Глава 10. Я не хочу играть сегодня
12 февраля 2023 г., 22:18
Всё, что я делал, это пытался исправить Всю мою боль и все твои оправдания, Я был ребёнком, но я не был глупым, Тот, кто тебя любит, так не поступает. (Conan Gray — Family Line)
Неприятный осадок от только что устроенной Люси сцены удалось унять, только переключив внимание на более важный вопрос. Сейчас Микасе предстояло поговорить с Чарли и хоть немного замять все то, что вчера вечером устроили его родители. Наверняка ведь ребенка это расстроило. Неудивительно, что сейчас он вообще решил закрыться в своей комнате. — Чарли, это Микаса. Можно войти? Твои мама и папа уже уехали, — негромко постучав в дверь, Аккерман подала голос, чтобы малыш сразу понимал, с кем будет говорить. Очень надеялась, что упираться и вредничать он не станет, не хотела ругать или расстраивать ещё больше. Послышался тихий скрип двери, а за ним в проходе показался недовольный Чарли. Его бровки съехались к переносице, а сам он прижимал к себе небольшого робота и смотрел на Микасу с полным непониманием того, как посмела она нарушить его покой. — Я не хочу играть сегодня. Иди домой, — отрицательно закачав головой, он отвернулся и зашагал в сторону кровати. Настроения после ссоры родителей совсем не было, и поднимать его себе тоже не хотелось. — Я не уйду, прости, — Микаса отрицательно качнула головой и тяжело выдохнула. Все же обстоятельства достаточно повлияли на Чарли и с этим срочно нужно было что-то делать. Оставлять его одного — последнее, что вообще могло прийти в голову. — Пожалуйста, давай поговорим? Я обещаю не ругать тебя и не говорить ничего родителям. Хочу только помочь тебе совладать с эмоциями и почувствовать себя хоть немного лучше, — она не спешила проходить в комнату Йегера без разрешения, не вторгалась в личное пространство. — Мама и папа, кажется, перестают любить друг друга, — он обидчиво отвернул лицо к зашторенному окну и устало вздохнул. На секунду ему даже захотелось впустить Микасу к себе, но он быстро откинул эту идею. — И папа плохой. Ругался на маму и даже не извинился. — Я не думаю, что их любовь прошла, — Аккерман облокотила висок о лутку двери, наблюдая за мальчиком. — Просто их мнения в чем-то разошлись в тот момент. И на эмоциях вылилось очень многое. Но это совсем не значит, что они правда так думают. А папа действительно не прав, ему стоит извиниться, — как бы не хотелось защитить Эрена и объяснить, какой на самом деле ужасный человек Люси, Микаса оставалась на нейтральной стороне, умело сдерживая свои эмоции и чувства. Ребенка нужно учить быть лояльным, извиняться. И уж точно не стоит настраивать против матери, какой бы она не была. — Но не совсем же он плохой. Может, тебе стоит попросить его извиниться и помириться с мамой? Утром, когда он будет ещё дома. К тебе он точно прислушается. — Думаешь? — Чарли с надеждой перевел на нее неуверенный взгляд. Верил в лучшее и надеялся на то, что слова Микасы действительно могут оказаться правдой. Она ведь взрослая, умная. Значит, знает не меньше, чем мама или папа. — Папа просто всегда говорил, что девочек обижать нельзя, а сам заставляет маму расстраиваться. Она потом сидела на кухне и плакала, а я боялся спуститься. Наверное, надо было пойти к ней, — он задумчиво склонил голову и поправил подушку на кровати. Затем отодвинулся и похлопал по месту рядом, как бы приглашая Аккерман. — Стоило спуститься, ты прав. Но хорошо, что осознаешь это. Вам всем просто нужно поговорить. Тебе с папой, папе с мамой. А потом ещё успеешь извиниться перед ней за то, что не поддержал. Она же любит тебя и не станет обижаться из-за этого, — получив приглашение, Микаса прошла в комнату, прикрыв за собой дверь, а затем присела рядом с Чарли. — Так что не переживай. Все обязательно наладится, — как же тяжело это было произносить. Аккерман не хотела, чтобы налаживалось. Хотела вытянуть Эрена из всего этого, позволить ему жить спокойно и свободно. И Чарли хотела помочь. С такой матерью о здоровой психике можно только мечтать. Но было ли лучше вообще лишать его её? Слишком трудный вопрос. — Я очень сильно хочу, чтобы они не ругались. Хочу, чтобы были вместе, — Чарли уткнулся взглядом в свои колени и замотал головой, не в силах справиться со слишком большим количеством эмоций. — Папа хотел со мной утром поговорить, но я сказал, что не хочу. Это из-за того, что он на маму кричал, — пояснил Йегер, взмахнув ладошкой. — Но теперь мне стыдно из-за того, что я громко хлопнул дверью. — Тогда, объяснись перед ним и извинись. Ты живой человек и имеешь право на эмоции, поэтому ругать он тебя не станет, вот увидишь. И поговорить с ним действительно не помешает. Микаса аккуратно погладила Чарли по спине, ненавязчиво подбадривая. Не лезла слишком настойчиво, но и давала ему почувствовать нежность, чтобы расслабиться, успокоиться. Он же придвинулся к ней и обнял ее покрепче в ответ на ласку, так проявляя и свою любовь к няне. — Маме ты не нравишься, мне кажется, они поэтому ссорятся. Говорит, что тебя нужно уволить, ведь ты крутишься рядом с папой. Не знаю, я вот не замечал такого, — он пожал плечами и прижал Аккерман к себе лишь ближе, на мгновение прикрыв глаза, когда она поцеловала его в макушку. — А нам с папой ты очень сильно нравишься. — И мне вы очень нравитесь. Не знаю, почему мама так реагировала на меня, — обнимая малыша, Микаса нежно гладила его по голове, поддерживая. Понимала, что сейчас ревность Люси абсолютно оправдана. Но с момента первой встречи её поведение уже было неуместным. Вполне в её стиле. — Возможно, мы просто не сошлись характерами. Такое тоже иногда бывает. Не расстраивайся из-за этого. Нам просто нужно привыкнуть друг к другу и больше ссор не будет. — Может вам нужно попробовать подружиться? — предложил ей Йегер, исследуя взглядом на рукавах блузки Микасы красивый узор цветов. — Мама правда хорошая, когда не злится. Просто не всегда может со мной играть, потому что времени нет. У папы тоже. Хочется один раз поиграть с мамой и папой так же, как мы играли вместе с тобой. Было классно. А тебе понравилось? — Я обещаю постараться, — Аккерман кивнула головой. Могла бы попробовать договориться с Люси не враждовать хотя бы при ребенке. Хотя и звучало это, как что-то сверхъестественное. Успокаивала лишь надежда, что когда-то миссис Йегер станет просто скучно. Выгорит и отпустит наконец Эрена, сама подаст на развод. Может ведь такое быть? Очень даже. И ребенок ей не понадобится. Тогда все хорошо будет. — Мне тоже очень понравилось. Обязательно поиграем так ещё. Не обещаю, что с мамой, но с папой точно. А маме предложим. Если у нее будет время, то проведем его все вместе. — Спасибо тебе большое, Микаса. Ты моя самая лучшая подруга, — Чарли растянул уголки губ шире и обнял Микасу крепче, прильнув подбородком к ее плечу. — Вот бы ты жила вместе с нами. Жаль, что у тебя есть свой дом, — поделился он своими желаниям, а затем засмеялся, поспешно поясняя, что он всего лишь пошутил. Микаса удивлённо взглянула на мальчика, а затем тихо рассмеялась, обняв его крепче и прикрыв глаза. Как же его смех грел душу. Ради него нестрашно было костьми лечь, только бы радость не сменялась печалью. — Ты ещё не ужинал? Предлагаю выбрать какой-нибудь мультик и посмотреть его за едой. А потом все уберем, если вдруг испачкаем. Как тебе идея? — за правильный ход мыслей Чарли заслуживал поощрения, он справился с обидой и пришел к нужным решениям. — Не ужинал, — Чарли кивнул головой, отстранился и спрыгнул с кровати, словно оживая. — Давай только что-нибудь вкусное. — Любишь спагетти с фрикадельками? — кормить ребенка сплошными сладостями, ещё и на ночь, было бы неразумно, потому Микаса придумала альтернативный вариант ужина. Таким как раз и испачкаться будет трудно. От томатной пасты на щеках всегда спасет пара бумажных салфеток. — Люблю, но не сильнее конфет, — он пожал плечиками и поправил футболку, неловко почесав щиколотку ступней. — Мы уже пойдём или ты тут будешь сидеть? — Йегер устало вздохнул, словно был больше не в силах ждать медлительную няню, а затем расплылся в улыбке. — Иду-иду, — посмеиваясь, Микаса поднялась с кровати, последовала за мальчиком и встрепнула его волосы. — Непоседа. Конфеты завтра уже будешь кушать, а если на ночь поешь, зубки заболят. Поведут еще к стоматологу вместо плавания. А тебе тренировки пропускать нельзя, нужно ведь победить на соревнованиях. — Ненавижу стоматологов! — Чарли в ужасе прикрыл рот ладонью и замотал головой. — А вот плавание я очень сильно люблю. Кстати, ты придёшь на мои соревнования? Папа сказал, что обязательно посмотрит на то, как я занимаю первое место. И тебя мы приглашаем посмотреть, если ты хочешь, — он побежал по лестнице, с топотом перепрыгивая несколько ступенек. — С удовольствием приду и поддержу тебя. Просто не могу пропустить твоей победы, — улыбнувшись, Аккерман направлялась к кухне, присматривая за ребенком. — Осторожнее только, не упади. — Я обязательно выиграю, — Чарли гордо вскинул подбородок и улыбнулся. — Быстрее всех плаваю. Мама говорит, что мое умение быть лучше всех — это от нее. Но я ведь не смогу быть лучше всех, даже если это у меня от мамы! Всё равно есть те, кто лучше меня, — рассуждал он, с задумчивым выражением лица забираясь на барный стул, находящийся у кухонного островка. — Каждый может быть лучшим в своей отрасли. Например, ты вполне можешь стать мировым чемпионом по плаванию. Но так же абсолютно нормально, что что-то тебе будет даваться не так хорошо, — объясняла Микаса, вынимая нужные ингредиенты из холодильника, чтобы приготовить из них ужин. — А в чем ты лучше всех? — Чарли подпер подбородок ладонью. — Ты умная. Наверное, ты умеешь делать что-то очень и очень крутое? Да? — Я довольно хорошо училась, — усмехнувшись, она набрала в кастрюлю воды и поставила ее на плиту. — Поэтому была одной из преуспевающих учениц своей школы и университета. А сейчас, вроде, ничем таким не отличаюсь. Может быть, когда-то я стану лучшей для одного человека. Иногда это гораздо приятнее, чем быть признанной тысячами чужих людей. — А чьей? — Он непонимающе свёл брови к переносице. — Этот человек наверное должен быть очень крутым, раз ты хочешь быть лучшей для него, а не быть популярной. Я бы вот хотел быть самым известным пловцом. Но мама все равно говорит, что это не перспективно, ведь лучше я буду работать как папа. Но я не хочу как папа. Ему не нравится его работа, и он очень сильно устает. — Тебе должна нравиться твоя работа, что бы кто не говорил. И папе должна. Поэтому я очень надеюсь, что когда-то он начнет заботиться о себе и делать то, что ему нравится, — Аккерман тяжело выдохнула. Микаса действительно хотела, чтобы Эрен наконец начал жить в свое удовольствие. И для Чарли желала той же судьбы. Но вряд ли Люси, оставаясь здесь, позволит ему самореализоваться. — Я тоже так считаю, — Чарли кивнул головой. — А тебе нравится работать у нас? — Очень нравится. Ты послушный и умный мальчик, с тобой приятно работать, — улыбнулась она. — В детском саду было полно невоспитанных и избалованных детей. Вот там мне жутко не нравилось. А с тобой никаких проблем, — Микаса взяла из шкафчика тарелку Чарли, которую от других отличал узор в виде дельфинов по краям. — Спасибо, — Чарли притянул к себе графин с водой. — Мне тоже ты нравишься очень сильно. С тобой интересно играть и ты меня не ругаешь, — наполнив стакан до краёв и чуть разлив воду на деревянную поверхность стола, он поспешно вытер всё рукавом своей пижамы. — А за что тебя ругать? Ты ведь не глупый, понимаешь и простые объяснения, — Микаса пронаблюдала за мальчиком и тихо рассмеялась. — Рукавами ничего вытирать не нужно, самому же неприятно будет потом в этом спать. Для таких ситуаций существует тряпка, — слабо улыбаясь, она протянула мальчику столовую тряпку, которая лежала у раковины. — Вот, держи. Можешь протереть воду ею. — Фу, — Чарли в отвращении отпрянул от тряпки и отрицательно замотал головой. — Она вонючка. Я не хочу ее трогать, — отмахнувшись, он ещё что-то пробурчал и нахмурил бровки. — Почему же вонючка? Она абсолютно чистая и пахнет приятно. Её ведь часто меняют, — усмехнувшись, Микаса подошла ближе к ребенку, но насильно тряпку ему не совала. — Вот, посмотри сам. Ещё в отличном состоянии. Чарли неуверенно посмотрела в ее сторону. Оценил внешний вид и задумчиво уставился на тряпку, для себя решив, что Микаса врать бы не стала. Она действительно не выглядела грязной и пахла, должно быть, нормально. — Ну ладно, не вонючка. Мне она просто не нравится, — Чарли пожал плечами, чуть отвернув голову. — Но рано или поздно тебе придется помириться с ней, не будут же за тобой всё время все убирать. Когда подрастешь и будешь жить отдельно, за чистотой тряпок вообще будешь сам следить. И тогда уже точно будешь уверен в них, — отложив ткань на место, Микаса сполоснула руки под проточной водой, а затем аккуратно помешала спагетти в кастрюле. Йегер промолчал, не став возмущаться о том, что расти он совсем и не хочет, и его устраивает собственный возраст. Сейчас было интереснее наблюдать за Аккерман, беспрестанно ютившейся на кухне, что изредка задавала ему вопросы и интересовалась мировоззрением ребенка, его увлечениями. Узнавала больше о любимых мультфильмах и игрушках, что больше приходились по душе Чарли. Спустя какое-то время, которое пролетело слишком незаметно за вечными разговорами и историями, Микаса уже успела приготовить ужин и выставить тарелки с пастой на поднос. — Уже выбрал, что посмотрим? — интересовалась Аккерман, осторожно взяв поднос и направляясь с ним в сторону гостиной. — Про драконов, смотрела такой? — поинтересовался Чарли, спрыгнув со стула и последовав за Микасой. — Мне он очень сильно нравится. Я могу тысячу раз пересматривать один и тот же мультик, и он мне все равно будет нравиться! А у тебя так? — «Как приручить дракона», наверное, — улыбнулась Аккерман и поставила ужин на журнальный столик. — Мне тоже нравится пересматривать всякое. До сих пор Зверополис люблю, хотя вышел он лет семь назад. — Да, он! — Чарли восхищённо кивнул головой, ведь был искренне удивлен, что Микаса знала название его любимого мультфильма. — Ты его смотрела? — Он был одним из моих любимых, грех не знать, — немного посмеявшись, Микаса присела на диван и взяла в руки пульт от телевизора, чтобы найти нужный мультфильм. — Ты очень крутая, — уже в подтверждение своих слов он кивнул головой. — Почти никто из взрослых не смотрит мультики. Только с папой иногда ездим в кинотеатр, он тоже просто любит смотреть со мной мультики, — поясняя все подробности своей жизни, Чарли устроился на диване рядом с Микасой. Такая открытость и общительность в его диалогах всё же была слишком милой, чтобы переставать слушать его. — Есть действительно интересные, смешные. Они мне всегда нравились. Так что в следующий раз с вами в кинотеатр с удовольствием поеду, — усмехнувшись, Микаса сделала звук чуть громче и придвинула стол ближе, чтобы есть Чарли было удобнее. — Приятного аппетита. — И тебе, — Чарли придвинулся ближе к столику и заинтересованно уткнулся взглядом в экран, ощущая на спине ладонь Микасы, что поглаживала его. Было приятно чувствовать на себе заботу и ласку, которой так не хватало от матери. — Принести сразу салфетки? Или справишься? — уточнила Аккерман, ведь лучше было заранее подготовиться, чем потом отмывать Чарли и все вокруг. — Не надо, я не испачкаюсь, — он отрицательно качнул головой, не отрывая взгляда от зубастых драконов и храбрых викингов. Сейчас определено интересовало его только это. — Как скажешь, — улыбнувшись, Аккерман осторожно поправила кофту Чарли, а затем перевела взгляд на экран телевизора, уже увлекаясь просмотром давно забытого мультфильма.***
Высокие колоны, фасадный декор, в ряд высаженные деревья — первое, что предстало перед глазами Эрена, только что покинувшего салон своего автомобиля и открывшего дверь в здание для своей жены. Она выпрямилась, поправила платье и гордо вздёрнула подборок, буквально вцепившись в пиджак Йегера, заставляя согнуть руку в локте. На душе было тошно от осознания того, что после всех ссор Люси продолжает вести себя так, словно ничего и не было. Будто ей мало того, что сейчас он быть вынужден придерживаться такого образа в кругах надутых мужчин в пиджаках, до тошноты противно вытирающих пальцами жир с ужасных редких усиков. Мало его напряжения и излишней настороженности, словно вот-вот должно произойти что-то плохое. Оно не удивительно, Люси ведь в любую секунду способна вытворить такое, что на уши не натянешь. Казалось, дня хуже, чем этот было уже не придумать. — Милый, ты выглядишь так напряжённо. Мне кажется, твоим коллегам это не понравится, — снова тошнотворный писклявый голосок и этот глупый взгляд пятилетнего ребенка глазами взрослой девушки. — Если ты прекратишь держать меня так крепко, может, я не буду выглядеть напряжённо, — проговорил Эрен, а затем нахмурил брови, когда Люси сжала локоть ещё сильнее. Но не отстранялся, ведь поодаль уже показался один из его солидно разодетых знакомых, шедший под руку со своей новоиспечённой молодой невестой. — А если вдруг кому-то из них взбредёт в голову, что мы с тобой в ссоре? Будет очень нехорошо. Поэтому не забывай улыбаться, пожалуйста, — Люси взглянула на того самого мужчину, мило улыбнувшись ему. Снова показывала свою глупость, считая это правильным поведением женщины. — Этому? Он на нас даже внимание не обратит, смотри, как к своей спутнице прицепился, — Эрен в отвращении сморщил нос, но затем сразу же натянул доброжелательную улыбку, когда рядом показался ещё один знакомый отца, раньше активно помогающий Грише в продвижении бизнеса. И всех их приходилось запоминать, и к каждому относиться с должным уважанием. — Ты должен вести себя так же, бери пример, — все с той же улыбкой миссис Йегер переключила внимание на другого мужчину и стала лишь ближе к мужу. — Добрый вечер, — подала тихий голосок она, смотря в светлые глаза незнакомого для себя человека. Ей не приходилось заморачиваться, как Эрену. Достаточно улыбаться всем в равной мере, а он сделает все остальное. — Здравствуйте, — Эрен улыбнулся чуть шире, с неким отвращением замечая, как мужчина пригладил залысину на макушке, а затем вытянул ладонь для рукопожатия с ним. Только сейчас Люси отцепилась от Эрена, освободив его руку для знакомого. Сама же, раскачивая бедрами, уже направилась к забронированному столу, где ей любезно подготовил стул другой знакомый. Эрен же, торопливо пожав ладонь собеседнику, отстранился, поправил запонки на своих рукавах, ещё раз одарил окружающих взглядом и поспешил в сторону стола, здороваясь со всеми всё с той же улыбкой. Когда Йегер опустился на стул рядом и уже начал вести с кем-то светскую беседу, Люси просто наблюдала за ходом разговора, вряд ли даже улавливая его суть. Попивала сухое шампанское из узкого бокала, закусывала его лёгким салатом, подтверждая все мужские стереотипы о том, что ничего плотнее девушки на людях никогда не едят. Вскоре стало даже скучно рассматривать эти серьезные лица, взгляды которых были направлены не на неё. Йегер закинула ногу на ногу, ритмично покачивая верхней, посмотрела на Эрена, больше не замечая за ним той нервозности. Неужели даже разговоры о нелюбимой работе утруждали его меньше, чем беседы с женой? — Я считаю, что это отличный вариант, Ричард. Вы, должно быть, вложили достаточно усилий, чтобы развить себя в этой отрасли, — Йегер в такой обстановке чувствовал себя пусть и не самым лучшим образом, но держался и создавал вид идеального семьянина, владельца компании и просто собеседника идеально. Умело заливал в уши и красиво преподносил свой годами созданный образ. Терпение Люси медленно, но верно близилось к концу. Она просто не могла выдержать ни минуты в таком людном помещении без всякого внимания к собственной персоне. Хотя бы Эрен должен посмотреть на нее, поухаживать, сделать хоть что-то. Он ведь должен быть и хорошим мужем в глазах окружающих. — Ты такой серьезный, когда дело касается работы. Похож на своего отца, — прошептала Йегер ему на ухо, ловко задевая все самые щекотливые темы. Возможно, так надеялась возбудить его, но вот только даже сама не знала, добивалась агрессии или сексуального влечения. Эрен в момент нахмурил брови, совершенно сбиваясь с толку и не зная, как трактовать такие слова от Люси. Звучало до жути глупо, прямо в стиле его недалёкой жены. — А ты можешь быть мудрее и просто помолчать, — Йегер аккуратно нагнулся к уху Люси и отстранился, скользнув ладонью по ее бедру. Знал, что подобные слова вместе с лаской для нее потеряют всякий негативный домысел, и она послушно угомонится ещё на пару минут. Люси довольно хихикнула, прикрыв рот ладонью, а другой огладила плечо Эрена, неторопливо пройдясь по нему ноготками. Ужасно боялась, что кто-нибудь заметит незавершённость её маникюра, но похоже, действительно никому не было до него дела. Йегер же вновь вовлекся в оживленный диалог мужчин, но ладонью всё же проник глубже меж бедер, чуть задирая платье жены и нащупывая кружева чулок. Сжимал и гладил, успокаивая и удерживая Люси от желания в неподходящий момент вновь прошептать какую-то нелепицу. — Пытаешься отвлечь меня? — изогнув губы в ухмылке, она вновь перешла на шёпот, но вопреки своим словам поставила обе ноги на пол и немного развела их. Была не против таких знаков внимания. Все равно ведь чувствовала, что про нее не забыли. Хоть и, как всегда, хотелось большего. Хотелось приковать к себе все взгляды и захватить все мысли. — Я тебе настоятельно рекомендую успокоиться и посидеть смирно, — вновь склонившись к ее уху, прошептал он как можно более внушающе, затем сжал ладонь на бедре крепче и вернул взгляд к какому-то из мужчин, который тут же задал вопрос и отвлек Эрена от Люси. Она недовольно нахмурила брови, надула губки и принялась жалеть себя мыслями о том, как трудно быть нелюбимой. Разве можно так угрожать собственной жене? Ещё и на людях. Но отчего-то лезть дальше не хотелось. Мало ли, что последует за этим предупреждением. Оставалось только безустанно глядеть на настенные часы, что никак не достигали нужной отметки, слушать что-то о строительстве, во что вникать даже не хотелось, и довольствоваться касаниями Эрена, что являлись единственным подтверждением её присутствия в этом мире. — Милый, — Люси подала голос уже громче, как только часовая стрелка указала на десять вечера, — мне кажется, нам уже пора. Наш малыш наверняка скучает по маме, няня никогда не заменит материнской ласки. Может, он вообще засыпать боится. Поехали лучше. Эрен сначала непонимающе свёл брови к переносице, перевел взгляд на Люси, и только спустя пару секунд до него дошел смысл сказанных слов. Впервые за этот день увидел от нее какую-то заботу о Чарли, пусть даже сказанную лишь для своего блага. Это уже прогресс. — Да, ты права. Мы что-то совсем задержались, — он кивнул головой, немного отодвинул от себя тарелку со стэйком, к которому даже не притронулся, и поднялся из-за стола. — Раз уж мы обсудили все, что хотели, с Вашего позволения откланяемся, — улыбнувшись коллегам, Йегер подал руку жене, сейчас следуя лишь этикету. Затем распрощался с каждым рукопожатием и только тогда направился в сторону выхода, сжав ладонь Люси в своей пуще прежнего. Уже не было сил сдерживать в себе накопившийся гнев. — Что это было вообще? — буквально прошипел он, скосив взгляд на жену, когда они покинули здание и уже направлялись в сторону припаркованного автомобиля. После всего этого единственное, чего он желал — не видеть ее как минимум сутки. — Я тебя по-нормальному просил сидеть, хотя бы делать вид, что тебя что-то интересует там. И молчать. Но нет же, ты у нас лучше знаешь. — Я вела себя как подобает твоей женщине! Ты не обращал на меня никакого внимания, что мне ещё оставалось? Сидеть давиться этим салатом, пока ты там деловые вопросы решаешь? — Люси недовольно хмыкнула, хмурясь и явно выражая свою неприязнь к сложившейся ситуации. Но руку мужа по-прежнему не отпускала. — Это делать и подобает. Будь ты поумнее, может, и с нами бы поговорила, — Йегер всплеснул свободной ладонью и нахмурил брови, плохо сдерживая агрессию. Прошёл к своему автомобилю, буквально выдернув локоть из рук вцепившейся Люси. — Снова называешь меня глупой? Эрен, мой терпение не вечное, — одернув подол своего платья, Люси поспешила к пассажирскому сидению и заняла его. — И оно постепенно близится к своему краю, не видишь разве? Знаешь, как я нервничала, когда вот с таким маникюром сюда ехала? Из-за тебя, кстати. Но ты даже не поддержал меня. Конечно, я ведь каменная, справлюсь со всем сама. — Прости, забыл, что в твоей жизни это — самая главная проблема, — притворно ласково и нежно проговорил Эрен, заводя автомобиль. Затем обернулся назад, выезжая с парковочного места. Ругаться совсем не хотелось, но выпустить гнев сейчас казалось обязательным. — Ты и есть самая глупая женщина, которую я когда-либо встречал. Говорят, девушки любят строить из себя тупых, но ты превзошла их всех! Ты родилась такой. Поздравляю, дорогая. — Это не самая главная проблема в моей жизни. Главная — ты. Во всем и всегда меня крайней выставляешь, не упускаешь возможности унизить, хотя знаешь ведь, как меня это ранит. Ты невыносимый просто. Никогда не учитывал мои чувства, тебе же плевать на меня, — скрестив руки на груди, она смотрела на Йегера в упор, словно вампир, питаясь его эмоциями. — Верно, я такой. Всё правильно, — со злостью сжимая руль, Эрен сомкнул челюсти покрепче. Не желал слышать ее оправдания, но сейчас было необходимо выпустить весь негатив, накопившейся за этот вечер. — Ещё как правильно! Ты эгоист. Самовлюблённый, лицемерный и ужасно бесчувственный. Никогда не поставишь в приоритет кого-нибудь кроме себя. Мне вообще рядом с тобой теперь находиться неприятно! Одни нервы, вечно же что-то не так, — Люси все давила и давила, кажется, даже не планируя остановиться и закрыть рот хоть на минуту. — О да, я именно такой. Вот прям слово в слово. А ещё едва сдерживаю себя от желания проехаться чем-то тяжёлым по твоему лицу. Естественно, после этого мечтаю накричать на тебя, ещё раз показать какой я тиран, не способный на то, чтобы быть нормальным мужем и отцом. Не забудь, что я ещё такой же вместе с Чарли. Отвратительный отец, ужасный пример семьянина для нашего сына. Прости, что забываю о своем ужасном характере, — Йегер, с нескрываемой агрессией и сарказмом уже давно превысил тон. Теперь он едва напоминал себя, буквально пару минут назад сидевшего в кругах коллег. — Тебе нормально вообще говорить такое? Да что ты за человек?! Мне уже страшно сидеть с тобой в одной машине! — Йегер поспешила осмотреться вокруг себя, словно ища спасения. Будто Эрен и правда мог бы ударить ее и поступить так жестоко. — Останови машину, я переночую у подруги. Не хочу больше терпеть тебя ни минуты. — Да пожалуйста! Хоть живи со своей подругой, в дом только не возвращайся. Шанс на нормальное будущее, может, мне и сыну откроешь, — Эрен завернул в сторону, вспоминая адрес хоть какой-нибудь подруги Люси. Всё же, оставлять на трассе он ее не планировал, сохранял самоконтроль. — Говори адрес этой своей подруги. — Выпусти меня из машины, я же сказала! Не нужно мне твоих поблажек, я сама доберусь куда нужно, — Люси было просто необходимо выкрутить все так, будто даже возможность подвезти её для Эрена была бы одолжением с её стороны. — Я, может, по-твоему, и ужасный тиран, но я до сих пор остаюсь человеком. В отличие от тебя, — Йегер кинул на нее презрительный взгляд, а затем вновь отвернулся к дороге. — Говори адрес. Я довезу тебя. — Ты просто невыносим! — она насупилась и отвернулась к окну, максимально ограждая себя от любого контакта с мужем. Лишь тогда назвала нужный адрес уже спокойнее. Остальная часть дороги прошла в тишине, перебиваемой лишь тяжёлыми вздохами обиженный Люси. Похоже, за это время она осознала всю серьезность намерений мужа, подвозящего ее к коттеджу подруги. Эрен не стал везти ее домой против воли и за время дороги пытаться разъяснить отношения, говорить по-человечески. Не стал искать компромиссов, пытаться все уладить. Похоже, он действительно ждал лишь повода избавиться от Люси. А теперь она сама его предоставила. И, естественно, осталась неудовлетворенной результатом. Казалось, как бы ситуация не повернулась, радости на этом разукрашенном лице не будет никогда. Всегда найдется подвох или какая-то совсем мелкая деталь, которая испортит девушке настроение. — Счастливого пути, — следуя своей гордости, Люси не стала извиняться и делать первый шаг. А когда машина остановилась у нужного здания, Йегер слишком притворно улыбнулась, намеренно подчёркивая свою саркастичность, и покинула пределы автомобиля, громко хлопнув дверью.
