Посредник

— Будем надеяться, уроки заклинаний будут хоть немного лучше, чем этот ужас, — проворчал Рон, безуспешно пытаясь очистить руки — запах гноя бубонтюбера оказался настолько въедливым, что ощущался даже после использования перчаток из драконьей кожи, всеочищающего мыла и спиртового антисептика, который друзьям предложила хозяйственная Гермиона. — Я уже на все готов… Говорю вам, Спраут совсем двинулась на своих травах. — Смотри, как бы это хаффлпаффцы не услышали, — хмыкнул Гарри. — Хотя да… Бубонтюберы — это перебор. — Вам — все перебор, — съехидничала Гермиона. — Лентяи… — Ничего подобного! — нахмурился Рон. — Я, например, просто учу только то, что мне понадобится в будущем. Вот зачем мне этот вонючий гной, если я не собираюсь в будущем заниматься зельями? Или зачем превращать черепаху в чайник? Или писать конспекты, если ими потом все равно камины топят… Вот, когда встречается что-то полезное — я это учу. — Например? — А вот когда мы учили заклинания от пауков — я был первым, кто его применил! Между прочим, даже быстрее тебя! — Вот, значит, как? — раздался прямо за их спинами слегка хрипловатый голос нового преподавателя. — Хорошо, мистер Уизли. Я обязательно учту, что вас лично надо напугать до инфаркта, чтобы вы активнее изучали дисциплину. А теперь — не будете ли вы все столь любезны, чтобы пройти в кабинет и занять свои места? Урок вот-вот начнется. Пока Гарри шел к свободному месту, ему казалось, что за ним наблюдает кто-то невидимый. Сначала он думал, что это преподаватель буквально сверлит его взглядом, но нет — Штерн отошел к доске и сейчас активно проводил последние приготовления к занятию. Ученики тоже особо не смотрели в его сторону… Гарри стало слегка не по себе. Впрочем, уже вскоре морок — или что это было?! — сошел. Гарри сглотнул, утер испарину со лба и принялся доставать все необходимое для урока. — Нет-нет, можете не доставать ваши книги и пергаменты, — остановил его и остальных мистер Штерн. — Я, в отличие от ваших остальных преподавателей, не вижу смысла в километровых конспектах. Оставьте, пожалуйста, только волшебные палочки, но пока не берите их в руки… Мисс Браун, уберите, пожалуйста, ваши гороскопы — они все равно неверные. Скорее всего, вы пропустили, что два года назад был високосный год. Лаванда покраснела, будто гриффиндорское знамя, и поспешила спрятать свои записи, которые тихонько показывала своей соседке по столу — Парвати Патил. Гарри задумался — профессор точно не мог видеть эти гороскопы раньше, ведь Лаванда только во время перерыва их закончила… А сейчас сам профессор стоял так, что не мог видеть содержимого пергаментов. Правда, задать вопрос, как же Штерн увидел записи, Гарри не решился. Казалось, Мартин услышал его мысли — он чуть улыбнулся, кивнул Гарри, а затем… — Что же… Добро пожаловать на урок заклинаний… — Простите! А где профессор Флитвик? — Вас это не должно интересовать, мистер Уизли, — спокойно ответил Мартин. — Впрочем, если для вас данная информация все же важна так, что вы спокойно спать без нее не можете — я вам отвечу. Профессор Флитвик очень занят в связи с подготовкой испытаний Турнира Трех Волшебников. В конце концов, он — мастер плетения чар, а потому он привлечен для работы. Так что в этом месяце, а затем, возможно, и в последующих, его уроки буду вести я. Еще вопросы? — Нет, сэр… — покраснел Рон. — Простите… — Ничего… Что же… Продолжим, — Мартин взмахнул рукой, на доске тут же проступило его имя и темы курса. — Для тех, кто вчера проспал слова директора, страдает склерозом, разжижением мозга или просто не запоминает имена с первого раза, напомню — меня зовут Мартин Штерн. Я ритуалист, специалист по артефактам класса «омега», мастер чар и практикующий специалист в отдельных отраслях монстрологии. В этом учебном году, как я уже говорил, я буду заниматься с вами искусством плетения чар и заклинаний. Тема занятия… — Мартин вздохнул. — Да, мисс Грейнджер? — Профессор, но мы же проходили огненные чары еще на первом курсе и… — В самом деле? — хмыкнул Мартин. — Представьте себе, мисс Грейнджер, я тоже учился в Хогвартсе. И прекрасно знаю программу подготовки по заклинаниям. И если я решил, что вам необходимо пройти некоторые аспекты программы повторно — значит, так и нужно. — Но ведь мы уже знаем все аспекты пламени! — В самом деле? — удивился Мартин. — Что же, мисс Грейнджер… Если вы так считаете — я дам вам шанс опозориться. Прошу к доске. Если вы и впрямь покажете мне свое знание всех аспектов пламени — я позволю вам самой сформировать программу подготовки и буду заниматься с вами индивидуально. Гермиона, задрав нос, выбралась из-за парты, вышла к доске, всем своим видом демонстрируя готовность показать свои навыки, по мнению Гарри и Рона — весьма немалые. Гермиона вообще была для них этакой недостижимой высотой. Казалось, она знает даже больше, чем преподаватели. — Палочку в руки, мисс Грейнджер, — скомандовал Мартин. — Что же… Если вы утверждаете, что знаете все о пламени — прошу, продемонстрируйте мне хотя бы семь типов его призыва. Если справитесь — получите индивидуальные занятия по программе мастера магии. Не справитесь — будете до конца сентября ходить со значком «задавака» на груди. Устраивает условие? — Устраивает! — с охотой ответила Гермиона. — Хорошо. Приступайте, мисс Грейнджер. Гермиона тут же достала палочку, наставила ее на предоставленную Мартином кучу хвороста. — Инсендио! — Раз! — начал считать Мартин. — Фламмениум! — Два. — Лакарнум инфламаре! — Все еще два. — Что?! — Продолжайте, мисс Грейнджер. Я все еще жду от вас чуда. — Игнисио! — И все еще два, мисс Грейнджер. Давайте дальше, я уже увидел, что вы умеете вызывать пламя концентрацией тепла. Я жду другие методы. — Эм-м-м, — Гермиона сглотнула. — Игнис индастриа! — Три, — засчитал Мартин. — Уже неплохо. Давайте еще четыре. Гермиона сглотнула, палочка в ее пальцах дрогнула. Она произнесла еще два десятка различных заклинаний, но каждый раз, стоило очередному пучку хвороста вспыхнуть, Мартин монотонным, почти что скучающим тоном, произносил: — Три. Наконец, Гермиона сдалась. Ей больше решительно ничего не приходило на ум. Она использовала весь свой запас заклинаний, хоть как-то связанных с магией огня. Мартин это заметил почти сразу, примерно через две минуты после последнего произнесенного четверокурсницей заклинания. — Вижу, вы закончили свое выступление, мисс Грейнджер. Сядьте, — Мартин взмахнул палочкой, с его ладони соскользнул серебристый значок со светящейся красным цветом надписью «Задавака», который тут же намертво прилип к мантии Гермионы. — Ваша награда, юная леди. — Но профессор… Это же… Я же… — Мы заключили с вами пари, мисс Грейнджер, — посуровел Мартин. — Договор, если угодно. Все присутствующие здесь — свидетели этому. Можете не переживать — значок сам исчезнет ровно в первую секунду первого октября. А теперь — сядьте и приготовьтесь слушать. Гермиона покраснела и почти что пулей метнулась на свое место. Мартин, не обращая ни малейшего внимания ни на злобные взгляды гриффиндорцев, ни на ухмыляющихся слизеринцев, продолжил занятие. — Итак… Мисс Грейнджер любезно продемонстрировала нам три из семи возможных методов призыва пламени, один из которых считается условно темным. Теперь рассмотрим их подробнее… У Гарри все внутри похолодело. Что это значит — «условно темным»?! Гарри посмотрел на подругу. Но не может ведь Гермиона пользоваться темной магией?! Или… может? — Чтобы потом никто не считал, что я кого-либо здесь обманываю, каждый метод я не только объясню, но и покажу, — Мартин взмахом руки разделил весь уцелевший хворост на семь частей. — Начнем с того, что продемонстрировала нам мисс Грейнджер. Первый метод — концентрация тепла из окружения, что вызывает возгорание предметов. Инсендио! Хворост тут же потихоньку разгорелся, как будто кто-то поджег его зажигалкой. Мартин подождал немного, глядя на пламя с каким-то благоговением. — Этот метод — самый простой. Именно поэтому его изучают на первом курсе. Он пригоден, чтобы разжечь костер, поджечь небольшой предмет… Сжечь письмо. Или чтобы медленно, но уверенно прижигать тело пленника, вызывая страшную физическую боль от ожогов, сопоставимую с той, которую человек испытывает, когда ему в тело вонзают раскаленный металлический прут… Вот вам и светлое заклинание, дорогие мои. Далее…- Мартин поднял взгляд на учеников. — Да, мистер Уизли? — Это светлое заклинание?! — Угу, — кивнул Мартин. — Светлое. Но отнюдь не всегда доброе. Продолжаем… Второй метод, который нам также продемонстрировала мисс Грейнджер — метод обращения чистой магической энергии в магический же огонь. Фламмениум! Второй пучок хвороста вспыхнул. — Метод выделения алхимического аспекта первородного огня. Игнис индастриа, — третий пучок хвороста вспыхнул, будто спичка. — Этот метод относится к алхимии, науке, которая в Британии относится к ограниченным в изучении темным дисциплинам. Расщепление части материала на составные аспекты и использование части из них для нужного эффекта — далеко не школьный метод вызова пламени, за его использование без специальной лицензии предполагается четыре года Азкабана. Впрочем, поскольку я сам попросил мисс Грейнджер продемонстрировать известные ей заклинания, со стороны закона подобное применение будет считаться легитимным, — Мартин подмигнул мгновенно побледневшей от слов про Азкабан Гермионе. — Что же… Теперь я покажу вам еще четыре метода, которые не смогла продемонстрировать мисс Грейнджер. Мартин перевел взгляд на хворост. — Метод концентрации световых потоков. Свет — это энергия, которую можно сфокусировать и таким образом разжечь огонь. Примерно как выжигать по дереву, используя увеличительное стекло. Фокус люмен! Из палочки Мартина вырвались несколько тонких лучей света, сфокусировавшихся на одной точке. Некоторое время эффекта не было, а затем хворост начал тлеть, постепенно разгораясь все больше и больше. — Пятый метод… Вообще, я хотел оставить этот метод на потом, но, думаю, порядок не столь важен. Предупреждаю сразу — даже не пытайтесь опробовать данный метод. Это может стоить жизни не только вам, но и всем вокруг на несколько сотен метров. Метод сложный, опасный, требует нереальной концентрации и магической силы. Однозначно темная магия. Темнейшая из дисциплин, связанных со стихиями и разрушением, за применение которой без лицензии вам будет грозить как минимум поцелуй дементора. Если, конечно, будет, к кому его применить… Мартин прикрыл глаза, сосредоточился, отстраняясь ото всего вокруг. Малейшая ошибка — и даже не придется ждать дементоров. Колющий жест палочкой, расколовший пространство там, куда целился Мартин. Крошечный прокол в мир, полный жара и слепящего пламени. Чужеродная энергия потянулась в реальность, удерживаемая лишь волей демонолога. Остались только слова, которые придадут форму этой энергии, направят ее на уничтожение всего живого и неживого в области действия. — Финдфайр. Несколько девушек испуганно вскрикнули, многие ученики побледнели от ужаса. Гигантская огненная птица, похожая на ворона, сорвалась с палочки, удерживаемая тоненькой, будто ниточка, струйкой пламени. В этот момент все, даже те, кто не знал об истинной силе адского пламени, замолчали и, казалось, забыли, как дышать. Все, даже самые тупые, понимали и чувствовали на каком-то инстинктивном уровне, что находятся буквально на волоске от страшной смерти. Мартин некоторое время удерживал огненную птицу, а затем, взмахом руки запечатав пролом в пространстве, из которого сочилась энергия, погасил магический огонь. И это Гарри показалось или профессор как-то странно оскалился в момент, когда пламя, с явной неохотой, погасло, не оставив в тех местах, которых оно коснулось, даже пепла. Гарри посмотрел на профессора. Тот очень сильно устал, хотя и старался этого не демонстрировать. Гарри вспомнил свои ощущения, когда он сам учился призывать патронус — у него тоже вот так, как сейчас у Мартина, дрожали руки и слегка подкашивались ноги. Очевидно, сейчас им продемонстрировали что-то из раздела высшей магии. Интересно, а у него самого получится? — Даже не думайте об этом, мистер Поттер, — казалось, прочел мысли студента Мартин. — Тот факт, что вы осилили телесного патронуса, не означает, что адское пламя покорится вам. Скорее даже наоборот. Удержать в себе гнев, ярость, идеально контролировать эмоции… В конце концов, вы — светлый волшебник, а значит, о контроле над столь темной материей смело можете забыть. Гарри вздрогнул. Если Мартин говорит, что светлые волшебники не могут контролировать адское пламя, а сам при этом вызвал и удержал такие чары под контролем… Это значит, что перед ними — темный маг, который сам в этом признался?! Мартин, однако, только улыбнулся, нисколько не комментируя мыслей ученика, хотя Гарри мог поклясться, что профессор как-то услышал его мысли. — Теперь продолжим урок. Нас ждут еще два способа призыва огня, а времени для демонстрации осталось мало. Итак… Метод ионизации атмосферных газов, более известный как метод плазмы… Гарри, однако, не слушал. Он постепенно понимал, что его подозрения потихоньку перерастают в уверенность. И тот факт, что Дамблдор доверяет этому человеку — вовсе не показатель… Темным магам вообще нельзя верить, что бы они там ни говорили в свою защиту. Особенно — тем, кто является верным слугой Волан-де-Морта. Гарри уверился в том, что Мартин — Пожиратель Смерти. Гарри считал своим долгом это доказать. И у него даже появился некоторый план…