в нашей квартире весна

Арсений проснулся из–за того, что чьи-то кудряшки щекотали ему ноздри. Открыв глаза, он непроизвольно чихнул, подскакивая в кровати и прикрывая нос одной рукой. Посмотрев на владельца шикарных кудрей, Попов опустился обратно на подушку и расслабился. Сегодня надо будет ещё обсудить с Антоном всё, что происходило за последние месяцы, потому что у Попова не осталось сомнений — ему нравится Антон, а он сам так же ему симпатичен, иначе бы Шастун не лез целоваться ночью. Однако не стоило спешить, ибо всегда есть одна штука под названием эмоции. «Я это сделал на эмоциях», «Прости, не сдержался, сам понимаешь, эмоции переполняли», либо же «Господи, я это сделал ради интереса, что тебе от меня надо?» и так далее. Арсений нередко слышал о таких случаях и молил всех богов, что бы с ним такого не было. Так что спешить говорить Шастуну о том, что Арсений знает о поцелуе и не спал, он не собирается. Когда-нибудь, но точно не сейчас. Антон причмокнул во сне губами и перевернувшись, уткнулся своей родинкой на носу в ключицу Арсения. Попову это показалось настолько милым, что он еле сдержался, что бы не начать умиляться в голос. Брюнет осторожно коснулся щеки шатена и провел по ней большим пальцем. Его пальцы быстро и легко скользили по сухой коже, очерчивая темные мешки под глазами. Антон непроизвольно поморщился и сонно облизал сухие губы. Теперь Арсений, будучи вблизи, мог легко рассмотреть кровоточащие микротрещинки. Он совершенно не помнил, что бы Антон кусал губы. Разве что вне дома. Или же обветрились на улице? Надо будет узнать. Арсений наклонился и поцеловал Шастуна в лоб, сползая с кровати вместе с одеялом, одновременно морщась из-за боли от ожогов. Рассматривания Антона могут и подождать, а вот журчащий живот — вряд-ли. Попов решил приготовить первое, что попалось под руку — в его случае это оказались яйца, кофе для Арсения, а для Антона — чай. Увлекшись тем, что ему нужно было как можно аккуратнее разбить яйца и вывалить желток с белком в сковороду, не разлив все на плиту, Попов не заметил тихих шагов позади себя, поэтому продолжал свое занятие как ни в чем не бывало. Антон с удивлением потирал глаза, рассматривая изящную спину брюнета. — А ты чего так рано встал? — Антон присел за стол и закинул ногу на ногу. Арсений от испуга чуть не выронил яйцо и поспешно обернулся. — Господи, Антон, чего же ты так пугаешь?! — брюнет покачал головой и убрав целые яйца в холодильник, зажёг конфорку, — во-первых, какой рано, если на часах уже час дня, а во вторых я жутко голоден, не лежать же мне с тобой ещё вечность, до того как ты проснешься. А очень хотелось бы. — Понятно, — Антон вздохнул и встал, беря сигареты, — тебе зажигалка ещё нужна? Я покурить хотел. — Нет, бери. Только оденься нормально, на улице не май месяц. — Хорошо, мама! Арсений со смехом покачал головой. Шутки шутками, а приближающийся разговор не давал покоя. Отвергнет ли Антон или откроется? Я так хочу узнать что у него на душе. Не игнорируй меня. Не игнорируй меня и мои чувства. Арсений разложил яичницу по тарелкам, разлил кофе с чаем и вышел на лестничную площадку, где обычно курил сосед по квартире, предварительно накинув на себя ветровку. Антон стоял, прислонившись к оконной раме разбитого окна и вдыхал дым. Арсений залип, смотря как поднимается и опускается его грудь. — Чего ты как маньяк стоишь и смотришь? — Антон лениво повернул лицо к пришедшему. Арсений пожал плечами. — Просто.

Тысячи мыслей сгорают вместе со всеми текстами

Я, как ребенок, страдаю, ты как всегда под спидами

— Просто так пришел посмотреть как я курю, убиваю свое здоровье, убиваю себя и так далее? Даже не почитать нотации? — Антон, пожалуйста, не начинай, — Арсений деланно поморщился, — я вообще-то по поводу сегодняшней ночи пришел поговорить. — О чем там разговаривать, Арс? Все нормально было, ты выпустил эмоции, да слезами, и что такого? — Ты, будучи спящим, прижался ко мне как кот к батарее, — сказал Попов первое, что пришло в голову. — Кгхм, — Антон ненадолго замолк, — извини если доставил дискомфорт, я не отдаю отчёт своим действиям во сне… — Нет Антон, я не про это. Ты мне ни капли не помешал, просто… Не знаю как тебя правильно вывести, поэтому спрошу в лоб: ты мне не хочешь ничего рассказать? Рука Шастуна с сигаретой изумлённо замерла на полпути ко рту, офигивая, впрочем, как и ее владелец. — Да вроде нет, — слегка дрожащим голосом произнес Антон, продолжая нервно втягивать сигаретный дым. — Точно? Я почему-то уверен, что хочешь. Как к кому ты относишься ко мне? — Арсений уже понимал, что это не просто какие-то догадки, Антон сам своим поведением все доказал. — Арс, что ты от меня хочешь? — Правду. — Какую правду? — Я тебе нравлюсь? — Арсений подошел к Антону на шаг ближе. Молчание. — Нет. — Антон, я нравлюсь тебе? — Попов схватил Шастуна за рукав. — Да нет же, говорю я! — Антон, пожалуйста, скажи правду, я…- Арсений не успел договорить, как Антон его перебил. — Арс, блять, что ты от меня хочешь услышать? Нравишься ли ты мне?! Да, прикинь, да! Нравишься! Я даже больше скажу: я люблю тебя, — шатен уже кричал на весь подъезд, — ты не представляешь как мне трудно сдерживаться, как же порой тебя хочется поцеловать, обнять, закрыть руками от всего мира когда тебя кто-то обижает, просто хочу касаться тебя, я хочу проводить с тобой все свое свободное время, а я отгородился от тебя, что бы меньше времени с тобой проводить, меньше испытывать подобных мыслей, и в итоге сделал только хуже для тебя, я… — Молодой человек, можно потише?! — донёсся женский голос откуда-то с нижних этажей. — Нельзя блять, идите нахуй! — Антон весь красный, будто вот-вот взорвётся, и Арсений только сейчас заметил мокрый блеск в глазах шатена. — Антон, — Попов аккуратно дёрнул его за рукав, — потише. — А ты вообще блять молчи, ты ведь сука, весь из себя такой правильный, даже сейчас! Я просто… — слезы непроизвольно начинают стекать по щекам, Антон судорожно пытается их вытереть и одновременно что-то сказать. Арсений, у которого все это время сердце разрывалось, не выдержал, и сделав выпад вперед сжал Антона в объятиях. — Антош, пожалуйста, не плачь, прошу тебя, у меня сердце разрывается когда я тебя таким вижу… «Антоша» молчал, осознавая сколько лишнего он сейчас рассказал. Арсений лишь сильнее притянул его, будто растворяя в себе, и будучи под сильным впечатлением приподнялся на цыпочки и накрыл своими губами губы Антона, который замер будто статуя. Спустя минуту безуспешного и безответного поцелуя, Арсений отстранился, виновато смотря на Антона. — Прости, пожалуйста, я наверное сейчас очень сильно в личное простр… — не успел Попов закончить, как в этот раз Антон притянул его к себе и крепко обнял. — Арс, Арс, Арс, — судорожно зашептал Шастун, сжимая окольцованными пальцами тонкую кофту брюнета, — ты… ты не злишься на меня? — За что мне на тебя злиться? — Как? Наверное, не каждый день друг в любви признается, — грустно ухмыльнулся шатен. — А чего же злиться, мне тоже не каждый день люди, которые мне нравятся, в любви признаются. Антон тяжело вздохнул и шмыгнул носом. — Прости, пожалуйста, тогда можем если хоч… — Шастун ненадолго завис, — в каком смысле «люди которые мне нравятся»? — В прямом, — усмехнулся Арсений, и отстранившись, вытер слезы с щек Антона. Тот смотрел на него таким удивлённым взглядом, что Попов не выдержал и хихикнул. — Ты серьезно? — Абсолютно, — Арсений приблизился к лицу Антона и чмокнул того в нос. — Скажи это, пожалуйста, полностью, — все ещё недоверчиво произнес Шастун. — Я, Арсений Сергеевич Попов, признаю, что мне нравится Антон Батькович Шастун. Этого достаточно? — Андреевич. — М? — Антон Андреевич Шастун, — шатен смущённо улыбнулся, опуская взгляд на носы своих кроссовок. Арсений усмехнулся и снова прильнул к губам напротив, кусая нижнюю и водя руками по телу Антона. Тот сдавленно простонал, когда Попов схватил его за ягодицы и посадил на подоконник, не отпуская. — Ты очень милый когда смущаешься, правда, но у нас там яичница стоит до сих пор, а ты так и не завтракал с утра, — произнёс Арсений отрываясь от поцелуя и стягивая Антона с подоконника к себе в объятия. Оказавшись за спиной, Попов взял Шастуна за плечи и подтолкнул вперед. — Я сам могу дойти, — тихо пробормотал Антон, но вырываться не стал, а послушно пошёл.

***

— Я пойду одежду сменю, а ты пока яичницу погрей снова, — крикнул Арсений заходя к себе в комнату. Стянув футболку, он увидел красные волдыри на груди и животе. Видимо, вчерашнее купание не прошло бесследно. Аккуратно открыв дверь в коридор, Арсений старался как можно тише пройти до аптечки. — Что это? — Антон стоял прямо на пороге ванной и держал в руках полотенце. Он медленно отложил его и приблизился к Арсению, который только сейчас понял, что забыл одеть поверх волдырей хоть что-то, — Арс. — М? — Попов машинально постарался прикрыть руками голую грудь. Антон вздохнул, аккуратно взял брюнета за плечо, завел его в ванную комнату и достав из аптечки другую мазь, не ту которой Арсений мазал вчера, изящным движением открутил крышку и выдавил субстанцию на палец. — Сейчас может немного щипать, так что постарайся потерпеть, — услышав в ответ скомканное «угу», Шастун лёгкими движениями стал наносить на кожу холодную массу, — ну что? — Терпимо, — сквозь зубы произнес Арсений, стараясь не встречаться взглядом с Антоном. — Когда ты так умудрился? — закончив с Поповым, шатен закрутил крышку и положив на место, взял брюнета за руки. — Вчера душ принимал, и кипятком облился случайно, вот и ожог получился… — Ты ведь в курсе, что такие ожоги не могут появиться из-за того что ты пару секунд постоял под кипятком? Если судить по их объёму, это минимум минут десять. Арсений ещё сильнее опустил голову. — Арс, ты ведь понимаешь что я тебя не заставляю тебя стыдиться? Просто хочу узнать, в чем причина. — Я… Ну как сказать… Я наверное задумался, и поэтому не заметил кипятка… — О чем задумался? Это вчера ведь было? — услышав в ответ скупое «ага», Антон продолжил, — самокопанием небось опять занимался? Только честно. — Ну… да, самокопанием, все, я свободен? — Арсений поднял голову и встретился с переживающим взглядом. Он волнуется обо мне, а я так себя веду. — Нет, пока не свободен, — Антон неожиданно схватил брюнета за талию, стараясь не касаться ожогов, и прижал Попова к себе, — почему ты сразу не сказал что у тебя рана? Тебе же больно было, когда мы обнимались. — Нет, мне не было больно, на мне футболка же была, она немного боль сдерживает. — Ладно, сейчас должно стать получше. Но обращайся ко мне сразу при получении ран, хорошо? — Антон, я же не маленький ребенок… — Ага, но при этом воду отрегулировать почему-то не смог, — видя что Арсений хочет ещё что сказать, Шастун развернул его за плечи спиной к себе, — всё-всё, вперед и с песней.

***

— Арс? Я дома! — крикнул Антон открывая дверь и заходя внутрь квартиры. В ответ ему была гробовая тишина, Шастун настороженно замер прислушиваясь. Сперва он решил, что Арсения нет дома, однако кроссовки, стоящие при входе, говорили абсолютно об обратном. Антон на цыпочках прошел в комнату брюнета, в которой они сегодня ночевали и приоткрыл дверь, замечая на кровати силуэт. Арсений, свернувшись калачиком, мирно посапывал, сжимая в руках одеяло, будто обнимая его. Шастун, до этого умилявшийся этой картине, быстро скинул с себя уличную одежду и натянув домашнюю футболку, лег рядом с Арсением. Тот даже не пошевелился, когда Антон притянул его к себе и положил свою руку на солнечное сплетение, крепко обнимая. Официально они встречаются четыре месяца, хотя до этого и так встречались каждое утро на кухне. Но в этот раз все немного по другому, два парня на «А» спят в одной кровати поселившись в комнате брюнета, могут спокойно ни с того ни с сего начать целоваться, садиться друг к другу на колени, обниматься. За этот небольшой отрывок времени, Антон успел признаться своей матери о своей далеко не гетеросексуальной ориентации, а та спокойно отнеслась к этому. Попов же пока решил не афишировать всё своим родителям, зная об их отношению к нетрадиционной сексуальной ориентации. Антон очень любит Арсения. Очень. Находясь на рабочей смене на ресепшене отеля, которые он с начала отношений сократил до одной в день, шатен скучает по Попову. Пишет ему прямо на рабочем месте, с нетерпением бежит домой и при встрече сразу обнимает. Он счастлив. И Арсений счастлив. Им двоим больше никто не нужен, кроме их самих.

— Антон? — донёсся сонный голос из-под одеяла. Шастун неохотно отодвинулся, давая Арсению возможность выбраться, но тот лишь перевернулся на другой бок и обнял Антона. — Ты чего меня не разбудил? — тихо спросил Попов, покрывая шею шатена лёгкими поцелуями — А зачем мне тебя будить? Ты наверное устал, я тоже, почему бы не полежать вместе? — Антон потрепал брюнета по волосам и чмокнул в макушку, — ты дальше спать будешь? Или покушаем пойдем? — Если хочешь, иди ешь, я спать все ещё хочу, — Арсений сильнее прижался к Шастуну и закинул свою ногу ему на бедро. — Я так понимаю, ты меня не отпустишь никуда? — Антон зарылся носом в волосы Попова и вдохнул полной грудью. — Правильно понимаешь. Арсений, изнеженный действиями Шастуна, вскоре почувствовал быстро приходящую дремоту и вцепился в Антона всеми конечностями. — Ты чего, Арс? — шатен приподнял голову и внимательно оглядел Арсения. — Я соскучился, — проваливаясь в дремоту, произнес Арсений.

***

— Антон, поиграть не хочешь? — спросил Арсений заходя на кухню. Шастун стоял около плиты и помешивал кипящие макароны. Обернувшись, он увидел в руках брюнета коробку с твистером, который они решили купить под предлогом: «когда-нибудь да и поиграем, главное, что дешево». — Господи, где ты это отрыл? Сколько он у нас лет лежит? — Антон выключил плиту и подошел поближе, — конечно, пойдем сыграем, а потом поужинаем. Пара отправилась в комнату Антона, так как большинство его вещей переехало к Арсению, и комната пустовала. — А нам же самим вдвоем тяжело будет и действия выполнять, и… Вот эту круглую штуку крутить, — произнёс Антон показывая пальцем на рулетку. — У меня приложение есть, оно может на рандом называть места, — Арсений указал Шастуну на телефон. Разложив пленку на полу и закрепив её по краям книгами Попова, первым согласился встать Антон. Выпавшее " левая нога красный " он выполнил легко, встав посередине ковра. Они играли ещё минут пять, пока во время одного из действий колено Арсения не упёрлось в пах Антона. Оба парня замерли, прослушав следующую позу. Попов, еле слышно усмехнувшись, решил действовать хитростью — выставив свободную руку как страховку и слегка надавив коленом на пах , поводил им из стороны в сторону. Антон от неожиданности вздрогнул и вскинув руки чуть не упал, но его вовремя подхватил Арсений. — Ха! Я выиграл, — брюнет, осторожно положив Шастуна на пол, вскочил. — Это было нечестно! — воскликнул Антон, пытаясь, подняться и одновременно краснея. — Ты упал — упал, а суть игры как раз и состоит в том, что бы мешать друг другу. Даже таким способом. — Ага, — тяжело вздохнул Антон, прикрывая руками паховую область. Арсений оценивающе поднял брови. — Что такое, Антош? Что-то не так? — ехидно спросил он. — Все отлично, — прошипел Шастун, направляясь в туалет. — Эй, ты куда? — Арсений быстрым шагом нагнал его и толкнув в сторону, прижал к стене, — куда это мы побежали, а? — Арс, отпусти, — пробормотал Антон, но вместо этого его чувственно поцеловали, потираясь бедром между ног. — А теперь ты все ещё хочешь уходить? — Арсений оторвался от Антона и кивнул в сторону ванной комнаты, — у тебя десять минут что бы сходить в душ, я пойду после тебя. Антон с неким восхищением посмотрел на Попова и кивнув, бросился к двери. А брюнет тем временем перерывал в комнате все ящики, пытаясь отыскать презервативы и смазку. У него слишком давно не было отношений, а дрочил он нечасто. Наконец найдя более-менее подходящее по сроку годности, он бросил все на кровать и отправился к Антону, что бы дать ему новое полотенце. Осторожно приоткрыв дверь, его обдало паром и Арсения даже встряхнуло от перепада температур. — Арс? — Антон стоял в душе с открытой створкой и пытался прикрыться, — ты чего? — Полотенце принес. А ты можешь уже меня не стесняться, все равно минут через десять увижу тебя во всей красе, — Попов усмехнулся и покинул жаркую комнату, сам постепенно возбуждаясь. После того как Арсений зашел в душ, Антону было отведено всего пару минут, прежде чем первый вернулся. — А ты, я смотрю, подготовился, — Шастун кивнул на презервативы, а Попов тем временем навис над ним лишь в полотенце на бедрах. — Да, я смышлёный мальчик, — Арсений закусил нижнюю губу шатена и провел рукой по его ягодицам. — Неужели? — сдавленно простонал Антон, плавясь под действиями брюнета. Арсений быстро стянув с себя полотенце и бросив его куда-то на пол, взял в руки баночку со смазкой и выдавил приличное количество себе на пальцы. Антон, желая помочь ему, постарался как можно аккуратнее закинуть свои ноги Арсению на плечо, но в силу своей «удачливости» заехал Попову коленом по подбородку. — Ох, Арс, прости, пожалуйста! — Антон как можно нежнее повернул голову брюнета к свету от лампы, — сильно больно? — Антон, мы трахаться собрались, или во врача играть? Давай позже, все хорошо, — прохрипел Арсений, закидывая ноги Шастуна обратно.

Небо в оттенках индиго спрятало звёзды над нами

Мы под ним все наши страсти ловко меняем местами

Оба парня, уставшие, вымотанные, но счастливые лежали в обнимку. На постели остались белые разводы, и завтра Арсений обязательно поменяет белье, обязательно извинится перед Антоном, если был недостаточно нежным. А Шастун уверен, что завтра все будет болеть, но он поблагодарит Арсения за чудесную ночь. Шатен не сможет нормально сидеть и придется постояльцев записывать или выписывать стоя, но он все равно захочет повторить произошедшее, но это все завтра. Сейчас два влюбленных и до сих пор разгорячённых тела лежат рядом друг с другом, и держатся за руки, думая лишь друг о друге. — Арс, как подбородок? — не смотря в сторону брюнета произнес Антон. — Нормально, если бы ты сейчас не напомнил, я бы даже не вспомнил об «ушибе» , — Попов повернул голову в сторону Шастуна, — Антон. — Что? — Я тоже люблю тебя. Шастун повернул голову, пытаясь осмыслить только что сказанное. — Ты серьезно? — Абсолютно. — Ты уже знаешь это, но… Я тоже тебя люблю, — шатен мягко коснулся губами щеки Попова и положив голову ему на плечо, провалился в сон.