｡❅*⋆*｡ Новогодний мужской эскорт .｡❅*⋆*｡

      Драконы тоже плачут и умеют любить. А любят по-настоящему! Знаете ли Вы, что такое настоящая любовь… …Дракона? Если нет, то Вам, быть может, повезло. Ян Словик. «Трактат о драконах»

✿⊱╮✿⊱╮✿⊱╮✿⊱╮✿⊱╮✿⊱╮

── ✦ ──

Ариана

      Драконы ненавидят жалость — к себе, и к другим. Время ожидания приезда жениха тянулось невероятно медленно. Тёплый поздний вечер расслаблял. Низкие яркие звёзды заглядывали через высокие стены резиденции. Подогнув под себя ноги, натянула капюшон, закрывая глаза и отдаваясь воспоминаниям. Доминик… Тёплая волна уютно окутала тело. Щёки зарделись. Я почувствовала прикосновение его пальцев к своему лицу, качнулась навстречу горячим губам. Нет. То, что я видела фото с парнем ничего не значит. Порою, если не можем что-то объяснить, это не значит, что нет ответа. От моего сейчас решения зависит не только его дальнейшая жизнь, но и моя. Если отказаться от помолвки, что меня ждет? Во-первых, все, что он говорил и делал той ночью, было под действием убойного коктейля. И обвинять его в чем-то глупо и бессмысленно. Во-вторых, я не могу все еще забыть его. И это отразится на мне. Одной из традиций драконов является запрет на прикосновения. Это связано с тем, что, коснувшись партнера, а, тем более, поцеловав, он уже вряд ли сможет остановиться. И связь между двумя рождается и крепнет с каждым разом все сильнее и сильнее. Я привязалась к нему. …Люблю, сказала однажды и не отступлюсь от своих слов. В-третьих, если разбивают сердце, то вырабатывается рефлекс избегать привязанностей. А я рискнула стать счастливой, пусть не со своей парой, но он может стать моим мужчиной. Нет, в наших отношениях не будет безумия, дикой необузданной страсти, не будет дикого притяжения. Это будут спокойные отношения, теплые, как бриз. И в-четвертых, я знаю, наше жестокое общество. Мне будет сложно найти перспективного мужа. Если Доминику простят этот инцидент и закроют однажды глаза, то мне, нет. В разряд бракованных невест попасть не хочу, тем более запихивать себя добровольно в такие оковы. Для себя все решила, но за двоих решить не смогу. При разговоре с Домиником по интерсети я чувствовала его напряжение, его грусть, и что-то еще. Это не давало покоя. Вздохнула: чему бывать — того не миновать. Слабое утешение в таком положении, но все же вдруг все обойдется. За наше время знакомства с ним поняла, что Доминик занял свое место в моем сердце. Я переживаю за него. И все, что случилось с ним, касается меня. Вместе мы преодолеем все беды. Куда без них. Мне сообщили, что они вернулись домой и, что моему жениху передали просьбу о встрече со мной. Он готов к этому и через полчаса, просит подойти к кабинету. Я сама заметалась после такого сообщения по своей комнате. Надо переодеться, завладеть его вниманием. Это будет тяжелый разговор и от его решения произойдут дальнейшие события. До его кабинета неслась как стрела. Чтобы перевести дух приостановилась у дверей кабинета. Свет узкой полоской пробивался в коридор. Он уже там. Как же я хочу увидеть его, обнять и приободрить. И у меня будет эта возможность. О, звезды вселенной, помогите мне! А в это время, уединившись в своем кабинете, Доминик первым делом провел несколько телефонных разговоров, игнорируя позднее время суток. И что-то шло не так, я занервничала, и еще больше распереживалась услышав:

      — Ненавижу… — доносилось из-за приоткрытой двери. Потом, что-то упало и разбилось. — И где его искать? Чешуйчатый гад, да как он посмел? Дала время жениху успокоиться. Вроде тихо. Чтобы ни случилось, мне пора вступить на порог его кабинета, я постучала, и только после этого вошла. Доминик, так и сидит в своем кресле, не делая никаких движений. Его взгляд, целеустремлённый куда-то и, похоже, сквозь предметы, он смотрел жестким взглядом навылет. Повернул голову и этот взгляд ударил в меня, стоило мне войти. Как бы мне ни хотелось преисполниться оптимизма, все хорошо не было. И как следствие — для меня.

      — Доминик. Что происходит? - голос нервно дрожал и приоткрывал мое состояние. Выдохнула и собралась. Он злится, но не на меня, так что необходимо показать ему свою заинтересованность и предложить помощь.

      — Злости не хватает на эту семейку д’Вьерн. В чем виновата моя маленькая сестренка Карина? - в гневном и яростном состоянии прибывая, бесился он. Карина, мне ее жаль. Такое никому не пожелаю. Один не желал жениться и даже решился отказаться от права быть наследником, а второй и вовсе сбежал, не дожидаясь встречи с отцом Доминика. А сплетни, слухи и клеймо уже начинает приклеиваться к девушке. Сколько косых взглядов в ее сторону...

      — Что-то произошло при переговорах о браке? Она невеста или нет?

      — Да. Она остается невестой семьи д’Вьерн, а ее жених не желает подписывать документы, так как ему не исполнилось двадцать пять. Его записку нашли в спальне парня, а сам он решил сбежать из дома до совершеннолетия. Я опешившая, глазами нашла, где присесть, и просто упала в кресло, переводя дух от услышанного.

      — Ужас. ... Она в курсе?

      — Да. Отец, скорее всего сейчас с ней разговаривает. Самое страшное, что в договоре прописано, что Кори не имеет права принимать ухаживания других претендентов на ее руку, пока не решиться этот вопрос. Я слышал ее негодование по этому поводу.

      — И сколько еще ждать до сего момента? Я имею ввиду день рождение жениха.       — Десять месяцев.       — Ну, это не такой большой срок. Да есть определенные запреты, но, в сущности, семья д’Вьерн не настаивала на проживании Карины в их доме, в ожидании жениха?       — Нет.       — Ну, вот тебе и плюс. Она дома и под защитой своей семьи. А ведь они имеют право потребовать ее проживание в их доме, и тогда пришлось бы нервничать, нам. Не забывай, ее бывший жених находится под домашним арестом, а настоящего жениха дома нет. Кто бы тогда защитил ее интересы и ее саму, если это входит в обязанности жениха. Так что выдохни. И еще, здесь Карина свободно может передвигаться, а там ее могли бы запереть в четырех стенах их резиденции. Правила нашего общества ограничивают права и свободу девушек, сам знаешь, а еще и осудят ни за что. Это может многое мужчине сойти с рук. А вот репутацию девушке сохранить сложно.

      — Ты права, и я поговорю с Кариной об этой стороне. Сам я сейчас немного не в себе и упустил этот вопрос. А теперь на счет нас....       — Я прекрасно понимаю, все последствия в будущем, Доминик. - перебила я его, поспешив уверить в своей готовности принять на себя все невзгоды.       — Я этому рад, как и твоему упорству, но пойми, как прежде уже не будет. — И я встретилась с ним взглядом. Ударилась об ледяную стену, замерла. Он резко стал каким-то отчужденным, холодным. Внутренне чувствовала, что что-то случилось, чего не говорят сплетни, о чем молчит он сам. И именно это перекраивало, сплавляло из наших отношений в то, с чем мне придется жить всю жизнь. Нечто, чему я не была готова. Молчание затягивалось. — Каким бы я ни был чёрствым сухарём, но я переживаю. У меня душа не на месте. Надоело, что газеты пестрят сообщениями, они полощут мое имя и в хвост и в гриву, но я не хочу, чтобы и твое имя звучало в отрицательном контексте. Что угодно, только не это… Полоскать имя своей невесты я не позволю никому. Рада слышать, его желание защищать меня, что переживает, но это намек, которого не могу допустить. Я вскинула подбородок встречая неизбежное. Он все же думает отказаться от помолвки и разорвать отношения. Инстинкты восстали против его поведения, я не сдержалась.

      — Это всего лишь слова. Каждый достоин ЛЮБВИ и уж ты вдвойне. Не нужно возвращаться в прошлое. Порой в жизни случается так, что ты эту ситуацию ненавидишь всем своим сердцем, но, когда сталкиваешься лицом к лицу, понимаешь, что нельзя было зарекаться. Ты меня понимаешь. Я о некоторых отношениях между мужчинами. Об этом не говорят, это осуждают, и ты никогда бы так не поступил, если бы не та ситуация. Тебя накачали синтетической дрянью. Все это розыгрыш. И понимаю, что твоя привычная жизнь перевернулась с ног на голову и раскрыла такую правду, в которую ты не мог или не желал поверить и уж тем более все остальное… И это ничего не значит, ни для тебя, ни для меня. Ты никогда бы в здравом уме не стал целовать парня. Пусть себе болтают, что угодно, но я докажу тебе, что я с тобой и на твоей стороне. Я люблю тебя, слышишь. И в горе, и в радости, понимаешь… А они увядят нас вместе и поймут, как были не правы в своих суждениях. Я боролась за свое счастье, пытаясь доказать ему, что я рядом и вот моя рука помощи. Отчаяние нахлынуло в душе. Нет уж, не хватало только сейчас позорно расплакаться при нем! И я тут же сморгнула слезы, еще не хватало обидеть гордого дракона жалостью. Возможно, это прозвучало слишком жестко, возможно, даже зло. Но я не хочу связывать жизнь с другим драконом. Не хочу начинать все с начала, и еще, в будущем может быть страх, что выбери другого и он встретит свою пару и тогда уйдет, а я… Я не могу быть с тем, что занимает мою душу, а сердце отдала именно этому дракону. Не верю, что между Домиником и тем человеком что-то было. И одна ночь ничего не значит, даже, если и было. Просто закрою на это глаза.

      — Да. И тебя, моя девочка, — но он, это произнес с какой-то грустью, нотками чего-то, что не могу сейчас определить. И я поймала себя на том, что верю ему, хотя это полное безумие. Закон суров, но если молодой драконице нечего терять, то не стоит удивляться тому, какие решения я сейчас способна принять. Лишь бы он был рядом, лишь бы он не отказался от меня. Ведь любит, между нами есть связь. Я его чувствую. В таких ситуациях мы порой растеряны, не знаем, как себя вести и чего ожидать.

      — Доминик. Не надо делать мне больно. Не изводи себя. Я предлагаю тебе другой план. — Только бы согласился, думала я. — Я подписываю магический договор через три дня, и мы оформляем официально брак, а летом это будет формальность. Для гостей, что пригласили. Мы покажем, как счастливы быть вместе. Зато я докажу тебе, что верю. И эта ночь ничего не значит, ты был не в себе и закроем эту тему раз и навсегда. Дам клятву, что никогда не припомню тебе это. Только не отказывайся от меня, слышишь. Он смотрел на меня и обдумывал сказанное мной. И его тихое…

      — Да. — Для меня оказалось самым счастливым моментом. Я робко улыбнулась, показывая, как сильно рада его принятому решению. Мой мужчина. Мой… А чтобы укрепить его намерения, привела довод.

      — Свадьба заткнет любого сплетника. Это будет закрытая церемония. Твои и мои родители, ну и не многочисленная пресса. Это перебьет скандал. Он уйдет на убыль. Будут говорить какая мы красивая пара. Да, придется постараться и чаще бывать на приемах, чтобы видели нас. Но именно это подстегнет и уберет негатив. Он поднялся со своего места, обогнул стол и шагнул ко мне. Я поднялась и сделала шаг к нему навстречу. От этого красивого дракона шел настолько одурманивающий аромат, что хотелось прижаться к нему теснее, впитав в себя эти древесно-огненные нотки. Плотно-сжатые губы Доминика разомкнулись и стремительно приблизились к моим. Его руки окончательно взяли меня в плен, сжимая, как самое драгоценное сокровище в мире. Наш поцелуй был… горячим?! И с этим красавчиком я решила окончательно. Будет моим. И точка. Буду бороться за него всеми силами. После нашего принятого совместно решения, мы его озвучили за завтраком. Негус Дэн Вэй д’Альбон выслушал наши доводы и только после того, как их обдумал, дал согласие на перенос даты свадьбы в узком кругу. Айтерис Лина и Каролина забеспокоились о свадебных нарядах.

      — Я думаю, что в свадебных салонах можно найти на этот день подходящее платье. А то, что мы заказывали останется, как и было на назначенную дату для гостей, просто будет изменена программа в этот день, — я подавала и фонтанировала идеями. Доминик поддерживал меня и принимал живое участие в решении этого вопроса.       — Ма, не беспокойся. Думаю, вы справитесь с этим. Сегодня я обращусь свадебную палату «Багт кошги» и обговорим ближайшее время дату регистрации брака. — Доминик сжал мои пальцы в поддержку. - После регистрации брака мы с Арианой отправимся к океану. Давно там не был, и моей будущей жене понравится провести время.       — Тогда необходимо подготовить малую резиденцию к вашему приезду. Это романтично. Вам просто необходимо побыть вдвоем. — Айтерис Лина мечтательно проговорила, и я поняла, что и сама не против с мужем там побывать…       Я поражаюсь тому, как иногда летит быстро время. Бывает, не успеешь оглянуться, промелькнул где-то за спиной день…неделя…две. Газеты ухватились за тот случай, и его рассматривали во всех нюансах, но при этом не забывали, что скоро мы станем супругами. Сплетни, репортажи, провокационные вопросы…        Мне все равно, пусть говорят, а мы справимся и выше этих слухов. Постепенно мнение менялось, как и события. А мне было и вовсе необходимо думать о другом: шли приготовления к свадьбе — нашей свадьбе. Журналистов захватила эта идея и вскоре все разговоры сводились о регистрации брака, выборе платья, кто будет на нашем торжестве. Куда мы отправимся после? Уйма вопросов, столько же ответов и счастливых улыбок. Приехали мои родители с братом и его побратимом, подруга с мужем, а остальные подружки согласились приехать летом и отметить мой состоявшийся брак. Не было никакого почти девичника. Мы просто посидели в гостиной и проговорили о своем о девичьем. В день перед свадьбой был очень суматошный. Около двух ночи мы закончили приготовления, и пошли спать. Заснула я сразу, правда перед сном успела подумать, что НАШ ДЕНЬ УЖЕ СЕГОДНЯ!!! Еще подумала, что любая невеста должна просто с ума сходить накануне свадьбы, а я вот спокойная как удав. И отрубилась…       А утром меня подняли и, кажется, разбудить забыли. Ага…, я продолжала находится в сонном состоянии, так как стилист был у меня уже в шесть утра. Отмыли, разбудили, наполовину одели и продолжили меня мучить… Волосы, это просто как оказалось морока. Их начали укладывать один локон за другим. Это приятный и в тоже время долгий процесс. Начали делать макияж. И мне не стали показывать, как я выгляжу. Как и все невесты нервничать начала к девяти часам, и столько дум передумала, не передать словами. Этот день должен стать самым счастливым днём в моей жизни. И я убеждала себя не жить прошлым и не строить воздушных замков. Но стоило стилистам оставить меня одну, как сама того не сознавая, достала фотографию истиной пары из ящика стола, возле кровати и долго держала ее в руках. Потом присела на постель и снова, в который раз стала изучать фото. С одной стороны так и осталось желание сорвать эту маску, увидеть его лицо, узнать его имя. Встретится, узнать его характер и привычки, а с другой стороны, хорошо, что не знаю. Так легче сейчас, и я прощалась с воспоминаниями о прошлом. Вот и все. Вздрогнула и даже не заметила, что в комнату вошла Карина. Она успела увидеть в моих руках фото.

      — Кто он для тебя? — С сестринской тревогой произнесла она.       — Моя пара. И я отказалась от него еще два года назад, и сейчас сделаю это еще раз. Но это все так сложно…       — Ты его любила? Он, что эскортник?       — Он просто алендар, который пошел зарабатывать деньги. Это был наш с ним первый, и последний раз, когда я его видела. Не волнуйся за брата.       — Церемония в одиннадцать. В вашем распоряжении сорок пять минут. Еще не поздно отступить, — в ее голосе отразилась болезненное разочарование во мне.       — Нет. Карина. Нет. Я люблю Доминика, по-своему, но люблю, — и прямо смотрела ей в глаза. — Сестренка, ты еще не встретила свою пару и не представляешь какие чувства испытываешь к своей половинке. Это не передать словами. Голову сносит так, что свои мозги собираешь по кусочкам, а они размазываются, а ты сама растекаешься лужей перед ним. А отказаться от него ой, как больно, и сколько бы ни прошло времени, все равно эта боль напоминает о себе, вот такими странными порывами.

      — Извини, — уже не так воинственно произнесла она. - Я еще не встречала свою пару и поэтому поверю тебе. Но уже помолвлена, а имени жениха так и не знаю. Обидно.       — Может, и к лучшему. Ты дома, под защитой семьи, а там чужой дом. Это мне повезло с вами.       — Верно.       — А может, пока он не хочет, ты встретишь свою пару, и тогда выйдешь замуж за него?       — Это было бы, наверное, здорово. В дверь постучали и после позволения открылась. В комнату вошла свадебный организатор с белым платьем. Тонкий шелк потрескивал едва заметными искрами магии. Окаймляющие горловину бриллианты сверкали холодным блеском. Длинные рукава расширялись книзу под характерным углом. Я встала, подняла руки, и женщина помогла мне надеть платье. Ей не составило труда его застегнуть, потому что за последние несколько недель похудела из-за постоянных переживаний. Посмотрелась в зеркало, и меня захлестнула волна эмоций. Мое платье было настоящим произведением искусства. Корсаж облегал мою узкую талию и подчеркивал грудь. А волосы уложены в высокую прическу и украшены крошечными белыми цветочками. Образ довершал комплект из бриллиантового ожерелья и сережек — свадебного подарка Доминика. Карина с восторгом и непосредственным восхищением смотрела на меня.

      — Не переживай. Однажды наступит и твой день. Главное, чтобы за дверью твоей спальни ждал тебя мужчина, который ценит и любит тебя, а ты его.       - Спасибо, за такой совет. Нам пора, внизу наверно все собрались. Ты выглядишь безупречно. Подобрав шлейф платья, спустилась по винтовой лестнице на первый этаж, меня ожидали родители и брат, и айтэрисс Лина. Моя подруга с мужем, кто-то из прессы. Их взгляды подсказали, насколько я сегодня хороша и привлекательна. И, конечно же, родителям хочется, чтобы свадьба прошла весело и запомнилась надолго. Для них не имеет значения, будем мы венчаться или ограничимся регистрацией, создание семьи — всегда ответственный шаг. А для нас еще и политический. Укрепление дружеских связей между двумя правящими семьями и странами. Несколько фото и видео кадров дома для нас и для прессы.

      — Моя девочка, — мама вытерла слезинку, что появилась в уголке ее глаз. Я была уверена, что она желает мне только счастья и любви. Много раз спрашивала, уверенна ли я в своем решении и всегда получала положительный ответ. Мама подошла ко мне и чмокнула в щеку: — Выше нос, Ариана. Отец смотрел на меня изучающе, будто пытаясь увидеть то, что я хотела скрыть от него.       — Пора идти, вы готовы? — поинтересовался он и, развернувшись, направился вместе с братом на выход. Я знала, что Доминик вместе со своими родителями и остальными гостями, уже покинули резиденцию, и ожидают нас в свадебной палате. Несмотря на суету и небольшое окружение, я чувствовала торжественность происходившего и больше всего на свете хотела, чтобы отец и брат порадовались за меня и разделили радость этого момента. Едем в тишине, хочется помолчать, побыть в себе. От семейной жизни отделяют минуты. Дорога в свадебную палату мне показалась одним мигом и вот я уже стою, чтобы сделать шаг в нашу с Домиником семейную жизнь. Это старинное здание, построенное в эриянском стиле: величественные мраморные скульптуры у входа и внутри, позолота, нежные пастельные тона и виртуозно выполненная лепнина создают ощущение большого имперского бала. Доминик подошел ко мне, любуясь внешним видом.

      — Выглядишь великолепно, — сказал он вместо приветствия.       — Спасибо, — все, что смогла произнести. В свою очередь отметила, что мне тоже понравилось, как изящно сидел на нем костюм. — Ты красивый, — он подарил мне в ответ счастливую улыбку.       — Готова начать новую жизнь? — он протянул мне ладонь, и я вложила в его, свою ладошку. Он крепко сжал мои пальцы, словно боялся, что в последний момент передумаю. Нет, уже все решено и пути назад для меня уже нет. Я с ним до самого конца. И, посмотрев на него и улыбнулась, согласилась:

      — Давай сделаем это. Я немного волнуюсь в ожидании официальной части торжества, жених тоже, но виду не кажет. Ровно в одиннадцать утра мы вошли в торжественный зал. Уютный со вкусом обставленный светлый, блистал золотом и белизной, аромат белых роз наполнял воздух, намек на солнечный свет, легкая тень весенней свежести. Этот ароматный свет хотелось пить, подобно дорогому вину, мелкими глотками, смакуя, пьянея от каждого вздоха. Все в этом помещении располагало к соответствующему действу. Гости рассажены, и живая музыка звучит в нашу честь. Все торжественно и мило. Следующий час пролетел незаметно. Приглашенные журналисты беспрерывно фотографировали нас. Так начала писаться наша маленькая семейная история. Когда появился мировой судья и объявил, что пора начинать церемонию, Доминик сжал мою руку, сделал шаг и повел меня в центр комнаты. Я бросила украдкой взгляд на дракона, который будет называться моим мужем. Он был спокоен и уверен в себе. Белоснежная рубашка и темно-синий костюм подчеркивали не только его привлекательность, но и силу. Мировой судья одарил нас теплой улыбкой. Я и вправду выхожу замуж, — с благоговением подумала я и почувствовала, как екнуло сердце.

      —Дорогие жених и невеста! Дорогие гости! Мы рады приветствовать ВАС на официальной церемонии бракосочетания. Сегодня самое прекрасное, незабываемое событие в жизни. Торжественный день вашей свадьбы. Создание семьи — это одно самых важных, трепетных и уникальных решений в вашей жизни. Повернитесь друг к другу и возьмитесь за руки посмотрите в глаза полные любви и нежности… Эмир Доминик Ривьер д’Альбон и тэрис Ариана Эруан д’Клермон, сегодня после церемонии будет первый день вашей жизни, как супружеской пары. Вы пришли сюда, чтобы перед ликом Богини и свидетелей дать слово верности друг другу. Знаете ли вы, что это значит? — Он окинул нас торжественным взглядом. Все мое внимание было устремлено на жениха. — Это делить счастье и горе, беречь и оберегать от несчастий. Это значит, забывая о себе, жить для того, чтобы сделать другого счастливым, всегда, независимо от обстоятельств, — произнес он, осознавая каждое сказанное слово. - Будете ли вы это делать, тэрисс Ариана? Перед лицом свидетелей берете ли вы этого мужчину по своей собственной свободной воле в законные мужья, сочетавшись с ним браком? Я почувствовала на себе взгляд Доминика.

      — Да, - мое сердце застучало намного быстрее и чаще, на губах появилась улыбка.       — А вы, эмир Доминик? По своей собственной ли свободной воли перед лицом свидетелей желаете взять тэрисс Ариану в законные жены, сочетавшись с ней браком? Принимаете ли на себя ответственность заботиться о ней во все дни вашей жизни?       — Да, — последовал твердый ответ моего жениха.       — Наступило время обменяться брачными браслетами. Жених наденет на невесту брачный браслет и соединит ваши судьбы, и ваши сердца в одно целое. Я протягиваю руку, и Доминик берет ее. Его движения уверенные и спокойные. Браслет на запястье закрывается с громким щелчком.

      — Теперь вы, Ариана, — я быстро надела браслет и защелкнула застежку. Доминик улыбнулся мне, чем ненамеренно взволновал. После, мы в торжественной обстановке поставили свои подписи в толстой красной книге регистрации браков.       — Прекрасно. — Мировой судья снова улыбнулся. — Сейчас властью, данной мне законами нашего государства Висмуар, я объявляю вас мужем и женой. Вы можете поцеловать невесту, хотя это и не часть официальной церемонии, но… И прежде, чем судья успел договорить, Доминик нагнулся, и его губы нежно коснулся моих губ; он прижал к себе, и жаркая волна сладострастия прокатилась по моему телу. Я была не готова к столь пылкому выражению чувств, которое заставило прижаться к лацканам его пиджака. Я застонала от потрясения и неловкости и прервала поцелуй, мне показалось, что муж крайне неохотно отпустил меня. В ту секунду, когда отодвинулась от Доминика, и мне почудилось, будто вижу в его глазах страсть. Но мгновение спустя он снова был спокоен и невозмутим. К мировому судье присоединился законовед и раскрыл темно-синего цвета папку. Ее я помню, как и содержание магического договора, где добровольно отказываюсь от своей пары. Подхожу к столу и решительно ставлю свою подпись, потом под словом, даю клятву, прокалывая палец, оставляю свой отпечаток. Отхожу, следом к столу возле свитка уже стоит Доминик, и под словом принимаю клятву, ставит свою подпись и также закрепляет договор каплей крови. Наши руки обжигает терпимая боль… И с этого момента мы стали законными мужем и женой. Я разволновалась в конце церемонии, когда по традиции Доминику дали свидетельство о браке. Меж тем церемония плавно перешла в другое русло. Мы стояли у дверцы машины и смотрели друг на друга. Я теперь ему жена, а он мне муж. Теперь мое место здесь, среди его народа! Магический договор вступил в силу. Обычай устраивать свадебные гулянья существует очень давно. Наши предки тоже обожали прокатиться после венчания по всей округе: себя показать, и на других посмотреть. По-прежнему после того, как жених с невестой узаконят свои отношения перед государством, а может быть и перед Богом в храме, вся свадебная процессия отправляется на веселую свадебную прогулку. Мы сели в длиннющий, белый аэрокарус, украшенный шарами и лентами, с надписью «Молодожены» вместо номера, и с ветерком промчались по улицам города. Сегодня столица Мекленбург порадовала своей погодой и солнышком. Вот тут-то началось все веселье и кураж! Мы гуляли по парку, ели мороженое, танцевали к нам подходил народ, и мы вместе фотографировались, мы веселись от души. Ни минуты заминок или стеснения, все на одном дыхании. К вечеру нас благополучно доставили прямо к порогу самого дорогого и шикарного ресторана. Вечер в кругу семьи, праздничный ужин и мы переоделись в дорожную одежду. Все на несколько дней мы предоставлены только себе. Это самая приятная послесвадебная традиция, так называемый медовый месяц, когда молодые супруги могут отдохнуть от всей свадебной суеты и многочисленных предсвадебных хлопот и проблем, посвятить себя друг другу. Мы покидали столицу с улыбкой на лицах. Это станет продолжением праздника в особой атмосфере романтики и любви. Песчаный пляж, океан и небольшой городок Яксарт. В нем я никогда не бывала и для меня это станет нечто сказочное, а мой муж откроет этот сказочный уголок. Прибыли мы уже ночью и заселились в небольшом особняке рядом с пляжем. Но за целый день очень сильно устали, поэтому, не сговариваясь, посетили на разных этажах ванную, переоделись и вернулись в общую спальню. Наша совместная первая ночь получилась не совсем романтичной, но очень нежно и сладкой. Его горячее и спокойное дыхание моментально успокоило мою бурлящую кровь. Брак был для меня еще внове и внушал опасения. Доминик чувствовал мое нервозное состояние. Его голос действовал на меня успокаивающе, почти гипнотически. Я глубоко вздохнула. Даже говорить не могла, лишь приникла к нему всем телом и почувствовала, что его упругие мышцы служат мне прекрасным ложем. Слишком прекрасным… Невозможно расслабиться, находясь так близко к столь привлекательному мужчине. Доминик прижал бережно к себе. Его голос, тело, слова — все вместе — делали его неотразимым. И после несколько нежных фраз, и таких же поцелуев мы провалились в сон.       Я проснулась под утро. Доминик спал крепко, но во сне метался и что-то бормотал под нос. Слов не разобрать, дыхание его сбито, он хватает ртом воздух и его выгибает тело. Я распереживалась за него и начала будить. Но он продолжал метаться и кричать. Долго пришлось его тормошить и звать, еще несколько минут он сидел и осматривался вокруг, словно не понимая, где он находится. На его висках выступили алые чешуйки, а глаза, в них виделся взгляд его дракона. Недовольный рык, да такой, что моя драконица просто инстинктивно слетела с постели, как и я сама.

      — Доминик, — прошептала я, а голос ему сказал, насколько сейчас напугана.

      — Ариана, — на меня смотрел уже спокойный супруг. А я поняла, что его дракон меня не принял. Что делать?

      — Тебе приснился кошмар. Ты кричал. Ответом тяжелый вздох и виноватый взгляд.

      — Я разбудил тебя? Напугал?

      — Да. Ты долго не просыпался.

      — Иди ко мне, моя жена, — взгляд моего дракона стал жадным. Я улыбнулась в ответ и кивнула. На душе стало тепло и радостно. Я не успела даже вскрикнуть, как он притянул меня к себе. Его руки полыхали огнем и обжигали сквозь тонкую ткань одежды. - Моя любимая, желанная. Доминик в нашу первое совместное утро как супругой подарил мне незабываемые ощущения. Я же старалась хоть как-то ответить, но моя неопытность была сильно заметна. Прижимаясь к его груди, мы оба старались выровнять дыхание. Муж продолжал держать в своих объятиях, даже когда бешеный бег наших сердец утих, а дыхание сделалось ровным. Он шептал нежные слова, а я с закрытыми глазами лежала в кольце его рук. Он сделал все так, что мне не только больно не было, я еще и свой первый оргазм получила! Мой мужчина… мое счастье. Ведь я счастлива, мне с ним хорошо, всё остальное вон из моей головы.       Наши с ним дни потекли один за одним, занятые повседневными тревогами. Мы наслаждались друг другом и нашим медовым месяцем. Ничего не тревожило, все вокруг казались такими же счастливыми, как и мы, и я беззаботно парила на волнах этой любви и покоя. Мы гуляли, ходили на пляж, мы развлекались и привыкали постепенно, что теперь у нас нет запретов, что мы всегда вместе и все вопросы решаем обоюдно. Но, когда мы вернулись домой Доминик все чаще стал отдаляться от меня. Что происходит? Что не так? Ответа найти не смогла. Это заметили все домашние. Днем это был потрясающий любящий муж, а вот ночью, он все чаще стал уходить от меня в другую спальню, чтобы дать выспаться. На все мои вопросы отмахивался и говорил: пройдет, не переживай. Просто кошмары сняться. Потом и вовсе: Не хочу это обсуждать. Вскоре Доминик разделил наши спальни и теперь, каждую ночь провожу одна, без него. Тревога на сердце и мысли раздирают, и я уже сама накручиваю себя не пойми по какому кругу. Да, переживаю, но вижу, что не расскажет, поэтому молчу. Не хочу ссор. Я воспитана в строгих правилах своей страны, поэтому сдаю позиции и отступаю. К сожалению, в современном обществе быть терпеливой женой очень сложно! Порой мне бы хотелось, как лучше, а получается, как всегда. Ссоры, обиды, недопонимание, слезы в подушку и слова, словно в пустоту. Жена является опорой для своего мужа! И в горе, и в радости он должен знать, что может рассчитывать на мою поддержку и понимание. Так учили меня, и я стремлюсь показать Доминику, что с ним всегда… Но что-то не так и я потеряна.

      — Мама, помоги… — это был крик отчаяния, когда позвонила ей.

      — Запомни, вышла ты замуж! Теперь это твоя семья и это твой дом, — наставляла меня мама, мы с ней вели разговор по видеосвязи. — Чтобы ни случилось, ты должна вытерпеть, выдержать и быть послушной женой для своего мужа. Обратной дороги нет. И чтоб не слышали мы от тебя никаких жалоб на мужа и его семью, — и ведь не жаловалась, а лишь хотела получить совет от мамы. Но потом догадалась, что папа находился рядом. Справлюсь сама. На то она и семейная жизнь. — Солнышко, — проговорила она и я поняла, что мама осталась одна в комнате. — Не лезь мужу в душу — он тебе этого не простит. Это сугубо личное пространство. Он не готов к тому, чтобы рассказать тебе об этом. Да, если ты это узнаешь, не факт, что успокоит тебя навсегда, не факт, что ты сможешь ему помочь в этой проблеме. И еще, больше может, осложнить отношения. Чему потом удивляться, если муж, роняя тапки, со всех ног несется от такой ненужной ему гиперзаботы. Если днем у вас все в порядке и с супружеским долгом тоже, то не стоит переживать о разных спальнях. Не это главное. Твоя цель забеременеть и родить здорового наследника. Порадовать мужа таким ярким событием. Наберись терпения. Принимай участие в вашей жизни, но не растворяйся в ней. Напоминай, ему, что он теперь не один, но не лезь.

      — Я поняла. Спасибо.

      — Не сразу все так радостно, как кажется, в наших мечтах, путь супругов тернист. Мама постаралась как могла успокоить меня и настроить на положительный лад. Но никто не может сказать, сколько еще мне придется терпеть отчуждение супруга. Он все дальше от меня, как корабль, уходящий от берега. И где этот супружеский долг? Что с нами стало?

── ✦ ──

Габриэль

Государство Эрнарт, храм Истины.

      Время не лечит и даже не успокаивает. Время учит. И делает сильнее тех, кто умеет перешагивать через страхи. Но ладно, не будем о грустном. Следующим днём, когда солнце только-только начало озарять своей нежностью спящий город, а точнее, в полпятого утра, я уже бежал с сумкой на перевес по знакомому маршруту. Меня ждало долгое путешествие совсем в другую жизнь. Эрнарт — закрытое западное государство и его законы сильно отличаются от многих других государств. Негус Грегор Вард д’Клермон — правитель этой земли, и отец Арианы, что уже как несколько месяцев стала женой Доминика. А еще она же сестра участника ночных забавный игр в Двенадцатую ночь. Только при одной мысли о детях правителя меня передергивает и хочется пойти и кому-то начистить физиономию. Так что мысли бродили невеселые, пока мы добирались, и в моем в теле постоянно присутствовала какая-то тяжесть, большую часть времени уныло-печальное настроение сопровождало меня последние дни дороги. Когда после нескольких дней дождя, снега и дождя со снегом, нас, наконец, согрело солнце, возникло ощущение, что мне, наконец, удалось вырваться из этого непонятного состояния. За эти дни путешествия мы с Махалавром Аркаром О'Neil сблизились и нашли общий язык. В основном я улыбался на его попытки достучаться до моей совести и рассудка. И понимал его порыв подтолкнуть меня к Доминику. Он рассказывал о нем много интересного, что не писали газеты и нет в интерсети. Как оказалось О'Neil был лучшим другом семьи д’Альбон. Почувствовав, что встал на скользкую тему, он сменил резко ее и так умело подвел, что я оказался в ловушке.

      — Чтобы любить историю, ее нужно понимать, — рассуждал я. — Ненавижу запоминать бездушные даты, словно читаешь словарь.       — Ты не прав. - Он скрывал свою улыбку и предвкушал победу. Эх, опытный манипулятор.       — Докажи… И ведь доказал. Он чувствовал меня, и что именно заинтригует и заинтересует мою личность. Мне нравилось, как именно он подает историю нашего мира, наше прошлое, для меня с каждым его словом, примером становится живым, интересным. Именно с ним в таких разговорах история приобретает смысл, он ее серьезно адаптировал под жизненный опыт. Выдавая информацию так, что мои глаза горели в желании получить эти знания. Я впитывал как губка, ловя каждое его слово. Мы словно и вовсе поменялись другими ролями: он - наставник, я — его ученик. И когда он замолкал и давал мне возможность остаться наедине с собой я думал, что наша поездка длиться вечность. Постепенно у меня начал формироваться объективный взгляд на роль личности в истории. Мне стало не хватать его рассказов, его примеров, его жизненного опыта. Да, где мне набраться его, если правитель Рогрентауна, никогда со мной не делился такими знаниями. А университет, что я закончил, был основан по программе для человеческих детей. В кругах своей расы почти мало кто знал меня. Таково было решение моего родителя. Как он утверждал, что позору семьи д’Вьерн нечего делать в кругу расы драконов. Ну, не чувствовал он во мне дракона… Но, это не оправдание для родителя. А теперь я не желаю видеть его.       Столица Ротенбург встретила нас непогодой. Шел мелкий, противно накрапывающий дождь. Мы поспешили поскорее добраться до храма. Нас встречали, поэтому с комфортом добирались до места назначения. Пока передвигались по улицам города заметил, насколько столица огромна. И даже дождь не испортил впечатления, а улицы не теряли своей красоты в такой пасмурный день. Мелькали вывески, зазывающие покупателей в свои магазины. Пешеходные улицы, парки, рестораны, кафе, театры! Город жил и, наверно даже ночью было многолюдно. На какое-то время позабыв обо всех своих тревогах, я подумал о том, что хотел бы выкроить день, чтобы исследовать город, хоть немного приоткрыть эту дверь.       Храм стоял на одной из центральных улиц, окруженный довольно просторной территорией. Вокруг высилась ограда из витых железных прутьев. Несмотря на непогоду, все же немного задержался, рассматривая великолепие данного сооружения. Как оказалось ансамбль состоит из самого храма и парковой зоны. Внутри и снаружи сооружение богато украшено резными фигурами богов, драконов и растений. Под крышей Храма Истины нашлось место для нескольких залов. Они выполнены в едином стиле с использованием старинных техник резьбы по камню. Первый зал украшен изображениями четырех стихий. Огонь извергают драконы, землю символизируют изображения животных и растений, воду — резные волны, а воздух — колышущиеся на ветру деревья. Во втором зале располагаются скульптуры богов и богинь нашего мира. Некоторые из них забыты и просто украшают зал, а к остальным тянутся, чтобы принести свои дары. В центре помещения — скульптурная композиция, изображающая мужа, жену и четверых детей. Сюда приходят загадывать желания, связанные с семьей. Так, если потереть ручку ребенка, можно попросить о прибавлении семейства для себя или друзей. Загадать благополучие и здоровье. Обычно сюда приходят не с пустыми руками. В специальную чашу для подношения укладывают дары и, если они исчезли, значит это знак свыше, и молитва прихожанина принята. Никогда не задумывался об этом, пока сам не столкнулся с реальностью. Средняя часть храма — это собственно храм для прихожанина. Остальные помещения скрыты от глаз, приходящих сюда.       Нас сопроводили в служебные помещения: административный зал. Проследовали коридорами обители и вошли, открыв тяжелые деревянные двери. Обзору открылся небольшой зал, со стеллажами, книгами, столами. Но рассмотреть все, не получалось. Нас ожидали. Сначала церемония представления. Махалавр Ленар ди Нариил рассматривал меня как диковинку. Я тоже знакомился с ним и раскрывать свое имя точно не собирался. Глядя на Ленара, мог с уверенностью сказать, что помогу Махавиру Эдгару Рубен Хану и на этом мое общение закончится. Ну, не располагал Махалавр меня, что-то в его внешности или взгляде, и в душе, рождало настороженность и недоверие. Широкоплечий. Смуглый и, до неприличия, сексуальный. С густыми, слегка вьющимися чёрными волосами, он воплощал в себе абсолютно все женские мечты. Лёгкая щетина придавала его лицу сдержанной грубости, а ярко-голубые глаза, засасывали в себя будто два бездонных озера. Пронзительные. С очень тяжелым, изучающим взглядом, которым он сканировал меня до самых молекул.       — От всех собравшихся здесь благодарю Вас за посещение святого храма Истины и оказание помощи служителям Пресветлой. Он подал знак, и позвали Махавир. Их было четверо, но я не понимал для чего именно были приглашены, когда нам нужен только один. И его сейчас здесь нет. Дверь открылась вновь и на пороге появился он. Столько эмоций вызвало его появление, как и сами воспоминания. Я вновь знакомился с ним, разглядывал его внешность и подмечал сходство, убеждаясь в своих правильных выводах. Высокий, субтильный, с приятными чертами лица. Средней длины волосы, челка чуть спадает на лоб. Беззаботный, уверенный в себе и к тому же небрит, что придает ему несколько небрежный вид. Его я узнал сразу и мне нужно было уловить его взгляд, его узнавание.       — Я рад вам. — Он проходит в глубь помещения, улыбается, извиняется за опоздание, ссылается на пробки.       — Мир вам! — тихо произнес Махалавр О'Neil, — думаю не стоит задерживать расследование. — Все согласились с ним. Я поворачиваюсь ко всем спиной. Мне подают плащ, и я надеваю маску эскортника.       - Все готово? — спрашивает Махалавр ди Нариил.       — У нас, да. А вы?       - Да. У нас все готово и запись включена.       — Мир вам! — тихо произнес я. Наблюдая за одним единственным в этой зале. Он смотрел на меня и в его лице не отразилось и толики воспоминания. Возможно, он не помнит мой голос, так как я находился на грани ярости, истерики и боги знает чего, но не узнать одежду, маску эскортника. Могу сказать, меня он не узнал, а вот мне сложно сдерживать эмоции в его присутствии. Желание как любого из вас, сразу начать расспросы. Уверенным шагом направляюсь к нему и останавливаюсь, оставляя место для личного пространства. Он смотрит на меня и не понимает, что происходит, зато всем остальным известно, что этой пятерке не сообщили о служебном внутреннем расследовании.

      — Махавир Эдгар Рубен Хан, верно?       — Да.       — Вы позволите мне задать вам вопросы, на которые необходимо ответить, не скрывая правды. Я знаю, что буду затрагивать темы, которые скрывают от остального мира, и являются тайной служителей Пресветлой, но в данном случае я вынужден их озвучить и задать вам. — В его позе и взгляде появилась настороженность, но оглядев всех остальных присутствующих по рангу служителей, выдохнул и кивнул мне.

      — Я готов выслушать ваши вопросы, но могу ли я узнать для чего все это необходимо?

      — Сегодня, здесь и сейчас происходит дознание и расследование некоторых обстоятельств, случившихся совсем недавно. Вы готовы?

      — Да.

      — Вы помните меня? Для него это было полной неожиданностью. Теперь он более основательно прошел взглядом по мне.

      — Дело не в моей одежде, а в моем лице, — подсказал я. Наши взгляды встретились.

      — Нет.

      — Следующий вопрос. В канун двенадцатой ночи вас отправили в командировку. Что вы можете рассказать об этом?

      — Я никуда не выезжал. — Слишком быстро он ответил на мой вопрос. Уверенно и четко.

      — Хорошо. Кто заведует канцелярией, пусть предоставит книги об отчетности на этот день. — Он занервничал и смотрел на нас с выражением: Да не может такого быть! Один из этой четверки тут же метнулся в сторону стеллажей и вскоре на столе в раскрытом виде была предоставлена сопроводительная документация для проведения выездной регистрации брака. — Прошу, вас ознакомиться с данными, что записаны… — Я не успел договорить как он уверенным шагом прошел мимо меня и заглянул в канцелярскую книгу.

      — Не может такого быть… — прошептал он и повернулся ко мне вскинув голову. — Что происходит? Я не стал его больше мучить и достав из кармана все тот же несчастный первый брачный документ протянул ему. Он неверяще смотрел на него, на меня, потом все же взял его в руки и развернул. Его глаза расширились.

      — Я не помню этого.

      — Знаю. Могу точно теперь утверждать, что на вас воздействовали ментально и вы даже не помните тех, кто просил вас прибыть в столицу Саксен-Веймар, где в закрытом мужском клубе вы провели запрещенный обряд на крови.

      — Чтооо? — его голос смешался с другими голосами. Я все это время сканировал его, и он ничего не мог с этим поделать и никак от этого защититься.

      — Данный документ подтвержден, но разглашение имен этого брачного обряда запрещено озвучивать. Дальше расследование пошло намного быстрее. Выяснилось, кто писал сопроводительные документы, когда и во сколько состоялся выезд Махавир. О его переговорах и звонках, так как на его гаджете все подтерли. Когда полностью мы прошли всю процедуру по основным вопросам, я попросил полной тишины. Подошел к Махавиру Хан и смотря ему в глаза произнес:

      — Мне необходимо снять с вас этот ментальный блок, чтобы узнать кто так плохо поступил с вами. Узнать, своих врагов и применить соответствующие санкции, а также потребовать компенсацию для вас за вмешательство в ваш разум. Вы мне позволите? Присядьте. Затем я протянул руку, сканируя его внешне. Он подчинился, а я чувствовал его дрожь во всем своем теле.

      — Не волнуйтесь. С вами все будет в порядке. — И неожиданно для него спросил позволения заглянуть в его внутренний мир. — Можно?

      — Смотрите, конечно, — он улыбнулся открыто и дружелюбно.

      — Вы позволите мне обращаться к вам по имени?

      — Да, — его ответ убедил меня, что он внутренне собрался и успокоился.

      — Эдгар, от вас прошу лишь одного, смотреть мне в глаза. Он кивнул, а я снял маску эскортника. Легкими движениями подушечек пальцев прошел по его скулам, ловя его взгляд в свой плен, потом останавливаюсь на висках и замираю. Он погружается как мошка в паутину моего подчинения. Для него и меня мир меняется и переворачивается в другую плоскость реальности. Все вокруг нас — тихий шепот служителей храма, сливающихся воедино разговор — все отступило куда-то далеко, и остались только мы, я и он, и наши глаза, неотступно следящие один за другим. Его глаза, которые постепенно гаснут осмысленностью. Я шептал ему приказ, и он подчинялся, раскрывая свой разум и воспоминания. Двенадцатая ночь предстала передо мной во всей своей ужасающей правдой. Мир раскрылся мельчайшими подробностями, блестел и переливался всеми цветами и оттенками, какие только могут существовать во Вселенной, все обрело свой сакральный смысл. Картины воспоминаний пронеслись перед ним и мной. Теперь, я знал каждого участника сего спектакля. Мне необходимо было понять только цель, для чего все это затевалось. Но об этом знают лишь участники, а значит, впереди меня ждет драконья охота. Освобождаю разум Эдгара и даю ему свободу воли и доступ к этим воспоминаниям. Он ускользает от меня и ускользает в пустоту, которая затягивает в себя, успокаивает и одновременно… выдергивает его обратно в реальность! Эдгар внезапно очнулся от наплыва всех пережитых ощущений и воспоминаний. Он увидел меня склонившегося над ним. Опускаю руки, в глазах он уловил беспокойство за него, сменившееся облегчением, когда увидел, что Эдгар смотрит на меня осмысленным взглядом. С ним все в порядке, а вернее с его рассудком, а вот остальное эмоции на лицо. Шок. У него шок.

       - Когда они пришли ко мне, то в их руках был лишь обрывок брачного обряда. А вернее его название и пояснение, что проводится он между двумя мужчинами. «Они меня не слушали…», —он говорил и говорил, все это записывалось. Я же больше не мог находится здесь. Мне не хватало воздуха, меня тошнило оттого, что произошло в ту ночь. Я отпросился, чтобы уйти. Меня сопровождал молодой Махавир участвующий в этой четвёрке с самого начала. Он поглядывал на меня и похоже в мыслях его я занимал не последнее место. Постепенно все мои чувства пришли в норму, и войдя в во второй зал, покинув служебные помещения, выдохнул. Несколько минут просто стоял, выбрасывая ненужные сейчас мысли и воспоминания. Мне просто необходим отдых, но…       Часто самые важные решения принимаем отнюдь не мы. А судьба любит подкидывать нам неприятности. Сделал несколько шагов по залу и в мыслях уже стремился покинуть храм, как меня привлекло краем глаза нечто непонятное и странное для этого места. Даймё. Их было десять рассредоточенных вокруг статуи семьи. Что, небо забери, происходит? Что они здесь делают? Кто из правящих здесь? Пару шагов и легкие улавливают женский аромат драконицы. Мое тело среагировало мгновенно и меня, словно поразила молния. Весь мой мир разом перевернулся, все мысли, стремления, тревоги потеряли своё значение. Стало важно лишь одно: она здесь, она рядом! Раз я до этого ничего подобного не чувствовал, значит, это моя сила проснулась. Шаг, еще и еще… Оглядываюсь по сторонам и останавливаюсь возле статуи обогнув ее немного сделав полукруг. Замер. И надо же мне было, не доходя до первого зала, нос к носу столкнуться с Арианой д’Альбон. Р-р-р!!! Это даже не злость, я не знаю, как это назвать… Даймё окружили ее в кольцо, не подпуская остальных прихожан подойти. Да и никто бы этого не сделал и так. Пока кто-то обращается с молитвой, ему не мешают, и ожидают чуть в стороне. Но это безумный мир и несмотря на нахождение в таком месте, кто-то умудрился сделать фото, а может и снимает видео первой айтэрис двух стран прибывшей в храм для молитвы. На ней нежно-голубой длинный плащ с капюшоном, полностью скрывающий ее фигуру. Но скрыть свое присутствие ей не удалось. Шаг в ее сторону. И вновь в мои легкие проникает нежный персиковый аромат, что всегда исходит от нее. Но сегодня он особенно острый для меня, для моего дракона, что так внезапно очнулся от спячки. Кажется… Она?! По моим венам искрится ток. Нельзя отрицать притяжение, между нами. Истинная пара, приходит на ум. Моя… — рычит мой только что очнувшийся от долгого сна дракон. Он еще не полностью пришел в себя и не вошел в силу, ему нужно время. Нет. Не твоя. Она предала тебя. Больно. Грустно. Ошибки быть не может. Все это было бы смешно, когда бы не было так грустно. А скорее грустно и больно. Я знаю чья она жена… Гордо поднимает дракон свою голову. Он уязвлен в своих только что обозначившихся чувствах. В груди злой рык. Он считывает мои знания о ней. Обида. Он познает о том, что есть еще тот, с кем связан на всю жизнь. Мне противно думать обо всем этом. Честное слово, я как собака на сене: не собираюсь я с ним быть, но и в тоже время не хочу видеть его с ней. Я сжимал кулаки, злясь на себя, что не могу разобраться в собственных чувствах. Я уже хотел незаметно пройти мимо, но следующий миг ее слова обращенные в молитве к богам семьи, меня остановили. Прислушиваясь, медленно повернув голову, и посмотрел на нее, и одарив тяжёлым взглядом. Несколько шагов и она поворачивает голову в мою сторону и реагирует на мое присутствие как положено драконице, что обрела пару. С усилием воли она поворачивается вновь к статуе. Слышу ее молитву о рождении дитя. Грудь наполнилась концентратом бешенства и клянусь всеми богами мира. Сарказм и злоба, моя и моего отвергнутого дракона бьет наотмашь. Жестокость рождается в груди. Холод пронизывает, каждую мою клетку тела. По полу возле моих ног иней, резко похолодало. И все это выливается на нее в неприятном коктейле чувств:

       — Ариана… — мой голос сейчас больше похож на рык сильного и злого дракона. Она вздрагивает и вновь поворачивает голову в мою сторону. По ее щекам текут слезы, но заледеневшее сердце осталось глухо к чужому горю. — Я эгоист. Собственник. Я не делюсь, но и не принимаю таких, как ты. Дважды предавшая, стоит здесь и думает, что сможет сбыться ее мечта о рождении детей, — злорадный оскал вперемешку с отвращением. Даймё переминаются с ноги на ногу и нервничают. С одной стороны я ей не угрожаю, не нападаю, с другой они не могут понять, что делать дальше в этой непростой ситуации. — Мечтай больше, молись сколько хочешь, ползай на коленях здесь — только ничего не получишь… — рычу я. Она, похоже, не в курсе? Что можно довести дракона до того, что он однажды просто больше не захочет вас ни видеть, ни слышать, ни знать.

      — Прости, — прошептали ее бескровные губы.

      — Ты скоро поймешь всю глубину своего предательства, бессердечная. Я злюсь на нее. Злюсь за то, что легко отказалась от меня, не понимая, что в жизни нужно бороться до конца. Тогда я не чувствовал, что она моя пара, а она поняла и отпустила меня, не прикладывая ни малейшего усилия быть рядом. Не могу простить ей малодушия… Тогда я не был связан с Домиником и все могло быть по-другому. Жестокая… Я злюсь на нее за то, что опустила руки и смирилась с судьбой, а не пожелала ее строить. Я злюсь на нее, за то, что она моя истинная пара, предавшая меня дважды. Бессердечная… Злюсь за то, что посмела перейти мне дорогу, забрать то, что дает мне магия по праву. Пусть сам не ам, но в тоже время Доминик - мой супруг… Эгоизм так и прет из всех моих потаенных углов драконьей души. Парадокс… Я злюсь на себя, но не могу найти ни единой причины быть рядом с Домиником и принять ее саму, как его супругу. Отвел взгляд на свои руки, поднял глаза над собой и пораженно наблюдал за движением холодного воздуха, в котором образуются красивые снежинки. Снова на руки… Я с восхищением смотрел на серебристое кружево, словно из тысяч снежинок сплетённое в единое искрящееся великолепие, покрывшее мои ладони. Тонкая, узорная изморозь, побежавшая от кончиков пальцев под рукава. А под ногами иней бежит по полу, кружит снег в воздухе превращаясь в смертельную силу зимней стужи, холода и льда. Эту силу несет в самый дальний, темный угол. Он не освящен факелами и уже похоже давно никто не обращает внимания на притаившуюся статую дракона. Сила ударяется о его чашу подношений и вся статуя, как и чаша вспыхивает голубым свечением. И только в это мгновение до моего сознания доходит, что произошла моя инициация дара, пробудив дракона окончательно. Грозный рык срывается с моих губ и первый мой всплеск впитывается как дар для этого божества.

      — Белый дракон, — с восхищением произносят все свидетели, что пришли в этот храм для молитвы.

      — Ненавижу тебя. — Она вздрагивает всем телом, как от удара под дых, но осталась на месте. Хватает ртом воздух. Даймё напряжены и готовы вступиться со мной в неравный бой на ее защиту. Презрением окатив ее в последний раз, разворачиваюсь резко с желанием покинуть это место. Ярость бурлит по венам.

      - Исстари Иридан, — прокричал мне вслед знакомый голос Махалавра Аркара, но я жажду лишь одного, сбежать и не видеть ее.