Тёмный рассвет(Ночной Мир Вампирш#8)

На улице было сыро. Моросил осенний холодный дождь. Майлз не обращал на него внимания. И пусть его волосы намокли и прилипли к голове, зато лёгкий шум дождя приглушал звук его шагов. Низкие облака заволокли скалу Рэйниер. В ясную погоду она возвышалась над городом, как грозный ангел, распростёрший большие белые крылья. «Надо же — я шпионю!» — думал Майлз. Верилось с трудом, но он действительно украдкой передвигался вниз по своей улице, прятался за припаркованными тачками и, согнувшись, пробирался за кустами. Всё это время его взгляд был прикован к стройной фигуре впереди него. Не в характере Майлза было подглядывать и шпионить. Но произошедшее несчастье заставило его забыть об абсурдности ситуации. Когда же он начинал испытывать неловкость, у него перед глазами возникала сцена в гостиной и заслоняла собой всё остальное. Он будто вновь и вновь слышал слова Сильвиона: «Наверное, она неправильно застегнулась». Вспоминал, как безжизненно повисла рука мамы и вдруг обмякло её тело. «Я пойду за тобой, Сильвион, куда бы ты ни направлялся, — твердил мысленно Майлз. — И тогда…» Он не знал, что будет тогда. Он полагался на интуицию, позволяя ей вести себя. В настоящий момент его интуиция была мудрее и сильнее, чем он сам. Квартира Сильвиона находилась в студенческом городке. Путь был долгим, и к тому времени, когда они добрались до места, начался настоящий град. Майлз был рад спрятаться от града, нырнув вслед за Сильвионом в подземный гараж. «Опасное место», — подумал он и углубился во тьму, отдающую эхом. Но Майлз не чувствовал страха. В то мгновение он готов был размазать по стене любого монстра, попадись он ему под руку. Пока Сильвион ждал лифт, Майлз прятался в тени. Затем ринулся к лестнице. Майлз взбежал на четвёртый этаж быстрее лифта, даже не запыхавшись. Дверь на лестничную площадку была открыта, и когда он выглянул из-за неё, то увидел, как Сильвион подошёл к одной из квартир и поднял руку, собираясь постучать. Но дверь открылась сама. Девушка немногим старше Сильвиона вышла проводить двух гогочущих парней. До Майлза донеслись звуки музыки и запах струящегося фимиама. У них там вечеринка. Почему бы и нет — сегодня суббота. Сильвион жил в одной комнате с двумя парнями. Вероятно, они-то и устроили вечеринку. Парни поравнялись с Сильвионом и, кивнув ему, улыбнулись, и Сильвион тоже улыбнулся, кивнул им в ответ и спокойно вошёл в квартиру. «Разве можно себя так вести, когда твоя девушка только что погибла!» — возмутился Майлз. Сильвион явно вышел из роли «трагического героя». И в это мгновение взгляд Майлза опять приковала к себе дверь, которую девушка прикрыла за Сильвионом, но полностью не захлопнула. «А слабо мне взять и войти? Стоит попробовать. Главное, выглядеть уверенно. Войду, и всё, словно я здешний. Надеюсь, он меня не заметил. Тогда за ним! Поглядим, о чём они там болтают и что он скажет…» Хохотущие парни вошли в лифт, а Майлз направился прямо к двери, решительно распахнул её и шагнул внутрь. Пробираясь вдоль стены, он старался держаться естественнее. Между тем на него никто не обращал внимания. Оставаться незамеченным в чужой компании оказалось легче, чем он думал. В комнатах было довольно темно. Музыка играла не очень громко, и все разговаривали. Но где же Сильвион? Прижавшись к стене, Майлз подождал, пока его глаза привыкнут ко тьме. Там его нет, в углу рядом с проигрывателем — тоже. Наверное, он в одной из комнат, переодевается. Майлз начал продвигаться в сторону коридора, который вёл к спальням, и вдруг его охватило странное чувство. Что-то не так в этой квартире, в этой вечеринке… что-то ирреальное. Пожалуй, подобное ощущение вызывал у него и Сильвион. От него исходила… Опасность! Тут опасно. Ребята в компании были все необыкновенно хороши собой и такие стильные, будто они только что сошли с экрана телевизора. А вот общая атмосфера вечеринки почему-то напомнила Майлзу аквариум с акулами, который он однажды видел. Интуитивно Майлз чувствовал холод, леденящий душу. Тут что-то не так. Кто они? Наркодилеры? Сатанисты? Юношеская мафия? От них веяло злом… Вдруг он услышал мужской голос, доносившийся из ближайшей комнаты. Майлз замер: возможно, это Сильвион? — Ты даже вообразить себе не можешь, какое это секретное место… Нет, это не его голос. Через щель в двери Майлз разглядел говорившего. Красивый, бледный парень с короткими белыми волосами что-то рассказывал девушке, касаясь её руки: — Сплошная экзотика, всё такое таинственное… словно попадаешь в прошлое, ты сама увидишь. О нём все забыли, но оно существует. Конечно, там очень опасно… но не для нас… «Ерунда, — решил Майлз и перестал слушать. — Кто-то строит странные планы на каникулы, но это не имеет никакого отношения ни к Сильвиону, ни к Мелони». Он двинулся дальше по коридору. Дверь в конце его была закрыта. Комната Сильвиона. Он должен быть там, ведь больше его нигде нет. Всё время поглядывая в сторону гостиной, чтобы никто не застал его врасплох, Майлз осторожно приближался к спальне. И когда его щека коснулась холодной поверхности крашеной двери, он затаил дыхание и постарался хорошенько прислушаться. Сердце стучало так громко, что его удары, казалось, раздавались в его голове. За дверью было тихо. Надежды Майлза понять, что там происходит, не оправдались. «Ну, хорошо, тогда я войду. Дальше скрываться нет смысла. Пусть он меня увидит. Я сделаю это». Психологически Майлз был готов ко всему. Ему не нужно было собираться с духом, он и без того был напряжён до предела. Несмотря на зловещее ощущение сгущавшейся опасности, он не испытывал страха, — по крайней мере, ему так казалось. Его переполняли злость и желание вступить в открытую битву. Майлз взялся за ручку двери и толкнул дверь. Сильный аромат благовоний ударил ему в нос. Тут он был сильнее, нежели в гостиной, более резкий, мускусный, очень приторный. Майлз поморщился. В комнате было полумрачно. Парень шагнул во тьму, и дверь, скрипнув, захлопнулась за ним. Сильвион стоял возле стола. Он был в том же самом горном костюме, в котором его привезли в дом родителей Майлза. Его красивые тёмные волосы высохли и ореолом распушились вокруг головы. Он колдовал над медной горелкой, подкидывая в неё щепотки пудры и сухой травы. Курился фимиам, распространяя вокруг тошнотворно сладкий аромат. Майлз планировал — насколько он вообще что-то планировал — сразу накинуться на Сильвиона и врезать по его лицу. Испугать его и заставить во всём признаться. Он уже открыл рот, чтобы сказать: «Мне нужно с тобой поговорить». Но едва он успел произнести первое слово, как прозвучал голос Сильвиона: — И не стыдно? Тебе бы следовало остаться дома с родителями. — Он совсем не выглядел расстроенным и, уж конечно, ни в чём не раскаивался. Майлз замер. «Что бы это значило? Он мне угрожает? Ну и пусть! Так даже лучше. Я тоже могу пригрозить». Но такой поворот событий сбил его с толку. Майлз постарался собраться с мыслями. — Я не знаю, о чём ты сейчас говоришь! — выкрикнул он. — Зато точно знаю, что тот слезливый и лживый спектакль, который ты разыграл у нас дома, был омерзительным! — Напротив, он имел успех. Главное, что копам понравилось. — И Сильвион спокойно добавил ещё щепотку в медную горелку. Майлз был ошарашен. Всё пошло совсем не так, как он ожидал. Сильвион никак не отреагировал ни на его появление, ни на его разоблачения и вполне контролировал ситуацию. Впрочем, уже не совсем. Он же признался, что это был спектакль. И эти едва сдерживаемые рыдания по Мелони… Гнев обжёг сердце Майлза, как укус змеи. Он сделал несколько шагов, преодолев последнее расстояние, разделяющее их. — Ты превосходно понимаешь, зачем я пришёл. Я хочу знать, что произошло с моей сестрой. — Я всё объяснил… — Ты соврал! Я не знаю, что у вас там случилось. Но одно я знаю точно: Мелони никогда не сделала бы такой ошибки, она не могла не застегнуть ремень. Послушай, если ты совершил какую-то глупость… если она лежит там раненая… а ты испугался и бросил её… Тебе лучше сейчас признаться в этом. Майлз впервые сумел сформулировать причину, по которой Сильвион мог бы лгать. При этих словах Сильвион повернулся к Майлзу. И… Майлз испугался. В неверном свете горелки ему померещилось, что глаза у Сильвиона не голубые, а фиолетово-красные, как аметисты, они будто светились. Или это свет играл в них, сверкая? — Ах, вот, оказывается, о чём ты подумал! — Сильвион улыбнулся. — Я ведь сказал, я не знаю, что произошло! — Майлз не мог отвести взгляда от странных глаз Сильвиона, и у него вдруг закружилась голова. — Возможно, вы порамсили, — продолжал он, борясь с головокружением, — возможно, у тебя другая девушка? Возможно, вы вообще не ходили в горы на Хэллоуин? Я лишь знаю, что ты лжёшь и что нет смысла искать её тело… потому что нет никакого тела. Но ты скажешь мне правду! Сильвион смотрел в упор на него, и свет горелки танцевал в его пурпурных глазах. — А знаешь, что говорила о тебе сестра? Две вещи. Во-первых, ты никогда не сдаёшься. Она сказала: «Майлза, конечно, не назовёшь настоящим исследователем, но уж если он во что вцепился, то насмерть, как маленькая такса». А во-вторых, ты всегда бросаешься на помощь тем, кто в беде. Настоящая служба спасения. — Он взял несколько мелких кусочков гладкой коры и добавил их в смесь, которая курилась в горелке. — Очень плохо, — продолжил он задумчиво. — Сильная воля плюс сострадание — отличный рецепт, чтобы накликать беду на собственную голову. — Что с Мелони? Что ты сделал с ней? Сильвион усмехнулся: — Боюсь, ты никогда не догадаешься, даже если потратишь на это остаток своей короткой жизни. — Он покачал головой. — В действительности всё очень плохо. Ведь она мне нравилась. Нам было хорошо вместе. Майлз хотел знать лишь одно: — Она жива? — Я ведь сказал, ты никогда не узнаешь. Даже тогда, когда окажешься там, куда ты сейчас отправишься. Смысла последних слов Сильвиона Майлз не понял, да и не пытался. Смотря прямо в глаза Сильвиону, он бросил с презрением ему в лицо: — Мне всё равно, что с тобой произошло: может быть, ты рехнулся, может быть, ещё что… Но клянусь, если ты погубил мою сестру, я убью тебя. — Он и не подозревал никогда, что способен на такое, но сейчас гнев обжёг и ослепил его. — Ну, ты скажешь или нет, что с ней произошло?! Вздохнув, Сильвион отрицательно покачал головой: — Нет. Майлз захлебнулся от презрения и вцепился двумя руками в ворот зелёного альпинистского костюма Сильвиона. Глаза Сильвиона яростно сверкнули. На миг в них мелькнуло не то любопытство, не то невольное уважение. Затем он вновь вздохнул и слегка улыбнулся. — И ты собираешься меня убить? — Послушай, ты… — Майлз наклонился и… — Что? Майлз зажмурился. Его обожгло дымом из горелки, который поднимался ему прямо в лицо. — Ты… «Что со мной? Как странно! Почему так кружится голова?» Вокруг Майлза всё зашаталось, а в глазах потемнело. Он почувствовал сильный приступ дурноты. — С тобой что-то не так? — Голос Сильвиона доносился откуда-то издалека. Этот аромат! Дым поднимался ему в лицо, и теперь… — Что ты со мной сделал? — Майлз задыхался. Он отшатнулся назад, но слишком поздно. Ноги больше не держали его, тело куда-то уплывало, а перед глазами, ослепляя, вспыхивали искры. Он натолкнулся на кровать и падал… падал, напрасно пытаясь уцепиться за что-либо руками. Губы онемели. Где-то вдали голос Сильвиона спокойно сказал: — А я чуть было не подумал, что из-за тебя у меня могут быть неприятности. Но я ошибался. Ты просто обычный мальчишка. Слабый, бессильный — как и все. И как лишь тебе пришло в голову биться со мной? С моими подданными?! «Неужели я умираю? — думал Майлз. — Я теряю своё тело, не могу видеть, не могу пошевелиться…» Голос Сильвиона звучал всё дальше и дальше: — Как ты посмел прийти сюда и напасть на меня? Как тебе могло прийти в голову, что ты одолеешь меня? Несчастный! Ну, ничего, ты скоро узнаешь, что происходит с теми, кто пытается помешать тайным силам. Тебя научат… Голос затих. Осталось лишь какое-то шипение, и вокруг — бесконечная темнота. «Мелони, мне так жаль, что…» Мысль оборвалась.