Охота
19 сентября 2022 г., 14:00
В мастерской Германа собралось с десяток охотников. Солнце давно опустилось за кривые клыки скал, и лишь свет тусклых ламп рассеивал вечерний мрак. Внимательно оглядев присутствующих, командир охотников встал с кресла и оперся на рукоятку своей боевой косы, известной в охотничьих кругах как Клинок Погребения.
— Поступили сведения, что церковники снова наломали дров, — мрачно процедил Герман. — Как всегда, прибираться нам. К тому же, облаву в лесу у Бюргенверта никто не отменял.
— Что произошло? На поверхность вылезла какая-нибудь тварь из Птумерианских лабиринтов? — поморщившись, отозвался Валлар.
— Нет, хуже, — ответил Герман знатоку тайных сил. — Намного. Перелили осквернённую кровь.
Сидевшая на пороге Мария зло фыркнула.
— Я не понял, — возмутился Валлар. — А разве не чёрноюбочники на днях вякали, что для таких дел мы им больше не нужны? Что они без нас лучше справятся?
— Как я понимаю, Церкви попросту не хватает людей, хотя бойцов у них в разы больше, — насмешливо протянул Вилмар. — Дурацкое стремление Людвига заранее заткнуть каждую дыру охотником даёт свои плоды.
Губы Германа тронула усмешка.
— Людвиг хочет, чтобы при выполнении подобных заданий мы действовали в связке с его людьми, — добавил он.
— Да эти самодовольные скоты ополоумели! — взревел маг. — Сначала чёрноюбочники оскорбляют нас, обвиняя в бесполезности. А затем они требуют работать под их надсмотром!
Мария сняла колпак и устало закрыла им лицо. Тяжело вздохнув, Герман развёл руками.
— Мне тоже не нравятся приказы Людвига. Я обещаю серьёзно поговорить с ним после сегодняшней охоты, — примирительно сказал Герман. — Но сейчас нет времени на выяснение отношений.
— Я не могу и не буду нянчить слабоумных мальчиков и девочек Людвига, — прорычал Валлар, ударив кулаком по столу.
Стоявшие на нём склянки жалобно задребезжали.
— Если меня приставят к церковным недоумкам, то я буду действовать без оглядки на них. А если будут рыпаться — пришибу.
— Валлар, возьми себя в руки, — строго одёрнул его командир охотников. — Именно поэтому ты пойдешь со мной в лес. Всё, времени нет! Те, кого я назову, выходят из мастерской. Наш путь лежит к Бюргенверту.
Когда Герман закончил перечислять имена, в комнате остались только Мария, Люциус и Гисберт, новичок. Девушка вопросительно посмотрела в глаза командиру.
— Гисберт, подойди к Валлару, он объяснит твоё задание, — бросил старый охотник и отошёл к шкафу с ремонтными принадлежностями и сделал вид, что рассматривает кусок ветоши.
Как только Гисберт выскочил из дома, Герман развернулся к Марии и Люциусу.
— Я не могу послать других. Никто из новичков не подходит. Слишком тонкое и щекотливое дело, — скривился старый охотник. — И гнусное. А из ветеранов только вы сможете не передраться с церковниками.
— Я так поняла, что мне в подчинение выделят двух церковных охотников-новичков? — спросила Мария и горько добавила: — Я выполню приказ.
Услышав слова ученицы, Герман почему-то ощутил колкое чувство вины.
***
Я снова взглянул на себя и тихонько взвыл. Теперь всё тело покрывала звериная шерсть. На руках, ногах и боках открылись омерзительные гнойные нарывы. Не в силах терпеть зуд, я разорвал на себе одежду. Её ошметки валялись у взбитой кровати. Съеденный выводок крысёнышей не мог утолить чудовищный голод. Его неодолимые щупальца всё туже сжимались вокруг смятённого сознания. Упав на колени и вонзив когти в дощатый пол, я жалобно заскулил. Нет, нет. Это не я, тщетно убеждал я себя. Мне должно повезти. Сейчас я проснусь. Тело обернулось против меня. Это неправильно, невозможно! Даже страх и боль бессильны перед голодом. Из головы вылетают все мысли. Пропадает память. Память о том, что я человек. Пожирать. Насыщаться. Поглощать. Мясо. Живую, трепещущую плоть. Слизывать бьющую из перекушенных артерий свежую кровь. На тёмном небосводе сияла седая луна. Её стылый свет сводил с ума, обещая свободу. Больше не хочу на завтрашний осмотр. Лёгким движением выбив окно вместе с рамой, я прыгнул навстречу ночи, крови и луне.***
— Почему мы не можем устроить засаду прямо на улице? — буркнул детина в дырявом цилиндре. Взошла луна, и воздух наполнился пленительным благоуханием, ощущаемым только теми, кто вкусил зачарованной крови. Меж тёмных башен гуляли отголоски нечеловеческих песен, пришедших из далёких сфер. Взгляд Марии унёсся к нацеленным в облака шпилям и выше, к парящим в космической черноте звёздам. Ей показалось, или луна действительно стала ближе? — Приказы во время охоты не обсуждаются, — с трудом подавив ярость, отчитала Мария навязанного ей подчинённого. — Но так и быть. Заражённый уйдёт дворами или нападёт на соседей. После захода солнца улицы Ярнама пустели. Жители благоразумно прятались за тяжелыми дверями, мощными засовами и оконными решётками. Вне относительно безопасных убежищ оставались лишь полицейские, ополченцы Церкви и охотники. Тёмную сторону кровослужения худо-бедно удавалось скрывать в том числе благодаря комендантскому часу. Но чем дальше, тем сложнее становилось сдерживать Чуму Зверя и скрывать следы борьбы с обратившимися. С каждой ночной охотой Ярнам всё ближе чувствовал завораживающее дыхание луны... Многие понимают, но единицы отваживаются признаться хотя бы себе. Пора остановиться. Подумать, изучить, понять: где они ошиблись. Найти ответ на вопросы: Когда всё пошло не так? Как и почему волшебная кровь вышла из-под власти людей? Или она никогда и не была в их власти? Встряхнув головой, Мария прогнала неуместные на охоте мысли. Вот гостиница для пациентов. Бернард Араго остановился здесь. Пора бить дичь. Дичь, утром бывшую человеком. — Быстрее, — коротко бросила она. — Мы и так потеряли кучу времени.***
Даже не заметив удара о землю, я вскочил на ноги. Или лапы. Я мгновенно опьянел от восхитительных ночных ароматов. Под тихое пение небес разум медленно покидал ставшее чужим ему тело. Но я не жалел. Разум не в силах постичь ни пронизанных лунным светом ветров, ни потаённых разговоров закатных теней — так зачем он? Остатки рассудка бессильно вопили от безмерного ужаса. Оглядевшись по сторонам, я принюхался. Рядом живая плоть. Горячая кровь. Крадусь вдоль стены. Решётка на следующем окне тонкая и слабая. Надо попробовать. Я прыгнул на окно и всей силой вцепился в тонкие железные прутья. Существо из вкусной плоти испуганно завопило и побежало к двери, по пути уронив на пол зажжённую лампу. Раззадоренный криком, я с удвоенной силой налег на решетку. Спустя мгновение я повалился на землю вместе с поверженной железякой. Злобно зарычав, я отбросил никчёмную решётку и заскочил в ставшее незащищённым окно.В комнате полыхало пламя. В танце оранжевых стеблей появилась мощь, заставившая меня отступить. Стоило мне высунуться из-за угла дома, как раздался грохот и что-то больно оцарапало лодыжку.***
Услышав выстрел, троица охотников бегом бросилась к гостинице. Там их встретила группа вооруженных ружьями ополченцев, живо переругивающихся из-за неудачного выстрела. Долговязый охотник с ружьём чудовищного калибра и ужасающим молотом плохо закрепил свой арсенал и на бегу опасливо поддерживал снаряжение руками, из-за чего отстал от товарищей. Из здания уже валил дым. В кустах мелькнула быстрая чёрная тень. Горожане открыли огонь, но лишь побили пулями больной кустарник. — Прижмём его к каналу, — скомандовала Мария. — Не теряем друг друга из виду. Не став больше тратить время на пустые разговоры, охотники кинулись в погоню за чудовищем.***
Повинуясь инстинкту, я рванулся прочь с открытого пространства, опустившись на все четыре конечности. Слишком много людей. Они больно жалят. Надо спрятаться в темноте и убить их поодиночке. Ветер принёс запах, который заставил меня ускорить бег. Впереди разверзлась пропасть. Оттолкнувшись когтистыми лапами, я взлетел в воздух и приземлился на шаткий деревянный мостик. Внизу сыро и темно. То, что надо. Цепляясь за всё, до чего дотягивались удлинившиеся руки, я карабкался вперёд. Еще один мостик. За ним возвышались дома. В них прятались люди. Незакрытое чердачное окно властно манило к себе, обещая утоление мучительного голода. Темнота подождёт. Мост затрещал. Тремя мощными прыжками я преодолел опасное место. Не выдержав толчков, прогнившие доски рухнули на дно рва вместе с верёвочными перилами. Но я уже нёсся по надёжной каменной мостовой навстречу желанному кровавому пиршеству, покорный одновременно подчинившему и освободившему меня зову.***
В помощники Марии достались двое: Лорни, неопрятный верзила с молотом, и Дэвис, худощавый парень с орлиным носом, вооружённый длинноствольным пистолетом и клевцом. Первый, видимо, зная о недавних трениях между командой Германа и церковными охотниками, старался при каждом удобном случае вывести Марию из себя. Второй вёл себя поприличнее и иногда даже одёргивал собрата. Рядом с Лорни даже совсем не маленькая Мария чувствовала себя карлицей. Тем не менее, новоиспечённый охотник не производил внушительного впечатления, не смотря на комплекцию: всё портило худое телосложение. Невероятно высокий, сутулый и тощий, Лорни не казался опасным. Неумелый и неаккуратный, он вряд ли имел шансы стать хорошим охотником. Марию удивляло уже то, что он очутился в их рядах. Дэвис выглядел намного опытнее. Но он не скрывал недовольство тем, что ему приходится слушаться ученицы Германа. И Лорни, и Дэвис выполняли все указания, но делали это вяло и до неуважения небрежно. Девушка быстро поняла, что ей придётся рассчитывать только на себя. Что же, не в первый раз.Разбирать дорогу в темноте оказалось очень не просто. Но если девушка и сухощавый справлялись, то долговязый уже несколько раз споткнулся. Привязь разболталась, и молот нещадно лупил своего владельца по спине на каждом шагу, словно мстя за небрежное обращение. — Левее, Дэвис! — выкрикнула охотница. — Возьмём его в клещи! Казалось, зверю некуда уйти. — Стой! — скомандовала девушка, стоило троице завернуть за невысокую кирпичную ограду. — Впереди каналы ливневой канализации. — Почему мы бегаем за ним, точно псы? — тяжело дыша, просипел громила. — И куда он пропал? — Тварь перебралась по строительным лесам, — объяснила Мария. — Двигаемся осторожно, я впереди. Больше, чем по одному, на доску не становимся. В этом месте началось строительство каменного моста через канал взамен старых деревянных. Опыт подсказывал Марии, что обратившийся наверняка перебрался на другую сторону, привлечённый светом окон. Доски опасно трещали под ногами охотников, но до половины пути дело шло благополучно. — Куда понесло эту нечестивую тварь? — прохрипел Лорни и грязно выругался. — Хватит топать, провалишься, — ответил замечанием Дэвис. Леса словно ожидали этих слов. Раздался громкий треск, и долговязый ухнул вниз. Далеко внизу раздался глухой звук удара. — Лорни! — закричал Дэвис. — Жив, — донеслось снизу вместе с порцией отборнейшей брани, — но ногу сломал, похоже. Оценив ситуацию, Мария приняла решение. — Дэвис, спускайся вниз и охраняй Лорни. Я пошлю за вами, — сказала Мария. Деревянный мостик рухнул, но с другой стороны торчала мощная балка. Выбора не оставалось. Молясь о том, чтобы доски не треснули от толчка, девушка коротко разбежалась и прыгнула. На мгновение ей показалось, что впереди затяжное падение с непонятным исходом. Горькая досада сжала сердце. Но в следующую секунду её пальцы крепко вцепились в сырое и скользкое дерево балки. Подтянувшись и встав на ноги, охотница ступила на бугристую мостовую.***
Сквозь полуоткрытое окно пробивался слабый свет керосиновой лампы. Едва не сорвавшись с наклонной крыши, я добрался до заветного окна. Свежее мясо! Кровь! В два удара выбив окно, я протиснулся в открывшийся пролом. У застигнутого врасплох человека не было никаких шансов. Отчаянный крик оборвался хрипом разорванного горла. Брызнула горячая кровь. Острые клыки жадно вырывали куски мяса. Насытившись, я отбросил полуобглоданное тело в сторону и вновь выбрался на крышу. Луна всё ниже. Набрав полные лёгкие воздуха, я оглушительно завыл. До моих ноздрей донёсся неодолимо притягательный аромат. Кровь, по сравнению с которой только что пролитая казалась безвкусной подделкой. Взрыкнув, я спрыгнул вниз и ринулся к кровавой луже в ореоле стеклянных осколков, сияющих в лунном свете...***
Чудовище стояло на крыше и пронзительно выло. Не мешкая, Мария вынула из кармана маленький пузырёк с едкой кровью — специальным препаратом, служившим отличной приманкой для большинства чудовищ. Пузырёк со звоном разлетелся на сотню слабо сверкающих осколков и пролил своё содержимое на булыжники мостовой. Приманка сработала безотказно. Обратившийся соскочил с крыши и предсказуемо побежал на манящий запах. Расстояние до зверя стремительно сокращалось. Многократно отработанным движением девушка выхватила пистолет. Увидев охотницу, чудовище прыгнуло, рассчитывая вцепиться ей в горло. Но Мария неуловимым движением сместилась в сторону, и прозвучал гулкий выстрел. Пуля пробила твари череп и бросила наземь, но не убила. В руках охотницы появились сабля и длинный кинжал. Обречённое чудовище попыталось достать противницу когтями, но могучие лапы ударили лишь воздух. Сабля рассекла шею как лист бумаги. Через мгновение на землю рухнуло обезглавленное тело существа, когда-то бывшего Бернардом Араго. Убрав клинок в ножны, Мария вытащила крохотную серебряную чашу, инкрустированную красным сердоликом, и приставила к обрубку шеи чудовища.Сердце в обезглавленном теле билось еще с полминуты после конца схватки, и чаша быстро наполнилась тёмной густой кровью. — Прости меня, Бернард, — быстро взглянув на труп и нервно прикусив губу, горько прошептала Мария. Закрыв глаза, она сделала глоток из чаши. — Ты ни в чём не виноват.
