Баллада о белых крыльях

Он прижимает ее сильнее. Пальцы отодвигают полоску купальника и легко входят внутрь. В ответ ее задница сильнее вжимается в пах. Она хочет большего. Становится слишком тесно, до боли. Он поднимает ее руки и фиксирует их над головой. И резким движением заполняет пустоту. Похоть накрывает его с головой. Быстрые толчки впечатывают ее в дверь. Он хватает ее за бедра и с силой натягивает на себя, до самого конца и лишь на секунду замирает. Как же горячо и влажно. В голове пусто, есть только их тела и всепоглощающая страсть. Движения становятся быстрее, ритм сбивается. Мокрая полоска проложила дорожку по внутренней стороне бедра. Последний хриплы стон. Дамиано целует Джорджию в макушку. Сегодня он был слишком быстр и груб. Как только они зашли в номер, он взял ее прямо у двери. – Я схожу на балкон, – не смотря ей в глаза, он натянул джинсы и запахнул рубашку. Проклятье. Вдыхая горький дым, который приятно скреб горло, Дамиано думал, насколько себя можно ненавидеть. Сколько отвращения может копить в себе человек. Насколько ужасными могут быть поступки. Как с этим справляются бессмертные? Ведь наверняка в своей долгой жизни, они успевают наделать столько дерьма, что Дамиано и рядом не стоял. Почему-то он думал, что его цель оправдывает любые средства, но все стало сложнее, когда Амалия появлялась в поле его зрения и становилась не призрачной мечтой, а реальной, живой. И приходилось выбирать. Внутри все смешалось. Играть любовь было легко, когда цель была далеко. Было легко, когда он думал, что не привяжется к Джорджии. Он и не догадывался, что высшая вампирша будет проявлять к нему такие нежные чувства. А что он? Можно ли бросить все и остаться с Джо? Но как это сделать, когда от каждого взгляда Амалии вскипает кровь. Идти до конца? И этим он разрушит не только свой мир, но и уже привычную жизнь своих друзей, которые так ей наслаждались. Дьявол. Он смотрел на ночную набережную. Ибица никогда не спит. И сегодня он тоже вряд ли уснет. Он мысленно надеялся, что Джо не распознает причину его странного поведения и спишет ее на усталость. Однако когда он жадно сминал ее губы, в голове все время проскальзывали совсем другие. И чем больше он погружался в свои грезы, тем сильнее его разбивала реальность. Чуть более мягкие, без красной помады. Без клыков. Закрывая глаза, он чувствовал, как чужие руки зарывались в его волосы и перебирали кудряшки. К сожалению, он слишком отчетливо помнил этот вкус, хоть и пытался сосредоточиться на на реальности. Он заметил на сигарете кровавый отпечаток. Джорджия опять не сдержалась и прокусила ему палец, а он даже не почувствовал, потому что вместо ее тела, под ним в эту ночь должно было стонать совсем другое. Ее блядским голосом, которым она пела несколько часов назад. Дамиано запустил окурок прям с балкона. За спиной послышались тихие шаги. Горячие руки обвили его талию. Он зажмурил глаза и опрокинул голову назад. Клыки нежно вошли в шею. Дамиано не почувствовал боли. Джо всегда была с ним нежной. Однако вопреки всем ее попыткам заменить охоту на пакетики крови с Дамиано, она не могла ограничить себя в этом удовольствии. Они разговаривали об этом несколько раз. Для вампиров есть нечто очень интимное, когда они пьют кровь своего любимого человека. – Вас позвали на выступление в Мадрид. На этот раз на собрание нечисти. Наши старания не были напрасны, ваш талант признали в обоих мирах, – Джорджия гладила голову Дамиано расположившуюся на ее коленях, – это многое значит. – Но мы не сможем долго сидеть на двух стульях. Ты скоро обратишь нас и путь к людям будет закрыт. – Над этим я как раз и думаю последнее время. – Что ты имеешь в виду? – Дамиано тут же сел и посмотрел в глаза Джорджии. Она обещала обратить их уже совсем скоро. – В качестве людей вы добьетесь больше успеха для обоих миров. Я не ожидала, что вы станете популярны настолько быстро, и это нам на руку. Время еще есть. Вы можете не становится вампирами, и тем самым нечисть признает вас, но как людей. Это гораздо более значимо – привычные устои пошатнутся, только благодаря искусству. Разве это не прекрасно? – Мне кажется, ты возлагаешь на нас слишком большие надежды. Мы как обезьянки потешим нечисть, но это быстро надоест. И что нам делать потом? Становится бессмертным в 60 такая себе перспектива. – Можно не становится. Вы можете прожить человеческую жизнь. И заниматься музыкой столько сколько захотите. А я буду рядом. Я никогда не хотела делать вас только пешками в игре, и всегда готова опустить. Вы уже сделали для мира то, что не делал никто. С помощью вашего творчества уже заложено несколько кирпичиков в основание фундамента отношений между нечистью и людьми. – Ты хочешь смотреть, как я умираю? – Дамиано занервничал. Он был не готов к тому, что именно Джорджия начнет его уговаривать оставаться человеком, – пока я человек, нам не быть вместе, и ты это знаешь. – Дорогой, я в любом случае буду с тобой. Но я даю тебе выбор, – Джорджия примирительно накрыла его ладонь, – как бы не прельщала жизнь нечисти, она гораздо утомительнее, чем ты можешь себе представить. А жизнь вампира омрачена еще и муками вечной жажды. Даже в том мире, который я строю, лучше оставаться человеком, чем быть застывшей статуей. И подумай о ребятах, они пойдут за тобой в любом случае. Хочешь ли ты этого для них? – Вечной жизни? – Вечного голода, – Джорджия нежно поглаживала руку Дамиано, – ребята могут влюбиться в людей, могут захотеть детей и прожить жизнь. Не губи их из-за своего эгоизма. Чего ты хочешь для них? Чего ты хочешь для себя? – Мы понимали на что идем, когда принимали твою помощь. Пожалуйста, хотя бы ты, не считай нас маленькими несмышлеными детишками. Мы все решили, когда пришли к тебе. – Просто подумай хорошо еще раз, я лишь забочусь о тебе, – ее голос понизился, а губы , едва касаясь, запархали по его шее. Плавно опускаясь вниз, она очертила сережку на соске и перешла по линиям пресса, спускаясь ниже. Они закончили только с рассветом. Мысли, что терзали его несколькими часами ранее пропали, а громкий голос Джорджии заглушил все остальные. Он уже не витал в грезах. Их разговор завел его в тупик. Слова Джо заставили его еще больше задуматься. Он сейчас здесь. Она действительно о нем заботится, Дамиано не пешка и не инструмент в ее руках. Она не играет с ним. Она любит его. А нужна ли ему другая любовь или можно наслаждаться этой? Писать музыку, ездить в туры. Знать про мир нечисти, но не становится его частью. Джорджия предложила ему такой вариант, в отличии от Амалии, которая только боялась и вечно убегала. *** Амалия провела весь отпуск с ребятами. И из-за того, что Джорджия с Дамиано часто отлучались, это было даже весело. Она отпустила его. Ревность все еще съедала изнутри, когда они были вместе на ее глазах, но когда они пропадали из поля зрения становилось намного легче. На ее настроение также хорошо влияла та атмосфера, что окутывала всех, кто находился рядом с группой. Они дарили тепло и свободу, и расслабляли. Конечно немаловажным фактором было то, что из Амалии ежедневно никто не пил кровь, а ночное приключение, которое казалась сном, восполнило ее метафизические силы суккуба и она снова засияла. Во всей этой рутине, она забыла, кто она. Демон похоти, которому важно чувствовать чужое желание. Ей было нужно, чтобы ее хотели и как бы она не бежала от этого, это ее сущность. Это то, что придает ей силы. Однако она не просто избегала любого физического контакта последнее время. Амалии больше не хотелось чувствовать только страсть и желание, ей хотелось большего. Хотелось заботы, нежности. Хотелось любви. Но все было слишком сложно и запутано. Она не верила в искренность таких чувств. Ведь в глубине души боялась, что сама никогда не будет способна испытать это и подарить их другому. Даже ее очевидная привязанность к Дамиано, стояла под вопросом. Чего она от него хочет? Возможно ли, что лишь желание обладать тем, что украла другая и есть причина такой яркой вспышки. Или же все дело в том, что он очень привлекательный и талантливый, Амалия всегда любила ярких личностей. Или же ей просто нравилось, что кто-то готов горы свернуть, чтобы добиться ее сердца. Она боялась не только предательства Дамиано, но и ошибиться в искренности своих намерений, что если все волшебным образом сложится, и они будут вместе? Не вернется ли со временем та тоска и скука, которая преследовала ее последнее время. Обретет ли она настоящее счастье с ним? Ведь любить в грезах, гораздо легче, чем любить в реальности. Сможет ли вечная страсть одного человека питать ее настолько сильно, что другого она и не захочет? В ее голове эти вопросы появились впервые. Амалия никогда не планировала ни с кем связывать свою судьбу навечно. Все ее любовники имели срок годности, но будет ли согласен с этим Дамиано, ведь по его словам, он все это делает, чтобы завоевать ее. А что если все это будет зря? Он возненавидит ее? Попытается уничтожить или насильно привяжет к себе? Тогда эти отношения ничем не будут отличаться от ее отношений с Лестатом. Сегодня они решили сходить на скалы. Амалия загорала на горячих камнях с Викторией, пока парни по очереди прыгали в воду, когда к ним присоединились ликаны, о которых говорил Лестат. Амалия напряглась, она уже привыкла к знакомым вампирам, но с оборотнями всегда была осторожна, особенно после того, как для общественности приняла сторону Лестата. Их пришло трое вместе с вожаком Лойсом. Эта была пока что единственная многочисленная стая, которая водила дружбу с вампирами. Но они имели большой вес, поэтому вопрос времени, когда Джорджию поддержат и другие. – Приятно познакомится, Амалия, хоть я и слышал, что ты поклонница ребят, но не ожидал тебя тут встретить, – Лойс сжал Амалию в своих огромных волосатых ручищах, – надеюсь, наша компания не омрачит твой отдых. – Мне кажется, все мы тут не для того, чтобы начинать конфликты, – Амалия дружелюбно улыбнулась. Виктория запрыгнула на Лойса со спины. – Ох, моя малышка, ты видно хорошо кушала последнее время? – Ликан закружился вместе с девушкой. По сравнению с ним, она казалась совсем маленькой. Его широкая спина покрытая темными волосами была вдвое шире девушки. Они весело засмеялись. – Лойс, я так рада, что ты смог приехать! – Виктория уже стояла на земле, а оборотень здоровался с ребятами. – Не мог же я остаться в стороне, когда вы ребята, приехали ко мне в гости. Как вам яхта?Слышал вечеринка прошла на ура. – Надеюсь, мы не доставили много неудобств, – Итан крепко пожал руку Лойсу, – я старался следить, чтобы весь бардак прибрали. – Всегда знал, что на тебя можно положиться, парень, все супер. Правда, мне рассказали, что кто-то слишком перебрал с алкоголем и блевал прямо с палубы, не слышал такого, Томас? Парень смущенно покраснел и нервно поправил солнцезащитные очки. – Да, я шучу, главное не увлекайся этим, дружок, а то чрезмерное употребление загубило множество талантов. – Знаю, Лойс, не начинай, сам же забил выпивкой всю яхту, – парировал Томас, но светловолосый парень, кажется совсем не обижался на едкое замечание старшего товарища. Амалия с интересом наблюдала за их общением. Теперь понятно, почему именно Ибица и куда так часто пропадает Джорджия. Хоть она и назвала это отпуском, самой вампирше отдыхать было некогда. Она приехала решать дела с ликанами. Лестат был бы доволен, если бы Амалия разузнала какие именно, и поэтому она решила точно этого не делать, а просто подружиться с этим добродушным великаном. Если Джорджия сумела найти общий язык с его стаей, то дела у нее явно идут очень даже хорошо и в глубине души Амалия даже была рада этому. Они проторчали на пляже до самого вечера, пока солнце не укрылось одеялом моря. Вечер было решено провести в одном из клубов Лойса, попивая коктейли и веселясь. Там они встретили Джорджию и Дамиано. Вампирша сразу же радостно обняла Лойса и позвала его обсудить его рабочие моменты за отдельным столиком, чтобы не нагружать ребят их нудными разговорами о делах. Амалия сдержано обменялась приветственными поцелуями с Дамиано, и настроение сразу же испортилось. После того случая на яхте они старались не разговаривать и вообще не пересекаться. Но сегодня их компании была небольшой, поэтому избегать общения не получится. Попивая коктейль Амалия исподтишка разглядывала Дамиано, пока ребята хвастались, что им удалось искупаться в теплой водичке и попрыгать со скал. Парень был в пиджаке, и майке, распущенные волосы волнами ложились на плечи, а небрежно завязанный галстук закрывал шею, еле скрывая недавние укусы. Амалия старалась отгонять всплывающие образы, что именно можно было сделать с этим галстуком и его тонкой длинной шеей. Ей становилось жарко, похоже все напитки сегодня должны быть со льдом. Праздник только начинался. Коктейли и шоты вливались одни за одним. Танцы становились все теснее. Как бы Амалия не хотела потеряться в толпе, она постоянно задевала голой кожей Дамиано, который уже снял пиджак и тоже отдавался музыке на танцполе. Их горячие тела соприкасались лишь на мгновение, но этого хватало, чтобы разжечь пламя. Как бы Амалия ни старалась переключить свое внимание, ей не удавалось. Внутри начинали плясать черти. Сегодня ее останавливало только то, что Джорджия была где-то неподалеку. Если бы не вампирша, она бы уже тащила Дамиано прямо за его галстук в ближайший угол. Сопротивляться очевидному желанию с каждым глотком алкоголя и с каждым новым танцем, было все сложнее. – Дамиано, ты меня совсем не любишь, – кричала Виктория, – на всех концертах ты целуешься только с Томасом и Итаном, а меня всегда пропускаешь. Это потому что я девушка? – Вик, это потому, что ты так трясешь головой, что он боится выбить себе все зубы, – девушка кинула в Томаса долькой лайма, на его замечание. – А ты вообще молчи! Тебе больше всех достается. Конечно, я понимаю, у тебя есть девушка, но ты не думаешь, что такое гендерное деление совсем не в нашем духе? Я тоже требую поцелуев! Да и вообще кто не хочет поцеловать Дамиано, пусть первый бросит в меня ботинком! – Там должно быть "Камнем", – засмеялся Итан, попивая свой коктейль. Он оставался всегда самым трезвым и Амалия думала, что если бы не они, он бы предпочел всем этим походам остаться дома, в отличии от Виктории и Томаса, которые каждый раз уходили в отрыв. – Это совсем не важно, Итан, а важно то, что Дамиано должен целоваться со всеми поровну! Вот Амалия, скажи, будь ты на моем месте, ты бы хотела, чтобы Дамиано целовался с тобой так же, как и с другими? Дамиано с Амалией подавились напитками одновременно. Хотелось бы ей чтобы он целовался с ней так же, как и с другими? Конечно же нет. Ей нужны были совсем другие поцелуи и делить их с остальными, она бы точно не стала. – Дамиано еще тот засранец, – Амалия горько рассмеялась, Дами испепелял ее взглядом. – А я об этом и говорю, – Виктория не унималась. – Вик, ты же все прекрасно понимаешь, что ты от меня хочешь? – Наконец-то ответил Дамиано. – Н-и-ч-е-г-о! Просто я ни разу с тобой не целовалась, а мы ведь как семья! – от количество выпитого алкоголя Виктория теряла логическую нить. – Ну хочешь в нашем клипе я поцелуюсь с тобой, и не будем искать девушку на эту роль? – Этого не достаточно, – кажется у Вик назрел коварный план, – я хочу, чтобы эту роль исполнила Амалия! Она точно целуется круче тебя, ты потом еще мучиться будешь. Повисла неловкая пауза. – Кажется, кому-то пора, – Итан положил руку на плечо блондинки и кивнул Дамиано, – я отведу ее домой. Итан был слишком наблюдательным, чтобы не заметить переглядки Амалии с Дамиано. Да и Виктория с Томасом уже поднимали эту тему, хотя напрямую Дамиано никто не спрашивал. Ребята понимали, что между ними, что-то есть, но они упорно хотят это скрыть. И чем больше они старались, тем очевиднее все становилось. Итан хотел обо всем лично поговорить с Дамиано, чтобы разъяснить ситуацию. Из всех они уж слишком старались держаться друг от друга на расстоянии, но при этом открытых конфликтов и неприязни не было, что могло значить лишь одно: они пытаются скрыть свои чувства. Вопросы морали и то, как это повлияет на отношения Дамиано с Джорджией, Итана не волновали. В первую очередь он переживал за своего друга. Хоть Амалия и была суккубом и должна была вызвать желания у каждого, кто на нее посмотрит, это не выглядело, как обычное стремление скрыть свое влечение к красивой девушке. Итан не отрицал, что и сам засматривался на Амалию, но не более чем на ее образ. Он старательно пытался разобраться в мире нечисти и уже прочел немало трудов, где были описаны суккубы. Их природа была такова, что они подсознательно сами выбирают своих жертв. Никто не захочет суккуба, пока она не допустит об этом мысли и не подаст сигнал своей демонической сущности. Но на самом деле Итан считал, что их магическая сила слишком преувеличена. Разве харизматичные и красивые люди не действуют на других так же? – Мне тоже уже хватит, – Томас пошел за Итаном с Викторией, попрощавшись с ребятами. Дамиано с Амалией остались одни. Тяжелое молчание заполнило образовавшиеся пространство. – А ты бы хотела? – Дамиано смотрел прямо, не отрывая взгляда от почти пустого бокала. – Хотела чего? – Амалия пыталась не смотреть в его глаза, но ее взгляд тут же скользнул на губы, о которых сегодня было так много разговоров. Воспоминания об их немногочисленных поцелуях жаркими волнами наполняли ее тело. – Сняться в нашем клипе? – Может лучше спросим у Джорджии? – резко отвели Амалия, и тут же сердито продолжила, – хотя вряд ли поцелуи для тебя хоть что-то значат, ты раскидываешься ими налево и направо. – Ревнуешь, а сама трахаешься с первым встречным, – Дамиано громко опустил стакан на стол. В то утро он проспал не так много, и когда Джорджия сказала, что ей пора идти, он решил вернуться на яхту. Он видел Амалию с Джоханом. – Я хотя бы делаю это не во имя великой любви, – Амалия развернулась к Дамиано. Он нервно провел рукой по волосам. Их разделял пустой барный стул, но казалось бы огромная пропасть. – А что если я уже делаю это по другой причине? – он устало повернул голову в сторону Амалии, видя как она мгновенно сжала губы. Суккуб была прекрасна. Как и всегда. Короткое платье в пайетках. Тонкая шея, растрепанные от активных танцев волосы, покрасневшие щеки и немного потекшая тушь, пальцы с множеством колец, которые сжимались и разжимались, пытаясь ослабить напряжение. И эти огромные бездонные глаза. Она была такая красивая и такая далекая. Его недостижимая мечта. Он всю жизнь шел к тому, чтобы быть с ней рядом. Но что если все это уже напрасно? Что если его любовь лишь сказка. Он не знал ее. Весь этот отпуск он узнавал все новые и новые факты о ее жизни. Однако весь этот отпуск он провел рядом с Джорджией, которую знал, с которой было уютно. Она понимала его, заботилась о нем. А Амалия, как звезда в далеком ночном небе. Он смотрит на нее, он ослеплен ей, но она так далеко, даже сейчас. Взгляд упал на ее губы. Хотел ли бы он, чтобы она снялась в их клипе? Наверное. Хотел ли бы он поцеловать ее, почувствовать их вкус еще раз, чтобы окончательно получить ответы на свои вопросы? Может быть сейчас самое время? Иначе они совсем запутаются и натворят еще больше ошибок, некоторые из которых могут быть фатальными. Нет. Тут ее броня треснула. В зале выключился свет. Кто-то решил пошутить и добрался до рубильника. Люди радостно загудели и начали доставать свои телефоны, чтобы развеять темноту. Но это случилось не сразу. Всего секунды хватило на то, чтобы Амалия скользнула к Дамиано и прижалась к его горячим губам. Он почувствовал соленый привкус ее слез. Она целовала его, как будто он был последним лучиком света в этой темноте. Она хотела его украсть, забрать себе. Амалия не хотела сдаваться, не хотела, чтобы Дамиано сдался. Ведь как бы больно ей не было, она верила, что он будет бороться за нее. Бороться даже с ней. Она поверила ему, поэтому, как мазохист, она провела весь отпуск на Ибице. Она так сильно хотела поверить в Дамиано Давида. Хотела, чтобы он оказался сильнее ее, чтобы не сомневался, чтобы развеял ее сомнения. Когда свет включился ее уже не было рядом. Амалия исчезла в толпе, моля, чтобы этот поцелуй никто не заметил. Слезы неконтролируемо смывали с нее остатки туши. Она по настоящему испугалась, что он захотел сдаться. Дамиано остался сидеть за баром. Внутри все разорвалось на части. Она вырыла могилу для них своими же руками, вопрос только в том, как долго у них получится не упасть в нее.