IONIC HALO. Темное начало

      Вселенную нельзя назвать жестокой и несправедливой, или доброй и всепрощающей. К ней вообще нельзя применять человеческие понятия и нормы морали. Она безразлична ко всему, что в ней происходит. Вселенная не обращает внимания на мольбы, слёзы, отчаянные крики живущих в ней носителей разума. Она просто следует кем-то задуманной схеме — расширяется, сталкивая между собой целые миры, зажигая и гася звезды. В ней нет понятия времени, она не отслеживает его течение, не отсчитывает минуты, секунды, мгновения. Вселенная не нуждается в таких формальностях. И если что-то происходит в ней, то это просто происходит.       Время — величина относительная. Что для Вселенной одно мгновение? Это в миллиарды раз меньше, чем для человека один вздох, один удар сердца, озарение.       За это мгновение во Вселенной может произойти великое множество событий. Сотворение и разрушение, рождение и смерть, искра разума и помутнение рассудка. И все эти события важны только одним существам в этой самой Вселенной.       ***       Ты открываешь глаза и снова закрываешь их. Голова раскалывается, во рту пересохло, язык распух и прилип к нёбу, очень хочется пить. Ты не чувствуешь своё тело. Пытаешься пошевелить руками и понимаешь, что они затекли, а запястья жжет, будто к ним приложили раскаленный металл или облили жидким азотом. Первое желание — согнуть руки. Ты дергаешь ими вверх-вниз, но они так и остаются в одном положении. Слышен только лязг металла о камень. Плечи сводит судорогой так сильно, что выступают слезы. Собравшись с духом, ты снова открываешь глаза, но это бессмысленно, слишком темно. Надеешься, что глаза привыкнут, и ты сможешь разглядеть хоть что-нибудь. Не закрывая глаз, ты пытаешься представить в каком положении оказалась. Мыслительный процесс дается нелегко. Последний раз ты помнишь себя в большом холодном зале Малфой-мэнора, помнишь пытки чокнутой Лестрейндж, а дальше — провал.       Конечно, ты понимаешь, что до сих пор находишься в поместье, где-то в подвале или чём-то подобном. Ты сидишь на холодном полу, руки прикованы цепями. Если попробовать встать, то, возможно, рукам станет легче, они больше не будут держать вес твоего тела. Тут медленно и неотвратимо накатывает понимание, что ног ты тоже не чувствуешь. Надеешься, что они просто затекли, но с каждой секундой уверенность покидает тебя. Ты всё ещё пытаешься успокоить себя, отвлечь мыслями о друзьях, о Роне и о нём. И в этот момент резко начинает тянуть низ живота, кажется, будто внутри маленький, не затушенный костер. В груди щемит от боли и отчаянья, ты закусываешь губу до крови и больше не сдерживаешь слёз.       Дура, на что ты надеялась, когда шла на всё это?!       Раздаётся щелчок замка, и дверь тихо открывается. В глаза ударяет яркий свет из коридора. Ты щуришься от боли в глазах, для тебя теперь любой свет покажется нестерпимо ярким. В дверном проёме появляется темная высокая фигура. Лица ты не видишь, но что-то неуловимое заставляет тебя немного расслабиться. Ты не чувствуешь угрозы.       Человек делает шаг в твоём направлении, и дверь за ним захлопывается. В этой темноте вас теперь двое, и ты снова теряешься в этой страшной бездне. Ткань его мантии шуршит, знакомый голос произносит заклинание, и на кончике его палочки зажигается синий огонёк, освещая знакомое лицо. Твои глаза цепляются за черты его непривлекательного лица. Сердце сжимается в груди, ты не знаешь, радоваться тебе или плакать от обиды. Он смотрит на тебя с равнодушием камня. Он никогда не позволял себе лишних эмоций, его носогубные складки и опущенные уголки рта прекрасное тому доказательство. Недолгое время вы смотрите друг на друга молча. Будто что-то решив, он почти вплотную подходит к тебе и нагибается к твоему лицу. Твой нос улавливает знакомый запах ингредиентов для зелий, но самой сильной нотой в этой какофонии является мята. Ты слабо удивляешься, потому что она практически бесполезна для зельеварения.       Свободной рукой он берёт тебя за подбородок, заставляя смотреть ему прямо в глаза. Он гипнотизирует тебя, заставляет тебя пропустить его в собственное сознание, теснит силой. Перед глазами неотвратимо и незвано встают картины недавней сцены в зале. Ты не дура, и быстро понимаешь, что он использует легилименцию. Ты снова переживаешь ту боль и то отчаянное желание сдохнуть. Бороться против внедрения в свою голову ты не можешь, и горькая обида вырывает из тебя всхлипы и слезы с утроенной силой. Наконец, он покидает твоё сознание. В свете голубого сияния видишь, как уголки его губ искривляются в усмешке. Тебе страшно.       Недоверчиво и с презрением посмотрев на тебя, он кладёт свою палочку на пол, и её света хватает, чтобы бегло осмотреть помещение. Впрочем, ничего интересного, обычное подвальное помещение без окон. Из складок мантии он одной рукой извлекает флакон, другой зажимает тебе нос. Воздуха не хватает, и ты открываешь рот. Он быстро вливает содержимое флакона и запрокидывает твою голову. Зелье, не встречая барьеров, быстро опускается в желудок. И ты отключаешься.