berry bubblegum boy

Джей не спит с несовершеннолетними. Типа, вообще нет. Джей учится на последнем курсе университета, на специальности экономической и информационной безопасности, и является одним из лучших студентов, но, конечно, нельзя постоянно сидеть за книгами, не прерываясь при этом на короткие моменты, когда хочется подарить себе наслаждение, забурившись домой к какой-нибудь однокурснице… Или однокурснику, раз уж на то пошло. И Джей никогда не приводит никого домой. Типа, вообще нет. Джей может жалеть о содеянном, когда собирает монатки и хлопает дверью, оставляя позади человека, с которым развлекался этой ночью, но он не жалеет. Джей не жалеет никогда и ни о чём, лишь задумавшись о своей нынешней жизни, Джей понимает, что и не хочет, в принципе, ничего другого. До тех пор, пока на горизонте не появляется Ян Чонвон. Чонвон — сводный брат хорошего друга Джея по имени Сону, о котором Сону болтал, бывало, без умолку. Кажется, между ними и правда были хорошие отношения, что нечасто складывается между сводными братьями или сёстрами. Джей мог бы даже допустить грешную мысль о том, что между Сону и таинственным Чонвоном что-то есть, если бы не знал, что Сону встречается с высоким нескладным японцем по кличке Ни-Ки, от которого за километр несёт сигаретами и бананово-клубничной жвачкой. Но сейчас не об этом, как бы то ни было. Как бы то ни было, Джей не испугался, когда Сону вновь позвал его гулять, но на этот раз с другом из его танцевальной команды Хисыном и своим младшим братом. Ну правда, а чего стесняться? Джей не экстраверт, но он и не социопат, раз уж на то пошло. Он справится. Думал он, пока не встретился с Ян Чонвоном лицом к лицу. У Чонвона была пухлая нижняя губа, острые кошачьи глазки, пухленькое лицо и ярко-розовые, даже больше малиновые волосы; невероятно тонкая талия, что даже невозможно себе представить, но широкие плечи; Джей также заметил, что у Чонвона маленькие руки. Когда они гуляли в парке, Джей понял, что пропал. Когда Чонвон улыбался ему, Джей понял, что умрёт прямо сейчас, если не раньше. Губы Чонвона были сочными, пухлыми и ярко-красными, очевидно, намалёванными чем-то вроде тинта или блеска для губ. Джей, криво усмехнувшись, перевёл взгляд на Сону: кажется, того ничуть не волновало, что его младший брат ходил по улице незаконно хорошеньким и красивым.        — А сколько тебе лет? — уточнил Джей, не думая о том, что этот вопрос должен задаваться немного раньше, ведь его желания были заняты лишь избиением себя из-за мыслей, на которые он, по-хорошему, права не имел.        — Оу, — Чонвон растерянно оглядел крепкую фигуру перед собой с ног до головы. — А Сону-хён разве не говорил тебе?        — Да нет…        — Ну, мне восемнадцать. Просто блеск.        — Похоже, тебе удалось сделать невозможное — ввести Пак Джея в ступор, — Хисын прыснул в кулак, хихикая рядом с Сону, который щурил свои и без того узкие лисьи глаза. Чонвон растерянно оглядел старших ребят. — Что?.. Почему? А сколько тебе?        — Ну, — Джей усмехнулся, всё ещё пытаясь собрать осколки разума в один неряшливый клубок, из которого можно было бы попытаться вытащить хотя бы одну-единственную нормальную крепкую ниточку мысли. — Я на семь годков постарше тебя. Глаза Чонвона округлились: казалось, мальчик не верил своим ушам. Чонвон отвёл растерянный взгляд, устремив глаза в сухой неровный асфальт под ногами, на что Сону фыркнул, приобняв того за плечи:        — Твой новый Джей-хён немного староват для тебя, да? Надув щёки, Чонвон пихнул Сону локтем в бок, обиженно и даже немного возмущённо: — Хённи, заткнись. Но Джей всё же смог уловить краем глаза, как яблочки щёк Чонвона очаровательно покраснели. После первой их встречи Джей, как бы старательно ни пытался избегать Чонвона, вскоре обнаружил себя «его любимым хёном», даже… Любимее чем Сону? Если хотите. Ладно, кого Джей вообще обманывает? Ни хрена он не пытался избегать Чонвона, ни на йоту, напротив — искал встречи с ним, спрашивал у Сону о совместных прогулках, и даже если Сону о чём-то догадался — старательно пытался не подавать виду, чтобы не смущать Джея или, может, что-нибудь ещё. И, несмотря на всё это, Джей вообще, блять, не понял, как это произошло. Не понял, как оказывался в квартире Сону и Чонвона, «приглядывая» за последним, пока Сону улепётывал к своему наилюбимейшему парню, а Чонвон делал уроки, плёл фигурки из бисера, разрисовывал раскраски или снимал видео в TikTok, в основном, под песни Доджи Кэт (что было одновременно самой любимой и вместе с тем нелюбимой частью дня Джея).        — Хей, хённи? — зовёт Чонвон. — Почему ты замолчал?        — А? — очнувшись, Джей трясёт головой в попытке согнать с себя наваждение. Он впал в транс в основном из-за того, каким милым выглядит Чонвон, склонившийся над раскраской, пока его розовые волосы спадают на лицо, касаясь пухлых щёк, и как расслабляет звук фломастеров по бумаге.        — Ты рассказывал про философию в университете, — хихикает Чонвон. Он поворачивает голову, и блестящие глаза мальчика, полные звёзд, устремляются прямиком на Джея, сидящего на кровати в не самой подходящей позе, чтобы его разглядывали восемнадцатилетние, поэтому старший в спешке сдвигает ноги и тактично откашливается. — И про то, какая она у… выматывающая.        — А, да. Прости, я задумался.        — Ты думаешь слишком много, хён, — Джей приподнимает бровь.        — Что ты имеешь в виду?        — Ну, даже не знаю, — Чонвон мило пожимает плечами, задумчиво гоняя языком во рту бананово-яблочную жевательную конфетку. — Я имею в виду, что ты, наверное, много всего боишься. Хотя, знаешь, ты так молод… Такие как ты обычно стремятся веселиться на полную катушку, даже если у них последний курс ВУЗа или вроде того.        — И много ты встречал таких, как я? — спрашивает Джей с претензией на издёвку или некую ядовитость в голосе, возможно, даже с оттенком ревности, который он, к сожалению, не в состоянии контролировать.        — Не волнуйся, хённи, никто всё равно не будет лучше тебя. Чонвон очаровательно улыбается, надев колпачок на синий фломастер, и приближается к Джею, отодвинув стул с характерным скрипящим звуком. Джей обещает держать себя в руках, клянётся и молится, когда Чонвон мягко, как пёрышко, приземляется на его колени. Он повадился недавно, взяв это за не слишком часто, но всё же исполняемую привычку. Ах, чёрт…        — Ты не ответил на вопрос, — Джей сглатывает слюну, делая вид, что Чонвон не обнимает его за шею и не прослеживает за нервным движением его кадыка, и старается справиться с тем, как кровь огромным количеством хлынула в его мозг. Чонвон усмехается. — Я и не собирался. Изумительно.        — О, кстати! — спохватившись, Чонвон выглядит взволнованным, и Джей сразу же напрягается, будто Чонвон собирается поговорить с ним о чём-то важном, но. — ты знаешь, кто такой Хагги Вагги?        — Нет, — просто отвечает Джей, хотя у себя в голове орёт: «кто, нахуй…», в очередной раз убеждаясь, что слишком стар для всего этого дерьма. — Не знаю.        — Короче… И Джей осознаёт, что он полный идиот, когда понимает, с каким упоением он слушает невероятно увлекательный рассказ Чонвона о каком-то игрушечном монстре из детской страшилки. И Джей смекает, насколько сильно проебался.