Власть над прошлым

Запах ладана, разложения, крови и масел в подвалах Звездной септы был невыносим. Но Отто уже к нему привык и не позволял себе даже прикрыть рот платком. Он твердо стоял поодаль и наблюдал за тем, как Безмолвные сестры готовили тело его брата в последний путь. Они должны были забальзамировать его, чтобы после выставить в большой зале для того, чтобы каждый житель Староместа мог прийти попрощаться с бывшим уже лордом Высокой Башни. За последние годы он посещал это место чаще, чем ему хотелось. Поэтому весь этот изнывающий мрачный процесс, который проводили над телами Безмолвные сестры, ему был знаком как пять пальцев. Отто стоял здесь, именно на этом же месте, когда бальзамировали тела всех трех его племянников, скончавшихся от трясучки, так как его брат просто не мог сам этого сделать, лежа в постели после очередного приступа сердечной хвори, и, конечно же, он был здесь, когда готовили к похоронам его младшего сына, а до этого, много лет назад, он был здесь, когда к похоронам готовили его жену. Впрочем, в этот раз его траур был больше показной, чем настоящий, как было в последний раз. Со старшим братом они никогда не были близки. Несмотря на одних родителей и один дом, их положение, сына-наследника и просто второго сына, просто еще одного запасного Хайтауэра без перспективы титула и замка, который он мог бы унаследовать, были столь разным, столь неравным, что они просто не могли бы иметь дружественные отношения. А в последние годы они вовсе стали далеки и перестали сходиться во взглядах на то, что стоило делать для благосостояния их дома. Особенно явно это стало после того, как Отто уволили с поста десницы и Алисента опозорила их дом. Слава богам, о проступках последней знал только узкий круг людей. По крайней мере, о ее изменах и нерожденном бастарде. К сожалению, в последние пять лет его возможности сильно уменьшились, как и штат личных шпионов, так что подавить в зародыше шепот о прочих грехах своей глупой дочери ему не удалось. Теперь каждый пройдоха знал, что вторая жена короля любила прикладываться к вину и совсем забросила благочестивые дела. Скандал с септой, которую она выгнала, когда та упрекала ее в чрезмерном распитии, стал настолько громким, что отношения Высокой Башни с Верховным септоном довольно сильно испортились. Отто сожалел, что Алисента выжила после выкидыша. Это было, может быть, и неправильно, желать смерти своему ребенку, но с тех пор, как он покинул столицу, та делала одну ошибку за другой. Отто был уверен, что еще немного, и даже мягкий король наконец потребует развод и отправит эту дурочку к Безмолвным сестрам. Все равно от Алисенты пользы никакой, а только одни проблемы. Она даже не смогла больше родить еще хоть одного ребенка!.. Хотя бы бесполезную дочь, не говоря уже о сыне, который мог бы стать хорошим подспорьем после того, как принцесса Рейнира родила собственного мальчика. Мальчика, чье рождение Семь королевств отмечало так, будто на землю сошел один из самих Семи богов. Тот факт, что это отродье родилось на ступеньках, ведущих к Железному трону, прямо во время пожара, и было продемонстрировано толпе сразу после появления на свет, многие считали еще одним знаком от богов, говорящим, что именно принцесса должна стать королевой, а ее сын — королем после нее. Не Эйегон, первенец короля и живой здоровый мальчик, а именно эта девка и ее бастард. Отто не имел никаких сомнений, что дитя принцессы было не от ее мужа и являлось результатом блуда. Во-первых, он знал о неестественных наклонностях молодого Велариона, а во-вторых, это отродье имело черные волосы и нетипичные черты лица для потомка Валирии, которые королевский дом упорно пытается выдать за «внезапно» проснувшуюся кровь Баратеонов. Отто задавался вопросом, это принцесса всех отчаянно пытается в этом убедить, или сами Веларионы, чтобы избежать позора и вернуть Железный трон, якобы несправедливо вырванный из их рук?.. «Ну ничего, король не сможет мне отказать в опеке над Лионелем и Бетани. Вот тогда я наконец обрету достаточно власти, чтобы вновь иметь возможность влиять на события и исправить хотя бы часть ошибок Алисенты», — твердо подумал Отто, смотря, как Безмолвные сестры извлекают органы из его одряхлевшего еще при жизни брата. У него было достаточно времени в тени, чтобы все обдумать, внести коррективы и придумать новые планы насчет того, чтобы посадить свою кровь на трон. Перво-наперво нужно исправить трещины в отношениях с Верой и улучшить репутацию Алисенты, растворившуюся в вине и тени Черных, чья власть сейчас была на пике. Роспуск слухов о незаконнорожденности принца Даериса был провален, так как было слишком много бестолковых дураков, верящих в знаки и предзнаменования, которые считали его благословенным ребенком, родившегося чуть ли не на троне, под светом красной кометы, и имевшего пару самых необычных, как говорят, глаз, а его мать была любимицей народа за свои добрые деяния среди простого народа. «Отраду Королевства» явно кто-то, возможно даже принцесса Рейнис, надоумил открыть приюты, выходить в народ как можно чаще, раздавая еду и слушая жалкое блеяние черни, и собирать женские дворы на подобии тех, что собирала королева Алисанна. Сама бы эта заносчивая высокомерная девчонка бы до этого не додумалась, привыкнув жить в безопасности стен Красного замка, не зная бед и голода. Но не все еще было потеряно. Нужно было встряхнуть двор, где царили блаженство и покой, и постараться расшатать власть Дома Дракона в глазах люда, высокородного и нет. Отто уже предпринял шаги в эту сторону и надеялся вскоре начать пожинать плоды. Возможно, даже раньше, чем позже. Вестеросу нужна еще одна небольшая война. Изначально он хотел вновь развязать волнения на Ступенях, но за эти годы король, неожиданно став больше вникать в дела своего королевства, озаботился этой слабостью в обороне страны и приказал построить там форпосты, курируемые лично лордом Корлисом Веларионом. И это были не просто деревянные временные укрепления, а укомплектованные людьми и оружием, полностью функционирующие крепости сразу на нескольких островах. К тому же связываться с Триархией было элементарно затратно. Особенно после того, как его бестолковый племянник Ормунд вдруг решил значительно опустошить их казну, прежде чем сбежать в Браавос, где и пропал все эти годы назад. Хайтауэры не стали банкротами, но многие траты пришлось урезать, а налоги повысить. Спонсорство Веры и Цитадели также пришлось сократить, что опять же не улучшало их отношения к Высокой Башне. Отто считал, что его брат мог найти и другие способы восстановить их благосостояние в такое время, когда в Староместе бушевала болезнь, в которой некоторые винили именно их, но тот был так болен все эти годы и, как всегда, не желал его слушать. А не так давно он намеревался и вовсе взять кредит в Железном банке, чтобы пустить деньги на восстановления работы порта, который не оправился до сих пор после долгого простоя пару лет назад, во время карантина. Это бы еще больше подорвало шаткое положение их дома. Отто не мог этого допустить, поэтому ему пришлось это пресечь. Что было в принципе нетрудно и даже к лучшему. Его брат почти не вставал с кровати и так мучился. Прижатая подушка к лицу, и хватило всего пару десятков секунд, чтобы его страдания были окончены, а их дом был спасен от еще одной ошибки. Жаль, что от его вероломного племянника, и бывшего неожиданным зачинщиком того нападения на Красный замок, которое он пытался свалить на него, на Отто. Слава богам, тогда у него еще были верные люди в замке, которые в суматохе избавились от фальшивых писем, якобы написанных им Ричарду Торну, где он же якобы подстрекал рыцаря к измене и велел ему во время пожара спасать настоящего наследника и Хелейну, бросив беременную принцессу Рейниру погибать в своих покоях, предварительно измазав ручки ее двери смолой, чтобы она не смогла выйти. Каков наглец и дурак!.. Ормунду просто повезло, что он вовремя улизнул и Отто смог отвести от себя удар, а иначе он бы лично придушил его за такую ошибку и предательство. Лучше бы ему сюда больше не являться, поскольку он не был уверен, что все-таки не убьет этого бестолкового мальчишку, если он уже не сгинул за морем. Ведь хоть их причастность не доказана, но шепоток все же был, и осадок остался. Впрочем, сейчас это было уже не так важно. Сейчас Отто был намерен сосредоточиться на настоящем, где его ожидало кресло лорда Высокой Башни, которое он никогда, как и пост десницы, полученный им дважды от двух разных королей, не должен был бы получить, будучи вторым сыном в своем будущем союзе с Арнольдом Арреном. Этот не самый умный, но имеющий большие амбиции рыцарь был его вторым вариантом на место смутьяна, который мог бы раскачать королевство. Более дешевым, но не менее эффективным, чем могла бы стать Триархия. Возможно, даже более разрушительным, чем могли бы быть иностранцы из-за моря. Сир Арнольд был ему знаком уже давно, и Отто всегда был о нем невысокого мнения. Рыцарь из Арренов был туповат, упрям как бык и высокомерен. И вся его полезность была только в том, что он был кузеном нынешней леди Орлиного Гнезда. И что он был мужчиной. Это всегда было предпочтительнее, чем женщина на таком высоком месте, как глава целого региона. Особенно такого, как Долина. Сир Арнольд всегда был оскорблен тем, что ему предпочли трехлетнюю девочку, когда погиб тогдашний глава дома Арренов и встал вопрос того, кто займет пост Хранителя Востока. Отто тоже пытался уговорить короля сменить главу дома Арренов, но, как и в случае с его дочерью, тут король Визерис уперся и не хотел даже слышать о том, чтобы кузину его первой жены лишить ее права первородства. И эта обида с годами становилась только сильнее. Чем Отто и собирался воспользоваться, уже некоторое время тонко подталкивая того к восстанию, которое может не только стать причиной смены власти в Долине, но и вновь поднимет вопрос того, что женщина управлять королевством, даже маленьким, не может. Что их удел — вести хозяйственные дела в замке мужа и рожать ему сыновей и дочерей, которых позже можно выгодно выдать замуж, приумножив деньги и наследие своего супруга. И не только о леди Джейн идет речь. Но и о принцессе Рейнире, которая явно растеряется перед лицом войны в королевстве, где родилась ее мать, как и ее отец. И тогда в головах лордов должны будут проснуться сомнения, порядком утихшие за эти годы. Еще немного сплетен, слухов и пару проплаченных шоу в тавернах с выпивохами, выпивающими за здоровье принца Эйегона, желающих ему стать достойным королем, а не его бесполезной сестре. А также возобновление разговоров о легитимности принца Даериса. И вот уже власть Дома Дракона перестанет быть такой абсолютной, твердость убеждений хотя бы некоторых из Черных должна пошатнуться достаточно, чтобы их можно было переманить на свою сторону, а на стороне Эйегона встала бы вся Долина, когда король уйдет к праотцам и начнется война за корону. Но сначала Отто должен стать регентом своих двоюродных внуков и главой дома Хайтауэр. Ведь, к сожалению, сир Арнольд был впрямь уперт, как был, и не решался на последний шаг, и за свою будущую верность делу принца хотел награду уже сейчас. Например, невесту из Хайтауэров и лучше дочь прямой линии крови, а не девочку из побочных ветвей. Его жена умерла почти десять лет назад, и он бы не прочь вновь обзавестись женой. Молоденькой и свежей, как роса, как была леди Бетани. Опять же, к примеру. Приданое тоже бы не помешало. Отто поражался наглости этого человека. Он еще ничего не начал, не выиграл войны и не поклялся Эйегону в верности, а уже желает награду получить! Да еще и какую? Внучку его брата, которой только исполнилось тринадцать и чья лунная кровь еще не пришла!.. Внучку, которую он мог продать и подороже, лорду, который имел больше веса в обществе, чем просто рыцарь. «Это невыгодный обмен. Единственную сестру будущего лорда Староместа можно отдать кому-то более высокопоставленному. Или Арнольду, но только когда он займет Орлиное гнездо. Впрочем, у почившего год назад кузена Лейтона, с дуру севшего в седло пьяным и поплатившегося за это сломанной шеей, осталось три дочери, которых надо куда-то девать, и если я стану главой дома Хайтауэров, то именно мне придется решать их судьбу. Так почему кого-то из них не отдать этому дураку Арнольду уже сейчас, чтобы он как можно скорее собрал верных ему людей и начал восстание? Аллерия или Малора могут подойти. Они уже давно расцвели и готовы выйти замуж», — рассеянно подумал Отто, с облегчением видя, что процесс бальзамирования тела его брата почти окончен. Через час он наконец смог покинуть подвалы Звездной септы и отправился домой, все еще думая о том, что делать дальше. А конкретнее, Отто все думал, как ему получить прямой доступ к внуку, который его уже и не помнит. Эйегону было два, когда он видел его в последний раз, а сейчас ему почти одиннадцать, а его сестре уже скоро девять. На Алисенту не было особых надежд, хотя она исправно писала ему письма, которые были более чем расплывчатыми и совсем не помогающими узнать больше о характере внука. Более того, ему хватило пару десятков таких сообщений, чтобы понять: Алисента только выдумывала характеристики и описание интересов своих детей. Король явно ограничил ее присутствие в детской, и если его дочь не лгала хотя бы о сотой доле того, что делали ее дети, то это заслуга отродья первой жены короля, а не ее. И если это так, то какие бы планы Отто ни строил, это все бесполезно. Если его внуки будут любить свою старшую сестру вместо того, чтобы ее бояться и видеть в ней своего палача, то все пойдет прахом. Вся его работа, с трудом устроенный брак его дочери, все эти годы планирования и надежды, возлагаемые на внука, мальчика, которого так жаждал король, но быстро отодвинутого в сторону из-за дочери его первой жены, а теперь и из-за сына этой же дочери, все это просто станет неважным. Просто впустую потраченным временем и безрезультатно вложенными силами. Отто не хотел об этом думать. Признание своих ошибок — а он просто не мог их совершить! — никогда не было его сильной стороной. Вместо этого Отто сосредоточился на мыслях о том, что, став главой своего дома, он сможет посетить Королевскую Гавань, вот только нужно выбрать подходящий момент. Возможно, все же стоит связаться с пиратами и заплатить им за несколько небольших нападок на Старомест, чтобы он мог отправиться в столицу, чтобы якобы лично попросить короля помочь решить эту «проблему»?.. Или притвориться больным, распустить слухи о том, как горе его подкосило, и попробовать надавить на жалость короля, отправив молитвенную просьбу отправить хоть на пару недель внука в Старомест, чтобы повидать его перед «смертью»?.. Нет, Отто не любил давить на жалость. Вот только, может быть, это будет естественным способом увидеть Эйегона, оценить его и заложить зерно страха перед старшей сестрой, которое не смогла заронить в голову сына Алисента. Или смогла, но не была способна взрастить его, чтобы оно стало достаточно сильным, пустив глубокие корни в юном разуме Эйегона, который сейчас был уже как раз в том возрасте, когда дети наиболее впечатлительны, но уже не настолько бестолковы, чтобы все быстро забыть. Да, возможно, когда сир Арнольд поднимет восстание против кузины, в столице начнется суматоха, и все мысли короля и его совета будут обращены на то, чтобы подавить волнения в Долине, то Отто попробует применить именно эту тактику. Или придумает что-то еще. Как и всегда.