В погребе было темно и сладко

-Ну всё, харе ныть, поднимай жопу и пошли дальше. Я не по далёкую видел странную чердачную дверь. Не мне же тебя нести! Еле как, дрожащими ногами, Шэрон поднялась на ноги, её тело дрожало как нежный цветочек на ветру, на её теле остались лишь грязные от недавних действий трусики. Неуверенными шагами Шэрон двинулась к обещанной двери. Она вошла внутрь. - Да не бойся ты так. Никого тут нет. Видишь этот свет? Это подвесной потолок. Он доходит до самого потолка, и это точно как в библиотеке. Мы сейчас идём вверх. Я читал где-то, что в Великой Пустоте к каждой Вселенной ведут две дороги. И теперь мы либо умрём, либо убежим из этого ебанного цирка, - он улыбнулся словно крайне сумасшедший человек, наверное его нужно упечь в психушку, хотя возможно он хотел напугать Шэрон таким образом. Они шли по абсолютно грязной и старой библиотеке, из освещения у них была лишь маленька свечка. Библиотека пахла не книгами, а странным трупным запахом. В том месте, где книги кончались, начиналась темнота. Куда они шли, было непонятно. Но конца и края этому не было. Коридор продолжался бесконечно, иногда выводя к еще одной библиотеке, потом вдруг поворачивал и… вокруг были все те же книги. А по коридору взад и вперед ходила сухая старуха. Она стирала пыль с кожаных переплетов и терла их сухими мягкими лапами. Все это время она не спускала с них глаз и иногда издавала тихое журчание, которое вызывало у слушателей что-то вроде беспокойства. Это журчание, видимо, и создавало потусторонний мир: отражаясь от книг, оно звучало особенно грустно. Так продолжалось несколько часов. Старуха издала громкий пердок и исчезла, как будто её никогда и не было. Она была похожа на большую грязную гусеницу, уснувшую на подоконнике. Остальные гусеницы рассеялись по дому. -Фу, бля, даже призрак от нас сьебался! Направившись дальше, молодые люди миновали длинный ряд коридоров и остановились у последней двери в его конце. Открыв её, они вошли в большую мрачную комнату, где стоял узкий стол. На столе громоздилась груда серых брусков, над которыми гудели электрические вентиляторы. Стол был уставлен разными бутылочками, флакончиками, весами и приборами, по которым деловито ползали разноцветные стрелки. Посередине комнаты помещалась огромная фаянсовая чанха. В ней варилась жидкость темно-коричневого цвета. Вокруг чанхи стояла ещё одна непонятная мебель, к которой, однако, вели ступени. На полу перед столом лежало несколько больших квадратных щитов, от которых во все стороны расходились тонкие резиновые трубки. -Это что какая-то лаборатория, но этот псих явно не химик, он скорее говночист или что-то в этом духе, -с удивлением сказал Абрагхим. - Не могли эти демоны такое изобрести. Хотя, может они тоже химики? - сказала Шэрон. - Нет, демоны тоже химических технологий не применяют, - сказал Абрагхим. Ещё раз осмотрев алхимический стол и десять раз ебнувшись головой о что-то в темноте, они услышали странный шум откуда-то из темноты. Как будто странная, средневековая машина для пыток начала работать. Этот звук на всякий случай заставил сердце заткнуться. Но скоро его заменили две секунды страха. И опять. То же самое. И опять. Онемение ног. Разноцветные пятна перед глазами. Они сели на пол, подняв лица к потолку. Ничего не изменилось. Тогда они встал на четвереньки и, стараясь не шуметь, поползли вперёд. В горле стоял сухой, как в Сахаре, пыльный комок, глаза слезились, пальцы тряслись, и невозможно было решить - кто из них больше. В любом случае нужно было спешить, потому что шум неумолимо приближался. Куда ползти, они не представлялт. Но ничего другого не оставалось - и вскоре они уже были у края стола. Дальше была низенькая дверь. Абрагхим распахнул её - и вдруг замер. В лицо ударил слабый желтоватый свет. Влажный и жаркий ветер бил в лицо, и где-то за рекой, словно огромное сердце, бухал молот. Он потянул носом воздух - и заметил странный, резкий запах, от которого зашевелились волосы. Ветер дул от электростанции.