Альфа и Омега

В руке дрожит уголь бегущий по листу, Сенку старательно выводит плавные линии корпуса космического корабля — детской мечты пережившей тысячелетия. Я полечу в космос Слова предначертавшие дальнейшую судьбу юного ученого, раздались над классом разрядом белой молнии. Учитель, удивлённо вздернул брови, посмотрев на мальчонку с широкой улыбкой. Ишигами не придал значения эмоциям на лице продолжив копаться в деталях нового устройства. Он говорил истинную правду, хотел исполнить её будучи совсем взрослым, знающим устройство всех невообразимых шаттлов. Стоящим на площадке перед собственным изобретением — ракетой пронзающей лазурные небеса, в нелепом костюме, с сияющими глазами цвета спелого граната, излучающими азарт. Шли годы, Сенку открывал для себя науку с разных сторон, постепенно улучшая жизнь близкого человека. Бьякуя в глубине души гордился сыном и называл сокровищем, на что Ишигами-младший смущался уплетая рамен за обе щеки. Их крепкая связь расстянулась на года проведенные в камне. И сейчас в деревне созданной, когда-то членами того самого экипажа с МКС, Сенку трудится над огромной машиной способной отвести его к инопланетянам. Конечно, как человек науки парень придерживается теории, о том, что зелёных человечков не существует, но никто не запрещает ему мечтать об установленном с ними контакте. Ишигами даёт себе лёгкий щелбан, дабы не отвлечься от проектирования. Чертеж — его маленькая тайна. Хотя иногда берет сомнение, ох уж этот менталист читающий Сенку, как открытый томик физики. Ген, определенно, догадывается о внеземной страсти друга, раз на день рождения подарил телескоп. — Ты любишь космос, а Сенку?—невзначай спрашивает Асагири, пачкаясь в сахарной вате. — Да, больше всего на свете. Ген всегда думал, роднее науки для ученого из прошлого ничего нет. Видимо, ошибся в первый и единственный раз. Асагири задумывается, жить в полном одиночестве на полузнакомой планете, неужели, Сенку не страшно? Там ледяные дожди, раскаленные поверхности, минусовые температуры, песчаные бури и недостаток кислорода верные спутники. Менталист смотрит на Ишигами, тот придумывает форму для окон будущего корабля, как вдруг собеседника начинает мучить вопрос. — А, кто бы стал твоим спутником в путешествии к далёким галактикам? Сенку отрывается от своеобразного конструктора, поднимает голову на жителя царства Науки и покрываясь румянцем говорит: — Хром — Так это сюприз для него?—радостно хлопает в ладоши Гин, как тот кто свёл этих двоих. — Как всегда проницателен, смотри не проболтайся. — Какой ты романтичный, Сенку. Ишигами прячет лицо в ладони, Асагири мягко хлопает по плечу, понимая, ему доверили маленький космический секрет. И теперь главное не рассказать Хрому, держать длинный язык, спасавший их жизни не раз за плотным рядом зубов. — Доверься, я никому не скажу. Сенку устало потирает глаза, малиновый закат касается лучами ступеней его домика в центральной части деревни. С их разговора с Гином прошло несколько дней, Хром так ничего и не заподозрил, а значит менталисты умеют держать слово. Прислонившись к стене, Сенку размышляет над тем, куда в первую очередь они отправятся, может на Марс? Исследуют потухший вулкан гору —Олимп, обязательно послав друг другу воздушные поцелуи в скафандрах. А может пролетят мимо ледяных гигантов Урана и Нептуна, где рядом с последним попадут в шторм и при скорости шестисот м/с выберутся оказавшись на краю Млечного пути. Замечтавшись Сенку не замечает фигуру стоящую в проходе, пугается. — Кохаку, разве можно так пугать, я думал Хром вернулся и моему сюрпризу придет конец. Блондинка смеется, проходя в помещение глубже, садится рядом с Сенку. — Я выполнила твою просьбу, вождь. — Прекрати, так меня называть. Кохаку довольно улыбается разворачивая перед учёным макет звёздного неба. — Отец, сказал, один из основателей по памяти нарисовал ее, и велел хранить для следующих поколений. Ишигами смотрит на карту и узнает почерк Бьякуи, стирает чуть проступившую слезу с ресниц, и ведёт пальцами по нитям разбросанным по бескрайнему листу. Они соединяются в созвездия, те самые, что он наблюдал будучи школьником. — Спасибо, хорошая работа. — Скажи, а когда вернется тот твой мир, ты забудешь о деревни улетев от нас? Сенку в ступоре об этом всегда тяжело думать, по идеи надо отвечать сразу, но он вспоминает все теплые моменты случившиеся с ним в деревне. — Глупышка, таких, как вы не забудешь, даже если сильно захочешь. — Ах, так! — Кохаку щипает за бок и Сенку взвизгивает. — Ладно-ладно, прости. Кохаку передумывает танцевать чечётку на его рёбрах. Ишигами напрягается слыша знакомые шаги. — Вот черт, Хром вернулся. Кохаку не успеет уйти, рассмотрев обстановку дома, понимает единственный выход — спрятаться в корзине из под угля, но она ни за что туда не полезет. Потом не отмоется! — Даже не думай, костей не соберёшь, дорогуша. — Прости Кохаку, но Хром точно, что-то заподозрит увидев тебя здесь. Девушка готовится драться, Сенку накидывается на нее и вместе они колобками катаются по полу. Выдирают друг другу волосы, кусаются, оставляют кровоточащие царапины. — Эй, Сенку, ты здесь? — Да-да — произносит запыхавшись. — Идиот — Кохаку бьёт по хребту. Встаёт с пола поправляя хвост и ради брюнета идёт прятаться в корзине, зная Сенку будет должен и сделает все для нее, такой прекрасной и неповторимой. Ишигами быстро ориентируясь в пространстве, вытирает с пухлых губ струйку алой жидкости. Прячет за корзиной чертеж и карту, надеясь, что любимый слишком устал и сразу ляжет спать мертвым сном и ничего не узнает. Наивный учёный, в любви иногда такой дурачок. Хром появляется на горизонте, как только Сенку задвигает к стене нынешний домик Кохаку. — Решил устроить перестройку, милый? Учёный вскакивает. — Ой, Хром, как дела с тренировками? — Кинро, опять ушатал, но я смог заблокировать пару его ударов, а почему губа разбита? Ишигами вытирает рукой ранение от боевой подруги. Не зная, какую отговорку придумать. — Сенку, надо обработать, убери грязные руки, живо! Сенку слушается подходит к своему парню, стоит, дожидаясь пока Хром откроет аптечку и достанет необходимое. — Я это губу прикусил. — Меня обнаженным представлял? — Ага на горячих источниках. — Негодник — темноволосый капает необходимое количество перекиси на вату — Будет щипать, потерпи, любовь моя. Хром светит ярче и теплее, сводя на нет, проблемы Сенку. Касается лёгкими движениями обрабатывая побои Кохаку, Сенку мужественно терпит, хоть и хочется прикусить фаланги любовника. Новоиспеченный учёный дует на губы, убирая неприятные ощущения и целует в противоположный уголок уст. Ишигами смущается, зарывается в волосы парня, пахнущие мылом, пропускает их, получая мурчание в ответ. Кохаку тем временем отодвигает крышку, наблюдая за двумя развратниками. — А теперь выкладывай, что прячешь. — У меня нет секретов, Хром. — Да? Ишигами кивает. Гранатовые очи лгут, отражая недоговоренность и повисшее напряжение между ними. — Сенку, я начну кусаться, если ты не скажешь в чем дело. — Всё в порядке, правда, я просто проверял нашу гидростанцию и разговаривал с Касеки о новом проекте. Хрому этого определенно недостаточно, он выведет врунишку на чистую воду. — Тогда будет по плохому милый. Хром притягивает к себе дрожащего Ишигами, вдыхая его запах с шеи, целует ее и проводит влажным языком по артериям несущим кровь к его великолепному мозгу. — Ах-ах-ах, не надо. — Ты скажешь мне правду? — Никогда — произносит уверенно, но готовый сдаться навстречу. Ученик великого царапает зубами молочную кожу, прихватывает губами, всасывает, получая громкие стоны. Затем кусает в разных местах, оставляя засосы расцветать багровыми пионами на теле. Хром дарит ушкам горячее дыхание ловя мурашки бегующие целые километры по организму. Сенку тяжело дышит хватаясь за спину, когда темноволосый ледяными пальцами проходится по ключицам и кусает за мочку розоватого уха. Кохаку прикрывает себе глаза, слишком горячо. — Остановись... — Скажи, мне Сенку... Хром — наркотик, дающий непоправимые последствия. — За корзиной. Ишигами разбалтывает все, чёртово возбуждение, умеющее развязывать язык на запретные темы. — Хороший мальчик. Хром мигом отодвигает корзину, не обращая внимания на тяжесть, Сенку выдыхает, забыл, что уголь они выгрузили ещё вчера. Парень берет чертежи, и готовится ругаться с ненаглядным за то, что тот не посвятил его в новые открытия. Разворачивает шершавую бумагу. — Милый, это звёздное небо? — Да, то самое, на него мы смотрели через телескоп. — Расскажи о нем, подробней — умоляюще просит Хром. — Это Кассиопея — Сенку показывает на букву напоминающая английскую W. —Лежит в полосе Млечного пути. У Хрома горят глаза, как никак, будущий покоритель космоса. — А это? — Южный крест на протяжении столетий служил навигационным ориентиром для моряков, самое маленькое созвездие. — И очень одинокое? — Такая жизнь у него показывать путь заплутавшим. — А это тринадцать зодиакальных? — Верно. Сенку берет Хрома за запястье и изучает с ним вновь звёздную карту, теперь он астрономическая энциклопедия для юного космического туриста. — Здесь много переменных звёзд — Хром останавливается на вершине полотна. — Если быть точнее две тысячи семьсот семьдесят семь, одна из них Бетельгейзе по объему превосходит наше Солнце примерно в сто шестьдесят тысяч раз. — Звёзды способны поглотить планеты? — Такая вероятность существует, но спасибо солнцу, за то, что свое место оно не отдало, такой прожорливой звезде. — Эй, Сенку, я бы хотел увидеть ее вспышку, сверхновой. — Через много лет, малыш. Хром немного дуется. Ишигами вспоминает про второй чертеж. — А знаешь, мы можем увидеть Сириус, самую яркую звезду после, единственной звезды Солнечной системы. — В каком смысле, через прибор? — Нет, открывай, мой подарок тебе. Хром разворачивает чертеж космического корабля и забывает все слова. — Ты собираешься построить это? — Да, и отвести тебя в космос, Хром, составишь мне компанию? — Сенку, с тобой в любую Галактику. — Я тебя люблю — Ишигами касается родных щек, мажет губами кожу. — Ты мой Альтаир — Хром гладит по голове. Альтаир — самая яркая звезда в созвездии Орла. — Ты Омега Киля. Самая южная яркая звезда. Бело—голубой гигант, до нее триста семьдесят световых лет, но это мелочь по сравнению с каменным заточением. Я такую любовь называю космосом. — Сенку, хочешь стану твоим домашним инопланетянином? — О нет, захватишь меня? — Установлю более крепкую связь, м? Ишигами, вроде бы, не против соития с любимым, но агрессивная корзина, скоро начнёт прыгать по дому. — Я бы не против завтра так взбодриться. Хром зевает, на улице давно лунные дорожки освещают поверхность голубого озера. — Ты прав, спокойной ночи, мой покоритель Млечного пути. Хром чмокает в губы и тут же вырубается, Сенку устраивается под бочком, начиная сопеть следом. Темно-синее небо закрыто облаками, оно ищет источники для новых взрывов и образования неизведанных планет. Кохаку выбирается черным чудиком из корзины и стараясь не тревожить половицы идёт к выходу. Незаметно оставляет следы и завтра придется придумывать Сенку небылицы о вторжении инопланетных существ, а это всего лишь милая и чумазая девушка. Кохаку спускается по лестнице, спрыгивает, ее тело под светом луны более чёрное. — А, привидение — кричит Кинро идущий с дневного дозора. — Идиот, это я Кохаку. — Ты чего такая черная? — Грязевые ванны принимала, блин, прикрывала зад Сенку. — Похожа на курицу. — Я тебе глаза то выклюю, Кинро. — Ой, страшно, ладно пойдем на горячие источники вместе. Сенку услышавший крик с улицы подполз посмотреть, что происходит. И сильно удивился фразе стражника моста, ничем не пробиваемого Кинро. — Тили-тили-тесто, жених и невеста — прикалывается Ишигами. — Давай его задушим? — Кохаку разминает кулаки. — Поддерживаю. — Вы интересная пара, я буду молчать, об отношениях, будьте уверены. — Так и быть Сенку, мы квиты. Ишигами шлёт ребятам воздушный поцелуй. Они шлют его к чертям. Кинро обхватывает Кохаку за талию и они исчезают в свете пробивающейся через ватные облачка луны. Сенку видит комету, загадывает желание. Рыжий хвост проносится над Землей, передавая расскаленный привет жителям голубой планеты.