Цензура

Яори со страхом взглянул на тёмную дверь кабинета. После увольнения Еки многие стали складывать легенды и страшные истории и том, как Аз издевался над бывшим представителем буквы "Е". Уже никто и не помнит, насколько была велика или мала та оплошность, но абсолютно все помнили неожиданный результат: Ека больше не был с ними. Дрожащей рукой, Яори снова дёрнул ручку кабинета, осторожно входя. Если он опоздает и в этот раз, наказания ему не избежать, и оставалось лишь надеяться на милость "начальника". Просторный, чистый кабинет приветствовал чернушного строгой и холодной рабочей атмосфере. Стены были уклеены бланками и графиками, рядом висела таблица с какими-то знаками, а на столе лежала стопка бумаг, ждущих, когда же их используют для приказа об увольнении последнего. Черноволосый знал: если его уволят, он потеряет единственную работу, которую смог получить только благодаря удаче. За столом сидел он. Начальник, Аз, исполнитель роли буквы "А". У него было несколько имён, но это не менял его личности абсолютно. Хладнокровный, местами даже жестокий, нарциссичный. И он не терпит жалости к другим. Это был мужчина двадцати лет, с длинными, по лопатки, апельсиновыми волосами, оранжевыми, словно янтарь, глазами, в красивом оранжевом пиджаке с чёрным галстуком и в оранжевых брюках. Глаза были подведены стрелкой с нарисованными двумя ресницами, а на ногтях был нанесён чёрный маникюр. Строгий взгляд заставил Яори вытянуться, словно прутик, и приковал к земле: — Ну здравствуй, Яори, так? — первый по должности поднял бровь, вопросительно, но не менее строго глядя на парнишу. Тот кивнул: — Д-да, а вы Аз? — если бы его глаза не были такими чёрными, то можно было бы увидеть, как сузилист его зрачки от страха. — Цыц, говорить здесь буду я, а ты — когда тебя попросят, — рыжеволосый откинулся на спинку стула, всё так же исподлобья глядя на чернушного. — Почему опоздал? Ты думаешь, я могу терпеть такую некомпетентность и отсутствие пунктуальности у своих работников? Яори виновато потупил взгляд, совершенно не зная и не предполагая, что его ожидает. — Ну, я слушаю, — Аз наклонил голову вперёд, устрашающе глядя на тридцать третьего. — Почему ты опоздал? Проспал. Если он так ответит, увольнение ему обеспечено. — Я-я доделываю отчёт, вчера засиделся, п-простите... — черноглазого бросило в дрожь. — Ясно, — Аз сердито выдохнул, как вдруг ударил по столу руками и встал, грозно глядя на Яори: — Ещё раз такое повториться, или ты совершишь хотя бы малейшую оплошность — уволю. Уволю! Чтобы такого больше не было! Вместе с непроходимым напряжением на Яори накатило облегчение: над ним сжалились. Всё вроде бы хорошо, да? — Извините, а не могли бы мы с вами... — Яо буквально трясло, теперь уже не от страха, а от любопытства. — ...познакомиться ближе? Возможно, тогда я... — Что?! — шокированный Аз сел на место, уже через секунду кипя от негодования. — Ты сошёл с ума? После оплошности ещё смеешь со мной поддерживать дружеский разговор?! — еле сдержавшись и успокоившись, рыжеглазый иронично улыбнулся: — Тебе мало того, что ты ходишь по лезвию ножа? Ничтожество. Убирайся, пока я не передумал насчёт увольнения, понял?! — Аз ударил руками по столу, заставляя Яо вздрогнуть и выбежать за дверь. Черноволосый, понурив голову, пошёл в свой кабинет, испытывая смешанные ощущения. Наравне с подавленностью, в душе поселились необоснованная тревога и радость за то, что не уволили. А ещё... Восхищение после встречи. Казалось бы, ведь начальник накричал на него и унизил. Но его внешний вид восхитил Яори: несмотря на все недостатки характера и нарциссичного поведения, он выглядел очень опрятно и аккуратно.. Дверь вновь открылась, отчего Аз дёрнулся и косо посмотрел на вход: — Я никого не жду. — А меня ждёшь? — Краткий ухмыльнулся, закрывая за собой дверь. — Тебе послание. — Ну и от кого же? — рыжеволосый невесело усмехнулся, после чего резко побледнел. — Только не говори, что... — Да, от босса, — исполнитель роли буквы "Й" оставался совершенно спокойным, открывая конверт и читая послание, когда вдруг по его лицу прошлась тень шока и даже некого злорадия. — Ты отстраняешься от высшей должности.