Домашний Зоопарк

Хрипящее короткое рычание – так можно описать язык этих яйцекладущих. Сплошное рычание и хрипение на разных тональностях, иногда создаётся впечатление, что вот-вот большеглазое чудище захлебнётся слюной, булькая при очередном слове. Но нет, пока ещё никто не умирал от разговора на этом языке, по крайней мере, из тех, кто этот язык создал. Твёрдые чешуйчатые губы не могли как-то влиять на звуки, издаваемые голосовыми связками. Досадно, но чтобы понять это существо? приходилось учить их язык. Филин никогда не любил этих чешуйчатых. Грузные толстохвостые карлики, перегруженные мускулатурой, с короткой горбатой мордой, похожей на морду тираннозавра, и огромными желтыми глазами с вертикальным зрачком. Эти существа были уродливы не только внешне – агрессивные, задиристые, вспыльчивые и жестокие. Данги поступили опрометчиво, дав возможность этой расе выжить. Их должно было снести метеоритом, вселенная хотела их уничтожить, так зачем спасать? Ничего хорошего от этих чудовищ никто не получил. «Кто я такой, чтобы осуждать небесных духов?» - Филин дёрнул щупальцем. На самом деле ему было не важно, что рычит этот зверь, но чтоб не сдохнуть, приходилось быть вежливым. Ох, эта вечная игра в мир и дружбу. Ящеры сдерживали слюни, которые обильно у них выделялись при виде аппетитной «закуски» в виде тиала, а «закуска» не грубила и вела себя паинькой, стараясь сдержать отвращение к этим трупоедам. - Да-да, мне, конечно, это интересно, но, что ты там говорил о дангах? Они что-то разнюхали? – Филин сменил маску на своём лице, сделав обеспокоенный вид. О, как же он боялся разоблачения этой вшивой группки сумасшедших, что прям не передать! А мысленно же желал им всем скорейшей трагичной смерти в пасти их же сородичей. Ящер коротко хрюкнул, давая понять, что если Филин не хочет, чтобы кто-то откусил ему щупальца – пусть не лезет в дела военной части. Не так, конечно, красочно он сказал, но суть примерно та же. Не желая нарываться на неприятности, Филин быстрым шагом направился к своей лаборатории. От этих ящеров ничего хорошего ждать нельзя, тем более в такое время. Молодой учёный толком не знал, что происходит, но в его душе впервые за долгие годы заискрился лучик надежды. Просторная светлая лаборатория в белых тонах. Много стекла и белого пластика, всё аккуратно убрано и почти всегда стерильно. Вдоль дальней стены ряд «пробирок» - круглые огромные аквариумы, в которых в состоянии глубокого сна иногда подёргивали конечностями самые разнообразные чудовища, мощнейшие химеры своих времён, одновременно прекрасны, как любое произведение искусства, и при этом ужасны, как и любой убийца. В этом месте всегда стоял «больничный» запах. Самый отвратительный запах во всех известных и неизвестных мирах, как считал Филин. Это – его тюрьма, и, скорее всего, она же станет и могилой. Но Филин был не из тех, кто опускает руки. Долгие годы он ждал и надеялся. Ему было, ради чего жить. Чуть покопавшись в ящиках маленького белого шкафчика, четырёхпалая конечность вытащила из-под каких-то ненужных бумаг маленькую безделушку – единственное, что осталось у него. Это была квадратная вещица из полупрозрачного серого полимера, хранящая в себе единственное подтверждение того, что Филин не сошёл с ума. Вновь и вновь нажимая на прозрачные сенсорные кнопочки, он слушал такой родной и любимый голос. Вновь и вновь он слушал, как его маленький сын повторяет свою первую придуманную им историю. Возможно, малыш сейчас, в эту самую минуту? свернулся калачиком в своей кровати и лениво записывает всё новые и новые мысли. Возможно, его талант заметила сама Джаа, и теперь ему открыты дороги во все частички вселенной. Такой маленький и одарённый, он не мог не получить шанс развивать своё творчество. Может быть, когда-нибудь Филин вновь увидит его яркие, полные любви и радости глаза. Надежда, как говорят на этой Кирром забытой планете, умирает последней. Вновь и вновь душу молодого тиала заливала ненависть и злоба. Он ненавидел этих продажных ящеров, не щадящих ни самок, ни детей; он ненавидел жестоких и до одури тупых людей, не способных понять простейшую истину; он ненавидел даже дангов, которые позволили всему этому произойти. Падая от собственного бессилия на холодный пол, Филин мечтал лишь знать, где сейчас его единственный сын - последнее, что заставляло его вновь и вновь подниматься на ноги, выполняя приказы людей и приглушая желание перерезать себе горло. Пять долгих лет он терпел все унижения и издевательства. Пять долгих лет он ждал и надеялся, что те, кто объединил под своими крыльями их расы, спасут его и устранят угрозу. Но нет, никто не пришёл. Прошло слишком много времени, они не могут его искать. Сильнейшие из сильнейших, мудрейшие из мудрейших оказались неспособны разглядеть в свете своего величия маленькую соринку предательства. Какая ирония. Пять оборотов этой чёртовой нестабильной планеты вокруг её стареющей звезды он ждал помощи, но она не пришла. Не пора ли брать инициативу в свои руки? Маленький призрачный шанс хотя бы показать, что он здесь. Данги обязательно заметят и прикроют эту «контору». Кит не может летать, камень не может думать, человек не может жить вечно. Чтобы понять эту простую истину, не нужно быть гением. Но какое же это страшное слово, ставшее почти ругательством – человек. Эти существа никогда не поймут, что их срок в этом мире жестко ограничен. Им страшно, они боятся. Боятся уснуть и никогда не проснуться. Но в этот раз их жестокость и глупость зашли слишком далеко. Если данги не желают видеть в этих существах всю суть – а она ужасна и отвратительна, то Филин хотя бы попытается вскрыть её, пока и без того немногочисленная раса Творцов их великой империи не лишилась нескольких десятков проживающих на этой планете душ. Они не должны погибать, они – создатели. Весь род тиалов и даже этих отвратительных ящериц обязан им мирной жизнью на протяжении сотен тысяч лет. Филин не позволит небесным духам умирать по прихоти безволосых обезьян и нескольких десятков отступников, приверженцев Старого Порядка, которые до сих пор не прочь сожрать кого-то из окружения на завтрак, будь то тиал или человек. Щёлкнул маленький замочек, и пластинка из полупрозрачного материала повисла на шее учёного. Пусть она поможет ему сделать то, что задумано, и прожить после этого хотя бы пару минут, дабы его душа, прежде чем перейти черту материального мира, увидела, что всё сработало. Филин всегда верил только в то, что видел. Он верил в науку, он верил в хроннум и фамильяров. Он своими глазами видел Душу – святая святых данга, и то, как она пересекает черту, следуя за своим фамильяром. Но есть ли душа у них – тиалов? У некоторых, кто удостоился чести получить хроннум от данга, есть. А что насчёт него? Когда чувствуешь дыхание жнецов у своей шеи, начинаешь если и не верить, то молится о том, чтобы она была не просто вымыслом древних языческих племён их расы. Что ж, пора проверить теорию диких предков. *** Впервые за долгое время в этом доме была тишина и покой. В атмосфере не было напряжения или беспокойства, только тишь и благодать. Даже обычно сварливый Фауст не нарушал тишины, игнорируя играющую с его хвостом земную форму жизни по имени Данай. - Я всегда уважал людей за их умение постигать природу. Пусть оно не всегда столь совершенно, как в наших рядах, но некоторые из вашей расы приблизились к пониманию этого мира, - Балансируя на толстом хвосте, Переяславль по-турецки сложил задние лапы и прикрыл глаза. – К сожалению, чем больше ваша раса углубляется в познание науки, тем больше она отдаляется от истины. - Человечество несовершенно и порой тщеславно, - Сплинтер чуть кивнул, присаживаясь на старый ковёр рядом с зависнувшим в воздухе драконом. - Как и любая раса во вселенной, - Поддержал его инопланетный мудрец. - Но некоторые из них постигают истину дольше, чем другие, - Фауст насмешливо фыркнул. - Ты кого тупым назвал, ну-ка повтори?! – Реакция Рафаэля не заставила себя долго ждать. За недолгое время их знакомства Фауст научился за одну фразу выводить Рафа из равновесия, а Раф научился видеть в каждой его фразе скрытый подкол, который предназначался именно ему. Нет, Фауст не был самоубийцей - всего лишь язвой, которой было интересно смотреть на реакцию «низшего» существа. Ребятам удалось разок выплеснуть всю свою неприязнь друг к другу в спарринге, но после этого стало ещё хуже: Раф недолюбливал Фауста за его острый язык, а Фауст недолюбливал Рафа за то, что тот засадил ему кулаком по храпу* – очень нежному и чувствительному месту. К слову, вышла ничья – Переяславль решил, что поединок переходит границу дружеского обмена навыками и перерастает в настоящую схватку. - Сколько всего вам известно рас? – Поинтересовалась Пегги, тут же выводя разговор в мирное русло. Все понимали, что ещё чуть-чуть, и эти два задиры вцепятся друг другу в глотки. - Неисчислимое множество, - Дракон чуть приоткрыл глаз, посмотрев на суетливую девушку. – Но в нашей империи всего три вида – данги, тиалы и тронны. Три вида, которые делятся на многие расы. Возможно, когда-нибудь вам выпадет возможность воочию увидеть наши миры. А теперь, юная леди, постарайтесь отпустить все свои мысли, очистить разум и немножко отдохнуть душой. Некоторое время Хоггард молчала, позволяя всем насладиться тишиной. - Хм, а если вы так давно посещаете нашу планету, почему не предотвратили войны? Люди могли бы уже выйти на равный уровень с остальными расами, - Вопрос её звучал робко и неуверенно, будто бы она сомневалась, правильно ли, спрашивать о таком. Не все же хотят делиться своими знаниями, а может данги и вовсе считают оскорбительным распространятся своими достижениями меж менее развитых цивилизаций. Но этот вопрос интересовал всех присутствующих в этом зале, и даже Сплинтер чуть приоткрыл глаза, наблюдая за реакцией Переяславля. - Духовное развитие расы должно идти вровень с их технологиями. Скажи, ты ведь не станешь давать обезьяне гранату, пытаясь объяснить, что дёргать за колечко нельзя, верно? Ты подождёшь, пока эта самая обезьяна достигнет того уровня развития, на котором сможет понять, почему дёргать за кольцо нельзя, а не просто на рефлексах запомнить этот факт. – Переяславль чуть фыркнул. – Разум способен принять истину, постигая её только на своих ошибках. На некоторое время в зале повисла тишина, нарушаемая лишь ровным дыханием присутствующих. Один из недостатков этого убежища – отсутствие окон. Ребята не могли наслаждаться ярким утренним солнышком, не могли посмотреть на синее безоблачное небо. Замечательное утро, но под землёй и утро и ночь – всё одно. - Не хотел бы вас отвлекать, но, хм, мастер Сплинтер, Переяславль, думаю, это было бы интересно, - Леонардо, вошедший в зал, выглядел очень обеспокоенным. – Там ЧП, по новостям передают, и не совсем обычное ЧП. Спустившись с хвоста на лапы, Переяславль в один прыжок преодолел зал, совсем не грациозно вписавшись в стену. - Ох уж эта гравитация… - заворчал он себе под нос, неуклюже поднимаясь на лапы, и торопясь в гостиную, к телевизору. Если Лео позвал их, значит, действительно что-то интересное и важное. Когда вся компания собралась у старенького чуть барахлящего телевизора, лидер черепашьей команды добавил звука. На экране мелькали кадры какой-то очень плохой видеозаписи, скорее всего, сделанной с телефона. Взрыв, суета, паника, огромное количество дыма, вываливающегося из здания. Похоже на очередной теракт, но с одной единственной странностью – среди дыма был виден силуэт гигантского существа, отдалённо напоминающего по телосложению поджарую собаку. Оно появилось из дыма на несколько секунд, сверкнуло металлическими щупальцами, которые обрамляли его шею как грива у льва, и скрылось в дыму. Репортёр тараторил с места событий об очередном теракте, попутно выкладывая все возможные и невозможные версии происхождения некого чудовища, которого тут же окрестили Горгоной. Как только на экране закончили перемалывать данный сюжет и перешли к разбору погоды, Лео выключил телевизор. - Это как-то связано со всей хренью, что у нас творится? – Поинтересовался Рафаэль, выжидающе глядя на Фауста. Раф недоволен, Раф злится. Он с самого начала недолюбливал этих конеголовых, но даже Крэнги не нападали в открытую, разрушая улицы города. - О, ты начинаешь проявлять зачатки логики, - Фауст театрально поднял бровки, строя приятно удивлённую мордашку. - Знаете что, - Начал было Рафаэль. Леонардо попытался закрыть ему рот и не дать высказать всё, что думает, ибо это наверняка не понравится их гостям и неизвестно к чему приведёт, но Раф отпихнул брата в сторону. – Вам своих планет мало?! Я, конечно, могу понять – похитили ребёнка и всё такое. Но одно дело, когда похититель тут укрывается, а другое – когда вы начинаете устраивать тут межгалактические разборки! - Рафаэль! – Окликнул его Сплинтер. - Раф, прекрати! Если вы с Фаустом что-то не поделили, то идите воевать в песочницу! – Вмешалась Пегги. – Дети блин, нашлись! Одному двадцать второй год, а второму третья сотня покатила! - А вот меня дико напрягает тот факт, что в моей песочнице копается какой-то престарелый конь! – Рявкнул Рафаэль. - Престарелый?! Да ты на себя глянь! Лет через пятьдесят будешь зубы в баночке хранить! Последние слова Фауста утонули в грозном рёве, от которого сердце в пятки уходило. Вопль эхом отразился от стен, разлетаясь в самые дальние уголки метрополитена и канализации. В один момент наступила тишина. Ошарашенные взгляды уставились на Переяславля, который больше ни капли не был похож на милого дракончика: его хохолок взъерошился, губы обнажили ряды острейших зубов, короткие пальцы согнулись, акцентируя внимание на небольших, но острых чёрных коготках. - Успокоились? – Прошипел он, исподлобья глядя то на Рафаэля, то на Фауста. Последний, увидев учителя в таком гневе, даже съёжился и зрительно уменьшился в размерах, кидая на всех бегающий испуганный взгляд. - Ты, - рявкнул он в сторону Рафаэля. Никто и опомниться не успел, как с виду небольшой дракончик весом в три центнера напрыгнул на ниндзя и хорошенько приложил его хвостом по голове. – Ты никогда не станешь уважаемым воином, если не научишься видеть мир глазами врага! А ты, - Он кинул хищный взгляд на Фауста, не слезая с панциря Рафаэля. - Знаешь, Фауст, я даже завидую твоей молодости... Громко хрюкнув, Переяславль слез с панциря гигантской черепахи, окончательно успокоившись. Все прекрасно поняли, что только что он назвал Фауста глупым ребёнком в самой что ни есть оскорбительной форме. - А где, кстати, Донателло? – Как ни в чём ни бывало поинтересовался он. Ребята переглянулись. - Да он с ночи из лаборатории не высовывался, - Майки пожал плечами. - Переяславль, может быть ты объяснишь, что там произошло и как это может быть связано с нашей историей? – Сплинтер нахмурился. Теперь, когда конфликт улажен, можно было бы и обсудить возникшую проблему. - Какой-то баран решил прокатиться по улице на Рагнарёке, - Фауст пренебрежительно фыркнул. - Но ни о каком Рагнарёке на американском континенте речи идти не может, - Переяславль почесал подбородок. – В любом случае, нам нужно найти этого дилетанта прежде, чем он засветится ещё где-нибудь. А наши люди в СМИ сделают остальное. - Отлично, у вас ещё и в СМИ есть свои шишки? – Раф фыркнул. - И не только. Они нам нужны как раз для таких вот инцидентов. - Что такое Рагнарёк? Это химера? – Поинтересовалась Пегги. - Это – технология, принадлежащая тиалам. - Теперь к нашему зоопарку ещё некие тиалы примкнут? – Раф страдальчески закатил глаза. - Не думаю. Это мирная раса, и вряд ли среди них найдётся сумасшедший, способный выйти в открытую на улицы и крушить всё вокруг. А другие существа управлять Рагнарёком не могут, данная машина настроена на синхронизацию именно с их мозгом, - Переяславль старался понятно объяснять на все вопросы, но сколько же информации нужно было рассказать, чтобы не осталось вопросов! К сожалению, на это нет никакого времени. Несмотря на то, что Лоренцо уже на Тее в сопровождении Ферриха, это был далеко не конец, и сегодняшнее событие на улицах города тому подтверждение. Задачей Переяславля было выловить из этого омута всех чертей, и если вдруг что – позвать подмогу. Но он не планировал звать сюда целый отряд военизированных дангов, или, что ещё хуже – троннов. Тогда уж точно все пакости уйдут в затишье, и данги потеряют единственную зацепку, по которой смогли бы вытащить эту занозу из тела их империи. Что ж, Переяславлю предстоит сыграть в интересную партию, где каждый неверный ход может стоить кому-то жизни. - А не проще вместо того, чтобы сидеть тут и болтать, поднять свои ягодицы и прочесать ближайшие районы в поисках этой зверюги? Насколько я знаю, машины не умеют испаряться, - Из-за дверей лаборатории показался Донни. Он был необычно серьёзен и угрюм, но это, кажется, заметил только Микеланджело. Что-то было не так. Донни вёл себя очень подозрительно. Раньше утром он бы помог Пегги вычесать Даная и покупать других собак, но нет, в этот раз он и носа не высунул из своей лаборатории, и с рыжей не перекинулся ни словом, кроме сухенького «доброго утра». Очень, очень подозрительно они себя вели. *** Итак, ребята разделились на несколько команд. Пегги под охраной своего бойцового пса Вальтера и Леонардо, закутавшегося в чёрный плащ, отправилась прочёсывать людные кварталы вблизи места происшествия, куда было бы проблемно добраться черепахам в это время суток. Донателло и Микеланджело осматривали все переулки и улицы чуть дальше, где почти все дома только строились или ремонтировались и зверюга могла спрятаться на стройке. Фауст и Рафаэль были направлены прочёсывать тоннели канализации и метро. Переяславль обжился в лаборатории Донни, наладив с каждой из групп связь по рации. Они с мастером Сплинтером должны были следить за ходом этого отлова диких животных и в случае чего прийти на помощь. - Связь есть? – Через помехи послышался голос Донни. – Меня слышно? - Слышно, слышно, - Переяславль прижал уши. Звук с кучей помех его нервировал, но что поделать, им нужно было немедленно искать чудище, времени на поиск более качественных раций не было. - Мы на месте, - хрюкнул Фауст по «своей» рации, которая была у них с самого начала. Не могли же близнецы выйти в этот поход без связи со своим учителем, ну мало ли что. Вот и пригодилось. - Гнездо, Гнездо, я Сокол, мы на месте, - послышался почти серьёзный голосок Пегги. - Гнездо вас слышит, птенчик, но давай без киношных штучек, - Переяславль крутанулся в кресле. Он беспокоился. Рагнарёк – не та машина, которая может просто так появиться ночью на улицах города. Тиалы – не те существа, которые будут идти на такие авантюры. Кто или что заставил его это сделать? Может быть, игра, в которую он ввязал этих земных ниндзя, была куда более высокого уровня? - Ты думаешь, разумно было отправлять Рафаэля и Фауста вдвоём, в закрытое пространство, наедине? И разве может существо размером с лошадь пролезть в канализационный люк? – Сплинтер задумчиво погладил бородку. - Машина – нет, а вот тот, кто ей управляет с большой вероятностью находится именно на просторах подземных тоннелей. Да и этим двоим будет полезно научиться работать друг с другом. Пойду сделаю себе чаю, вряд ли в ближайшие пятнадцать минут произойдёт что-нибудь важное. А тем временем на просторах крыш невысоких жилых домой Донни и Майки заглядывали в каждый переулок, ища там если и не тупо валяющегося железного монстра, то хотя бы намёки на его присутствие. Микеланджело это занятие очень быстро надоело и он заскучал. - У меня складывается ощущение, что оно испарилось, - заныл он. - А ты ожидал табличку с надписью «тут был монстр»? – Донни угрюмо фыркнул. - Давай колись, что случилось? Вы с Пегги поссорились? Да? Ну-ка, что она натворила? Разбила тебе микроскоп? Хотя нет, для такого взаимного игнора нужен повод покруче, я прав? - Мы пришли сюда обсуждать Пегги или искать следы машины, которая уже убила троих человек? Майки промолчал, поджав губы. Он даже почти обиделся. Ему было до чёртиков интересно узнать, что же произошло! - Эй, смотри! – Донни подозвал брата, указывая на обнесённую забором стройку. - И что? - Разуй глаза, - Более Донателло не стал ничего объяснять брату, тут же спрыгнув на пожарную лестницу дома и спускаясь вниз. Младший некоторое время ещё стоял, пытаясь найти в перекопанном участке с неработающими бульдозерами и прочей техникой что-нибудь, что могло так заинтересовать его брата, но ничего не найдя, поспешил догонять Донни. Тем временем, за несколько кварталов от них развивался примерно тот же разговор. - Пегги, что у вас с Доном произошло? – Поинтересовался Леонардо, глядя на свою спутницу из-под капюшона своего плаща. - Ничего, - Она пожала плечами. Пегги шла чуть впереди, и Лео не мог видеть её взгляд, поэтому не знал, скрывается ли за её беззаботной фразой что-то, или нет. - Не ври мне. Вы поссорились? - Немного, - Она отвечала нехотя, односложными фразами. - Что случилось? - Ничего. - Что бы там Донни не натворил, прости уж его, ладно? На него иногда находят глюки, - Лео немного улыбнулся. – Это же Донни, если он что-то и чудит, то не со зла. - Лео, без обид, но давай мы как-то сами, ладно? Не выгораживай этого тупицу, - Резко огрызнулась Пегги, сжимая крепче поводок. - Тупицу? О как, - Ниндзя почесал затылок. Если она назвала его так, значит, всё действительно очень серьёзно! Пегги прибавила шагу, хлюпнув носом. Быстро заморгав, дабы избавиться от выступивших на глаза слёз, она мысленно поблагодарила Слинтера за то, что не отправил с ней Майки, тот бы и мёртвого достал, клещами вытащив всю инфу! - Что бы он там не натворил, он не хотел сделать ничего плохого, я уверен! Он же любит тебя как сестру! Ты нам всем уже сестра, - Лео взъерошил ей волосы на затылке, приободряя. Он не видел, как её губы начали дрожать, а слёзы сами собой скатываться по щекам ручьями. Рыжая ускорила шаг, теперь даже ломящийся вперёд Вальт рысил, чтобы успеть за ней. Нет, Пегги никак не могла показать Лео своих слёз, иначе будут разборки! Пусть все просто оставят её в покое. - Эй, Пегги, а ну стоять! – Лео схватил её за руку и резко повернул на себя. – Та-ак, что за слюни-сопли?! Не выдержав, Хоггард вконец разрыдалась. О, как бы она сейчас хотела видеть Дона! Треснуть ему хорошенько по затылку, дабы выбить из него всю сентиментальную дурь, и обнять. А потом ещё раз треснуть, для профилактики. - Ну, тише, не плачь, рыжая, - Лео ласково обнял её, поглаживая по голове, словно успокаивая ребёнка. - Ну не реви, вернёмся – и я ему всыплю как следует, чтобы больше мне младшеньких не обижал. - Может это какой-то костюм для флешмоба? – Мальчик лет двенадцати ткнул в металлическую лапу палкой. - Да ну, зачем его тогда прятать на этой стройке? – Второй школьник почесал кудрявый затылок. – Точно тебе говорю, это проект НАСА! - И как мы разгоним эту шпану? – Поинтересовался Майки, наблюдая из-за угла за тем, как ребятня ошивается вокруг валяющегося на земле монстра. Это была огромная чёрная тварь из металлических пластин. Некоторые из них были повреждены или вообще отсутствовали, обнажая повреждённые «артерии» из которых сочилась белая жидкость. При контакте с воздухом она пенилась и пузырилась, как мыльная пенка, и испарялась. - Как бы эта штука не оказалась ядовитой! – Забеспокоился Донни, выходя из укрытия. – Эй, шпана, а ну брысь отсюда! Четверо ребят обернулись, восхищённо рассматривая двух черепах. - Ух ты! Настоящие? – Особо смелый мальчуган тут же подскочил к Майки, постучав по его панцирю. - Так, дети, вы не могли бы покинуть опасную территорию? Тут произошло страшное преступление, - Майки наклонился к школьникам. – И нам, черепашкам-ниндзя, понадобится ваша помощь, чтобы разгадать эту тайну. Детишки слушали внимательно. Донни не расслышал, что именно наплёл им Микеланджело, но мальцы тут же схватили портфели и, бросив «всё будет сделано, мистер черепаха!», убежали. - Какая бяка, - пренебрежительно скривился мастер нунчаку, ткнув подобранной с земли палкой в белую лужицу пенящегося вещества. – Оно мертво? - Машина не может умереть, а вот пилот… - Донни обошёл вокруг эту махину и указал на пустую «кабину», которая представляла собой дыру между лопаток зверя. Видимо, «пилот» должен залезать туда. Опустим подробности, как эта штука управляется и как пилот видит дорогу, если сверху закрывается защитными пластинами, этого Дон и сам не знал, но очевидно было одно – никакого пилота там не было. Кабина была пуста, лишь немного мигали какие-то части панелей, предупреждая о критическом уровне энергии. – Пилота нет. Тщательно осмотрев машину, Донателло пришёл к выводу, что это чудище пытались расстрелять – были видны следы от пуль; его пытались взорвать – о взрыве гранаты под ногами монстра свидетельствовало разорванная кольчуга на брюхе; и, кажется, неплохо приложили чем-то тяжёлым – правый бок был смят, будто бы на него упал камушек весом в несколько тонн. Помимо белой бурлящей массы там были следы крови, причём не маленькие – пилот явно сильно пострадал. По расчётам Дона с такими потерями крови даже данг не смог бы уйти далеко. А тиал? Никто толком не объяснил, кто это и с чем его едят. - Слав, ты на связи? - Да, я вас слышу, вы что-то нашли? – Послышался голос из рации. - Да тут вот даже не знаю, с чего начать… ___ *О том, где находится храп у всех, его имеющих - http://savepic.net/5300149.jpg