Sharing Different Heartbeats

"Здравствуйте, Кхун Корн" … "Все так же. Но врачи дают оптимистичные прогнозы. … "Да, я останусь с ним" … "Спасибо, Кхун Корн." — "Ты снова здесь?" "Здравствуйте, Кхун Макао" "Хэй, Пи'Пит. Тебе больше не надо так ко мне обращаться, ты же больше не работаешь на семью." "... Ага." "Зачем тогда приходишь сюда? Он же никому не угрожает без сознания." "Я здесь не из-за этого" "Тогда почему?" … "Ты что, втюрился в моего брата?" … "Пи'Пит, ты покраснел!" — "Привет, Порш" "Как он?" "Все так же… Иногда двигается и что-то бубнит, но все еще без сознания." "Мне жаль, Пит." "Ничего. Врачи говорят это нормально, его тело восстанавливается." "Как Макао?" "Он постоянно здесь, просто… Ждет. Сейчас отошел поесть, но скоро вернется." "Мм…" "...Иногда он плачет во сне." "Бедняга." "Ага." "А как ты?" … "Пит?" "Я буду в порядке, когда он очнется" — "Вегас, я соскучился." Теплое, нежное прикосновение. "Пожалуйста, вернись ко мне." Молчание. "Я люблю тебя." — Проснувшись, Вегас был сбит с толку, учитывая, что он думал, что умер. Но он был вполне уверен, что после смерти все не так сильно болело и не выглядело как больничная палата. Он лежал на большой больничной койке, очевидно в оплаченной семьей элитной зоне клиники. Перевязанный бинтами, с распахнутой больничной робой… Рассудок его был затуманен лекарствами. Вегас предположил, что это должно быть обезболивающие, но боль в животе они, казалось, совсем не убирали. Неподалеку, свернувшись в кресле, спал Макао, положив голову на ручку кресла и прижав колени к груди. А рядом с его кроватью кто-то сидел на стуле, наклонившись вперед и положив руки и голову на постель. Эти пушистые волосы… Вегасу не надо было видеть лицо, чтобы знать, кто это. — Пит? — тихонько прохрипел он. Пит задвигался, чуть поворачивая голову так, что Вегас мог увидеть его спящее лицо. Вегас собрался с силами и приподнял свою руку. Даже это маленькое движение причиняло боль, но он смог дотронуться до мягких волос Пита кончиками пальцев. Пит вновь задвигался и приоткрыл глаза, проговорив что-то, что заканчивалось именем Вегаса. Это заставило Вегаса улыбнуться сквозь туман препаратов и боли. — Пит… — провел Вегас пальцем по его лбу. Пит быстро выпрямился, смутно оглядываясь по сторонам, и тут же сконцентрировал все свое внимание на Вегасе. — Вегас! — встал он резко на ноги и взял Вегаса за руку, крепко ее сжимая. — Ты проснулся! У Вегаса кружилась голова от попыток говорить, и он закрыл глаза. — Не… Очень… Пит проигнорировал это. — Макао, просыпайся! — Ммм, где пожар? — пробурчал Макао, но когда Вегас снова открыл глаза, тот уже выпрямился, крепко держась за кресло. Пит посмотрел на него, все еще держа Вегаса за руку, словно тот мог куда-то улететь. — Он проснулся! Зови врачей! Макао незамедлительно поднялся. На его лице было написано облегчение, хоть он и сказал: — Наконец-то, ну ты и тормоз! — и выбежал из палаты. Несмотря на всю боль, Вегас выдал небольшой смешок и тут же прохрипел и закрыл глаза. Пальцы Пита сильнее сжали его ладонь, возвращая к реальности. Когда боль немного утихла, он снова открыл глаза. Пит все еще был рядом, все такой же красивый и яркий, смотрящий на него напряженным взволнованным взглядом. Я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя. — Пит, — не мог не прошептать Вегас, полный облегчения от одного его вида. Пит медленно моргнул, немного расслабляясь. — Как ты себя чувствуешь? — спросил он своим мягким голосом. Вегас пораздумывал над ответом, неосознанно поглаживая костяшки Пита своим пальцем. — Все как в тумане. Больно. Пит кивнул, выражение его лица наполнилось неприкрытым облегчением. — Я так рад, что ты проснулся, — прошептал он дрожащим голосом. Вегас хотел сесть, обнять Пита и своими поцелуями убрать эти остатки страха с его лица, но он не мог двигаться без приступов боли. В этот момент Макао вернулся вместе с врачами и медсестрами, которые отогнали Пита, чтобы получше осмотреть Вегаса. Вегас не сопротивлялся проверке его жизненно важных функций и вопросам о степени боли, но все больше и больше уставал от этой суеты. Он был достаточно в сознании, чтобы быть недовольным своей слабостью. Врачи сказали, что он был в коме уже около месяца, а ему все равно хотелось спать?.. В конце концов, медицинский персонал оказался удовлетворен его состоянием, и ему ввели еще больше обезболивающих, от которых спать захотелось еще сильнее. Вегас был не против, у него кружилась голова, а каждый вдох и выдох причиняли боль. Пит и Макао стояли у стены, не мешая и просто пристально наблюдая за происходящим. Когда медсестра ввела обещанное обезболивающее в четвертую группу Вегаса, один из врачей заговорил с ними: — Не шумите и дайте ему поспать. Отдых крайне важен для его выздоровления. Пит и Макао закивали в унисон, и Вегас подумал на секунду о том, что ему потребуется много сил, чтобы присматривать за ними обоими в будущем. Тут Вегас понял, что уже думает о будущем с Питом, хотя даже не знает, почему тот здесь и было ли признание, эхом звучащее в его мозгу, настоящим. И только об этом Вегас и думал, пока препараты не подействовали на организм, и он не заснул. — "...проснулся вчера ночью." Вегас задвигался, услышав знакомый голос. Звучал как голос Пита... "Было поздно, так что я позвонил только утром" Долгая пауза. Поборовшись с собой, Вегас, мигая, открыл глаза. Все снова было как в тумане. Скорее всего из-за света, заставившего его прищуриться. Пит стоял у окна, одна рука в кармнах, вторая — держащая телефон. Он был одет в обычную одежду: свободную белую футболку, черные джинсы и кроссовки. И на нем были те серебряные серьги, которые так понравились Вегасу. — Мне не нравится эта идея, — недовольно ответил кому-то Пит, — Он только проснулся, а ты хочешь так его расстроить и… Я сказал тебе, нет, — проговорил он сквозь сжатые зубы. — Пит? — позвал Вегас, все еще тихим и каким-то напряженным голосом, хотя он не чувствовал такой сильной боли, как раньше. Видимо, стоило поблагодарить лекарства. Пит взглянул на него, очевидно удивлённый, затем тут же перевел взгляд назад. — Мне нужно идти. Потом поговорим, — он бросил трубку и подошел к постели, улыбаясь Вегасу. — Ты очнулся. Вегас не мог не улыбнуться в ответ. Улыбка Пита была такой заразительной. — Привет, Пит. — Привет, — ответил Пит, затем устроился на уголке постели, — Как ты себя чувствуешь? — Лучше, чем ночью, — пробормотал Вегас, — С кем ты разговаривал? Пит вновь удивился, затем на секунду слегка прикусил нижнюю губу. Это пробудило в Вегасе желание самому прикусить губу Пита, что он счёл знаком улучшения своего состояния. В конце концов Пит заговорил, голос напряжённый и обеспокоенный. — С Поршем. Главная семья попросила уведомлять их о твоем состоянии. Вспышки воспоминаний пробежали перед глазами. Мертвое тело его отца, обещание Корна позаботиться о нем, боль и безысходность, которые он чувствовал у бассейна. Вегас закрыл глаза, пытаясь выровнять свое дыхание, куча эмоций кружились внутри. Это так же заставило его задаться вопросом о том, прчему здесь находится Пит. Он тут просто для того, чтобы присматривать за ним для главной семьи? Пусть он и не в своем фирменном костюме… Но он встретил пробуждение Вегаса столькими эмоциями ночью! И тогда тёплая рука Пита сжала руку Вегаса, возвращая того к реальности. Вегас открыл глаза, обнаружив что Пит смотрит на него с еще большим беспокойством. — Прости. — За что? — спросил Вегас, не понимая. — За то, что упомянул главную семью. Вегас вновь закрыл глаза и вздохнул, пытаясь игнорировать ощущение пустоты внутри, появлявшееся каждый раз, когда он думал о своем отце, затем собрался с мыслями и приподнялся на постели, морщась от боли. Беспокойство на лице Пита все возрастало, и он наклонился вперед, чтобы бережно помочь Вегасу присесть. Вегас еще раз болезненно вздохнул, пока Пит взбивал подушки. Вдруг он замер. Вегас осознал, что теперь они были очень близко, их лица в сантиметрах друг от друга. Пит пристально смотрел на него, его взгляд танцевал по его лицу, словно стараясь запомнить каждую деталь. Вегас отвечал тем же, просто наслаждаясь чертами Пита перед ним. Пушистый, чистенький, с милой укладкой, длинными ресницами и добрыми карими глазами. Я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя. Он хотел задать так много вопросов, все сразу. Почему ты здесь, Пит? Ты правда сказал, что любишь меня? У него были довольно смутные воспоминания о той ночи, он не был уверен, что помнил все. Но то полное чувств признание выжгло себя в его памяти. У него также были смутные, несвязные воспоминание о словах, которые он слышал, пока был без сознания. Но он не знал, насколько они были настоящими. Может их просто выдумало его искалеченное подсознание? Но прежде чем он смог открыть рот и спросить, дверь в палату открылась и кто-то громко прочистил горло, заставляя Вегаса с Питом подпрыгнуть. Это был ухмыляющийся Макао, смотрящий на них обоих из дверного проема. — Соррян, я не вовремя? — сказал он, очевидно довольный собой. Вегас закатил глаза, а Пит сел прямо, прерывая этот момент между ними. Выглядел он неловко. Макао зашел внутрь и положил пакет с едой на стол. — Медсестры сказали, ты можешь есть что угодно, что не расстраивало обычно твой желудок. Так что я пошёл и купил конги с креветками на завтрак. Вегас это оценил — он предпочитал есть еду, купленную Макао, а не больничную. — Спасибо, Макао. Пит быстро поднялся и засуетился вокруг, накрывая завтрак и поднося специальный поднос к Вегасу. Тот смог поесть без их помощи. Почти совсем не было больно, и Вегас насытился ну слишком уж быстро по его меркам. Недовольство этим фактом, Вегас знал, Пит заметил по его лицу. Они с Макао тоже немного поели, но не успел Пит убрать тарелки, как его телефон зазвонил снова, и он достал его из кармана, тут же хмурясь при виде экрана. — Мне надо ответить, — сказал он, словно извиняясь, затем вышел из комнаты, отвечая на звонок по дороге. Взгляд Вегаса неосознанно последовал за ним и остановился на двери, где он мог видеть все еще нахмурившегося Пита через стекло. Внутренности Вегаса удрученно сжимались. Ощущение пустоты от смерти отца боролось с неразберихой касательно его места в сердце Пита, заставляя его голову кружиться. — Хиа, он тебе нравится, так ведь? Вегас вновь подпрыгнул, ход его мыслей прервался, а глаза вцепились в Макао, который ухмылялся, сидя на кресле рядом с больничной койкой. Вегас почувствовал как от стыда загорелось его лицо, судорожно пытаясь найти на это ответ. — Эм… Я… Я просто… — ухмылка Макао только становилась шире, так что Вегас сдался, — Да, — признался он низким голосом, вновь посмотрев на дверь. Пит ходил туда-сюда по коридору, то появляясь, то исчезая из виду. — Я догадался, — ответил Макао, такой же самодовольный, — Ты почти никуда, кроме как на него, не смотрел с тех пор, как очнулся. Мне стоило обидеться, знаешь ли. Вегас почувствовал как его губы изгибаются в полуулыбке. — Ты знаешь, что я люблю тебя, Макао. — Ой, знаю, знаю, только не надо это так прям говорить, у меня мурашки по коже! — театрально вздрогнул Макао и тут же наклонился, шепча, словно для конспирации: — Ты знаешь, что он был здесь все это время? Бувально. Каждый день, целый день. По утрам выходил помыться и переодеться, иногда за едой. И все. — Правда? — почему-то от этого Вегасу захотелось плакать. Он проглотил комок в горле, ранее не заданные вопросы вернулись на ум. — Разве он просто не присматривает за мной для главной семьи? Это удивило Макао. — О, он что еще, значит, не сказал? Пи'Пит ушел из главной семьи в ту ночь, когда… Умер отец. Это заставило Вегаса резко моргнуть, его желание плакать, казалось, рассеялось. — Что? Правда? Эта информация шокировала Вегаса. Ему надо было над ней поразмыслить. Он никогда не думал, что Пит сможет покинуть главную семью. Он всегда был так верен, предан ей. Почему..? — Ага, — ухмылка Макао погасла, и он просто посмотрел на Вегаса, ничего не говоря и часто сглатывая слюну, словно пытаясь не заплакать. — Он ведь жизнь твою спас, знаешь? Вегас мог догадаться, но эти слова все равно заставляли что-то теплое и странное разрастись внутри. Он ничего не ответил, так что Макао продолжил: — После того как тебя подстрелили, он оказал первую помощь и позвал других. Врачи сказали, что если бы он не замедлил кровопотерю, ты бы умер по пути в больницу. Было ясно, что одно знание об этом расстраивает Макао, и Вегас прикоснулся к его руке. — Хэй. Все в порядке. Я здесь. Макао вздохнул и немного мрачновато посмотрел на Вегаса: — Не пугай меня больше так, придурок. — Прости. — Я серьёзно. Не оставляй меня одного. Вегас подумал о том, как чуть не убил себя, но закопал это чувство вины так, чтобы оно не отражалось на лице. Макао не стоило об этом знать. — Знаю. Не оставлю. Макао вновь тяжело вздохнул и сел обратно, чуть тряся брата за руку. — Хорошо. Прежде чем Вегас смог ответить, внимание обоих переключилось на крик, доносившийся из коридора. Пит стоял у стеклянной двери, мышцы на его шее напряглись, и он кричал на кого-то по телефону. Даже сквозь закрытую дверь они оба могли услышать, что именно кричал Пит: — Эгоистичный ублюдок! Макао и Вегас озадаченно переглянулись. Единственный раз, когда Вегас видел Пита таким разгневанным было после того звонка его бабушке — воспоминание, от которого, в ретроспективе, все болело. Голос Пита стал потише, но он, казалось, все еще был в гневе, и его челюсть была так напряжена… Это выглядело так охуенно привлекательно, пиздец. Вегас всегда думал, что Пит был горяч, но когда Пит был в гневе, он был просто безумно сексуальным. Но Вегас отодвинул эту мысль в сторону, когда Пит завершил разговор и зашёл в палату. Желваки его заходили. — Макао, подойди на минутку. Макао незамедлительно поднялся и пошел вслед за Питом на выход из комнаты, оставляя Вегаса в растерянности. Он не мог слышать, о чем они говорили, хотя мог видеть, как нахмурился Макао, которому Пит что-то объяснял. Это должно было раздражать Вегаса. То, что они специально скрывают от него что-то. Но вместо этого он просто забеспокоился о том, что же так разозлило Пита. Он осторожно наблюдал, как они, кажется, о чем-то договорились и вошли обратно в палату. Макао вымученно улыбнулся. Пит все еще выглядел недовольным, но его взгляд смягчился, когда он посмотрел на Вегаса. — Что происходит? — спросил Вегас, все еще обеспокоенный. Пит вздохнул, пытаясь улыбнуться Вегасу. Вышло неубедительно и натянуто, что совсем не успокоило нервы Вегаса. Наконец он сказал: — Кхун Корн хочет поговорить с тобой. Он уже едет сюда. Губы Макао скривились от неприязни. Но Вегас, с другой стороны, никак не среагировал. Это не удивило его и не расстроило. Должно было бы, конечно. Но на деле лишь растеребило воюющие внутри него чувства. Грусть, скорбь, пустоту, депрессию и облегчение. — О, — выдал он после длительного молчания. Пит и Макао посмотрели друг на друга, затем обратно на него. С каких это пор эти двое так близки? Но конечно они были. Они провели целый месяц вместе. Скорее всего вместе они те еще бестолочи, с нежностью подумал Вегас. — На кого ты кричал? — спросил он Пита, который тут же устыдился и провел рукой по волосам, делая их еще пушистее, что было просто несправедливо как мило. — Ты слышал? — ответил он, неловко улыбаясь. Вегас кивнул, не отводя от него взгляд. Пит кажется понял, что Вегас это в покое не оставит и тяжело вздохнул. — Это был Кхун Кинн, — сказал Пит и, хоть это было и не к месту, это заставило Вегаса ухмыльнуться. — Ты только что назвал Кинна эгоистичным ублюдком? Пит вполне себе к месту смутился и густо покраснел. — Это я сказал не о нем. Это было еще лучше, Вегас тут же понял, что он назвал так самого Корна. Хотелось заржать, но одна мысль об этом заставляяла поморщиться от боли. Пит подошёл к постели и вновь присел на ее край, озабоченно изучая лицо Вегаса. — Пообещай мне, что не будешь слишком сильно себя накручивать, хорошо? — попросил он своим мягким тоном. Чутье Вегаса подсказывало ему, что Пит что-то недоговаривает, но у него не было сил пытаться узнать что. Он вновь почувствовал себя невообразимо усталым, да и действие обезболивающих, кажется, заканчивалось. — Оkay, — проговорил он. Все что угодно, ради Пита. Как раз в этот момент зашла медсестра с новой дозой лекарств и прогнала Пита с постели. Препараты вновь сделали Вегаса сонливым, что по всей видимости почувствовали Пит и Макао, поддерживая тишину и позволяя Вегасу вновь заснуть. — "...все еще спит. Не могли бы вы подождать?" В этот раз Вегас проснулся как только услышал голос Пита. Сон его был неглубоким, но он все еще чувствовал сонливость из-за лекарств. Открыв глаза и прищурившись, Вегас осмотрелся по сторонам. Дверь в коридор была приоткрыта. Нахмурившийся Макао стоял внутри, опираясь о стену со скрещенными руками. Снаружи Вегас увидел силуэт Пита, напряженно разговаривающего с кем-то. Он не мог видеть с кем именно, но догадался, что это должно быть Корн с телохранителями. Догадка подтвердилась, когда Корн заговорил: — Ты сказал, что он проснулся. — В смысле вышел их комы, но сейчас ему нужно много сна, чтобы восстановиться, - ответил Пит, скрестив руки. — Отоспится, когда мы уйдем. — Он еще на ранних стадиях выздоровления, а вы здесь, чтобы огорчить его, — Пит словно плюнул кислотой, и Вегас вновь должен был признать, что находит Пита крайне сексуальным, когда тот злится. Особенно когда злится, защищая меня. — Я и слышать не хочу о том, что вы вдобавок разбудите его. Вегас заставил себя присесть на постели, и Макао заметил это движение. Состроив гримасу, он повернулся и выглянул за дверь. — Пи'Пит, он проснулся. Пит заглянул внутрь и встретился глазами в Вегасом, челюсть его расслабилась. Он все еще выглядел недовольным, но оглянулся назад.— Хорошо, — лаконично сказал он, затем распахнул дверь, пропуская Корна и двоих телохранителей. Еще два остались снаружи, осматриваясь по сторонам. Вегас не знал их имен, и ему было плевать. Один из них, в очках, кивнул Питу и тот одарил его натянутой улыбкой. Но Вегас не мог больше уделять внимание Питу, все его внимание переключилось на Корна, садящегося на стул рядом с больничной койкой и пристально смотрящего на Вегаса. — Я рад, что ты проснулся, — начал Корн. Вегас машинально нахмурился, ему не нравилось это сюсюканье. Не думай, будто я забыл, что ты убил моего отца, мразь. — Чего нужно? — холодно ответил он. Корн смотрел на него, соблюдая какую-то паузу, прежде чем оглянуться. — Покиньте комнату. Два телохранителя ушли незамедлительно, Макао задержался в дверном проеме, а Пит вообще не сдвинулся, держа руки в карманах и стоя у стены. Корн не остановил на нем взгляд. — Вы двое тоже. Пит и Макао переглянулись, затем посмотрели на Вегаса. Неторопливо, они оба вышли из комнаты. Сначала Макао, Пит же задержался у двери, обеспокоенно смотря на Вегаса. Корн взглянул на него, и Пит это увидел. — Будьте, пожалуйста, кратки, - тихо сказал он, прежде чем выйти и закрыть за собой дверь. Корн посмотрел обратно на Вегаса, который хотел скрестить руки в защитном жесте, но знал что это лишь принесет больше боли. Так что он просто сфокусировал враждебный взгляд на Корне. Корн устроился поудобнее, переплел пальцы и вновь взглянул на дверь. Вегас проследил за его взглядом и увидел Пита у стены в коридоре, наблюдающего за ними через окошко, выражение лица профессионально нейтральное. Вегас достаточно хорошо его знал, чтобы увидеть, что Пит стоял как по струнке, просто выжидая. На губах Корна заиграла тень улыбки, когда он перевел взгляд на Вегаса. — Я попросил его позаботиться о тебе, когда он объявил о своем уходе, — Корн покачал головой, — Приятно знать, что он добросовестно выполняет свой долг. Вегас… Не знал, что чувствовать от этой информации, так что решил подумать о ней позже. — Чего нужно? — повторил он бесцветным голосом. Корн изучающе осмотрел его. — Я хотел поговорить о изменениях, произошедших в семье, пока ты был без сознания. Вегас поднял брови — это был вызов. — Ну и? Корн положил свои переплетенные пальцы себе на колени. — Я передал контроль над младшей семьей Поршу. Вегас моргнул, обрабатывая мозгом информацию. Она должна была его чертовски расстроить. Вегас должен быть взбешен. Он знал, что должен был быть в ярости. Но он ничего подобного не чувствовал. Корн продолжил что-то говорить утешающим тоном, что дело не в Вегасе, дело в Порше, но Вегас его не слушал. Почему я не расстроен? Он отчаянно искал в глубине души намеки на гнев, но не мог найти ничего подобного. Скорее он находил там… Облегчение. Облегчение? Почему? Я должен быть взбешен! Меня с рождения растили как наследника. Этого хотел мой отец. Почему я не в ярости? Он отвлекся от самокопания и обнаружил, что Корн замолчал, очевидно ожидая от него какой-то реакции. Так что Вегас сказал: — О. Он не знал, что тут можно ещё сказать. Ведь он не был разгневан, так что не мог выразить этот гнев. Но если он покажет свое облегчение, то у Корна появятся лишние вопросы. Уголок глаза Корна вздрогнул, но слишком быстро, чтобы как-то его интерпретировать. Он просто продолжил. — Конечно же, и ты, и Макао все еще часть семьи. Когда ты восстановишься, вы можете занять любые свободные комнаты в нашем доме. И можете присутствовать на важных встречах. Вегас лишь угукнул в ответ. Он не хотел задумываться о переезде, одна мысль заставляла голову болеть. Кроме того, его все таки только что очень даже сильно ошарашили. Вегас совсем не думал о том, кто выполняет обязанности главы младшей семьи, пока он был в отключке. Но конечно же, после смерти Кана, Корн мог назначить кого пожелает. — Это все? — спросил он нейтральным тоном. — Как ты себя чувствуешь? — Нормально. Мы закончили? Корн вздохнул и поднялся со стула. — Тогда я покидаю тебя. Отдыхай и восстанавливайся. Вегас не ответил, пялясь в выключенный телик, пока Корн не ушел. Мысли вращались в его голове. Облегчение, смятение от этого облегчения, беспокойство о будущем… Переезд в дом главной семьи? Ему не нравилось в этом то, что Макао будет находиться в центре событий. Было все же преимущество у дома младшей семьи — они всегда оставались подальше, в стороне. Он не заметил, как Пит и Макао вернулись, пока Пит не сел на край постели, смотря на него взволнованными глазами. — Ты в порядке? Конспирация этих двоих сразу стала понятна. — Вы знали? Пит поморщился, и Макао тоже выглядел виноватым, садясь на кресло в углу комнаты. — Эм… Да, — медленно и осторожно ответил Пит, — Нам приказали ничего не говорить. Конечно же... Вегас пораздумывал над этим, пока не заметил, что и Пит, и Макао смотрят на него выжидающе. И внезапно Вегас почувствовал себя слишком усталым чтобы разбираться с этой путаницей в своей голове. — Спать хочу, — пробормотал он, и Пит тут же закивал. — Хорошо. Мы будем потише. Вегас позволил Питу уложить себя в горизонтальное положение и уставился в потолок. Разные мысли догоняли и обгоняли друг друга. Почему я не разгневан потерей своего места, моего по праву места? Почему Поршу досталось кольцо? Почему Пит здесь? Почему я так мало скорблю о смерти отца? Постепенно сметение от всех этих эмоций переросло в глубокую бездну, из которой тяжело было бы выбраться. Так что он закрыл глаза и провалился в сон. Весь остаток дня Вегас то спал, то просыпался, но в основном лишь когда врачи или медсестры приходили проверить его, сменить повязки или дать новую дозу лекарств. Пит разбудил его еще раз вечером, чтобы он поел, но после этого Вегас все еще чувствовал себя вымотанным и тут же заснул. Он проснулся посреди ночи, когда заболела одна из ран, и открыл глаза, привыкая к темноте. Шторы были закрыты, и на мгновение Вегас подумал, что Пита и Макао не было в комнате, но вскоре он разглядел их. Они оба спали на одном кресле, прижимаясь друг к другу. Пит приобнял Макао за плечи, а тот положил голову ему на руку. Щека Пита лежала на его макушке. Дыхание обоих было ровным и медленным, очевидно сон был глубоким. Тепло разлилось в груди Вегаса, и он не мог не улыбнуться. Что-то в этом было — его младший брат и мужчина, которого он любил, так хорошо общались, и это наполняло Вегаса счастьем. Боль от раны успокоилась, и он снова закрыл глаза, засыпая с образом этих двух, танцующим перед глазами. — Когда он проснулся в следующий раз, было утро, так ему подсказали его биологические часы. Шторы все еще были закрыты, Макао спал на кресле, но Пита не было. Вегас смог тихонько приподнять себя и присесть. Сделать это было легче, чем вчера, но все еще неприятно. Он болезненно вздохнул, но этого было недостаточно, чтобы разбудить Макао. Так что Вегас сидел какое-то время и просто думал. Обо всем. Его разум прыгал с одной мысли на другую. Воспоминание о смерти отца кололо в груди, но не так сильно, как должно было бы быть. Воспоминание о том, что Корн сделал главой младшей семьи кого-то другого все еще не приносило ничего, кроме сбивающего с толку облегчения. А мысли о Пите… Тонна чувств и эмоций бурлила в нем из-за них. Главным образом любовь. А еще.. Счастье и облегчение, что Пит был здесь, с ним. Растерянность от того, почему он здесь. Опасение, что это лишь какая-то обязанность или долг перед главной семьей. И надежда, что нет. Ты здесь лишь потому что Корн попросил тебя присматривать за мной? Я просто выдумал, что ты сказал, что любишь меня тогда у бассейна? Зачем оставаться со мной, когда я сломлен и потерял все, что могу тебе дать? У него не было ответов. В этот момент дверь открылась, и Пит зашел внутрь с пакетом в руке. Он прошелся по комнате, положив пакет на столик у больничной койки и открыв занавески. Стоял красивый солнечный день. Глаза Вегаса тут же привыкли к свету. Он просто смотрел, как Пит чуть прищурился и повернулся к нему. При виде его Пит улыбнулся. Той мягкой, доброй улыбкой, которая когда-то была так нова, а теперь становилась Вегасу знакомой. — Ты проснулся? Вегас ответил на улыбку своей. — Давно уже. Где ты был? Пит все еще улыбался ему, подходя к постели и указывая на пакет. — Принес немного еды Макао, на случай, если проглодается. Пит подошел еще ближе, все еще улыбаясь так, что у Вегаса кружилась голова. Не могу поверить, что когда-то считал твою улыбку глупой, Пит. — Есть еще жёлтое карри. Любимое блюдо Вегаса. Очевидно, Пит сделал свою домашку, спросив Макао. Вегас ничего не говорил, а Пит пока устроился поудобнее на краю постели, все еще смотря на него с таким нежным, добрым, таким Питовским выражением. Это было слишком. Вегас должен был получить ответ на эту загадку, прежде чем она разорвет его на кусочки. — Why? — спросил он мягко, — Why are you still here? Пит смотрел на него, улыбка погасла, уступив место более серьезному выражению. Серьезному, но не несчастному. Он пораздумывал над ответом, глядя на простыни, потом вновь поднял взгляд на Вегаса. — Я не могу никуда сбежать. Абсолютно серьёзно и не улыбаясь сказал он. Ответ этот ничего не прояснил. Значило ли это, что он был здесь из-за чувства долга? Обязательства? Страдал ли он все еще оттого, что Вегас пытал его? Думал ли, что он для него лишь какая-то зверушка? От этих мыслей все болело, и Вегас неосознанно слегка протянул к нему руку, которую Пит тут же взял в свою, без промедления, бережно и утешающе поглаживая ее большим пальцем. Вегас отзеркалил это движение, поглаживая Пита и просто держа его. Ему необходимо было дать Питу понять, что он отпустит его, когда дело дойдет до этого. Он не будет преследовать и омрачать своим присутствием шаги Пита в этой жизни вечно, если Пит решит уйти. Он не хотел заставлять Пита быть с ним, быть его обязанностью. — Если сбежишь сейчас, — начал он медленно. Слова хотели прилипнуть к горлу, вырываясь из него, — Я приму это. Пит просто смотрел на него, наблюдая и ожидая продолжения. Горло Вегаса сжалось и он чуть потряс головой. — У меня ничего не осталось, — ни его позиции, ни отца, ни целей, ни даже здоровья, — Не хочу тебя обременять. Губы Пита приоткрылись, он явно раздумывал как на это ответить. Затем он подвинулся к Вегасу поближе и положил вторую руку на его запястье, так бережно, так нежно, с такой добротой… Он взглянул на их руки, затем вновь на Вегаса, вновь улыбаясь своей мягкой улыбкой, и сказал: — Я просто хочу следовать за своим сердцем. И тут Вегас понял. Понял, что ему это не причудилось. Пит выбрал его. Потому что все в Пите сейчас — его слова, его прикосновения, все в нем — говорило "я люблю тебя" так же, как когда он произнёс эти слова у бассейна. Горло Вегаса сжалось еще сильнее, и слезы обожгли глаза. Он даже сам не знал, почему плачет, но эмоции переполняли его. Он сглотнул, но смог соединить в связные предложения такие важные слова, Пит должен был узнать, как он чувствует: — С этого момента, ты мне не какая-то зверушка, — с трудом начал Вегас, голосом таким же полным эмоций, как и он, — Ты самый важный человек в моей жизни. Пальцы Пита сжали сильнее его руку, он так проникновенно улыбнулся... И Вегас внезапно понял значение этой улыбки, которую он так редко видел раньше, но которая так часто озаряла лицо Пита с тех пор, как он проснулся. Это была улыбка, говорящая: "я люблю тебя". Вегас не удержался и оттолкнулся от стены, наклоняясь поближе к Питу. Хоть любое движение и причиняло боль, он обхватил руками его лицо и поцеловал его. Нежно, глубоко, медленно, как он хотел поцеловать его с того момента, как проснулся и обнаружил Пита рядом. Пит положил руку ему на щеку и ответил на поцелуй так же нежно, и Вегас поверить не мог своему везению. Что Пит выбрал его. Что Пит любит его. Что Пит хочет его в ответ. Что Вегасу это все досталось. У него не осталось в голове мыслей, он просто хотел целовать Пита вечно. — Хэй-хэй! — озорной голос заставил Вегаса оторвался от поцелуя, отчего Пит чуть не рухнул на него. Макао поднялся с кресла, глазея на них обоих и ухмыляясь. Пит выпрямился и сел ну уж слишком по-строгому, со знакомой широкой улыбкой стеснения на лице. Ах, возвращение улыбки-маски Пита. Вегас давно ее не видел. Я люблю все твои улыбки, Пит. Макао подошёл ближе и похлопал Пита по плечу, все ещё ухмыляясь. — Ну вы быстро! Ты просто что-то! Пит неловко засмеялся, его улыбка расширилась до невероятных размеров, и Макао присел к нему на край постели. — Ладно, добро пожаловать в нашу семью, зятек! Довольно нахально с его стороны было сказать подобное, но Вегас не мог не почувствовать себя немного счастливее, хоть и спросил раздраженным тоном: — Макао, почему ты ничего не сказал, когда проснулся? — он был вполне уместно смущенным. Надо было догадаться, что не стоит говорить на столь личные темы рядом с братом — спящим или нет. Макао улыбался как демоненок. — Я подслушивал! Вегас закатил глаза. Пит все еще улыбался своей полной дискомфорта улыбкой, а Макао ухмылялся, треся его заботливо по плечу. — Эй, не стесняйся. Вегас взял Пита за руку. — Давай, не стесняйся. Пит позволил Вегасу уложить себя на него. Щека прижалась к одной из рук Вегаса, и улыбка Пита сменилась на искренне счастливую. Макао, этот маленький засранец, тут же забрался на постель. — Я присоединюсь, — и прижался к Питу. Вегас должен был быть немного этим раздражен, но не находил в себе ничего подобного. Его сердце было слишком наполнено теплом — с счастливо улыбающимся Питом на нем и Макао рядом с ними. Их небольшой семьей? Вегас не смог удержаться и поцеловал Макао в лоб, а Пита в щеку, прямо в эту его очаровательную ямочку. Улыбка Пита все ширилась, и он прижался к Вегасу поближе. Макао быстро наскучили обнимашки и он присел обратно на край постели. Пит же лишь переплел пальцы Вегаса со своими, и Вегас подумал что, к своему стыду, вновь готов расплакаться. — Ну вы правда очень быстрые, — сказал Макао, ухмыляясь Вегасу, — Я думал вы еще минимум пару дней проходите вокруг да около. Вегас ошеломлено посмотрел на него. — Ты все это время знал? — Это было очевидно, — засмеялся Макао, — То как вы смотрите друг на друга? Мне хотелось глаза себе вырвать. Это заставило Пита, все еще лежащего на Вегасе, густо покраснеть, а Вегаса тяжело вздохнуть. — Ну ты… Засранец. Макао выглядел очень довольным собой. — Как вообще это все случилось-то? — В смысле? — нехотя ответил Вегас. Ему не на что было особо жаловаться, пока Пит был в его руках. Но иметь дело с сующим всюду свой нос младшим братишкой, будучи в отношениях, будет надоедать, это он уже мог точно сказать. — Ну, прошлый раз я видел вас вдвоём в том храме, много месяцев назад. Потом семьи вгрызлись друг другу в глотки, и ты был в убежище. А теперь… Вы вот так? — приподняв бровь, спросил Макао. Пит напрягся, крепче сжимая руку Вегаса. — Ну так? Как это случилось? Вегас тяжело сглотнул и посмотрел на Пита, который тоже посмотрел на него. Они не знали, что и ответить. А Вегас к тому же не хотел признаваться брату, что похитил Пита и пытал его. Неделями. К счастью, Макао легко отвлекался, что он и доказал, пододвинув поближе столик с едой и раскрывая пакет. — О, Пи'Пит, пахнет обалденно! Я весь изголодался, давайте перекусим! Пит — очевидно с облегчением из-за смены темы — только рад был отвлечь Макао сильнее и незамедлительно поднялся. Вегасу не понравилась эта утрата, но он мог справиться с этим чувством. В конце концов, спустя несколько минут, они все сидели на постели с контейнерами с едой в руках. Макао начал болтать о каких-то подростковых разборках со своими друзьями, произошедших пока брат был в коме, и Пит с Вегасом смеялись в ответ. Поев и отложив пустой контейнер, Вегас дотронулся до Пита вновь. Пит тут же взял его за руку и улыбнулся своей нежной улыбкой. И Вегас почувствовал, что стоило пройти через эту боль и почти умереть ради этого момента. Оно точно того стоило. — После такого волнительного и радостного утра (а также кучи желтого карри) Вегас почувствовал сонливость и вскоре заснул на неопределённое количество времени, прежде чем снова проснуться, все еще растерянно и сонно моргая. Макао сидел на кресле и играл в какие-то игры на телефоне. Пита не было. Вегас оглянулся еще раз и заставил себя присесть. Макао взглянул на него и ухмыльнулся. — Проснулся, соня? Вегас зевнул. — Попробуй заработать четыре пулевых ранения в живот, я посмотрю будешь ли ты таким же бодреньким. — Спасибо, не надо, — Макао убрал телефон и поднялся с кресла, чтобы сесть на стул рядом с постелью, положив на нее ноги. — Но если без шуток, как ты себя чувствуешь? — Двигаться уже не так больно. Просто надоедает постоянно быть усталым, — Вегас пожал плечами. Макао кивнул. — Врачи говорят, ты вернешься в норму только где-то через месяц. И придётся заниматься физиотерапией еще больше этого. Это было удручающе, и Вегас тяжело вздохнул. — Но обошлось без необратимых повреждений. Просто останутся прикольные шрамы. И кошмары. Вегас качнул головой. — Где Пит? — Уже истосковался по нему? — подразнил Макао, и Вегас слегка покраснел от смущения. — Маленький засранец… Макао рассмеялся. — Он иногда выходит забрать что-то из дома или за едой. Не говорит обычно зачем, но думаю ему тут нечего делать и надо прогуляться. В этом был смысл, и чувство вины зашевелилось внутри Вегаса от воспоминаний, как он неделями держал Пита скованным в той маленькой комнатушке. Он провел рукой по волосам и вздохнул. Столько раз он уже извинялся за это, но не думал, что когда-нибудь его извинений будет достаточно. Макао же все ухмылялся. — Здорово видеть тебя таким, — его тон вдруг стал серьезным. Это немного ошарашило Вегаса. — Каким? Искалеченным в больнице? — спросил он с издевкой, и Макао закатил глаза. — Нет, придурок. Влюбленным, - — Макао вздохнул, немного мечтательно, — Я никогда не видел, чтобы ты так себя вел. Ни со своими "бойфрендами", ни с друзьями, ни даже со мной. Ты словно стал… — Кем? — Самим собой. Вегас пораздумывал над этим. Звучало правдоподобно. Он всегда носил маски перед людьми вокруг, всю свою жизнь, никогда не показывал себя настоящего. Никому, кроме как Макао, но даже с ним это было редкостью. Вегас всегда работал над чем-то, разыгрывал что-то, всегда делал что-то, требующее от него сосредоточенности. Он отточил искусство показывать только те стороны себя, которые подцепят кого-то на крючок. Покажут его таким, каким он хочет, чтобы его видел конкретный человек. Но с Питом он отказался от притворства уже очень давно, просто позволяя себе быть самим собой. Может поэтому находиться рядом с ним так затягивало. Много лет он убеждал себя, что никто никогда не полюбит настоящего его. А Пит взял и полюбил, разбив все его маски. Они обнажили свои изломленные сущности и обнаружили, что они — одно. Под маской уверенности и совершенства Вегаса, под маской счастья и вежливости Пита. Они суть одно. — Но вообще это отвратительно, — добавил Макао, заставляя Вегаса фыркнуть. — Душевности в тебе на три секунды, так? — Конечно! Вегас в который раз закатил глаза, улыбка, появившаяся на его лице от этих мыслей, погасла. — Макао… — Что? Был еще один вопрос, которого Вегас избегал с тех пор, как проснулся. Но он знал, что должен его спросить. Он сглотнул комок в горле и медленно проговорил: — Как прошли папины похороны..? Выражение лица Макао тут же вновь стало серьезным. — Ну… Нормально, наверно. Вся семья присутствовала. Его прах рядом с мамой. — Вся семья? Даже Корн и Кинн? — Да, они тоже. — Жаль, что я пропустил, - голос Вегаса задрожал, слезы навернулись на глазах. — Все в порядке. Я тоже там не задержался. Слишком переживал за тебя. Хотя Пит оставался с тобой все это время, так что я смог ненадолго уйти. Вегас положил голову на спинку кровати и посмотрел на потолок. Внутри него боролись разные эмоции. Чувство вины за то, что пропустил похороны отца. Грусть и боль от воспоминания о виде его мертвого тела. Но был и намек на облегчение, от которого чувство вины только усиливалось. — Эй, — Макао взял его за руку, отвлекая от вида потолка, — Это нормально. — Я в порядке, — ответил Вегас, ненавидя себя за то, что показывает слабость перед младшим братом. — Нет, я имею ввиду… Это нормально, что ты чувствуешь облегчение. Глаза Вегаса широко раскрылись. — Погоди, как, какого хуя ты… — Я знаю, как часто отец бил тебя, — нахмурившись, ответил Макао бесцветным голосом, — Знаю, ты пытался это скрывать и защищал меня. Вегас внезапно сглотнул тяжелый комок в горле. — Макао… — Честно говоря, — ответил Макао, не меняя тона, — Я рад, что он… — Как ты можешь так говорить, это наш отец— — Да, он был нашим отцом и той еще сволочью, — ответил Макао, качая головой, — Не волнуйся об этом всем больше, Хиа. Горло Вегаса болезннно сжалось, но он заботливо шлепнул Макао по голове. — Ваше поколение вообще не знает сыновьей почтительности, — мягко сказал он, своим тоном показывая истинный смысл своих слов. Макао широко улыбнулся, очевидно поняв его. — Я и так знаю, что ты согласен со мной. Вегас хотел продолжить добродушно отчитывать Макао за недостаток преданности отцу, но тут дверь открылась и в палату зашел Пит с очередным пакетом в руке. Он ненадолго замер, приподняв брови. — Я ничего не прерываю? Я могу вернуться попозже… — Не, не, все норм, — тут же сказал Макао и поднялся, чтобы освободить стул для Пита, — Что принес на обед? — Да так, из местечка за углом… Хочешь шашлычки из свинины? Макао довольно заурчал. — Ты скоро станешь моим любимым родственником! — Эй ты! — запротестовал Вегас, и Макао одарил его хитрожопой улыбкой. Пит засмеялся и покачал головой. — Ладно, давайте поедим. — Вечер троицы прошел за покером. У Вегаса сложилось впечатление, что Пит и Макао часто играли в карточные игры за прошедший месяц, пока ждали, когда он очнется. И теперь, когда их было трое они могли поиграть во что поинтереснее. Вместо денег (которые у них были, но Макао объявил что это слишком скучно) ставками служила всякая всячина. Шпажки от шашлычков, орехи, несколько конфет из кармана Макао. У них была иерархия. Шпажки были на последнем месте по ценности, чуть выше стояли орехи, а конфеты, конечно же, были главным призом. Но Пит все наровил съесть этот главный приз, что грозило дисбалансировать их валюту. Макао наконец поймал его за поеданием конфеты и столкнул Пита с постели, на которой они играли. Карты разлетелись повсюду, Пит, хохоча, приземлился на пол, и Вегас не мог вспомнить, когда ему последний раз было столь весело. Особенно с такими малыми затратами. Вскоре врачи пришли поговорить с Вегасом насчет его выздоровления и о том, что ему скоро придется начать физиотерапию, чтобы восстановить свою силу. Для Вегаса перспектива этого была удручающей, ведь даже сесть еще было достаточно больно, но он знал, что это необходимо и внимательно их слушал. Пит тоже был рядом и молча впитывал информацию. Часть Вегаса хотела, чтобы он ушел и не видел его таким, но другая его часть была благодарна всем богам за то, что Пит был рядом. Что ему не пришлось справляться со всем этим одному. — День стал клониться к ночи. Макао зевал, хотя было не так уж поздно, показывая насколько выматывало его нахождение в больнице. Пит сидел у постели и тасовал карты, не выглядя уставшим. В конце концов Вегас подозвал Макао к себе. Тот поднялся с кресла и поспешил к нему, безуспешно пытаясь подавить очередной зевок. — Что такое, Хиа? — Иди домой, - твёрдо сказал Вегас. Макао нахмурился. — Почему? — Потому что спать постоянно тут не может быть удобно. Ты выглядишь изможденным, — смягчил Вегас свой тон, но Макао продолжил дуться, — Ты можешь прийти завтра и остаться на ночь, если хочешь. Но тебе нужна передышка. — Хиа… — Давай, вали. Макао все еще хмурился, но потом посмотрел на Вегаса с Питом и закатил глаза. — Ладно. Наверно мне больше не нужно волноваться, что ты тут у меня скопытишься. Я пойду. Макао посмотрел на Пита. — Присмотри за ним за меня. Пит весело улыбнулся. — Конечно. Макао фыркнул, на прощание стрельнул в Вегаса тяжелым взглядом, забрал свой рюкзак и ушел. Вегас взглянул на Пита, облокотившегося о кровать одной рукой, и тот улыбнулся ему той самой улыбкой, от которой Вегас готов был растаять. — Мне тоже скажешь уйти? — А ты бы ушёл? — Нет. Улыбка Пита стала широкой и озорной, и Вегас улыбнулся в ответ. — Не думаю, что скажу, — засмеялся Вегас, качая головой. Пит, все еще широко улыбаясь, протянул к нему руку, которую Вегас тут же взял в свою. Он никогда не устанет от прикосновений Пита, где или когда бы они его ни застали. — Ты как?.. — тихонько спросил Пит. — Нормально. Раны почти не болят. — Я не об этом, — Пит наклонил голову, — В смысле… У тебя умер отец, место главы младшей семьи отдали другому… Много всего и сразу навалилось, — Пит замер, всматриваясь в лицо Вегаса. — Правда, скажи мне… Как ты? Вегас хотел незамедлительно ответить, что он в порядке, но остановил себя и поразмыслил над ответом, прежде чем его озвучить, потому что знал, что этого хотел Пит. — Я… В порядке, — все же сделал он вывод спустя какое-то время. Пит взволновано свел брови. — Тебе не грустно? — Мне грустно… Насчёт отца, — медленно проговорил Вегас, — Но я так же чувствую облегчение. Пит нежно и заботливо сжал пальцы Вегаса, и тот продолжил, не желая больше говорить об этом. — А насчёт места главы… Я чувствую просто облегчение. Выражение лица Пита смягчалось все больше, чем дольше он продолжал смотреть на него. — Хорошо, — прошептал Пит, затем сжал руку Вегаса снова. Мысль вдруг осенила Вегаса. — Пит, а где ты живешь? — Что ты имеешь ввиду? — Пит приподнял брови. — Ну, ты же ушел из главной семьи, так? Значит пришлось съехать из той общаги для телохранителей? Где ты теперь живешь? — О, — Пит задвигался на месте, что означало — Вегас это знал — что ему было неловко, — Все произошло так быстро, я еще не съехал, — признался он. — Они еще нанимают новых телохранителей и свободных комнат полно. А ещё Кхун Кинн сказал мне оставаться там, пока с тобой все не уляжется. Все равно Порш там больше не живёт, да и я приезжаю чисто помыться. Но наверное мне надо подыскать что-то новое… — задумался Пит, пожевывая свою нижнюю губу и смотря куда-то в даль. Вегас сжал ладонь Пита, заставляя того посмотреть на себя. — Будешь жить со мной? Пит заморгал, по всей видимости удивленный, и Вегас внезапно задумался о том, не слишком ли это. Слишком много, слишком быстро… — В смысле… Тебе же надо где-то жить, так что я подумал… Но если не хочешь, то конечно… Пит засмеялся. — Нет, все в порядке, ты просто застал меня врасплох, конечно я согласен. Я просто думаю, где мы… В доме младшей семьи? Даже с Поршем там? — Пит закатил глаза,— не то чтобы он спит там часто. Практически живет в спальне Кинна, хах. Тут Вегас вспомнил слова Корна, и его улыбка погасла. — Ну, когда меня выпишут я и Макао переедем в дом главной семьи. — Да? — Пит был удивлен, — Это то, чего ты хочешь? — Так сказал Корн. Пит нахмурился. — Но то ли это, чего ты хочешь? Вегас даже не думал об этом в подобном ключе, и ему понадобилось немного раздумий, прежде чем ответить: — Нет. Пит кивнул, тихонько улыбаясь. — Вот и я так думал. Ну что? Чего ты хочешь? — Хочу свое жилье. У этого уебана Кима есть, почему не у меня? Пит просто продолжал улыбаться, поглаживая пальцы Вегаса. — Думаю, так будет лучше. И для тебя, и для Макао. — И ты будешь жить со мной?.. — Вегас не хотел, чтобы его тон был таким жалобным и неуверенным, но Пита он заставил улыбнуться шире. — Конечно. Это заставило Вегаса улыбнуться в ответ. — Корн этому не обрадуется. — Ну и что? — удивительно беззаботно спросил Пит, — Порш теперь глава младшей семьи. Вегас, придумавшись, кивнул. —Кстати. Насчет этого. Можешь кое-что мне прояснить? — Что? — Какого, блядь, хуя Поршу отдали кольцо? Это озадачило Вегаса с тех самых пор, как он об этом услышал. Зачем отдавать кольцо кому-то не из Семьи? На Корна было не похоже. — О, Корн не сказал тебе? — Пит прищурил глаза, стараясь что-то припомнить. — Ну, детали мне не ясны, но выяснилось, что мать Порша сестра Корна? Ну и, соответственно, твоего отца. Вегас моргнул. Затем моргнул еще раз, позволяя мозгу обработать информацию. Подождите... Подождите. Подождите-ка! — То есть ты сейчас говоришь мне, что Кинн все это время трахал своего кузена? Пит широко раскрыл глаза. — Ох, нет.. В смысле, да? Нет, — Пит растерянно покачал головой, — Мать Порша была приемной? Родства по крови нет, короче. Вегас поразмыслил над этим. — Я… Не уверен, шибко ли от этого лучше, — наконец решил он, и Пит нахмурился, а затем медленно кивнул. — Нет, ну. Справедливости ради, ты тоже флиртовал с Поршем, — заметил он, самую чуточку игриво надувшись. — Да, но я никогда его на самом деле не хотел, — отмел Вегас аргумент, прежде чем понял как это звучит. И конечно же, Пит тут же зацепился за это с озорным блеском в глазах и надулся еще сильнее. — Вот значит как, Кхун Вегас? Флиртуете с мужчинами, а затем отбрасываете в сторону? Все понятно. — Всех, кроме тебя, малыш, — поспешно заверил Вегас, но это не умерило игривое настроение Пита. — Наверное и им ты тоже так говорил… У Вегаса не осталось никаких действенных защитных приемов. Так что он остановился на скулеже: — Пи-и-и-ит… И, конечно, это сработало. Пит сразу перестал наигранно дуться и засмеялся, сжимая ладонь Вегаса. — Я знаю, знаю. Вегас был в настроении сказать какую-нибудь колкость. — Думаю, мне больше нравилось, когда ты меня боялся, - пробурчал он. Это заставило Пита снова рассмеяться. — Нет, не нравилось. Потому что я никогда не боялся тебя. — Правда? Даже когда… — Никогда, — с легкостью ответил Пит, и Вегас ушел в раздумья. Это была правда. Пит никогда не показывал страха ни в одном из их взаимодействий. Порой встревоженность, насторженность и волнение, но не страх. Сопротивление, неповиновение и доброту, но не страх. Внезапно, со всеми этими воспоминаниями, Вегас почувствовал сокрушающее чувство вины. — Пит… — Что? — Прости… Улыбка Пита соскользнула с его лица. — Тебе не нужно продолжать извиняться. Вегас почувствовал, как на глазах в который раз наворачиваются слезы. — Я делал с тобой ужасные вещи... Пит вновь погладил ладонь Вегаса, раздумывая над ответом. Затем он заглянул Вегасу в глаза и серьезным, но мягким тоном сказал: — Я давно простил тебя... Между нами все прояснилось. Никаких больше извинений. Вегас сглотнул комок в горле. — Когда ты простил меня? — Когда ты первый раз попросил, — нежно ответил Пит. — Но ты был так расстроен… — удивленно уставился на него Вегас. — Я злился на себя, а не на тебя. —За что? Пит вновь стал раздумывать над ответом, переплетая из пальцы и смотря на них. Было понятно, что обдумал он это тщательно. — За то, что полюбил тебя, — наконец произнес Пит, все еще смотря на их руки, — Я чувствовал, словно предаю семью и самого себя, но я уже полюбил тебя до того, как осознал это, и ничего не мог с этим поделать. В Вегасе эти слова вызвали противоборствующие эмоции. От того, что Пит сказал "полюбил тебя" сердце подпрыгивало. Но с другой стороны, воспоминание о его боли вновь принесло чувство вины. — Когда ты это осознал? — Как раз перед тем, как уйти, — Пит тяжело вздохнул, а потом посмотрел на Вегаса напряженным, но одновременно заботливым взглядом. — А ты? — Сразу после того, как ты ушел, — Вегас вздрогнул от воспоминания о собственном отчаянии. Пит передвинулся на край постели и болезненно нежно положил руку на щеку Вегаса. — Давай не будем об этом? — осторожно попросил он, — Не люблю ворошить прошлое. — Ты живёшь настоящим, так? — ответил Вегас, и Пит соединил в ласковом прикосновении их лбы. — Почему бы и нет, если в настоящем все, чего я хочу. Вегас закрыл глаза и вдохнул поглубже, вкушая запахи одеколона Пита и его шампуня и просто его естественный запах под всем этим. — Хорошо. Никакого больше прошлого. Пит отблагодарил его поцелуем, на который Вегас страстно ответил, обхватив его лицо руками. Он правда мог делать это вечно. Наслаждаться податливостью пухлых губ, тихими звуками, которые издавал Пит, когда Вегас целовал его прямо как надо, его пьянящим вкусом… Он точно мог подсесть на это. Пит был таким притягательным, и Вегас не смог сдержаться и игриво прикусил его губу. Тут Пит оторвался от него, улыбаясь в ответ на недовольный вздох Вегаса. Губы розовые и хорошенько зацелованные. — Вегас, остынь. Ты еще не выздоровел. Вегас знал, что он был прав, и все равно был раздосадован. Но длилось это совсем не долго, усталость от насыщенного дня дала о себе знать, и он подавил зевок. Пит на это засмеялся. — Видишь? Уже это было слишком. — Помолчи, — пробормотал Вегас, затем кинул взгляд на кресло. — Тебе удобно спать в этой комнате? — Сейчас попросишь уйти? — добродушно ответил Пит. — Я просто не думаю, что так можно нормально выспаться, вот и все. — Не переживай, — Пит пожал плечами и широко улыбнулся, — Бабушка всегда говорила, что я как кот. Могу спать где угодно, как угодно. Теперь уже рассмеялся Вегас. Какая прелесть! Он взял Пита за руку и сжал ее. — Ложись со мной. Пит поднял брови. — Ты еще ранен. — Постель большая. — Что если я перевернусь во сне и задену твои раны? — Я ущипну тебя, чтобы ты проснулся и подвинулся. Обещаю. Пит поразмышлял над этим, но в конце концов кивнул. — Хорошо. Если тебе хочется. Вегас ничего в мире не хотел сейчас сильнее. И он не мог не проворчать недовольно, когда Пит поднялся и отошел. Пит лишь улыбнулся, закрывая шторы. — Я просто готовлюсь ко сну. Скоро буду. Вегас воспользовался возможностью лечь поудобнее, наблюдая за тем, как Пит выключает свет и снимает с себя одежду, оставаясь в одной футболке и трусах, прежде чем лечь рядом с Вегасом. Так близко, как только он был готов рискнуть. Вегас сам подвинулся поближе, и ему удалось улечься на руку Пита, не раздражая свои раны. Несмотря на весь дискомфорт от его повреждений, ему было так уютно. Вегас ни за что бы не променял эту больничную койку на свою кровать. Он приластился к Питу, кладя голову ему на плечо, и почти тут же заснул. Помешало ему на секунду лишь то, что Пит немного подвинулся, чтобы поцеловать его в макушку. — Люблю тебя, Вегас, — ласково промурчал Пит, и Вегас улыбнулся ему в плечо. — Я тоже люблю тебя, Пит.