2.
16 марта 2023 г., 23:23
Шуджи приоткрыл карие глаза, отворачивая голову от света, который сочится сквозь закрытые шторы. Он недовольно сжал губы. Левая рука онемела и её неприятно покалывало — Бомэй мирно спала, расположив на конечности свою голову.
Парень перевёл сонный взгляд на часы и немного удивился: вместо одиннадцати он ожидал увидеть восемь-девять утра.
Хотя, ближайшие несколько месяцев найти занятие поинтереснее сна будет проблематично.
Ханма потёр шею рукой, аккуратно ощупывая неяркое багровое пятно, которое он прошлой ночью позволил оставить на своей коже.
Откинулся на мягкую подушку и упёрся взглядом в потолок.
Шуджи не знает, что будет дальше. Сейчас он прячется, как крыса, но придёт время, и ему придётся вновь показать себя. Его могут посадить и десять лет спустя после происшествия в Канто. Только к восьми годам накинут ещё пару-тройку — за уклонение от ответственности.
Впервые, через целую неделю после смерти Кисаки, Бог смерти искренне пожалел о смерти «напарника». Парень бы точно знал, что делать: как безопасно укрыться от полиции и суда, или и вовсе отмазал бы.
Как ни крути, но Ханма был самым полезным помощником Тетты. К тому же, ближайшим.
***
— Что будешь делать сегодня? Хокори неуверенно топталась в дверях, а её опущенный взгляд сопровождал негромкий голос. — Сегодня пойдём на поляну, — на ходу придумал Шуджи, скучающе откидывая голову назад. На потолке, оказывается, потрескалась неясного серо-жёлтого цвета краска. «Может, покрасить потом? — вдруг мелькнуло где-то на краю сознания у парня. — Да не. Бред.» Наивные синие глаза ярко-преярко загорелись и широко распахнулись. Про себя гопник измученно вздохнул. — На ту самую? Правда? К той речке?! — Ага. Пока девчонка понеслась в их спальню — хотя периодически Ханма предпочитает спать в гостиной, подальше от вечного копошения под боком, — парень поднялся на ноги, разминая шею и мечтая, чтоб этот день уже закончился. К несчастью — только половина второго.***
Брюнетка, шаркая штанинами (Шуджи заставил её отложить юбку — лишь из нежелания лечить Хокори, ведь сейчас начало весьма прохладного марта, а больницы в этом захолустье нет), пошла впереди своего парня. Она за десяток секунд добежала до центра поляны, усыпанной какими-то желтыми, белыми и розовыми цветами. От такого приторного сочетания у гопника в глазах буквально поплыли бледные пятна. Бомэй настолько глубоко вдохнула, что Ханма забеспокоился, не лопнут ли её лёгкие. У самого от сладкого аромата начала кружиться голова — ему больше по душе запах крови и страха. А она крови боится. Боится до чёртиков, а Шуджи бьётся до кровавого фонтана. Хокори знает, чем занимается её парень и что он творит. Знает, что на нём висит несколько убийств, и неясно, сколько крупных преступлений замял Тетта, но она об этом с ним не говорила. Может, они наконец сделают это позже. Сейчас, пока у Бомэй есть такая возможность, пока она не приняла главное решение в своей жизни, она всего-навсего будет рядом с ним. Дабы помочь. Ну, или в очередной раз прогнуться и дать на себе отыграться — именно так считает Бог Смерти. Его по сей день удивляет то, насколько она ему преданна. Ханму стоит называть умелым кукловодом, или лучше невероятным творцом? — Шуджи, давай быстрее! — попросила Хокори, от радости прыгая на одном месте. Пока парень, сославшись на усталость (хотя откуда ей было взяться?), безучастно сел под какое-то дерево — к счастью, не цветущее, иначе бы он уже задохнулся, брюнетка успела расстелить старенький потрёпанный плед в коричневую клетку и разложить одноразовую посуду на нём. Подойдя ближе, гопник оглядел провизию, которую его спутница взяла с собой: курица терияки, запечённые в духовке яйца с овощами. На блюдце лежало три небольших яблока и один апельсин, а рядом стояла жестяная баночка недорогого пива. На последнее Ханма с любопытством вытянул уголок губ, мол, откуда алкоголь здесь вообще взялся? — Оно лежало в холодильнике на нижней полке, — объяснила девчонка. — Если будешь — открывай сейчас, пока холодное. — О-о-о, — хитро протянул парень и, поправив обесцвеченную чёлку, закинул руку Бомэй на плечо. — Спасибо, малыха. От этого жеста она покраснела, хоть гопник позволял себе и позволяет до сих пор гораздо более откровенные действия. Шуджи неторопливо цедил тёмное пиво, в то время как синеглазая старалась приблизиться к реке, не намочив свою обувь. Именно такой атмосферы парень всем сердцем желал в детстве. Счастливая семья, совместный отдых, но теперь, спустя столько лет, он надеялся только на то, что в скором времени вернётся к криминалу и подпольным кругам Токио. Там его ждали. После смерти Кисаки люди ждали. Шуджи затих и исчез из поля зрения всего криминала. Все чувствовали предстоящую бурю. Он должен был явиться ярко. А сейчас этой нежности ему не нужно. Бог Смерти жаждет адреналина и крови.
