Это твой долг...

      Вернулись они в свои люксовые номера на ближе к утру. Ноги несколько припухли от непривычно долгого хождения в туфлях, а мышцы на лице наконец перестали растягивать губы в пустой улыбке. Эта ночь была поистине долгой. Даже Кимико заметно устала. Не говоря ни слова, та заперлась и больше часа пробыла в ванной. Должно быть смывала всю грязь светского общества со своего тела. Такара была только рада своему одиночеству. Сегодня было слишком много людей, слишком много лиц и эмоций. Почему-то мелькнула мысль о ставших родными в каком-то смысле подземельях. Там у нее руки были развязаны, можно было делать все, что взбредет в голову. И там она задавала вопросы, а не выслушивала льстивые комплименты и неудобные замечания. Краем глаза она заметила, что еще в казино в глазах Киоши тоже промелькнула тень усталости. Если не знать, куда смотреть, невозможно заметить. Да и сама Такара уже не уверена, то была усталость или все-таки раздражение.       Голова еще долго пребывала в странном тумане из спутанных, клубящихся мыслей. Глаза, не фокусируясь, наблюдали как ночное небо постепенно окрашивается розоватым заревом, а позже и первыми яркими лучами солнца. Яркие огни города квартал за кварталом гасли, отдавая власть новому дню. Телефон, стоящий на тумбочке у изголовья кровати, своим звонком заставил отвлечься от окна. В трубке прозвучал тихий, неизменно узнаваемый голос: — Такара, зайди ко мне, — попросил господин.       Его номер был по соседству, да и мало кто в такое раннее время смог бы застать девушку. Она прошлась по коридору в белом гостиничном халате и с тихим стуком вошла в чужой номер. Киоши сидел на кровати все в той же одежде. Туфли разбросаны по пути, на полу лежал пиджак. Мужчина сидел в белой, расстегнутой рубашке, должно быть не хватило сил, чтобы снять ее до конца, и смотрел вдаль просыпающегося города. У него из окна открывался такой же вид. На секунду показалось, что есть между ними что-то общее. Между Такарой и Киоши. Никто из их не пошел сразу отдыхать, а лишь бездумно вглядывался внутрь себя через призму уходящей ночи. Такара собрала его вещи с пола и сложила на комоде у стены. Подошла и присела рядом с мужчиной, разделяя его молчание. Через несколько минут она повернула голову и посмотрела на красивый профиль. Странно это осознавать, но пока Такара все это время росла, Киоши старел. Ему всего-то тридцать семь, на восемнадцать лет старше ее, но на висках появились первые, едва заметные седые волосы. Появилось несколько глубоких морщин на лбу и меж бровями. В глазах белки покрыты красными капиллярами. Он создавал образ очень сильного, очень жестокого, но такого же как и все, уставшего человека. Такара уверена, что не родись он воином Ямиро, мир все равно бы узнал о нем. Мало кто на свете способен носить столько масок и менять столько личин. Однако никто не знает, что таится там, в самой глубине. Слишком много скрывалось за напускными богатствами и амбициями. Возможно ему тоже хочется простого человеческого… понимания. Сначала хотелось сказать счастья, но такие люди как он, как она, да и все, кто принадлежит Дому, не знают, что это. Хотя считают, что победа в битве — это счастье, что любовь — это счастье. Однако жизнь раз за разом убеждает их в обратном. Осталось совсем мало времени. — Это утро такое тихое… — вдруг, будто сам себе, проговорил он. Спустя еще несколько секунд продолжил, не отрывая взгляда от рассвета: — Знаешь, никогда утро не казалось мне таким уютным и… чистым, что ли. Я никогда не был красноречив, но помню как в юности читал стихи из старого фолианта. Наш старый мастер тогда пытался привить мне любовь к прекрасному, — Киоши издал тихий смешок, — но у него это плохо получилось. Однако сейчас, мне почему-то вспомнилось пару строк. В них говорилось о душевном умиротворении, о таком состоянии, когда кажется, что ты ничто в этом мире. Если тебя вдруг не станет, ничего не изменится. Скажи мне, ты когда нибудь чувствовала его? Внутренний покой и безмятежность? — Нет, — честно ответила Такара. — Мне казалось, что я всегда была в поиске. Всегда был какой-то двигатель, какая-то причина, что толкала меня вперед. — Мне почему-то кажется, что ты скоро найдешь это. Возможно даже сегодня. Сядь ко мне ближе.       Девушка придвинулась вплотную, когда ее крепко обвили чужие руки. Сегодня не было никакой осторожности и волнения. С ним было действительно очень хорошо. — Я никогда ничего не давал тебе взамен, но ты всегда была рядом. Позволь мне поделиться им с тобой. Покоем. Думаю сегодня у меня последняя возможность это сделать.       Мелкий холодок пробежал по коже Такары, но она лишь еще плотнее укуталась в объятиях. Ей снилось что-то очень яркое и теплое. Вокруг было множество людей, которые то и дело пытались поиграть с девочкой. На ней было веселое синее платье в белый горошек, а волосы заплетены в две косички. Малышку щекотали, она убегала, чтобы кто-то вновь поймал ее и посадил у себя на сильных руках. Девочка обняла мужчину за шею, но ее друг кто-то стал дергать за плечо. Сначала она лишь отмахнулась, но движение повторилось. Потом еще раз, потом кто-то схватил ее за руку с такой силой, что она полетела на землю. За секунду до падения Такара открыла глаза.       Перед ней стоял господин и легонько толкал в плечо, пытаясь разбудить. За окном уже вечерело, а мужчина был переодет. Такара присела на кровати, потирая глаза. — Простите, я заснула… — начала тараторить она. — Ступай в свою комнату. Сегодня ночью мы возвращаемся.       Девушка скорее по привычке еще раз поклонилась и, на секунду дольше положенного задержав взгляд на мужчине, закрыла за собой дверь. Такара вернулась в свою комнату и начала собирать вещи. Она это делала скорее машинально, просто чтобы занять руки, пока в голове не прояснится туман. Кимико тоже только недавно проснулась. Она заметила странное поведение девушки, но не стала ничего говорить. Ее и так переполняла обида, что господин снова выбрал не ее. И так почему-то вечно происходит: чем больше ты стараешься понравиться, тем больше внимания привлекает к себе твоя невзрачная служанка. Мерзкая девчонка испортила всю жизнь. Кимико с детства видела себя во главе истинных и представляла себя правой рукой оябуна. Но как бы она не желала смерти сопернице, та ускользала от нее, словно песок сквозь пальцы. После того как Такара изменилась, казалось можно наконец вздохнуть с облегчением. Однако подвох приходит всегда оттуда, где его не ждали.       Неожиданно в дверь постучали. Сегодня никто не смел их беспокоить, поэтому на громкий звук обернулись обе девушки. Взглянув в глазок, можно было увидеть швейцара с необычно красным лицом. Казалось он немного нервничает. Такара максимально прижалась к стене, пока Кимико открывала с вежливой улыбкой дверь. Молодой человек сильно заикался, что невозможно было понять, чего он от нее хочет. Краем глаза истинная заметила отсутствие личной охраны господина. Что-то было не так. — Здесь засада! — объявила она, резко закрывая дверь.       Тут же послышались сильные удары, будто несколько человек ногами пробивали себе вход в номер. Девушки успели только взять свои мечи, как дверь вышла из петель и упала на пол, впуская внутрь поток вооруженных людей в черных костюмах. Их лица тоже были закрыты, но глаза сверкали яростью. Увидев только двух девушек, мужчины сделали короткую паузу, представляя, как будет легко с ними справиться, но Кимико не стала дожидаться чужого нападения и первой, практически разрубила пополам стоящих ближе всего. Такара последовала ее примеру, но ее катана встретила сопротивление. Всего две девушки, больше чем на десять человек, тем не менее ощутимо держали оборону. После нескольких минут борьбы Такара задала вопрос: — Что Вам здесь нужно? Вы кто такие? — Мы пришли за главой Вашего Дома, — ответил один из дерущихся. — У вас ничего не получится, — зло ответила Такара, отбивая очередную атаку. — Уже получилось, — ехидно ответил один из людей, снимая с головы маску и открывая все свое лицо. — Нас в десять раз больше, чем этой его пресловутой охраны. Эти ваши войны уже давно испустили дух. — Плевать! — вскрикнула Кимико. — У господина есть еще мы! Вам его не одолеть так просто!       Девушка стремглав пронеслась к просторному балкону и перепрыгнула ограждение. Такара последовала за ней, но ей преградили путь. Один из людей закрыл перед носом стеклянную дверь, выставляя вперед катану. Однако он не знал, что бывает, если разозлить Такару. Девушка схватила лезвие голой рукой и дернула на себя. От неожиданного рывка мужчина выпустил из руки оружие и потянулся за новым, но получил сильный удар слева окровавленным кулаком. Не важно, что он состоял всего из четырех пальцев, сила была такой, что на полу оказались выбитыми несколько зубов. Такара со всей силы толкнула мужчину в грудь, он отлетел назад, ломая при этом балконную дверь и освобождая проход. Она уже перепрыгнула через невысокий разделитель, как на нее напал со спины тот мужчина без маски. Какое-то время они фехтовали, стоя на разных балконах. Лезвия их мечей то и дело скрещивались и вспыхивали искрами. Мужчина тоже перепрыгнул ограждение и они продолжили уже на одной стороне. Когда катаны в очередной раз схлестнулись, он посмотрел в глаза произнес, упиваясь своим превосходством: — Вот и настал тот день, когда Дом Ямиро падет. Еще и падет так, словно его никогда и не существовало.       На последних словах он разорвал мечи и, повторяя прием, ударил Такару в живот ногой. Она упала на спину и проехалась по скользкому полу пока не уперлась спиной в тонкие прутья деревянной ограды балкона. Мужчина подошел к ней и еще несколько раз ударил по животу и голове, не давая ей возможности подняться. Тоненькие деревяшки в ту же секунду сломались со звонким треском открывая прекрасный вид на город. Сломав еще ряд прутьев, он собирался ударить еще раз, чтобы финальный бросок отправил девушку в путешествие с высоты, но вдруг поймал ее взгляд. В карих глазах не было испуга или паники. Там он увидел лишь леденящую кровь злобу. Девушка схватила мужчину за ногу и дернула резко вниз, от чего он упал на спину и почти свалился, но в последний миг успел схватиться за перегородку. Такара, подобрав свою катану с пола, она приставила ее кончик к рукам нападающего и произнесла: — Шайке таких идиотов как вы, никогда не победить великий Дом.        Такара одним взмахом отрубила руки, что так с надеждой держались за жизнь. Обернувшись, она увидела господина, дерущегося с такой силой и изяществом, словно это был для него лучший момент в жизни, и стала продвигаться к нему, убивая всех на своем пути. ***       Получасом раньше, когда Такара ушла к себе, в номере стало как-то пусто. Киоши расхаживал туда-сюда по комнате, меряя ее шагами, обдумывая все произошедшее за последнее время. Наверное он стал слишком сентиментальным. Хотелось дать самому себе по лицу за все, что наговорил девчонке. Необъяснимая злость стала подниматься волнами, что руки так и чесались кого-нибудь убить. Давно уже этого не делал. Вдруг один из телохранителей, что находился гостиной, встал и подошел к входной двери. — Что случилось? — спросил раздраженно Киоши. — Не знаю, господин. Снаружи какой-то шум, — басистым голосом ответил он. — Так пойди и разберись! Мне не нужна нянька.       Когда подчиненный вышел и не вернулся, вакагасира еще больше рассердился и хотел было сам выйти и проверить все, как входная дверь резко распахнулась и внутрь ввалился заколотый труп того самого телохранителя. Молниеносным движем Киоши схватил катану и начал разрубать каждого, кто входил в номер. Наконец-то его ярость вышла на волю. Быстрыми и отточенными движениями он разрезал и протыкал противников в жизненно важных местах, зная, что тем точно конец, и продолжал дальше. Но поток безымянных воинов черном все прибывал и прибывал, заполняя собой не слишком большое пространство. Киоши лично убил уже больше десяти очень сильных человек, но на него нападали с разных сторон, пока он не услышал знакомый голос: — Слухи не врали, говоря, что в бою господин Киоши неуловим словно призрак и силен словно Бог. — Токугава, — в ярости проговорил Киоши, не разжимая челюстей. — Только такая подлая тварь, как ты, могла напасть со спины. Ублюдок. Ни чести, ни достоинства у тебя нет. — Всем нам приходиться чем-то жертвовать, ради достижения цели. Столько лет ты стоял словно кость поперек глотки и, наконец, у меня есть шанс поквитаться с тобой.       Мужчина напал резким взмахом меча, но тут же был остановлен умелым противником. Их мечи то и дело скрещивались и сталкивались, отдавая металлическим звоном в ушах и привкусом во рту. Киоши удалось ранить оябуна чужого Дома в ногу, в ответ на что тот сумел ранить в живот, аккурат вонзив катану под ребрами. Токугава разразился гневной тирадой на своих подчиненных, которые какое-то время стояли и наблюдали за битвой глав, боясь вмешаться. В одно мгновение Киоши оказался окруженным с трех сторон. В комнате и без того было тесновато, а сейчас мужчина каждый раз спотыкался о труп убитой им же шестерки. Решение увести битву на просторную террасу пришло спонтанно, но оказалось ошибочным.       Снаружи вакагасира смог вволю применять издавна заученные техники и приемы. Он был один, но за раз справлялся с тремя нападающими. Но этого оказалось недостаточно. В одно мгновение, его начал отвлекать монотонный приближающийся шум. На крышу гостиницы приземлился вертолет, из которого посыпали еще люди. Это была засада. Токугава хорошо подготовился, отрезав все пути к выходу и набрав столько людей за короткое время. Оглянувшись вакагасира увидел Кимико, что бежала к нему из двери соседнего балкона, отбивая атаки. Ее лицо сочетало в себе одновременно злость и беспокойство. Зная, как она к нему привязана, Киоши усмехнулся сам про себя. Пощады от ее руки никто не дождется. Одна она будет вдвое сильнее любого наемника, который принял тот злосчастный наркотик. Сам же он, перепрыгивая трупы на ходу, увеличивал их количество. Никого нельзя оставлять в живых, иначе они повторят свою попытку. Край глаза зацепился за девушку, что перепрыгивала из балкона своего номера к нему. За ней тоже гнались. Такара тоже стремилась к нему на подмогу, но стоило лишь моргнуть, и она уже висела на самом краю здания. Она никогда не упустит возможности унизить себя. Мысленно одарив ее звонким ударом, Киоши сам начал продвигаться к истинной. Еще секунда и мимо глаз, на расстоянии сантиметра пронеслось металлическое лезвие. Мужчина отбивает эту атаку, не успевая уследить за следующей.       Левая рука взорвалась вспышкой боли, от которой потемнело на мгновение в глазах. Казалось онемело все тело. Конечность стала ужасно тяжелой и непослушной. По пальцам заструилась кровь. Мужчина развернулся резким рывком и стал быстрыми взмахами атаковать оябуна чужого Дома, пока их мечи вновь не скрестились на уровне глаз. — Презирал нас за мечи, но сегодня сам пришел без огнестрела? — зло прошипел Киоши. — Убивать врага намного слаще его же оружием. — Как ты узнал, что мы здесь? — Киоши задал следующий вопрос, глядя в бесстыдные глаза напротив. Нужно все узнать, пока есть возможность. — Хм, — Токугава слегка улыбнулся, — в каждом логове есть свои крысы, в каждой группе есть предатель. — У нас нет предателей, я лично истребляю их. — Тебе стоит лишь обернуться, чтобы убедиться в обратном — взгляд мужчины устремился дальше соперника, заставляя того обернуться.       Гнев так бурлил в крови, что мужчина практически не чувствовал усталости, хотя битва уже порядком затянулась. Оябун наверное рассчитывал на более быстрый расклад, раз теперь принимается за манипуляции и уловки. Однако сейчас на стороне Киоши никого больше не было, кроме двух девушек. Здесь намного больше двадцати наемников, которые трупами валялись в их номерах. Должно быть еще столько же пало от истинных на других этажах, что сопровождали их в театре. Сколько людей убили телохранители, спасая своих господ даже подсчитать сложно. Киоши понимал, что у Токугава ресурсы тоже не бесконечны. Тот лишь играет словами, но вакагасира не смог удержаться от порыва посмотреть назад. Так и есть, они обе стояли спина к спине отбиваясь от чужих наемников. Прикрывали тылы. — Ты лжец, — выплюнул ему Киоши, возвращая яростный взгляд. — Я не лгу, одну крысу ты так убить и не смог, — ответил Токугава и вытащил из-за пояса длинный кинжал, вонзая его сопернику в ногу.       Киоши зарычал от боли и машинально убрал катану, разрывая сопротивление. Орудуя лишь одной рукой, он мало мог сделать против двух лезвий, но здесь было что-то еще. Его движения становились с каждой секундой медленнее. Не успел же он потерять так много крови?       Видя озадаченное лицо противника, губы Токугава расплылись: — Ты хоть на секунду задумался о том, как погибли твои люди? — Они погибли исполняя свой долг! — Киоши повторил атаку. — Даже твои безмолвные монстры, словно тени преследующие господина, подаренные великим оябуном Дома Ямиро, пали в этот день от моей руки, — самодовольно и нарочито медленно, сказал он, отбивая бессмысленную атаку. — Лезвие окропленное смертельным ядом, убивает мышцы и разрушает сердце. Ты не жилец больше. Она предала тебя, — гордо объявил Токугава стоящему человеку напротив.       Киоши вновь обернулся. Должно быть проигрыш неминуем. Он чувствует, что жизнь уходит из его тела так же стремительно как садится солнце за горизонт. И весь мир окутает тьма. Поймав его взгляд, Кимико бросилась к нему, что-то громко крича, но воин в черном ударил ее тупой частью рукояти в затылок. Она была ранена, но продолжала бороться за него, пока не потеряла сознание. Совсем рядом Такара яростно отбивалась от нападения, круша и разрубая все на своем пути. Она только что одному распорола живот, а второму горло, заливая пол брызгами крови. Несколько капель попало и на молодое лицо, но она будто этого не заметила. Но заметила как падает Кимико, увидела и человека собирающегося пронзить ее тело. Всего пару мгновений спустя он сам смотрел на кончик меча, что вылез из его же рта, последнее, что он увидел перед смертью.       Вакагасира не смог скрыть своего удивления. И все же, Киоши был слишком самоуверен, всего на секунду потерял бдительность и подпустил врага так близко. Лезвие меча легко прошло сквозь мышцы и внутренности мужчины, выходя острым кончиком далеко за спину. Оябун схватил его за плечо и придвинул ближе, насаживая еще сильнее на катану. Рукоять вся покрылась кровью. Изо рта Киоши вырвался хриплый вдох и потекла яркая струйка. Токугава сказал на ухо: «Такие чудовища как ты должны находиться в аду, и я с радостью отправлю тебя обратно». Он провернул катану, еще больше повреждая органы, и, толкнув ногой, вытащил лезвие. Киоши попятился спиной к открытому краю балкона. На этот раз ему точно не выжить. Токугава быстрыми шагами направился к вертолету, все это время ожидавшему его. Мужчина оставил указания свою верному псу и дал приз пилоту взлетать. Тяжелая машина грузно загудела и поднялась в воздух. Оябун хотел убедиться, что противнику в этот раз точно не уцелеть и взял в руки приготовленный в салоне пулемет, но не успел даже нацелиться.       Время для Такары замедлило свой ход. Она видела, как всего несколько шагов отделяют господина от гибели. Девушка, яростно отбиваясь, побежала в его сторону. Слишком далеко. Она не успеет. Сама судьба словно смеется над ней, подкидывая сцены из прошлого. Такара, видя как Киоши не оглядываясь делает последний шаг, прыгает в его сторону и больно приземляется на живот, проезжая еще несколько дюймов на бетоне. В самый последний момент она хватает господина за руку и тот чуть было не потащил ее с собой. Удерживая опасное равновесие, девушка обеими руками еще сильнее вцепилась в него. Только сейчас, спустя пару мгновений, она посмотрела на удивленные глаза мужчины и поняла, что сделала. Всю свою жизнь она мечтала убить его, поклялась отомстить за отца. И что она сделала сейчас? Сейчас, когда впервые ее жизнь не зависит от него. Спустя столько лет как все изменилось. На секунду она отвернулась, прослеживая взглядом траекторию летящего вблизи вертолета. Он летал боком, и из открытой двери она увидела огромный пулемет, направленный в ее сторону. Такара перехватила руку господина в одну, а второй постаралась схватиться за ограждение и подтянуться. Счет шел на секунды… до взрыва. Резкая ударная волна придавила ее еще сильнее к полу. От жара вырвавшегося пламени она чуть не расслабила свою ладонь. С низким рычанием Такара вновь схватила Киоши обеими руками и тот, соскальзывая от крови, чуть не потянул ее вниз за собой. Горевший вертолет приземлился с ужасным грохотом где-то за парой зданий. От него шел столп черного дыма. Такара опустила голову вниз и увидела ухмыляющиеся лицо вакагасира.       Было тяжело удерживать вес взрослого мужчины, всего за минуту мышцы плеч и спины начинали неметь. Но разве она может вот так отпустить? Киоши держался за нее всего одной рукой. Из другой с капля за каплей стекала кровь. У него перерезаны мышцы и сухожилия. Он не то, чтобы поднять руку — пальцами шевелить не может. Она так и висит бесполезным куском мяса вдоль его тела. — Зачем ты это сделала? — хрипло спросил он, сплевывая красные сгустки. — Так нужно было, — честно ответила Такара, поудобнее перехватив его руку. — Даже забавно, я почему-то всегда знал, что этим человеком все-таки это будешь ты. — Каким же? — Последним в очереди по мою душу, — он грустно улыбнулся. — После тебя никого уже не будет. Забирай всех демонов. Они твои. Не сомневайся, делай, что задумала. — Мы еще можем Вас вытащить!.. — слыша его слова, запаниковала Такара. — Не смейте этого делать! — Эй, будь смелой, будь сильной, — ведь именно этому я учил тебя все эти годы, — Киоши не дал договорить девушке. Он смотрел прямо в ее глаза и впервые в жизни без ненависти. На дне черных зрачков плескалось удовлетворение и так давно искомый покой. Жизнь сложна и непредсказуема. Если бы несколько лет назад ему бы сказали, что он умрет в итоге от ее руки, Киоши бы ответил, что придушит девчонку первой, а затем вырвал бы язык такому глупцу. Но сейчас Такара уже взрослая, живая и здоровая, держит его из последних сил, не давая соскользнуть в бездну. Она, действительно, не знала, почему все еще держала его. Возможно, это была благодарность. Возможно месть, за сломанную дважды судьбу. Киоши смотрел на молодое лицо, обрамленное каплями засохшей крови противников. Пройдя через саму преисподнюю, она стала монстром. Таким же как и он сам. Он создал ее. Такара будет достойным приемником, она все исправит. Киоши воспользовался моментом и сам выдернул руку из ее крепкой хватки. Уже пролетев пару метров вниз он крикнул: — Сокровище, встретимся в аду.       Такара так и лежала на полу, наблюдая как тело Киоши превратилось в маленькую точку и разбилось об асфальт многими этажами ниже. С ее рук все еще капала его кровь. Солнце окончательно спряталось за горизонт, погружая город в вечерние сумерки.       Так не должно было случиться. Все неправильно. Все произошло слишком быстро. Слишком легко. Где-то глубоко его слова задели за живое. В голове прозвучал его голос: «сегодня у меня последняя возможность». Он будто бы знал. Наверное люди действительно могут почувствовать свою смерть. Слезы бы побежали по щекам, но Такара давно разучилась плакать. Он сказал быть смелой — значит нельзя бояться трудностей, он сказал быть сильной — и она продолжит бороться. У нее остались еще дела на этом свете, остался последний приказ.       Девушка села на колени и обернулась. Один из мужчин, сняв маску с лица, показательно вытирал лезвие о край своего дорогого пиджака и разговаривал со своим подручным. Вот только он сильно недооценил учеников Дома Ямиро. Такара молниеносно промчалась мимо этих двоих держа катану на уровне глаз. Мужчина хотел оглянуться на яростный крик, но не смог. На шее тоненькой ниточкой образовался порез, через который хлынула кровь. В последнюю секунду он смог только увидеть девушку с красными брызгами на лице, после чего его голова соскользнула с шеи и глухим звуком упала на землю. Через мгновение тело упало следом. — Вы не из дома Токугава, — сделала вывод она. — Верно, — несколько шокировано ответил мужчина, продолжая смотреть на обезглавленный труп. — Это вы подложили бомбу? — Такара приставила окровавленное лезвие к чужой грудине грудине. — Зачем задаешь вопрос, если знаешь ответы. — Говори! — крикнула она, медленно проникая кончиком катаны внутрь. — Ты должно быть та самая Такара? Господин говорил о тебе. Ты молодец, отлично справилась. — Откуда ты… Кто твой господин?! — вопросы роились беспорядком в голове, но девушка не отличалась особым терпением. — изо рта мужчины потекла кровь. — Мое имя Токицуки. Запомни его, — спокойно произнес человек и сам сильнее насадился на катану.       Он умер, оставив Такару без ответов, но имя она запомнила. Оно казалось смутно знакомым, но совершенно не было сил об этом думать. Когда все закончилось, она обнаружила Кимико лежащей без сознания и еще полсотни раненых и трупов людей Токугава, среди которых были и Ямиро.