В чём сила?

—Я так понял, моё предостережение о возможных последствиях контакта камня с обычным человеком тебя не сильно обеспокоило?—казалось тон отца был невозмутим, но на деле тот испытывал если не сильное, то лёгкое чувство беспокойства. И радражения.—Хорошо, что это был лишь Сангвин, всё обошлось. Практически. Вот только был бы это Дагон, Боэтия или та же Мефала, которой ты не слабо насолил, вряд-ли бы я сейчас с тобой тут разговаривал. —Да не ожидал я что надумает она снова явиться ко мне...—потерев переносицу, ответил шатен, сидя на стволе поваленного дерева. И такое встречается в его подсознании.—Да и тем более залезет туда, куда не следовало. —Во всём, в чём можно её обвинить, так это в излишнем любопытстве. Сангвин увидел возможность и он ее использовал, когда привлек Эйлу.—изогнув бровь, Инузука непонимающе уставился на Талоса.—А, ты же спал. —Ну естественно спал, что мне ещё делать то было?—цокнув, тот закатил глаза, чем заслужил тихую усмешку. —Камень душ светился и издавал тихий, но весьма слышимый звук. В принципе это всё, на что даэдра был способен в своём положении, но, как видишь, и этого хватило.—после объяснения Инузука задумался. Если не избавиться от камня как можно скорее или на крайний случай надежно спрятать, то кто знает, что ещё сможет придумать сидящее внутри него существо. Хитрое и мерзкое. Создание, что никогда не упустит свой шанс поглумиться над жалкими смертными. И уже в который раз за эти пару дней шиноби задумывается над тем, как раз и навсегда его уничтожить. Взгляд парня упал прямиком на покоящееся в поясе снаряжение. Острый, как бритва, кинжал, что за время его использования в самых разных сферах ничуть не затупился, набор кунаев по бокам, свиток с оставшейся головой ведьмы и... свиток. Не сказать что его осенило, но на лице его ярко читалось озарение. Сняв с пояса свиток, собачник осмотрел его.—А что если... —Запечатать и сжечь?—прочитав мысли сына, спросил Канашими, на что получил бодрый кивок.—Весьма и весьма не дурная идея. Вот только со вторым можно повременить. Для использования свитка нужна чакра, поэтому будь то человек или даэдра, освободить его они не смогут. Если конечно ты не проболтаешься своей новой подруге и он ей внезапно не понадобится. —Да какая подруга?!—взвился Инузука, услышав последнее предложение и очередную усмешку.—Подруг кинжалами не протыкают. —Я рад, что ты это понимаешь. И рад, что Эйлу ты проткнул не им.—до этого момента шатену казалось что невозможно говорить о таком с невозмутимым выражением лица, да только у отца не дрогнул ни один мускул на лице и хотелось думать, что он просто сдерживается, от того чтобы посмеяться от души. —Только не говори... —Нет конечно. Много я в жизни совершал, и не только хорошего, да таким мне заниматься не пристало.—произнес мужчина, выставив ладони вперед.—Просто это было очевидно. —Насколько?—обреченно выдохнул парень, задав первый вопрос, что пришел в голову. —А вот это уже не суть важно.—улыбнулся уголками губ тот.—Тебе пора. Перед тем как очнуться уже в реальности, посмотрел на отца, заметив на его лице лёгкую улыбку. Подмигнув тому, ниндзя закрыл глаза, тут же открывая их уже находясь там, где вчера заснул. Для этого пришлось приложить немало усилий, ибо трехчасового сна телу было явно недостаточно, от чего пришлось поморгать и пожмуриться, чтобы привыкнуть к яркому свету и свободно держать очи открытыми. Взгляд упёрся в потолок, а в голове парня прокручивались события последней ночи. Надолго задержаться в мыслях ему не дали. Легкое копошение в районе груди заставило парня взглянуть на виновника. Точнее виновницу. На теле Инузуки устроилась спящая соратница. На груди покоилась ее голова и на ней же распластались рыжие волосы, отчасти закрывая милое личико. Ангел и чертёнок, если сравнивать нынешнее утро и прошедшую ночь. Рискнув зацепить край покрывала пальцем и чуть приподнять его, чисто ради научного интереса, убедиться так сказать, еле сдержался чтобы не присвистнуть. Это действие последнее в списке тех, которое стоило бы сейчас совершать. Опустив ткань обратно, шиноби посетила одна навязчивая мысль. А правильно ли он поступил, позволив себе взять девушку, что отчасти была под влиянием. Ей не лезли в голову, не затуманивали разум, не брали под контроль тело, да. Но в нормальном состоянии та вряд-ли бы пошла на такое. Или может это её просто подтолкнуло? Сложно в чем-то быть точно уверенным. Если после пробуждения та не набросится на него с кулаками или не начнет осыпать проклятиями, то на душе станет однозначно легче. Ожидание томило, но рассматривание однозначно одной из самых красивых девушек, встреченных им, точно отвлекало от навязчивых мыслей. Нагло? Да. Приятно? Тоже да. Не прошло и получаса, как очи девушки открылись, повторяя те же действия что и Инузука ранее. Мягкая женская ладонь заскользила по груди парня, будто изучая непонятную поверхность. По сонному взгляду охотницы можно было понять что та не до конца вернулась в реальность, уставившись полузакрытыми глазами в одну точку. Достигнув одного из сосков, рука была аккуратно перехвачена мужской, на что Эйла широко распахнула глаза и отпрянула от груди собачника, сев тому на живот. Открывшийся вид ненадолго оторвал Инузуку от реальности, и взгляд его медленно опустился сначала на низ живота девушки, постепенно поднимаясь вверх, ненадолго останавливаясь сначала на плоском натренированном животе, а позже и на не маленькой груди, только потом уже перейдя на лицо, на котором читалось полное недоумение. —Доброе утро, наверное...—произнес парень с неловкой улыбкой, но соратница не ответила. Лишь изредка переводя взгляд то на Инузуку, то на себя, то на окружающие их стены, когда цвет ее кожи на щеках все сильнее и сильнее походил на алый. Вспомнив таки что произошло вчера ночью, вопреки опасениям шатена, та не налетела на него с обвинениями и кулаками, как это бы сделали практически все те с кем он был знаком, наоборот, из недоуменного, выражение лица перешло в виноватое. —О Хирсин, что же на меня нашло...—сжав руки в кулаки, та опустила их на грудь собачника, опуская взгляд туда же.—Прости, Киба... Не сказав ни слова, тот обхватил девичьи руки своими и потянул их в бока от себя, от чего та не успев даже удивиться, упала на ухмыляющегося Инузуку, что тут же обвил ее тельце руками, плотно прижимая лучницу к себе и прищурившись посмотрел ей в глаза.—Любопытство это не есть плохо, дорогуша, ты не виновата. И не смотри на меня так, будто изнасиловала меня.—тот играючи закатил глаза. —Это был обычный камень душ, но он что-то сделал со мной, я не могла сопротивляться этому.—не в силах дальше смотреть в глаза парню, та уткнулась носом в его шею. —В таком случае это мне нужно извиняться за то что не остановил.—взгляд его в очередной раз устремился в потолок.—За то что воспользовался ситуацией. —И... почему же не остановил?—в вопросе не было возмущения или претензий, скорее искренний интерес. —Ответ более чем очевидный, Эйла.—краем глаза девушка заметила улыбку на его лице.—В конце концов, стал бы я на протяжении пяти часов трахаться с той, с которой этого не хочу? —А ты не из стеснительных.—с ухмылкой произнесла та, оскалив зубы и потираясь носом о ключицу шиноби. —Прости, совокупляться.—усмехнулся тот, притягивая личико рыжей за подбородок к своему и нагло вторгаясь в ее личное пространство своими губами, на что та с готовностью ответила, поттягиваясь ближе к нему, приятно обтираясь грудью о его, обнимая за шею и путаясь пальцами в его отросшей за это время шевелюре. Раз за разом те отрывались друг от друга и лишь для того чтобы обратно воссоединиться, посасывая и покусывая губы друг друга, не замечая даже легкого привкуса железа во рту. Когда руки шатена оказались на заднице лучницы, та приоткрыла один глаз, и гаденько так ухмыльнулась сквозь поцелуй, начиная ёрзать, сидя на дружке Инузуки, заставляя того принять рабочее состояние. Собачник уже настроен был повторить ночной опыт, уже сжав ягодицы Эйлы, но внезапно материализовалось одно но. Послышался глухой стук о дерево. Стучали в дверь. Взгляды обоих встретились, задавая друг другу один и тот же вопрос. Ответ пришёл быстро.—Два извращенца, да откройте вы! Или уже забыли про всё со своими шурами мурами?—никому иному как Акамару голос принадлежать не мог. И голос был очень раздражен. С десяток секунд спустя двое уже приняв стоячее положение, собирали по всей комнате вещи, что в порыве страсти ночью аккуратно сложить они к сожалению не смогли. Через минуту, идеально собранные и готовые, те таки освободили комнату. —Вот не верю я что вы там просто в обнимочку лежали, не верю. Хоть я ничего и не слышал, уверен, вы там точно трахались.—уверенно произнес нинкен, и парень подколол бы его, если бы не задался другим вопросом. —Не слышал?.. —Не благодари.

***

—Напомни мне пожалуйста, сколько мы будем подниматься на это громадину?—остановившись у моста, перейдя который начало их подъёму будет положено, спросил парень, смотря высоко в небо, на гору, верхушка которой спряталась за облаками. —Зависит от того, будем мы отвлекаться или нет. Может занять около трёх часов, а может и пять, шесть.—ответила Эйла.—Вот только на спокойный подъем рассчитывать вряд-ли придётся. Слышала в таверне Климмека, ну, того кто Седобородым припасы носит, в последний раз чуть было тролль не зашиб. Я уже молчу о ледяных призраках. Брови шатена поползли вверх и тот с немым вопросом на лице посмотрел на девушку, на что так же получил немой ответ: увидишь. Одна из скрижалей, о которых говорил Вилкас встретилась практически сразу, как команда стала подниматься по ступеням. Казалось с течением времени те ни капли стерлись и не потрескались, лишь небольшой слой грязи присутствовал на поверхности, избавившись от которого, постамент выглядел бы как новый. Подойдя ближе, Инузука протер ладонью место с текстом. —Прежде рождения Мундуса... так-так... лишь когда нельзя было молчать... ибо Голос мог...—быстро пробегая глазами по тексту, тот разочарованно вздохнул.—Ну и тягомотина. —Ты это только при стариках не скажи.—хмыкнул Акамару.—Вряд-ли правильно тебя поймут. В каком состоянии была скрижаль, нельзя того же самого нельзя было сказать о большей части семи тысяч ступеней, что вели на Высокий Хротгар. Большинство было просто засыпано землей, от чего путь был похож на обычную тропу. На первых порах было достаточно тихо, ни тебе воя волков, ни рёва крупных хищников. Длилось это до того момента, пока Акамару не остановился и не принюхался. —Кровью запахло, свежей. Я бы даже сказал только-только пролитой.—пояснил пёс. —Насколько далеко?—лук охотницы отказался у нее в руках. Вместо ответа в паре сотен метрах послышался крик. Прибыв на место происшествия, те застали не самую приятную картину. Буквально переломанное тело взрослой женщины, которое без остановки продолжал терзать медведь. Да вот только размер его превышал обычного – что Инузука видел не раз ранее – в два, а может и более раз. Неподалеку как раз таки находилась вторая скрижаль, с рыжеватого цвета обручем и луком, разбросанными рядом, потерянные по всей видимости жертвой этого гризли переростка. На спине, в районе передних ног, засаженные практически на половину, торчали три стрелы, которые будто стали частью его тела. Заметив троицу, тот схватил тело пастью и резким движением скинул в пропасть, где оно мертвым грузом покатилось вниз, врезаясь в камни и не останавливаясь до тех пор, пока не достигло подножия горы. —Меховой ублюдок.—зашипела Эйла, извлекая из колчана стрелы. Грозно зарычав, зверь не торопясь посеменил в сторону незванных гостей. На морде отчетливо виден глубокий шрам, наискосок пересекающий область выше носа. Черные как смоль глаза блуждали от одного человека к другому, останавливаясь на нинкене, что злобно оскалился и угрожающе зарычал. Остановившись недалеко от уже полностью готовых к схватке противников, медведь встал на задние лапы, издав неприлично громкий для такого животного рёв, при этом прибавив в росте чуть ли не полтора метра, стал быстро сокращать расстояние, выбрав первой целью Эйлу. Несколько стальных стрел, выпущенные ею, отскочили от шкуры медведя словно та состояла из сантиметрового слоя стали. Необычное создание поступило хитро, наклонив голову вниз, дабы стрелы не попали в глаза, но прежде чем тот достиг намеченной цели, напитанный чакрой удар стальным сапогом в голову сбил ориентацию матерого мишки. —Что за чёрт?!—не встречавшая таких, казалось бы обычных медведей, раньше, Эйла занервничала.—Такая прочность у простых животных невозможна! —Видимо не такой уж он и простой.—ответил шатен, давая дорогу другу. Нинкен уступал по размерам своему противнику, но в прыти и силе, ни капли. Поднырнув под выпад медведя, тот впился в шею зверя, с трудом пронзив его кожу клыками, не переставая сдавливать челюсть. Противник бешено замотал головой, издавая истошный рев. Отпрянул Акамару только когда пришлось увернуться от удара лапой. Будучи полностью уверенным в своем превосходстве медведь очень недооценил врага. Отойдя на несколько шагов назад, тот приготовился к новой атаке. —Может помочь ему?—обеспокоенно спросила девушка. Зная, на что способен этот пушистик скооперировавшись со своим другом, девушка все же имела некоторые сомнения, зная что медведь совсем не похож на простого. —Он справится.—ухмыльнулся парень.—Печально конечно, что нету пилюль, иначе бой уже был бы окончен. На мгновенье кинув в парня вопросительный взгляд, та таки позволила себе опустить лук. Ждать атаки врага нинкен был не намерен, пустившись вперед первым, уворачиваясь от медлительных для него атак лапами, посылая в свою очередь свои, оставляя многочисленные раны на теле матерого животного. Нечасто тому приходится прикладывать такие усилия для пробития защиты врага, ведь даже многочисленные доспехи легко проминались под ударами пса, а те, которые имели прочность меньше чем у стальной, благодаря когтям становились решетом. Через пару минут битвы медведь снова поднялся на задние лапы, заметно пошатываясь и глухо рыча, но не для того чтобы попытаться раздавить Акамару. Тот просто свалился на бок, громко дыша и продолжая своими глазами угольками смотреть на нинкена, признавая поражение. —Не на тех ты напал, дружище.—тихо произнес пёс, подходя к поверженному врагу. Ничего не стоило добить его, но желания как такового не было. Он может собраться с силами и дойти до своего убежища, зализав раны, или истечет кровью и испустит дух здесь же.—Может ещё встретимся. Подойдя к союзникам, тот взглянул сначала на друга, что с ухмылкой глядя на Акамару, показал большой палец, а потом и на Эйлу, что с небольшим удивлением смотрела на с трудом дышащего поваленного зверя.—Если выживет, назову его Хаганэ. Я чуть клыки свои в его шкуре не оставил.—пожаловался тот. —Странно, кто-то таки пробил его шкуру стрелами.—задумался шатен, чуть нахмурившись. —Это эбонитовые стрелы, они острее и прочнее обычных стальных. Намного.—пояснила девушка.—Может его пробили бы эльфийские, но в этом я сомневаюсь. Да и чувство такое, будто они в нём находились не один десяток лет. Может тогда шкура его была менее прочна. Прислушиваясь к разговору напарников, и все дальше отдаляясь от места недавнего столкновения, Акамару обернулся назад. Медведя там уже не было. Через полтора часа была пройдена пятая по счету скрижаль и заметно похолодало. Чуть дальше на земле уже виднелся тонкий слой снега. По лицу Эйлы можно было заметить что смена температуры её никак не смутила, ровно также как и Акамару, по понятным причинам, а вот Инузука растирал ладони и еле заметно постукивал зубами. —Ну и мороз... —Какой мороз? Тут даже ветра нет.—хмыкнул нинкен, на что шатен закатил глаза. —Все равно холодно.—карманы не сильно спасали ситуацию, но это все что могло предложить снаряжение и одежда парня.—Сидишь в меху, вот и нормально тебе. —Мог бы и додуматься до того, что наверху будет холодно. Второй раз уже на одни и те же грабли наступаешь.—как бы ни было больно это осознавать, но пёс был прав, но для вида тот всё же махнул рукой. —Ох, что бы ты без меня делал...—стрельнув хитрым взглядом в сторону парня, Эйла расстегнула один из подсумков, начиная искать в нём то, что ведомо только ей. Послышался звук бьющегося друг о друга стекла и секундой позже та выудила из него черную склянку, обмотанную слоем голубой ткани. Когда та протянула это чудо парню, то довольно улыбнулась.—Я, знаешь ли, человек внимательный и много чего подмечаю, ну и вот подготовила на случай если... ну, ты понял. Это зелье позволит более менее не чувствовать холод, но не полностью. —О Господи, Эйла! Ты же моя спасительница.—оказавшись в руках парня, бутылек в миг опустел, а тело и правда будто стало практически полностью невосприимчиво к холоду. Словно внутри собачника костер развели. —Будешь должен.—усмехнувшись, лучница послала ему воздушный поцелуй.—У тебя около двух-трёх часов, думаю успеем. Почти у самого Высокого Хротгара троица встретила обещанного снежного тролля. Вот только к сожалению после встречи с медведем тот казался маленькой зверушкой, что свалилась на землю после нескольких попаданий стрел прямо в лицо. Ледяных привидений увидеть шанса не выпало. Может оно и к лучшему. Стоя перед дверьми Хротгара, нельзя было не отметить его немалые размеры и новый вид, будто зданию не тысячи лет, а вчера построен. Две массивные двери не позволяли оказаться внутри, будучи запертыми. Между ними находился вырезной кирпичный постамент с нишей в виде ладони. —А это кстати моя разработка. Ещё в свое время так сказать обезопасил это место.—как всегда внезапно в голове возник мужской голос.—Дверь можно открыть только изнутри, но если ты являешься Драконорожденным, опусти руку в нишу и дверь отворится, правда будет немного больно. Хмыкнув, Инузука опустил левую ладонь в нишу. Внезапно появившиеся пять маленьких иголочек проткнули кончики пальцев, от чего тот сразу же отдернул руку, сдержавшись, чтобы не пустить пару колких словечек в сторону "лучшей" разработки своего отца. Послышался щелчок, потом ещё один. Теперь потянув за ручку в виде кольца одной из дверей, та поддалась, не спеша открывая путь дальше. В просторном, освещаемом факелами помещении было совершенно тихо, до того момента пока не послышались шаги новоприбывших в обитель Седобородых людей. Четыре человека — как выяснилось позже, стариков — в синих робах с надетыми капюшонами на коленях сидели у стен, на каждую по двое, положив руки на ноги и закрыв глаза. Но все одновременно они открылись, как заметили чужое присутствие. Все четверо встали, когда троица прошествовала глубже в помещение. Никаких угроз в действиях, спокойные взгляды стариков устремились в сторону шиноби и только один из них подошел ближе. —Итак... спустя сотни лет, в мире появляется Драконорожденный.—с улыбкой на лице произнес старичок.—Ты смог войти в наш дом, а значит с этого момента он и твой тоже, Довакин. Меня зовут мастер Арнгейр. —С-спасибо за гостеприимство. Меня зовут Киба.—совсем сбившись с толку, еле-еле Инузука нашел что ответить. —А твои спутники? —Это Акамару, мой друг и брат.—указав на пса, произнес Инузука, на что тот фыркнул. —Я мог и сам представиться. —А это Эйла!—специально повысив голом, смотря на вредного друга, представил старикам охотницу.—Она моя... сестра по оружию. Соратница. Вышеназванная сощурилась, начиная сверлить взглядом собачника, кивая на его слова Арнгейру. Седобородый же не переставая добродушно улыбаться — от чего становилось неловко, хоть улыбка и была искренней — совершил жест руками, как бы приглашая их.—Как я и сказал ранее, теперь это и твой дом тоже, Довакин, прошу, располагайтесь. Слева по коридору есть кухня, а дальше несколько комнат, все они свободны, так что можете выбирать любые.—объяснил старик, оглядывая каждого из команды. Что удивительно, на умение нинкена говорить тот никак не среагировал. —Но пожалуйста, позволь нам увидеть и почувствовать твой Крик, я хочу знать, насколько велика его мощь и сколько нам предстоит работать.—просьба Арнгейра выглядела вполне адекватной, вот только слово "прочувствовать" звучало весьма странно. —Прямо... на вас?—мастер кивнул.—А это безопасно? —Не бойся, Довакин! С нами ничего не случится, можешь быть уверен.—убедил парня тот, но подозрения всё еще оставались. —Ну хорошо...—наполнив легкие воздухом, тот глядя на Арнгейра и остальных членов ордена, выдохнул, извергая изо рта Крик.—FUS! Силовая волна, достигнув каждого из Седобородых, практически сбила тех с ног, но устоять на ногах те все же смогли. Потрясённо смотря на Инузуку — ровно так же, как и сам парень, ибо устоять после его ту'ума ещё никто до этого момента не смог — Арнгейр склонил голову, показывая своё уважение.—Мощь твоего крика огромна, нет, колоссальна, а ведь это только первое слово из трёх! Ты явно не обычный человек, Довакин, но это только радует меня. Мы научим тебя всему, чему сможем и тогда не найдется никого, кто смог бы выстоять против силы твоего Голоса.—не скрывая восторга, активно заговорил тот. —Мы начнем обучение в любое время, когда тебе будет угодно, а пока вы можете отдохнуть с дороги, путь к Высокому Хротгару не лёгок.—пояснил старик, неспешно удаляясь. Его примером воспользовались и остальные Седобородые. —Это... было куда легче и не так страшно как я ожидал.—признался Инузука, усмехнувшись. —Сестра по ору-у-ужию.—как бы передразнивая, повторила недавние слова шатена Эйла, закатывая глаза. —А разве это не так?—обходя девушку со спины, обнял её, заключая ее талию в замок из своих рук и зарываясь носом в волосы рыжей. —Защитишь меня, когда попаду в беду? —Ты то, и в беду? Что-то я сильно в этом сомневаюсь.—промурлыкала та, ущипнув того за бедро. —Фу, людские нежности, идите еще в спаленку, займитесь там любовью.—последнее слово нинкен произнес по слогам с язвительной интонацией, после чего гордо задрав подбородок, утопал изучать свое новое место жительства на ближайшие несколько дней. —Мне кажется он ревнует.—с ухмылкой произнесла девушка. —А я в этом уверен.—и такая же гаденькая улыбочка.