Баллада о белых крыльях

Натали часто стала звать Стефана на их дневным променады. Ее, в отличии от Амалии, завлекал этот молодой, горячий итальянец. Он занимался футболом, но в дальнейшем судьбу с ним связывать не планировал. Стефану доставался бизнес отца, и Натали не видела ничего плохого в том, чтобы укрепить связь с семьёй Давид, и продолжить своё сотрудничество уже с сыном своего партнера. Она любила книги и только Давид старший мог доставить ей любой экземпляр, любой книги мира, которую она пожелает изучить. А демоница всячески поддерживала его не всегда легальные и честные методы поиска интересных рукописей. В один из вечеров старшие Давиды уехали в Венецию на пару дней на очередную конференцию издателей. Это могло значить только одно — Стефан позовёт всех своих друзей на очередную бессмысленную пьянку. Дамиано видел это каждый раз, когда родители уезжали на несколько дней. Обычно он запирался в своей комнате и смотрел концерты в наушниках, лишь бы не слышать пьяных гостей. Но в этот раз придут Натали и Амалия. Он точно это знал. А значит можно будет сказать пару слов девушке и увидеть её улыбку. Тем более нужно узнать какие у Амалии любимые цветы. Дамиано считал, что каждый мужчина должен обязательно знать, какие цветы больше всего нравятся его возлюбленной. Гости начали подтягиваться с наступлением сумерек. Дамиано ясно дал понять Стефану, что сегодня он не будет сидеть в своей комнате, и тоже принимал участие в подготовке квартиры. — Мелочь, ты исчезнуть, как обычно, не собираешься, так? — спросил Стефан. — Нет, я буду следить, чтобы твои друзья опять не загадили родительскую ванную, как в то раз, — Дамиано давно придумал эту отмазку. — Но тут будь взрослые, мы будем пить, курить и трахаться, тебя это не смущает? — Нет, — Дамиано покраснел. — Ну хорошо, может и тебя по головке погладит какая-нибудь красотка. Или красавец … — Не нужна мне какая-нибудь, — выпалил Дамиано и тут же осекся, зная, что его проницательный брат обо всем догадается. — Ах вот оно что, — Стефан коварно улыбнулся. Пазл в его голове сложился, он давно замечал, что его брат всегда нервничает, когда он рассказывает, как провёл время с милыми соседками, — поверь, мой мелкий братец, Амалия будет всегда слишком хороша для тебя. Да и когда ты вырастешь, она уже будет взрослой женщиной, зачем ей будет такой сопляк, тем более ничего не умеющий, кроме своих песенок. Ещё не посвятил ей одну? Или сегодня собирался? Мы тебе табуретку поставим, и споёшь своим писклявым голосом тупые стишки. Дамиано ничего не ответил. Он громко дышал и краснел, пока брат говорил все это. Стефан и раньше был с ним жесток. Но не настолько же. Дамиано толкнул брата и убежал в свою комнату. Не хватало ещё и расплакаться. Стефан сам был удивлён, как такие слова сорвались с его языка, да ещё и так легко. Он любил брата. Может все дело в Амалии? Это глупо, она взрослая девушка, и конечно же Стефан не хочет, чтобы ей докучал его младший брат. За все время, как Амалия и Натали проводили в компании его друзей, они не закрутили роман ни с одним парнем или девушкой, да и сами не вели себя, как пара, хоть и Натали бросала двусмысленные намеки и всегда нежно прикасалась к своей подруге. Это было очень странно, для Стефана. Натали изредка с кем-то целовалась и постоянно флиртовала, Амалия же хоть и выглядела веселой, всегда была холодной и не преступной. Девушки безусловно забирали все внимание на себя на каждой тусовке и направляли ее, но никогда не открывались и не теряли контроль. Это не злило Стефана, больше удивляло. Он хотел их обоих и лучше бы сразу. И если заполучить Амалию он уже не пытался, то не видел причин почему Натали только играет с ним. Сегодня он все-таки надеялся это исправить, ведь скоро кончится лето, и Натали с Амалией покинут Рим. Возможно, в следующем году они вернутся, но кто знает, какие обязательства положит на его плечи семья, ведь он старший сын, и отрываться ему осталось недолго до окончательного взросления. А дальше учеба, бизнес, семья… и он уже не сможет с легкостью гладить бедро Натали, сидя в компании друзей. Прекрасные соседки, как всегда опоздали, но тут же переключили все внимание на себя, когда вошли в помещение. Натали была в чёрном атласном корсете и широких брюках в пол, закрывающих даже ее туфли, её гладкие чёрные волосы были заправлены за уши, а на губах была привычная помада цвета самых ярких маков. Ее тонкие пальцы с длинными ногтями были переплетены с маленькой ручкой Амалии. Мягкие волосы Амы немного вились, за все время их знакомства Стефан так и не понял, это было натуральное свойство ее волос или изящно выполненная укладка. На пухлых губах был только блеск, а глаза украшали яркие длинные стрелки. Сегодня Амалия не выглядела, как мягкая подруга стервы-Нат, она была королевой этого вечера. На ней была прозрачная объемная блузка, а аккуратную грудь сковал лиф. Девушка была в длинных широких шортах, которые подчёркивали ее округлые бёдра, создавая контраст с тонкой талией. Стефан выпил стакан виски залпом, совершенно выпадая из разговора с друзьями. Под недовольные шипение его подруг, он направился поприветствовать новых гостей. Натали уже принимала из чьих-то прозорливых рук бокал с коктейлем, а Амалия приветственного протянула руки, чтобы обнять приближающегося Стефана. — Вы бесподобны, — сказал Стефан после приветственных поцелуев с девушками. — Сегодня же прощальный вечер, — с грустной улыбкой заметила Амалия. — Так повесимся же на славу, — вставила Натали, отпуская Амалию из своей крепкой хватки и сливаясь с толпой танцующих девушек. — Повеселимся, — ответил Стефан, протягивая Амалии бокал. Она выпила залпом, и, нежно проведя пальцами по щеке Стефана, последовала за своей подругой Нат. Сегодня она хотела танцевать, пить и может даже поцеловаться с кем-нибудь на балконе, пока никто не видит. Она последний раз видит этих людей такими молодыми, последний раз может почувствовать себя одной из них. Этим летом она забыла, что является вечно живущим суккубом соблазнителем, и просто наслаждалась жизнью среди людей. Дамиано услышал голос Натали возле своей двери. — А малышу ты сказал, что мы уезжаем? Он так бегал за Амой, что будет грустно, если он не сможет попрощаться. — А мы как раз возле его комнаты, — сказал Стефан, все больше нависая над Натали и прижимая ее к стене. Он хотел ее, хотел сегодня. Алкоголь уже стёр все границы и ему нужно было одно, чтобы это холодное пламя, наконец-то обожгло его кожу. — Но знаешь, пусть лучше он сидит с своей комнате, ведь кажется, Амалия нашла себе развлечение. Слова резали Дамиано по живому. Как они уезжают? Когда? Какое развлечение нашла Амалия? Неужели он больше ее не увидит? Мальчик пулей вылетел из двери, не замечая брата, который губами во всю исследовал шею Натали. Демоница улыбнулась: «Какой настырный малыш, из него многое выйдет». Но в след Дамиано она только крикнула: — Она пошла на улицу, ещё успеешь догнать, — и жарким поцелуем прижалась к губам Стефана, проваливаясь внутрь детской комнаты. Дамиано бежал, расталкивая гостей, которые уже не удивлялись, почему на вечеринки вдруг появился ребёнок. Он почти кубарём слетел по лестнице и оказался на улице. Вдалеке был ее силуэт. Уже светало. Амалия с сигаретой в руках просто шла босиком по этому прекрасному городу. Она хотела плакать, смеяться и кричать. Последний день, а что дальше? Натали больше не может с ней нянчиться, у неё свои дела. Плана у неё нет, снова светские балы, вампиры, оборотни и прочая нечисть, которая борется за право, как можно дольше облизывать задницу королю Ночи. Как это все надоело... Нет плана. Нет смысла. Нет желания быть где-то в другом месте. Вот бы время остановилось, вот бы лето не сменилось осенью, а эти молодые люди бы не разъезжались и не вырастали. Вот бы город не менялся. Почему даже нечисть не может остановить время? Амалия не услышала, как сзади, громко топая по спящей улице, бежал Дамиано. Он все решил. Сегодня он даст свою первую и единственную клятву, которую выполнит не смотря ни на что. — Амалия! — запыхавшись крикнул мальчик, вышло слишком громко, и он испугался, что напугает девушку, и поговорил гораздо тише, — Амалия… Можно… с вами тут, поговорить, я тут услышал… случайно, что, — девушка смотрела на Дамиано сверху вниз. В горле стоял ком. Нужно сказать этому тёплому светлячку, что они больше не встретятся. Никогда, он больше не будет тем маленьким влюблённым мальчиком. Она протянула руку и потрепала его по голове, но не смогла вымолвить не слова, в отличии от Дамиано Дэвида. — Я хочу вам сказать, — он резко сбросил руку Амалии с своей головы. Она его не слушает! Он для неё ребёнок. Но уже все решено, — я буду любить вас всегда, я вырасту! И найду вас, и вы меня полюбите! Мы будем вместе! Это сейчас я маленький, но послушайте меня, я вас добьюсь! Ведь никто не любит вас так, как я… — Это верно, — Амалия рассмеялась, чтобы скрыть слёзы, — ты чудесный и хороший юноша. Спасибо, что ты набрался смелости и все мне это сказал. Но скоро ты влюбишься в другую хорошую девушку или даже нескольких, и забудешь меня, словно никогда и не знал. Ты так молод и наивен, поэтому не надо говорить и обещать то, что не в силах сделать. Дамиано был взбешён. Как она так может говорить? Он же знает, что будет любить ее всегда. — Я подрасту, а вы ещё возьмёте свои слова обратно, — мальчик развернулся и побежал домой. Амалия грустно улыбнулась и пошла вперёд, и очень долго не возвращалась в Рим.