Ощущения

– Проснись… Проснись. Проснись, блядь! – мужчина склонился над лавкой, на которой спал омега. – Какого хрена ты до сих пор спишь, бесполезный кусок дерма! – парень вскочил с  места и сразу же упал от пощечины от альфы. – Простите, отец, я не хотел…– пробормотал он. – Чё ты там мямлишь? Солнце уже давно встало. Скотина вон уже бесится от голода, а ты тут дрыхнешь, ублюдок! За работу! Тимман, так звали омегу, торопливо встал и пошел в сторону колодца. Хоть мальчик и был слеп с рождения, он за свои семнадцать лет успел выучить все тропинки в деревне, и поэтому уже давно не терялся. Как бы это не звучало, но отсутствие зрения давало свои преимущества: слух у парня был отличным, он мог услышать разговори с другого конца улицы или, лежа на скамейке у входа, слышать, как отчим с папой ругаются. И чаще всего причиной сор был он – «бесполезный выблядок», «калека-нахлебник», «тупой шлюхан». Отчим хотел избавиться от Тима как можно быстрее, но замуж его брать не хотели, кому нужен слепой муж, а просто так на улицу выгнать не позволяла репутация среди деревенских. Так и жил мальчик хуже прислуги в собственном доме. Тимман уже набрал воды и хотел идти к хлеву, как сзади послышались шаги: – Эй, слепой! – к пареньку подошла группа молодых альф, – может развлечемся? – рассмеялся один из них. – Мне нужно коров напоить иначе отец меня прибьет. – тихо ответил омега, отступая на несколько шагов. – Да не выкручивайся ты так – сказал другой альфа – будешь хорошо себе вести, может и не порвем. – парни все громко расхохотались. Кто-то из них схватил омегу за локоть, но тот замахнулся ведром с водой и попал наглецу по голове. Воспользовавшись заминкой, Тим начал бежать в сторону пшеничных полей. Он бежал быстро, но альфы не отставали, крича ему в след оскорбления. Один из парней наконец-то догнал его и повалил на землю. – Ты что себе удумал, малявка! – подошли другие, – Мы с тобой тут в игры играем? – кто-то больно пнул Тиммана в живот. – Ты нарвался! – альфы начали по очереди пинать омегу, да так сильно, что спустя несколько ударов начало казаться, что земля трясется. Стоп. Это не кажется, земля и в правду трясется. – Стойте! Остановитесь! – закричал омега, – что-то происходит! – Что ты нам головы морочишь! – парня продолжали бить. Но тут со стороны леса начали доноситься крики, и цокот копыт. – Разбойники! – Бежим! – все альфы, донимавшие мальчика, тут же разбежались. Тим встал и тоже попытался убежать, но он был слишком обессилен после избиения, а кони были слишком быстрыми. Спустя несколько мгновений его зацепил кто-то из всадников, и омега свалился на землю, теряя сознание. Придя в себя, Тимман не понял где он. Это точно было не пшеничное поле. Парень лежал на чём-то жестком, устеленном соломой, а еще ложе трясло. Он в повозке? Похоже вокруг было много людей, потому что слышались крики и слезы. Омега попытался встать, но все тело, особенно голова, отозвались болью. Мальчик тихо застонал. – Тише, тише. Не вставай, только хуже станет. – Послышался чей-то голос и этот кто-то коснулся его руки. – Где я? Куда мы едем? – Нас всех захватили в плен работорговцы, мы едем на рынок рабов. – Что?! – омега резко вскочил и тут же громко застонал, ведь по всему телу прошлась новая волна боли, – нет, нет, нет, нет, нет!!! – Ну, зачем ты так?! Только себе вредишь еще больше. – новый знакомый Тима подхватил парня, и усадил рядом с собой и мальчик ощутил спиной решетку. Это была не простая повозка, это была клетка. Их везли как скотину. На продажу, не считая за людей. С этого дня все те люди, что были здесь – рабы, подчиняющиеся воле того кто их приобретет, а не своей собственной. Омега горько заплакал, слезы, большими каплями, стекали по щекам и капали на грубую ткань штанов. Они ехали еще долго. Первые несколько часов Тим горько плакал, думая о папе: все ли с ним в порядке? Его тоже схватили? Он здесь? Нет, будь он здесь он бы, наверное, увидел сына и подошел. Он остался на ферме с отчимом? Как папа будет справляться с этим ужасным человеком в одиночку? Как он воспримет исчезновение Тима? Будет рад избавится от сына калеки или будет горевать? Встретятся ли они когда-нибудь снова? Но потом все мысли вдруг пропали, оставив голову пустой, а слезы закончились и мальчик просто сидел не двигаясь, как будто превратился в камень. Солнце уже начало заходить, когда повозка остановилась. – Вылезайте! – рыкнув кто-то совсем рядышком, при этом со всей силы ударив палкой о металлическую решетку. Все зашевелились, начали подниматься. Тиму помог встать все тот же парень, бета, судя по отсутствию запаха. Всех выстроили в ряд, а до ушей омеги донесся разговор: – Здравствуй, Крегер, я смотрю не плохой такой улов сегодня. – Да, двадцать четыре взрослых и тринадцать детей. Возьмешь? – Ну, как обычно. Омеги по семь, беты по шесть. Дети – по четыре и три соответственно. – Ах, да! Там еще брюхатый есть. Отдам за десять. – Десять?! Ну, ты и загнул! Восемь максимум! – Восемь серебряников и пять бронзовиков. – Ладно, уговорил. – Приятно иметь с тобой дело, Чёрк! На этом разговор закончился. Вот как. Жизнь Тиммана и других омег стоит всего семь серебряников. Отчим прошлым летом купил теленка за четыре. Неужели он даже двух телят не стоит? Мысли снова накатили на голову парня. Но на этот раз думалось о себе самом: что с ним будет? Очевидно, что этот Чёрк не конечный покупатель, а всего лишь перекупщик. Но кто его вообще купит? Кому нужен слепой постельный раб, а о судьбе слуги и думать не стоит. Но если его все же купят, то каким будет его хозяин? Он будет спокойным и нежным или жестоким тираном, который измывается над омегами, а за тем продает их в бордель? Запрут ли его в четырех стенах или хотя бы изредка будут выпускать на свежий воздух? Разрешит ли он Тиму рожать ему бастардов или прикажет избавляться от детей еще в утробе? Пока мальчик напряженно думал, их снова усадили в клетку и повезли дальше. Тимман почувствовал, что солнце больше не греет кожу, а значит, наступила ночь. Осознав это, парень почувствовал усталость и погрузился в тяжелый, полный раздумий, сон. Подняли их уже днем. Сначала вывели в какой-то загонщик, а потом и в здание. Еще спустя какое-то время пришли несколько бет и начали осматривать «товар». Один из них подошел и к Тимману: – Ооо, красавец какой! За дорого пойдешь! Хотел бы я и сам себе такого симпатяшку трахать! – мужчина схватил мальчика за волосы и потянул вверх, – эй, а что з глазами-то? – похоже он помахал рукой перед лицом Тима, – Ты слепой что ли? Блядь! Собрав все свои силы в кулак, омега пнул бету по колену, тот вскрикнул и отпустил парня. Тим рванул в сторону и наткнулся на стену. Бистро сориентировавшись, он побежал вдоль нее и спустя несколько шагов нашел открытую дверь. Парень начал бежать вдоль каких-то коридоров, а, пройдя еще две двери, снова оказался в крупной комнате. Но тут удача покинула омегу, и бета, что бежал за ним все это время, наконец, догнал его и опять схватил за волосы: – Говнюк! Ты у меня еще пожалеешь!! – Отпусти! – Тим ухватился за руку беты и попытался вырваться, но у него не получалось. По щекам покатились слезы. – Что тут происходит?! – в комнату кто-то ворвался. Дыхание омеги было затруднено из-за слез, но даже это не помешало ему почувствовать умопомрачительный запах цветущей вишни. Парень ни разу в жизни такого не чувствовал. Тело прошибло жаром, все мысли из головы снова исчезли, хотелось лишь одного – уткнутся носов в источник этого запаха и дышать им вечно. – Да вот, господин, привезли новую партию рабов, а тут подстава – Тима снова потянули за волосы, подымая в воздух. Парень закричал, затрясся и распахнул зажмуренные глаза, из которых с новой силой хлынули слезы. – Слепого подсунули. – Вот, сука! Кто ж его слепого купит та? Эх, ладно, брось его охране на развлечение, да побыстрее! Не позорь меня перед господами! – Стойте! – крикнул кто-то – я его куплю!