No time to die

*Бруклин. Несколько суток спустя   Наконец-то всё закончилось. Он пол ночи после возвращения просидел на полу смотря в одну точку на стене. Всякие мысли лезли в голову и не давали уснуть. Он мог бы поступить как взрослый мужчина, мог бы отложить личные чувства в сторону, мог бы закопать их как можно глубже, ведь уже умеет так делать, мог бы просто забыть. Но остатки маленького влюбленного мальчика из 40-ых не планировали покидать его тело, как минимум, до смерти. Он старался всеми силами отбросить лишние мысли, ведь они его однажды погубят. И как бы сильно он не боролся с «что было то прошло», что стало последней фразой Елены и которой она наверняка обращалась не только к Барнсу, но и к себе, просто отстраниться и сделать вид что ничего не было не представлялось возможным.    Он привязался к шпионке как несчастный ребенок, который ищет себе друзей с такими же проблемами, ведь никто другой его не понимает. Сейчас же он хотел ощутить, что до сих пор может сам справляться с одиночеством, хотя раньше после неудачного опыта всегда шел к Стиву и доставал его из какой-то передряги. Баки чувствовал себя ничтожным и бессильным, никому не нужным юнцом, что не может смириться с безответными чувствами и поэтому полностью погряз в собственных мыслях.    Кто-то другой назвал бы его слабым, что не мог «отпустить и забыть», но Джеймс всеми силами не любил, когда его так называли. Он всю свою осознанную жизнь боролся с этим чувством безысходности, с самого детства хотел доказать миру, что он не слабенький мальчишка, не игрушка для битья. Что может постоять за себя, и за друга, и за всех, кто ему дорог. И смирился с тем, что очень часто жизнь подкидывала неожиданные препятствия и теперь спустя столько лет просто плыл по течению.   

***

  Тем же вечером ему пришлось наконец поднять себя с дивана, ведь после продолжительного времени обычной спокойной жизни он привык питаться как человек. Конечно, были сбои, которые Елена неожиданно подмечала, но он быстро справлялся с этим. На сей раз недовольное бурчание, как бы удивительно не звучало, донеслось из желудка, а не как обычно из уст Барнса. К слову, он заметил за собой странные повадки «старого дедули», которые не замечал раньше.    «Это всё из-за Уилсона» твердил сам себе и на душе становилось заметно легче.    Джеймс не выделялся особыми навыками готовки, но готовить любил, ведь это отвлекало, а иногда, на удивление, даже затягивало. Кормить, к сожалению, своими кулинарными шедеврами он никого не планировал, да и некого было, правда говоря. Сэма травить рановато, он еще не настолько довёл старину Баки, а в роли нового Капитана иногда даже приносил пользу!    Возле холодильника у Барнса подозрительно зачесалась спина, но он свёл всё на новый противный свитер, который купил буквально за пару дней до появления Елены… Чуйка молчала, значит волноваться было нечему. До того момента, как в окно прилетел маленький камушек и послышался характерный тук. Джеймс жил на втором этаже, поэтому с дороги долететь сюда камешку бы не получилось. Мужчина нахмурился и рывком открыл окно, когда оттуда сразу же прилетел камень гораздо больше и который мог вполне оставить трещину на стекле.    Только теперь этот камень был завернут в бумагу.   Баки не спешил смотреть что там было указано, а только мигом высунулся из окна наружу. Только переулок был уже пуст и ничего подозрительного. Закрыв окно, поднял камень и развернул бумагу.   

----------

 

 

«Там, где мы встретились. Выдвигайся сейчас»

⧖

 

----------

 

 

Написано красными чернилами.    А ниже знак, который Барнс узнал бы из тысячи. Красные песочные часы. Бумага немного помятая, неровно вырванная, а подчерк кривой и потрепанный, будто спешили скорее написать это послание и с тем одновременно волновались. Баки скомкал бумажку и мигом понёсся на выход, у двери захватив куртку.   

***

  Дойти до переулка, куда Джеймс впервые затянул шпионившую за ним Елену (в голове чертыхнулся, ведь для него звучало крайне двусмысленно) заняло не более пары минут. На улице уже потемнело, но желтые бруклинские фонари продолжали выполнять свою работу на центральных улицах, только в переулке ставить их явно никто не собирался.    Баки засунул руки в карманы и смотрел в одну сторону, даже не собираясь оглядываться. На лице у него залегли нечитаемые эмоции, хотя в голове крутились сотни тысяч мыслей. Зачем она пришла? Что ей нужно? Он пытался отгонять их подальше, чтобы сосредоточится на том, что происходит вокруг. И не ошибся, ведь в один миг услышал за спиной нервное урывчатое дыхание.   Сначала Баки просто аккуратно повернул голову, краем глаза заметив темный силуэт, но её светлые пряди отражали желтый свет от фонарей даже в этом темной переулке. А дальше уже развернулся всем телом. И задержал дыхание, будто мальчишка словленный врасплох. Елена стояла перед ним в своём фирменном пальто, которое он уже видел в тот самый первый день. Какая ирония. Здесь они встретились и здесь же они попрощаются. Иначе зачем она пришла…    — Ты могла разбить мне окно тем камнем. — после продолжительной тишины сказал Баки и сразу же захотелось хлопнуть себя по лбу. Елена изогнула бровь от неожиданности. Вот об этом он и волновался, что будет вести себя как неопытный мальчишка из своей молодости. Только возможно девушки из 40-ых стали бы глупо смеяться в ответ и прикрывать ладошкой рот. Сейчас же перед ним стояла девушка, возле которой не хотелось выглядеть идиотом, возле которой даже стыдно выглядеть идиотом.     — Не разбила же, я предусмотрела это. — фыркнула она и сложила руки на груди. Только сразу же вдруг скуксилась и припустила глаза, делая скромный шаг вперед. — Я чего пришла то… Я же еще не завершила миссию и думала всё-таки попробовать угово… пригласить тебя к нам. Снова… — она сделала еще шажок, подняла взгляд и столкнулась с всё также серьезно-непонимающим Баки.     — Завербовать? — девушка округлила глаза и нахмурила брови, сглотнув. Ей явно не нравилось, когда ей это напоминали, но, по сути, Баки был прав. — Елена, я не какой-то мальчик по типу Уокера, который с одного места сразу же побежит на второе, потому что ничего другого делать не умею. Ты ведь знаешь мой ответ. — Джеймс неосознанно сделал шаг и вытянул руки из карманов. Шпионка только поправила прядь волос и медленно кивнула. — Что ты делаешь здесь, вместо того что бы счастливо ехать с Агентом США к своему боссу я совсем не понимаю. Мы ведь выяснили этот вопрос. — мужчина замолчал и внезапно улыбнулся. — Как тебя Уокер вообще с крючка спустил? Он же так старательно пытался тебя найти.    Елена приподняла взгляд и посмотрела сквозь ресницы, натянув фирменную нагловатую улыбку.     — Джон и так крепко спит, а под тремя дозами снотворного не заметит даже мышь у себя на лице. — она всё также продолжала улыбаться, смотря куда угодно, но не на Барнса, стараясь не встречаться взглядами. Ей нравились разговоры, как они с Баки вместе обсуждают Уокера. Да, Джон был интересной личностью, сильный духом и силен физически, но иногда его методы были через край непродуманные, сумбурные и уничтожали весь план за раз. Сейчас она улыбалась, ведь мужчина перед ней понимал её как никто другой. И только через пару мгновений осознала, что это связано не только с Джоном. Елене было просто приятно, легко общаться с Джеймсом, если это не угрозы для жизни, конечно же, или драка. Они ведь были так черт подери похожи, только осознали это слишком поздно.    — А когда проснётся?     — Будет несказанно рад, что я никуда не сбежала. — начала гораздо тише говорить она, вытянув из кармана новую бумажку. Не менее потрепанную и протянула её Баки, который неосознанно вытянул левую руку в ответ. Что бы положить ему на ладонь кусочек бумаги, Елене пришлось сделать еще шаг. — Это место, где «мы» находимся. — она приподняла голову. — Если… ты вдруг передумаешь.     — И приду к вам по собственному желанию? — Баки воспринял это слишком буквально и сделал шаг еще ближе, буквально вступая в личное пространство Елены, и тем самым сокращая собственное. Он угрожающе смотрел на неё сверху вниз.     — Я же знаю, что ты не придешь. — немного закатила глаза, но с тем же аккуратно взяла ладонь Барнса и сомкнула его пальцы, оставив внутри бумагу.     — Тогда зачем оставляешь мне адресок?     — Просто так. — она сглотнула и приподняла подбородок. — Чтоб ты знал, где найти меня.    Они стояло неприлично близко к другу, что любой мимо прохожий мог додумать несколько вещей. Однако, вокруг было ни души. Баки просто стоял и разглядывал её лицо, будто видел впервые. Окружение вдруг, как ему показалось, стало гораздо более светлым, чем ранее, будто сотни фонарей светят на них разом. Ему хотелось скрыться, но, чтобы с девушкой рядом. Пропасть вместе и навсегда. Это было невозможно, и он ясно это понимал, поэтому как изголодавшийся зверь продолжал пожирать её взглядом.    Находившись так близко снова, он словил себя на странном чувстве, что хочется её схватить в свои объятия и никогда в жизни больше не отпускать. Ему хотелось еще ближе, еще сильнее, еще больше.    Елена со своей стороны боялась собственных чувств, боялась эмоций и что может за ними последовать. Академия внедрила в её голову достаточно правил, которые нарушать было строго запрещено. И даже спустя столько лет она всё также боялась позволить себе вольность и почувствовать что-то подобное. Находится так близко, будто они не пытались убить друг друга пару дней назад, будто не было всех этих перепалок и драк. Будто они новые знакомые, которые пытаются помочь друг другу справится со внутренними демонами.    Красная Комната с психом за рулем давно в прошлом, и она поспособствовала тому, чтобы убить психа. Однако, демоны всё равно показывают свое присутствие, слишком часто и в основном, когда Елена наименее защищена. Во сне. Кошмары доконали её и об этом мало кто знает. Но еще больше она не хотела, что бы кто-то на работе узнал, что шпионка влюбилась, как девчонка. Это разрушит всё, что она строила столько лет. Валентина может изгнать или того хуже насмехаться, узнав, что Черная Вдова с «каменным», казалось бы, сердцем положила взгляд на свою цель, на Объект во время миссии по его вербовке. Слишком сентиментально, слишком непозволительно. Этого нельзя было допустить, а потому всё это оказалось ошибкой.   Елена слишком стремительно отстранилась, что сама не ожидала. Нельзя допускать эмоции, а она могла совершить огромнейшую ошибку. Она покрутила головой, будто надевая на себя новую маску безразличия. Бросила последний прощальный взгляд на Барнса, сделала несколько шагов назад и скрылась за углом здания. Баки понимал, что, побежав сразу же за ней, не найдет и следа. Она растворилась также незаметно, как и появилась. Единственное напоминание о том, что возможно у него получится увидеть её снова находилось у него в руке, но использовать его означало идти на крайние меры. Он не любил крайние меры.   

***

  На базу она возвращалась как подбитый котенок, ведь знала как Валентина не любит провалы. В случае с Бартоном ситуация случилась более располагающая и после немалого взноса старшей Бишоп Вал было уже наплевать как и где наступит кончина знаменитого лучника. В ситуации с Барнсом… всё неоднозначно, но Елена знала наверняка, что по головке её не погладят и не похвалят, ведь она вернулась без него. А ей ясно дали понять, что пусть потратит хоть год, но приведет. Тогда что она здесь делает? Почему возвращается?   Она вколола Уокеру три пробирки с крепким снотворным и могла смело идти гулять на все четыре стороны, но вернулась. И сейчас идёт с ним на верную смерть. Лучше быть опозоренной, чем трусихой. Поэтому собрала силы в кулак и уверенным шагом приближалась к кабинету, откуда всё и началось.   

***

   — Я очень рада, что вы вернулись. Целые. — Валентина осмотрела обоих, будто после схватки с Зимним Солдатом от них должно было остаться лишь пару кусочков. — Однако, я крайне разочарована в тебе, Елена, ведь у тебя не было, по сути, ограничений во времени. — Шпионка задержала дыхание и прикусила язык, чтобы не выбросить ничего лишнего.     — Это не так легко, как ты думаешь, Вал…     — Поэтому у тебя было время и всевозможные ресурсы. Могла попросить Джона или любого с нашей базы. — только Уокера ей не хватало для полного погружения в ситуацию. Он и так испортил ей всю малину своим приходом, она ведь планировала отдохнуть пару недель и снова вернутся к Барнсу. Хотя это именно Барнс вынюхал всё и привел его. В любом случае, легче не стало и всё равно хочется уйти на самое дно от лишних взглядов.     — Думаешь, бывшего Зимнего Солдата так легко убедить присоединится в нашу тусовку? Он дал мне четко понять, что не будет плясать ни под чью дудку снова! — Елена раскинула руки и нахмурилась. Её раздражала вся ситуация, хотя она именно так её и представляла.     — Но ты же пляшешь. — Вал фирменно собрала руки в замок и склонила голову. — Я не хочу тебе снова напоминать, чем мы рисковали, нанимая такую убийцу, как ты, Елена. Хоть мы работаем подпольно, мы всё-таки имеем прямой доступ к государственным каналам и это был ужасный риск брать на работу наемницу без истории. — да начнутся долгие морали! — Скажи спасибо, что тебя словили на поличном и я узнала откуда ты и чья сестра. — всё сводилось к тому, что Елена должна быть безгранично благодарна Валентине за некое «спасение». В итоге это вылилось, что она не имеет права на ошибку. Не имеет права на собственный выбор или чувства…     — Тогда почему…    — Не перебивай меня! — заметно повысила тон. — Дорогая, у тебя была всего одна обязанность и я не позволю себя подставлять! Да, я разочарована, а еще мне обидно, что приходится об этом говорить, но… — в этот миг в комнату забежал местный сотрудник, который не имел никакой важности. Однако, на его шее висел пропуск в комнату наблюдения, значит он следит за камерами. На его лице было легко считываемое удивление и даже немного страх. — Что такое?    — Т-там тако-о-ое! — взволновано начал говорить. — Т-там, т-там…     — Ну, говори уже!     — Зимний… Т-то есть Барнс у входа. — и на выдохе Елену переклинило. Её словили врасплох. Она нервно сжала кулаки и приоткрыла рот, стараясь не показывать свою неустойчивость в этот момент. Шпионка обернулась на рядом стоящего Уокера, который несколько раз моргнул, а после посмотрел в ответ. На его лице были написаны те же эмоции.    — Ну что ж, проведите его к нам получается, а не стойте здесь вот так! — Вал продолжила, а после раскинула руки и сделала быстрый шаг вперед, оглянувшись на Вдову и аккуратно ей улыбнулась. — Хорошо, Елена. Хорошо. Допустим, это было так и задумано. — и после неоднозначного подмигивания направилась на выход из кабинета.     — Бомба замедленного действия, вот что это. — только тихо себе под нос произнесла девушка.   

***

 

По адресу на бумажке Барнс подошел к довольно заброшенному на вид зданию, но у входа, как ни странно, висел современный домофон. Само здание находилось в небольшом городе в другом штате. Который в свою очередь был в другой части страны. Добраться сюда было не тяжело, но и не так легко, как могло показаться. Он ведь думал, что правительство США не должно прятаться в небольших городишках. Хоть это и его «подпольная» часть. Поэтому скомкав бумажку, которому ему оставили без права вернуть, спрятал её в карман и уверенно нажал на единственную кнопку.    После ожидания в десяток минут дверь открыла женщина с интересной манерой общения и не менее интересной цветной прядью. Она представилась и Баки сразу узнал её, а точнее вспомнил как же описывал её Уокер. Валентина была их куратором, что-то по типу Ника Фьюри, который изначально управлял Мстителями, а позже неожиданно «умер» и был их тенью, платочком, подбирающим за командой героев весь мусор. Какими бы розовыми и пушистыми они не старались себя строить, Баки ненавидел быть под чьим-то контролем. Куратор, не куратор, ему на это наплевать. Но сейчас он стоял здесь как дурак, ведь посчитал, что сможет своим появлением кого-то спасти, помочь. Только он не знал, насколько сильно ошибся и лучше бы никогда в жизни не пошел вслед за Еленой.   

***

  Валентина вела его по темному коридору вплоть до лестницы, а после поднялась на просторный и светлый этаж, где бегало много работников в разных комбинезонах. Кто-то выглядел официально, а кто-то будто провел сутки в окопе. Некоторые оглядывались на Баки как на восьмое чудо света, пока другие проходили мимо будто не замечали здесь людей вовсе. Сам Джеймс не хотел отвлекаться на какие-либо вещи, поэтому шёл строго за Валентиной, пока та не остановилась у двери. Женщина оглянулась, подмигнула ему, а после уверенно её распахнула и залетела внутрь.    Баки примерно понимал, что или кого ожидать внутри, поэтому дыхание задержал заранее. И не ошибся. Джон Уокер стоял рядом с ней в странном черном костюме, подозрительно сильно похожим на его прошлым «капитанский» наряд. Он сложил руки за спиной и широко улыбался, проследив как его знакомый заходит внутрь. Рядом же стояла девушка в черном комбинезоне и темно-синей жилетке. Барнс вообще не привык видеть её в таком виде. Слишком много нагнетающего черного находилось на ней и который полностью скрывает её уникальность и чувства стиля. Всё также неизменными оставались её светлые волосы, что на сей раз были заплетены в тугую косу, будто если выбьется хоть одна прядь, то миссия автоматически провалена.    Она стояла как статуя неподвижна и только если приглядеться можно было заметить, как трясется нижняя губа. Заглянув в нежно голубые глаза на пару мгновений, он встретил лишь не верящее ошеломление и просьбу объяснить. Она прожигала его взглядом, что наверняка не укрылось от всевидящей Валентины, которая только тихо хмыкнула себе под нос, сделав для себя несколько выводов. А после развернулась ко всем в этом пространстве.     — Ну что ж… Приветствую вас, сержант Барнс. Почему-то мне кажется, что вы полностью осведомлены о том, кто я, что это за место и чем мы здесь занимаемся. А еще уверенна, что вы знаете, что были всего лишь заданием, — она сделала акцент на этом слове, — для Елены.     — На задания отправляют либо убить, либо… человек для чего-то нужен. Зачем вам я? — сразу же спросил Баки, посмотрев на женщину, которая аккуратно улыбалась. Морщинки на её лице на удивление не портили, итак, притягивающую внешность. Что уж говорить о голосе. Она умела красиво говорить, слащаво даже, значит умело манипулировала. Но, как и в ситуации с Фьюри подкопать под неё было скорее всего невозможно, ведь данных попросту не имелось. Люди как они профессионально подчищают свою историю под ноль, не оставляя шанса узнать себя даже друзьям.    Валентина внезапно хлопнула и наклонила голову, еще шире улыбаясь.     — Вот поэтому я так сильно хотела его к себе! — восторженно заговорила она. — Ваш опыт в несколько раз превышает опыт всех в этой комнате вместе взятых. — здесь помимо самого Баки и Валентины находились только Джон и Елена. — Мне нужны в команду опытные солдаты, бойцы и шпионы. — она обвела взглядом своих сотрудников. — А у вас, дорогой, всё и сразу.     — Елена мне нос сломала, Уокер… тоже. — со сдержанным негодованием выдал Барнс, на что Вал только рассмеялась в ответ.     — Ох, сержант, но мы же не ломанием носов занимаемся? Ведь так? — она оглянулась на остальных. — Здесь у нас есть дела посерьезнее. — звучало так будто сейчас она продолжит и расскажет зачем же ей нужен Баки. Но женщина лишь снова легко развернулась на каблуках и направилась на выход, перед тем как открыть дверь повернула голову. — Джон, за мной. — а после как обычно улыбнулась и вышла, забрав с собой Уокера.    Баки несколько секунд смотрел им в след и пытался понять было ли это сделано не нарочно или специально? Что теперь им остаётся делать вдвоем в этом пространстве – непонятно. И похоже это волновало не его одного.     — Она специально ушла, зная, что нам нужно переварить. — сказала молчавшая всё это время Елена. — Suchka. — невзначай добавила после. Баки только повернул голову обратно к ней и немного опустил взгляд, без малейшего желания встречаться со взглядом шпионки. — Ну, скажи хоть что-нибудь! Или мне снова из тебя информацию выбивать? В буквальном смысле.     — Получалось пока только у меня. Выбивать из тебя. — неоднозначно хмыкнул Джеймс, вспоминая, что он пока ничего лишнего не выдал.     — Ой, посмотрите! Валентина похвалила его один разок, а он сразу в Уокера превратился. Готов на задних лапках, как он, везде скакать? Ба-аки, я думала ты не такой. — едко насмехалась шпионка, собрав руки на груди и уперлась на одну ногу. Этакая поза нападающего.     — За этим так смешно наблюдать, как ты пытаешься рассуждать и искать истину в моих действиях, Лена. — нагло ухмыльнулся, оголив ряд зубов, а после показательно облизал нижнюю губу. Было это сделано нарочно или нет мы уже никогда не узнаем. Из его уст уже очень давно намеревалось вырваться такое сокращение её имени, но он не позволял. А сейчас решил раз сама Елена разрешает себе обращаться к нему «по-дружески», то почему бы самому не сделать этот незначительный шаг.    Елена резко вскинула брови.     — Я не поняла, ты меня дискриминируешь? — вдруг недовольно указала рукой на свою косу и оскорбленно продолжила. — Типа я тупая, потому что блондинка? — она сделала еще один, но теперь вполне угрожающий суверенитету личного пространства Барнса шаг. Не то что бы она не нарушала его границ раньше, просто сейчас это было полностью обдумано.    Наверное… Скорее всего Валентина или Уокер стояли у двери и подслушивали каждую деталь разговора. Поэтому, когда начал назревать явный конфликт влетели в кабинет, будто спешили успеть на последний поезд. Однако, вида не подали и спокойно прошли внутрь.     — Разрулили? — недовольно фыркнула Елена и отвернулась от Баки.     — Разрулили. — без зазрения совести ответила Валентина. Она взяла со стола какие-то бумаги и подошла поближе к Джеймсу. Ему не нужно догадываться, ведь было ясно как день и ночь, что это бумаги на сотрудничество, которые ему необходимо подписать. И это все понимали, иначе он бы не пришел сюда, если бы не переосмыслил и не согласился. Поэтому мужчина уверенно кивнул Вал и направился с ней к столу, чтобы оставить свой след на этом бесполезном листе бумаги. Но который вполне мог менять судьбы по щелчку пальцев.    За спиной послышался тихий раздосадованный вздох. Женский. Елена не могла успокоится, не могла понять какого черта он сюда приперся, зачем дает свое согласие. Неужели он ума лишился… И ради чего? Маленькая светлая девочка в подкорках мозга вылезла с огромным плакатом и надписью «Он к тебе не равнодушен!» и начала прыгать будто в жизни ничего важнее нету. Только недалеко стояла сломленная внутри и разбитая снаружи другая тень её души, которая знала на что шла ради этой работы и не хотела, чтобы Баки приносил такие же жертвы.    Оставив свою подпись на нескольких листах бумаги, он не забыл ознакомиться с текстом. Ничего, что предвещало плохих новостей. Обычный бланк, обычное согласие на сотрудничество. Ему даже будут выплачивать нехилую зарплату. Единственное условие, которое являлось обязательным в любое время суток – это выполнять указы высшего руководства. Хотя Барнсу наверняка повезло, ведь на бумаге также было черным по белому указано, что при достаточном опыте он сам сможет раздавать советы, планировать задания вместе с руководством и даже отдавать приказы во время напряженных ситуаций.    Это было лучше, чем полностью играть собачонку на побегушках.     — Чудесно! — раскинула руки Валентина и широко улыбнулась, явно счастливая, что заполучила себе такой экспонат. — Через часик у нас будет собрание, где я подробнее расскажу о наших планах. Сейчас же вы все свободны. А вы, сержант Барнс, как выйдите из кабинета, там вас уже поджидает персонал, который покажет ваш номер. Всё необходимое внутри. — она кивнула и развернулась к своему столу по собственным делам. Баки же направился на выход, пока остальные последовали.    Как Валентина и сказала Джеймса ждал парень, который сразу же официально поприветствовал его и повёл коридорами, а позже вниз по лестнице. Они шли другой дорогой, отличающейся от той, которой вела сначала Вал. Баки тщательно разглядывал всё и запоминал как потом отсюда выйти. Это здание напоминало ему лабиринт. Позже, спустившись наверняка под землю он понял, что основная часть находится именно здесь под поверхностью. Ночевать тут казалось безопаснее, чем наверху, ведь если кто-то захочет скинуть бомбу, то наверху почти ничего не останется.    Парень завел их в длинный коридор с кучей дверей по сторонам. И начал рассказывать, что это жилой блок и здесь живут все работники, весь персонал и даже руководство. Но пребывать здесь сутками напролет не обязательно: можете жить, а можете уезжать. Просто для каждого выделяется личное место. На случай, когда ехать далеко, а новое задание дадут скоро всегда можно переночевать здесь. Баки с этим тоже повезло, у него целая комната в его распоряжении для его же спокойствия и душевного равновесия. Более мелкий персонал обычно живет друг с другом.    Мальчишка остановился у одной из дверей и открыл её.     — Мистер Барнс, это ваша. Ключей от комнат у нас нет. Воров здесь не наблюдается, а если что-то пропадет, то мы узнаем. — он указал рукой на дверь и прошел внутрь. Обидно, что не получится закрыться и просидеть в одиночестве на полу пару суток. Однако, у него всё еще есть квартира, куда он никого не пустит. Или почти никого.   Баки хотел уже последовать за парнишкой, но зацепился взглядом за светлую макушку, что также внимательно наблюдала за ним. Комната Елены находилась с противоположной стороной через две двери. Недалеко, но заставить себя подойти к ней станет невероятным испытанием. Когда они наконец встретились взглядами, то Вдова несколько секунд не двигалась, а после шустро проскочила внутрь и хлопнула за собой дверью. Джеймс только громко выдохнул и также зашел в свои покои.    На самом деле внутри было чисто и имелось всё необходимое. Кровать, шкаф, стол. Стены светло-серые, но веселая разноцветная картина разбавляла обстановку. Так показалось с первого взгляда. На кровати лежала стопка полотенец, халат и другие банные принадлежности. Также в углу стоял небольшой холодильник, но где готовить себе пищу Баки еще не понял. Скорее всего тут есть кухня, где всех кормят.    На самом деле, когда парень наконец свалил, Барнс начал ждать. Как невыносимый юнец надеялся, что она придет. Она ведь видела, где он теперь находится, знает, поэтому должна прийти. У Елены было больше поводов заявиться к нему, чем наоборот. Если Барнс начнет вот так стучаться к ней, то многие не поймут, а еще хуже поймут. Он знал, что девушка умная и догадается, что решится задать какой-нибудь вопрос, а тут он будет пытаться выкрутится. Как всегда импровизировать.    Только спустя больше половины прошедшего времени никто не пришел, не постучался даже и Баки был уверен, что услышал, если бы кто-то тёрся у его двери. Поэтому он прикусил губу и нервно помотал головой, вовсе не задетый и не испытывающий чувство обиды. Он умело прятал эмоции, и никто этого никогда не узнает.  

***

  Все сорок минут она простояла перед дверью, не сдвинувшись ни на шаг. Иногда рука ложилась на ручку, но почти сразу же её сбрасывала будто ошпаренная. В голову лезло слишком много бессовестных мыслей, но еще столько же, где она окажется не права. Не права насчет… него и всего что происходит между ними. Но ведь, черт, шпионка видела, как плотоядно Барнс смотрел на неё в том переулке в потёмках! Считала это по глазам даже не стараясь. Она знала язык тела, знала это всё и пользовалась, когда необходимо. Но тогда почему сейчас не может заставить себя открыть эту хренову дверь и вывалить всё как есть? Боялась, наверное.   Боялась себя, собственных чувств и того, что их может не быть в ответ. Человеческая натура всегда клюет на то, чего нельзя, что запрещено. Потому оно становится таким желанным. У неё была такая простая миссия, без подтекста и без заметок. Хотя во многих миссиях, ей говорили, что если будет нужно, то пусть раздевается и делает всё необходимое. Тогда почему здесь Валентина не добавила вариант «соблазнить и уложить»? И что это были за двусмысленные усмешки с её стороны, когда Барнс пришел и они пытались не смотреть друг на друга. Елена всем сердцем надеялась, что это не было частью гениального плана Валентины свести двух опасных убийц. Иначе… тогда она посчитает себя полной дурой раз не заметила.      Один шаг: хлопнула дверью.      Второй шаг: потянула ручку на себя.      Третий шаг: …      Его здесь попросту не было. На секунду Елена даже растерялась, ведь услышала, если бы Барнс свалил. Но позже послышался звук текущей воды из душа, и она выдохнула. Сейчас этот горячий столетний мужчина стоит под, итак, слишком горячими струйками воды полностью обнаженный. Физически и морально. Здесь куча людей, которым было необходимо получить его к себе и теперь он наконец-то здесь, чтобы выполнять их грязные подачки.    Она, наверное, слишком глубоко задумалась о состоянии Баки после того, как он услышит планы Вал, после своего первого задания, что даже не заметила, как звук воды прекратился. Она рассматривала яркую бессмысленную картину на стене, когда её окликнули.     — Елена. — шпионка даже немного дернулась, ведь совсем погрязла в мыслях. Но развернувшись пожалела моментально. Джеймс, разгорячённый в каплях воды после душа, стоял перед ней, придерживая полотенце на бедрах. Чёртов маньяк.    Господи, а зачем же она посмотрела на его руки. Одна человеческая, слишком горячая как для обычного человека, с выступающими венами и жилками, готовая убить за пару секунд. Вторая чёрная, из самого редкого материала на этой планете, с желтоватыми линиями между пластинами и после душа должна быть не менее горячей, она как раз таки способна убить меньше чем за пару секунд. И всё это искусство прошлого века стояло перед ней, наедине в этой комнате и придерживало одинокое полотенце. Бесящий кусок бесполезной ткани.     — Я не слышал, как ты зашла. — начал оправдываться как мальчишка, стараясь всеми силами не выказывать эмоций. Ситуация, что вышла, вовсе не казалась ему странной или неловкой, он был готов подойти и сжать её в охапку. Но полотенце портило некоторые планы, ведь не хотелось, что бы оно спало раньше необходимого.    Елена немного отвела глаза от всего, на что нельзя так яро кидаться и просто посмотрела в стену.     — Ну, конечно, ты же плавал там как морской котик или тюлень. Вот и не слышал. — недовольно заворчала она, сложив руки на груди. Баки не понимал почему она снова начала плеваться ядом. Неужели только ради этого и пришла?    — Что я опять сказал не так? — с досадой спросил Баки. Он и так держал себя из последних сил, а её непонятная агрессия только подливала масла в огонь.    Елена не этого вопроса ожидала услышать, поэтому резко повернула голову и посмотрела мужчине в глаза. Она нахмурилась и приоткрыла рот, а после наплевав на все правила приличия подошла и встала в притык в его оголенному торсу. Барнс не шелохнулся, но в глазах пролетели искры. Её макушка доставала максимум до его подбородка, но на лице шпионки читались всякие эмоции. Она резко заговорила:     — Ты не сказал не то, ты сделал не то! — сердито зашипела. — Ты совсем ума лишился? З-зачем сюда пришел? — её голос дрожал, а руки тряслись.     — Но ты звала. — также напряженно ответил Баки, склонив голову. Его взгляд бегал по её лицу, стараясь запомнить всё до малейших подробностей. Черты, глаза, губы… Девушка же только нервозно начала мотать головой находясь на распутье дорог. Когда она в очередной раз подняла голову и встретилась с его задумчиво-изучающим выражением, то любые тормоза сгорели в тот же миг.    Елена только взволновано выпустила воздух, приоткрыв этим губы и немедля встала на носочки и набросилась на горячие, немного солоноватые от местной воды, запрещенные, но столь желанные губы. Щетина у Барнса неприятно колола лицо, но отвлечь её сейчас, отлепить от него была способна только ядерная война или возвращение пурпурного пришельца, иначе в другом случае она со всем разберется. Руки крепко обхватили его лицо, не давая даже сделать вдох. Но Джеймс сколько бы не представлял себя неопытным юнцом, таковым никогда не являлся и умел делать приятно.    В миг, когда Елена оказалась неприлично близко он уже был готов наплевать на все возможные обязательства, но когда она сама отпустила себя и приблизилась к лицу, то последние крупинки совести испарились, будто ветром сдуло. А ремни, что держали его руки строго на полотенце наконец ослабились и позволили ему обхватить её везде и покрепче.    Безразличие, ярость, а после страсть. Неужели всё это нужно было пройти, только чтобы коснуться желанных губ, обвить горячее тело руками и крепко держать пока не задохнёшься? Она совсем не планировала служебный роман, но была явно не против при таком развитии. Как и мужчина, плавно подталкивающий их куда-то в сторону. Одна её рука плавно переехала с лица на затылок Баки, оттягивая мокрые короткие волосы, вторая всё также не давала отстраниться ни на секунду от лица. Джеймс же совсем бессовестно удерживал девушку за талию, держа почти на весу одной лишь рукой. Сильный, горячий и чертовски привлекательный.   Когда Елена столкнулась со стеной, Барнс наконец отлип от её раскрасневшихся губ. Сделал один глубокий вдох, а после склонился к шее, томно заурчав куда-то под ушком, мол добравшийся до тепла котик. Шпионка только обхватила его за плечи и шею, крепко обнимая и не позволяла отойти.     — Сколько же ты, мать твою, собирался ждать? — с долькой недовольства и наслаждения прислушивалась к его махинациям Елена. И ей это нравилось.     — Не оскорбляй матушку мою. — он аккуратно прикусил кожу у неё на шее, но сразу же отпустил. — Она сделала всё, чтобы я не укладывал девушек при первой же возможности.     — Ай-ай-ай! Обольстительный нарушитель. — засмеялась Елена, но вместе с тем изо рта вырвался тихий стон, который остановить не успела. И это еще больше разожгло искру и Баки напротив поднял сосредоточенный взгляд. В его душе и теле сейчас пылало бесконечное количество желаний. Но, наверное, больше всего сейчас хотелось снова ощутить вкус её искусанных губ, которые она мазала чем-то приторно сладким. Поэтому он обвел пальцем линию её челюсти и приподнял подбородок.     — Я раньше не видел тебя в таком наряде. — задумчиво прошептал он.     — Конечно, потому что тут есть тупое правило приходить на важные встречи в прописанном рабочем наряде. — она задумалась. — Как ты заметил у Уокера тот странный с полосками, который совсем не подчеркивает его зад. — на этих словах Барнс слишком нагло и соблазнительно облизал губу в очередной раз. А после убрал руку и поднес её к затылку девушки, перебросив её косу на плечо.     — Смотришь на зад Уокера? — как-то неторопливо задал вопрос, между тем начал нежно распускать косу.     — Он идиот. — ответила Елена, следя за его глазами. — И меня не интересует. — Баки только хмыкнул и улыбнулся уголками губ, наконец закончив важное дело. Он полностью распустил волосы девушки, которые после косы рассыпались красивыми прядями ей на плечи. Он немного поправил их, а после наконец склонился над её губами почти не касаясь.   

Невесомо. 

   — Podlez, любишь растягивать удовольствие? — оскалилась его в губы и насупила нос.     — Мгм, da? — с хрипотцой ответил он и у неё чуть ноги не подкосились под его голосом. Это мужчина знает около тридцати языков мира и всё равно говорит на её родном, хоть и всей душой его ненавидит.     — Merzavez! — зашипела и резко притянула за пояс, впиваясь в него поцелуем. Со страстным, собственническим поцелуем, чтобы никакая скотина больше не позарилась. Но что бы оставить знак на его теле нужно постараться, ведь с чертовой сывороткой у этого суперсолдата всё слишком быстро заживает.    И, наверное, они слишком увлеклись, или наоборот недостаточно быстро решались изменить стратегию, ведь в комнату залетел один нежелательный кадр, который упорно продолжал раздражать обоих. Но в этот момент он перешел любые границы не постучавшись…     — Боже упаси! — воскликнул Уокер и схватился за голову. Пакет, который он ранее держал в руках упал на пол с характерным звуком. Баки резко отпрянул от шпионки, оглянувшись на перекошенного мужчину. Джон закрыл и с усилием потер глаза, а после разлепил. — А я знал, что тут, — указал на них обоих по очереди, — что-то нечисто!    Елена стояла неподвижно, пока Барнс заметно выходил из себя, ведь Джон зашел будто здесь сам живет и не чувствует необходимости выйти.     — Ты пришел просто поорать или по делу? — строго спросил он и Уокер вдохнул в очередной раз и снова перевел взгляд с одного на второго.    — По делу. Валентина ждёт и будет рассказывать про… планы. — он поднял пакет с пола и оставил на столе. — Здесь твой костюм на первое время. Напяль, будь добр. — после обвел всю фигуру Барнса презрительным взглядом, остановился на руке и не сказав ни слова ретировался.    В момент, когда дверь хлопнула Елена наконец отлипла от стены и шёпотом заговорила:     — Я убью его. — Джеймс развернулся к ней.     — У тебя еще будет повод, когда никто не видит. — сделал глубокий вдох, успокаивая сердце и другие части тела. А после томно выдохнул и забрал пакет с одеждой.    Переодевшись, он вышел из ванной и заприметил Елену, спокойно сидящую на его кровати. Волосы она не заплела обратно, а просто сидела и смотрела в пол.     — Пошли? Мне ведь нужен проводник в этом муравейнике. — девушка поднялась и недовольно вскинула бровь, расставив руки в боки.      — Ха! — усмехнулась. — То есть всё это, — указала на него, потом на себя, — было только ради этого? Da ladno. — фыркнула и вместе с Барнсом за спиной вышла из комнаты. Он только аккуратно ущипнул её за бок, отчего она только повозилась из стороны в сторону, и они вместе направились по дороге наверх. Елена чувствовала, что должна была смутиться или хотя бы попытаться придумать объяснение на случай, если Джон всё разболтал. Но она только рассмеялась в ответ и повела этого престарелого по коридорам, которые выучила наизусть.  

***

   — Спасибо, что вы тут все собрались! — в комнате находились не только присутствующие ранее, а еще с десяток новых людей. Они сосредоточено слушали, заняв места. В этот момент дверь открылась и внутрь зашли Белова с Барнсом, оглянувшись вокруг. Для них мест как оказалось не осталось.    — Какая жалость. — под нос пробурчала шпионка.    — О, вы как раз вовремя! А ну-ка, подойдите ко мне! — внезапно Валентина подозвала их к себе жестом. — И ты Джон тоже.    Уокер занял место в темном углу, но сразу же вышел на свет, когда его позвали. Елена пожала плечами и начала пробираться сквозь толпу, нарочно давя им ноги и сразу же извинялась. Барнс же просто следовал тенью, прожигая смертоносным взглядом тех, кто осмеливался посмотреть на него. Костюм, который выделили ему был качественным, легким и на удивление точь-в-точь под его параметры, даже обувь не жмет. Елена, пока они шли сюда, объяснила, что это специальная обувь для суперсолдата и не развалится при беге. Он тогда фыркнул, но оценил, ведь обычная человеческая никогда ему не нравилась.     — Сегодня очень важный день для нас. — начала Вал. — Я очень долго занималась этим проектом и наконец у меня есть все возможности рассказать вам о нём и позже показать миру! — она оскалилась, но быстро пресекла это, а после сделала шаг назад, встав рядом с тройкой под светом лампы. — Эти люди, — указала на них, — играют ключевую роль в этом! Без них ничего бы не вышло. Сержант Барнс, — она посмотрела на него, — присоединился к нам только сегодня, но без него это тоже не было бы возможным. — и с этого момента Баки начал подтверждать собственные мысли.    Эта женщина умело манипулировала своим голосом, делая любого почти бесценным и незаменимым. Она не рассказывала про собственные успехи, про успехи организации или мир во всем мире. Она сразу переходила к плану, нахваливая тех, кто являлся частью этого самого плана. Чем больше нахваливает – тем больше значимости Барнс имеет в этом. А за час придумать план? Нереально. Значит всё было предписано еще до того, как он сюда пришел в реальном времени. Валентина манипулировала ним с самого начала, даже не увидевшись лично. Она прекрасно знала его характер, его способ жизни, его желания и предпочтения и подсылая Елену дала сколько потребуется времени. Без соблазнений. Без попыток заставить или привезти насильно. Чистая психология и вуаля. Две сломленные души, чьи мозги пропускали практически через одинаковый блендер, нашли друг в друге то, чего не находили у остальных. Им нужно было дать время, не отвлекать и не лезть. По итогу, оба пришли к ней почти одновременно и теперь станут идеально управляемыми, ведь будут готовы подставлять друг за друга спины.    Жаль, что Барнс понял это слишком поздно. Он подписал ту чертову бумагу, соглашаясь слушать Валентину и идти туда, куда его пошлют. Он кинул взгляд на Елену, которая также неподвижно стояла и смотрела в никуда, собрав руки за спиной. Вероятнее всего она уже обо всём догадалась и смирилась, ведь с Вал работает гораздо дольше. Припускать вариант, где она могла знать об этой уловке заранее просто не хотелось. Баки не хотел в это верить, он не выдержит.     — Мстители пали. Мир находится на грани. — продолжала женщина. — Мы не можем спасти всех, но мы можем обеспечить приоритетный мир. Мир тем, кто что-то значит. Мир тем, кто имеет средства помочь содержать всех, кто не может. Мир тем, кто станет не на ту сторону. — она замолчала, сложив руки в замок. — Мы представим обществу новую команду, которая будет способна обеспечить порядок, которая будет влиять только там, где необходимо влияние. — она подняла руку и указала в сторону троих людей. — И они являются фундаментом этой идеи! Основной движущей силой, основной составляющей. Прошу всех поприветствовать, — она еще сильнее повысила голос, — наших Громовержцев!