Родные веснушки

Парни держались за руки. На это сразу обратил внимание парень в чёрной джинсовой куртке, поправляя нежно-розовые волосы он будто насмехаясь произнёс — У нас педики теперь учиться будут? — Угомонись, Хëнджин, может они просто друзья. Да и какая тебе разница? — донеслось с другого конца аудитории. — Чан, может ты тоже из этих? Хули ты их так защищаешь? — Я просто адекватный, — синеволосый уставился в экран телефона тем самым дал понять, что разговор окончен. Хан и Феликс всë так же стояли у входа когда к ним подошёл парень который казался ещё ниже Джисона. — Я Чанбин, не обращайте на него внимания, местный задира так скажем. — Феликс, приятно познакомиться. Блондин слегка толкнул Джисона, чтобы тот вернулся из мира мыслей. — А? Я Хан Джисон. — Пойдёмте, я вас со всеми познакомлю. Чанбин направился к другому концу аудитории, Феликс и Хан пошли за ним. Они заметили как к ним направляются двое парней, одного они уже слышали — это Чан. У второго было доброе выражение лица, а глаза будто кошачьи. — Это Бан Чан и Минхо, за второй партой среднего ряда сидят Чонин и Сынмин, ну а Хенджин даже знакомится с вами не захочет. Парни понимающе кивнули. Звонок, в помещение вошёл преподаватель. На протяжении всей пары Хенджин не слушал лекцию преподавателя, лишь наблюдал за двумя новенькими. Его пристальный взгляд явно был заметен, но парень не переживал на этот счёт, ему было абсолютно плевать. На перемене он подошёл к парте Хана и Феликса, сейчас там сидел только Феликс, Джисон отошёл. Хëнджин шёл медленно и пристально смотрел на блондина. Подойдя к парте он навис над младшим и начал нагло рассматривать лицо Феликса от чего тому стало не по себе. — Чего тебе? — неуверенно спросил Феликс. — Что ты сказал? Повтори, а то это было так тихо и неуверенно, что даже мой отличный слух не уловил твой голосок, — Хëнджин улыбнулся, но эта улыбка была омерзительна для Феликса. — Я спрашиваю чего тебе? — уже громче повторил Феликс, но его не до конца сформировавшийся голос предательски сорвался. Хëнджин залился смехом, но через несколько секунд снова уставился на Феликса, он провёл указательным пальцем по его щекам. — Если уж хочешь скрыть веснушки купи нормальный тональник, а не какую-то хуйню, — сказав это он резко развернулся и вернулся к своему рабочему месту. Феликсу хотелось разрыдаться прямо в эту же секунду. Посидев ещё минуту, блондин всë же вышел с аудитории и как только закрылась дверь он опустил голову и заплакал. Через несколько минут к нему вышел Чанбин. Увидев, что младший плачет он слегка похлопал его по спине и ободряюще произнёс — Говорил же, не обращай внимания. Ну чего ты? — он обнял Феликса. Когда младший поднял голову Чанбин увидел, что его глаза покраснели, а тональник неравномерно смылся слезами. — Так не пойдёт, ещё больше доставать начнёт. Тебе нужно умыться, чтобы хоть как-то себя в нормальный вид привести. Блондин кивнул и направился вместе с Чанбином в уборную. — Ещё один... Ох, что же мне с вами делать? — зайдя в уборную они увидели Джисона у которого скорее всего была паническая атака. Феликс сразу же отреагировал на это и спокойно подошёл к другу, он обнял его и попросил Чанбина выйти. Через некоторое время оба вышли уже в более менее нормальном состоянии, Бинни ждал их возле двери, они вместе направились обратно в аудиторию. Хëнджин сразу обратил на них внимание и снова начал докапываться до Феликса. — Поныл уже, неженка? — Заткнись! — грубо сказал Чанбин после чего Хëнджин закатил глаза, но замолчал. Когда все пары закончились Феликс и Джисон попрощались со всеми и друг с другом, каждый направился к себе домой. По дороге Феликс рыдал и ненавидел этот день больше чем все остальные. Перед тем как зайти домой он вытер слезы и постоял пару минут возле двери, чтобы успокоиться. Переступив порог квартиры к нему выбежала сестра и начала обнимать парня, вслед за ней вышла его мама. — Ну как прошёл день? — улыбаясь спросила Оливия. — Всë хорошо, ребята позитивные и хорошо нас с Джисоном приняли. — У него не было панических атак? — с некой заботой спросила мама. — Не было, он просто немного переживал, а так всë хорошо. — Ну вот и отлично, переодевайся и иди кушать. — Мам, я не хочу. В университете покушал. Женщина недовольно хмыкнула и пошла к себе в спальню. — А теперь рассказывай правду! — грубо приказала Оливия — Ты чего? — Ты думаешь я не вижу? У тебя глаза заплаканные и косметики на лице нет. Ты плакал, Феликс, и явно не от радости. — Оливия, я в порядке, не нужно за меня беспокоиться. Феликс быстрым шагом направился к себе в комнату и закрыл дверь на замок. Он свалился на кровать обдумывая этот день и уснул даже не переодевшись. В это время у Хëнджина. Парень сидя на подоконнике потушил окурок об руку в которой держал нарисованный портрет Феликса. Он снова посмотрел на рисунок и начал сомневаться в расположении веснушек на лице Ликси. — А ты красивый, Феликс... Хёнджин закрыл скетчбук и спрыгнул на пол. Он подошёл к зеркалу рассматривая своë лицо и тело. На оголённом торсе виднелось несколько ожогов от окурков, на руках их тоже было не мало так же как и порезов, он провёл пальцами по каждому шраму после чего прыгнул на кровать. Парень дотянулся до телефона с наушниками которые лежали на подушке и включил Mac DeMarco – Dreaming Хëнджин закрыл глаза, но перед глазами вновь появился образ красивого личика усыпанного веснушками. — Черт, какого хуя? — парень помотал головой и постарался сосредоточиться на песне. Парень уснул буквально через несколько минут.