Стекло...

Заснувшего в слезах Зонтика никто не побеспокоил до утренних звонков будильников — клоны решили, что после всех злоключений парнишке прежде всего необходим сон. Поэтому братья с чистой совестью занимались каждый своим делом. Пиковый Король заваривал на кухне чай и нарезал бутерброды с сыром, когда его окликнул Феликс. Блондин выглядел обеспокоенным, и Пик тоже невольно напрягся. - Что случилось? - спросил старший, откладывая в сторону продукты. - Что происходит с Вару? - сразу перешел к делу червовый валет, - Я слышал, как он плачет в своей комнате. - Что??? - изумленно воскликнул Пик, чуть не выронив ножик, которым резал хлеб, - Вару плачет? Это что-то новенькое! Все привыкли к тому, что валет пиковой масти бесконечно над всеми подшучивает, иногда жестоко — особенно над Зонтиком. Никому не приходило в голову, что шебутной мальчишка может переживать о чем-то и даже страдать. Для его короля это стало внезапной новостью, и Пик решил немедленно разузнать, в чем дело — ответственный и по-настоящему заботящийся о своих братьях, он просто не мог проигнорировать слов Феликса. - Сейчас разберемся, займись пока чем-нибудь! - Предложил Пик Феле, - Я хочу поговорить со своим валетом с глазу на глаз. Феликс вздохнул с облегчением и полез изучать содержимое холодильника, а Пик взял кружку с уже готовым зеленым чаем и направился к комнате своего валета. Парень шел бесшумно, ничем не выдавая своего присутствия — и, приблизившись к двери, он, действительно, смог разобрать сдавленные всхлипы. Пик постучал в дверь, и звуки тотчас смолкли. - Вару, это я, Пик, - громко произнес восьмой клон, - Я принес тебе чаю! - Открыто! - раздался из комнаты осипший голос, и Пик вошел в комнату, окидывая внимательным взглядом обстановку. Вроде, все, как обычно — пестрые плакаты на стенах, заваленный разным хламом письменный стол, даже знакомый запах краски, которую Вару любил опрокидывать на головы братьев, привычно витал в воздухе. Странным было лишь поведение неугомонного Вару — валет лежал, свернувшись в клубок, под плюшевым зеленым пледом, плечи его иногда вздрагивали, а когда он поднял голову, Пик увидел, что на щеках Вару остались дорожки от слез. Пиковый король не удивился бы, если бы перед ним был Зонтик, трефовый валет постоянно рыдал, но для Вару слезы были чем-то чрезвычайным, поэтому Пик понял, что случилось что-то серьезное — стал бы Вару плакать из-за пустяков? - Подвинься-ка! - Пик решительно подошел к кровати и сел рядом со своим валетом, приобняв его за плечи, - Давай, рассказывай! Парень поставил кружку с чаем на тумбочку, так, чтобы Вару мог до нее дотянуться, если захочет. Парнишка не спешил отвечать брату, он весь сжался в комок и насупился, так что какое-то время они просто сидели рядом, и Пик аккуратно поглаживал Вару по плечу, стараясь утешить. А Вару, кажется, удалось подавить рыдания, так что в конце концов он смог произнести: - Все в порядке! Не обращай внимания! - Что значит «все в порядке»? - возмутился Пик, сжимая плечо валета сильнее, - Я впервые вижу, как ты плачешь. И, черт возьми, я должен знать причину. - Я… я не могу объяснить! - в отчаянии воскликнул Вару, пытаясь отстраниться от Пика, но тот удержал его на месте. - Почему? Ты мне не доверяешь? - спросил восьмой клон в замешательстве, - Ты же знаешь, я никому ни о чем не буду рассказывать, и, может, смогу придумать, как тебе помочь. - Если я тебе скажу, ты будешь меня презирать! - тихо пробормотал Вару, притягивая колени к груди и обхватывая их руками, - Или вообще возненавидишь. Пик чувствовал, что решимость Вару ничего не говорить тает с каждой минутой, но паренька надо подбодрить. Король протянул руку и снял с лица Вару очки. Тот попытался вернуть их, но Пик остановил его. - Не надо, я хочу видеть твои глаза! Вару поднял взгляд зареванных, покрасневших глаз на своего короля — и замер: Пик смотрел на него серьезно, с искренним участием. Мальчишка выдохнул, осознавая, что, что бы он сейчас не сказал — его выслушают и не станут ругать. А Пик думал, какие же красивые у Вару глаза — большие, ярко-зеленые, с темным ободком по краю радужки. И почему он все время носит очки, пряча такую красоту? Может, боится показаться уязвимым? Вару решился. Весь напрягшись, он зажмурился и выпалил: - Пик, я тебя люблю! - и тихо добавил, - Не как брата, а как парня. Восьмой клон был немного удивлен признанием валета, но быстро взял себя в руки — парень понимал, что Вару нужен ответ, и уже знал, что сказать — Пик всегда симпатизировал своему валету и ни за что бы его не отверг. Но, как старший и более ответственный, он не говорил Вару о своих чувствах, не желая на него давить, или торопить события. Проявленная Вару инициатива все изменила — пятый клон не оставил своему королю выбора, кроме как признаться в ответ. Пик тепло улыбнулся и сказал: - Твои чувства взаимны! - и крепче обнял Вару, прижимая его к себе, - Зря ты боялся говорить! И хорошо, что сделал это! На лице Вару отразилась сложная гамма эмоций — там были и изумление, и радость, и еще что-то очень светлое. - Просто… Ты никогда не обращал на меня внимание, только ругал, если я обижал Зонтика или что-то такое выкидывал! - смущенно признался валет. Пик рассмеялся. - Так ты постоянно бедокурил, желая привлечь мое внимание? - Ну… Не только… Я люблю всех разыгрывать, - нехотя добавил пятый клон, - Но да, твоя бурная реакция на мои выходки всегда меня радовала больше всего остального. - Понятно, - голос Пика сделался более серьезным, - Вовремя мы этот момент прояснили. Ты можешь получить сколько угодно моего внимания, просто сказав, что тебе этого хочется. Поверь, твои чувства для меня важны! Вару счастливо улыбнулся и прильнул к своему королю, а тот сказал: - У меня к тебе есть одна просьба. - Что нужно сделать? - охотно ответил Вару, и Пик понял, что ему не придется заставлять валета изменить поведение — тот сам охотно его послушается. - Я хочу, чтобы на какое-то время ты оставил Зонтика в покое. Никаких розыгрышей и обидных кличек. Ему сейчас и так каждый день прилетает от Куромаку. Пик произнес имя второго клона с неприкрытым отвращением, и, к его радости, Вару понимающе кивнул. - Да Курилка всех уже достал, до меня он тоже пытается по жизни докопаться, но мне пофиг. А Зонтик плачет из-за него хуже, чем от моих розыгрышей. Даже жалко его! - хмуро проговорил Вару. - Рад, что ты все понимаешь! - Пик потрепал валета по густым зеленым волосам, - Вот и дай Зонту передохнуть от своих шалостей. Хотя, я сам во многом виноват, что ты так себя вел. - Почему? - Вару удивленно посмотрел на короля, - Ты-то тут причем? - Я не замечал, что в первую очередь твое провокационное поведение направлено на привлечение моего внимания, - просто признался Пик, - И бесился, когда не мог тебя удержать от новых проказ. Наверное, мне стоило сказать тебе это раньше — я люблю тебя, не зависимо от того, как ты себя ведешь и что делаешь! Вару с шумом выдохнул и повис на шее возлюбленного. - Пик, я просто хотел, чтобы ты вот так говорил со мной, был рядом! - с жаром воскликнул мальчишка, - И плевать мне было на всех остальных! Пик рассмеялся и снова взъерошил непослушные волосы своего валета. - А что еще ты хотел? - лукаво спросил старший, - Я хочу знать все о твоих чувствах и желаниях! Вару зарделся и опустил глаза. - Еще я хотел… хотел… - парнишка замялся, не находя нужных слов — и в конце концов просто прильнул горячими, еще солеными от слез губами к губам короля, который легко приподнял валета и, посадив его к себе на колени, одарил долгим глубоким поцелуем. - Я тоже хотел этого, Вару, - признался парень, когда пиковые оторвались, наконец, друг от друга, - Просто не хотел тебя торопить. Вару просиял. - Тогда… Мы можем продолжить! Ты можешь сегодня остаться ночевать у меня в комнате! - прошептал валет, прильнув к любимому еще плотнее. И Пик не стал возражать. Застукают ли их другие клоны, короля абсолютно не волновало: все, что сейчас имело для него значение, был Вару — взволнованный и смущенный, но бесконечно желанный. … Феликс немного удивился, когда утром в воскресенье столкнулся нос к носу с Пиком, выходящим из комнаты Вару — в той же одежде, которая была на нем вчера, только сильно измятой, но вопросов задавать не стал. - Утречко доброе! - пропел червовый валет, как ни в чем не бывало, - Как Вару? - Я прекрасно! - долетело из комнаты пятого клона, и тот высунул из-за двери лохматую голову, - А почему спрашиваешь? Феликс замялся, не желая признаваться, что вчера слышал плач брата. - Да так… Просто мы все перенервничали из-за всех этих передряг с Зонтиком. Вот и поинтересовался самочувствием. Ладно, пойду посмотрю, как он там поживает! И Феля умчался, насвистывая, в сторону комнаты трефового валета. Пик и Вару переглянулись. Пик подмигнул своему валету, и оба отправились на кухню завтракать. Готовой еды не обнаружилось, но это никого не удивило — ведь Зонтику и так сильно досталось, не хватало еще требовать с него готовки на всех братьев. Стоило дать валету хорошенько отдохнуть. Но оказалось, так считали не все. Через минуту на кухню пулей влетел бледный и испуганный Зонтик, а вслед ему долетели гневные вопли трефового короля. - Ничего не делаешь! - разорялся Куромаку, вбегая на кухню следом за своим валетом и швыряя в тряпку для протирания пыли, - Проспал будильник! Завтрак не готов! Чтобы сейчас же навел порядок в своей комнате! И протри мой стол! Пик разозлился, что было заметно по сковавшему его напряжению. Парень поднялся из-за стола и громко сказал: - А не рано ли Зонтику работать? Его чуть в больницу не положили, пусть восстановится пару дней. К тому же, сегодня выходной! - Не суйся не в свое дело! - прошипел Куромаку, глядя прямо в глаза оппоненту — очки трефовый король починить нормально еще не успел, только замотал отвалившуюся дужку скотчем, отчего они сидели весьма криво, что было бы забавно — если бы не злое, отталкивающее выражение лица парня, - Я не позволю этому бездельнику окончательно распуститься! Он и так ничего полезного в жизни не сделал, ни на что не заработал — только шваброй махать умеет, да и то криво! Пусть потрудится, этим он хоть отчасти компенсирует доставленные проблемы! Зонтик всхлипнул, из его голубых глаз ручьями потекли слезы. Парнишка опустил голову, так что волосы закрыли лицо — и согнулся над раковиной, послушно принимаясь за мытье оставшейся в ней с вечера посуды. - Смотри, не разбей опять ничего! Опять порежешься и будешь ныть весь день! - прикрикнул на него Куромаку и добавил, - Кстати, завтра пойдешь на занятия в школу! Учебный год уже начался! Прогуливать я тебе не позволю! - Куро, в самом деле, не слишком ли ты крут со своим валетом? - осторожно спросил до этого молча пивший чай Данте, - Зонтик мог лишиться жизни, и он еще очень слаб! - Мне плевать! - рявкнул Куромаку, разворачиваясь к выходу, - Зонтик будет выполнять свои обязанности! Неужели вы не видите? Чем больше его жалеть, тем паршивее его поведение! Но я выбью из него всю дурь! И трефовый король покинул кухню, в которой повисла мертвая тишина, нарушаемая лишь звоном посуды, шумом воды из крана и горькими всхлипами Зонтика. - Как ты терпишь этого чмошника? - спросил Вару допивая утренний чай. - Он н-не чмошник. К-куромаку даже в ч-чем то прав, я д-действительно бесполезный. - Да как ты можешь так говорить? Бесполезный скорее он. Уверен, денег нам и без него бы хватило. А вот без твоей помощи нам не обойтись, представь, мы бы в пыли задохнулись! - Подбадривающим тоном сказал Пик. - Н-не говорите так! АЙ!!! - В чем дело?! - Феликс, все это время стоящий на пороге, испуганно подбежал к трефу. Особо больная, глубокая рана открылась и снова закровоточила. На бинте очень скоро показалось красное пятно, становившееся больше с каждой секундой. Зонт быстро забежал в ванную и стал обрабатывать рану. Она болела в два, а то и в три раза больше чем при ее получении. Ему хотелось плакать, взвыть от боли настолько громко, на сколько это возможно, но он не мог. Зонтик такой клон, которому очень важно чужое мнение, а получал он только негатив от Куромаку. Он просто не мог в очередной раз показать себя нытиком в его глазах. Жгло все сильнее, кровь не останавливалась. В глазах темнело, но голубоглазый старался держаться. В ванную зашел Пик. - Зонтик, что слу... ЕП ТВОЮ МАТЬ, ЭТО ЧТО?! - Удивление пикового короля можно было легко понять, вся раковина была в красной жидкости. - Пик, пожалуйста помоги... Она не останавливается... - Все погрузилось во мрак. Очнулся же Зонтик у себя на кровати, с туго перевязанной рукой. Рана больше не кровоточила, но болела ужасно. Как вы думаете, какая рука была перевязана? Правильно, левая! И болела она от малейшего движения, поэтому Зонтик решил временно побыть правшой. Тем более, с домашними обязанностями никто кроме него не справится. Хотя бы посуда помыта! За своей комнатой он особо не следил, в остальных же надраивал все до блеска. Особенно в кабинете Куро. С него он и решил начать. Быстро собрав все для уборки он постучался в кабинет. Ответа не последовало, значит его нет. Можно смело убирать. Как только он зашел в нос ударил резкий запах сигарет, от чего он прокашлялся. Зонтик конечно знал, что король курит, но не думал что так много. С такими мыслями он продолжил убирать, предварительно открыв окно. Когда все было готово, а комната наполнена свежим воздухом, можно было переходить в другую. Подобным образом наводилась чистота каждый день. После никотина голова болела очень сильно. Но Зонтик уже привык, так он проводил каждый день. Дальше нужно было сделать домашку, иначе шестому настанет конец. Но Зонтик понял, что это неминуемо как только открыл учебник алгебры. Это что за руны? Вместо приятного вечера он проводил время над учебником, пытаясь понять хоть что то, старательно перечитывая каждую строчку параграфов. Бестолковый! Бестолковый! Бестолковый! В конце концов он решил заняться алгеброй попозже, а пока прочитать литературу. А вот с этим у него все клеилось замечательно. Ну даются ему точные науки, что поделать? Было уже пол третьего, а тот все бился с примерами. Остальное он уже сделал. Еле как двигая зрачками шестой закрыл глаза и сразу же вырубился. А завтра еще и в школу идти...