Жизнь в розовом цвете.

Утром Тина вышла из своей комнаты и увидела картину, которая заставила её улыбнуться. Паша спал на диване,  а Дан в кресле, запрокинув голову назад. Тина подошла и коснулась пальцами его кудрей. Увидела шрамик на щеке, это они неосторожно играли в саду и Дан немного поранился. Улыбнулась, вспоминая как он катал её на плечах, учил плавать в озере, читал стихи Шекспира и дарил розы, которые втайне срезал в маминой оранжереи. —Дан,—шёпотом произнесла Тина,—Иди ложись на кровать шея болеть будет. —А, что?—спросонья не понял что происходит. —Иди ложись на кровать в моей комнате. А я пока пойду кофе сварю. —Я помогу тебе, —сказал Дан и, разминая шею, пошёл за Тиной на кухню. Девушка стояла возле плиты и варила кофе, а Дан рассматривал кухню в поисках какой-нибудь воды. —Тань, есть вода? —В углу стоит бак, там питьевая,—сказала девушка и показала в сторону бака. —Спасибо,—сказал Дан, поставив кружку на стол. —Судя по пустым бутылками вы пили до утра,—разливая кофе сказала Тина. —Засиделись немного,—сказал Дан, на что Тина слегка усмехнулась. Они разбудили Пашу, выпили кофе и позавтракали булочками. После этого Дан покинул квартиру и поехал реализовывать свой план. Он приехал к одному своему знакомому, который выращивал полевые цветы. Купив у него огромное количество васильков и ромашек, Дан отправился к Тине, в надежде что сегодня у неё нет работы в ресторане. Дверь открыл Паша и сделал удивленное лицо. —Я конечно всё понимаю, но мы же не настолько подружились?—усмехнулся Паша. —Расслабься, это не тебе, это Тане,—сказал Дан и вошёл в квартиру,—Таня,—позвал он девушку. —Да, что такое?—её глаза округлились, а на лице появилась скромная улыбка,—Дан, в честь чего такой букет? —В честь нашей встречи,—передал ей цветы и поцеловал в щёку,—как ты смотришь на то чтобы погулять или поехать ко мне на чай? —Хорошо, только заедем в булочную за сладким,—сказала Тина и пошла поставить свой букет в вазу. Дан сделал довольное выражение лица. —Скажу сразу, она любит круасаны со сливками и булочки с брусникой, но берёт песочное печенье чтобы следить за фигурой. Накорми её пожалуйста круасанами,—сказал Паша. —Хорошо, Паш,—засмеялся Дан и посмотрел на часы. Примерно через 15 минут из комнаты вышла Тина, она была одета в красивое белое платье в чёрный горох. Дан помог ей надеть чёрное пальто, на голову она надела аккуратный чёрный берет. На её лице почти не было косметики, только маленькие стрелки и красная помада. Они вышли и сели в машину, на улице моросил дождь и был лёгкий ветер. Через несколько улиц Дан свернул в переулок где находилась булочная. Оставив Тину в машине, он пошёл за покупками. Вернулся с большим пакетом выпечки, Тина удивлённо на него посмотрела. —Дан, у меня фигура, я не буду булки,—сказала Тина. —Не капризничай, Паша сказал, что это твои любимые,—сказал Дан. —Не наврал, хорошо, один раз можно,—сказала Тина и достала круасан, упакованый в бумажный пакет. Дан улыбнулся. Они решили поехать к Дану, потому что на улице так и шёл дождь. Они приехали в дом Дана, он так напоминал дом, в котором они выросли. Они прошли в гостиную и расположились на диване. Дан поставил какую-то пластинку со старой приятной мелодией. "Там где небес не виден край, Знает лишь море, Где счастье, где горе. Здравствуй день и день прощай." —Это та песенка, которую мама напевала?—спросила Тина хмуря брови. —Где нет края небесам,—начал Дан, но она его перебила. —Там где небес не виден край,—пропела. —Знает лишь море, где счастье, где горе,—он сел рядом с ней и приобнял. —Здравствуй день и день прощай,—она растворилась в песне, и Дан коснулся своими губами её. Поцелуй был трепетный, нежный и осторожный. —Дан,—немного отстранилась,—Мы совершаем ошибку, наверное. —Нет, всё так, как и должно быть. Тань, ты любишь меня?—приподнял её подбородок и посмотрел в бездонные глаза. —Люблю,—сказала дрожащим голосом. —Тогда растворись,—сказал Дан и поцеловал её в щёку. Они миловались ещё несколько часов, она растворилась, она не могла себе позволить этого все эти годы, но Дан растопил её сердце и заставил довериться. Тина уснула, а Дан аккуратно перенёс её в свою спальню. Влажным платком стёр красную помаду, стараясь не разбудить девушку. Укрыл её пледом. Прикрыл дверь оставляя маленькую щель, а сам пошёл в соседнюю комнату. Утром Тина проснулась от запаха кофе. На прикроватной тумбочке стоял поднос с чашкой кофе, булочкой, а рядом с завтраком лежала алая роза.  —Доброе утро, малыш,—сказал Дан и поцеловал девушку в щёку. —Доброе, это всё мне? —Я должен тебя кормить и любить,—сказал Дан. —А откуда роза? Сейчас же только весна. —А это ты узнаешь после завтрака, давай я подожду тебя внизу,—сказал Дан. Тина позавтракала и привела себя в порядок. Она спустилась вниз к Дану, но не нашла его. —Дан,—позвала его. —Я тут, иди на мой голос,—услышала она ответ из другой части дома. —Дурачок,—усмехнулась. Она пошла по коридору в противоположную часть дома, пока не увидела большие стеклянные двери. Это оранжерея. Потолок был очень высоким со стеклянной крышей, в помещение пробивался солнечный свет. Вокруг были розы, огромное количество роз. Эти розы похожи на те, которые выращивала их мама, в глазах Тины заблестели слёзы, когда она увидела своего мишку. Он был небольшой, чуть больше ладони, потрепанный, но такой милый и родной. —Дан, ты выращиваешь эти розы?—спросила Тина. —Да. Я выращиваю их в память о маме, и о тебе как я раньше думал. Но ты рядом со мной. А помнишь его,—взял в руки медвежонка, —Ты дала его мне когда я уезжал, я его храню. Он главный смотритель оранжереи, но если хочешь можешь забрать,—отдал ей игрушку.  —Нет, пусть он будет сдесь, я буду его навещать,—сказала она и взяла мишку в руки. Дан протянул ей букет свежесрезанных роз. —Если хочешь я отвезу тебя домой,—предложил Дан. —Да, Паша будет волноваться,—спешно пошла в коридор. —Я думаю не будет,—улыбнулся Дан. —Мне нужно привести себя в порядок, у меня вечером концерт,—тяжело вздохнула. —Мне не нравиться твоя работа. —Дан, это мой хлеб, эта работа обеспечивает меня,—строго сказала. —Ты можешь не работать, я могу тебя содержать. —Музыка это моя жизнь. Пожалуйста пойми это,—сказала Тина. Дан помог ей надеть пальто, и они вышли из дома. Ехали они в тишине. Дан помог Тине выйти из машины и обнял. —Я заеду в шесть,—поцеловал её в щёку. —Хорошо, буду ждать,—она зашла в парадную. —Ну и где ты была? Я не мог уснуть, ждал тебя всю ночь!—начал Паша, когда она зашла в квартиру. —Не кричи, я ночевала у Дана,—спокойно ответила и села на диван прикрыв глаза. —У Дана?—улыбнулся. —А у кого ещё? В этом городе кроме вас двоих у меня никого нет. —Ты сияешь как новогодняя ёлка. —Сильно видно?—спросила опустив брови. —Да. —Блин. —Это хорошо, Тань. Ты же его любишь? —Люблю,—ответила, и из глаз потекли слёзы. —Ты чего? Он тебя обидел?—сел рядом и приобнял за плечи. —Нет, всё хорошо, просто, а если это не навсегда. —Успокойся и не плач, всё у вас будет хорошо,—сказал Паша. —Боже, уже два часа дня,—сказала Тина смотря на часы. —А ты что думала? Или на часы не смотрела?—засмеялся Паша. —Я забыла о времени. Через несколько часов Тина была готова к выступлению. Собрала волосы в привычную причёску, надела красивое красное платье с вырезом на спине, горжетку, накрасила губы красной помадой, надела туфли, на улице не так тепло, но до машины пройти в туфлях возможно. —Тань, я не смогу остаться в ресторане, я могу отвезти тебя, а потом у меня встреча. —Хорошо, со мной будет Дан. Кстати он подъедет через десять минут. —Даже так. Но вечером я заеду, поговорю с ним. —С кем у тебя встреча?—спросила Тина распыляя духи. —С Паре. —Опять? —Я думаю принять его предложение насчёт  отеля в Лондоне. —Ты уедешь? —Я пока в раздумьях.