, делает фото, чуть-чуть надув губки, а после отправляет его парню. Выбегает из комнаты, без стука врываясь в комнату брата. — Вик, сколько раз я буду просить тебя стучать?! — Лоренцо оторвался от экрана своего Macbook’а. — Прости. Я сегодня буду ночевать у Марты. Последние дни зимних каникул нужно провести с максимальной пользой. — Стоя в дверном проёме с глупой улыбкой на все лицо, прощебетала девочка. — Иди куда хочешь, Вик. — Русый снова натянул наушники, проваливаясь в другое измерение. — Я так и знала, что ты не будешь против. — Виктория уходит, тут же убегая в ванную. Ей предстоит принять душ, накраситься и выбрать что-то очень красивое из своего гардероба.

***

      Дамиано второй час ехал по шоссе, обращая внимание на редко попадающиеся по сторонам деревушки. Сделанный мамой кофе отлично шёл в ход, и Давид уже выпил чуть больше половины. Один из четырёх сэндвичей он также уже умял. Ему нравилась эта поездка, это очень атмосферно и… Романтично.       Разглядывает фотографию Вик, которую девочка отправила ему уж точно не с целью похвастаться тем, какие косички она себе заплела. На ней был лишь белый топик, а затвердевшие соски просвечивали сквозь тонкую ткань. Она хочет поиграть. И игрок она умелый. Ну ничего, Дамиано принимает ее правила, но в игру вступить чуть позже.       Сейчас у него не было возможности ответить ей так, чтобы застать ее врасплох.

***

— Я ушла! — Громко кричит блондинка, проверяя, все от она положила в свой шоппер. Свежее белье, расчёсках, жидкость для снятия макияжа, кошелёк, телефон, зарядное устройство и электронная сигарета. Она готова полностью. На ней были белые джинсы, которые очень красиво обтягивали ее ягодицы и бедра, что к низу образовывали клеш. Розовый топик и красивое ожерелье в виде буквы «V» из белого золота. Эти ожерелья каждому из них подарила мама на последнее совместное Рождество. Надевает пуховик, также белого цвета, чёрные ботинки и берет, выходя из дома. В лицо тут же летят крупные хлопья снега. Виктория щурится и направляется к ближайшему перекрестку. Там ее уже ждал Дамиано. Ускоряется, буквально переходит на бег, когда в поле ее зрения оказывается высокий итальянец, что облокотился на капот и выдыхал дым от сигареты. Видит блондинку и выбрасывает бычок в урну, что была неподалёку. Вик сразу же набрасывается на него с объятиями. Давид охотно на них отвечает и прижимает девочка ближе к себе. Зарывается носом в ее пшеничные локоны, которые пахли лавандой, ощущая спокойствие и комфорт. — Я скучала. Очень скучала. — Отрывается от баскетболиста, глядя прямо ему в глаза. — Я тоже очень скучал. Садись. — Он открывает ей переднюю пассажирскую дверь, а сам садится на место водителя. — Ты хотела поговорить. — Проворачивая ключ зажигания, чуть ли не шёпотом произносит Дамиано. — Да… Я знаю, ты читал мое письмо. Все, что было написано внутри – сущая правда. Я люблю тебя, Дамиано Давид. Люблю каждую частичку тебя, твой смех, прокуренный голос, вспыльчивый, неясный характер, накаченное тело и твои тёплые объятия. Люблю всего тебя. — На одном дыхании проговорила Виктория, не сводя глаз с ведущего машину Дамиано. — Я… Поначалу я даже не знал как реагировать на твои чувства ко мне, но за неделю без твоего глупого смеха, голубых глаз, дурацких шуток и шлейфа твоих цветочных духов понял, что… Нуждаюсь в тебе, как будто бы ты мой кислород. Стоя на смотровой площадке в Неаполе я думал не о красоте Везувия и родного города. Я думал о том, а выпадет ли мне когда-то возможность познакомить тебя со своей семьей? Выпадет ли мне возможность признаться тебе в чувствах. И сейчас осознаю, что этот момент настал… Я тоже люблю тебя, Виктория Де Анджелис. — Девочка слушала внимательно, вникая в каждое слово, но сама ничего так и не смогла ответить. В салоне автомобиля повисло напряженное молчание. Давид припарковывает машину около своего подъезда, устремляя взгляд на Виктории. — Ну… — Она также смотрит ему в глаза, безумно сильно волнуясь. — Раз мы признались друг другу в чувствах, значит, мы можем начать встречаться? — Нежный, полный любви взгляд Дамиано не отрывался от пухлых девичьих губ. — Ты согласна быть моей девушкой? — Берет ее ладонь в свою и нежно целует тыльную сторону. На его губах лёгкая, счастливая улыбка. — Согласна, Дамиано. — Давид уместил свою руку не ее щеке, принимаясь медленно поглаживать большим пальцем мягкую кожу. Де Анджелис перелезает через панель приборов, усаживаясь на коленях Дамиано. Улыбается сквозь нежный французский поцелуй, ведёт змейку его пуховика к самому низу, желая снять с него одежду как можно быстрее. Он медленно отталкивает ее от себя, получая в ответ непонимающий и недовольный взгляд. — Давай продолжим в квартире. — Хитро ухмыляется и Вик возвращается на своё сиденье.       Они выходят из машины, захватив свою вещи с собой. Поднимаются на второй этаж, хохоча с какой-то глупой шутки, которую рассказала Виктория. Дамиано открывает входную дверь, пропуская гостью во внутрь. Вик оставляет шоппер на полу у левой стены. Чемодан и рюкзак Давида остаются там же. Они лишают себя верхней одежды и, не разрывая начавшегося поцелуя, проходят в гостиную лишь наощупь. Виктория находит руками диван, усаживаясь на него. Дамиано хочет взять бразды правления в свои руки, но Вик мешает его планам. Когда он оказывается снизу, она вновь оседлала бедра парня, залезая ручками под его худи. Блуждает худощавыми пальчиками по его подкачанному телу. Дамиано запускает руки в ее волосы, закручивает их в жгут, но не сильно. Боится навредить ей. Парень все же снимает с себя худи, а после и вязаный топ с Виктории, открывая себе вид на ее маленькую грудь.       Девочка ведёт ладонью к ширинке его брюк, но тот убирает ее ловкие пальчики. Виктории приходится слезть с его ног, чтобы он лишил себя одежды полностью. Становится на пол ровно напротив него, медленно, словно назло, расстёгивает свои белые джинсы и снимает их с себя. На ней остаются лишь белые трусики с кружевной полоской по краям, и белые носочки с красным сердечком. Возвращается на его колени, забирая титул королевы этой ночи.       Спускает с него боксеры, а с себя уже практически насквозь мокрые трусики. Медленно насаживается на его член, роняя голову в его ключицу. Где-то там раздаётся ее тихий, грудной стон. Двигается вверх-вниз, глядя в чёрные от возбуждения глаза. Видит, как Дамиано закусывает губу от наслаждения. Она вовлекает его в поцелуй, зарывается пальцами в его отросшие кудрявые волосы. Не останавливается ни на минуту, не разрывает зрительный контакт, наслаждается им. А он наслаждается ей в ответ. Она чудесна. — Виктория, сейчас произойдёт непоправимое, если ты не слезешь. — Виктория хохочет и оставляет его одного, а сама уходит в душ. Дамиано кончает с громким стоном.

***

      Девочка выходит из ванной комнаты в одном лишь полотенце. Ее мокрые волосы лежат на плечах и вода стекает по нежной коже. Дамиано сидел и курил, прямо в гостиной. На нем были лишь боксеры.       Вик тихонько вынула из своей сумки свежее белье — розовые трусики и белый топик — вернулась в ванную комнату и натянула их на себя. После этого массирующими движениями убрала лишнюю влагу с волос с помощью полотенца. Расчесала пшеничные волосы и, широко улыбнувшись себе в зеркале, идёт к парню.       Дамиано замечает ее присутствие, широко улыбается, выдыхая сигаретный дым в потолок. Он уже приготовился ко сну. В этой квартире не было кровати, но диван, который мог раскладываться в широкое спальное место, устраивал вполне. Раньше Давид не раскладывал его, но теперь он не один, а с Викторией, поэтому решил прибегнуть к этому способу. Вик легла рядом, умещаясь под его рукой. Дамиано нежно обнял ее за плечо, поглаживая пальцами кожу.       Блондинка берет сигарету, что была меж его пальцев, делает затяжку, а затем выдыхает в потолок тонкую струну дыма. Берет свой мобильный, циферблат которого показывал 23:59. Дожидается ровно 0:00 и устремляет взгляд на Дамиано. — Чего ты так смотришь? — Усмехается он. — Уже полночь. С днём рождения. — Кратко целует его в скулу, вновь опуская свою головушку ему на плечо. — Спасибо тебе большое. — Ты не обидишься, если я не приеду к тебе в обед? С утра мне придётся уехать, потому что я соврала Лоренцо, что буду ночевать у Марты и вернусь утром. А в обед, как он сказал, вы будете тут смотреть свои матчи и есть пиццу. — Нет конечно, Вик, ты чего. — Смотрит на неё. — Спокойной ночи, любимая. — Спокойной ночи.

***

      Дамиано просыпается из-за шорохов на кухне. Приподнимается на постели и видит сонную Викторию, которая пыталась сделать себе кофе. Она открывала все шкафчики, в поисках турки, сахара и самого кофе, собственно. — Турка в шкафу снизу, кофе в первом сверху, на нижней полочке. А сахарница стоит на столешнице. — Вик резко оборачивается. То, как она вздрогнула, не осталось незамеченным для Дамиано. — Ты меня напугал… Доброе утро. — Она заправляет прядь волос за ухо и мило улыбается. — Ты будешь? — Нет, спасибо. — Давид встаёт с постели, не снимая с себя одеяла. Хватает пачку сигарет и идёт на балкон. Заснеженный, утренний город. Слышится гул машин, звон колоколов в соборах и шумящие туристы. Даже зимой они не оставляли итальянской столицы. Виктория выходит к нему, в том же одеянии, что была до этого. У неё в руках чашка кофе. Дамиано не замечает и лишь закутывает в одеяло, прижимая к себе. Он курит, она пьёт кофе, они вместе наблюдают за утренним Римом. — Я пойду собираться, иначе Лоренцо не даст мне покоя. — Тихо проговорила Вик куда-то в грудь Дамиано. — Я подвезу тебя.

***

Рим. Полдень того же дня.

— Так, я понятия не имею когда вернусь, так что в девять все должны быть в своих постелях, я ясно выразился? — Лоренцо надевал пуховик и расчесывал свои кудрявые, русые волосы. — Иди уже, господи. — Виктория сидела за кухонным столом, попивала чай с тараллини и листала журнал. Как только брат скрылся за дверью, она достала из-под глянцевой обложки свой дневник и пенал. Начинает делать новую запись. «Мы с Дамиано встречаемся! Я сама этого до конца не осознаю, но главное, что мы вместе и наши чувства взаимны! Я безумно его люблю, он мне так дорог… Самый лучший парень в мире. Дамиано, я тебя люблю! 08.01.2023»