Баллада о белых крыльях

Солнечная и яркая Бразилия. После долго перелета, приятно вдохнуть воздух новой страны. На землю опустился частный самолет. Как и положено рок звездам. Четверо ребят спускаются по трапу. Тут их еще никто не знает. Люди есть везде, и они жаждут услышать их музыку. Также как и нечисть. Бразилия не такое популярное пристанище для верхушек нечисти, но Джорджию Сольери интересуют не только главы и аристократы. Никто не сможет спорить с тем, у кого голос толпы. И Джорджия приложит все силы, чтобы однажды толпа кричала ее имя. Но это потом, а сейчас нужно чтобы многотысячный стадион скандировал складное "Måneskin" на нескольких языках, чтобы нечисть и люди собрались вместе. Вампирша понимала, что в этой части земного шара будет все иначе. В Бразилии нечисть больше интегрирована в жизнь людей, но при этом более кровожадна. Молодые вампиры, слабые демоны, мелкие стаи ликанов часто убирают тех, что им не нравится вполне варварскими методами, а люди делают вид, что это просто очередная преступная группировка изощрено называет предателей. Европейская часть нечисти, негласно считалась аристократической верхушкой, которая вершила судьбы всего мира. Однако засидевшиеся в своих дворцах, за давностью лет позабыли, что они разбросали своих потомков по всему миру. Оставленные беспризорники уже давно не уважали устои своих создателей. Но на это всем было плевать, пока чужие проблемы были далеко за океаном. Но Сольери мыслила масштабно. Мир объединяется, границы становятся прозрачными, и поэтому нужно было первой прийти на эту территорию. Пока что в качестве посла мира, но кто знает, может она станет первой Королевой этих земель. Однако она не знала, как на ее появление отреагируют местные главари шаек и простая нечисть. Опасность могла поджидать на каждом углу. Поэтому частный самолет вез не только популярную группу, но и несколько лучших рыцарей из личной охраны Короля Ночи. Воины были не рады, что им придется охранять какую-то высшую выскочку и ее питомцев, но ослушаться Короля они не могли. Стрелки покровительства сейчас указывали на Джорджию, и все с этим должны были смириться. Но как бы сильно не было ее влияние, провернуть вылазку на другой континент без поддержки верховного монарха, она бы не осмелилась. Вампирша была хорошим дипломатом и бизнесменом, но где были высоки риски активных столкновений, Джо предпочитала иметь подстраховку. Пока что она не могла похвастаться личной армией с бойцами, которые веками оттачивали свои навыки. Сейчас ей нужно проявить себя. Лестат сделал шаг назад. Однако Джо не покидала мысль, что это было стратегическое отступление со стороны ее оппонента. Она не могла понять из-за чего он мог отдать часть своего влияния и уважения. Определенно – это была высокая цена, и Джорджия ждала последующего грандиозного шага. Она слишком хорошо знала своего соперника, чтобы наивно полагать, что Лестат все сделал из-за вспышки чувств. Его контроль безупречен. Очевидно Амалия лишь козырь, которым он пока не воспользовался. Но она не понимала, как именно он планировал ее использовать, поэтому держала при себе и всячески старалась переманить на свою сторону. Джорджии даже казалось, что Ама и не прочь присоединиться к ней, но вампир ее чем-то сильно мотивирует оставаться рядом. Из-за этого последние несколько недель были напряженными для Джорджии, морщинка между ее бровями могла бы остаться на вечно, если бы ее кожа могла стареть. Подготовка к туру, отправка разведчиков и распространителей информации, чтобы подготовить почву к приезду. И еще тысяча дел, которые необходимо было провернуть, чтобы план по покорению новых земель прошел успешно как для людей, так и для нечисти. И то, что ее близкий и горячо любимый Дамиано был как-никогда замкнут, значительно мешало ей расслабиться даже в компании близких. После их феерического выступления Джорджия смогла взяла паузу между бесконечными делами, понадеявшись отдохнуть в его маленькой квартирке, как она это делала не раз. Джо планировала погулять по ночным улицам, наблюдать, как Дамиано готовить ужины, и играет в свои глупые игры, валяясь на кровати. Такое времяпрепровождение было нормальным, будь она обычной девушкой, но для вампира было странно получать от этого удовольствие. По началу Джорджия даже пугалась человечности их отношений. Однако такое время, проведенное с Дамиано, позволяло ей восполнять внутрение силы. Но не в этот раз. Дамиано был отрешен, хоть и старался вести себя как раньше, и все отрицал. Но каменная стена была ощутима физическим холодом на кончиках пальцев, когда Джорджия начинала разговор, и пыталась понять причины его плохого настроения. Это испортило весь отдых. Но она каждый день повторяла про себя: "Он молодой парень, итальянец, ему свойственны перепады настроения, изменение характера, нужно просто дать ему время". Однако говорить одно, а смириться и не давить было сложно, поэтому проведя пару дней в компании тени от прежнего Дамиано, она вновь принялась за дела. И оказалось, не напрасно. Джорджия решила разместить группу и охрану в просторном доме. Она нашла его через людские каналы связи, поэтому, надеялась, что так она сможет обеспечить наилучшую защиту для ее смертных друзей. Больше всего она переживала за них. Жизни молодых ребят были ценны из-за того, что так легко конечны. У Джорджии всегда будет второй шанс на возрождение, но у них его еще не было. *** По приезде Дамиано раздражало все. Новое место, жара, незнакомый язык, и следующие по пятам секьюрити. Его охранники были огромны и непроницаемы, как статуи. От них исходила только одна эмоция – отвращение. И Дамиано был с ними солидарен. Он не испытывал восторга от того, что каждую минуту ему напоминают, что он немощен в этом мире. Охранники не говорили и даже не моргали, но их присутствие ощущалось мурашками по спине, каждый раз когда они приближались слишком близко из-за ограниченного пространства. Дамиано Давид любил прогуливаться по новым местам в одиночестве, из всех – только друзей он мог переносить долгое время, а сейчас эту свободу отобрали. Он не мог думать и наслаждаться опытом покорения новых горизонтов, в отличие от остальных ребят. Страх и инстинкты сохранения они растеряли во время долго перелета над океаном. Хотя Джорджия долго им объясняла, что в Рио нужно быть осторожными, и не отходить от охраны. Конечно ребята были раздосадованы тем, что не смогут посмотреть новую страну в полной мере, но кажется, это их не сильно расстроило. А амбалы прилипшие к их затылкам, не вызвали у них такого отторжения, как у Дамиано. – Какой прекрасный дом! – Виктория бросила свои вещи прямо на входе, и побежала внутрь, находу заглядывая во все двери, – здесь столько комнат! Я могу выбрать любую? – Да, на этот раз ютиться вам не придется, – Джорджию всегда поднимало настроение искренняя реакции Виктории на вещи, и сейчас она также поселила легкую улыбку – можете выбирать любые, до нашего приезда уже все проверили, это самое безопасное место на свете. – Я нашла комнату с отдельной ванной! Кто первый встал, того и тапки, как говорится. – голос девушки уже потерялся среди распахнутых дверей на втором этаже. Парни не спеша следовали за ней, также заглядывая в открытые двери и делясь впечатлениями о их временном доме. – Дамиано, ты можешь выбрать комнату, которая тебе понравится. У меня не получится постоянно находится рядом с вами, ночи тоже будут заняты делами – Джорджия легко проскользнула пальцами в непослушные кудри парня, и начала нежно массировать кожу острыми ногтями, надеясь снять напряжение. Она истосковалась по его нежности. – Мне с тобой нельзя? – Дамиано никак не отреагировал на ласки, неподвижно замерев возле окна, изучая внутренний двор. – Тут слишком опасно. И у тебя своих дел будет предостаточно, – тонкая рука нежно покинула уютное пристанище, – оберегай ребят, надеюсь, они не будут творить опасные глупости. Мне уже пора, отдохни немного. Через несколько часов у вас интервью, я все-таки еще и ваш менеджер, поэтому тоже буду присутствовать. – Будь осторожна, – Дамиано машинально притянул Джо, и прижался губами к макушке. Порой он забывал, что его сильная Джорджия была намного ниже в росте. Но в глубине души Дамиано обрадовался, что можно будет расслабиться в ее отсутствие, и не пытаться играть в "все нормально, я просто задумался". Стараться делать вид, что ничего не произошло с каждым днем было утомительно. Дамиано выбрал первую попавшуюся спальню на втором этаже, и упал на кровать лицом вниз. Голова хотела лопнуть от мыслей, а все окружение давило на его осознание беспомощности. Хотя кое-что он успел сделать до путешествия. Он попытался узнать, как дела у Амалии. И единственный, кто мог помочь ему в этом, был его старший брат. – Стефан, привет, как дела? – ладони Дамиано сильно вспотели, телефон в любую минуту мог выскользнуть из к тому же дрожащих рук. Парень быстро шагал по улице, надеясь, что так его никто не подслушает. – Братец, не ожидал тебя услышать. Давай без прелюдий, что-то случилось? – голос Стефана звучал с вызовом, но и с тревогой. Дамиано очень давно ему не звонил. С тех пор, как принял предложение Джорджии стать бессмертным. – Я хочу тебя просить кое о чем, но никто не должен знать об этом. – Это может угрожать жизни родителей? Ответ последовал не сразу. Это явно значило, что просьба младшего брата будет крайне неприятной для Стефана. – Не на прямую, – спустя пару мгновений ответил Дамиано. – Тогда я кладу трубку. – Стой, – Дамиано почти закричал, но продолжил сбивчивым шепотом – пожалуйста, и я навсегда исчезну из жизни семьи. – Ты и так хорошо с этим справлялся до этого момента. С чего я должен помогать тебе, несмотря на все, что ты говорил раньше? – Стефан нервничал, он специально хотел уколоть Дамиано, напоминая его слова, которые он произносил, когда прощался с братом. – Мне нужно, чтобы ты нашел способ связаться с Натали, – Дамиано тяжело вздохнул, просить что-то, особенно у брата, было для него очень сложно, – Стефан, пожалуйста. – Ты же у нас спишь с опасной влиятельной женщиной, готовой мир положить у твоих ног. Неужели она не может достать ее номер, или у нее аллергия на сотовые? – Все сложнее... Это лично мое дело, и мне нужно, чтобы никто не узнал о моей просьбе. – Иначе что? Тебя убьют? Нашу семью убьют? Ты исчез на несколько лет, разорвал все связи, говорил, что теперь твое общение с семьей опасно для наших жизней, и поэтому ты из сранного благородства нас бросаешь, – Стефан высказал все на одном дыхание, – Ты просишь помочь тебе, но я не знаю последствий. Я даже не знаю насколько сильно ты сейчас похож на моего младшего брата, которого я знал раньше. Дамиано остановился. Во время разговора он не заметил, как отошел на несколько кварталов от места начала звонка. Стефан был прав. Дамиано оставил семью, когда принял предложение Джорджии. Всего раз он задал Джо вопрос, что делать с его родителями? И ответ был до боли очевиден – рискованно иметь близкие связи с смертными людьми, которые ничего не знаю о мире нечисти. Ты подвергаешь себя опасности и душевным страданиями, которые не каждый бессмертный выносит, смотря как его дорогие люди умирают. Проще отказаться человеком, смирится с утратой, пережить ее. Когда ты обратишься в вампира, все чувства обострятся и невыносимая тоска, никогда не покинет тебя. Дамиано даже не смел предлагать родителям или брату последовать за ним в мир нечисти, так у него была цель, а у них нет. Поэтому ничего им не рассказал. Отец с матерью добились всего, что хотели от этой жизни: дом, двое сыновей, успешный бизнес. Они просто должны были ее завершить, когда придет их срок. Предлагать им вечно гореть, при застыв во времени, ради того, чтобы Дамиано не мучился – слишком эгоистично, поэтому он отказался от них. Теперь младший сын предатель и подлец, для всей семьи. Для них Дамиано выбрал карьеру и связь с влиятельной женщиной, которая была абсолютно против любых отношений между ним и его семьей, и грозила физической расправой за не послушание. Парень очень старался, чтобы его доводы звучали убедительно, но мать все равно плакала, а отец сказал : "глупец". – Мне нужно узнать, жив ли дорогой для меня человек, – Дамиано шепотом закончил фразу, – если ты сможешь спросить это у Натали, я буду тебе благодарен. Она сама поймет о ком речь, а ты просто можешь отправить любой символ, букву, что угодно на этот номер. Важно, чтобы только я догадался, о чем речь. – Сделаю, – Стефан услышал отчаянье в голосе брата, – но за это, ты свяжешься с родителями. Раз ты решил подвергнуть их опасности ради этого, то от одного семейного застолья ничего не будет. Они не перестают скучать по тебе, Дамиано. Мама плачет каждую ночь, но надеяться, что ты вернешься в семью. Их век не так долго, как тебе может показаться. Дамиано сбросил трубку. Он намеренно отказался от своей семьи, заменив ее новой. Ребята в группе отлично справлялись с этой ролью, и их могла защитить Джорджия. Они вместе выбрали вечность. Но родители... Сколько бы не крутил Дамиано в голове эту мысль, всегда приходил к одному: он не сможет стать бессмертным, войти в их круг, и надеяться, что никто не навредит его родителям. А мысль о том, какие чувства он испытает, когда они умрут, а он уже будет вампиром, не давала покоя. Самый большой недостаток в вампиризме, это не вечная жажда крови, как казалось молодому Дамиано, а то что твои чувства обостряются. А голод их только будет усиливать. Вампиры стараются не показывать этой слабости, и поэтому даже для нечисти, прослыли холодными мертвецами без сердец. Так безопаснее. Как рассказывала Джорджия, это то, к чему невозможно привыкнуть за века. Даже столетия в попытках заглушить свои эмоции, не дают результата, и они в любой момент могут захлестнуть тебя с головой. Об этом не говорил никто из вампиров, кроме нее. Джорджия объясняла это каждому человеку, который хотел стать вампиром. Даже радость будет выжигать твой мозг дотла, что уже говорить о любви, горечи утраты или тоски по близким. Джорджия описывала эти ощущения, как будто ты становишься бомбой в цинковом саркофаге, ты можешь взорваться, но никогда не должен показывать это другим. Иначе все воспользуются этой слабостью. Дамиано восхищался этой способностью вампиров. Не верить словам Джорджии не было смысла. И если она все чувствовала на максимум, то как могла быть такой разумной, и составлять такие грандиозные планы. Парень аждый день старался контролировать свои эмоции, чтобы скрыть, что у него на душе, и он прекрасно понимал, как это может навредить его близким. Но что будет, когда он станет голодным до крови и ощущений молодым вампиром? Этот вопрос он стал задавать себе все чаще в последнее время, когда Амалия и так переворачивала его нутро своими выходками, а одержимость желанием обладать ее сердцем, иногда становилось физически невыносимой. Особенно, когда он прикоснулся к ее слабости. Дамиано почувствовал, как она впервые доверилась ему, ей было нужно его присутствие рядом, когда ей было страшно и больно. Она всем телом прижималась к его груди, как с спасательному кругу, хоть он был самым неудачным выбором в этой ситуации. Для защиты подошел бы кто угодно, только не обычный смертный. Но она доверилась ему. Как только шасси коснулись горячего асфальта Рио, Дамиано включил телефон. В уведомлениях висело непрочитанное сообщение. Было страшно смотреть на экран. Дрожащими пальцами он провел по гладкому стеклу смартфона. Сообщение с незнакомого номера содержало в себе один символ: "+". И больше ничего. Но и этого было достаточно. Стефан узнал, что Амалия хотя бы жива. Если бы не перелет, Дамиано получил был смску раньше на 10 часов. 10 часов не отпускающего чувства тревоги и невозможности что либо узнать. По ощущениям, как будто на него непрерывно давили огромной скалой, и никуда от это нельзя было сбежать. Дамиано стал бояться, что Лестат решит добить Амалию, за того, что она проявила свои чувства. Или за их встречу ей оторвали голову, какие-нибудь другие вампиры. Или Джорджия все узнала, но решила устранить конкурентку. Последняя мысль совсем не вязалась со здравым смыслом, но он покинул Дамиано, когда каждую ночь он видел окровавленное тело Амы, и ничего не мог с этим сделать. Из ночи в ночь ее терзал кто-то новый. Иногда это была Джорджия, она аккуратно подходила со спины, и впивалась зубами в тонкую шею. Кровь текла по груди, а Амалии умоляла помочь ей. Но во сне Дамиано не мог пошевелиться. Он просто смотрел, как выходит жизнь из ее хрупкого тела, а голос постепенно затухает. При этом двойник Джорджии не отрываясь смотрел ему в глаза с нежностью. В других снах, иногда следующих прямо за предыдущим, был Лестат, который терзал тело с Амалии с пылающими глазами. Десятки укусов кровоточили. Дамиано казалось, что он даже мог ощутить запах крови, который не исчезала даже утром. Раз за разом он наблюдал, как ее разрывает Лойс в своем волчьем обличии, отрывая руки или сразу голову. Иногда все вампиры, которых ему довелось встретить, набрасывались на ее, и пытались откусить кусочек желанной плоти. Дамиано ничего не мог сделать. Его руки были скованы, он не мог влиять на события во снах. Он даже кричать в них не мог. А самое страшное было то, что случись все это в реале, он также будет беспомощен, и не сможет защитить, то что ему дорого. Но сейчас он лежал на кровати в другой стране, и просто смотрел на экран телефона. Дамиано был вымотан перелетом, но боялся погружаться в сон. Его взгляд застыл на несчастном символе, состоящем из двух прямых с пересечением в одной точке. Это все, что он знает. Амалия жива. А этот плюсик уже физическое доказательство его не угасающих чувств, Дамиано утратил веру, что что-либо может убить их. Но до этого момента, никто не мог упрекнуть его в связи с Амалией, если лично не был свидетелем их химии. У него не было от Амалии ничего. Ни подарков, ни забытой заколки, ни фотографий, ни писем или тайных записей в дневнике. Только ощущения и зрительные образы. Память кожи, вкус на губах и запах ее тела. А теперь у него есть несколько пикселей на экране. Однако с появлением этого физического объекта, наступала пора активных действий. Дамиано нужен был очередной план. Их колесница чувств начала набирать скорость, и если он не встанет у руля, то они разобьются. Но хватит ли ему сил управлять этой махиной, ведь дорога у них явно была не простая, да и в колесах было больше палок, чем спиц? Бесконечный поток мыслей прервал стук в дверь. Дамиано узнал Итана по шагам. Только он сначала всегда прислушивался к тому, что происходит в комнате, и только потом стучал. Так парень проверял не побеспокоит ли кого-нибудь его визит. – Заходи, – Дамиано произнес это так тихо, что сам удивился, как друг его услышал. – Можно я посижу у тебя? Вик и Томас, все не могут угомониться, и пытаются разговорить охранников. – Конечно, я отключусь на пару часов, в самолете не удалось, – Итан кивнул в ответ, – тебе тоже не мешало поспать. Дамиано стянул с себя обувь и джинсы, и нырнул под одеяло. Прохладная ткань скользнула по голой коже, вызвав приятные волны. Все-таки страдания его физически истощали, и тело требовало отдыха. Дами почувствовал, как рядом прогнулась кровать под весом друга. Все знали маленькую слабость Итана. Он не мог расслабиться, когда оставался один в комнате. Гулять в глуши часами мог, но спать один никогда. Очень странная привычка, для такого интроверта, каким казался барабанщик. Но в группе нежно относились к этой особенности, проявляя уважение и не подтрунивая, так как знали истинную причину. Парень вырос в большой семье. У него никогда не было своей комнаты, и ему приходилось делить ее с братьями. В самые счастливые моменты его жизни он засыпал под посапывания, детский плач, бесконечно копошения в поиске удобной позы, но только не под тишину пустого помещения. Однако это закончилось, когда Итан только стал подростком. Его родители развелись. Банальная история, знакомая многим. Младших забрала мать, старшие уехали с отцом в большой город, и начали жить отдельно. А среднего – Итана, все никак не могли пристроить. Отец забирал его, но просил смотреть за ним старших. Сестры отдавали его у дальних родственников, так как сами жили в маленьких квартирках со своими парнями. Когда он возвращался к матери в деревушку, его булили в школе из-за длинных волос и странных увлечений. Так мир только начавшего взрослеть Итана развалился на миллионы осколков из близких людей, которым было не до него. И нигде, казалось не было тех, для кого он был бы важным и любимым. Мальчик все больше уходил в себя. Агрессию и обиду он отбивал в барабанах, стирая руки о старые деревянные палочки в кровь. В квартире отца, который сутками пропадал на работе, или в большом, но ставшим пустым и холодным, доме, где жила мать, Итан вечно чувствовал себя одиноким и брошенным. И комнаты изо дня в день давили на него своими стенами, затягивая всю душу в звенящую пустоту. Каждую ночь он мучился от бессонницы, пытаясь пальцами настукать биение сердец всех членов его распавшейся семьи. А потом стало громко. Смех, возгласы, пение, гитары, споры, слезы и вечная болтовня, наполнили дни. Его новая семья, которая постоянно шумела и нарушала все возможные границы, часто ночуя на одной кровати. Одиночество теперь роскошь. Итан снова стал важным и любимым. От него не хотели избавиться, или отдать другим. Его близкие не хотели разбежаться в разные уголки планеты, а наоборот, хотели, как можно больше времени быть вместе. Вечность. Иногда казалось, что ее им не хватит, чтобы надоесть друг другу по настоящему. Итан часто приходил именно к Дамиано. Он уважал, его страсть к одиночеству, но сейчас парень чувствовал, что друг тоже нуждается в спокойной компании. Всегда легче собраться, когда близкий рядом, для этого даже не обязательно разговаривать. Важно просто чувствовать родное плечо под боком. Все группа знала, что Дамиано переживает. Но все стоически терпели его скверное настроение, и отрешенность. Зная всю правду, каждый всячески старался поддерживать его дух, и отводить подозрения Джорджии. Спустя несколько минут Итан услышал, как дыхание Дамиано становилось глубже, и спокойнее. Парень аккуратно вытащил телефон из рук друг, который даже засыпая, не заблокировал его. Взгляд мельком прошелся по экрану, но Итан сразу понял. Живая. Пока этого достаточно, чтобы продолжать бороться. Знать бы что делать. Амалия сидела в особняке Натали. Переодетая в шелковый халат хозяйки дома. Они сбежали с вечера, несколько дней путая следы и скрываясь от гнева Лестата. Амалия только что замолчала. Тишина окутала комнату впервые за все время, пока суккуб выкладывала все события. Она не говорила о чувствах, которые зародил в ней Дамиано, но демонесса сама все поняла, еще когда увидела их в том коридоре. Натали все больше сводила брови. Думала. Хоть физически она была сильнее Джорджии или Лестата, и в поединке один на один, могла бы рассчитывать на победу, но ее вес в обществе был значительно меньше. У нее было защиты, или покровителей. Она не была важна для Короля Ночи, поэтому никто не вступится за нее. Формально Натали была причастна ко всему, что касается демонов, по праву своей сущности. Это касалось сфер влияния, уважительного отношения, неприязни вампиров и много другого. Но по факту она давно отошла от всех светских мероприятий, и вела по меркам нечисти, аскетический образ жизни. Натали встречалась только с тем, кто был ей интересен в духовном плане. Она ценила хороших собеседников, а не влиятельных пижонов. Ее покровительство издательскому бизнесу семьи Давид, обеспечивал ей мирное существование в мире людей долгое время. Демоница уже жалела, что решила вступиться за Амалию. Все, что она услышала, не вязалось с понятием "тихая и мирная жизнь в дали от всех сплетен и интриг", к которой она привыкла. Натали думала, что все не так запущено, она никак не ожидала любовного квадрата, который лежал в основе игры за власть между высшими вампирами. – Вы прямо Ромео и Джульетта, – Натали потерла затекшие кисти, которые в процессе разговора слишком сильно сжимали подлокотники кресла. – В самой извращенной их версии, – Амалия устало уронила подбородок на грудь, и закрыла глаза, – ты очень рискуешь, не выгоняя меня из своего дома. Лестат явно ищет со мной встречи, и ты подвергаешь себя большой опасности. – Пусть только попробует тебя хоть пальцем еще раз тронуть, – слова прозвучали из уст демоницы хоть и громко, но не убедительно, – я думаю... надеюсь, он зол, что я тебя выкрала, но не в ярости. Не хочется мне в это дерьмо вампирское залазить. – А мне кажется, как раз ярость уже начала разгораться. Мы все ему сломали. Он хотел, чтобы меня нашла Джорджия, и увидела, как я истекаю кровью на глазах испуганного Дамиано, – Амалия невесело усмехнулась, Лестат поведал ей свои мысли, когда бросил ее, неспособную шевелится, в коридоре, – я такая жалкая. Все к чему я прикасаюсь, последнее время разрушается. – Если бы твое уныние, тебе помогало. Думай, красавица. Вечно прятать тебя я не смогу. Тебе придется самой встретиться с Лестатом, или найти покровителя по мощнее. Джорджию мы отметаем по понятным причинам, у вашего мальчика, башню от тебя сносит, что он даже со сцены за тобой побежал. Вспоминай всех своих любовников. – Никто не вступится за меня. И как ты себе это представляешь? – голос Амалии мог бы сорваться на плач, но Натали знала, что она этого не позволит, в каком бы состоянии сейчас не была, – Пожалуйста, защитите меня. Из-за любви к смертному мальчишке, я поставила свою жизнь под угрозу, и впуталась в опасные игры высших вампиров. Так я должна просить о помощи? – Он не такой уж и мальчишка. Сдается мне, не может быть у вас Джорджией настолько плохой вкус, что вас покорил, какой-то заурядный экземпляр. Он еще проявит себя. Остается только идти к Королю Ночи, и сдавать ему грязные секреты Лестата и Джорджии. Устранишь одного из них, и можешь не переживать за свою жизнь. Хотя я бы сдала Сольери, очевидно, так будет выгоднее. – Во-первых Король Ночи меня там же и запрет у себя в гареме, в оплату за мои грехи. Он не потерпит, моего вмешательства в политический расклад. А Дамиано пострадает в ходе разборок. Это не выход... Разговор прервал звук резко распахнувшейся двери. – Добрый день, я приехал, как закончил дела, – Амалия резко повернулась, на знакомый в далеком прошлом голос. – Стефан, твой братишка вместе с нашей красавицей создали нам кучу неприятностей, – Натали расплылась в горькой улыбке-оскале. Амалия с удивлением уставилась на вошедшего мужчину. Старший из младших братьев Давид стоял в дверях. Он вырос. Теперь его нельзя было назвать повесой. Фигура мужчины выдавала бывшего спортсмена, но стала гораздо массивнее, что подчеркивал строгий темно серый пиджак. Волосы были аккуратно подстрижены, вопреки воспоминаниям Амалии, когда он мог собрать их в хвост. Стефан тоже был удивлен, когда увидел Амалию. Но упоминание брата, смутило, учитывая, что он недавно с ним связался спустя долгое время молчания. Но Стефан никак не мог связать этих двоих в одну цепочку, исходя из информации, которой он владел. – А ты повзрослел, – Амалия прервала повисшую паузу и попыталась оправдать свой пристальный взгляд. – А ты все также прекрасна, – Амалия засмеялась чуть веселее, чем минутами ранее. Взгляд Стефана отметил бледность и худобу девушки, а также большое количество бинтовых повязок на шее и запястьях. Она выглядела очень плохо, даже обворожительность суккуба, сейчас не скрывала откровенно больной и истощенный потерей крови вид. – Кончайте с любезностями, – сказала Натали, пригласив Стефана жестом сесть рядом Амалией, – А я внесу небольшую ясность. Стефан помогает мне с бизнесом своего отца, с недвижимостью, с бумагами и документами, со всем тем, что нужно делать в мире людей, чтобы считаться человеком. Последнее время он отлично решает все мои проблемы. И раз уж дело касается его брата, то возможно постарается и решит и эту проблему, раз демон и суккуб, даже вместе не могут найти выход. Никогда не думала, что люди могут быть так полезны, – Натали картинно закатила глаза, – но Давиды явно скрещивались с демонами раньше, иначе как доказать, то что оба брата скоро украдут все женские сердца среди нечисти. Стефан резко прервал начавшую причитать Натали: – Брат звонил мне пару минут назад и просил кое о чем...