Sharing Different Heartbeats

      Возвращаясь после провала на складе, Вегас был разъярен.       Он бушевал в своей комнате, разбрасывая и ломая вещи, крича от негодования. Его люди настороженно стояли поодаль. Кен, крот, кажется хотел что-то сказать. Но Вегас сейчас не хотел его слышать.       Каким, блядь, образом они все узнали?! Ким вломился внутрь словно он был неуязвим, и из всех его кузенов Ким был тем, с кем Вегас предпочитал не связываться. Этот ублюдок мог быть абсолютно безбашенным. Меткий стрелок, лучший по части боевых искусств из своих братьев, и абсолютно безэмоциональный во время боя. Когда он и Биг появились на горизонте, Вегас знал, что игра закончена. Так что он съебался оттуда, пока Таван, этот чертов псих, не сделал что-то безумное… Вроде подрыва здания, что он, по всей видимости, и сделал.       Как? Как?!       Он не осознавал, что кричит этот вопрос, пока Кен не сделал осторожный шаг вперед: — Кхун Вегас, один из телохранителей главной семьи пробрался к нам и взломал Ваш компьютер, — осторожно, в свете неуравновешенного состояния Вегаса, проговорил Кен.       Вегас повернулся, уставившись на него: — Один из телохранителей?!       Кен кивнул, все еще смотря на него так, словно он был тигром, готовым атаковать в любой момент. Вегас хищной походкой подошел к нему и схватил за челюсть, заставляя вздрогнуть. — И как же, блядь, все вы это допустили?! — Он оделся как курьер! — напряженно запротестовал Кен под хваткой Вегаса, —Но мы поймали его до того, как он смог скрыться! — Но не до того, как он рассказал Кинну о моем плане, — прошипел Вегас, отталкивая его, — И это делает тебя охуенно бесполезным перебежчиком.       Кен поморщился и сделал шаг назад, потирая свою челюсть. — Где он? — требовательно спросил Вегас. — В подвале, ждет Вас… Наконец-то. У Вегаса будет объект, на котором можно будет выместить свой гнев. Пытки, а затем убийство человека, который разъебал его план, помогут ему сосредоточиться. Он вновь взглянул на Кена: — Кто он? — Пит.       Ах. И конечно же это Пит. —       Когда Вегас зашел, голова Пита висела так низко, что его волосы прикрывали лицо. Он стоял привязанный к колонне, раздетый по пояс, все еще частично в своем костюме курьера. Но Вегас даже на секунду не остановился полюбоваться его обнаженной грудью, блестящей от пота среди духоты подвала — и это было прекрасным свидетельством его гнева.       Услышав, как Вегас зашел, Пит медленно поднял голову, смотря как он натягивает на себя перчатки. Вегас хладнокровно изучал его, мысленно перечисляя все те способы, которыми он может причинить ему боль за его вмешательство. И наконец, наконец, он увидел трещину в той идиотской маске и встретился с настоящим Питом. — Весь мой план пошел насмарку из-за тебя одного, — сказал он ему, озаряя тишину комнаты опасно мягким голосом.       И к его удивлению, Пит не выглядел встревоженным и не стал разыгрывать дурачка. Пит встретился с ним взглядом и улыбнулся. И не своей обычной, изображающей придурка, улыбкой, нет. Это была ослепительная горделивая улыбка, и бросить ее значило бросить победу Пита Вегасу прямо в лицо. В сочетании с красным освещением комнаты и тем, как не моргая Пит на него смотрел… Пит выглядел диковатым.       Вегас стал играться с всевозможными пыточными орудиями, пытаясь запугать и показать Питу, что ждет его в ближайшие минуты. — Как, по-твоему, мне стоит наказать такого, как ты?       Пит даже не пытался изобразить страх и испуг. Нет, его улыбка стала еще шире, и он засмеялся. Звук, полный злорадства, защекотал нервы Вегаса, заставляя холку чуть вздыбиться. Вот такой ты настоящий, Пит? Это скрывала твоя маска тупицы? Ты и вправду безумен?       Вегас откинул поднятый им топор, более не заинтересованный в чем-то, что может убить Пита. Нет, ему сначала надо было причинить много боли. И есть куда более лучшие способы причинить боль, которые не убьют слишком быстро.       Пит все еще смеялся, даже когда Вегас поднял соединительные кабели рядом с генератором электричества. — Смеешься? — все еще опасно мягким тоном проговорил он, настроенный на месть.       Улыбка Пита немного поблекла, когда искры засверкали в руках Вегаса. Но выражение, заменившее ее, было не страхом. О, нет, в его глазах был вызов, и он уставился на Вегаса, заставляя тепло извиваться в его чреслах. Вегас был слишком разъярен, чтобы рассмотреть и осознать очевидное возбуждение, которое пробуждал Пит, так что он проигнорировал это. Вместо этого он подошел поближе, чувствуя как жар распаляется на коже. Он хотел, чтобы Пит страдал. И факт того, что тот даже не был напуган, лишь еще сильнее раздражал.       Так что он кивнул охранникам рядом, и те стянули с Пита штаны, остатки красного костюма болтались у щиколоток. Вегас даже не остановился оценить то, что раскрылось теперь перед ним. Это не было его целью. Его единственной целью было причинить Питу боль. Он приблизился так сильно, что мог почувствовать запах пота Пита в воздухе, и искры засверкали снова. Свет в комнате замигал, давая понять сколько же электричества эти кабели использовали. Недостаточно, чтобы убить. Но достаточно, чтобы взрослый мужчина согнулся в коленях.       Они разделили этот тихий момент, пока Вегас выжидал — позволяя своему предвкушению нарастать, ища панику в лице Пита. Дыхание последнего стало прерывистым, пульс участился, дрожа веной на шее. Но он все еще смотрел на Вегаса, не показывая страха, с непокорством, написанным на всем его лице. Это взбесило Вегаса и он прижал концы кабелей к самой чувствительной части Пита. Его пленник выгнул спину и запрокинул голову, громко крича от боли. Вегас ухмылялся, смакуя вид, звук, запах боли Пита. Он прервал пытку спустя какое-то мгновение, смотря как Пит хватает губами воздух, прислонившись головой к колонне. Теперь он должен начать умолять. Он должен показать страх. Но вместо этого Пит вновь уставился на Вегаса и засмеялся. Все еще улыбаясь той бешенной улыбкой, которую Вегас никогда не видел раньше. И по какой-то причине, Вегаса это сильнее заинтересовало, чем раздражало... Но он все еще не закончил. — Все еще улыбаешься?       Второй заход длился дольше, как и крики Пита, его лицо исказила агония. Вегас наслаждался этим. Такой Пит был изысканным лакомством: связанный, раздетый и доведенный до края.       В этот раз Пит не засмеялся, когда Вегас сделал передышку, просто тяжело задышал, смотря на Вегаса глазами, которые все еще хранили отголоски вызова.       Вегас широко улыбался. Это было слишком увлекательно. И этот Пит — настоящий, измученный Пит — был слишком, черт возьми, интересным. — Еще разок?       Но он сделал это не разок. Он делал это снова и снова, а Пит продолжал смеяться и улыбаться этой абсолютно сумасшедшей улыбкой. И Вегас понял, что слишком заинтересовался безумными реакциями Пита, чтобы убить того сейчас. —       Вегас отвел себе время на сон, душ и еду, прежде чем вернуться к пытке своего пленника. У Пита ничего подобного не было, он продолжал стоять, привязанный к колонне. Он выглядел изможденным, глядя на Вегаса, но все еще непокорным.       Вегас был достаточно добр, чтобы позволить ему нижнее белье, чтобы не стоят голым всю ночь. Хотя, пожалуй, не стоило. Унижение точно не помешало бы.       Вегас хотел, чтобы Пит умолял. Вел себя как нормальный пленник. Боялся, плакал, просил о пощаде. Вегас хотел сломать его — хотел победить.       Но Пит не сделал ничего из этого при виде Вегаса с бейсбольной битой. Он оставался непокорным, лишь тревожа следы от ударов на животе своим кашлем. Иногда он даже смеялся, так же, как и день назад, дерзко и с вызовом       Вегас прижал биту к подбородку Питу, заставляя того прижаться головой к колонне.       Рвано дыша, он взглянул на Вегаса. — Просто убей меня уже!       Вегас улыбался. Это самая близкая к признанию поражения фраза, которую он ожидал от Пита, но он не собирается давать ему то, о чем он просит. Вчера он был уверен, что убьет Пита. Будет пытать его до смерти, как он любил делать с теми, кто перешел ему дорогу.       Но теперь была причина, по которой он использовал сначала электричество, а затем биту, чтобы причинять ему боль. Он не хотел, чтобы этот человек умирал. Он хотел продолжать играть с ним. Ведь он наконец-то попробовал на вкус настоящего Пита. Стойкого, хитроумного, непокорного в своей ярости Пита. Ни следа от той глупой маски не осталось. И это было так же пьяняще, как запах его пота. Вегас урвал себе лакомый кусочек и не мог от него отказаться. Не тогда, когда веселье только начиналось. Выспавшись, Вегас почувствовал, что гнев притупится, и заметил нарастающий клубок возбуждения в своих чреслах. То, как соблазнительно Пит выглядел, весь потрепанный и потный. — Сперва я собирался тебя убить, — признался он своим мягким тоном. Сегодня они были в комнате одни. Пит никуда не мог убежать, а Вегасу не нужны зрители. — Но что-то я передумал, — Пит смотрел на него убийственным взглядом, все еще тяжело дыша и чуть склонившись от последнего удара под ребра. — Потому что когда ты страдаешь, то кажешься гораздо интереснее       Лицо Пита выражало смятение, когда Вегас отбросил биту. Он временно решил прекратить причинять Питу боль. О, нет, сейчас ему хотелось проверить кое-что другое. Так что он медленно подошел к пленнику, проводя пальцами от плеча Пита к запястью, затем от запястья к плечу второй руки, проходя вокруг колонны. Пит пытался стряхнуть с себя его руки, но не мог двигаться достаточно свободно. Непокорство осталось на его лице, и Вегас его заметил, но вскоре к нему прибавилось видимое дурное предчувствие. Хорошо.       Он схватил Пита за загривок, оттягивая достаточно сильно, чтобы он не мог укусить Вегаса, когда тот приблизится. И Вегас приблизился, положив ладонь Питу на грудь. Кожа была теплой и мокрой от пота, мышцы плотные, сердце бешено стучалось под его ладонью. Прикосновение к этой обнаженной коже заставило мурашки пройтись по руке Вегаса, распалив его возбуждение. У Пита ком застрял в горле от этого прикосновения. Вегас подавил развратный позыв провести языком по этой груди, очищая ее от пьяняще пахнущего пота. Но не сейчас. Нет, он хотел узнать кое-что другое. Он провел рукой ниже, по крепким мышцам пресса и еще ниже, запуская руку в нижнее белье, захватывая то, что хотел. — Какого черта ты творишь?! — закричал Пит. Вегас ухмыльнулся ему, удовлетворенный собой. Он не обращал внимания на член Пита вчера, когда он мог его видеть, но держать теперь его от этого было еще веселее. Он мог лишь на ощупь определить длину и толщину. Недурно, Пит, ты очевидно не был обижен природой. И все же, когда он взглянул вниз, он увидел что-то темное у Пита на бедре и на какое-то время потерял интерес к этому тисканью, вместо этого приспуская резинку белья, достаточно, чтобы раскрыть надпись. — О, еще и тату? — он провел пальцами по татуировке, чувствуя дрожь мышц Пита над тазобедренной костью. — «Нет наследия ценнее, чем честность»… Пит задвигался в его хватке, и он вновь взглянул ему в лицо, явно развеселившийся: — Какая херня. Вегас схватил Пита за лицо. — Пиздец какая ты послушная зверушка главной семьи, — вторая его рука передвинулась с загривка и жестко сжала волосы Пита, заставляя голову наклониться. Пит заметно дернулся. — Давай-ка я кое-что тебе расскажу, — прошипел Вегас, опьяненный ощущением кожи Пита под ладонями, запахом его пота, звуками его боли, — Только идиоты верят в существование честности.       Питу, казалось, удалось стрясти с себя его руку, но это лишь потому что она отправилась путешествовать дальше по его телу. Вегас подвинулся к нему, проводя рукой вниз, запуская руку в белье, на этот раз сзади, и крепко хватая Пита за задницу, наслаждаясь ощущением этих упругих мышц. Он использовал это положение и прижался своим тазом к чужому. Вегас не был уверен, что сделает дальше, но знал, что с его возбуждением было недолго до того, как его эрекция пройдется по бедру Пита. Может, он потискает его еще. Это все вообще даже было не о нем и не о его возбуждении (хотя оно не мешало), а о реакциях Пита.       Пит стал вырываться и закричал: — Я же сказал тебе убить меня!       Но Вегасу было слишком весело, чтобы убивать его.       И тут пришел отец. —       Когда отец ушел, Вегас снова стал разъяренным, выплескивая злость на предметы поблизости, прежде чем сесть на стул напротив Пита. Он чувствовал себя униженным, как и всегда, когда отец бил его на глазах других. Особенно теперь, когда он сделал это на глазах у Пита.       Пистолет дразнил его. Приказ отца убрать бардак — убить Пита — звенел в его ушах, как и пощечина звенела на его щеке. И ведь как раз тогда, когда все стало таким увлекательным…       Но когда он наставил пистолет на Пита и взглянул на него, тот вновь улыбался, и Вегас резко осознал, что если он убьет Пита, значит тот победит. Так что он тут же поменял свое решение. Похуй что хочет отец. — Рано радуешься, — выстрелил он в Пита словами, все еще держа его под прицелом, — Я не собираюсь убивать тебя сейчас.       Улыбка Пита медленно стала угасать. — Потому что с тобой просто чертовски весело, — Вегас не мог не ухмыльнуться, смотря на Пита, особенно теперь, когда его пленник стал тупо пялиться на него с сжатыми зубами.       Но Вегасу нужно было подумать.       Его отец был прав, главная семья пошлет сюда людей, чтобы найти его или найти Пита. На самом деле, они уже, скорее всего, начали его искать. Вегасу и хотелось, и нужно было взять Пита с собой, чтобы замести свой след.       Что же, был простой способ это сделать. Он взял мобильный Пита, который давно уже был взломан. — Я так понимаю, ты давно не бывал дома. Так что я устрою тебе отпуск, — Пит в кои то веки выглядел настороженно, что было довольно приятно. Вегас быстро набрал несколько сообщений Кинну. Несомненно, его кузен будет слишком занят своим любовником, чтобы подвергнуть их сомнению, а это следовало бы сделать. Он устроился поудобнее, наблюдая за лицом Пита в ожидании ответа.       И действительно, спустя совсем немного времени экран телефона вспыхнул. Кинн дал свое согласие, заставляя Вегаса засмеяться. — Он дал свое согласие. Какой же идиот, пиздец.       Пит сжал зубы, пристально наблюдая за Вегасом, но больше ничего не сказал. И тогда Вегас открыл другой нужный номер в контактах, подходя к Питу. — Так, а теперь… — Вегас сжал его лицо, прижимая Пита к колонне и показывая телефон его бабушки.       Выражение лица Пита из настороженного переросло в панику. — Что ты делаешь?! Вегас усмехнулся. — Твоя бабуля, должно быть, очень тебя любит, — он видел, как нарастает паника Пита, пока тот пытается вырваться из его хватки, — Ты же не хочешь, чтобы она… — он позволил невысказанной угрозе повиснуть в воздухе, смотря за тем, как рвано и тяжело задышал Пит, и широко улыбнулся. Вот, значит, как можно сломать Пита. Совсем не нужно угрожать ему самому. — Не лезь к моей бабушке! — закричал он, все еще в попытках вырваться. — Как думаешь, если она исчезнет… — начал Вегас, жестоко ухмыляясь, — Станет ли главная семья ее искать? Пустая трата времени, не так ли? Он знал, что был прав, и видел, что Пит тоже это знал, потому что тот внезапно обмяк. — Я сдаюсь, Вегас, — произнес он надломленным голосом, — Я сдаюсь.       Ну что, это было просто. Но Вегас теперь больше не был заинтересован в признании поражения. Да и это не совсем то, на что он изначально рассчитывал. Теперь было бы легко заставить Пита умолять, если бы он захотел. Но это было слишком просто, никакого удовольствия.       Вегас прижал руку к горлу Пита, достаточно чтобы тот не мог говорить, но недостаточно, чтобы придушить. Он начал звонить его бабушке, и Пит начал плакать. У этой пожилой женщины был приятный голос, и она с готовностью купилась на историю Вегаса о «поездке» Пита. Скорее всего, она очень по нему скучала. Вегас спокойно говорил с ней, а Пит продолжал тихонько плакать. И тогда Вегас прислонил телефон к уху Пита, кидая на него полный предупреждения взгляд и расслабляя руку на горле, чтобы тот мог говорить. Они стояли почти нос-к-носу, и Вегас вновь почувствовал тень возбуждения от прикосновения к Питу, от запаха его пота, от поражения на его лице. Он был уверен, что Пит не захочет вовлекать во все эту милую старушку, и он был прав. Пит дважды сглотнул, чтобы прочистить горло, и нацепил призрак той фальшивой идиотской улыбки. Ах. Значит эта улыбка, очевидно, использовалась не только на Вегасе. Он говорил с ней спокойно и уважительно, и раз уж одна рука Вегаса исполняла роль держателя мобильного, он решил позволить второй пройтись по чужому телу вновь, по горлу, затем по груди… Он прижал пальцы к прессу Пита, чтобы заставить того проглотить слова, которые он сейчас не мог озвучить. Бабушка, видимо, верила его лжи. Это было слишком весело. Вегас вернул руку на шею Пита, поглаживая поблескивающую кожу, и сдался желанию провести по ней языком. Чуть застарелый пот был соленым и терпким, но он был подобен дурману для Вегаса, ведь они были так рядом. Он задержался на этом местечке, медленно проводя языком, пока не дошел до уха, слегка прикусывая его. Пит задрожал и когда Вегас оторвался от него, он все еще плакал, чуть ли не хныча в трубку. И тут Пит начал надломленным голосом говорить бабушке, как он ее любит, выдавая истинные эмоции. Вегас быстро оторвал от его уха телефон, прежде чем он разрушит еще один его план, вежливо благодаря бабушку и вновь сдавливая горло Пита, чтобы тот не мог говорить. Тот и не пытался, тихо плача в отчаянии. Наблюдать этого упрямца таким было очень… Вкусно.       Но затем его выражение начало переходить из отчаяния в ярость, когда Вегас улыбнулся, прося бабушку не говорить ни о чем главной семье все таким же вежливым тоном. — Да, конечно. До свиданья.       Вегас завершил вызов, и нагло ухмыльнулся, смотря на Пита, потрепав его за щеки, чтобы напомнить — он должен оставаться хорошим и послушным Вегасу. Пит сотрясался от гнева, лицо его было искаженно, зубы сжаты, и когда Вегас присел, Пит начал кричать на него, без слов, просто позволяя злости разрывать его глотку.       Вегас не мог не засмеяться в ответ на этот бессильный гнев, безмерно удовлетворенный тем, какие эмоции ему удалось из Пита вытащить. Оказалось, что Питом все-таки легко было манипулировать. Но от этого не становилось менее весело. И пока Пит продолжал кричать, Вегас смеялся все сильнее, закидывая голову назад, от веселья с Питом кружилась голова. — Ну что, доволен?! — потребовал ответа Пит, всматриваясь в него словно готовый убить одним этим взглядом. Он так сильно пытался вырваться, что Вегас знал — его связанные запястья будут в крови.       Вегас все еще смеялся, закатывая рукава, и потряс головой. — Нет, — он наклонил голову, продолжая победоносно ухмыляться, — Я только начал.       Пит сжал зубы так, что мышцы на его шее и челюсти задрожали. Вегас хотел укусить их, все еще смакуя жар кожи Пита под своим языком, что он почувствовал ранее, но проигнорировал этот позыв. Он просто уставился на Пита. — Не хочу один отправляться в убежище, — Пит взглянул на него, бессильная ярость все еще кипела в уголках его лица. И внезапно у Вегаса появилась идея, как еще его позлить, — Думаю, возьму с собой зверушку, чтобы не скучать.       Он поднялся и подошел к Питу, почесывая его подбородок, поглаживая волосы и приговаривая: — Who’s a good boy? Who’s a good boy?..       Пит тупо смотрел на него, мышцы на его лице чуть дрожали. Вегаса наскучило отсутствие реакции, и он отпихнул от себя его лицо, заходя за колонну, чтобы развязать держащие его веревки. Откидывая их в сторону, Вегас думал, что свежая угроза бабушке сделает Пита покладистым. Но он ошибался.       Как только веревок не стало, Пит дернулся вперед, затем рванулся за колонну, накидываясь на Вегаса и прижимая того к полу, почти выбивая дыхание. — А как же «я сдаюсь», а, Пит? — прохрипел Вегас, отрывая от себя его руки и пинком откидывая от себя. Они оба поднялись на ноги, взгляды — прикованные на сопернике, и начали кружить вокруг друг друга. Губы Пита исказились в рыке, и Вегас не мог не улыбаться своей дьявольской улыбкой в ответ.       Вегас мог признать, что в обычных обстоятельствах в бою он с Питом были равны. Драка между ними могла закончиться любым исходом.       Но сегодня были совсем не обычные обстоятельства. Вегас был бодрым и отдохнувшим, а Пит был измучен последними сутками, его пытали, он ничего не ел, не пил и не спал. Он все еще был охуенно хорош, заметил Вегас, получив кулаком по лицу — уклоняясь от удара он попался на уловку. Но все еще недостаточно хорош.       Они оторвались друг от друга, и Вегас вытер кровь со своей губы, изучающим взглядом смотря на Пита. — Ну и какой же у тебя план? — спросил он, пристально наблюдая за каждым движением пленника, — Убьешь меня и что дальше? Выберешься отсюда с боем в одних трусах?       Пит кинулся на него. Видимо, у него не было планов кроме как убить Вегаса. Но и в этом он не преуспеет.       Все было закончено спустя каких-то десять движений. Вегас поместил ногу между ног Пита и опрокинул того на спину, наваливаясь сверху.       Они еще немного поборолись, но прилив яростной силы Пита иссяк, так что Вегас смог перевернуть его, прижимая животом к полу.       Пит зарычал и начал извиваться, и Вегас надавил на него всем своим телом, смыкая его запястья за спиной. Зажатый между ним и полом, Пит попытался пинками заставить Вегаса отступить, поэтому тот использовал свои колени, чтобы раздвинуть ноги Пита пошире, располагая одну из своих между ними, чтобы у того не было возможности что-либо сделать.       У этой позиции было еще одно преимущество — упругая задница Пита оказалась прямо у его члена. Это не было запланировано, но Вегас не жаловался. Чем больше Пит вырывался, тем сильнее он терся об Вегаса, подпитывая его возбуждение. В какой-то момент, Пит это заметил и замер.       Вегас мягко засмеялся. — Будь хорошим мальчиком, Пит. Не двигайся. — Что ты собираешься делать?.. — прерывисто дыша, спросил Пит.       Вегас усмехнулся и прикусил плечо Пита достаточно сильно, чтобы тот дернулся. Тот стал вновь вырываться, но это было бесполезно. Вегас засмеялся и решил воспользоваться этой позицией, вновь проводя языком по его шее, затем кусая прямо у трепещущей венки, всасывая кожу, чтобы посмотреть, насколько темный след он сможет оставить. Пит задрожал под ним.       Все еще наслаждаясь беспомощностью Пита, Вегас подвинулся, чтобы сжать его запястья в одной руке, пока вторая вновь отправилась под резинку его белья, крепко сжимая мускулы на бедре. У Пита были такие чудесные мускулы – твердые, но не слишком... Такие, что можно было ухватиться. — Вегас! — Пит звучал взволнованно. — Успокойся, Пит… — пробормотал Вегас, вытаскивая свою руку, — Я не насильник.       Это не было ложью. Вегас всегда предпочитал, чтобы люди добровольно становились перед ним на колени — чего Пит, конечно же, не сделает. — Просто немного веселюсь, — он прикусил Пита за ухо, и пока тот был отвлечен этим, достал из кармана наручники. Надев их, он резко укусил Пита за шею в последний раз, заставляя своего пленника вскрикнуть, и поднялся. Прежде чем Пит мог подумать о том, как бы его пнуть, Вегас грубо схватил его за волосы и широко улыбнулся. — Пора идти.