Начало: Одна Боль

— Ты уверен? — Пятнышка недоверчиво смотрит на него, явно сомневаясь в том, что предлагает её опекун. — Да. Полностью. — Но мы провели здесь всего-то три дня. Разве этого хватит для того, чтобы за нами перестали следить? Серый повернул к ней голову, мягко улыбаясь. — Да. Поверь, если ты не видела больше того кота, значит, что около этой территории он прекратил ошиваться. — Ну… Ладно. Верю. Он хихикнул, будто умилился с её реакции. — Ты давай ешь. Мы хоть и вернёмся домой, но я хочу тебя потренировать, этот навык тебе точно понадобится. — Да ем я, ем. А что за навык? — Пят откусила от голубя немного мяса. Слегка жестковато. Но она сама попросила, чтобы они поймали что-то кроме мышей. В принципе он неплох. — Лазанье. Поверь, тебе не раз придётся взбираться на поверхности, на которые нельзя запрыгнуть просто так! Он был воодушевлён. Что ж, уже неплохо. Но Пят кое-что смущает. Поведение Серого. Он стал каким-то… дёрганным? Кот стал полноценно куда-то мысленно улетать, теряться в пространстве и будто порой быть не здесь. Он не выглядит отдохнувшим, его движения стали напуганными, не такими сильными и уверенными, как раньше. Он стал часто вздрагивать от вещей, на которые до этого не обращал внимания. Казалось, будто его глаза, такие ярко-зелёные с этими голубыми кругами, потускнели, стали более пустыми и неживыми. Стали испуганными. Ей показалось, но он будто исхудал, хотя ел исправно хорошо и плотно, как она. Серый… Он словно стал меньше, стал слабее, стал тревожнее. — Сера? Кот вздрогнул, сосредотачивая взгляд на ней, хотя она видела, что это словно давалось ему с трудом. — Да? Ты что-то хотела? Тебя что-то беспокоит? — Ты в порядке? Ей показалось, будто он сейчас заплачет. Так резко изменился его взгляд. — Да. В полном порядке, малышка. Тебе не о чем беспокоиться! — он посмеялся, но Пят заметила это. Страх. Просто огромный страх. — Честно? — Да-да. Честно. Серый отвёл взгляд, смотря туда, куда обычно смотрела кошка, когда была на «дозорном посту». Её без шуток начинает пугает поведение кота, он будто безумно чем-то напуган, но им же ничего не угрожает! Чему ему бояться? Не её же! Правда? — Пят, давай, идём! — я позвал её, кошка, недовольно вздохнув, спрыгнула вниз. Её раны полностью зажили, а на месте того пореза с охоты остался тонкий шрамик. — Иду-Иду. Куда ты так постоянно торопишься? Небольшой стыд прокатился волной. Наверное, он заставляет её волноваться, раз она уже с утречка пораньше спрашивает: «Как ты?» и «В порядке ли?». Слишком сильное беспокойство берёт верх. — Просто хочется поскорее в убежище, знаешь… Там всё уже известно и можно не так бояться. Я на знакомой территории, ты в безопасности! — Хорошо?.. Ладно. Хотя ты и так обеспечиваешь мою безопасность, разве нет? Ему показалось, будто она проткнула его своими словами. Он? Её безопасность? Да она сошла с ума раз произносить такие слова! — Я имею в виду, что больше того случая с твоим падением в воду и дождём не будет… — слегка скомкано сказал Серый. Мысленно умалчивая о том, как она защищала его, пока он бездействовал. Он повернулся, чтобы взглянуть на неё, и почувствовал, как внутри похолодело. Её глаза... В них столько злости, кажется, будто она сейчас разорвёт его. Они были злы, казалось, будто полны ненависти. На секунду ему показалась, что она в крови. Но образ исчез. — Я не слабая, — шипя, произнесла она. Её морда скривилась, будто она сейчас будет отхаркивать свою кровь, шепча о том, что он убивает её. — Пят, я не это имел в виду! — Отстань! — она рванулась, отрываясь вперёд, теперь мне остаётся смотреть только на её спину. Нет. Нет. Нет. Ты опять напортачил! Ты СНОВА оплошал! Что делать? Что делать?! Она ж по век тебя не простит! — Прости. — Что? — Серый испуганно дёрнулся, едва не врезавшись в котёнка. — Прости пожалуйста. Ты не злишься? Да? Она подняла на него испуганные глаза, в них был, кажется, весь ужас Пустоши. Её голос дрожал, будто она будет сейчас плакать, Серый, дери тебя Бегун! — Нет-нет-нет. Всё хорошо, малышка, я не злюсь, — он мягко потрепал её по голове. — Я понимаю, прости, тоже поступил нехорошо. Ты злишься, и это вполне нормально. — Я вовсе не злюсь! Совсем-совсем! Она всхлипнула. Ты кусок падали, Серый, просто… Умри, а. — Ох, стой-стой, всё хорошо. Давай забудем всё, что я сказал, хорошо? Не стоит плакать из-за такого пустяка, давай лучше просто пойдём домой? Ты хочешь домой? Кот неловко прижал её к себе, надеясь утешить. Я слишком сильно портачу, что ж это такое. Серый, какого?! Ты можешь быть адекватным? — Я не хочу, чтобы ты умирал! — Я не умру, клянусь! Она отпрянула. Посмотрела на него глазами полными надежды. В груди как-то болезненно защемило. — Правда? — Правда-правда. И мы будем вместе навсегда, и мы будем как маленькая семья, — он осёкся, поняв, что сказал, — ладно, про семью забудь. Прошу. — Нет. Не хочу. Ты правда клянёшься быть моей семьёй? Её голос был полон надежды и счастья. Будто бы в её жизни резко пробил луч. Серый замялся. Он совершенно никогда не задумывался о Пят как о своей… приёмной дочери. Просто у него никогда не было детей! Разве он справится? С другой стороны… Нет. Я не могу с ней так поступать. Он не может подвергать её опасности. Я не переживу твоей смерти… — Я не твой родной отец, прости, малышка. Но я постараюсь быть рядом с тобою, хорошо? — Хорошо, — она погрустнела. Сера буквально чувствует, как его сердце разбивается изнутри. Но так правда будет лучше. — Давай. Идём. Мы пойдём и полазаем на деревьях, как тебе идея? — тихо всё же произнёс кот, надеясь развеять тоску котёнка. Она встрепенулась. Поникшая, теперь в ней заиграли капли жизни. Хотя Сера понимает, что это маска притворства. Он не может так нагло ей врать, надеюсь, ты простишь меня. И так правда будет лучше для тебя же… Хотя где-то в душе кот понимает, что просто заставляет себя в это верить. — Так, а вот и отличное дерево для тренировки! Небольшой, слегка тонкий и погнутый дуб. На нём яркими прожилками в свете лучей сверкает кора. Гладкая и ровная. Окей. Погодка, на которую кошка как-то не обращала внимания, была относительно хорошей. Тёмные облака нависали над городом, грозясь пролиться дождём. Но яркое солнце пробивалось сквозь них, создавая неожиданный контраст между грозным небом и солнечными домами. Но почему-то от этого пейзажа у кошки появляется чувство тревоги, будто что-то не так. Но вернёмся к тренировке. Да. Ей просто кажется. — И что мне делать? — Повторяй за мною! Кот подошёл к дереву и зацепился передними лапами на нём, будто бы подтягивается… Интересно. — Зачем так делать? — спросила кошка, но, естественно, повторила за Серым. Почему так сильно бьётся сердце? — Это зацепка для того, чтобы начать свой путь. Давай дальше. Далее кот поставил правую заднюю лапу на дерево, будто напружинивая для бега или прыжка. Пятнышке два раза говорить такое не нужно — она повторила за наставником. — Ты правша или левша? — Правша. — Отлично. Тогда потянись наверх и положи переднюю левую лапу выше, а нижнюю обопри об ствол. Серый слезает для наблюдения за подопечной и подстраховки. — Мне страшно. — Всё хорошо. Я поймаю тебя, и мы не будем лезть высоко, не переживай. Пят слегка трясёт от напряжения, но, вздохнув, она потянулась вверх, чтобы поставить выше лапу. Тело резко пронзила молния боли, слишком непривычная поза. — Ты привыкнешь. Давай, к сожалению, без этого навыка нельзя. Пятно тяжело вздохнула, ставя заднюю на дерево. Ей казалось, будто она стоит на самой тонкой ветке на свете. Ещё одно движение, и она с хрустом упадёт на землю. Но это было дерево. Всё такое же неподвижное. — Заднюю левую подтяни, — кошка послушно выполнила. — Молодец. Теперь переднюю правую поставь выше и левую заднюю тоже. Пят потянулась, но, не рассчитав движение, неловко начала скатываться. От этого резко живот опалила неприятная боль. Будто шпаклёвкой прошлись, кажется, у неё будут занозы… Серый похватил её за загривок, прежде чем та соприкоснулась с землёй, возможно, сильно ударяясь. — Цефла? — Да. Вроде. Кот поставил её на землю. — Что-то болит? — Живот. Я им проехалась. — Что ж… Давай тогда пока отдохнём, а потом, когда полегчает, потренируемся на земле. Что-то вцепилось в живот? — Нет вроде. Но давай отдохнём, пожалуйста. — Конечно, Пят, отдохни. Что же. Они так и сделали. Только почему-то кошку всё ещё не покидало странное чувство тревоги, она просто ощущает, что сейчас что-то произойдёт, что-то пугающее. Казалось, воздух трескается искрами от напряжения. Солнце скрылось за облаками, и мир слегка потускнел, это… начало внушать страх. Отдых прошёл, и, хоть чувство не покидало её, они начали тренировку вновь. — Смотри, переднюю правую тянешь вперёд, затем подтягиваешь заднюю левую. Просто иди попарно задней и левой. Зеркально! Так и будешь на дереве делать. Тревога нарастала, даже Серый стал выглядеть более беспокойно, чем обычно. Кот слегка нахмурился, а после шёпотом, будто их кто-то услышит, произнёс: — Ты тоже чувствуешь это? Настала тишина. Оба прислушались. Мир слишком сильно застыл и был слишком тихий. Нет пения птиц, нет шуршания листвы, нет копошения мышей. Кристальная тишина. Это значит одно: кто-то или что-то затаилось. — БЕГУН! — как выстрел, раздался испуганный до безумия голос. Неожиданно выскочил тёмно-коричневый в полоску кот, его жёлтые глаза светились ужасом и страхом. Он панически дышал, осматривая двоих и зацепляясь взглядом за кошку. — Спираль?! — испуганно произнёс кот. Серый начал подходить ближе к котёнку, дабы закрыть и не дать бывалому другу что-то сделать с ней. Но названный даже не стал слушать. Лишь резко подбежал и схватил кошку, убегая куда-то как можно дальше. Её загривок обожгло волною боли — так крепко её сжали. — ВЕРНИ! — слышался кричащий голос вдалеке. В нём было так много ужаса и страха. Нет-нет-нет. Не забирай её у меня! НЕ СМЕЙ! Котёнок пытался вырваться, шипел и ругался, но слишком сильная тряска выбивала все силы. Она пыталась зацепиться, пыталась укусить врага, но не выходило. Вокруг всё мельтешило, и не получалось понять происходящее. Неожиданно кот куда-то вскочил, отчего Пят показалось, будто ей встряхнули внутренности. Её замутило, а в глазах на секунду потемнело. Её уронили где-то на деревянном полу по ощущениям. Пока похититель пытался отдышаться, она слышала, как, быстро дыша, сюда запрыгнул Серый. Его голос дрожал и был наполнен гневом. — Спираль, ты кусок гнилого бегуна! ЧТО ЭТО СЕЙЧАС БЫЛО?! — кот подбежал к котёнку, осматривая её. Пят лежала неподвижно, тяжело дыша и приходя в себя. От сердца отлегло, но Серый прижал котёнка к себе, чувствуя, как почти плачет. Он слишком сильно перепугался. Его сердце сейчас взорвётся. Они запрыгнули в какой-то старый деревянный дом. Довольно далеко от убежища, даже слишком. Низ был полностью обваленный, и потому взобраться сюда можно было через огромный прыжок, и это при удачных обстоятельствах. — Я спасал тебя! — Зачем?! Я сам отлично справляюсь! — вспылил. Спасал?! Да он едва не лишил кота маленького луча радости. Спасал он! — И какого ты не в- — но неожиданно коту заткнули пасть лапой, глядя на него максимально испуганно и угрожающее одновременно. — Это новый бегун и очень сильный, ты бы не справился, — шептал разведчик, моляще смотря на него, прося замолчать. И неожиданно в этой тишине послышались тяжёлые шаги и дыхание. Все трое затихли. Послышался вой, тяжёлый и протяжный. Наполненный болезнью и усталостью. Будто тот, кто это издал, уже хочет погибнуть. Спи убрал от морды бывшего товарища лапы, подзывая коротким хвостом к краю. Оба посмотрели вниз. Старые доски нелепым мусором лежали внизу. Высота была немаленькая, и потому смотреть на причину своих тревог с высоты не составило труда. Там, недовольно бурча и зло рыча, находился большой и пушистый пёс. Смотрел на них огромными и злыми глазами, голодными. Но только через секунду Серый осознал, что это был волк. Ох… Бегун вновь завыл, протяжно и голодно. И... Он подпрыгнул, так высоко, что, ещё бы немного, и он был залез сюда. Волчара раскрыл пасть, готовясь зацепиться за коричневого кота. — Отойди! — Сера пихнул Спираль назад, и тот, неловко ударившись, остановился недалеко от Пят, болезненно прошипев из-за сильного удара. Челюсть Бегуна, что была так близка к шее кота, сомкнулась на воздухе. Зашипев, серый кот толкнул противника, сбивая его путь. Волк нелепо упал вниз. На старые доски. Хруст и тихий скулёж — кажется, пострадали не только они, ведь запахло кровью. Тяжело дыша, Серый вновь подошёл к краю, смотря на врага. Неловко распластавшись, тяжело дышала эта псина. Кусок доски впился ему глубоко в бок, и из раны уже вытекает кровь. Но глаза… Они всё такие злые и голодные, но, видимо, поняв, что не получится сегодня насытиться, Бегун встал, слегка дрожа и хромая. После чего, в последний раз посмотрев на них, ушёл, недовольно щёлкая пастью с пеной, скуля и рыча. И кот только смотрел вдаль, ожидая, пока пропадёт враг. Пятнышка привстала, аккуратно осматривая спасателя, что всё так же лежал рядом с ней, и её очень сильно зацепил узор на него боку. Закрученный. Спираль. Так вот за что он получил имя! — Оно распространяется дальше? Что же будет когда дойдёт до людей, эта зараза появилась недавно, а уже поражает тех, кто за гранью городка… Волков здесь в помине нет, даже около Окраины. — А я о чём тебе, тупица! — недовольно на него зашипел Спи, явно разозлённый на что-то. — Но всё равно у меня вопросы. Какого ты здесь делаешь? Зачем ты наблюдал? И что происходит?! — Серый уже было повернул голову, как там, где был Спираль, уже было пусто. Он пропал. Как и всегда. Лучший разведчик и лучший маскировщик. Поэтому он, как всегда, пропал, не давая ответов. Прекрасно. Я в восторге. — Серый? Кот подскочил обратно к кошке. — Я здесь, всё хорошо. Бегун ушёл! Ты в порядке? Цела? — кот лихорадочно её осматривает, чувствуя всё больший накал тревоги. — Кто это был? И почему ты его знаешь? — недоверчиво спросил она. — Тот самый «Гайка»? Кот неловко помолчал, а потом всё же ответил: — Да. Просто раньше я звал его Гайкой, — неловко отозвался Серый, пытаясь как-то прикрыть свою ложь. Аа! Зачем этот Бегун появился! — Зачем он взял меня? — Он увидел Бегуна и понимал, что одна ты не убежишь и-и-и-и... Вот, аха, именно так. Пятнышка посмотрела на него максимально недовольным взглядом, после чего раздражённо вздохнула, сдаваясь и понимая, что ясного ответа не получит. А у кота на душе назревало всё больше тревог. Он снова едва её не потерял. Он снова едва не потерял!