Баллада о белых крыльях

– Мы должны увидеть его! – Джорджия запретила вам хоть как-то взаимодействовать с нечистью, – Лойс устало смотрел на молодых ребят. Они стали приходить к нему все чаще. Он сам виноват: пустил их всего разок в свой клуб. Они несколько дней по очереди сидели под его дверьми, разве он мог поступить с ними иначе? Оборотень привязался к ним, и несмотря на все приказы Сольери не мог прогнать. Она теперь не его босс, он сам будет решать, как действовать, тем более по таким мелочам. – Это нечестно, – Виктория сложила руки на груди. Сегодня они твердо решили не уходить с пустыми руками. Она пыталась прожечь Лойса взглядом. – Мы хотим просто с ним поговорить, – мягко и спокойно произнёс Томас, сегодня он выбрал роль хорошего полицейского. – Джо, сама сейчас в полном дерьме и хочет держать вас подальше. Забудьте про Дамиано, он выбрал свой путь. – Как ты можешь так говорить! – Вик вспыхнула от гнева, – Мы его не бросим, чтобы не случилось. Мы нужны ему, я чувствую. Ты даже не говоришь, что с ним, а его телефон недоступен. – Сейчас ему нужна только свежая кровь, – Лойс не знал, как выгнать ребят. Он привязался к ним, но так будет лучше. Они всего лишь люди и не понимаю всей опасности своего положения. – Чушь, это же Дамиано. Он скорее умрет, чем опустит руки и просто сбежит, – Виктория стала ходить по пустому клубу, громко стуча каблуками кожаных казаков, – нам просто нужно с ним поговорить, я не верю, что мы больше его не увидим. – Он наш друг, наша семья, – Томас не унимался, пока Итан тихо вертел в руках кончик своей косички, – мы не можем оставить его. Пусть он хоть русалкой станет, какая разница! Мы обещали всегда держаться вместе. Лойс, пожалуйста, – Томас положил руку на плечо оборотня и взглянул ему в глаза, – больше никто нам не поможет. Лойс глубоко вздохнул. Он не знал, что ему делать с этими детьми. Они придут завтра и послезавтра. Может потом им надоест. Люди непостоянны, изменчивы, приспосабливаются ко всем обстоятельствам. Они ведь так молоды и талантливы, впереди целая жизнь. Оборотень уже собрался пригрозить им, если они снова придут к нему в клуб, он выкинет их на улицу своими руками, но его опередил Итан. – Чего боится Джорджия? – это было очень точный вопрос, на который Лойс не мог придумать ответа, и сказал правду. – Что он не справится, все прошло не в лучшем виде, и Дамиано сейчас опасен для людей. – Вот видишь, – Виктория остановилась и снова стала умолять, – мы нужны ему. Он не справится один. Плевать, что мы не станем вампирами, но Дамиано сейчас плохо и мы должны быть рядом. На нас он не нападёт. Мы же общались с вампирами, всё будет хорошо. – Ты совсем не слушаешь, что я говорю. Я обещал Джо, что позабочусь о вас, – Лойс уже жалел, что не сказал им, что Дамиано умер. Так было бы проще. Слёзы высыхают, но надежда заставляет бороться. – Мы сами можем о себе позаботиться, не хочешь отводить к нему, скажи место, – произнёс Томас. – Или как мы можем с ним связаться, хоть что-то? – подхватил Итан. Он почувствовал, что Лойс сможет сдаться сегодня, если продолжить донимать его. – Ладно, ладно. Я отвезу вас, – оборотень поднял руки, показывая свое отступление, – Джо, все равно не разрешит, но я смогу вас сопроводить, заодно и подстраховать. Зрачки Виктории расширились от счастья и она кинулась обнимать Лойса. Как будто он был их добрым дядюшкой, а не монстром, который мог разорвать их за секунду. – Спасибо, спасибо, спасибо – девушка повисла на оборотне, пытаясь расцеловать его в небритые щёки. – Но если что-то пойдет не так, то вы можете сильно пострадать, так слушаться будете меня. Трое утвердительно кивнули, еле сдерживая довольные улыбки. У них получилось. Они увидят Дамиано. Спустя год. Спустя месяцы попыток связаться с ним и поисков укрытия Джорджии. Сколько дверей перед ними захлопнулась, когда Сольери написала письмо, что она была вынуждена обратить Дамиано, и что больше их группе не суждено существовать. Они резко перестали быть любимчиками нечисти. Однако это было не совсем так, их не трогали. Это был прощальный подарок Джорджии. Она ненавидела Дамиано, но не верила, что группа была виновата в его поступке. Поэтому она сделала все, что осталось в её силах. Обеспечить им неприкосновенность. Когда они пытались связаться со всеми, с кем удалось познакомится, их просто выгоняли. А могли убить при первой попытке проникнуть в те места, где им удалось выступать на балах. Сольери уже была не в милости, но она действительно позаботилась об их безопасности. Лойс взял один из своих автомобилей. Темно синий седан, не отличался габаритами и комфортом, зато был надежным. Сейчас было не спокойно, даже на Ибице. Все кто были приспешниками Сольери должны были сидеть очень тихо. Среди элиты нечисти снова пустовало место, но никто не спешил его занять. Лестата тоже сняли со счётов. То что произошло в ту ночь, старались держать в секрете, но информация сочилась сквозь вампиров, которые там были и поняли, что Сольери больше им не угроза. Пошли слухи, что Джорджия и Лестат давно хотели свергнуть устоявшийся порядок, и занять место на ровне с Королем Ночи, но перешли черту в своем противостоянии. Лестат переманил к себе суккуба и с помощью неё разозлил вампиршу. В общем то так оно и было. Но Лойс видел Лестата, и мог с уверенностью сказать, что все что, произошло не входило в его планы. Слишком большие жертвы без выигрыша. Был кто-то ещё. На днях прошёл слух, что в Европе начали нападать на молодых вампиров, обращенных Сольери. Джорджия просила у Лойса помощи в этом вопросе, но он был занят своими делами. Нужно было обеспечить безопасность и молодым оборотням. Кто знает, когда перейдут и на них. Нужно было быть на шаг впереди. Ему доверяет стая. Лойс предполагал, что ослабление власти повлечет за собой активность всех угнетенных, но что-то ему подсказывало, что не все так просто. Поэтому он был рад ненадолго убраться из этого города и разведать обстановку, не забыв прихватить с собой свою маленькую волчицу. Высокая, крупная девушка, упиралась длинными ногами в водительское сиденье. Её волосы были собраны в тугие косы, но на них постоянно попадал Томас, который сидел между ней и Викторией. – Томас, сколько можно, – девушка, снова пыталась вытащить кончик косы из под задней точки парня, – Итан, как ты с ним ездишь, они же все волосы повыдирают? Итан сидящий спереди, рядом с водителем, повернулся посмотреть на то, что творилось на заднем сидении. Картина была забавной. Томас сидел посередине, на самом неудобном месте. Его ноги были расположены по бокам от порога, разделяющего пассажиров заднего ряда. Сейчас парень наклонился вперед и пытался привстать, но его колени уперлись в передние сиденья. Справа от него сидела Лесли, дочка Лойса. Девушка толкала Томаса и корчила гримасы страдания, от чувства зажатых волос. Как Итан понимал это чувство. Её красивое, но суровое лицо обрамляли темные волосы, они были чуть светлее чем у самого Итана, но такие же длинные и густые. Тонкие губы девушки сжались и превратились в ниточку. А глаза закатились под пышными ресницы, картинно показывая свое недовольство происходящим. Слева от Томаса хихикала Виктория, она наоборот стала пихать его на Лесли. Так они ехали уже несколько часов, прерываясь на короткие передышки и обед. Лойс был на удивление молчалив, и хмур, когда они пересекали границы новых городов. Но сейчас он был совсем суровым, и Итану показалось, что волосы на его оголенных руках стали гуще, а ногти длиннее. К вечеру они въехали на территорию, принадлежавшую особняку Сольери. Лойс был обеспокоен тем, что их почти никто не встретил на пути. Только его ребята сторожили лес. Ни одного вампира Сольери. Это было странно. Он ожидал, что их не пропустят, ведь он специально ехал без предупреждения и налегке. Однако они спокойно припарковались возле входа в особняк, где их уже поджидала Джорджия. Она была одна. Вампирша выглядела уставшей, насколько могут выглядеть уставшими вампиры. Лойс вышел из машины первым, дав знак, чтобы все оставались внутри. Притихшая компашка уставилась в тонированные окна, наблюдая как Сольери холодно приветствует Лойса. – Я тебя не ждала, – Джорджия потушила недокуреную сигарету между подушечками указательного и большого пальцев, – зачем ты их привёз? – И тебе привет, дерьмово выглядишь, и совсем без охраны – Лойс протянул свои огромные ручища для объятий. Джо медлила секунду, но утонула в дружеском приеме. Она скучала по кому-то знакомому. – Мы же договаривались, что они буду далеко от всего, что связанно с нечестью, а ты посадил их в компании дикой волчицы и привез в логово вампиров. – Им не привыкать. Они меня достали, ты же знаешь их, – Лойс пытался заглянуть за плечо Джорджии и разглядеть, где находился самый опасный житель этого дома. – Это опасно, – повторила Джо в слух, мысли оборотня. – Поэтому я здесь, как он? В ответ Джорджия вздохнула, и махнула рукой приглашая в дом. Лойс кивнул своим попутчикам, смирно ждавших в машине, что можно выходить. Компания дружно вылезла и разминая отекшие ноги двинулась внутрь. Никто из ребят не ринулся обнимать Джорджию, сейчас она казалась им совсем другой. Отчетливо читался холод её кожи и сдерживаемая сила. Красные глаза светились очень ярко. А ещё они были обижены на неё. И очень сильно. В особняке было тихо, темно и пусто. Можно было подумать, что Джорджия была тут одна, если бы не застывший силуэт на лестнице в просторном зале, куда отвела их Сольери. Его глаза пылали алым, когда он впился ими в своих друзей. – Дами, – Виктория, первая увидев друга, бросилась к нему на встречу, но Лойс грубо схватил её за руку. Дамиано плотнее сжал пальцы на перилах. – Если он не устоит и убьет вас, то будет вечно об этом сожалеть, – Джорджия повернулась к ребятам и встала между ними и спиной к Дамиано, готовая в любую секунду поймать его, – я же просила вас не искать... – Дамиано, как ты, дружище, – Томас перебил Джо, и сделал шаг вперед. Видеть своего друга таким было странно. Бледный с впалыми скулами, его глаза смотрели на них со страхом, было видно, как он борется со своими демонами, облизывая пересохшие губы. – Мы хотели тебя увидеть. Мы очень скучаем. – даже Итан не мог сдержать слов. – Привет, – Дамиано смотрел на своих друзей. Он не знал, что сказать им. В нем ярко всплывали картинки того времени, что они провели вместе. Их репетиции, их шутки. Они были такими же. Сейчас немного испуганными, но смотрели все теми же любящими глазами, как он когда-то привык. Виктория отрастила каре, Томас не успел побриться, а Итан собрал волосы по походному в косичку. Он совсем забыл, как скучал по ним. Дамиано почувствовал их приближение заранее. Их сердца стучали так громко. Он и не знал, как маняще и по разному пахнет каждый из них. Терпкая, но сладкая Виктория, нежный и свежий Томас, глубокий и легкий Итан. Их запахи были смешаны с едкой вонью исходившей от двух оборотней. Но так было даже легче держать себя в руках. Дамиано достал пачку из кармана свободных серых брюк, что держались у него на бедрах и закурил. Этот трюк он подсмотрел у Джо. Так легче справляться с жаждой. Раньше он не придавал значения некоторым её привычкам, но все стало раскрываться по новому, когда он тоже стал вампиром. В тиши он пару раз чиркнул зажигалкой, пока спасительный огонек не поджег сушеную траву и едкий запах дыма не заполнил легкие. Больше никто не произнёс ни слова, все ждали его реакции. Он справится, он сможет сдержать себя. Его друзья – лучик надежды. Они пришли к нему. Что-то из прошлой жизни, что-то от того человека, кем он был. – Мне ещё сложно, но я не хочу вас сожрать, – тихо произнес Дамиано, после длинной паузы. Виктория услышав это, вырвалась из рук Лойса и побежала на встречу, но Итан опередил её. Лесли снова напряглась. – Если мы подойдем ближе, тебе не станет хуже? – Итан озадаченно изучал друга. Дамиано помотал головой, глубоко затягиваясь. Он справится, все будет хорошо. Больше никто не смог бы удержать девушку, и она ринулась в объятья друга. Джорджия отошла с дороги, оставшись наблюдать. Она была уверена, что сумеет спасти девушку, если Дамиано вдруг на неё накинется. Виктория расплакалась, прижимаясь к Дамиано всем телом. Она дрожала, мокрые дорожки впитывала его майка. Он закрыл глаза и почувствовал, как крепкие руки парней обнимают его со спины. Его друзья. Вот что было нужно, чтобы темнота хоть на немного отступила, а разум обрёл покой. – Справляешься, или мы слишком аппетитные? – произнес Томас. – Иди ты, – Дамиано усмехнулся, – я ещё с улицы почувствовал, как несет у тебя из ботинок. – Добраться до тебя было ещё то приключение, – парень ласково улыбнулся. Виктория расхохоталась сквозь слезы. Она была счастлива, что они снова были все вместе вчетвером. Только так и было правильно. – Кажется обошлось, – Лесли смотрела на ребят, с нескрываемым удивлением. Разве они не видели, как чертовски отвратительно выглядел их друг. И как тяжело ему было. Но им казалось, все это было не важно. Они перебрасывались стереотипными шутками о вампирах, и спрашивали у Дамиано, когда он наконец-то покажет свои клыки. – Обошлось, – подтвердил Лойс, – Джо, пойдем перетрем. А Лесли присмотрит за молодняком. Справишься, принцесса? – С одном то вампиром-молокосом, обижаешь папа, – он кивнул своей маленькой копии, и закрыл за собой двери. Оборотень в вампиршей вышли из зала и переместились в заброшенную столовую. Лойс отодвинул стул и оседлал его, оперевшись локтями на спинку. – Что ты творишь, Джо? – О чем ты? – Вампирша обошла стол и встала напротив оборотня. – Ты слаба, охраны кроме моих парней во круге нет, Дамиано чертовки плохо выглядит... – Я в изгнании, что ты хотел, – Сольери снова прикурила. Её тоже было тяжело сдерживать жажду. Наверное, поставки крови теперь были тоже не постоянными. – Не в изгнании, а на домашнем аресте. К тебе могут приходить гости, и приносить всё, что нужно. – Все уходят. – Я не сбежал, кажется, оборотни всегда были более высоких моральных принципов, чем вампиры, но я и не думал, что они разбегутся, как крысы, при первой же проблеме. – Проблема всегда была, – Джорджия глубоко затянулась, Лойс почувствовал, что это были не совсем обычные сигареты, – я не достаточно сильна, чтобы вести их. Я потеряла все, Лойс, из-за этого проклятого Давида, а он даже не пытается мне помочь. – Конечно не пытается. Джо, ты поступила, как поступила. Я не буду тебя судить, не знаю чем ты его пичкаешь, но если хочешь, чтобы парень стал нормальным, а не жалкой марионеткой, что тебе нужно, чтобы он научился жить. – Он не стабилен, – голос Джо звучал с надрывом. – По-моему, увидев друзей, он не кинулся на них, а значит все хорошо. Тебя заперли здесь, а не его. Ему нужно привыкать к новой жизни, если не хочешь, чтобы он сошел с ума. Ты же сама мне рассказывала, что бывает с вампирами, которые теряют рассудок, и что с ними приходится делать. Ты сможешь убить его, Джо? – Я все держу под контролем, – вампирша стукнула кулаком по столу так, что осталась вмятина. – Ты не просила совета, но я дам тебе его. Если он ошибся, и захочет быть с тобой, то его не нужно держать. Он сам придет. Но если он захотел уйти, то ты ничем не привяжешь его сердце. Джо, любовь нельзя держать. – Я знаю, – казалось, вампирша сейчас заплачет, не стабильна была здесь скорее она, а не Дамиано, – я все знаю, Лойс. Но я не могу. Пока не могу. – Хорошо, мы побудем здесь какое-то время. Я напишу друзьям, нужно оживить это место. Тем более дома тоже не очень спокойно, я бы предпочёл оставить ребят и Лесли у тебя на какое-то время. Хоть ты и не в почёте, но прийти прямо в твой особняк рискнут не многие. Тем временем оставшиеся гости расположились прямо на лестнице, а Лесли скучающе разглядывала лес, виднеющийся из окна. – Слава богам, что у тебя отросли волосы, – Виктория забралась пальцами в кудри Дамиано. – Тебе не нравилось то, как я выглядел в Бразилии? – Нравилось, но так удобнее тебя мучить, – на этих словах Виктория потянула Дамиано за волосы, он зашипел, притворяясь, что ему больно. – Ты не хочешь вернуться? – спросил Томас. Никто пока не решался задать этот вопрос. Веселье покинуло лицо Вик и она уставилась на парня. – Куда? – спросил мертвым голосом Дамиано. – На сцену, в группу? – К нам? – дополнил Итан. – Это невозможно, – Дамиано нервно вытащил последний косяк. Рядом с ним скопилась уже куча окурков, которые он планировал убрать позже, хоть и поддерживать порядок в этом месте, ему не хотелось. – Почему? – Мне надо объяснять? – вампир грустно усмехнулся, оголяя клыки. – Но мы можем придумать способ. Точнее мы уже все придумали пока искали тебя. – Ты ведь уже справился с жаждой, значит дальше будет легче, – подхватила слова Томаса Вик, – Мы можем также выступать. Какое-то время, а потом два варианта. Либо мы находим способ и становимся вампирами, либо... – Вам только это и было нужно? Чтобы я снова играл, – Дамиано резко изменился в лице. – Нет, Дамиано, просто это было всегда важно. Важно для нас всех, и тебе станет легче, есть ты нас выслушаешь. – Я даже слушать о том, чтобы вы проходили через этот ад, не желаю. Вы не знаете, что это. Все что мы хотели, это не важно, – казалось Дамиано задыхается, его речь была прерывистой и он отрывисто дышал, стараясь не распалять подберающйся голод, – теперь ничего не важно. Дамиано замолчал, а Лесли напряглась. Парень был слишком близко к людям, и слишком далеко от неё. Оборотень смотрела, как он теряет и возвращает контроль над собой. Она думала сможет ли в один прыжок обратиться и перегрызть ему горло. – Важно, – проговорила Виктория, немного отстраняясь от Дамиано, видя как ему становится плохо, – Все важно, ты нам важен. Наша музыка нам важна. И я никогда не поверю, что это изменилось. Просто дослушай второй вариант, Дамиано Давид, – сказала она непривычно строгим голосом, – мы будем играть несколько лет. В мире людей. А потом, когда мы станем старыми пердунами, а ты уже будешь подозрительно горяч, мы распустим группу. Так у нас будет время. Дамиано опустил голову. Он увидит, как его друзья будут стареть. Он увидит их смерть. Но он никогда им не позволит отдать свои жизни из-за него. Променять человеческую жизнь, на это. Кто-то говорил ему, что так всё и будет, но он не слушал. – Как тебе план? – кратко произнёс Томас, когда пауза затянулась, – конечно, если ты захочешь. Мы просто не можем вычеркнуть нас из жизни. Это неправильно. Пока мы можем, мы должны жить так, как всегда хотели. Дамиано молчал, поэтому Томас продолжил переглянувшись с друзьями: – Мы думали, что потеряли тебя тогда. Ты ушёл и ничего не сказал. А потом мы нашли только загадочную ленту и ничего больше. Джорджия через несколько дней с нами связалась. Представляешь, что мы думали все это время. Никто не знал, где ты. Нас вышвырнули из клуба... – Вежли попросили уйти, – поправил Итан. – Нет, нас вышвырнули на улицу. Все концерты отменили, а тебя нигде не было. Когда пришло письмо, мы сразу решили искать тебя... Лента. После этого слова, Дамиано больше не слышал друзей. В памяти всплыли яркие пятна. Лента от корсета. Мастерская, картина, утро. Тогда в мастерской он забрал её, чтобы помнить. Чтобы вернуться. – Где она? – прервав всё ещё говорившего Томаса, произнёс Дамиано. – Кто? – удивленно спросила Виктория. – Мы взяли её с собой, – Итан распустил свои волосы и протянул Дамиано голубую ленту. Он знал, что она важна и сохранил её. В память о том, что они найдут своего друга вернуть ему. Итан догадывался, что это был сувенир, но каждый день их поисков он вплетал её в свои волосы. – Это её, – прошептал Дамиано, наглаживая в руках мягкий материал. – Амалии? – уточнил Томас, Дами кивнул. – Расскажи, как все случилось? – попросила Вик, они перешли на шёпот. Лесли усмехнулась, она всё ещё хорошо слышала каждое их слово. – Я плохо помню, и я бы не хотел говорить об этом здесь, – Дамиано обвел комнату глазами, намекая на Лесли, – Я хочу уйти, покинуть это место, как можно скорее. Иначе я снова сойду с ума. – Мы что-нибудь придумаем. *** Слухи о загадочных исчезновениях дошли и до жителей гарема. Ведьмы были обеспокоены, что их сестра пропала. И ещё пара ведьм из их ковена. Все они возвращались, и не говорили, где были и что с ними происходило. Это было странно. Амалия уже забыла те времена, когда разгуливала инквизиция. Но покушение на этих ведьм было действительно странным. Она не могла спустить это на локальный конфликт, кто-то подбирался к Королю Ночи. Но она все ещё не могла принять свою форму. Король Ночи присылал к ней демониц, которые показывали, как они это делают. Те описывали свои ощущения и мысли, но у Амалии ничего не получалась. Она не знала своей другой формы. Не было ощущений силы, и хвоста, или рогов, которые затаились в ней и так и ждали, когда их выпустят. Её руки все также не слушались, пальцы были поджаты, а когда она пыталась их разжать самостоятельно ничего не выходило. Она, казалось, не чувствовала при этом боли. Просто ничего не могла сделать. Её лечение прекратилось. Король Ночи перестал водить её в купальни. Он сказал, что у них есть вечность, и если ей нравится быть в таком теле, то пусть наслаждается. Он бросил её. Как и другие, она уже привыкла, никто не хотел возиться с ней, да и следовало ли на них обижаться. Она хозяйка своей жизни и сама привела её в эту точку. После затяжного уныния к Амалии стала приходить злость. У неё было достаточно времени подумать о своем положении. Почему? Почему ей не дадут просто уйти. Она не может вечно сидеть в своей комнате. Это невыносимо. Она даже не может рисовать, что спасало её раньше во времена бегства. Её не оставляют одну, а вечно посылают назойливых ведьм, которые не замолкали ни на минуту. Это было похоже на изощренную пытку. В один из таких дней в комнату зашла третья ведьма. Агата. Она была самой молчаливой из своих сестер, Амалия даже обрадовалась, что сегодня будет потише. Но именно Агата пропала недавно. Сестры уже успели обсудить, как она вернулась и всё время ходит молчаливой и загадочной. – Вам послание, от друга, – произнесла девушка, после того как закончила расчёсывать волосы Амалии. – От друга? – удивленно ответила суккуб. Девушка протянула конверт. Амалия ожидала увидеть письмо от Лестата, но уж точно не от этого человека. Натали мертва. Дамиано я не видел с того дня. У меня есть план. Сожги письмо, если хочешь разобраться с этим дерьмом. СД План. Или месть. Может это было то, что ей было нужно? Она никогда не пробовала мстить кому-то. Но Натали убили. Демоницу, которая о ней заботилась, которая читала ей стихи. Она никогда не думала, что кто-то из нечисти в её окружении может реально умереть. Может стоит рискнуть, всё лучше чем сидеть здесь и страдать? – Агата, прикуришь мне сигарету? – Амалия подожгла письмо угольком.