Баллада о белых крыльях

— Ты придурок, — Амалия хотела накричать на него, но сказала это почти шепотом, глядя в темные глаза. Парень не смыл свой сценический образ. Из-за размазанной подводки его взгляд был не то томным, не то уставшим. Она смотрела на Дамиано и думала, как он молод. Остальные члены группы выглядели, как дети. Они наслаждались сценой, кайфовали от происходящего. Их лица были светлы и наивны, несмотря на все буйство, что происходило на сцене. Но Дамиано не был наивен. Хоть он и не намного старше остальных, его лицо было серьезным и взрослым, а взгляд тяжелым и пронизывающим. Амалии стало больно и грустно, от того, что ему пришлось повзрослеть раньше остальных. В глубине души она знала, что у него был выбор. Оставить свои детские чувства, и не идти за ней. Или не было? Она не могла прочитать Дамиано. Но хотела оградить от этих глупостей, что он совершал. Людям не стоит приходить в их мир. Стоит посмотреть на вампиров, чтобы в этом убедиться. Бывшие люди, несчастные, постоянно ворующие жизнь, существующие только за счет крови. Многие, кто искал бессмертия, были в нем разочарованы, не зря в легендах вампиры мрачные и замкнутые, мало кто находил смысл в бесконечном количестве дней, омраченных жаждой крови. Амалия знала, что все чувства вампиров выкручены на максимум. И хоть с виду большинство из них выглядят холодными и отрешенными, внутри живет пожар, который сжигает остатки их человечности. Поэтому многие ищут высшую цель. Нужно ради чего-то жить. Как Лестат, как Джорджия, как Ара. Остатки людского высокомерия заставляют их думать, что они имеют право управлять миром, что они могут его изменить, раз уж им выпала честь жить на ровне с другой нечистью, которая была таковой от рождения. Вампиры жаждут власти, так как надеяться, что та заполнит их пустоту, и их мертвое существование будет иметь хоть какое-то значение. — Джо сказала, что тебе понравилось выступление, — Дамиано вышел из машины. Он был в рубашке, застегнутой на половину так, что татуировки на его груди были видны. Обтягивающие джинсы сидели ниже талии, а на ногах были грубые ботинки. Он достал сигарету, которая покоилась за ухом. — Ты хоть понимаешь, на что себя обрекаешь? Жизнь вампира это не сказка, это кошмар, — Дамиано поднял взгляд от огня сигареты на Амалию, он видел, что она на грани. Опять беспокоится за него. Но эту материнскую заботу, она может засунуть в свою прекрасную задницу, — если ты думаешь, что жить вечно, это круто, боюсь тебя разочаровать, это ужасно, жизнь людей гораздо более яркая. А если ты хочешь славы, то мог бы добиться этого и сам у тебя талант, Дами, и твои ребята потрясающие, вы бы много достигли и без Джорджии, она же не просто так вам помогает… — Так ты думаешь, все это из-за славы и вечной жизни? — Дамиано говорил медленно, низким голосом, в противовес Амалии, которая ускоряла темп, когда нерничала — ты не боишься признаться себе, что все это из-за тебя? Что это единственный путь, как я могу приблизиться к тебе? — Ты еще больший придурок, если думаешь, что она тебе это позволит. Дамиано, ты связался с высшей вампиршей! Не просто связался, ты ее игрушка. А они не делятся своими игрушками с кем попало. То что мы сейчас с тобой разговариваем, уже достаточный повод, для того, чтобы тебе и твоим друзьям оторвали голову. — Ты думаешь, что она такая же, как Лестат? — Дамиано потушил окурок ботинком, — я не привязи, Амалия. Джо мне доверяет, легко играть любовь, когда знаешь какого это, легко заметить настоящие чувства, когда сам их испытываешь. Ты назвала марионеткой не того. Хоть я и не знал о нечисти с самого рождения, но попав в ваш мир, я понял, как вы устроены. Вы слишком многое видели, слишком многое пережили, что когда сталкиваетесь с чувствами, вас это шокирует, изумляет и вы либо боитесь их, как ты Амалия, либо ослепляетесь ими, как Джо. Вы считаете себя настолько выше людей, потому что боитесь нас. Амалия не хотела воспринимать его слова, над ними она подумает позже. Сейчас его нужно опустить на землю. — Так и зачем ты хочешь стать таким же? Зачем становиться одним из нас? Используешь других, чтобы добиться своей надуманной цели? Дамиано, я разочарована, ты опустился так низко только из-за своего упрямства. Любовь, это чистое и благородное чувство, которое нечисти не ведомо. Не смей этим оправдывать свои поступки. Ты хочешь лишь обладать мной, как и все остальные. Но твой приз не стоит жизни… Дамиано резко приблизился к Амалии, взял ее лицо в свои ладони поцеловал, страстно сминая губы. Амалия попыталась оттолкнуть его. Но его руки переместились к ней на талию и не отпускали. Дамиано крепко сжимал ее. Спустя мгновение их губы расцепились. Но Амалия осталась в объятиях. Она пальцами провела по татуировкам на его груди, не в силах посмотреть в глаза. IL Ballo della Vita. Она не позволит вести ему в этом танце. — Амалия, за тебя я готов платить любую цену. Но разве не ты первая начала использовать грязные приемы, когда заставляла меня смотреть на тебя в чужих руках? Однако я не надеялся, что ты начнешь ревновать меня так быстро… Я знаю, что делаю, просто доверься мне, — он нежно провел по ее лицу ладонью и поцеловал в лоб. Нет, надо ударить еще больнее. Амалия не может забыть, что он всего лишь человек. Его слова ничего не значат. Она должна защитить его. — Твои игры тебя погубят, я восхищалась тем смелым мальчиком, который был готов признаться в своих чувствах. А того, кто готов играть чувствами других, я презираю. Я никогда не буду с тобой, чтобы ты не сделал, — последние слова она сказала, глядя ему прямо в глаза, но Дамиано заметил, как вспотели ладони у него на груди, и как пальцами Амалия сильнее ухватилась за пуговицу у него на рубашке. Ее рот говорил одно, но тело посылало совсем противоположные сигналы. *** Приехав домой, Дамиано быстро пошел в душ. Вода стекала по его пылающему телу. Нежные губы не могли отпустить разум. В одном он точно солгал Амалии. Джо не была как Лестат, она была еще хуже. Дамиано заставил полюбить его, ее холодное каменное сердце начало биться рядом с ним. И от этого правда было отвратительно. Нужно было поскорее смыть с себя запах Амалии. Ее вкус, чтобы Джо не узнала о их связи. Он тер свою кожу, до того, пока вода не начала пощипывать. У Дамиано Давида был план, но кое-что он не учел. Если постоянно играть любовь, то есть опасность действительно что-то почувствовать. Дамиано провел с Джо слишком много времени. Она поддерживала его творчество, помогала и направляла группу. Переживала за него и старалась помочь. Ему нравилось читать ей новые стихи. Она была рядом, но не душила его. Благодаря ей он все больше погружался в творчество, забывая обо всем на свете. Когда Амалия пропала, Дамиано долго переживал, и уже подумал, что смысл находится рядом с Джо отпал. Однако он остался. Сначала он думал, что только из-за группы, ребята стали частью его жизни. И в глубине души Дамиано боялся, того дня, когда он станет вампиром и оставит Джорджию. Ведь эта сильная и умная вампирша, открыла ему свою душу. Действительно ли цель оправдывает эти жертвы? — Эгоистичный мудак, — сказал в свое отражение Дамиано, — мы действительно стоим друг друга. На следующий день он отправился в студию. Дамиано всегда приходил первым и начинал распеваться. Затем обычно подтягивался Итан, и только потом заявлялись Вик с Томасом. Блондинки всегда опаздывали, так как после выступлений оставались на площадке и веселились со своими фанатами. Дамиано каждый раз поражался, как с таким похмельем можно было вообще куда-то идти на следующий день. Но Вик с Томасом не пропускали репетиций, во сколько бы не закончился их вечер. — Дамиано, ты опять так быстро уехал после концерта? Ты же обещал нам, что как-нибудь обязательно потусуешься с нами? — Виктория, если я с вами останусь, на следующий день мой голос будет похож на твой, и я не смогу ничего спеть, — Виктория уже готовила свою гитару, а Итан заботливо принес минералки товарищам, чтобы они не отвлекались от репетиций на зов своего организма, которые требовал восполнить запас воды, после вчерашнего. — Какой же ты грубый, надо пожаловаться Джо, — засмеялась Вик. Томас уже взял первый аккорд. Группа репетировала каждый день. Джорджия сняла для них студию. Она не продвигала ребят, но всячески снимала с них заботы, позволяя заниматься тем, что все четверо так любили. Она встретила их на улице в Риме. Джо подумала, что было бы здорово взять этих ребят под свое крыло. Она всегда любила искусство и считала, что это тоже маленький мостик между нечистью и людьми. Ей тоже хотелось нести прекрасное в этот мир, вдохновлять людей и вызвать в них эмоции, хоть и с помощью других. Это было ее хобби и отдушиной среди всей игры, что она затеяла с Королем Ночи. Однако Сольери сама не заметила, как ее клуб и группа стали не только способом расслабиться, но и еще одним заявлением. Ее связь с вокалистом была мощным толчком в политической игре. Дамиано был умен, хитер и постоянно работал. Он выслушивал ее, давал полезные замечания и предлагал идеи, которые и не приходили ей в голову. Прийти вместе на праздник Короля Ночи было инициативой Дэвида. И все вышло, как нельзя удачно. Ее заметили, о ней говорили, она публично ударила по своим противникам. Хлесткая пощечина тем, кто не верил, насколько далеко она может зайти. Джорджия видела в Дамиано равного партнера, хоть их и разделал жизненный опыт в несколько сотен лет. Он был ее проводником в мир современных людей, которые были гораздо сложнее, чем их предки. Это был ее козырь. Джорджия хотела открыть мир нечисти для людей, только таким она видела их будущее. Развивающиеся технологии скоро не позволят прятаться в тени, и нужно делать шаг навстречу первыми, перехватить инициативу, чтобы не стать подопытными крысами. Дамиано был ее союзником. Вместе с ним она хотела потихоньку сблизить их миры, а их пара была отличным первым шагом. Но всегда была загвоздка. Жизнь человека коротка. Тело Дамиано стареет каждый день, он истощается, изводит себя сигаретами, бессонными ночами и репетициями. Но как бы не были благородны цели Джо, его тело ей нравилось таким, какое оно сейчас, поэтому его обращение она не хотела откладывать на долго. *** В квартиру в Париже, в которой Амалия с Лестатом жили последнюю неделю пришло приглашение. Конверт был шершавый на ощупь из крафтовой черной бумаги и украшен лентой цвета фуксии. На нем стояла печать клана Сольери. Амалия прочитала письмо в присутствии Лестата: Вижу тебе понравилась моя группа, к сожалению не было возможности подойти поздороваться на концертах. Однако сейчас у нас с ребятами выдались свободные денечки, и мы приглашаем тебя провести их в солнечной Ибице. Будем рады, если ты составишь нам компанию. Пора отдохнуть от этого зануды. Твои Джо и Måneskin