Hell of the Soul

      Чонгук открывает глаза. Всё вокруг расплывается неясными картинками. Парень пытается проморгаться и понять вообще, где он находится. Голова будто не его и раскалывается пополам. Последнее, что он помнит – испуганные, растерянные глаза Тэхёна в мастерской у стола с кожей, которые молили помочь, успокоить, забрать весь страх себе. Чонгук помнит, что видел его таким же в детстве, в классе пятом.       

      ***

      Пятый класс школы.       Чонгук задерживается, как и всегда на дополнительных занятиях по черчению. На улице уже стемнело, а ему предстоит долгий путь до автобусной остановки – с ближайшей его автобус уже не ходил. Его друзья ушли немного раньше. Чимин убежал на танцы, а Тэхён минут сорок назад с рисования. Он так же, как и Чонгук, засиживался в школе допоздна.       Маленький Чон переходит дорогу и направляется во дворы – так можно изрядно сократить путь. Он топает наперевес с рюкзаком и с мешком с формой для футбола. В окнах слышатся голоса – кто-то смотрит вечернее телешоу, кто-то играет на скрипке, кто-то ведет разговоры о жизни. До остановки остаётся пройти всего пару домов, но он останавливается, потому что слышит крик о помощи. Сердце его быстро стучит, и мальчик оглядывается вокруг, а затем и вовсе неосознанно идёт на голос.       «Нужно идти дальше, Чонгук. Нужно помочь или кого-то позвать», – спорит сам с собой парнишка.       Что может сделать ребенок 11 лет?       В одном из дворов он находит источник звука – в углу дома он видит мальчика, зажатого огромной собакой. Животное взъерошено, шерсть стоит дыбом, а в темноте видны только белые клыки, исказившиеся в оскал, и злые горящие глаза. Тот мальчик вжимается в стену, боясь двигаться, стоит неподвижно, опустив голову.       Чонгук берёт камень с дорожки и швыряет в сторону, чтобы отвлечь собаку. Та поворачивает голову и видит Чона.       Второй мальчик поднимает голову, капюшон кофты сползает на плечи, и он забито смотрит на Чонгука.       – Тэхён? Что ты тут делаешь…?       Собака следит то за одним, то за другим, скалясь и рыча.       Тэхён, заплаканный и потерянный, не отрывает взгляда от Чона, который медленно шагает к другу, обходя пригнувшуюся и готовящуюся к прыжку собаку.       Шаг. Два. Три. Четыре.       Собака начинает громче лаять и подходить ближе.       Видя взрослого мужчину, идущего домой после работы, Чонгук кричит:       – Помогите! Помогите!       Собака прыгает на Тэхёна, но Чонгук успевает закрыть друга собой.              Парой минут позднее.       – Тэ, не плачь, пожалуйста. Я в порядке. У меня всего лишь царапина.       Ким посмотрел на разодранные джинсы Чонгука и начинает реветь сильнее:       – Сп… Сп… Спасибо, Гуки.       – Я тебя всегда буду защищать, ничего не бойся, – Чонгук достаёт носовой платок и протягивает его другу.       Тэхён верит и кивает, крепко обнимая Чонгука.       

      ***

      Чон садится и осматривается – кругом разруха – нежилое помещение с дырой в полу, на вид давным-давно заброшенное.       – Тэ? Тэхен-и? Хён?       Молчание.       – Где ты? – Чонгук зовёт друга.       Ответа нет. Он слышит только собственное эхо.       Парень в панике ищет глазами Кима, думая, что он тоже мог отключиться, как он сам. Подползая к дыре, он заглядывает внутрь, светя фонариком мобильника и тут же отшатывается назад – внизу никого. Только кости. Много человеческих костей, от сырости местами почерневших, полусгнивших, с резким запахом разложений.       Чонгука тошнит, он пошатываясь встает на ноги и смотрит на лестницу.       –Тэхён! – кричит изо всех сил. – Чимин!       Он идёт к лестнице, и пытается подняться наверх. Три шага, и под ногами всё рушится, ступени рассыпаются, и Чонгук падает на колени, раздирая кожу ржавым гвоздём.       – Ммм, – шипит от боли, но поднимается.       Путь наверх заблокирован.       Хромая, он подходит к окну, заколоченному и снаружи, и изнутри. Сквозь щель он видит старших друзей, окруживших Чимина.       – Чимин? – в сердце облегчение.       Чонгук подходит к двери, дёргает ручку, она поддается.       – Чимин!       Слыша голос Чона, Пак вырывается из рук друзей и бежит, впечатываясь в парня, чуть ли не залазя на него. Речь Чимина из-за слёз и всхлипов не разборчивая, лишь мельком можно расслышать слова: подвал, кости, Суон, виноват. Чонгук никогда не видел, всегда игривого и дерзкого, друга в таком состоянии – как будто подменили. Перед ним стоял забитый маленький ребёнок.       Чимин чувствует как падает камень с души, видя Чонгука, но через минуту поднимает глаза и встречается взглядом с другом:       – Тэхён?       – Где Тэхён, Чонгук? – спрашивает уже Юнги, подбежавший следом за Чимином.       – Я… Я не знаю… Мы были вместе с ним в странной комнате с фотографиями и с кожей. И я больше, больше ничего не помню…       – Это всё ты! Ты бросил его там! Опять! Ты всегда его бросаешь! – Чимин отталкивает Чонгука и начинает кричать.       – О чём ты говоришь, Чим?       – Как ты мог оставить его? Ведь он теб… – замолкает и пытается отдышаться от заполонивших его эмоций. Паника охватывает парня с новой силой, он не может с ней справиться. – Надо его вернуть!       – Успокойся, Чим, – берёт друга за руку Хосок.       – Не ходите за мной! Особенно ты, – Чонгук указывает на Пака и направляется обратно в гостиницу.       – Нет, я пойду с тобой! За Тэхёном я пойду! – Чимин вырывается и бежит за Чоном, хватаясь за него.       – Парни, заберите его, – Чонгук отрывает руки Пака от себя.       – Не бросай меня, Гуки! Я боюсь, что опять останусь один, – Чимин начинает хныкать, не давай Чону сдвинуться с места, повиснув на нём.       – Ты не один, ты с ребятами, – Чонгук пытается выпутаться из объятий друга.       – Я… Я сомневаюсь, что они настоящие, – шепчет Чимин и умоляюще смотрит на Чона.       –Ну всё, хватит, иди к Юнги. Я схожу за Тэ и сразу же вернусь.       Пак мотает головой и замирает, смотря на здание:       – Тэ… Тэ… Тэ… Там Тэхён!       – Что ты несёшь, Чимин?       В окне старого особняка мелькает тень.       

      ***

      – Мадам, я готов идти с вами, – Тэхён поворачивается, но никого вокруг не видит. – Мадам?        Все вокруг вмиг перестало быть ярким. В углу холла пылится заржавевший граммофон, все картины на стенах покрыты пеленой паутины, они тёмные, пугающие, мрачные. Окна заколочены, сгнивший местами пол скрепит под ногами и вот-вот рухнет.       Тэхён не понимает, что произошло, ведь минутами ранее это помещение было наполнено картинами прошлого и жизнью, хоть и мёртвой.       Он вновь смотрит в окно, видит друзей и решает в который раз попробовать уйти отсюда. Он хватается за доски, чем забиты окна - они рассыпаются в руках, впиваясь щепками в кожу.       – Ребята! Я здесь!       Тэхён кидается к входной двери. Он видит почерневшую ручку и боится. Боится, что это место не отпустит его, и он останется здесь навсегда. Один. Но всё же дёргает за неё, она поддаётся и выпускает Кима.       Чонгук вздрагивает от скрипа двери и видит Тэхёна. Он спускается с крыльца и ступает на землю. От свежего воздуха кружится голова и его ведёт в сторону.       Тэхёна ловят сильные руки, прижимая к себе:       – Тэ...       Он поднимает глаза на Чонгука, хватаясь за воротник его футболки, всё ещё не веря, что это уже не сон, и он действительно выбрался.       Чонгук прижимается лбом ко лбу Кима, чувствуя его горячее дыхание, и не отрывает взгляда от старшего.       – Я... Я... Я тебя... – кислорода слишком много, голос сипит, шепчет.       – Тсс, я знаю.       Тэхён дрожит, сердце рвётся из груди, норовя вот-вот выскочить.       – Какой же я дурак! – хриплый голос Чонгука обездвиживает, выключая всё кругом, словно никого больше нет. – Я больше никуда тебя не отпущу. Никуда и никогда. Ни на метр от себя.       Тэхён тяжело дышит, ловя воздух и каждое слово Чонгука, запечатывая их внутри себя. Слёзы стоят в глазах.       – Я никогда бы не простил себя, если бы ты... если бы ты... – Чонгук притягивает всё ближе к себе Тэхёна.       – Люблю, – одними губами, не издавая ни звука.       Чонгук слышит. Он отрывается, поднимает голову и целует Кима в висок, поглаживая спину. Каждый удар его сердца отзывается в нём самом, подстраиваясь и соединяясь в единый ритм, в унисон, связывая в одно целое.       – Тэхён-и, – подлетает Пак и бросается на друзей и обнимает, как никогда с большой любовью и привязанностью. – Мои друзья, братья! Вы тут! Вы не призраки… Я чувствую вас.       Тэхён переводит взгляд на лучшего друга и улыбается, первый раз после этого кошмара. Вместе. Как и всегда. Наконец по телу разливается тепло, облегчение. Оба живы, оба выбрались, хоть и потрёпанные. Это для Кима самое важное.       Чонгук отступает на шаг, пропуская Пака к Киму, который продолжает смотреть на него, словно боясь, что Чонгук исчезнет, как мираж в пустыне.       «Это я ведь потерялся, а ты меня нашёл».              ***       Меньше года спустя.       Тихая приятная на слух мелодия играет в огромном зале, наполненном всевозможными букетами нежно белых цветов, гирляндами с маленькими лампочками, столами, накрытыми белоснежными скатертями, украшенными салфетками. Гости тихо перешептываются в ожидании молодожёнов.       Чонгук, одетый во фрак с бабочкой и стоящий у входа, нервно поглядывает на часы и заламывает пальцы, высматривая или ожидая кого-то, кто должен вот-вот прийти. Он поправляет прядь волос, упавшую на лоб, и вздыхает. На плечо Чона ложится рука Чимина, только что подошедшего к нему с бокалом шампанского:       – Очень красивая свадьба. Жалко только, что Юнги не согласился перенести её в Сеул.       – Побойся бога, он и так её перенес на весну.       – Всё равно, когда я вижу старинные здания меня передёргивает и у меня поджилки трясутся.       – Он же не виноват, что женится на фанатке Англии, причём из очень богатой семьи, которая как раз и настояла на проведении свадьбы именно здесь.       – Пффф, подкаблучник!       – Всё, Чим, успокойся! Как ты?       – Не знаю… Как-то всё очень странно. У тебя так же? Мне кажется того, что с нами произошло, как будто не было, будто это был какой-то кошмар, от которого мы проснулись и начинаем его забывать. Я даже не совсем уверен, что со мной это было. Нет, не так. Это было, но я перестаю в этом быть уверен.       – У меня так же, Чимин. Как разговор с родителями?       – Папа сказал, что они и так всё знали. Но не хотели мне это говорить, потому что для меня это была очень тяжёлая тема.       – Ну, а в принципе как ты?       – Да нормально, – Чимин хитро улыбается и поднимает бокал.       – Ну раз у тебя всё нормально, может быть, ты прекратишь периодически приезжать к нам и спать с нами, а иногда выгонять меня на диванчик в гостиной и спать с Тэхёном?       Пак закатывает глаза:       – Между нами ничего не было.       – Ты понял, о чём я говорю. Не паясничай!       – Чонгук, ты же знаешь, что я не всегда могу оставаться один и проспаться среди ночи, когда никого нет рядом…       Чон тяжело вздыхает:       – Ну тебе всё равно придётся когда-то это сделать.       – Хорошо, тогда я буду спать с тобой. Раз ты расстраиваешься, когда ночуешь в одиночестве, – гладит по плечу друга Чимин.       – Нет!       – Пойми, Гуки! Я всё еще боюсь опять очутиться там… Что это всё повториться, что снова окажусь там, где не должен был оказаться.       – Может девушку найдёшь?       – Ну, – тянет Чимин. – Возможно. У тебя есть кто на примете? Может мальчик? – подмигивает другу.       – Хорош! – Чонгук повышает голос, что не остаётся незамеченным гостями рядом, которые смотрят на парня, качая головой.       – Какой грозный и серьёзный кролик! Когда ты успел таким стать? Тэхён воспитывает? – Чимин видит, что так легко удаётся вывести из себя друга, улыбается.       – Ащщщ, Чимин-а, умолкни! – Чонгук достаёт мобильник и проверяет сообщения и звонки. – Меня тоже охватывает тревога, когда его нет рядом. Как будто появиться кто-то другой вместо него. И он уже опаздывает на сорок минут! Я уже начинаю нервничать.       – Ах, бабы, все они такие!       – Ты сейчас говоришь про своего лучшего друга!       – И ты тоже мой лучший друг!       – Я ему уже раз десять позвонил, он не отвечает.       – Он костюм для этого дня менял пять раз. Может быть, снова хочет поменять?       – Я съезжу за ним в гостиницу…       – Да ладно, не кипятись, вон его машина, сейчас придёт.       В дверях появляется нервный Тэхён. Он видит Чонгука, который тут же забирает его в свои объятия:       – Всё нормально, Тэхён-и?       – Да, – кивает тот.       – Конечно же, зачем здороваться с лучшим другом? – Пак хлопает ладонью о другую, иммитируя приветствие. – Надо просто пройти мимо! – Чимин отдаёт пустой бокал официанту и скрещивает руки на груди, наигранно надувая губы.       – Они прислали мне не ту бабочку! Я другую заказывал. Ну почему я не проверил перед вылетом её? Я всё всегда проверяю, а сейчас не проверил! Мне пришлось надеть другую. А та бабочка именная, – возмущается Ким, не обращая внимания на Чимина.       – Я куплю тебе все бабочки на свете, только не расстраивайся. Чтобы ты не одел, ты выглядишь во всём прекрасно, – успокаивает Чонгук Тэхёна, который был расстроен и машинально поправлял костюм своего парня и непослушную прядь волос с его лба.       Чон что-то шепчет Киму, от чего тот заметно веселеет и смущается, краснея.       – Ребят, я всё хотел у вас спросить, – задумчиво тянет Пак.       – Начинается… Ничего хорошего он сейчас не спросит, – в полголоса говорит Чонгук Тэхёну.       – Нормальный, хороший вопрос. Вы готовы? – Чимин делает серьёзный вид, хотя в глазах мелькают искорки озорства, как у ребёнка. – А кто из вас сверху?       – Никто, потому что ты сбоку, между нами! – тяжело вздыхает Чон.       – Чимин, захлопнись!       – Не любите вы меня! Ухожу от вас! Мы расстаёмся! – медленно уходит в глубь зала, направляясь к столу с напитками.       – И слава богу! – вместе произносят ребята.       – Хотя нет, предлагаю шведскую семью, – оглядывается Чимин, подмигивая.       – Да иди уже! – отмахивается Тэхён, - Он просто неиправим. Больше всех ведь пострадал, а всё туда же. Всё равно люблю гада.       – И я…              ***       Два года спустя.       – Ты знал, что я против путешествий во Францию, но всё равно меня сюда привёз, – ворчит Тэхён, толкая кулаком Чонгука.       – Тэхён-и, столько времени уже прошло. А это очень красивая страна. Ты посмотри какие здесь виды! Здесь всё как ты любишь!       – Но…       – Мы уже живём с тобой вместе почти три года, а по ощущениям, что всю жизнь. Ты видишь, я уже поседел? Это раз, – за это ему прилетает снежком за шиворот. – Я рядом с тобой, с моим самым любимым человеком во всём мире. Я безумно тебя люблю! Это два. Я обещал тебе, что никогда тебя не оставлю. Это три, – Чонгук загибает пальцы на руке, перечисляя причины, почему Тэхён должен доверять Чону. – Ты мне веришь?       Ким кивает и смеется.       – Ну вот и всё. Вопросы есть?       Тэхён отрицательно качает головой.       – А у меня к тебе имеется парочка, – хмурит брови Чон. – Ты реально меня решил довести до седины? И второй – Ты чё так вырядился, будто на показ мод? Ты же замёрзнешь! Иди сюда, – Чонгук ворчит, снимая с себя шарф и заматывая вокруг шеи Кима. – Ты простынешь, а мне что с тобой делать?       – Может быть любить? – Ким чмокает Чонгука в нос и напрыгивает, валя на снег, и хохоча. Парень садится сверху, не давая возможности подняться.       – Тэхён-и, у меня для тебя сюрприз, – Чонгук загадочно улыбается, переплетая пальцы рук Кима со своими.       Тэхён округляет глаза:       – Какой? Скажи, скажи, скажи!       Чонгук валит парня в сугроб, а сам поднимается на ноги и протягивает ему руку:       – Пошли, ты сам всё узнаешь, – Чон помогает встать Тэхёну, отряхивая его. – Но сначала… – Чонгук разворачивает Кима к себе спиной и достает ленту, завязывая тому глаза. – Это сюрприз, пойдём, – аккуратно бёрет за руку и куда-то ведёт.              – Мне кажется, уже прошла вечность, я хочу её снять, – Тэхён ноет, касаясь ленточки руками.       – Ещё совсем немного осталось, потерпи, – голос шепчет на ухо, от чего у Кима бегут мурашки.       Он чувствует невесомость, слабый шум мотора, небольшое покачивание и поэтому всё сильнее сжимает ладонь Чонгука.       Спустя пару минут всё движение останавливается, а его руку отпускают и встают с сидения.       – Чонгук? Гуки, ты где? – Тэхён чувствует пустоту и неуверенность и елозит по сидению.       Ему не отвечают.       – Я снимаю! Ты чё молчишь?       Ким не выдерживает и стягивает ленту с глаз. Яркий свет режет глаза, не давая им привыкнуть.       За окном светит солнце, а белоснежные вершины гор слепят ещё больше. Тэхён поднимается на ноги, кабинка подъёмника вздрагивает и начинает раскачиваться. Они на канатной дороге, а внизу – пропасть. Он видит Чонгука на другой стороне кабинки и идёт к нему, обнимая со спины.       – Ты меня напугал, я думал… - Тэхён выглядывает из-за плеча Чона и смотрит за стекло – внизу на другой стороне от обрыва стоит старый особняк. Он протирает глаза, картинка становится всё четче – это гостиница мадам Мимьё. От страха Ким цепенеет, не может проронить ни слова.       – Чонг.. Ты это видишь? Мы же выбрались тогда… – чуть слышно шепчет Тэхён. – Гуки, не молчи, ответь мне! – он начинает трясти за рукав парня.       «Чонгук» оборачивается, а Ким отскакивает назад, не удержавшись на ногах.       – Это я решаю, кто вышел из моего дома, а кто нет, – Морис Мимьё улыбается.