Это твой долг...

— П-пригласить? — улыбка, вновь стала натянутой, а волнение внутри мешало адекватно думать. Пригласить? Это — то о чем я думаю?       Девушка лишь спустя мгновение поняла, что сказала это вслух. Оба стоящие рядом мужчины заметили ступор и неловкость девушки, и каждый пытался придумать как выйти из такого положения. — Что ж, должно быть вы впервые на такого рода мероприятии. Вам оказана очень высокая честь сегодня сопровождать правую руку оябуна в его покои. Далеко не каждой дается такая возможность, и как я сегодня убедился, вы достойны этого.       Такаре, конечно, польстило такое внимание от высокопоставленного человека из другого Дома, но страх, что холодком пробежался по ее спине, сковал все тело. Это, действительно большая честь, но этот человек… Было видно, что под этой маской сладкой вежливости прячется кто-то опасный. Кто-то, кто через многое прошел и сейчас не собирается себе в чем-либо отказывать. Тот, кто знает цену своим желаниям и не потерпит отказа. Нужно было срочно что-то придумать… — Господин, вы так добры ко мне. Я не достойна вашего внимания, — она внось низко поклонилась. — Нет, нет. Не нужно принижать свои способности. Так что — вы составите мне компанию? — мужчина, спросил так, будто у Такары был выбор. — Господин, боюсь я… — Боюсь, она уже приглашена, — неожиданно для всех вмешался Наоки-сан. — Уже приглашена? Хм, и кем же? — Мной. Я пригласил эту юную особу сопроводить меня, — Наоки не отводил уверенного взгляда от собеседника, хотя и сам не знал, для чего говорил это.       Внезапная ложь, которую он подал на стол, была неправдоподобна. Да и для чего так рисковать… Он сам не понимал, зачем вставлял палки в колеса такого влиятельного и опасного человека. Дома Ямиро и Токугава враждовали долгие годы и сейчас очень сложно поддерживать хрупкий мир. Не было никаких особых причин препятствовать становлению девушки фавориткой этого человека. Но отчего-то вся сложившаяся ситуация казалась абсолютно неправильной. Отчего-то внутри все заныло при малейшем представлении, как этот безжалостный зверь будет прикасаться к хрупкому телу. В любом случае, уже поздно что-то менять. — Нам удалось поговорить еще до её эффектного выступления с кинжалами. Так, что она вынуждена вам отказать, — продолжил лгать Наоки, наблюдая как маска вежливости собеседника сменяется гримасой злости. — Никто не смеет мне отказывать, — чуть ли не прорычал мужчина. — Ты не имеешь права. — Я лишь констатирую факт. Вы знаете правила. Тем более, как вы и сами заметили, девушка сегодня была приглашена впервые. Она неопытна и могла бы оскорбить вас своим неумением. — Что ж, Наоки-сан вам это с рук не сойдет. Запомните мои слова: войны начинались и из-за меньшего, — угрожающе высказался мужчина и вновь улыбнулся. Только на этот раз наз на его лице был хищный оскал. — До свидания, моя дорогая. Советую вам набраться мужества и опыта. Вам это в будущем пригодится.       Мужчина развернулся на пятках и пошел в другой конец залы, где находились еще неприглашенные девушки. Наоки, проводив его взглядом, вернулся к Такаре. Что-то было не так в его взгляде. Серые глаза были наполнены некой обидой, злостью, а на дне темных зрачков плескалось сожаление. Такара почувствовала себя виноватой, за то что сегодня произошло. Конечно, она не просила наставника спасать ее, ни сейчас, ни когда она уронила этот проклятый поднос. Но несмотря на все это, она была безумно ему благодарна. Мужчина, отвел глаза и бросил тихое «Следуй за мной».       Девушка оставила поднос с чайничком и молча последовала за спасителем по длинным коридорам, ведущим в отдельные спальни. Здесь же была и комната Наоки-сана. Он аккуратным движением отодвинул бумажную дверь, приглашая ее пройти внутрь. Такара никогда раньше не видела учительских комнат. Помещение, освещенное светом полной луны, было небольшим, а из мебели лишь кровать, рабочий стол и шкаф. Однако такие мелкие детали как картина цветущей сакуры над изголовьем кровати или горшочек с бонсаем у окна делали комнату очень уютной. Наоки быстрыми шагами пересек комнату и сел на край кровати, уперевшись локтями в колени и спрятав голову в ладонях. Несколько минут он так и сидел, наверное, пытался понять как такое вообще могло произойти. Он много раз присутствовал на церемониях, но до этого он ни разу никого не приглашал. Обычно кто-нибудь из старших наставниц предлагала провести время вместе, но чтобы он сам, да и еще не инициированную, да и еще девственницу… Это было свыше его понимания. Почему он заступился за нее? Ей ничего не угрожало, по сути это был ее долг. Да и получить приглашение от человека из другого Дома — это очень почетно. Они обычно выбирают проверенных девушек, которым можно доверять. Но сегодня тот господин пригласил Такару. Она действительно очень красивая и очаровательная девушка. Неудивительно, что после того эффектного выступления с кинжалами ее заметили. Но почему-то сердце болезненно сжалось, когда он увидел страх, немую мольбу о помощи в ее глазах. Когда он увидел безысходность, после ее приглашения, просто не мог ничего не сделать. Девушка не была ему чужой — несколько раз они вдвоем настолько увлекались вечерними беседами, что Такара получала наказание, за несоблюдение режима. Но казалось, что она ни чуточку не была огорчена этим фактом, словно их ничего не значащие беседы стоили ударов палкой по ладоням или лишней нагрузки. Но она всего лишь его ученица, такая же как и все остальные его подопечные. Или не такая? Наоки поднял взгляд, чтобы посмотреть на нее. Девушка стояла полубоком, увлеченно рассматривая предметы интерьера. Она постоянно крутила кольца на пальцах — волновалась. Неудивительно. Интересно, что она чувствует сейчас. Тишина давит на нервы. — Такара.       Девушка обернулась и мелко вздрогнула, испугавшись. Она повернулась к нему, ожидая следующего вопроса или приказа. Ведь сегодня она должна полностью ему подчиниться. — Ты знаешь, что сегодня произойдет и ты должна пройти через это. Не в моей власти отпустить тебя, как бы я не хотел. — Да. Я знаю, учитель, — ответила девушка, стараясь сделать свой голос уверенным. — Чего же ты тогда так испугалась? Тебе ли не знать, что тот человек имел очень высокий авторитет среди Домов якудза и тебе выпала такая честь… — Это я тоже знаю, — перебила девушка. — Почему же тогда ты словно искала спасения? — Тот, господин… Да и вообще все те люди — они опасны и безжалостны. Это видно по их поведению, по их разговорам, по их глазам. Вам, наверное, не понять этого чувства, когда сидишь и ждешь своей участи. Ждешь, когда какое-нибудь животное выберет тебя, чтобы ночью разорвать твое тело в клочья, совершенно не заботясь о том, что потом его нужно будет собрать по кускам обратно. — Почему ты решила, что я не один из таких монстров? — Я просто знаю, что вы никому не позволите сделать девушке больно. Даже самому себе. — Подойди ко мне, — попросил мужчина. Такара подошла ближе к кровати и он взял её руку в свою. — Ты мне доверяешь? — спросил он глядя в карие глаза. — Больше, чем кому либо.       Мужчина встал с кровати. Только сейчас он понял, насколько маленькой и хрупкой была Такара. Девушка была ростом едва по его плечо. Он сначала убрал золотые украшения с ее головы, из виска — декоративный цветочек, затем вытащил две нефритовые заколки в виде драконов. Длинные каштановые волосы водопадом заструились по ее спине и плечам. Мягко развернув девушку, Наоки принялся развязывать пышный розовый бант. Словно подарок разворачиваю — мелькнула мысль. Само платье оставалось еще на девушке. Освободившись от тугого корсета из шелка оби, она развернулась и тоже развязала шелковый пояс на талии наставника. Он аккуратно снял с пояса катану, чтобы дать доступ к своему телу. Такара аккуратно положила руки на его грудь и живот. Ей было несколько неловким и странным видеть взрослое мужское тело. Его грудь усыпана мелкими колотыми шрамами, на руках несколько порезов. Она изучала их пока тонкий шелк кимоно сползал с плеч мужчины с тихим шуршанием. Она подняла глаза в немом вопросе. Встретившись взглядами, стало видно, что Наоки ждал этого. Но ничего не сказал. Она провела рукой по длинному следу на ребрах. Все и так понятно: здесь люди не играют в детские игрушки, а борются за свое дело, а шрамы — это самое малое, получить в этом бою. Наоки взял ее лицо в руки и заставил оторвать взгляд от былых ран на теле. Его глаза были такими же глубокими как и в первый день, словно океан. Казалось, что можно потеряться, утонуть в этом взгляде цвета серебряной луны. Только тогда он был серьезным и холодным, а сейчас будто, что то живое теплилось в глубине его зрачков. Ее же глаза были яркими и живыми как никогда. Горячий огонь ярости, который мог обжечь за мгновение, сейчас был теплым и согревающим.       Они просто стояли и смотрели друг на друга в лунном свете. Боялись нарушить момент, такой тихий, такой нежный и правильный. Они хотели задержать этот ускользающий миг, когда каждый из них впервые почувствовал себя в безопасности, впервые осознал, что есть нечто большее, чем они сами… Наоки закрыл глаза и нежно коснулся Такары своими губами, не выпуская ее лица из рук. Наоки знал, что это ее первый поцелуй, и старался вложить в него как можно больше своих чувств, о которых он недавно даже и не подозревал. Это она пробудила их. Немного осмелев, девушка начала отвечать на поцелуй и обхватила руками его шею. Наоки медленно развернул Такару спиной к кровати. Разорвав поцелуй, он взглянул в глаза девушки. В них больше не было страха. Он положил свои руки на плоский живот и медленно поднимал их, проходя через грудь и к плечам, зацепил тонкий шелк кимоно и освободил тело от ненужной ткани. Девушка немного засмущалась и хотела отвести взгляд, но он нежно коснулся пальцами ее подбородка, заставляя вернуть глаза, и прошептал одними губами: верь мне.       Следующее утро Такара встретила в чужой постели, без одежды, со спутанными волосами и мыслями, но абсолютно счастливая. Казалось, что все предыдущие её знания о жизни были такими мрачными и лживыми по сравнению с прекрасной и солнечной реальностью. Через окно пробивались теплые и светлые лучи, а из глубины сада доносилась соловьиная трель. Но стоило девушке повернуть голову, как он увидела пустую половину кровати. Наоки-сан, должно быть, ушел еще на рассвете на занятия. Ничего, она сможет увидеться с ним позже. Такара, понимая неправильность ее нахождения в этой комнате, с неохотой вылезла из постели и накинула свое кимоно. На прикроватной тумбе лежала записка:

«Для счастья себе я лишь попрошу

В озеро глаз твоих окунуться.

Ведь каждую ночь я заснуть не могу,

И каждое утро проснуться»

P.S Спасибо, что доверилась мне, но не надумывай себе больше того, что было на самом деле. Это просто наш долг. Поэтому постарайся все забыть».       Листок не подписан, но авторство не вызывает сомнений. Только один человек мог набором коротких фраз вызвать противоречивую бурю эмоций. Он ей благодарен, но просит забыть все… Как такое может быть? Наоки-сан практически спас ее жизнь. Уж лучше попасть под пулю, чем пройти через все это еще раз. Это она должна быть благодарна наставнику за его нежность и чуткость. Такара никак не могла успокоить странный ворох мыслей и непонятное беспокойство в груди. Ладно, сейчас не время думать об этом, необходимо как можно быстрее привести себя в порядок и появится перед Сусуми. Если подруга узнает что-либо из чужих уст — это будет даже опаснее угроз Кимико. Девушка наскоро собрала все украшения, данные ей на вечер, захватила записку и вышла из комнаты. Пройти через сад незамеченной намного легче, чем прятаться по узким коридорам здания. Так Такара проходя мимо живой изгороди услышала восхищенные выкрики. Она была не единственной, кого пригласили на церемонию впервые, поэтому любопытство заставило ее свернуть с дорожки и скрыться среди кустов шиповника. В небольшой нефритовой беседке была Кимико с близняшками. Она не стесняясь оголяла разные участки тела, демонстрируя множество синяков и кровоподтеков. Девушка рассказывала, про каждую царапину с таким благоговением, будто это не были болезненные воспоминания, а наоборот самые прекрасные события в жизни, после которых остались метки. Кто их оставил, всем было понятно. Кимико добилась своего, она добилась Киоши-сама. Голова Такары погрузилась в грустные мысли. Нет, она никогда не завидовала Кимико, тот факт что она исполнила свою мечту наоборот внушал надежду, что истинная от неё отстанет. Но даже вакагасира, которому любая в этом доме готова целовать ноги, если бы он пожелал, отметил Кимико как свою. Как девушку принадлежащую только ему в ближайший месяц. А Наоки-сан был настолько аккуратен и нежен, что ни одного заметного поцелуя не осталось на ее теле. Она его разочаровала? Сейчас, когда голова немного в тумане сложно сказать что-то однозначно. Внутри закипела злость и не оправдана обида. Такара выбралась из своего укрытия и поспешила в спальное крыло.       Подруга неизменно ждала ее в комнате. Она выглядела взволнованной, но как только появилась Такара — быстро совладала с эмоциями на лице. — Все утро тебя жду. Уже думала, не решила ли ты спрыгнуть с моста… — Что? Что за шутки у тебя такие, - отмахнулась Такара, внутренне удивляясь насколько хорошо ее знает подруга. — Я рада, что все прошло хорошо. Очень волновалась за тебя, — Сусуми подошла и крепко обняла подругу. — Ты волновалась? — Эм… Устроить перепалку между господами — не лучший способ привлечь к себе внимание. — Ты знаешь?.. Это.это вышло случайно, — Такара засмущалась от того, как быстро распространяются новости в доме. — Время уже стремится к полудню, не удивительно. Ладно, что было — то было. Не волнуйся так сильно, - девушка задумчиво рассматривала лицо напротив. - Может расскажешь, что произошло? — Что произошло? — Это я у тебя спрашиваю. На тебе же лица нет. Снова Кимико? — Откуда ты… Научилась мысли читать? — У тебя только две причины для плохого настроения, — перебила подруга, — Кимико и Киоши-сама. Господин сегодня еще не появлялся, так что… — Верно, — тяжело вздохнула Такара. — Нет, ты не думай, что я слежу за ней, но я видела ее сегодня, она, — девушка сделала паузу в нерешительности — ничего, забудь. — Так, иди сюда, — Сусуми взяла Такару за руки и усадила на край оттоманки рядом с собой. — Расскажи мне все. — Эм. в общем, у Кимико на всем теле остались следы после ночи, а у меня нет. Все чисто. — И, тебя это расстроило? — Я понимаю, что я еще по сути никто и не имею права что-то просить, но я думала… думала, что все было не просто так. Я видела… я думала, что он… — девушка не смогла удержать слезы.       Сусуми прижала к тебе Такару, обнимая за трясущиеся плечи. Это было как тогда, много лет назад, когда она поддерживала маленькую девочку, на глазах которой убили отца… Когда она обещала больше не плакать и изо всех сил старалась сдержать обещание. Но иногда, эмоции все же брали верх. И сегодня тоже был такой день. — Дурочка моя, — сказала Сусуми. — Как ты могла так сразу отдать свое сердце. Неужели еще не поняла, что ничего нельзя ожидать от господ? — задала она скорее риторический вопрос. — Тебе просто нужно смириться с тем, что это наша обязанность. Что это их потребность. Не стоит так мучатся из-за каждого, кто пригласил тебя в свои покои на ночь.       Это ночь прошла без сна. Мысли о том, что подруга, может быть, права отзываются болью в сердце. Но есть ли смысл мучить себя вопросом, не зная ответа… Она получит его, несмотря ни на что. Нужно только уловить момент.