sorry, i love u

» — Чанни-хен не беги так быстро, я не успеваю, — доносилось недалеко позади, — быстро же ты сдался, — Чан остановился, чтобы дождаться своего возлюбленного, — очень больно бежать по песку, знаешь ли, — Чанбин сел на песок и начал массировать ступни, — у меня очень нежные пяточки. — мой ты нежный, мы тут всего ничего пробежали, — Крис подошел к парню и сел рядом. — я понимаю, что у тебя радости полные штаны из-за моря, но радуйся как-то по-другому, — блондин резко притянул лицо Бинна и очень нежно, но не менее страстно поцеловал. — так? — и оба начали укатываться со смеху. уже вечерело и надо бы возвращаться к палатке, но эти двое продолжали сидеть на песке и наслаждаться шумом волн. Чан любил море чуть меньше, чем любил Чанбина. он вырос вблизи этого шума волн, этого соленого ветра, который превращал его кудри в не пойми что, этого гула чаек. для Чанбина это все не было так любимо и радужно: слушать, как волны бьются о берег, может, и круто, и весело, но раз в год и не больше. романтика курортов и пляжей была для него мимолетна, но он приехал сюда ради своего парня, ведь ему здесь хорошо. да, придется потерпеть неудобную палатку, постоянный шум и в принципе дискомфорт всего, что тут только есть, но ведь Чанни счастлив. Со очень хотел уехать куда-нибудь в большой город со всеми удобствами отелей, ресторанов и инфраструктуры, но не в этот раз: — как сейчас помню, как мы с Ханной пытались ловить чаек нагло крадущих наши сосиски и чайные пакетики, смеху было да и только, — произнес Чан, пытаясь собрать какие-то созвездия на небе, хоть еще и не совсем стемнело. — это ты надоумил Ханну на это? она, по-моему, умнее тебя, — не вкладывая злобы в эту шутку, произнес Чанбин. — эй ты, — Бан ударил парня в плечо. — а ты сразу драться, да? — иди нахер, Со Чанбин, — показушнечиски Чан надул губы и отвернулся. — да ты нежнее моих пяток. а ну иди сюда, — Со накинулся на Криса со спины и начал зацеловывать в макушку. — ты не-вы-но-сим, — Чан перекинул парня через спину, и оба опять засмеялись. в этой поездке было много смеха и не было горя, кроме горя Чанбина о том, что ходить надо под куст и Инст ловит только на горе около маяка. на удивление, на пляже было достаточно мало людей, а в том закутке, где парни поставили палатку, так вообще ни одной души. а место было и вправду волшебное: маленький песчаный закуток среди камней, скрытый за поворотом большой скалы. да, до этого места пришлось добираться по неудобным камням, тонко балансируя между ударом об острые выступы или падения в воду, но оно того стоило. вид здесь открывался чудесный. — ай блять! — Бан сразу же выпрыгнул из палатки, заслышав вопли. — что произошло? — я уронил чайник. пиздец, он только закипел, — рядом с костром лежал виновник происходящего из которого медленно вытекали остатки чая. — я уже думал, что ты на себя пролил, дебил, блять, — Чанни подошел к «месту происшествия». — и как это вышло? — как как? взял и уронил, это не сложно, сам попробуй, — от злости у Чанбина чуть сосуды на голове не лопнули. — какой же ты глупый, рукожопый, несуразный и милый, — Крис обнял парня, чтобы хоть как-то снять напряжение. — я тебя ударю, — и вот под звездным небом и рядом с пролитым чаем два парня просто стояли и обнимались». романтика все же была в их отношениях: редко, метко и мимолетно, но им хватало. вот они сидят за столом, кушают вафли и пьют ненавистный Чанбином каркаде. они молчат и думают обо одном и том же — о том как все-таки раньше было хорошо. они не пытаются разговором сохранить свои отношения, они пытаются сохранить свои отношения воспоминаниями в своих же головах. Бан вспоминает, как им было хорошо в поездах на море, Со вспоминает, как он ездил на это же море ради того, чтобы сделать своего парня счастливым. оба думают как было хорошо друг другу и понимают, что друг без друга так не будет. да, ложки дегтя постоянно добавлялись в эту бочку меда их романтических моментов, да и обычной бытовой жизни, но они уже даже привыкли ко вкусу дегтя, он уже кажется сладким, наверное даже слаще, чем сам мед, до ужаса приторным и вонючим, раз от него все еще так противно. — надо будет купить кофе, — тишину первым нарушил Бан. — но ты же его не пьешь. — ну тебе же он нужен, не будешь же ты давиться моим каркаде, — оба наконец подняли глаза и посмотрели друг на друга. у обоих они были до жути красные и опухшие после их рыданий. — а если… нет, не буду, — Чанбин сразу отдернули себя, то что он хотел скать, сейчас уже не нужно говорить. — а если ты опять уйдешь? он будет ждать тебя в верхнем ящике, срок годности все равно большой, — эта фраза слетела с уст Криса даже не как-то холодно, а с ноткой язвинки. — да, я могу говорить об этом спокойно, я каждый день думаю об этом и как-то жить уже стало проще. — не говори так, я исправлюсь. сейчас уж точно. да, я не люблю твой чай, твое море, твои сигареты и твою диету, но я люблю тебя, твои кудри, руки с каждым их бугром от шрамов, твое чувство юмора и твои объятья. и да, я тоже могу говорить об этом спокойно, я понимаю, кто я и, что я делаю, и понимаю все последствия, — казалось бы, после этих слов обоих, наверное, должно было пробить навзрыд, но оба сидели в пугающем спокойствие, наверное, им надоело устраивать истерики каждый раз. — ты все такой же глупый, рукожопый, несуразный и милый, — Чан расплылся в улыбке. — может опять съездим на море? — ну уж нет, этим летом мы поедем куда-то, где есть инфраструктура, — язвительно произнес Со. — ладно-ладно, убедил, но пусть там хоть речка какая-то будет. — гидросексуал ебучий, — и комната наполнилась гоготом.