Sharing Different Heartbeats

      Вегас не заметил Пита в храме. Не сразу.       Он был слишком поглощен своими мыслями, думал о настроении, в котором пребывал его отец, и об их будущем плане. Отец был особенно раздражителен последнее время и вымещал злость на Вегасе чаще обычного. Все его тело словно чесалось, хотелось стереть с себя вонь неудачника.       Поэтому он пришел в храм. Это место всегда помогало ему найти нужный фокус и успокоиться под звуки мантр и тихих ритуалов. Верил ли он во что-то или нет не имело значения – главное, что это помогало. И сегодня он сказал Макао встретиться с ним здесь, чтобы увести того от отца. Он всегда боялся, что, если он пропадет, пока отец будет в плохом настроении, Кан выместит свою злость на его младшем брате. Это было недопустимо. Макао не должен быть наказан за ошибки Вегаса, за ошибки их семьи. Ему повезло родиться вторым, без обязанностей, и Вегас хотел защищать его, пока тот не подрастет достаточно, чтобы выбраться самостоятельно.       Вот что варилось в его голове, когда он вошел в храм; его челюсть все еще болела от ранее полученного удара. К счастью, следа не осталось, так что никто не заметит. Но чувство позора жгло куда сильнее, чем пострадавшая челюсть.       Но когда кто-то выкрикнул его имя, он был вырван из своих темных мыслей. Один взгляд — и он увидел Макао у входа в храм, а рядом с ним очень неловко выглядящего Пита. Он тут же все понял. Ах. Пит следил за ним. Опять. И он был слишком увлечен своими мыслями, чтобы заметить. Обычно подобная невнимательность заставила бы его подумать хуже о себе самом. Но, по какой-то причине, вид Пита, разговаривающего с Макао (и очевидно пытающегося что-то ему напиздеть), привлек его внимание сильнее, чем внутренние демоны.       Он стал медленно подходить, позволяя им болтать. — Если ты здесь… — Макао широко улыбался Питу, который, в кои то веки, не нацепил свою улыбающуюся маску и вместо этого выглядел встревоженным и напряженным, — …неужели и старший братец тоже? Где? Где он?       И тут Вегас настиг его, крепко сжимая рукой плечо. Пит дернулся и подпрыгнул, пытаясь вырваться из хватки и с опаской смотря на Вегаса, но вскоре его лицо приняло нейтральное, осторожное, расчетливое выражение. Вегас не мог не ухмыляться, смотря на Пита, зажатого между ним и Макао и в очередной раз пойманного. — Я так не думаю, — Вегас чуть огляделся, но Танкхуна нигде не было. Он это уже знал, Пит был неподходяще одет для официальной службы. И все же неплохо было проверить другие возможные хвосты. Но их вроде как тоже не было, и Вегас подошел поближе, все еще крепко сжимая плечо Пита и довольно улыбаясь. — Кажется, он один. — Да, такой грешник, как Танкхун, не пришел бы в храм, — Макао держал руки на бедрах, весело наблюдая и продолжая улыбаться. У него не было страсти к насилию как у Вегаса, но он определенно любил хаос и заставлять людей чувствовать себя стесненными. Он подвинулся поближе и положил руку Питу на плечо. — Жарковато, не правда ли?       Пит выглядел абсолютно сбитым с толку, пытался источать неформальную непринужденность, но было это неубедительно, стресс было не скрыть. Он засмеялся в свою обычную идиотскую маску, кивая и качая пушистыми волосами. — Ага.       Вегас мимолетно задался вопросом, достаточно ли Макао умен, чтобы видеть «туповатость» Пита насквозь. Не то что бы это имело значение. Ему либо нравилась эта идея, либо нравилось забавляться с Питом. — Так что ты здесь делаешь, Пи’Пит? — спросил Макао, задавая ход беседы.       Маска Пита поблекла на мгновение, пока он выдумывал убедительную ложь. Вегас теперь уже очень близко знакомился с этим выражением лица Пита. Почему он вообще продолжает это делать? В конце концов, Вегас видел его на совместных миссиях. Он знал, что Пит был умен, расчетлив и, если надо, безжалостен. Зачем прятаться за этой маской, если я уже знаю, что это все фальшивка?       Пит наконец ответил, солнечная улыбка вернулась, и он чуть покачался, чтобы точно выдать им это свое я-просто-идиот-не-думайте-обо-мне, которое получалось у него так хорошо. — У меня сегодня выходной, вот и решил сходить улучшить карму.       Вегас осторожно изучал его лицо, пока он говорил, не моргая, специально стараясь нервировать его и заставить маску расколоться. Чем больше Вегас видел это глупое выражение, тем больше он хотел потратить время на то, чтобы ее сломать. Я хочу узнать, Пит. Какой же ты настоящий?       Макао наслаждался очевидным дискомфортом Пита, все еще держа руку на его плече (или, возможно, ему просто нравился Пит и он купился на его представление, с Макао было невозможно сказать, Вегас всегда, насколько мог, старался, чтобы он не вмешивался в грязные дела семьи). — Прекрасно, мы собрались днем послушать наставления монаха, — Макао ухмыльнулся, — Давай с нами, Пи’Пит.       Макао одарил Вегаса озорным взглядом, пока Пит продолжал выглядеть некомфортно между ними, чуть прикусывая губу, что для Вегаса напоминало определенного рода приглашение. — Не знаю, что нашло на моего брата в последнее время. Вдруг увлекся Дхармой.       Пит посмотрел на него, и Вегас не позволил своей улыбке померкнуть. Было три причины, по которым он «вдруг» увлекся Дхармой. Во-первых, он заметил, как Пит склонился перед статуей в доме младшей семьи, и задумался над этим — раз уж Кинн всегда отправлял Пита следить за ним – возможно удастся сбить его с толку посещением храма. Во-вторых, эти посещения и правда позволяли отвлечься, когда он был особенно расстроен. В-третьих, утаскивая Макао с собой он защищал того от гнева отца, которому тот был особенно подвержен последнее время. Но ни Пит, ни Макао не должны были об этом знать.       Пит заерзал в ответ на приглашение Макао, и тот начал лaститься. — Давай, составь нам компанию, — он схватил Пита за руку и наклонился, очевидно пытаясь состроить идеальное изображение младшего братика, которому ну невозможно отказать. Вегас наблюдал, наслаждаясь борьбой в лице Пита, как тот пытался выбраться из сложившейся ситуации. — А… — Пит внезапно широко улыбнулся, не глядя на них, — У меня дела, надо спешить! — попытался он уйти. — Постой, — Макао и Вегас вместе схватили Пита за плечи, оттягивая его назад, прежде чем тот смог сделать и пару шагов. Вегас не мог скрыть того, как веселила его очевидная ложь Пита. — Ты же сказал, у тебя выходной, — напомнил Вегас Питу, все еще крепко держа за плечо. Пит оглянулся на него с бровями, сведенными вместе, очевидно обеспокоенный. Но он не мог никуда уйти, пока и Макао, и Вегас его удерживали. Не без драки, в которой он бы не победил. Все члены младшей семьи могли драться очень жестко, включая Макао. Да и Вегас легко мог заточить Пита в собственную ложь. — Разве не хотел улучшить карму? Пит был потрясен и больше не улыбался. Макао начал заискивать. — Ну давай же! Проповедь пойдет на пользу, - Макао не стал дожидаться ответа, — Идем! Следуя его сигналу, Вегас схватил Пита за руку и резко, с помощью Макао, повернул. Пит был растерян. — Хотите, чтобы я тоже пошел? — Да! — радостно ответил Макао, помогая затащить Пита в храм, пока Вегас держал его за (неплохо накаченный, молодец, Пит) бицепс. Макао продолжил болтать: — У этого монаха интересные проповеди. Давай, пойдем… Пит шаркал ногами, пока два брата тянули его в храм, приговаривая: — Подождите, подождите… — лишь когда Вегас доставил его в зал для проповедей и утянул на пол, Пит вроде бы сдался, все еще очевидно неловко садясь рядом с Вегасом, осторожно скрещивая ноги. Макао занял место за ними, но вместо того, чтобы сесть на колени, он прилег, опираясь о колонну.       Пит замялся, взгляд затанцевал из стороны в сторону, очевидно в поисках выхода из сложившейся ситуации. Но к ним присоединялось все больше людей и зашел монах, так что Пит по всей видимости посчитал, что будет слишком грубо, если он рванется отсюда сейчас. Так что он устроился покомфортнее, хотя никакого комфорта в его виде не наблюдалось. И Вегас наслаждался этим дискомфортом. Ну что же ты, Пит, люди подумают, что ты не заинтересован в религии, если продолжишь вести себя вот так.       Вегас считал, что выражение «друзей держи близко, а врагов еще ближе» можно воспринимать куда более буквально, чем некоторые могли подумать. Пит по всей видимости с ним бы не согласился и желал поскорее скрыться и продолжить шпионить за Вегасом на расстоянии… Но если он думал, что Вегас сделает что-то хоть немного компрометирующее, зная, что Пит рядом, то он был настолько же идиотом, насколько притворялся. Так что лучше ему просто успокоиться и послушать проповедь. Это было почти выгодно для них обоих. Вегас знал, что за ним следят, а Пит знал, что он не делает ничего подозрительного. Тупиковая ситуация. Ни один из них не стал бы атаковать другого в храме (даже если бы Вегас хотел, что было не так). Просто идеальный расклад.       Монах расположился и начал проповедь. Вегас соединил ладони и закрыл глаза, позволяя себе расслабиться и просто чувствовать. Это было прекрасно. С Макао рядом он мог не переживать, что с ним сделает отец. С Питом рядом, он мог не переживать о следующем шаге главной семьи. Если бы они сейчас воплощали в жизнь что-то глобальное, то Пита тут бы не было.       Так что Вегас просто слушал, расслабленно и почти войдя в медитативное состояние, внимая проповеди. Он слышал сопение Макао за спиной и знал, что его нерадивый младший брат решил вздремнуть вместо того, чтобы слушать. Но дыхание Пита не изменилось. Он не двигался. Он сидел, замерев, как и Вегас, просто слушая монаха, пока тот поучал их буддистскими наставлениями... Несмотря на некоторый интерес к ним, разум Вегаса не покидало осознание присутствие рядом Пита. Что же он знал о главном телохранителе Танкхуна?       У младшей семьи имелись досье на всех значимых игроков главной семьи. Вегас нашел и прочитал досье на Пита после того, как впервые поймал его за слежкой. Ему нравилось знать своих врагов, и раз Кинн настаивал на том, чтобы посылать за ним Пита, то стоило узнать о нем побольше.       Но в досье было немного. Пит Пхонсакон Саенгхам, двадцать пять лет. Он работал на главную семью с тех пор, когда ему было девятнадцать, и практически сразу попал во внутренний круг. Он был приставлен к Танкхуну и, в отличие от многих, оставался с ним, что показывало либо его терпеливость, либо то, как он располагал к себе людей. Его бабушка жила загородом, единственный живой родственник. Он посещал ее так часто, как только мог, то есть достаточно редко с его-то работой. Ей посылали ежемесячные выплаты и время от времени проверяли, что никто не навредил ей из-за деятельности внука.       Это все, что было в досье. Так что Вегас решил пройтись по тому, что он знал сам. Пит был примерно одного с Вегасом роста, атлетичного привлекательного телосложения. У него было милое скромное личико, которое он использовал в трудных ситуациях. Он был воистину, фантастически плохим лжецом, и не очень хорош по части слежки. Но он был невероятно предан (возможно, во вред себе) главной семье. Он был в хороших отношениях с остальными телохранителями, согласно кроту. Делил комнату с Поршем и подружился с ним практически сразу же. На самом деле, казалось всем нравится Пит. И Танкхуну, который был очень избирателен, и Кинну, который ценил преданность, и Поршу, который отталкивал от себя людей чаще, чем приятельствовал с ними. Даже Макао по всей видимости он понравился. Да черт возьми, Вегасу тоже. Ну, ладно, понравился это преувеличение. Вегас находил его достаточно интересным, чтобы полюбопытствовать. То, что он был красивым делало все еще интереснее.       Если бы они не были на противоборствующих сторонах, Вегас задумался, заинтересовался бы он Питом вообще.       Но если бы они не были на противоборствующих сторонах, провели бы они вместе достаточно времени, чтобы Пит показал свою интересную сторону?       Как бы то ни было, эти мысли были бесполезны. И на эти бесполезные мысли времени у Вегаса не было — если бы они встретились на улице, он бы и не взглянул на него. Он отбросил их и обратил свое внимание на проповедь, слушая как монах говорит о заповедях, начиная с неприкосновенности жизни. И тут почувствовал, как Пит подвинулся рядом с ним. — Кхун Вегас, Вам нравится слушать проповеди? — заговорил он тихо, чтобы не потревожить людей вокруг. Его тон выражал что-то между любопытством и неверием. Вегас чуть повернулся, взглянув на Пита. Зачем мне быть здесь иначе? Выражение лица Пита больше не было идиотским. Он выглядел любопытным, губы чуть раскрылись, пока он ждал ответа Вегаса.       Вегас на секунду посмотрел на его губы, замечая, что они были приятного розового оттенка и выглядели слегка пухлыми и мягкими. — А что, плохо что ли? — спросил он риторически, слегка ухмыляясь, немного отвлеченный мыслью о том, что Пита было бы наверняка довольно приятно целовать. Интересно, его поцелуи такие же сладкие, каким он выглядит? — Успокаивает сердце. Как думаешь, Пит?       Пит моргнул пару раз, очевидно удивленный таким ответом. Вегас полюбовался его губами еще на какое-то мгновение, прежде чем оторвать от него взгляд и вновь повернуться к монаху, заканчивающему проповедь. Они оба подняли ладони ко лбу и склонили головы. Мужчина рядом передал Питу святую воду, и тот выпрямился, как и Вегас. Может им вместе использовать эту воду? Это, пожалуй, нервирует Пита, а Вегас этим насладится. — Кхун Вегас, Вам нужен свой сосуд? — спросил Пит, заметив его движение, — Я пойду принесу.       Какое искреннее предложение – осознал Вегас, смотря на спокойное выражение лица Пита. Как интересно. Вегас слегка улыбнулся. — Давай сделаем подношение вместе. Тогда в следующей жизни встретимся снова.       Цель была достигнута. Пит выглядел куда более встревоженным и удивленным. Но он не запротестовал, лишь приготовил воду, пока монах стал читать мантры. Вегас не смог удержаться и положил руку Питу на спину. Прикасаться к нему, как всегда, было приятно, и вновь непрошенная мысль о поцелуе с Питом пришла на ум Вегаса. Он взглянул на него и увидел, как заманчиво дрожит челюсть Пита оттого, как тот сжал зубы. И раз Пит не отодвинулся, Вегас позволил своему разуму забрести в интересные территории.       Как бы Пит выглядел обнаженным, связанным, ждущим Вегаса на постели? Разве не аппетитное это было бы зрелище? Он позволил этой мысли отплыть, прежде чем ее дуновение не принесло возбуждение. Монах все еще читал мантры, и Вегас посмотрел на Пита боковым зрением. Тот не смотрел в ответ, пытаясь сфокусироваться на сосуде с водой.       И тогда Вегас сдался своим низменным желаниям, и его рука медленно скользнула вниз по спине Пита. Свободная одежда не помешала почувствовать его мускулатуру, твердую и теплую на ощупь. Пит задрожал, но не стал вырываться, чуть дергаясь, пока рука Вегаса не настигла его копчика. И Вегас продолжил ниже, чувствуя, как Пит замирает от прикосновений его руки. Он сжал его задницу, и она была такой же приятной на ощупь, как он и ожидал. Упругая, круглая и плотная. Пит незамедлительно подвинулся, и Вегас с сожалением убрал руку и вновь сомкнул ладони в молитвенном жесте. Он бы хотел сжать эту задницу покрепче и узнать, оставит ли это следы, будь у него возможность.       Пит устроился рядом в взбудораженном состоянии. Ненадолго Вегасу пришло в голову, что Макао бы не дал ему покоя многие недели, если бы не спал и увидел, что Вегас сделал только что с Питом в храме.       Но это все было несерьезно. Просто считать, что Пит достаточно сексуален, чтобы немного пофантазировать, это ничего не значило. Между ними никогда ничего подобного не случится. Разве что Пит гораздо более ебанутый, чем Вегас думает. Пит провел руками по своим волосам, выпрямляясь, что сделало их еще пушистее. Почему это так мило? Вегас подвинулся, присев поудобнее и стараясь выкинуть все мысли о том, какой Пит милый и сексуальный, из своей головы. Время сконцентрироваться. Надо, чтобы он отвязался от нас.       Это оказалось достаточно легко. — Налей и за меня, ладно? — попросил он, источая подходящую для храма ауру. Пит вновь немного удивленно взглянул на него, затем кивнул. — Конечно, — он поднялся и отошел, его движения — немного скованные после долгого сидения на коленях. Как только он был достаточно далеко, Вегас повернулся и хлопнул Макао по колену. — Вставай. — Кто… Что я пропустил? – Макао резко дернулся, сонно моргая. — Пора идти. Вегас помог зевающему Макао подняться. — А, ты заставил его отвязаться? Хорошо. Вегас не мог не улыбнуться осенившей его идее. — Подожди, прежде чем мы уйдем… — он достал ручку и небольшую бумажку, быстро оставляя на ней нужные слова, и они вдвоем быстро и тихо ушли.       Вегас представил как Пит находит записку, разъяренный на самого себя за то, что позволил им ускользнуть, и не мог не ухмыляться. С тобой иногда просто слишком весело поразвлечься, Пит.