berry bubblegum boy

Да, как бы Джей ни пытался, увильнуть от постоянных встреч с Чонвоном у него не получилось. Кто же в этом виноват, спросите вы? Да вот, грёбаный Ким Сону собственной персоной. Всё началось с того дня, когда пары у Джея заканчивались в двенадцать, а после он валил домой, чего не сказать о Чонвоне, в школе у которого тогда последним уроком физкультура начиналась только в час; и Джей, казалось бы, никакого отношения к этому факту не имел, если бы не одно но. На одном из перерывов к нему подошёл Сону со своими фирменными умоляющими блестящими глазами и надутыми губками, и, уставившись на недоумевающего Джея снизу вверх, запричитал:        — Хён, ты можешь съездить к нам домой за физкультурной формой для Чонвон-и? Он забыл, а ему ехать далеко…        — Чего?.. — нахмурившись, Джей прервал несвязное бормотание парня. — Зачем?        — У него сегодня физкультура, а на ней — сдача нормативов, и тем, кто не взял форму по не уважительной причине, ставят «неуд». А Чонвону ни в коем случае нельзя этого допустить!        — А почему ты сам не съездишь? — растерянно поинтересовался Джей, на что Сону всплеснул руками, и на его лице отразилась то ли злость, то ли отчаяние.        — Нам поставили ещё две пары, — и он без лишних слов запихнул в руки Джея связку ключей. — Пожалуйста! И вот так получилось, что Джею пришлось гонять на своём Майбахе, — он не мажор, просто так получилось — из университета к дому братьев, который находился довольно-таки неблизко, от дома к школе Чонвона, которая была ещё дальше и куда его с горем пополам пропустили, а потом от кабинета к кабинету на своих двоих в поисках самого Чонвона, потому что охранник «знать не знает, где там ваш этот класс, и выяснять не собирается». Казалось, ещё шли уроки, но Джея это не особо волновало — ему просто нужно было отдать форму без происшествий. А происшествия были, ведь все знают, что когда пытаешься сделать как лучше, получается как всегда. Чонвон был удивлён, когда Джей позвал его за дверь класса, привлекши к себе всеобщее внимание на вопрос учителя о том, к кому, собственно, он пришёл. Его большие, блестящие и донельзя очаровательные глаза расширились, когда он побежал за дверь.        — Джей-Джей-хён! — взволнованно пробормотал Чонвон, схватившись за рукав кофты Джея своими маленькими руками. — Что ты здесь делаешь?        — Забери свои пожитки, — только и хмыкнул Джей, всучив ему пакет с физкультурной формой. Чонвон глядел на него растерянно, тупо хлопая длинными ресницами, и Джей был бы счастлив не стоять здесь слишком долго и не умирать от невероятно приятно удушающего аромата персикового бальзама для губ, исходящего от Чонвона, но что имеем, с тем и работаем, поэтому оставалось только терпеть. Затем Чонвон ахнул, и в его глазах будто заплясали сердечки. — Ты принёс мне форму! Боже, спасибо-спасибо-спасибо, Джей-Джей-хён! Я так люблю тебя! — Чонвон накинулся на него с объятиями, повиснув у Джея на шее, и Джей хмыкнул, позволив себе обернуть ладони вокруг тонкой талии юноши. Фигура Чонвона была красивой и подтянутой, но при этом аккуратной, маленькой и хрупкой, и Джей старался не делать лишних движений; не сломать его, как фарфоровую куколку.        — Пустяки. Обращайся, — наглая клевета, но Джей не хотел заставлять Чонвона переживать. Чонвон хихикнул, отстранившись, но не убирая руки с шеи Джея. Он глядел ему в глаза, хитренько улыбаясь, и Джею пришлось сглотнуть скопившуюся слюну, по тому что он чертовски сильно задыхался — их лица не разделяли и двадцать сантиметров, и даже не пятнадцать и не десять, если честно. Он бы и мог продолжать думать, а в голове бежало бы красной строчкой: «ОН ЕЩЁ РЕБЁНОК! ЭТО НЕПРАВИЛЬНО!», если бы Чонвон, привстав на носочки, не поцеловал Джея в щёку. Да, он звонко чмокнул хёна в щёку, звук от чего разнёсся на весь школьный коридор, оставляя на его румяной щеке ярко-малиновый след от своего блеска для губ.        — Спасибо, хён-ни. Увидимся. Джею оставалось только тупо наблюдать за тем, как Чонвон резво забежал в класс, и урок продолжился. До его ушей долетали обрывки фраз, звучащие как: «Чонвон-и, что это за красавчик? Это твой бойфренд?», «Такой милашка!», «Боже, насколько этот парень красивый…», но Джей был озабочен лишь следом чонвонового блеска на коже. Мимолётно коснувшись своей щеки, Джей не смог подавить улыбку, ползущую по его лицу. | Джей-Джей хён ♡: | «У тебя последний урок, да?»

«Да, а что?» |

| Джей-Джей хён ♡: | «Я заберу тебя» Джей решил дождаться Чонвона, чтобы забрать его после школы и отвезти домой. Да, на улице ещё не было вечернего времени, и сумерки были далеки от того, чтобы хотя бы начать опускаться на город, и путь к дому Чонвон держал через людные места… И что? Ну и что? Джей за него беспокоился, вообще-то; он имел право. В запасе у Джея было около часа, поэтому он решил поразмышлять, облокачиваясь на сиденье автомобиля. Да, Джей волновался: он волновался, когда Чонвон был не в безопасности, когда Чонвон был не с ним, Джей волновался, когда Чонвон плакал, прижимаясь к его груди, ведь «нихера не понимает эту ебучую математику, и математичка вообще… он вообще… короче, она её вообще не объясняет», когда Чонвон был хотя бы чуть менее, чем счастлив и доволен жизнью. Да, Джей сам прошёл все эти периоды, и он даже вполне мог бы назвать себя наставником Чонвона. Сонбэ. Но имел ли право Джей влюбляться в Чонвона? Не то, чтобы Джею было сорок семь, а Чонвону — четырнадцать, но… Чонвон был ещё так молод. Он даже не совершеннолетний, а Джей с несовершеннолетними не спит, если вы помните. И вообще, как бы отреагировал Сону? В общем, вопросов больше, чем ответов. Как всегда. Джей даже не заметил, как время пролетело, и дверца его машины хлопнула справа от него.        — Хён, — Чонвон улыбнулся своими красивыми пухлыми губками, падая на переднее сиденье. — Ты подождал меня! Спасибо.        — Пересядь, — только и сказал Джей, выражая свою нервозность от присутствия Чонвона близко коротким покашливанием. Его встретили большие блестящие глаза и маленькая надутая губка.        — Мне нельзя прокатиться на переднем сидении? — Джей вздохнул; ему не хотелось расстраивать Чонвона, поэтому он аккуратно погладил мальчика по голове, взъерошивая малиновые волосы на макушке.        — Потом я обязательно тебя покатаю, — Джей вздрогнул оттого, как это прозвучало, и молился, чтобы Чонвон не придал значения тому, насколько состояние старшего нервозное из-за внезапного прилива крови к его члену. — Сейчас у меня могут быть проблемы. Чонвон хныкнул и показал Джею язык, но просьбу выполнил, однако его рюкзак и сменка остались на переднем сидении. — Как дела в школе? — нейтрально поинтересовался Джей, стараясь успокоить своё тело, пока выезжал со школьной парковки. Чонвон надул губы и издал один из самых милых звуков из тех, что Джей слышал за всю свою жизнь. — Нормально, — после он скинул свои ботинки с тракторной подошвой, которые делали его больше, чем он есть на самом деле, и закинул свои ноги на бёдра Джея, дотянувшись до него с заднего «ряда». — Только биологичка… Задолбала сил нет.        — А что с ней? Пока Чонвон рассказывал о том, как их преподавательница биологии устроила их классу внеплановую контрольную по первой главе учебника, Джею хотелось взвыть от отчаяния. Ноги Чонвона стройные, но не слишком длинные, и его ступни в бело-розовых носочках с рисунками персика находятся аккурат возле промежности старшего. Джей глубоко вздыхает: Боже, дайте ему сил. Джей не может нормально вести машину даже так, и он совсем не понимает, как кто-то может спокойно рулить, пока ему, например, делают минет?.. Больное воображение Джея тут же подкинуло ему картинок, где Чонвон, находясь между его ног, нежно и красиво отсасывает ему, пока Джей везёт его из школы, розовая макушка мальчишки двигается вверх-вниз, а маленькие пухлые губы очаровательно растягиваются вокруг. Вверх-вниз, вверх-вниз… «Боже, ты что, совсем больной ебанутый на голову извращенец, а?!»        — Хёо-он… — тянет Чонвон, когда Джей не отзывается, и понимает, что старший совсем не слушает его. Но вскоре Чонвон осознаёт, что тот, наверное, просто сосредоточен на вождении, отчего обижаться на него смысла нет. Пожав плечом, Чонвон тянется к рюкзаку впереди, чтобы вытащить из него блеск для губ с блёстками в виде сердечек, бабочек и ещё какой-то непонятной (для Джея) лабуды. Чонвон улавливает мимолётный хищный взгляд острых глаз Джея. Он усмехается, прежде чем начать наносить блеск на губы, глядя в зеркало в машине, предназначенное отнюдь не для таких целей. Чонвон никогда не был глупым, совсем нет; он, возможно, был гораздо умнее всех людей, окружающих его, не только незнакомцев и обычных прохожих, но и тех, с кем он общался, кем дорожил и кого любил. И Чонвон любил своего Джей-Джей-хёна: он правда хотел проводить с ним как можно больше времени, хотел внимания и контакта от своего богатого, весёлого, милого, доброго, заботливого и красивого старшего. Но он никогда не думал о том, что это могло вырасти во что-то большее.

♡♡♡♡♡♡♡

       — Хён! — Сону позвонил в тот самый момент, когда Чонвон уже ускакал вглубь квартиры, а Джей, проводивший его, оставил ключи Сону на обувной тумбочке возле двери и уже собирался уходить. — Ты можешь, пожалуйста, немного посидеть с Чонвоном? У меня дела. Слыша то, как тяжело и загнанно дышит Сону, Джей фыркнул, прикрывая глаза от безвыходности своего положения. — Дай угадаю, название дел начинается на «Ни-», а заканчивается на «-Ки»?        — Отстань! — проныл Сону. — Просто посиди с ним, если ты свободен, а я в курсе, что сегодня у тебя нет дел. Но если всё-таки есть, можешь оставить его, я не настаиваю.        — Хватит меня шантажировать. Я посижу с ним.        — Отлично! Спасибо огромное. И, это, я знаю, что тебе даже в радость будет.        — Ким Со-        — Пока-пока! Ощущая на себе всю бренность бытия, Джей глубоко вздохнул, снял обувь, и, стянув бомбер, последовал в комнату к Чонвону.        — Я слышал ваш разговор. Ты останешься, хён-и? — спросил Чонвон, стоило только Джею переступить порог его небольшой комнаты. Джей не мог дать ответа; его взор пал на ослепительные бёдра Чонвона, не прикрытые ничем — в буквально смысле ничем: Чонвон уже переоделся, и из одежды на нём были лишь коротенькие шортики, длиннее которых была даже белая футболка с изображением Куроми из Onegai My Melody. После в поле зрения Джея попали бусики с Hello Kitty, обрамляющие длинную тонкую шею Чонвона, и, он клянётся, это было самым милым зрелищем. Но Чонвон ещё никогда не ходил при нём так.        — Да… Прикольно выглядишь, — только и удалось выдавить ему. Чонвон хмыкнул, приподняв брови. — Прикольно?        — Прикольно, — повторил Джей, сглотнув и поджав губы. — Мило. Со- Солнечно. Если бы Джей позволил себе сказать «соблазнительно», он бы уже бился лицом об стены. Позже Чонвон делал уроки, и, вроде как, в помощи не нуждался, поэтому Джею было чуть спокойнее, чем раньше.        — Тебе нравится парень Сону? — неожиданно спросил Джей. Чонвон задумчиво промычал в ответ.        — Рики? Да, мне нравится. Он забавный. У него классные татуировки, и иногда он играет со мной. «Моё тело — ковёр из татуировок, неужели они не классные?» — обиженно подумал про себя Джей, насупившись, как маленький ребёнок, которому не уделяют должного внимания, но виду не подал. — Ты не обижаешься на Сону за то, что он проводит время с ним вместо того, чтобы проводить его с тобой?        — Нет, не обижаюсь, а на что? Он всё равно уделяет мне время, но не он же меня рожал. Да даже если бы и он, — Чонвон прыснул в кулачок от смеха, но быстро успокоился. — Он не обязан няньчиться со мной двадцать четыре на семь. Знаешь, у него есть собственная личная жизнь, он счастлив, и я этому рад. К тому же, общая у нас только мама, но он всё равно заботится обо мне и любит меня. Я тоже люблю хёна. Джей на это только промычал, размышляя. Он разглядывал тонкую фигуру Чонвона, пока Чонвон болтал ногами, его ручка тихонько шаркала по бумаге, он напевал какую-то незамысловатую песенку. Чонвон вновь жевал какую-то клубничную конфетку, которые глотал пачками (что, наверное, было не очень-то и полезно для здоровья), поэтому Джей с добродушным смешком не мог не поинтересоваться:        — Такие вкусные? Приятный мелодичный голос младшего резко стих, и Чонвон удивлённо обернулся к хёну. Он молчал, и с течением времени Джей начинал чувствовать себя глупо, и, наверное, сгорел бы от стыда, если бы Чонвон внезапно не открыл дверцу шкафчика в своём рабочем столе, где хранились упаковки жевательных конфет, и не встал, очистив одну от обёртки. Чонвон приблизился медленно, с кошачьей улыбкой возвышаясь над растерянным старшим, прежде чем опуститься на чужие бёдра, даже не спрашивая разрешения. Следующим, что обнаружил Джей, было то, как Чонвон, сидящий на его коленях, взял конфетку между зубов, так, что её половинка торчала из его рта.        — Хочешь попробовать? Джей был слишком ошеломлён, чтобы говорить. Чонвон приподнял брови, яблочки его щёк розовели, а глаза искрились весельем. Они оба понимали, что Джей не в состоянии отказаться. Джей потянулся вперёд. Его губы вытянулись в трубочку, покрытая чернильным узором рукава из татуировок рука мягко легла на бедро Чонвона, и он откусил половину от розовой клубничной конфеты. Их губы были в миллиметрах друг от друга, дыхание Джея сбилось, и он упал торсом на пушистые подушки кровати Чонвона, выдохнув.        — Вкусно? — солнечно улыбнулся Чонвон, будто не он тут проворачивал чудеса на виражах секунды назад. Мимолётно пройдясь проколотым языком между губ, Чонсон промычал:        — Мгм.        — Отлично! — Чонвон похлопал в ладоши. — Кстати, у меня есть для тебя подарок, — Чонвон соскочил с чужих колен, и Джею, слава всем святым, удалось хотя бы вздохнуть спокойно. Теперь Чонвон был тем же милым невинным мальчиком, которым он являлся в глазах Джея на протяжении почти всего времени, только вот… Что это было?        — Смотри! — Чонвон радостно прискакал к Джею, со светящимися глазами отдав озадаченному старшему что-то маленькое, завёрнутое в шёлковую алую ленточку. Чонвон сел рядом, и Джей ощутил, как кровать просела под весом его небольшого тела, вертя в руках подарок.        — Что это?        — Просто разверни, хён. Джей аккуратно раскрыл ленточку, и его дыхание сбилось: перед ним открылось небольшое колечко из бисера голубого цвета с изображением… головы какого-то существа с красной челюстью и острыми длинными зубами. Но, несмотря на всё это, кольцо смотрелось довольно мило.        — Это… кто, блять, такой. Чонвон рассмеялся. — Это Хагги Вагги! Тебе нравится?        — Очень, — пробормотал Джей.        — Надень! Джей попытался надеть кольцо на каждый из пальцев, но идеально подошло оно только на безымянный. Это было… странно, и наверняка ничего не значило, однако, на лице Джея выступила едва заметная, но улыбка; Чонвон часто играл с его пальцами, но Джей не думал, что он сможет угадать размер.        — Как мило. Тебе очень идёт, — Чонвон захихикал, крепко обняв хёна, и Джей не мог не ответить тем же, кладя руку на талию Чонвона и поглаживая по спине. На вопрос позже от своих однокурсников о том, кто это сделал и что это вообще, Джей пытался выбрать между «что» и «извините», но не смог выдавить из себя ничего, кроме жалкого «эм». Он, взрослый двадцатипятилетний парень, теперь носил колечко из бисера с Хагги Вагги, не снимая даже во время сна (разве что, во время принятия душа), сплетённое очаровательным восемнадцатилетним мальчишкой.